Читать книгу "Невинная для бандита"

– 14 Герман -

Холодный душ не особенно помог. В голове все еще был сумбур.

Какого хера устроил с этой рыжей ведьмой? Ведь собирался наказать, а вышло…

Словно помутнение какое-то нашло, когда она покорно разделась и, встав у стены, положила на ту ладошки.

Блядь…

Как красная пелена перед глазами, стоило посмотреть на ее хрупкую спину, выпирающие позвонки, чуть подрагивающие плечи…

Что она там болтала про то, что ее отчим бил? Боялась, значит.

Ее страх можно было ложкой жрать, настолько воздух пропитался им.

Напряженная, словно струна.

И все же стояла, покорно ждала моего приговора.

Никогда меня особенно не заводили подобные игры. Скорее даже наоборот. Но с ней…

Вероятнее всего, она просто застала меня врасплох, пока я был у Кати, когда в очередной раз пришел к малышке с осознанием, что до сих пор ни черта не продвинулся в деле.

Что ее мама все еще не отомщена. И это ощущение бессилия…

Оно сводило с ума. Приводило в ярость. Душило, вызывая неконтролируемую злость.

Так почему все это вылилось в весьма ванильный секс?

Хер его знает…

Я не понимал и сам.

Но одно стало ясно – девчонку я отпущу еще нескоро. Что-то было в этом ее блядски невинном взгляде, в этой настороженности и покорности, под слоем которой скрывалась упрямица. О, в этом я не сомневался. Иначе бы она и близко не подошла к детской.

Но нет. Есения рискнула сунуть свой нос туда, куда не следует.

А я спустил это на тормозах…

Вряд ли хороший трах можно засчитать за наказание. И это понимали мы оба – недаром ведь она уточнила про это перед тем как я ушел.

И как теперь быть дальше, я не очень-то понимал.

Вчерашняя девственница оказалась такой отзывчивой, что стоило вспомнить ее стоны, как член снова оживал. Вот уж не думал, что у меня начнутся проблемы с контролем из-за какой-то девки с аукциона.

Хотя, может быть, она все же не какая-то? Что, если я ошибся, и в этом мире есть еще место чистоте?

Корябало то, где я ее встретил. Раз пришла, значит, была готова спать за деньги. Да, мать болеет, и бла-бла-бла. Благородный мотив и все такое. Вот только… Если человек не готов измараться, он не переступит через себя.

Казалось бы…

Но все было неоднозначно. Слишком. И ее разговоры с сестрой, которые мне передали в общих чертах, и то, как она поступила с Катюшей.

Ведь возможно, именно те мгновения и стали решающими, чтобы ребенок не пострадал. Какая-то лишняя минута, спасшая мою кроху.

Я не понимал. И это сбивало с толку.

А если что-то непонятно, то нужно было разобраться, разложить по полочкам, проверить…

И у меня даже появилась неплохая мысль, как это организовать. Что ж, если я ошибся, и Есения сделает верный выбор, то…

Что именно, я пока не знал, но какое-то смутное решение на ее счет уже начало формироваться. Впрочем, раньше времени судить не стоило. Как и надеяться на то, что девочка приятно порадует.

И если с ней стало более-менее понятно, как быть, вопрос с нападением на мой дом оставался открытым. Спускать подобное я не собирался. Но и махать кулаками без разбору тоже было глупо.

Особенно сейчас, когда ситуация с Империумом утряслась, и Волков все же согласился встать у руля.

Надежный мужик. Под стать своему отцу. Жаль, что обстоятельства лишили его привычного обличья и образа жизни, но все мы вынуждены выживать в тех условиях, что сука-судьба нам подкидывает.

Звонок мобильного отвлек от мыслей. Гаврила. Надо же, значит, появились новости.

– Что-то новое? – спросил я, накидывая халат на плечи.

– Есть кое-что. Парни засветились незадолго до инцидента. Закупали оружие.

– Думаешь, это не липа?

– Сказать сложно. Но они вроде как постоянные покупатели…

– Поставщика пробили?

– В процессе. У него нехилая крыша. Так что наезжать просто по подозрению… Не стоит.

– Я сам решу, что стоит, а что нет, – осадил я его. На что Гаврила недовольно засопел. Не любил он подобного обращения, но порой забывался. Сам виноват. – За информацию спасибо.

– Добро.

Минут пять обдумывал то, что узнал. По всему выходило, что хлебные крошки ублюдок оставил не просто так. Знал, что я пойду по его следам. Знал, и все равно дразнил. Заманивал.

Тварь. Сука!

Не сдержался, саданул по стене кулаком. Резкая боль слегка отрезвила, но облегчения не принесла. Уверен, этот обмудок довольно скалился и потирал ладони в ожидании моего шага.

Что ж, поиграем. Пришло время поднять ставки, Роберт. И я это сделаю…

– 15 Есения -

Мне понадобилось время, чтобы прийти в себя после визита Германа. И нашего неожиданного секса.

Мужчина не просто удивил меня сегодня – поставил в тупик. Было странное чувство, словно со мной был другой человек. Хотя если учесть что я подслушала, стоя рядом с детской… Неужели этот мужчина и впрямь мог быть настолько другим? Настолько осторожным и неравнодушным?

Сейчас я очень жалела, что не рискнула и не обернулась к нему во время секса. Побоялась нарваться на грубость, а может, просто не хотела разочаровываться в том образе, который возник в голове от нежных ласк…

Глупая, иррациональная надежда появилась во мне – возможно, я была неправа, когда так строго судила о нем? Может, он и правда оттаял после попытки похищения Кати? Или же просто… Открылся?

Вот так внезапно. Ведь сегодня я не только узнала, что Герман мог быть нежным любовником, но и видела его боль, то, что жило в нем.

И не могла не проникнуться сочувствием. Потерять любимого человека – это ужасно. Тем более, если у них была дочь.

Я не представляла себе, каково это. Стоило подумать, что я не смогу помочь маме, и в груди начинало болеть. А как это – потерять любимую жену?

Отчего-то я совершенно не сомневалась, что Мороз маму Кати любил. Это сквозило в каждом слове, которое я услышала.

Тоска, отчаяние…

Мне было его очень жаль. Настолько, что, похоже, я готова была забыть о том, что он вообще-то не такой уж положительный персонаж в моей жизни.

С такими мыслями я и заснула, еще не зная, что уже завтра меня ждет очередной урок от хозяина дома.

Утро началось привычно – с завтрака. Снова попыталась дозвониться до мамы, но опять безуспешно. Увы.

А днем ко мне снова пришел Мороз. Я настороженно посмотрела на него, не зная, чего ждать. Ведь про наказание он все же сказал, что в другой раз. Вдруг этот другой раз наступил?

Мужчина выглядел задумчивым. Он медленно прошел в комнату, по-прежнему не проронив ни слова. Я тоже молчала, боясь спровоцировать гостя.

– Как спалось? – наконец, заговорил тот.

– Н-нормально, – растерянно ответила я.

– Нормально… Что ж, Кудряшка, у меня для тебя есть предложение.

– Надо посидеть с Катей? – тут же обрадовалась я.

– Нет. Ее няня уже вернулась. Предложение касается тебя лично.

– Не понимаю…

– Твой контракт по-прежнему действует, но я предлагаю тебе заключить другой, – лениво произнес он, пристально глядя мне в глаза. – Так сказать, пролонгируем первый.

– То есть вы хотите… эээ… добавить еще какие-то пункты? – спросила я севшим голосом. Перед глазами уже промелькнули страшные картинки, где Герман будет использовать всякие штуки, чтобы причинить боль и…

– Дыши, девочка, – усмехнулся Мороз. – Ничего страшного тебя не ждет. Просто я буду трахать тебя где, когда и как захочу. Не более.

С минуту я смотрела на него, переваривая услышанное. То есть это получается, что он предлагал стать его постоянной… партнершей? После вчерашнего секса? Так понравилось по-другому? Или… Или что?

– Вы предлагает мне стать вашей любовницей? – наивно уточнила я.

– Не льсти себе, – ухмыльнулся Герман. – Не любовницей, а персональной шлюхой. За хорошее вознаграждение, разумеется.

Он говорил довольно спокойно, как и всегда до этого. Будто и не было вчера ничего между нами, будто не показал он себя, другого. А меня словно ударили под дых.

Персональной шлюхой. Подстилкой.

Я не сомневалась – “где и когда захочу” мне вряд ли понравится. Ведь тогда я окончательно смирюсь с положением купленной вещи. Стоит мне согласиться, и все. Дороги назад не будет.

– Надолго? – дрожащим голосом спросила я.

– Пока мне не надоест. Устану от тебя – получишь отступные плюсом к тому, что будет прописано в договоре.

– То есть вы предлагаете мне продать себя, – скорее самой себе, чем ему, сказала я.

– Ты уже продала себя.

– Только невинность! – возразила я.

– Разве это меняет дело? – усмехнулся Мороз. – Ты – просто товар. Да, по условиям договора, как только я трахну твою задницу, я должен бы тебя отпустить… Но видишь ли, Кудряшка, я могу не делать этого очень и очень долго… И при этом все равно приходить к тебе и брать.

– Но… – Под его взглядом я тут же осеклась. Вероятно, он был прав. Я была не сильна в формулировках и даже не подумала о подобной лазейке. Да что там! Я думала в тот момент только о том, чтобы помочь матери. – Зачем вам это?

– Потому что мне нравится тебя трахать. Ты мне подходишь.

От его слов стало совсем тоскливо. А еще от понимания, что Карина уже не раз говорила о том, что нам понадобятся еще деньги, чтобы помочь маме с реабилитацией. И это был неплохой вроде выход, но… Было гадко от мысли, что придется согласиться на подобное унижение. Герман и так-то не брезговал напомнить мое место, а уж если я соглашусь стать персональной подстилкой…

– Я могу подумать?

Взгляд мужчины едва заметно изменился. Но в этот момент меня это мало волновало. Пусть думает, что хочет. Я должна была понять смогу ли, вывезу ли такую ношу, и не буду ли потом жалеть обо всем, через что придется пройти.

– Подумай, – снисходительно ответил мужчина и ушел…

Первые полчаса я так и сидела, прокручивая в голове предложение Германа. Никак не укладывалось, что в жизни может быть и вот так – за деньги купить себе женщину для утех. То есть я понимала, что есть спрос на подобные разовые услуги, но чтобы вот так цинично…

Хотя чего я ожидала? Поверила, дурочка, что этот мужик на самом деле не такой уж жесткий, как показалось сначала?

Идиотка.

Такой, как он, пережует и выплюнет. А я… Я не уверена, что после соберу себя. Мне и так-то непросто чувствовать себя продажной тварью, а тут… По всему выходило, что выбор у меня был такой себе – либо соглашаться и обеспечить уход для мамы, либо остаться со своей гордостью, по которой и так уже потоптались. Еще и эта угроза, что Герман будет трахать меня, технически не выполняя одного условия…

Я сама окончательно запуталась. Поэтому не придумала ничего лучше, как позвонить сестренке. Ее здравый подход к жизни должен был помочь. Плюс она хотя бы понимала, какие дела у мамы – я-то так и не смогла ей дозвониться.

– Сеня, привет, – ответила Карина, когда я уже и не надеялась.

– Привет…

– Ты чего такая убитая?

– Я… Мне надо посоветоваться с тобой.

– Что на этот раз? Минет не удался? – хихикнула сестра.

– Нет, не в этом дело. В общем, Герман предложил мне продлить контракт…

– Ого! Вот видишь! А говорила – не смогу, не знаю…

– Да ничего я не делала, – с досадой возразила я. – Он сам с чего-то вдруг…

– Сам – не сам, какая разница? Сень, это хороший шанс. Не вздумай отказаться.

– Но это же… – замолчала, не зная, как подобрать правильно слова. – Это грязно.

– Получать деньги за секс? А ты как хотела, дорогая? Большие бабки просто так не дают. Радуйся, что твой Герман оценил твой товар.

– Мне кажется, я не справлюсь…

– С чем? Раздвигать ноги? Он, что, извращенец какой-то или издевается как-то изощренно? Может, с другими тобой делится?

– Нет! Ты что!

– Ну, вот. Чего кочевряжиться? Поублажаешь его с месяцок, и отпустит тебя. Если будешь вести себя как надо, ещё и денег даст напоследок.

– Откуда ты так хорошо обо всем знаешь?

– Оттуда, – огрызнулась сестра. – Не всем везёт зацепить мужика с тугим кошельком. Тебе повезло. Так что не упусти шанс.

– Но ведь тогда я не смогу ухаживать за мамой! – привела я последний аргумент.

– Насчет этого не волнуйся. Номер счет укажи тот же, что и для аукциона.

– А как же мама? Ты ее навещаешь? Я никак не могу ей дозвониться – телефон постоянно отключен.

– Видимо, зарядка села, – довольно беспечно ответила Карина.

– Ты уверена? Ты была у нее?

– Была. Что ты одно и то же спрашиваешь? – раздраженно цокнула она. – Все под контролем.

– А операция? Сделали?

– Сделали – не сделали – какая разница? Ты не об этом должна думать!

– Карина! – возмутилась я. – Ты что такое говоришь? Это же наша мама!

– Да знаю я, что наша. И я кручусь, как могу.

– Ты не ответила – что с операцией? Почему не провели? Дело в деньгах?

– Нет, не в деньгах. Врачи сказали, что надо подождать.

– Ей стало хуже? – спросила я, а у самой в горле резко пересохло. Неужели мы опоздали…

– Можно и так сказать. Но ты не волнуйся. Я слежу за ситуацией.

– Когда ты к ней поедешь?

– На днях.

– Позвони мне, как будешь у нее. Я хочу слышать мамин голос, – попросила я. – Пожалуйста, Карин. Я ведь только ради нее… Иначе какой смысл?

– Ладно, – неохотно ответила сестра. – Но учти – у меня работа, и как скоро смогу вырваться, не знаю. Я и так часто отпрашивалась эти дни.

– Я понимаю. Но хочу убедиться, что с мамой все хорошо.

– Убедишься. Сейчас главное – контракт подпиши и деньги получи.

– Но…

– Хватит, Сеня. Прекрати, – разозлилась сестра. – Ты и сама знаешь, для чего деньги нам нужны. Будешь упрямиться, Герман пошлет тебя и найдет девочку посговорчивее. Хватит строить из себя нетронутую невинность.

– Тебе легко говорить, – горько прошептала я, глотая слезы. – Это не тебя придется ублажать чужого мужчину.

– Да я бы с радостью поменялась с тобой местами, – неожиданно заявила она. – Да только не всем так везёт, как тебе. Так что хватит ныть – соглашайся на предложение и постарайся получить удовольствие от своего положения.

Карина отключилась, а я так и сидела, беззвучно плача. Конечно, я не ждала, что она будет меня успокаивать. Нет, сестрёнка была в этом смысле довольно холодной. Но я надеялась, что она отнесётся с пониманием к моим сомнениям и поможет принять верное решение.

Однако после разговора у меня осталось странное ощущение, что с мамой все же что-то не так. И что Карина почему-то решила скрыть это от меня. Может, мама узнала о том, как я заработала деньги, и отказалась от лечения?

В это я могла поверить. Мамочка вряд ли бы допустила такое. Либо же ей стало хуже, и теперь сумма за лечение возросла, и именно поэтому сестра так настаивала, чтобы я согласилась на предложение Германа.

В этом была вся она – практичный подход во всем. Зачем подробности, если нужно сделать то-то и то-то. К сожалению, ее переделать и переубедить не выходило.

И я все же задумалась, что мне надо как-то выбраться и навестить маму. Возможно, мое согласие смягчит Германа, и он пойдет мне навстречу?

– 16 Герман -

Дорога до клуба, где у меня была назначена встреча, заняла больше времени, чем я рассчитывал. И я невольно снова вернулся мыслями к рыжей девчонке.

На что рассчитывал, когда озвучивал ей предложение? Хотел посмотреть на ее реакцию, проверить – может, был все же шанс, что она и правда из другого теста.

Но, увы…

Да, она не стала кокетливо стрелять глазками и обсуждать сумму, но и не отказалась. То, что она ещё не прогнила внутри, стало ясно за эти дни. Но ее разговор с сестрой…

Мне хватило и пары фраз, чтобы догадаться об исходе беседы.

Рано или поздно девчонка пойдет по стопам сестры – будет искать мужиков побогаче, ублажать их и стараться оторвать кусок пожирнее.

Как и все они…

Впрочем, крохотный шанс все же оставался. Но я не верил в чудеса.

– Герман Владимирович, приехали, – раздался голос водителя.

– Спасибо.

Стоило пройти в клуб, как мысли привычно перестроились на рабочий лад. Все личное – после.

В одном из кабинетов меня уже ждал информатор. И это было куда приоритетнее размышлений о рыжеволосом приобретении.

– Герман! – раздался знакомый голос совсем рядом.

Велена. Надо же… Не ожидал.

– Здравствуй, – ответил, глядя на подходящую ближе молодую женщину.

– Какими судьбами? – кокетливо спросила она. И еще один знакомый жест – чуть прикусила губу, как делала это неоднократно.

– Дела.

– Ты, как всегда, трудоголик. Но и отдых нужен…

Ее намек настолько прозрачный, что даже напрягаться не нужно было – все ясно и без слов.

– Ты все так же с алой повязкой? – поинтересовался, скользнув по ее запястью.

– Как видишь. Так что… – многозначительно добавила Велена.

Мы познакомились с ней в одном из подобных клубов. Не то чтобы тематических. Скорее, с некими привилегиями, в которых девушки не просто отдыхали, а совмещали приятное с полезным. Так вот в сети этих клубов была принята определенная градация, которая означала рамки, на которые согласна потенциальная партнерша на ночь.

И алый – это достаточно высоко, чтобы удовлетворить даже самых привередливых клиентов. В мои планы не входило пользовать ее, но в тот вечер обстоятельства сложились так, что Велена оказалась за нашим столом. А мне нужно было сбросить напряжение. Так мы впервые оказались в ВИП-кабинке.

Мои партнеры в тот момент питали странную слабость к подобным местам, так что следующая встреча состоялась довольно скоро. И Велена снова оказалась поблизости. В отличие от остальных девиц, она играла не настолько фальшиво, а в большинстве случаев и вовсе говорила в открытую, чего хотела. И это мне импонировало. Потому как формула – секс за деньги, мне была вполне понятна. И главное – понятна ей самой.

Однако мне казалось, что аппетиты девушки стали расти, и ей стало тесновато в рамках алой повязки – вполне ожидаемо было, что она зайдет куда дальше. Ведь чем темнее твой цвет, тем дороже ты стоишь.

А Велена деньги любила.

Но все же она стояла здесь, все в той же категории.

– Так что? – лениво уточнил я, мысленно прикидывая, как можно будет провести время после встречи.

– Если не уходишь, мой вечер сегодня твой.

– Не пожалеешь, что останешься без острых ощущений?

– С тобой-то? – усмехнулась она. В отличие от многих продажных, дам Велена не юлила передо мной. Она честно отрабатывала деньги, но почему-то не лебезила и не заискивала. Может, чувствовала, что мне это попросту не надо. Потому как клиенты в подобных местах такое как раз-таки любили. А значит, норов показывать здесь ой как не приветствовалось. – Так что? Подождать тебя?

Окинув ее еще раз взглядом, понял странную вещь – не хочу. То есть тело ее по-прежнему выглядело как надо. Да и не потрепалась она за эти пару лет. И уж после разочарования в рыжей девчонке самым логичным было выплеснуть злость с этой красоткой.

Но не хотелось. С каким-то неумолимым отвращением понимал, что продажность в этом мире никогда и никуда не денется, что вокруг всегда будут именно вот такие – желающие заработать. И это убивало всякое желание.

– Не стоит, – покачал головой. – Хорошего вечера, Велена.

Странное ощущение правильности не покидало меня, пока не зашел в ВИП, где меня уже ждал информатор.

– Добрый день, – тут же отреагировал тот. Молодой парнишка, еще совсем зеленый.

– Слушаю.

– Вот, – он положил на стол между нами флешку. – Все, что удалось собрать.

– Роберт? – отрывисто спросил, забирая вещицу.

– Я действовал очень осторожно. Он не должен ничего заподозрить.

– Сколько сделок планируется?

– Пока две.

Кивнул в ответ, прикидывая примерные сроки.

– Задание остается то же. И осторожнее – не оставляй следов.

– Конечно! – заверил парень.

Клуб я покидал с ощущением, что наконец-то удалось сделать верный шаг к моей цели. А значит, все было не напрасно. И сейчас было самое время поработать.

Знал бы я, что на сегодня неприятные разговоры еще не закончились…

– 17 Есения -

Я не ожидала снова увидеться сегодня с Германом. Но выходя из кухни и направляясь к лестнице, практически столкнулась с ним. Возможно, стоило бы отложить разговор, но после тех сомнений, что у меня появились, я все же решилась.

– Добрый вечер, – осторожно произнесла я.

– Опять бродишь по дому? – хмуро спросил мужчина. Я молча показала бутылку воды. – Ясно.

Он уже развернулся, чтобы уйти, и я поняла – либо сейчас, либо снова придется искать удобный случай. И неясно, когда тот подвернется.

– Я подумала насчет вашего предложения! – громко произнесла я.

Хозяин дома замер, а затем медленно обернулся ко мне.

– Подумала, говоришь?

– Д-да, – я даже кивнула для пущей убедительности. – И я согласна.

– Что ж, Кудряшка, я тебя услышал, – хладнокровно ухмыльнулся Мороз, а мне вдруг показалось, что я только что совершила ужасную ошибку.

– Только у меня есть условие.

– Условие? – судя по голосу мужчины, мне удалось его удивить. – Даже так… Что ж, я слушаю. Давай, смелее.

– Вы отпустите меня в больницу – навестить маму, – выпалила я на одном дыхании. – Желательно, прямо завтра утром, – добавила я напоследок, поборов желание зажмуриться от страха.

Лицо Германа не выражало ни единой эмоции. Вот вообще. Словно я с каменной глыбой разговаривала.

– Она болеет, и я хотела…

– Да плевать, – бесцеремонно оборвал он меня, делая шаг навстречу. – Ты, девочка, решила, что вправе ставить мне условия? Так?

– Нет, но…

– Ты заикнулась про условие, – жестко припечатал мужчина. – Ты с чего решила, что можешь что-то диктовать? Думаешь, будто у тебя волшебная вагина, да, детка?

Мне стало нехорошо от его жестоких слов. Ведь подобного у меня и в мыслях не было. Я просто надеялась, что если подойду к делу практично, как и сам хозяин дома, то мы быстрее договоримся. А вышло…

– Нет…

– Нет… Вот именно, что нет, – криво ухмыльнулся он. – У тебя между ног то же самое, что у всех. Единственное, что тебя отличало от большинства – ты была нетронутой. Но теперь… – еще одна гадкая ухмылка в мой адрес. – Теперь ты такая же, как остальные – продажная шлюха, которая будет удовлетворять того, кто больше заплатит.

– Неправда, – сорвалось с моих губ, а слезы уже жгли глаза.

– Неправда? – обманчиво мягко уточнил он, подходя практически вплотную. Его рука коснулась моих волос, а затем я ощутила крепкую хватку на затылке. – На колени, Кудряшка, – раздался жестокий приказ.

Я сдавленно охнула, не веря тому, что происходило.

– Мне стоит повторить? – тихо спросил Герман. – Или ты намеренно решила мне перечить? Хочешь наказания похуже?

– Я… Я не… – в голове творился полный сумбур. А еще было до чертиков страшно. Потому что в глазах Германа была настоящая темнота. Темнота и равнодушие. И это пугало до ужаса. Ведь такой человек способен сотворить что угодно. – Не хочу, – прохрипела я.

– Ты знаешь, что делать.

Был ли у меня выбор? По-настоящему, был ли он? Из двух зол выбирают меньшее.

И я послушно опустилась на колени. Мои волосы по-прежнему были в кулаке у Мороза. А в глазах у него промелькнуло не просто пренебрежение – брезгливость.

Другая рука оказалась рядом с моим лицом, а большой палец весьма ощутимо надавил на губы, заставляя приоткрыть рот. Это было унизительно и гадко. Что сама поза, что то, о чем говорил Герман.

Слезы уже невозможно было сдерживать, и я ощутила, как на щеках появилась влага. Но разве это могло удержать монстра? Нет. Он продолжал издеваться.

– Видишь, Кудряшка? Ты снова на коленях. И пожелай я – откроешь рот и отсосешь, как миленькая. Еще и проглотишь все, что я тебе дам. Так разве ты не шлюха? – Он резал меня без ножа. Каждое слово впивалось в сердце, заставляя слезы катиться все сильнее. – Молчишь? Вот именно. Ты сама выбрала этот путь. И нечего строить из себя благородную леди, раз уж решилась раздвигать ноги за деньги.

Наконец, хватка в волосах ослабла, и я смогла опустить голову, чтобы больше не видеть равнодушного, холодного взгляда, в котором не было ни капли сострадания.

– Не тебе ставить мне условия. Ты – всего лишь моя вещь. И только мне решать, когда у тебя выйдет срок годности. Я определяю, когда ты будешь использована по назначению. Это ясно?

Закусила губу, чтобы не заплакать в голос. Я даже представить не могла, что человека можно было унизить вот так – просто словами и безразличием.

– Ясно… – едва слышно ответила я, боясь, что иначе экзекуция продолжится.

– Ты здесь только потому, что я так захотел. И если я предложил тебе что-то, то лишь потому, что это – знак моей доброй воли.

Сидя на полу, я видела, как Мороз обошел меня и направился к лестнице.

– Тебе стоит запомнить свое место, чтобы не было напрасных ожиданий. Иначе разочаруешься.

Холодные, равнодушные слова, после которых я осталась одна, на полу. Заплаканная и униженная. Опять.