Читать книгу "Воздушная битва за Москву. Сталинские соколы на защите столичного неба. 1941–1944"

8 ноября в Подмосковье так же стояла пасмурная погода со снегом и дождем. Тем не менее авиация обеих сторон производила ограниченные действия. Например, ВВС Западного фронта выполнили 74 вылета, нанося удары по немецким войскам в районе Волоколамска и Малоярославца. «В полосе 12 АК налеты на бреющем полете и бомбардировки, – доносил штаб 4-й армии. – На участках 57, 20 АК и 4-й танковой группы – незначительные действия вражеской авиации». А в районе Тулы ударам подверглись позиции 53-го армейского корпуса, особенно 167-й пехотной дивизии. 6-й иак выполнил 83 вылета на разведку и патрулирование над Москвой.

Люфтваффе действовали малыми силами. II авиакорпус, действовавший на южном крыле группы армий «Митте», осуществлял в основном транспортные перевозки на снабжение 2-й танковой армии, а также разведку с помощью одиночных истребителей. Бомбардировщики VIII авиакорпуса нанесли серию ударов по железным дорогам Бологое– Рыбинск и Москва – Ярославль. Кроме того, истребители занимались сопровождением Ju-52 и грузовых планеров, доставляющих бензин и другие предметы снабжения 3-й и 4-й танковым группам.

9 ноября погодные условия несколько улучшились, хотя местами по-прежнему шел дождь со снегом, а видимость составляла до 2 км. Германская авиация значительно активизировалась. Штурмовики и пикирующие бомбардировщики наносили удары по позициям советских войск к районе Тулы, а на северном фланге – по железным дорогам Бологое – Рыбинск и Москва – Ярославль. Но наибольшую активность люфтваффе проявляли непосредственно в районе Москвы. Были атакованы сразу несколько аэродромов к югу от города. Так, в 11.00 Не-111 с бреющего полета обстрелял

Суково, а в 14.37 Ju-88 сбросил 11 осколочных бомб на Дубровицы. Начиная с 13.50 немцы мелкими группами и одиночными машинами выполняли налеты на столицу, в ходе которых на город было сброшено 67 фугасных, осколочных и около 1500 зажигательных бомб. Были полностью или частично разрушены несколько предприятий и десятки жилых домов. По данным службы МПВО, погибло 26 человек, 137 получили ранения и контузии. Пожары в городе полыхали до следующего утра.

6-й иак выполнил 382 вылета, прикрывая войска Западного фронта, железнодорожные перевозки и Москву. Летчики отчитались о 3 сбитых Ju-88 при 2 потерянных истребителях. Один из них западнее Серпухова сбил пилот ЛаГГ-3 лейтенант Герасим Григорьев из 178-го иап. По немецким данным, это был Ju-88A-5 лейтенанта X. Майера из I./KG76, который пропал без вести, так и не выполнив задания – бомбардировки железнодорожной станции Талдом на Савеловском направлении.

Во время вылета на штурмовку в район Косой Горы пропали без вести младший лейтенант Шпак и Карамышев из 120-го иап. Отметим, что Шпак с начала войны далеко не в первый раз не возвращался с заданий, но потом всякий раз приходил в часть пешком. Всего ВВС РККА выполнили в течение суток 790 вылетов на всех фронтах. Таким образом, на 6-й корпус пришлась половина всей боевой работы нашей авиации.

10 ноября метеоусловия опять ухудшились, стояла низкая облачность, и шел снег, перемежающийся с дождем. Такая погода снова вынуждала немцев много сил тратить на обеспечение снабжения фактически отрезанных (грязью) от тыла войск. Кроме того, несколько дивизий в этот период занималось прочесыванием тыловых районов в поисках еще не сдавшихся после окружения частей и партизан, а также ремонтом дорог. В целом по всему огромному фронту шла позиционная война с взаимными вылазками, разведывательными рейдами, нападениями на деревни и поселки в прифронтовой полосе и артиллерийскими перестрелками. И только на южном крыле 2-я танковая и 2-я полевая армии, несмотря на распутицу, медленно продолжали наступление на Сталиногорск, Елец и Воронеж. Немецкие бомбардировщики в основном совершали налеты на железные дороги к северу и югу от Москвы, а также аэродромы ВВС Западного и Брянского фронтов.

6-й иак действовал ограниченно, занимаясь патрулированием над Москвой, Тулой и Серпуховом. Было выполнено 33 вылета, которые прошли без встреч с противником.

Утром 11-го числа погода по-прежнему оставалась пасмурной и теплой с сильной облачностью и дымками. Местами шел сильный снегопад. Немецкие бомбардировщики поддерживали наступление 43-го армейского корпуса, пытавшегося прорваться к Туле с северо-запада по дороге Алексин – Тула, железным дорогам к северу и югу от Москвы, а также по советским аэродромам. В 13.00 и 14.19 было совершено два налета подряд на Раменское, в ходе которых было сброшено 18 фугасных бомб. В 13.25 были атакованы Люберцы (сброшено 14 бомб, из которых 4 не взорвались), а в 14.45 – Дубровицы (сброшено 9 осколочных бомб). По советским данным, серьезного ущерба эти бомбардировки не причинили. В обеденное время 2 Не-111 совершили налет на Москву (сигнал ВТ подан в 12.47), сбросив на нее 15 фугасных и осколочных бомб. По данным службы МПВО, взрывы «причинили незначительные разрушения», тем не менее погибло 22 человека, а 72 получили ранения.

Корпус выполнил 307 вылетов, но доложил только об 1 сбитом самолете неуказанного типа. По немецким данным, в этот день был потерян вместе с экипажем Не-111Н-6 W.Nr. 4409 «1Т+?К» из 2./KG28. Но никаких подробностей о причинах и районе его гибели не найдено. Не-111Н-3 W.Nr. 3207 из З./KGr.lOO «Викинг» был поврежден зенитным огнем и при возвращении разбился во время аварийной посадки. Два летчика из его экипажа погибли. Кроме того, был сбит зенитками Не-111Н-6 W.Nr. 4100 «Ш+DR» из 7./KG26 «Лёвен», экипаж которого погиб.

И-153 и МиГ-3 из 120-го иап, взлетавшие с Центрального аэродрома столицы, снова атаковали наземные цели в районе Тулы и Серпухова, выпустив по ним 74 «эрэса». Был в очередной раз подбит зенитным огнем политрук Сергей Колесников, который совершил вынужденную посадку на своей территории. Летчик получил ранения и был отправлен в госпиталь. В суточном донесении группы армий «Митте» отмечались «налеты на бреющем полете» на позиции 17-й танковой дивизии 2-й танковой армии. Также в этот день были зафиксированы многочисленные налеты на Калинин, в результате которых немецкие войска в городе понесли существенные потери.

Тем временем немецкие штабы уже вечером 11 ноября сообщили о резком изменении погоды («к вечеру начало подмораживать», «небольшой мороз») и одновременно улучшении состояния дорог. Это позволило резко форсировать подготовку к «последнему наступлению», которое, по мнению некоторых, должно было «решить исход войны».

Уже утром 12 ноября, несмотря на продолжающиеся местами снегопады, температура воздуха резко упала до 15 градусов мороза. Люфтваффе поддерживали наступление 43-го и 54-го армейских корпусов на Тулу, наносили удары по железным дорогам и аэродромам. Самолеты-разведчики действовали по всему фронту от Калинина до Ельца. При этом Hs-126 под прикрытием истребителей корректировали огонь артиллерии и вели аэрофотосъемку прифронтовой полосы. Транспортная авиация занималась снабжением танковых дивизий. Впрочем, Ju-52 и грузовые планеры, конечно же, не могли полноценно заменить железные дороги и автомобильный транспорт. «Танковые корпуса армии не располагают достаточными запасами горючего, – докладывал на следующий день штаб 2-й танковой армии. – Нынешнего поступления горючего едва хватает на перевозки в целях снабжения армии. Пополнение запасов до 5–6 норм расхода, необходимых для выхода к р. Ока, неосуществимо без существенного увеличения поступления горючего».

6-й иак выполнил 545 вылетов общим налетом 459 часов. Таким образом, средняя продолжительность вылета в связи с началом морозов сократилась до 0,84 часа. При этом наибольшее внимание уделялось борьбе с немецкими корректировщиками. Летчики доложили о 5 сбитых самолетах, в том числе 3 Hs-126 и 2 Ju-88. Один из «Юнкерсов» северо-западнее Серпухова сбил старший лейтенант Федор Митрофанов из 445-го иап. Впрочем, все эти победы не подтверждаются данными противника. Собственные потери корпуса составили 2 истребителя МиГ-3. Был сбит и погиб младший лейтенант Зорин из 445-го иап, а младший лейтенант Голдобин из 565-го полка пропал без вести. Противник особенно отметил продолжающиеся бомбардировки Калинина и его окрестностей. 10-й зенитный полк люфтваффе, находящийся в городе, заявил о «юбилейном» – 50-м советском самолете, сбитом им.

13 ноября в Подмосковье стояла морозная, но облачная погода с дымками и снегопадами. Корпус произвел 409 вылетов, прикрывая войска Западного фронта, Москву, а также Яхрому, Загорск, Каширу, Серпухов и Сталиногорск. 6 Як-1 из 436-го иап прикрывали бомбардировщики ВВС Западного фронта, которые совершали очередной налет на Калинин. В 11.26 9 И-153 и 6 МиГ-3 из 120-го иап нанесли штурмовой удар по немецким войскам к югу от Тулы. В 15.20 девятка «Чаек» в сопровождении 3 МиГ-3 атаковали колонну автомашин в деревне Бор-Караулово (28 км западнее Серпухова). Летчики заявили о 2 сбитых самолетах, при этом не вернулось с заданий 4 истребителя (2 Як-1 лейтенанта Коблякова и младшего лейтенанта Лобова из 562-го иап, И-153 младшего лейтенанта Кравцова из 120-го иап и МиГ-3 старшего лейтенанта Черненко из 428-го иап). В районе Алексина кто-то из пилотов И-153 залпом своих PC сбил истребитель немецкого аса обер-фельдфебеля Эдмунда Вагнера из JG51. По другим данным, он был сбит в бою с пикирующими бомбардировщиками Пе-2. Летчик, имевший на своем счету 58 побед (из них 22 он одержал в октябре 1941 г. под Москвой), погиб[46]46
  17 ноября 1941 г. Вагнер был посмертно награжден Рыцарским крестом.


[Закрыть]. Противник отметил «оживленные» действия советской авиации в полосе 7-го и 9-го армейских корпусов 4-й армии, а также сильные налеты на Калинин и аэродром Старица.

Вечером «Хейнкели» из I./KG28 совершили очередной налет на Москву, основной целью которого были железнодорожные объекты в черте города. Воздушная тревога была объявлена уже затемно – в 19.55. По данным службы МПВО, на город было сброшено 17 фугасных бомб, от которых сильно пострадала станция Москва-товарная Западной железной дороги. Также было разрушено 8 жилых домов, погибло 6 человек, 33 получили ранения. При возвращении один из немецких бомбардировщиков (Не-111Н-6 W.Nr. 4543) разбился при посадке на своем аэродроме Сещинская.

14 ноября установилась ясная и не очень морозная погода, способствовавшая активным действиям авиации. Воспользовавшись «улучшением» (с военной, не общечеловеческой точки зрения, разумеется) погоды, советские войска перешли в наступление против 4-й германской армии, которое было особенно сильным на участке 12-го и 13-го армейских корпусов в районе Серпухова. В нескольких местах танкам удалось прорвать немецкую оборону, и только своевременное появление «Штук» из StGl, которые в течение трех часов наносили удары по советским войскам, немцам удалось стабилизировать положение. В свою очередь, наши войска поддержал 120-й иап, который дважды бил «эрэсами» по ближнему тылу противника к западу от Серпухова. Летчики отчитались о 22 выведенных из строя автомашинах и 17 конных повозках.

Ju-87 из StGl, а также Bf-110Е из II./SKG210 тоже наносили удары по советским частям к югу от Алексина, которые уже две недели пытались прорвать фронт 43-го армейского корпуса. Одновременно с этим транспортные Ju-52 сбрасывали на позиции последнего контейнеры с продовольствием и боеприпасами. Корпус оборонялся в глухой лесистой местности к северо-западу от Тулы, был фактически отрезан от остальных частей и долгое время снабжался только по воздуху.

Активно действовала вражеская авиация и в районе Москвы. В 13.26 в городе была объявлена тревога, после чего на город было сброшено 18 фугасных и осколочных бомб. По данным службы МПВО, «серьезных» разрушений они не причинили, погибло 2 человека и 6 получили ранения. А в 15.50 немцы набрались наглости, и 6 ВТ-110 в сопровождении одномоторных истребителей совершили налет на Центральный аэродром столицы, сбросив на него 13 осколочных бомб.

В районе Москвы, к северо-западу и югу от нее постоянно шли воздушные бои. Летчики 6-го иак доложили сразу о 62 схватках с врагом и 31 сбитом самолете. Больше всего побед, в том числе непосредственно над столицей, засчитали пилотам 28-го иап, действовавшим с аэродрома Монино. Так, лейтенантам Константину Федотову и Ивану Холодову были засчитаны сбитые лично Me-109. Этот же полк понес и самые большие потери: 5 МиГ-3 пропали без вести (лейтенанты Пойденко и Чернов, сержанты Безгудов и Алексеев, младший лейтенант Глушко). Также не вернулись с заданий старший лейтенант Сергеев из 233-го полка и сержант Ковалев из 562-го. В последнем особенно отличилось звено Як-1 лейтенанта Ивана Калабушкина, которому в этот день было записано сразу 3 сбитых самолета, в том числе Me-110 и 2 «Ме-115». Вообще же пилоты 562-го полка тогда отчитались о целом десятке коллективно сбитых «сто пятнадцатых». По два сбитых в группе «Ме-115» были засчитаны летчикам Ивану Струкову, Петру Сергееву, Евгению Иванову, Ивану Соколову и т. д.[47]47
  Как и «Не-113», это был фантом, за который принимали обычный Bf-109F. В марте 1941 г. разведуправление Генштаба Красной армии сообщило секретную информацию: «Самолеты, находящиеся в опытном строительстве… Одноместный истребитель «Мессершмитт» Ме-115, с мотором «Даймлер-Бенц» ДВ-603 мощностью 1500–1700 л. с.». Первым сбитым «Ме-115», официально засчитанным нашим летчикам, по всей видимости, стал истребитель, сбитый в районе Ленинграда 29 августа 1941 г. старшим лейтенантом П.Т. Тарасовым из 15-го иап. После этого сообщения о сто пятнадцатых периодически попадали в сводки в течение года.


[Закрыть] А вот старший лейтенант Федор Митрофанов из 445-го полка в районе Высокиничей сбил Ju-88, одержав свою 3-ю личную победу. Младший лейтенант Николай Тараканчиков из 34-го иап сбил Me-109 южнее Подольска, а его однополчанин младший лейтенант Виктор Коробов – Me-110 в районе Внуково. Увы, в данном случае практически все заявленные победы не подтверждаются данными противоположной стороны.

Вообще же хроники практически всех подразделений люфтваффе, действовавших в тот период под Москвой (особенно штурмовиков и истребителей), отмечают исключительно низкие и редкие боевые потери, каковых не наблюдалось ни ранее во время операции «Барбаросса», ни над Балканами, ни даже в небе над Польшей в сентябре 1939 г.! Например, IV./JG51, с 7 по 27 октября базировавшаяся на аэродроме Юхнов, за этот период записала на свой счет 37 сбитых самолетов (в основном это были бомбардировщики СБ, Пе-2, Ил-4) при одной безвозвратной потере. III./JG51, в начале октября получившая задачу вести «свободную охоту» и прикрывать наступление танков на Юхнов, только с 1 по 8 октября одержала 18 побед при одной собственной потере. Затем в период до 22 октября пилотами «Мессершмиттов» был сбит, по немецким данным, еще 41 самолет (в основном из состава ВВС ЗФ), в том числе 10 октября – 12, 17 октября – 9 и 22 октября – 8.

Собственные потери составили 2 Bf-109F-2. 23-го числа группа перебазировалась поближе к линии фронта – в Малоярославец и до конца месяца успела одержать еще 31 победу при 3 потерянных истребителях. В течение ноября группа записала на свой счет 26 побед при 3 потерянных машинах и 2 летчиках (самой тяжелой из них стала упоминавшаяся гибель Эдмунда Вагнера). В основном сбивались бомбардировщики Пе-2 и ДБ-3, а, к примеру, 10-го числа к западу от Серпухова был сбит биплан У-2.

Похожий боевой путь во время наступления на Москву прошла и II./JG51. В течение 11–19 октября, действуя на южном фланге, ее пилоты одержали 13 побед при одной потере. 20-го числа группа перебазировалась на аэродром Орел, действуя из которого в полосе наступления 2-й танковой армии она сбила еще 18 самолетов (в основном бомбардировщиков и штурмовиков) при 1 потерянном Bf-109. С 5 по 8 ноября летчики II./JG51 записали на свои счета 14 побед при одной потере. I./JG51 с 1 по 12 октября одержала 24 победы при 1 сбитом мессере. С 12 по 31 октября группа действовала с аэродрома Медынь, сбив еще 47 советских самолетов. При этом 1 летчик погиб, 3 пропали без вести. Правда, уже 6 ноября группа убыла в Старую Руссу.

В то же время ВВС Западного фронта практически в полном составе занимались атакой наземных целей. Штурмовики Ил-2, истребители Як-1, МиГ-3 и ЛаГГ-3 появлялись из дымки на бреющем полете, внезапно атакуя войска на марше, автомашины и повозки, а также мосты, узлы дорог и населенные пункты. Подобные налеты особенно страшны были тем, что с момента визуального обнаружения самолетов до открытия ими огня и сброса «эрэсов» и бомб проходило всего несколько секунд, многие солдаты и водители даже не успевали спрятаться. Особенно большие потери от ударов авиации немцы понесли 14 ноября в полосе 4-й армии и 3-й танковой группы. Штаб подчиненного последней 41-го армейского корпуса жаловался «наверх»: «Непрерывные воздушные атаки увеличивают наши потери в людях и технике, угрожают перевозкам и снабжению».

Отметим, что к середине ноября в составе ВВС ЗФ было пять авиадивизий, в которых насчитывался всего 181 самолет (81 истребитель, 80 бомбардировщиков Пе-2 и 20 Ил-2). Территориально 47-я авиадивизия базировалась в районе Тушино, 77-я АД – к югу от Москвы на аэродромах Власьево, Подольск и Степыгино. Части 43-й и 146-й авиадивизий находились соответственно в Раменском и Егорьевске, а ночные бомбардировщики из 23-й АД – в Тейково, Борисовском и Добрынинском к востоку от столицы. Понятно, что такими силами наносить эффективные удары по тылам противника было затруднительно, тем не менее наши летчики, что называется, старались, как могли.

Боевой состав ВВС Западного фронта по состоянию на 15 ноября 1941 г.

Согласно общепринятым данным, 15 ноября якобы началось второе немецкое наступление на Москву. Однако это не совсем так, а скорее даже совсем не так. Наоборот, в этот день 16-я советская армия предприняла наступление в районе Волоколамска, а части 5, 43 и 33-й армий в нескольких местах атаковали позиции 4-й армии. Особенно ожесточенные бои шли на участке 12-го и 13-го армейских корпусов. Бросив в бой только что прибывшие с Дальнего Востока 415-ю «сибирскую» дивизию и 125-й танковый полк, при массированной поддержке реактивных минометов советские войска перешли в наступление в районе Серпухова. Целью этой операции, которую потом обзовут «частными ударами», было вовсе не «сковывание противника», а разгром 4-й немецкой армии и выход на ранее оставленную Можайскую линию обороны, дабы отодвинуть фронт от Москвы. А как минимум «измотать» и «изнурить» немецкие войска и сорвать их наступление. Атакующие советские войска подвергались непрерывным ударам штурмовиков Ju-87 из StGl, которые и позволили противнику удержать фронт.

Немцы же в этот день вели в основном разведку боем и занимали исходные позиции. И только в районе Волжского водохранилища некоторые части, также поддержанные ударами штурмовиков из StG2 «Иммельман», продвинулись вперед. В 13.00 был совершен налет на аэродром Тушино, на который было сброшено 80 фугасных и осколочных бомб. В результате было сильно повреждено летное поле, уничтожен 1 МиГ-3 6-го иак и несколько самолетов 47-й АД ВВС ЗФ.

Корпус выполнил 324 вылета, средняя продолжительность полета истребителей составила 0,8 часа (48 минут). Учитывая, что только на набор высоты, а потом на полет к базе, снижение и посадку тратилось от 20 до 30 минут, получается, что эффективность подобной боевой работы была крайне низкой. Из всего полета лишь 20–25 минут оставалось на выполнение задания и ведение боев. Заметим, немецкие истребители Bf-109E/F в нормальных условиях могли находиться в воздухе до 2 часов, а с подвесными баками (которые у нас не использовались вовсе) – 3 часа. Причиной тому были крайне неэкономичные двигатели, а также необходимость постоянно летать на малых высотах, когда расход бензина еще больше возрастал. Типичная высота работы авиации под Москвой была значительно меньше «классической» в 4000 м! Таким образом, боевая производительность истребителей люфтваффе в среднем была в 2,5–3 раза выше, чем в ВВС РККА. Этот существенный факт надо учитывать при сопоставлении номинального количества боевых вылетов обеих сторон.

120-й иап по уже сложившейся традиции наносил удары по наземным целям в районе Серпухова. Штурмовку немецких войск в районе Городища впервые осуществили и Як-1 из 436-го иап. «Результат штурмовки: рассеяна мотомехколонна противника длиной до 2 км», – сообщал журнал боевых действий. Летчики 6-го иак отчитались о 8 сбитых самолетах, при этом 4 истребителя не вернулись с заданий. По немецким данным, северо-восточнее Тулы был сбит Не-111Н-5 W.Nr. 3926 «A1+ES» из 8-й эскадрильи KG53 «Легион «Кондор». Из пяти человек экипажа два погибло, а трое, в том числе и пилот фельдфебель Франц Граве, взяты в плен. Восточнее Можайска в районе Дорохово был сбит Bf-109F-2 W.Nr. 12913 унтерофицера Бернарда Вильски из 6./JG52. Пилот погиб. Позже этот «Фридрих» (который летчики часто опознавали как «Не-113») был эвакуирован, восстановлен и испытывался в НИИ ВВС Красной армии. Что, впрочем, не помешало сбивать мифические «Хейнкели-113» и дальше… Сбитый в составе группы Me-109 был записан как групповая победа на счет сразу 5 пилотов Як-1 из 562-го иап. Немцы в этот день отметили сильные налеты на Калинин (по советским данным, целью являлся мост через Волгу) и налет одиночных бомбардировщиков на Брянск.

16 ноября командующий группой армий «Митте» генерал-фельдмаршал фон Бок предупредил командующих армиями, что резервов нет вообще (кроме одной дивизии), поэтому в начинающемся наступлении следует, как в «идеях чучхе», опираться на свои силы. Уже этот факт говорит о том, что операция началась в духе полнейшего авантюризма. В танковых дивизиях не хватало топлива, кое-где не успели даже подвезти снаряды для полевой артиллерии. Это же касалось и авиации. Несмотря на то что главная цель наступления не была достигнута, еще в начале ноября многие подразделения стали отводиться в тыл для пополнения, реорганизации и отправки на другие фронты. Восточный фронт покинули I./KG2 «Хольцхаммер», KGr.806, сразу несколько подразделений ближней и дальней разведки. 13 ноября, как раз накануне нового наступления, в Германию улетела специализированная авиагруппа KGr.100 «Викинг», а через два-три дня вслед за ней отправились KG54 «Тотенкопф» и KG55 «Грайф». Далее началась переброска на Сицилию штабов и управлений 2-го воздушного флота и II авиакорпуса. В итоге на центральном участке фронта остался лишь VIII авиакорпус генерал-оберста Вольфрама фон Рихтхофена. Который тоже изрядно похудел, еще и поделившись рядом подразделений с другими фронтами. В частности, специализированная авиагруппа III./KG4 «Генерал Вефер» майора Вольфганга Бюринга 15 ноября перелетела на аэродром Плескау (Псков), а еще раньше в Старую Руссу убыла I./JG51. Для того чтобы как-то закрыть «дыру» между районом действий VHI авиакорпуса и 4-м воздушным флотом (а она получилась довольно большой!), было даже сформировано так называемое 2-е временное внештатное Командование непосредственной поддержки пехоты (Nakafue 2) со штабом в городе Орел. Впрочем, фюрер не видел в этом никакой проблемы. «Наличие двух воздушных флотов ничего не меняет в оперативно-тактическом отношении в использовании их на трех направлениях, ибо для группы армий «Митте» выделен отдельный авиационный корпус», – заявил он на одном из совещаний.

Насчет боевых действий 16-го числа тоже имеются некие разночтения. По советским данным, немцы перешли в наступление силами 4-й танковой группы у Волоколамска, но были героически сдержаны частями 316-й стрелковой дивизии (именно тогда имел место эпизод, позднее получивший название «подвиг 28 панфиловцев»). Однако в советских и немецких оперативных сводках данный эпизод описан несколько иначе. 4-я танковая группа не столько наступала, сколько отражала советские атаки, причем сами панфиловцы тоже вели наступление! «316 СД и группа Доватора, нанося удар своим правым флангом, овладели районом Бортники– Софьевка – Блуды и вели бой на рубеже Хрулево – Давыдово», – говорится в оперативной сводке Генштаба Красной армии за 16 ноября. И только на участках 46-го и 5-го армейских корпусов немцы немного продвинулись вперед, захватив и возвышенность к северо-востоку от Волоколамска. Особенно критическое положение сложилось для вермахта в полосе 13-го армейского корпуса 4-й армии. В результате беспрерывных боев, проходивших в лесистой местности, противнику лишь ценой больших потерь удалось удержать фронт. При этом решающую роль снова сыграли штурмовики Ju-87 из StGl, которые с утра до позднего вечера наносили удары по советским войскам. «При отражении русских атак решающее значение имели беспрерывные налеты пикировщиков из соединения Хагена[48]48
  Майор Вальтер Хаген – командир StGl.


[Закрыть], — докладывал штаб 4-й армии. – Преждевременный вывод их из боя существенно ослабил бы фронт обороны». «Авиация противника в течение всего дня проявляла большую активность, – сообщал журнал боевых действий находившейся по ту сторону фронта 49-й советской армии. – В 13.30 массированный налет пикирующих бомбардировщиков производился на боевые порядки и КП войск правого крыла армии». Кроме того, люфтваффе поддерживали наступающие части 56-го армейского корпуса в районе Волжского водохранилища и наносили удары по железным дорогам.

Вечером одиночный бомбардировщик совершил налет на Москву, сбросив на Таганский район 5 фугасных бомб. Погибло 2 человека, 16 получили ранения.

6-й иак выполнил 454 вылета и заявил о 10 сбитых самолетах, в том числе 4 Ме-109, 3 Ju-87, 1 Ju-88, 1 Do-215 и 1 Me-110. 120-й и 436-й авиаполки снова занимались штурмовкой наземных целей. Однако эти сведения не подтверждаются данными противоположной стороны. В районе Каменки в бою с Bf-109 был сбит МиГ-3 летчика Н.А. Вычика.

В этот же день переучившаяся в Кинешме на английские истребители «Харрикейн» часть 28-го иап перелетела на аэродром Люберцы, снова войдя в состав корпуса. Первоначально полк располагал 11 самолетами этого типа. При этом остальная часть полка по-прежнему воевала на МиГ-3, в связи с чем был образован как бы еще один 28-й бис иап.