Текст книги "Кремль 2222. Ховрино"
![](/books_files/covers/thumbs_240/kreml-2222-hovrino-81760.jpg)
Автор книги: Дмитрий Силлов
Жанр: Боевая фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
– Кто не хочет спокойно стоять – полежит! – предупредил Ион, глядя в глаза второму амбалу. Тот посмотрел на коллегу, валяющегося в грязи, словно раздавленная гусеница, – и отступил назад.
– Вот и ладушки, вот и хорошо, – произнес стаббер. После чего ударил Чугуна ребром ладони по носу, а затем пинком отправил мерзавца в грязь – туда, где недавно лежал салабон, теперь стоящий в стороне и не без злорадства наблюдающий за действиями Иона.
Стаббер же, разглядев в грязи коричневую кучу вполне определенного состава, бросил:
– Ты это хотел скормить парню, да? Давай-ка, жри сам.
И, схватив Чугуна за волосы, ткнул его мордой в чьи-то отходы жизнедеятельности.
– Душевно поцеловались кровные братья, – с нехорошей улыбкой произнес стаббер. – Хотя ты, Чугун, и брата сожрешь, лишь бы за свои дела по морде не получить, а?
Сын второго зама, кашляя, отплевываясь и шмыгая носом, с трудом поднялся на ноги.
– Вот ты и принял свой естественный вид, сын второго зама, – ровно произнес Ион. – Свинья в дерьме – идеальное сочетание. Самки котяха за такого мужика передерутся, гарантирую.
– Ыыыыы!!! – взвыл Чугун, отступая к сохранившему вертикальное положение телохранителю и стряхивая с морды коричневую субстанцию.
– Как под нашим окном пахнет свежим дерьмом… – напел Ион народную детскую песенку, пережившую двести лет апокалипсиса.
Салага стоял рядом со стаббером и загибался – то ли от боли в солнечном сплетении, то ли от смеха. Скорее всего, от того и от другого вместе.
А Ион продолжал, несколько подкорректировав текст оригинала под сложившуюся ситуацию:
– Свиномордый пожрал, за собой не убрал…
Чугун вжался в стену, затравленно озираясь и пытаясь стереть рукавом с лица чужое дерьмо. Показываться в таком виде всей Зоне ему совсем не хотелось. Увидит кто помимо телохранителей, которых и припугнуть можно, – и никакой статус, никакие отцовские связи не спасут от позора.
– Слышь, Чугун, – продолжал Ион. – Я же только что тебя дерьмом накормил и свиномордым назвал! Ты мужик или кто? Если мужик, так подойди и набей мне морду. Можешь и своей пристяжи приказать, чтоб подключились к процессу. Я-то один, салага не в счет, он еле живой от твоих побоев.
Морально Ион оторвался по полной, давно хотелось, а сейчас прорвало. От души повеселился. Теперь же наружу рвалась злоба, которую можно было удовлетворить только одним способом.
– Все с вами ясно. Короче, пошел вон, – коротко приказал Ион мордовороту, счастливо избежавшему побоев. Тот перевел взгляд на так и не вставшего напарника – и ретировался, будто его и не было.
А Чугун преображался. Самомнение, загнанное страхом куда-то вглубь, вновь начало давать всходы. Его, сына второго зама, – лицом в дерьмо???
– УБЬЮЮЮЮЮ!!! – заорал Чугун, бросаясь на Иона. Но завершить рывок не получилось. Стаббер плавно сместился в сторону, подставил ногу – и здоровенный парень, споткнувшись, с размаху хлопнулся мордой об землю, вдобавок врезавшись пузом во что-то твердое. Хлопнулся – и вспыхнувшая было злость мгновенно испарилась. Остался лишь страх, замешанный на бессилии. Драться со стаббером, который всю жизнь только и делал, что тренировался в воинских искусствах, занятие глупое, бесполезное и крайне опасное для жизни.
Чугун замер на земле, прикрыв голову руками и жалобно скуля. Ион же постоял немного, подумал, потом плюнул на спину сына второго зама и махнул рукой салабону – пошли, мол, отсюда, спектакль окончен, спасибо за внимание, просьба покинуть зал.
Глаза салабона светились от восторга.
– Как ты… это… такую тушу свалил. И урода этого…
– А ты почаще на тренировках появляйся, парень, – ответил Ион. – Если хочешь, я тебе покажу пару приемов, которым не учат вашего брата.
– Конечно! – салабон аж подпрыгнул от восторга.
– Ну, изволь. Вот, например, если нажать сюда, под челюсть…
… Телохранитель Чугуна медленно приходил в себя.
Кроваво-черная муть, плавающая перед глазами, понемногу рассеивалась. Черное пятно прямо по курсу постепенно превращалось в фигуру начальства, сидящего на земле и выковыривающего из носа коричневые катышки.
– Че смотришь? – прохрипел Чугун. – Быстро вскочил и принес мне воды! И чистую одежду не забудь.
Мордоворот встал, покачнулся, но устоял на ногах. Крепко его приложил стаббер, ничего не скажешь. Может, плюнуть на все да попроситься к ним в ученики? Да нет, не возьмут. Стабберы – элита, а он кто? «Шестерка». Принеси-дай-подай-иди нахрен, не мешай.
Телохранителю очень захотелось с размаху долбануть носком ботинка по сытой роже сына второго зама. Но он сдержался. Это Иону, сыну Директора, все сойдет с рук, а ему, простому парню с окраины Зоны, в лучшем случае голову медленно пилой откромсают. Причем могут и не с головы начать, а, скажем, со ступней. Нет уж, пусть все остается так, как есть.
– Да, хозяин, – произнес мордоворот и отправился выполнять приказание, при этом поклявшись про себя, что о происшествии возле мусорных баков сегодня же будет знать вся Зона Трех заводов.
* * *
Не так-то просто вытащить стрелу из тела убитого врага. Но для Лии это было не впервой. Ловко орудуя небольшим кинжалом, девушка расширяла раны убитых осмов и, подцепив наконечник клинком, ловко, одним движением извлекала свои стрелы из плоти мутантов. После этого она тщательно вытирала наконечники о лохмотья трупов и возвращала в колчан оперенные орудия смерти.
Бор шел за Лией, пытаясь сосредоточиться на том, что делала девушка. Получалось неважно. Громилу слегка мутило от вида крови, вытекающей из ран, хладнокровно расширяемых ножом. Помимо всего прочего перед глазами Бора стояла жуткая картина – хрипло кричащий Уфес, тело которого рвали на части маленькие водяные чудовища… Брррр… Никогда еще Бору не приходилось видеть, чтобы кто-то вот так ужасно умирал.
– Давай теперь ты.
Бор опешил. Лия протягивала ему один из своих мечей – кинжал для такой ручищи будет маловат.
– Это – мне???
– Тебе, – кивнула Лия. – Достань стрелу из тела.
Бор сглотнул слюну, после чего зажмурился и, игнорируя протянутый меч, ухватился за древко стрелы…
– Не так. Вначале воткни меч, расширь рану, аккуратно подцепи наконечник и потихоньку, враскачку, вытаскивай.
– Я не…
– Он мертв, дамп тебя побери! Мертв, понимаешь? Ему уже все равно!
Бор не шевелился. Сидит себе на корточках, глаза закрыты и за стрелу держится, будто каменное изваяние, что порой встречаются в сожженном городе.
Лия мысленно досчитала до десяти, выдохнула, опустила руки на широченные плечи громилы и сказала коротко:
– Сядь.
Громила с облегченным вздохом отпустил стрелу, шлепнулся на ягодицы и взглянул на Лию – ну, чисто ребенок, которого освободили от сложного задания.
Но Лия не сдавалась. Не научишь сейчас – завтра это большое дитя само будет валяться мертвым в грязи, глядя в небо широко открытыми, неподвижными глазами. Если, конечно, у него останутся глаза. Поэтому она взяла его за плечи и сказала, сверля взглядом твердым и острым, словно наконечники ее стрел:
– Ты жить хочешь?
Бор хлопнул ресницами и кивнул.
– Тогда тебе необходимо научиться убивать своих врагов. Не ради их смерти, боли, крови… А чтобы они не убили тебя, понимаешь? Таков этот мир, и другого ни у тебя, ни у меня нет. Если кто-то захочет тебя убить – он сделает это. И изменить решение своего врага ты сможешь, лишь победив его в бою. Поверь мне – в этом мире только смерть врага означает победу. Вот ты отвешивал осмам оплеухи, сдерживая удар. И что? Они передумали тебя убивать? Нет. А для того, чтобы отвечать ударом на удар, нам нужно оружие. Поэтому попытайся еще раз достать стрелу – это не так страшно, как кажется.
Громила неуверенно взял меч, в его руке казавшийся кинжалом.
– Молодец. Теперь расширь рану.
Бор неуверенно ткнул мечом в труп осма – и нервно сглотнул.
– Глубже, твою душу!!!
Слезы заструились по щекам громилы, но на этот раз он не зажмурился. Просто замахнулся – и вонзил меч в грудную клетку мертвого мутанта.
Ничего не произошло, лишь от мощного удара дернулся труп и несколько капель густой крови брызнуло на ногу Бора. Громила снова взмахнул мечом – и снова ударил.
И еще!
И еще!!!
Бора трясло, но он продолжал кромсать мертвого осма. Кровь, осколки костей и клочья мяса летели во все стороны, но громила не останавливался.
– Стоп! Достаточно. Отдай мне меч!
Никакой реакции. Рычит, глаза безумные, на губах пена выступила. Пришлось ткнуть костяшкой согнутого пальца в нервный узел под правой лопаткой. Громила охнул, его рука ослабла, еле удержав оружие. У другого бы плетью повисла минимум на день и орал бы он как резаный от нестерпимой боли, а этот жук-медведь лишь удар затормозил. И меч не выпустил – что уже неплохо для начала.
– Да забирай! – вышедший из доселе незнакомого ему состояния Бор швырнул оружие на землю, повернулся спиной…
А вот это никуда не годится.
– Подними.
Голос девушки был тихим, но в то же время твердым и холодным, словно клинок, вонзившийся в спину. Бор невольно вздрогнул, обернулся, поднял меч и уставился на Лию взглядом нашкодившего ребенка.
Странной, возможно, показалась бы стороннему наблюдателю картина – девушка, пусть и вооруженная до зубов, учиняет разнос громиле, который втрое шире и на две головы выше ее, а тот стоит, опустив руки, и носом шмыгает.
– Никогда, – глядя Бору в глаза, спокойно, с пробирающей до костей холодной жестокостью во взгляде и голосе произнесла Лия, – никогда не срывай свои эмоции на оружии, понял? Только оно дает нам право на жизнь в этом страшном мире. Еще раз бросишь оружие вот так – и будь проклято это утро, которое я потратила на спасение твоей никчемной жизни.
Бор ничего не ответил, лишь шмыгнул носом еще раз, поднял меч и протянул его Лии. Девушка забрала свое оружие, повернулась и пошла прочь.
Пройдя несколько шагов, она бросила через плечо:
– Ну, так ты идешь?
– Нет, – сквозь шмыганье донеслось сзади. – Уходи.
– Да и пошел ты… – прошептала Лия, направляясь к узкому проходу между двумя громадными глыбами бетона, густо поросшими рыжим мхом.
…Как часто обида застилает наш разум, делает нас глухими и слепыми. Мы обижаемся на учителей и наставников за их замечания. Мы ссоримся с друзьями и любимыми из-за высказанной в глаза горькой правды, порой не зная, или не желая знать, что учителю, другу, любимому человеку бывает в такие моменты куда больнее…
Переразвитым самолюбием Бор не отличался. И обижаться долго не умел. Лия еще не успела скрыться в руинах, а в памяти громилы уже возникли картины недавних событий. Как Лия бросилась в бой, который ее не касался… Как, рискуя жизнью, вступила в неравную схватку с целой толпой ужасных мутантов. И все это ради того, чтоб помочь ему, спасти от страшной смерти…
«Дурак я! Она же сама могла умереть, спасая меня…»
– Лия!
Бор бросился к глыбам бетона, за которыми скрылась девушка. Но девушки за ними уже не было. Кругом лежали руины, тихие и безмолвные, и здоровяк понял, что не знает, где теперь ему искать свою спасительницу. Заорать в голос, позвать ее? А если крик услышит кто-то, желающий его убить? Его… И ее.
Губы Бора задрожали. Он сел на ржавую ногу биоробота, торчащую из земли, закрыв лицо руками.
– Вот только ныть не начинай!
Здоровяк вскинул голову, услышав знакомый голос.
Лия стояла рядом.
– И не забывай про фланги и тыл! – добавила девушка. – Я за тобой по пятам шла, а ты и не заметил.
Что такое фланги и тыл, Бор не знал. Но понял – Лия опять им недовольна. Однако на этот раз обиды не было. Его мамка, когда жива была, тоже порой на него кричала – но за дело! И Лия не просто так ругается, не со зла! Иначе стала бы она его спасать? А он действительно многого, как оказалось, не знает, не понимает, не умеет… Она же словно родилась среди этих руин, где ей все знакомо. Да пусть хоть сто раз в день его ругает! Только бы не оставляла больше одного среди этого страшного, незнакомого мира…
– Ты не бросай меня, ладно? – попросил Бор. – Я не умею так воевать, как ты умеешь… Но я научусь. Я быстро учусь. Только научи, ладно?
Лия не могла сдержать улыбки.
– Ну, так воевать, как я, думаю, вряд ли у тебя получится. Комплекция не та, значит, и стиль боя будет у тебя абсолютно другой. Но как грамотно защитить себя от врагов, этому постараюсь научить. И для начала – неплохо бы тебя вооружить…
Лия вспомнила про «Корд». Такому силачу, как Бор, – в самый раз. Правда, патронов мало. Хотя, такому громиле в случае чего пулемет сойдет и в качестве стальной дубины…
– Но сначала – стрела. Вон та, что торчит из груди осма. Теперь сможешь достать?
– Смогу, – твердо произнес Бор, протягивая руку за мечом.
– Хорошо. Норматив стаббера на извлечение стрелы из трупа – пять секунд. Тебе хорошо бы для начала уложиться хотя бы в десять.
– Я хорошо знаю, сколько это – десять секунд, – сказал Бор, принимая оружие. – Постараюсь уложиться.
* * *
Ночь вступала в свои права.
Костры и факелы освещали внутреннюю территорию Зоны Трех заводов, отбрасывая повсюду причудливые тени. Ночная стража занимала свои позиции на Стене, но и остальные жители Зоны не спешили на боковую. День был богат событиями, и люди, закончив свою работу, собирались кучками, обсуждая побег Лии и «триста тридцатого», захват плацдарма в старинном замке почти в центре некогда процветающего города… Либо, понизив голос почти до шепота, сына второго зама, который вернулся домой к папаше, за версту воняя дерьмом и с изрядно побитой рожей…
Иону же было не до разговоров. Он вообще не особо любил пустопорожний треп ни о чем, лишь отнимающий драгоценное время. Вот и сейчас он в неофициальном порядке совершал обход территории, делая вид, что просто прогуливается перед сном.
На самом деле это были не просто прогулки. Вот уже не первую неделю Ион искал насильника. От запуганных жертв, кроме слез и нечленораздельных причитаний, ничего не удавалось добиться. Обратиться за помощью к кому-либо Ион не мог. Подозрения, что за насильником стоит кто-то из властьпридержащих, с каждым днем усиливались – а значит, доверять нельзя никому. Кроме Лии… До этой ночи они совершали такие обходы вместе. Но, как назло, чаще всего изнасилования совершались в те ночи, когда стабберы были в рейдах…
То, что негодяй глумится над девушками не в подземельях Зоны, понятно. Там жилые помещения и множество рабов, большинство из которых спит весьма чутко… Значит, искать нужно здесь, наверху, в темных закоулках.
Что-то подсказывало Иону – сегодня насильник снова проявит себя. Вот только где?
Внезапно неподалеку раздался чей-то сдавленный крик… Ион обернулся на голос.
Свет факелов выхватывал из темноты контуры небольшого бетонного завода. Когда-то, на заре существования Зоны, он работал днем и ночью, выпуская раствор для строительства Стены. А последние несколько месяцев здание пустовало. Строить что-либо новое и масштабное в ближайшее время руководство Зоны не собиралось, рабочие руки гораздо нужнее были на иных производствах. Так что завод стоял, как называли по старинке, «на консервации», то есть заброшенный, и до поры до времени никому не нужный. В общем, место, идеальное для преступления.
* * *
Костер скудно освещал пространство небольшого подземного помещения, в котором Лия и Бор разместились на ночлег. Громила спал с блаженной улыбкой на лице. То ли снилось ему что хорошее, то ли он всегда улыбается во сне – Лия не знала. Ее тревожило другое. Если уж Бор засыпал, то засыпал, что называется, богатырским сном. Хоть из пушки пали, не услышит, не проснется. Во сне этого большого ребенка можно брать тепленьким, что резко уменьшает его шансы на выживание. Оставь она Бора – и, скорее всего, бедолагу сожрут в первую же ночь.
Зато силищи ему было не занимать. «Корд» в руках громилы казался детской игрушкой. Лия рассказала здоровяку, для чего пулемет служит, и показала, как пользоваться. На демонстрацию и тренировочные стрельбы ушло еще пять патронов. Но это – необходимость, иначе вообще вся затея теряет смысл. Громила и вправду учился быстро – короткой очередью с тридцати метров разнес бетонный блок. Хотел еще, но Лия убедительно попросила ученика более не использовать пулемет без необходимости – патронов осталось меньше ленты, и их лучше поберечь на самый крайний случай.
Теперь, когда «Корд» висел у Бора за спиной на примитивном самодельном ремне, вырезанном из брезента, встал вопрос об оружии ближнего боя. Кулачищи кулачищами, а даже самая примитивная дубина все лучше, чем голая рука, – особенно в стычке с какой-нибудь пакостью, к которой лучше без перчаток не прикасаться, причем, желательно, стальных.
Вдобавок, Лия понимала – в горячке боя руки сами тянутся к чему-нибудь поувесистее, дабы хорошенько долбануть врага по черепу. Понятное дело, Бор и «Кордом» при случае махнет на манер дубины. Но пока в ленте есть патроны, это нежелательно. А махаться Бор будет, это только вопрос времени. Потому, как умирать не торопится – иначе погиб бы еще там, в цехах Зоны Трех заводов. Истерики же и упадок душевных сил это дело временное и поправимое. Тем более, что первый шок от столкновения с реальностью у этого большого ребенка уже прошел.
Разумеется, этими своими выводами Лия с Бором не делилась. Только и сказала, что патроны надо поберечь и что, помимо «Корда», оружие для ближнего боя ему не помешает.
И тут громила ее внезапно порадовал. Не дожидаясь дальнейших распоряжений, огляделся – да и выворотил торчащее из груды развалин небольшое дерево с относительно прямым стволом, в очередной раз удивив Лию своей физической силой. Наскоро обломал ветки, после чего кирпичом вбил в комель несколько обломков арматуры. В результате получилось оружие весьма неказистое, но с виду устрашающее. Совершив сей подвиг, Бор легко закинул дубину на плечо и довольно улыбнулся. Смотри, мол, какой я молодец.
– Ну, теперь ты точно всех победишь, – в ответ улыбнулась Лия.
…Вечером, у костра, Бор вкратце рассказал ей о своей прежней жизни, о побеге и подробно – по просьбе Лии – об осмах. После чего лег, обнял свою жуткую дубину, словно ребенок тряпичного жука-медведя, и спустя несколько минут уже крепко спал.
А Лия все сидела, глядя на огонь, и думала.
Осмы… Неспроста же Бор говорит, будто слышал мысли этих существ. Чутье подсказывало девушке – не бред это и не его фантазии. Сама Лия в бою отметила слаженность действий осмов – как будто они согласовывали действия друг с другом, не вступая в непосредственный контакт. Вернее, вступая, но непостижимым для большинства обитателей этого мира образом. На расстоянии, без использования технических приспособлений, которые до Последней Войны, говорят, были доступны всем и каждому… То есть, ментально, с помощью силы мысли. Причем вполне возможно, что так общаться они могут на весьма приличном расстоянии. Поэтому не исключено, что этой шайке кто-то отдавал команды, находясь далеко от места событий и глядя на происходящее глазами своих солдат.
А тот осм, бросившийся на нее с растопыренными пальцами… Нет, не в глаза он метил и душить не собирался. И не было в его немигающем взгляде того отчаяния, с которым бросаются на противника, заведомо понимая, что это мало чем поможет. Присоски… Могут ли осмы впрыскивать через них яд? Бор говорил о кратковременном, но явном недомогании, которое он испытывал после прикосновений Уфеса… Возможно, что, будь Бор обычным человеком, а не мутантом с отменной регенерацией и аномальным иммунитетом, его бы сейчас уже не было в живых.
Итак, вывод. Эти мутанты плюются кислотой, мгновенно разлагающей плоть, впрыскивают какой-то яд своим жертвам через присоски, общаются на расстоянии с помощью мыслей – и при этом легко сдаются, попадают в плен и десятками умирают на Играх. Вывод напрашивается один: осмы собирают информацию, шпионят за людьми. Во всяком случае, за жителями Зоны Трех заводов. И вряд ли их намерения сулят бывшим соплеменникам Лии что-то хорошее…
– Не спишь? – внезапно спросил Бор.
– Нет, – несколько удивленно ответила Лия. – А ты чего проснулся?
– А я не спал.
– Не спал? Притворялся, что ли? И когда я тебя растолкать пыталась, тоже?
– Ну да… – покраснел Бор. – Нельзя разбудить того, кто притворяется, что спит…
«Ну, дитя малое! Без баловства никак!»
– Меня мелкого мамка часто рано будила, – продолжал громила. – А я вставать не хотел. Ну и притворялся… И когда ты меня разбудить пыталась, детство вспомнил…
«Детство он решил вспомнить! Чего вспоминать, если до сих пор из этого детства не выкарабкался!»
Лия подошла к Бору, присела, наклонилась к его лицу и, глядя в глаза, произнесла:
– Давай договоримся, парень. Я тебе не мамка и играть со мной в притворяшки не надо. Вообще никак со мной играть не надо. Игры кончились. Пришло время учиться реальной жизни. Вернее, выживанию.
– Хорошо, – кивнул Бор. – Извини, я так больше не буду.
«Хотелось бы верить… – подумала Лия. – Впрочем, этот взрослый ребенок пока не нарушил ни одного своего обещания, да и желание учиться у него явно есть. Другой вопрос, надолго ли его хватит, того желания…»
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?