Текст книги "Филе из палтуса (с иллюстрациями)"
![](/books_files/covers/thumbs_240/file-iz-paltusa-s-illyustraciyami-10350.jpg)
Автор книги: Джеральд Даррелл
Жанр: Зарубежная прикладная и научно-популярная литература, Зарубежная литература
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 11 страниц) [доступный отрывок для чтения: 3 страниц]
– О, как же тут красиво, – сказала мама.
– Здесь мы и устроим праздничный обед, – заключил Макс.
Спиро сообщил Таки, что мы остановимся здесь на ночь. К сожалению, Таки не был знаком с этим заливом и не знал, что вход в него отчасти преграждает песчаная отмель. Он на хорошей скорости повел катер в залив и, сам того не ведая, наскочил на отмель. Катер остановился внезапно и круто. Мама в эту минуту стояла, любуясь закатом, на самой корме; от резкой остановки она потеряла равновесие и упала за борт. А надо сказать, что, хотя в очень жаркую погоду мама снисходила до того, чтобы понежиться на мелководье, плавать она совсем не умела. О чем были осведомлены все, кроме Таки. А потому вся наша компания, включая Спиро, который обожал маму, но тоже не умел плавать, попрыгала в море спасать именинницу. Результатом этого порыва был полнейший хаос.
Дональд и Макс прыгнули друг на друга и ударились головами. Леонора зацепилась ногой о фальшборт и сильно ее поранила. Марго, полагая, что маму надо искать под водой, нырнула и лихорадочно искала ее тело на глубине, пока в легких не кончился воздух, и пришлось ей всплывать на поверхность. Маму поймали Лесли и Мактэвиш, а Ларри вдруг сообразил, что Спиро тоже не пловец, и успел спасти его, когда тот в третий раз ушел под воду. Но все время, пока Спиро то появлялся, то вновь пропадал под водой, он успевал кричать, захлебываясь: «Не беспокоиться, миссисы Дарреллы, не беспокоиться!»
Лесли и Мактэвиш оттащили задыхающуюся, отплевывающуюся маму на отмель, где она смогла сесть и отрыгнуть морскую воду, которой успела изрядно наглотаться, а Ларри отбуксировал туда Спиро, чтобы и он мог выполнить ту же процедуру. Когда наши утопленники пришли в себя, мы доставили их на борт катера, где маме был предложен добрый глоток бренди, чтобы она оправилась от шока, вызванного падением в море, и еще больший глоток выпил Спиро, чтобы прийти в себя от созерцания того, как падает мама.
– Ей-Богу, миссисы Дарреллы, – вымолвил он. – Я думать, вы утонуть.
– Я думала то же самое, – отозвалась мама. – Сколько помню, в жизни не попадала в такую глубокую воду.
– И я тоже, – серьезно подхватил Спиро.
Таки включил задний ход, мы все поднажали плечами и столкнули катер с отмели. После чего Таки внимательно изучил обстановку, нашел проход, и мы уже без всяких затруднений вошли в залив.
Разведя костер на берегу, мы сварили извлеченных из холодильного шкафа осьминога и маленьких каракатиц и дополнили трапезу холодным цыпленком и фруктами.
– Видите теперь, как правильно мы поступили, – сказал Ларри, жуя толстое щупальце осьминога, – когда взяли с собой холодильный шкаф.
– Верно, милый, – согласилась мама. – Тогдаэта идея не показалась мне такой уж удачной, но она себя вполне оправдала. Правда, на борту катера лед тает гораздо быстрее, чем в нашем доме.
– Иначе и не может быть, – заметил Ларри. – И все-таки шкаф нас выручил.
В ту ночь взошла такая великолепная луна, что мы долго лежали у самого берега в теплой воде, попивая вино и беседуя. Более мирной картины невозможно было представить себе, пока вдруг не раздались громкие пистолетные выстрелы, рождая эхо в прибрежных скалах.
Неприметно для всех Лесли и Мактэвиш, вооружившись маминым пистолетом с перламутровой рукояткой, ушли на край пляжа, где Мактэвиш стал показывать Лесли, как быстро должны стрелять члены Королевской канадской конной полиции.
– Силы небесные! – воскликнул Ларри. – О чем они думают? Превратить тихий пляж в стрельбище!
– Господи, – произнес Спиро, – я уже думать, что сюда прийти чертов турки.
– Лесли, милый! – крикнула мама. – Пожалуйста, прекрати!
– Мы только тренируемся! – отозвался Лесли.
– Конечно, но вы не представляете себе, какой шум подняли, – продолжала мама. – От этого эха у меня разболелась голова.
– Ничего страшного, – недовольно возразил Лесли.
– Это характерно для Лесли, – сказал Ларри. – Он лишен эстетического чувства. Тут дивное теплое море, чудесное вино, полная луна, и что же он затевает? Носится взад-вперед, стреляя из пистолета!
– Ну, ты тоже бываешь хорош, – возмутилась Марго.
– Разве я вам докучаю? – спросил Ларри. – Нисколечко. В нашей семье нет человека благоразумнее меня.
– У тебя разума столько же, сколько у… у последнего психа, – заявила Марго.
– Ну-ну, дорогие мои, не ссорьтесь, – взмолилась мама. – Не забывайте, мы отмечаем мой день рождения.
– Я сыграю для вас, – объявил Свен.
И он исполнил несколько негромких и прекрасных даже для аккордеона мелодий, которые отлично сочетались с лунной ночью и окружающей нас природой.
Наконец мы сходили на катер за своими матрацами, расстелили их на берегу и один за другим погрузились в сон.
Наутро мы позавтракали, искупались и поднялись на борт нашего судна. Подняли якорь, Таки запустил мотор, тот чуфырнул раз-другой и почти сразу заглох; мы едва стронулись с места.
– Господи, только не говорите мне, что с мотором что-то неладно, – сказал Ларри.
Спиро, нахмурясь, пошел к Таки выяснить, в чем дело. Слышно было, как они обсуждают что-то вполголоса, внезапно Спиро взревел, точно разъяренный бык, и на голову Таки обрушились проклятия.
– Что там у вас случилось, черт побери? – спросил Ларри.
– Эти безмозглые ублюдки, – сообщил красный от гнева Спиро, указывая на Таки дрожащим толстым пальцем, – эти безмозглые ублюдки, вы уж простить меня за такой слова, миссисы Дарреллы, забыть взять с собой больше бензин.
– Почему он забыл? – хором осведомились мы.
– Ему говорить, что думай взять, но забыть, когда пришлось отправиться за холодильный шкаф.
– Вот видите! – воскликнула мама. – Я так и знала! Знала,что нельзя было трогать наш холодильный шкаф!
– Ладно, – сказал Ларри, – только не затевай опять этот разговор. Как называется ближайшее место, где мы могли бы заправиться?
– Таки говорить, можно заправить в Металоура, – сообщил Спиро.
– Элементарно, – вступил Мактэвиш, – мы можем сходить туда за бензином на шлюпке.
– Не знаю, – заметил Дональд, – возможно, ты не обратил внимания на этот факт, но у нас нет шлюпки.
В самом деле, странно, что никто из нас не заметил этого; большинство катеров, особенно во время таких вылазок, тащило на буксире шлюпку.
– Отлично, – заявил Мактэвиш, демонстрируя свои бицепсы, – я в отличной форме. Могу доплыть туда и обратиться за помощью.
– Нет, мистеры Мактэвиш, – мрачно произнес Спиро. – Туда целые десять километры.
– Ничего, по дороге буду останавливаться, отдыхать на берегу, – настаивал Мактэвиш. – До вечера запросто буду там. Завтра утром вернусь.
Спиро нахмурился, задумался, потом обратился к Таки и рассказал ему, что предлагает Мактэвиш. Таки был решительно против. Все побережье от этого залива до того, где можно добыть бензин, сплошь состоит из крутых обрывистых скал, ни одного удобного клочка для передышки.
– Боже мой, – вздохнула мама, – что же мы будем делать?
– Что – сидеть здесь и ждать, – сказал Ларри. – Очень просто.
– Как это понимать – очень просто? – спросила мама.
– А так – будем сидеть здесь и, как увидим проходящее судно, посигналим, попросим, чтобы нам подбросили сюда бензин. Не понимаю, что вы все так переживаете.
– Мастеры Ларрис правые, миссисы Дарреллы, – уныло согласился Спиро. – Мы не может больше ничего поделает.
– К тому же уголок здесь прелестный, – продолжал Ларри. – Честное слово, мы не могли бы выбрать лучшего места для стоянки.
После чего мы покинули катер и расселись на берегу, предоставив Таки восседать со скрещенными ногами на носу обездвиженного катера и высматривать проходящие мимо залива рыболовецкие суда, которые могли бы нас выручить.
День протекал в приятном досуге, но суда не показывались, и с приближением ночи мама стала не на шутку волноваться.
– Да перестань ты так переживать, мама, – твердил Ларри. – Завтра непременно появится судно, и у нас еще уйма припасов.
– В том-то и дело, – возразила мама, – что не уйма. Я не рассчитывала ни на какие задержки, к тому же лед тает так быстро, что, если завтра не покажется какое-нибудь судно, половина оставшихся продуктов испортится.
Об этой стороне нашего вынужденного заточения мы как-то не подумали. Окаймленный крутыми скалами крохотный пляж был начисто лишен всех тех даров, которыми радовал Робинзона Крузо его остров. Конечно, по одной скале стекала струйка пресной воды, пополняя крохотный водоем, в котором Теодор обнаружил такое множество различных организмов, что вряд ли кто-нибудь из нас решился бы пить эту воду, когда иссякнут наши запасы напитков.
– Муттер, не надо беспокоиться. – Макс покровительственно обнял маму. – В самом крайнем случае мы все войдем в воду и будем толкать катер до Корфу.
– Чертовски глупое предложение, – заявил Дональд. – Типичное для жителя материковой Европы. Одному Богу известно, сколько тонн весит этот катер. Да мы его с места не сдвинем.
– Боюсь, Дональд совершенно прав, – подхватил Мактэвиш. – Как ни крепок я для своих лет, думаю, всех наших сил не хватит, чтобы долго толкать катер.
– Да перестаньте вы нести околесицу, – возмутился Ларри. – В здешних краях тьма рыболовецких судов. Завтра непременно что-нибудь увидим.
– Надеюсь, ты окажешься прав, – сказала мама. – Иначе мне придется ввести рационирование.
– Конечно, это совсем не так важно, – заметил Теодор, – однако некоторые собранные мной образцы довольно редки, и, если я не смогу достаточно быстро привезти их на Корфу… сами понимаете… потому что они очень нежные, вот… понимаете… они погибнут.
Вечером мы ложились спать в весьма тревожном расположении духа, и Таки и Спиро чередовались, дежуря на носу катера, надеясь высмотреть фонари какого-нибудь ночного рыболова. Увы, и наступившее утро не принесло нам утешения. А тут еще выяснилось, что лед тает с такой скоростью, что пришлось вырыть в песке яму, чтобы закопать изрядное количество скоропортящихся продуктов, припасенных мамой.
– Господи, – сказала мама, – зачем только мы отправились в это плавание.
– Не беспокойтесь, муттер, – объявил Макс. – Помощь уже приближается, я чувствую это печенкой.
– Думаю, Ларри прав, – подхватил Дональд. – В этом районе ходит много рыболовецких судов. Рано или поздно и здесь появятся.
– Лучше бы рано, чем поздно, – заметила мама. – Иначе мы тут умрем с голода.
– Это все Ларри виноват, – воинственно произнес проголодавшийся Лесли. – Он придумал отправиться на материк.
– Только не вали все на меня, – рассердился Ларри. – Ты не меньше моего был за. Организовали бы все как следует – не влипли бы в эту историю.
– А я согласна с Лесли, – объявила Марго. – Это была идея Ларри.
– Моя идея не предусматривала, что мы останемся без бензина в глухом заливе среди неприступных скал, в десяти километрах от ближайшего места, где можно пополнить припасы, – сказал Ларри.
– Не надо, мои дорогие, – взмолилась мама, – не ссорьтесь. Вот увидите, скоро покажется какое-нибудь судно.
– А пока, моя дорогая миссис Даррелл, – вступил Свен, – я сыграю что-нибудь, чтобы утешить вас.
К сожалению, он посчитал, что именно Бах способен всех нас утешить.
Между тем прошел еще один день, а суда не показывались. Лед продолжал быстро таять, порции, которые мы получили вечером, не насытили бы даже Оливера Твиста.
– Черт-те что, – возмутился Ларри. – Где эта уйма рыболовецких судов, какого черта они не ловят в этих водах?
– Может быть, сегодня ночью кто-нибудь объявится, – предположил Мактэвиш.
Хотя Спиро и Таки продолжали дежурить, они и в эту ночь никого не увидели. На завтрак каждый из нас получил по мятому персику. Ленч состоял из арбуза с хлебом.
– Какие припасы у нас еще остались? – осведомился Ларри, управившись со своей порцией.
– К счастью, я не такой уж едок, – сообщил Теодор. И поспешил добавить: – К счастью для меня.
– Если и дальше так пойдет, просто не знаю, что мы станем делать, – сказала мама, которая была на грани паники, несмотря на все наши старания успокоить ее.
– Прибегнем к людоедству, – заявил Ларри.
– Ларри, милый, не надо так шутить, – взмолилась мама. – Это вовсе не смешно.
– В любом случае, ха-ха, – сообщил Мактэвиш, – мое мясо покажется вам жестковатым.
– А мы с тебя начнем, – сообщил Ларри, мрачно глядя на него. – Из тебя выйдет довольно-таки неудобоваримая закуска. Зато Леонора, если правильно испечь ее в песке на полинезийский лад, явит нам, уверен, лакомое блюдо. Пальчики ног, ягодицы, груди…
– Ларри, это отвратительно, – сказала Марго. – Я в жизни не смогла бы есть человечье мясо.
– Чертовски дурные манеры, – подхватил Дональд. – Только индийцы едят друг друга.
– И все же поразительно, на что способны люди, когда доходит до крайности, – сообщил Мактэвиш. – Если не ошибаюсь, в Боснии, когда несколько деревень были отрезаны снежными заносами от внешнего мира, дело дошло до людоедства.
– Прошу вас, перестаньте наконец толковать о людоедстве, – сказала мама. – Эти разговоры только усугубляют наше положение.
– Ладно, однако ты так еще и не ответила на мой вопрос, – заявил Ларри. – Какими припасами мы сейчас располагаем?
– Арбуз, – сообщила мама, – три зеленых перца и два батона. Таки пробовал заняться рыбной ловлей, но он говорит, что в этом заливе плохо с рыбой.
– Но ведь у нас еще оставалась парочка бараньих ног, – возразил Ларри.
– Да, милый, – ответила мама. – Но лед почти совсем растаял, и они протухли, так что пришлось их закопать.
– Господи, – простонал Ларри. – Значит, без людоедства не обойтись.
И в этот день мы не увидели никаких судов. Вечером поели сухого хлеба, закусили несвежими перцами, доели арбуз.
Таки и Спиро возобновили дежурство на катере, остальные легли спать, борясь с чувством голода.
Ночь не принесла ничего нового, и утром наше положение из несколько комичного стало довольно серьезным. Собравшись на катере, мы устроили военный совет. Мое предложение протянуть день-другой, питаясь морскими улитками, встретило сокрушительный отпор.
– Мои образцы, должен вам сказать, очень быстро портятся, – озабоченно доложил Теодор.
– К черту твои проклятые образцы, – отозвался Ларри. – Если бы ты собирал что-нибудь более существенное, чем эта твоя микроскопическая мелюзга, это могло бы нас выручить.
– Право, не знаю, что мы теперь будем делать, – сказала мама.
На завтрак каждому досталось по кусочку хлеба, и на том пришел конец нашим припасам.
– Видно, мы все тут умрем, – заключила мама. – И мне нисколько не улыбается быть похороненной здесь.
– Муттер не умрет, – горячо возразил Макс. – В крайнем случае, я убью себя, и вы сможете есть меня.
Мама была потрясена столь щедрым предложением.
– О, вы страшно добры, Макс, – отозвалась она. – Но я надеюсь, что до этого не дойдет.
В эту самую минуту дежуривший на носу катера Спиро издал оглушительный крик, эхо которого заставило вздрогнуть окружающие нас скалы.
– Эй! Эгей!
Он продолжал кричать, размахивая руками, и мы увидели скользящее мимо входа в залив суденышко с маленьким дряхлым мотором.
– Эй! Эгей! – взывал Спиро. – Сюда!
Природа поместила в грудную клетку Спиро такие могучие легкие, и басистый голос его звучал так гулко, что, отраженный стенами позади нас, он в самом деле был услышан человеком на борту суденышка. Рыбак повернулся лицом в нашу сторону. Мы все ринулись на нос катера и принялись отчаянно жестикулировать. Рыбак выключил мотор, и Спиро снова завопил:
– Сюда! Сюда!
– Вы это мне? – осведомился рыбак.
– Конечно, тебе,– ответил Спиро. – Кому же еще?
– Вы хотите, чтобы я подошел к вам? – дошло наконец до рыбака.
Спиро призвал на помощь Святого Спиридона и прочих местных святых.
– Конечно! – проревел он. – Или там есть еще кто-нибудь?
Рыбак внимательно огляделся.
– Никого! – сообщил он.
– Стало быть, я к тебе обращаюсь! – прокричал Спиро.
– А что тебе надо? – поинтересовался рыбак.
– Услышишь, если подойдешь поближе! – крикнул Спиро. И буркнул себе под нос: – Идиот!
– Ладно, – отозвался рыбак, включил мотор и пошел зигзагами к нам.
– Слава Богу, – произнесла мама дрожащим голосом. – О, слава Богу.
Должен признаться, в этот момент все мы разделяли ее чувства.
Суденышко длиной меньше четырех метров подошло совсем близко, рыбак выключил мотор и легонько ударился бортом о наш катер. Мы увидели орехово-коричневое лицо, огромные синие глаза и косматую шевелюру, и было совершенно ясно, что если этот человек и не идиот, то пребывает где-то на грани.
Рыбак приветливо улыбнулся нашей компании.
– Калимера, – сказал он.
С неописуемым облегчением мы ответили тем же.
– Послушай, – начал Спиро, продолжая развивать успех, – у нас…
– Ты грек? – осведомился рыбак, с интересом всматриваясь в лицо Спиро.
– Конечно, грек! – крикнул Спиро. – Но дело в том…
– Вы все греки? – спросил рыбак.
– Нет, нет, – нетерпеливо ответил Спиро, – они вот иностранцы. Но все дело в том…
– Ага, иностранцы, – сказал рыбак. – Я люблю иностранцев.
Осторожным движением он освободил ногу от мертвого осьминога, который придавил ему ступню, когда наши суда столкнулись бортами.
– Они хотели купить рыбу? – спросил рыбак.
– Мы не хотим покупать рыбу, – прорычал Спиро.
– Но иностранцы любят рыбу, – заметил рыбак.
– Балда! – взревел Спиро. – Нам не нужна рыба. Нам нужен бензин.
– Бензин? – удивился рыбак. – Зачем вам бензин?
– Для этого катера, – крикнул Спиро.
– Боюсь, моего бензина не хватит, – ответил рыбак, смерив взглядом стоящую на носу маленькую канистру. – Скажи-ка, а откуда они?
– Они англичане, – сообщил Спиро. – А теперь послушай. Мне нужно…
– Англичане хорошие люди, – отметил рыбак. – На днях тут один англичанин… купил у меня два килограмма рыбы, и я взял с него двойную цену, и он хоть бы что.
– Слушай! – вскипел Спиро. – Нам нужен бензин, и для этого ты…
– Они из одной семьи? – поинтересовался рыбак.
– Нет, не из одной, – ответил Спиро, – но мне нужно, чтобы ты…
– А с виду – одна семья, – настаивал рыбак.
– Да нет же, – сказал Спиро.
– Вот он и она – словно мама и папа. – Рыбак показал на Свена и маму. – А остальные – точно их дети. Хотя вон тот, с бородой, должно быть, дедушка. Из какой части Англии они родом?
Было очевидно, что, если диалог будет продолжаться в том же духе, кончится тем, что Спиро схватит пустую бутылку и проверит прочность головы рыбака.
– Может быть, мне стоит заняться им? – спросил Мактэвиш.
– Нет, – вступил Ларри. – Слышь, Спиро, лучше я с ним поговорю.
Наклонясь над бортом нашего катера, он заговорил медоточивым голосом:
– Послушай, любезный, мы англичане, все родственники.
– Добро пожаловать, – широко улыбнулся рыбак.
– Мы пришли сюда на этом катере, – медленно и внятно продолжал Ларри. – И у нас кончился бензин. К тому же у нас кончились продукты.
– Кончился бензин? – повторил за ним рыбак. – Но без бензина вы дальше не поплывете.
– Вот именно, – согласился Ларри. – Так вот, не мог бы ты быть так добр, сдать нам внаем твою лодку, чтобы мы могли сходить на ней в Металоуру, купить там бензин и привезти сюда?
Рыбак поразмыслил над его словами, подталкивая коричневыми пальцами ног лежащую на дне лодки груду осьминогов, каракатиц и кефали.
– Вы мне заплатите? – беспокойно осведомился он.
– Мы заплатим тебе пятьдесят драхм за то, чтобы ты отвез одного из нас в Металоуру, и еще пятьдесят за то, чтобы привез его обратно.
От такого щедрого предложения зрачки рыбака на миг расширились.
– А может быть, вы заплатите пятьдесят пять драхм? – спросил он без особой надежды, отлично понимая, что ему и без того предложены очень большие деньги за пустячную работу.
– Послушай, любезный, – сказал Ларри, – послушай, добрый человек, ты знаешь, что я предлагаю хорошую цену и не стану тебя обманывать. Вот ты сам – разве стал бы нас обманывать? Ты, грек, станешь обманывать иностранных гостей?
– Никогда! – сверкнул глазами рыбак, забыв, как он только что поведал нам про обманутого англичанина. – Грек никогда не станет обманывать иностранного гостя.
– Итак. – Ларри достал две полусотенные бумажки. – Вот деньги. Я отдаю их этому человеку, он грек, как и ты, деньги будут при нем, и когда вы вернетесь с бензином, я прослежу за тем, чтобы он отдал их тебе без обмана.
Рыбак был так тронут, что немедленно согласился, и Ларри осторожно засунул драхмы в карман рубашки Спиро.
– А теперь, Спиро, ради Бога, – сказал он по-английски, – перебирайся в эту проклятую лодку и привези нам бензин.
Не без натуги, ибо он был мужчина довольно тучный, Спиро осторожно перевалил через борт катера и опустился в лодку рыбака, которая сразу осела на десяток сантиметров.
– Вы хотите, чтобы я отправился сейчас или ближе к вечеру? – спросил рыбак, глядя на Ларри.
– Сейчас!– крикнули хором все владеющие греческим языком члены нашей компании.
Рыбак запустил мотор и взял курс на выход из залива; Спиро сидел, нахмурясь, на носу, смахивая на какую-то массивную фантастическую фигуру.
– Надо же! – воскликнул Дональд, когда лодка скрылась за мысом. – Допустить такой промах!
– Ну что там еще? – осведомился Ларри.
– Если бы мы купили у него всю рыбу и осьминогов, получился бы славный ленч, – жалобно произнес Дональд.
– Видит Бог, ты прав, – согласился Ларри. – Почему ты не подумала об этом, мама?
– С какой это стати именно я должна думать обо всем,милый, – возразила мама. – Я думала, он поведет нас на буксире.
– Ладно, – заметил я, – обойдемся на ленч морскими улитками.
– Если ты еще раз вспомнишь эту гадость, – пообещала Марго, – меня стошнит.
– Да уж, лучше помолчи, – подхватила Леонора. – У нас тут и без тебя хватает проблем.
И мы постарались отвлечься от мыслей о еде. Мактэвиш принялся учить Лесли быстро выхватывать пистолет из-за пояса. Леонора и Марго купались и загорали. Ларри, Свен, Дональд и Макс затеяли бессвязную дискуссию о литературе и искусстве. Мама занялась каким-то замысловатым вязанием, чаще положенного спуская петли. Теодор, еще раз объявив, какое это счастье, что он плохой едок, отправился добывать новые образцы в стоячей луже под скалой. Я вооружился своим перочинным ножом и принялся собирать на камнях морских улиток, жадно глотая их.
Оставшись без еды, мы налегали на наши запасы вина, и под вечер Дональд и Макс исполнили еще один мудреный среднеевропейский танец, а Ларри взялся обучать Свена исполнять на аккордеоне «Песнь итонских гребцов». Мама, убаюканная мыслью о неминуемом спасении, мирно спала, пока они лихо резвились, однако с приближением заката все мы начали тревожиться, хоть и держали про себя свои сомнения. Добрались ли Спиро и безумный рыбак до цели – или вроде нас отрезаны от внешнего мира на берегу какого-нибудь уединенного залива? Рыбак произвел на нас впечатление человека, совсем не сведущего в навигации. Смеркалось, и даже вино не могло нас оживить, мы собрались в кучку и мрачно сидели, изредка обмениваясь колкими по преимуществу замечаниями. Это было похоже на завершение доброй вечеринки, когда все мечтают только о том, чтобы разъехаться по домам. Даже небо цвета полированной меди с золотыми полосами не вызывало никаких положительных эмоций.
И вдруг, совершенно неожиданно, на синей с позолотой воде у входа в залив показалось суденышко рыбака. На корме сидел наш безумный рыбак, на носу этаким тучным бульдогом восседал Спиро. Тотчас прекрасная сложная закатная роспись в небесах и на море показалась нам вдвое ярче. Спасение пришло. Они вернулись!
Мы сгрудились у самой воды, нетерпеливо всматриваясь в приближающуюся лодку. Рыбак выключил мотор, лодка продолжала идти к берегу по инерции, и в наступившей тишине раздался зычный голос Спиро:
– Не беспокоиться, миссисы Дарреллы, я все устроить!
Мы дружно вздохнули с облегчением, потому что знали: когда Спиро говорит, что устроил что-то, значит, все в порядке. Лодка мягко легла носом на хрустящий песок, и мы увидели, что между Спиро и рыбаком лежит зажаренная баранья туша на вертеле и стоит корзина с фруктами всех видов.
Спиро неуклюже перевалился через борт и побрел вброд к нам, напоминая некое диковинное морское чудовище.
– Я привезти вам еда, – сообщил он. – Но бензин у них не было.
– К черту бензин! – воскликнул Ларри. – Выгружайте еду – и приступим!
– Нет-нет, мастеры Ларрис, бензин не иметь значений, – сказал Спиро.
– Но без бензина мы никогда отсюда не выберемся, – возразила мама. – А мясо в такой жаре долго не пролежит теперь, когда весь лед в шкафу растаял.
– Вам не беспокоиться, миссисы Дарреллы, – заверил Спиро. – Я сказать вам, что все устроить, значит, устроить. Я сделать так, что все рыбаки прийти сюда и забрать нас.
– Какие рыбаки? – спросил Ларри. – Единственный рыбак, которого мы пока видели, этот тип, который бежал из психбольницы.
– Нет-нет, мастеры Ларрис, – сказал Спиро, – я говорить про рыбаки с Корфус. Которые выходить ловить ночью.
– Не понимаю, о чем ты толкуешь, – проворчал Ларри.
– Я понимаю, – поспешил я продемонстрировать свою осведомленность. – Ночью целая флотилия выходит на лов с огнями. Они ловят рыбу сетями с подсветом, у них я получаю самые интересные образцы.
– И Аргонаута арго тоже? – поинтересовался Теодор.
– Ну да, – ответил я. – А еще они вылавливают педицелляриевые морские звезды.
– Надеюсь, на них можно положиться, – заметил Ларри.
– Я устроить, мастеры Ларрис, – негодующим тоном заверил Спиро. – Они сказать, что подойти сюда около два часа.
– Стало быть, когда закончат лов? – справился Теодор.
– Да, – сказал Спиро.
– У них могут оказаться интересные образцы, – заключил Теодор.
– Как я и подумал, – подтвердил я.
– Ради Бога, кончайте толковать про образцы, давайте выгрузим съестное, – вмешался Ларри. – Не знаю, как остальные, но я жутко проголодался.
Мы осторожно извлекли из лодки баранью тушу, которой пламя очага придало сходство с мореным дубом, и корзину с фруктами. Перенесли все на наш катер, чтобы к мясу не пристала ни одна песчинка, и учинили роскошную трапезу.
Наступила ночь, луна расписала поверхность моря оранжевыми, желтыми и белыми дорожками. Мы наелись сверх меры и явно перебрали вина. Свен не давал передышки своему аккордеону, остальные танцевали кто польку, кто вальс, а кто мудреные австрийские танцы под руководством Макса. Танцевали так лихо, что Леонора свалилась за борт, вызвав красочный взрыв фосфоресценции.
В два часа ночи у входа в наш залив вереницей белых бусин выстроилась рыболовецкая флотилия. Один катер отделился от шеренги и подошел к нам. После привычных греческих препирательств, рождающих гулкое эхо в прибрежных скалах, нас взяли на буксир и отвели к остальным судам, затем вся флотилия взяла курс на Корфу.
Глядя на цепочку огней впереди, я представил себе, что мы находимся в самом хвосте кометы, летящей над черными водами.
Когда наш буксир плавно подвел нас к пристани ниже старой крепости, мама вымолвила прочувствованно:
– Конечно, это было по-своему очень приятно, и все-таки я рада, что все кончилось.
В эту самую минуту полтора десятка хмельных рыбаков, которые под руководством Спиро с жаром, на какой способны только греки, взялись переправить холодильный шкаф с катера на пристань, покантовав его и так и сяк, шлепнулись вместе со шкафом в воду, и тот лег на дно на глубине около четырех метров.
– Вот видите! – воскликнула мама. – Достукались! Говорила вам, что не надо было брать с собой этот холодильный шкаф.
– Ерунда, – сказал Ларри. – Завтра утром запросто вытащим его.
– Но что я буду делать без холодильного шкафа? – не успокаивалась мама. – Придется заново разбираться со всеми припасами на ближайшие три-четыре дня.
– Да перестань ты переживать, – говорил Ларри. – Честное слово, можно подумать, случилась невесть какая катастрофа. Спиро будет доставлять нам продукты.
– Пусть для тебя это не катастрофа, – сухо произнесла мама, – но для меня еще какая.
Тепло попрощавшись с остальными участниками вылазки, мы расположились в машине Спиро и поехали домой. Хотя Ларри весело напевал, а Лесли расписывал маме прелести пистолета с перламутровой рукояткой, хотя Марго всячески убеждала маму, что из подаренного ею отреза выйдет чудесное платье, а я не жалел усилий, чтобы поднять настроение мамы, рассказывая о чрезвычайно редкой бабочке, которую поймал подаренным ею сачком, наша родительница до самого дома хранила ледяное молчание. Было очевидно, что утрата холодильного шкафа причинила ей глубокую боль.
Войдя в дом, она налила себе добрую порцию бренди и села на кушетку, явно пытаясь сообразить, каким меню мы сможем обходиться, пока холодильный шкаф не будет извлечен из морской пучины, в чем все мы, включая Спиро, горячо заверяли ее.
Ларри обнаружил, что на его имя поступила почта. Наполнив себе бокал вина, он с интересом принялся вскрывать письма.
– Боже! – воскликнул он, читая второе письмо. – Грубенштейны едут к нам… и Гертруда будет с ними.
Мама очнулась от своего гастрономического транса.
– Грубенштейны? Ты говоришь про этого жирного человечка, который выглядит так, словно не мылся полтора месяца, и про эту его ужасную цыганистую супругу?
– Замечательный талант, – сказал Ларри. – Из него получится выдающийся поэт. Гертруда тоже интереснейшая женщина – пишет чудесные картины. Она понравится тебе.
– Понравится тем больше, чем меньше я их буду видеть, – произнесла с достоинством мама. – Об этой Гертруде судить не берусь, но Грубенштейны – далеко не подарок.
– Как это понимать: чем меньше ты будешь видеть? – удивился Ларри. – Они остановятся у нас.
– Как – ты пригласил к нам?– поразилась мама.
– Ну конечно, – ответил Ларри, словно иначе и быть не могло. – У них нет денег, чтобы снять себе жилье.
Мама глотнула бренди, надела очки и попыталась изобразить крайнее негодование.
– Ну вот что, Ларри, – твердо молвила она, – пора покончить с этим. Я не желаю,чтобы ты приглашал всех этих людей, во всяком случае, не предупредив меня. Когда они должны приехать?
– Послезавтра, – сказал Ларри.
– Пора покончить с этим, – повторила мама. – Пожалей мои нервы.
– Не понимаю, чего ты так разворчалась, – огрызнулся Ларри. – Это чудеснейшие люди. И ведь ты отлично отдохнула, разве нет?
![](pic6.jpg)
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?