Текст книги "Ледяная земля"
![](/books_files/covers/thumbs_240/ledyanaya-zemlya-149655.jpg)
Автор книги: Джон Фланаган
Жанр: Героическая фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
Глава 8
Облаченный в серое всадник уныло сгорбился, накрывшись плащом. Он медленно ехал сквозь изморось дождя, накрывшую окрестные поля. Кони – один был оседлан, а другой навьючен – брели по лужам.
За его спиной, когда он добрался до вершины холма, взмыли вверх башни и шпили замка Аралуин. Но Холт не оглянулся, чтобы насладиться великолепным зрелищем. Его взгляд был устремлен вперед.
Он услышал, что за ним едут двое всадников, еще задолго до того, как они поравнялись с ним. Уши Абеляра дернулись от гулкого топота копыт, и Холт понял: его конь узнал животных, принадлежавших рейнджерам. Холт понял, зачем они едут. Он почувствовал легкий укол разочарования. Он-то надеялся, что в суматохе, расстроенный его изгнанием, Кроули забудет забрать у него один небольшой предмет, который теперь придется отдать.
Со вздохом смирившись с неизбежным, рейнджер легко коснулся поводьев Абеляра. Безупречно выдрессированный конь тут же откликнулся на этот жест и остановился. Вьючной конь за его спиной сделал то же самое. Цокот все приближался, и Холт ждал, равнодушно уставившись вперед. Вскоре к нему подъехали Кроули и Джилан.
Кони негромко заржали, приветствуя друг друга. Трое всадников были более сдержанны. Они неловко молчали, затем Кроули наконец заговорил:
– Что ж, Холт, ты уехал очень рано. Нам пришлось поторопиться, чтобы догнать тебя. – Он чересчур рьяно демонстрировал сердечность и пытался скрыть печаль.
Холт без всякого любопытства оглядел двух коней. В холодном влажном воздухе от их крупов поднимался легкий пар.
– Да, я вижу, – ответил он спокойно.
Рейнджер пытался не замечать отчаяния, отражавшегося на юном лице Джилана. Он знал, что его бывший ученик глубоко страдает, пытаясь объяснить для себя действия учителя, и смирил свои чувства, пытаясь изгнать из сердца скорбь.
Следующие слова Кроули произнес сухо:
– Холт, есть кое-что, о чем ты, видимо, забыл. Жаль, что я вынужден настаивать на этом, но… – Он помедлил.
Холт не хотел облегчать командиру задачу и придал лицу непонимающее выражение:
– У меня есть сорок восемь часов на то, чтобы покинуть королевство, начиная с рассвета. Я пересеку границу к сроку. Вам необязательно меня сопровождать.
Кроули покачал головой. Краем глаза Холт увидел, что Джилан взглянул и уставился на землю. Все это причиняло ему много боли. Холт знал, зачем пришел Кроули, и запустил руку под плащ, нащупывая серебряную цепь.
– Жаль, что ты об этом вспомнил. – Холт старался говорить весело, но ему помешал комок в горле.
Кроули печально тряхнул головой:
– Холт, ты знаешь, что не можешь оставить амулет. Так как тебя изгнали из королевства, в войске ты тоже больше не служишь.
Холт кивнул. Когда он расстегнул цепь и протянул маленький серебряный лист главе рейнджеров, в глазах у него защипало. Металл все еще хранил тепло его тела. Кроули сжал Дубовый Лист в ладони, и взор Холта затуманился. Всего лишь маленький кусочек яркого металла, подумал он, но как много он для него значит. Большую часть жизни он с гордостью носил на груди символ рейнджера, а теперь лист не принадлежал ему.
– Прости, Холт, – горестно произнес Кроули.
Холт приподнял плечо.
– Это все мелочи, – вздохнул он.
И снова повисла тишина. Кроули вглядывался рейнджеру в глаза, стараясь разгадать, что скрывалось в их глубине. У старого рейнджера был равнодушный вид. Это была лишь маска, но прилегала она плотно. Наконец командир склонился к нему:
– Зачем, Холт? Зачем ты это сделал?
В ответ снова все то же раздражающее пожимание плечами.
– Как я и говорил, слишком много бренди. Вы же знаете, я никогда не умел пить.
В этот раз Холту удалось улыбнуться. На его бледном, осунувшемся лице улыбка выглядела жутко, как оскал черепа. Кроули откинулся в седле, разочарованно качая головой.
– Храни тебя бог, Холт, – тихо произнес он срывающимся голосом, а затем с необычной для себя резкостью дернул поводья, развернул коня и галопом унесся прочь – назад, к замку Аралуин.
Холт проследил за ним взглядом. Пятнистый плащ рейнджера скоро скрылся в пелене дождя. Холт повернулся к бывшему ученику с грустной улыбкой, и на этот раз он не притворялся.
– Прощай, Джилан. Я рад, что ты пришел попрощаться со мной.
Но юный рейнджер с вызовом покачал головой.
– Я здесь не для прощаний, – резко бросил он. – Я еду с тобой.
Холт приподнял бровь – такое знакомое Джилану движение, что ему невыносимо было смотреть в лицо бывшему учителю.
– В изгнание? – спросил Холт со слабой усмешкой.
– Я знаю, куда ты отправляешься. – И кивнул в сторону навьюченного животного, терпеливо стоявшего позади Абеляра. – Ты взял с собой Тягая. Ты ведь едешь за Уиллом, правда?
Сначала Холт хотел все отрицать, но ему уже до смерти надоело играть роль. Для него стало огромным облегчением признаться в истинных мотивах своих поступков.
– Я должен, Джилан, – сказал он негромко. – Я ему пообещал. Иначе я не мог уйти.
– И ты решил отправиться в изгнанники? – В голосе бывшего ученика звучало недоверие. – А тебе не приходило в голову, что Дункан может тебя казнить?
Холт пожал плечами. На этот раз в его жесте не было никакой насмешки, лишь решимость.
– Я сомневаюсь, что он поступил бы так. Я вынужден был пойти на этот риск.
Джилан грустно покачал головой:
– Ну что ж. В изгнание или нет, я пойду с тобой.
Холт отвернулся. Он сделал глубокий вдох и медленно выдохнул. Надо признать, предложение заманчивое. Он отправлялся в долгий, тягостный и опасный путь, и общество Джилана, как и его меч, ему бы очень пригодились. Но юноша нужен был в другом месте, и Холт, уже обремененный виной за собственное дезертирство, не мог позволить бывшему ученику поступить так же.
– Нет, Джилан, тебе нельзя, – просто ответил он. Тот набрал в легкие воздуха, чтобы ответить, но Холт жестом попросил его молчать. – Послушай, я попросил отпустить меня на поиски Уилла, и мне сказали, что я нужен здесь. – Он сделал паузу, и Джилан понимающе кивнул. – Я рассудил, что здесь нужда во мне меньше. Но это мое личное мнение, и я могу ошибаться. Эта история с Фолдаром разворачивается совсем не лучшим образом. Нужно побыстрее с ним покончить: выследить, напасть из засады и схватить. И, честно говоря, из всех рейнджеров на эту работу, по-моему, ты подходишь лучше остальных.
– Кроме тебя самого, – возразил Джилан, и Холт признал его правоту. Самомнение тут было ни при чем: он просто согласился с истиной.
– Возможно, так и есть. Но это лишь подтверждает мои слова. Если мы оба уйдем, Кроули придется искать кого-то еще.
– Мне все равно, – упрямо ответил Джилан, связывая поводья в тугой узел, а потом снова распутывая его.
Холт мягко улыбнулся юноше:
– А мне не все равно. Я знаю, каково это – нарушить свое слово. Это наносит очень глубокую и тяжелую рану, поверь мне. И я не позволю тебе так поступить.
– Но Холт! – в отчаянии вскричал Джилан, и старый рейнджер увидел, что тот вот-вот расплачется. – Это я виноват в том, что покинул Уилла. Я оставил его в Кельтике! Если бы я не ушел, скандианцы ни за что бы его не поймали!
– Не вини себя за это. Ты сделал то, что должен был. Вини лучше меня за то, что я снарядил на задание юношу, достаточно отважного и честного, чтобы поступить так, как поступил он. И за то, что я научил его делать такой выбор.
Холт помолчал, чтобы посмотреть, какой эффект произведут его слова. Он знал, что Джилан колеблется. И старый рейнджер нанес последний удар:
– Разве ты не понимаешь, что я смог оставить свой пост только потому, что ты на месте. Потому что я знаю – ты заменишь меня. Но если ты откажешься, мне уйти не удастся.
От этих слов Джилан сник, смирившись с правдой. Он, опустив голову, хрипло пробормотал:
– Ладно, Холт. Только найди Уилла. Найди и приведи обратно, и плевать на твое изгнание.
Холт улыбнулся и похлопал юношу по плечу:
– Меня изгнали всего на год. Мы вернемся, ты и оглянуться не успеешь. Бог в помощь, Джилан.
– Бог в помощь, Холт, – прерывающимся голосом промолвил молодой рейнджер.
Взгляд его затуманился, и он услышал глухой цокот копыт: по мокрой дороге Абеляр и Тягай уходили в сторону берега.
Ветер дул Холту в лицо, обдавая его легкими брызгами дождя. На обветренных щеках старого рейнджера брызги собирались в капли и стекали вниз.
Странно, но некоторые из них на вкус были солеными.
Глава 9
Корабль был в плохом состоянии. Он боком плелся вдоль берега; туда, на гальку, уже высыпала команда Эрака, чтобы посмотреть, что происходит. Корабль тяжело кренился набок и уходил глубоко под воду, куда глубже, чем ему полагалось. Планшир с поврежденной стороны находился всего в десяти сантиметрах над поверхностью моря.
– Это драккар Слагора! – выкрикнул один из скандианцев, узнав волчью голову на бушприте.
– Что он тут делает? – недоуменно спросил другой. – Когда мы поплыли в Аралуин, он сидел себе спокойно в Скандии.
Уилл прибежал со стороны скал, там он развлекался тем, что кидал в воду щепки. Он увидел, как Ивэнлин спускалась на берег, и присоединился к ней. Под влиянием новых событий ее раздражение было забыто.
– Откуда пришел этот корабль? – спросила девушка, и Уилл пожал плечами:
– Понятия не имею. Я был там, у скал. Поднял глаза, а он уже тут.
Теперь драккар подошел совсем близко. Матросы выглядят изможденными и осунувшимися. Он видел, что в корпусе не хватает нескольких досок, а вместо мачты, которую разнесло в щепки, торчит неровный обрубок. Это же заметили и скандианцы, сгрудившиеся поблизости, и принялись бурно обсуждать.
– Слагор! – выкрикнул Эрак. – Откуда, черт возьми, ты выбрался?
Дородный мужчина, который стоял на корме у руля, приветственно помахал рукой. Он выглядел очень уставшим и явно счастлив, что добрался до гавани.
Один из матросов стоял на носу корабля; он бросил конец тяжелого троса людям Эрака, ждавшим на берегу. Вскоре десятеро схватились за канат и принялись тянуть драккар, помогая ему преодолеть последние несколько метров. Гребцы благодарно откинулись на скамьях, не в силах даже поднять тяжелые весла из резного дуба, и те оставляли за собой длинные следы на воде, то и дело вращаясь в уключинах и с глухим стуком ударяясь о борта корабля.
Корабль килем проскреб по гальке и остановился. Он сидел в воде глубже, чем «Волчий ветер», и потому не смог забраться так далеко на берег. Нос ткнулся в грунт и накрепко застрял.
Люди начали спускаться с палубы, они с трудом переваливались через фальшборт и падали прямо в воду. Гребцы с трудом доковыляли до сухой земли, растянулись с усталыми стонами на жестких камнях и песке и затихли, точно убитые. Одним из последних спустился на берег капитан Слагор. Борода и волосы его были всклокочены и покрылись солью, точно инеем. Глаза покраснели, взгляд был затравленным. Он приблизился к Эраку. Странно, но они не поприветствовали друг друга обычным для моряков способом – схватив друг друга за плечи. Уилл понял: эти двое друг от друга не в восторге.
– Что ты делаешь тут в это время года? – просил Эрак Слагора.
Тот удрученно покачал головой:
– Это нам еще повезло, что мы здесь оказались. Мы были в двух днях пути от Халласхольма, когда нас застигла буря. Волны огромные, размером с замок, и ветер прямиком с полюса. Мачта сломалась в первый же час, и мы никак не могли ее снять. Двух людей на этом потеряли. Она все била и била по ватерлинии, и мы не успели от нее избавиться, как она проткнула дыру в обшивке. Одну каюту затопило, мы и заметить не успели, и в трех других началась течь.
Драккары хоть и выглядели как открытые шхуны, на самом деле были очень крепкими, во многом благодаря особому устройству корпуса: все пространство разделялось на четыре водонепроницаемых отсека под главной палубой и два – между нижними галереями для гребцов. Именно благодаря прочности этих отсеков судно держалось на плаву, даже если его захлестывали огромные волны, бушующие в Бурепенном море.
Уилл перевел взгляд на Эрака. Он заметил, что, услышав слова Слагора, этот коренастый мореход нахмурился.
– А что вы вообще делали на море? – спросил он. – Время для путешествий не самое подходящее.
Слагор взял деревянный кубок с бренди из рук кого-то из людей Эрака. Матросы Эрака разносили воду своим изможденным соплеменникам и даже обрабатывали раны, которые те, судя по всему, получили, пока буря швыряла их корабль из стороны в сторону. Слагор принял подношение как должное, и Эрак слегка нахмурился. И снова Уилл почувствовал, что между двумя капитанами нет ладу. Слагор рассказывал о своих злоключениях с какой-то враждебностью, как будто за что-то оправдываясь. Он выпил половину кубка одним длинным глотком и вытер рот тыльной стороной ладони, а затем ответил кратко:
– В Халласхольме погода прояснилась. Я подумал, нам хватит времени, чтобы перескочить через пояс бурь.
Эрак недоверчиво уставился на него:
– В это время года? Ты что, спятил?
– Я подумал, мы успеем, – повторил Слагор упрямо, и Уилл заприметил, что глаза Эрака сузились.
Коренастый ярл понизил голос, чтобы его не слышала команда. Слова разобрать могли лишь Уилл с Ивэнлин.
– Черт тебя побери, Слагор, – с горечью проговорил он. – Да ты просто хотел пораньше начать сезон набегов.
Слагор злобно уставился на него:
– А что, если и так? Я капитан, и решать это мне. Только мне, слышишь, Эрак?
– Твое решение стоило двум морякам жизни, – заметил Эрак. – Двум морякам, которые поклялись подчиняться тебе, какими бы глупыми ни были твои решения. Да любой, кто пробыл на море больше пяти минут, знает, что пересекать море еще не пришло время!
– Было затишье! – возразил собеседник, и Эрак негодующе фыркнул:
– Затишье! Они всегда наступают, эти затишья! И длятся день или два. Но этого недостаточно, чтобы пускаться по морю, и ты это знаешь. Будь ты проклят со своей жадностью, Слагор!
Слагор выпрямился:
– Не тебе меня обвинять, Эрак! Капитан владеет своим кораблем, и тебе это хорошо известно. Как и ты, я волен выбирать, когда и куда мне отправляться. – Он говорил громче Эрака, и Уилл почувствовал, что слова его были пустым бахвальством.
– Я приметил, что ты не помог нам в войне, с которой мы только что вернулись. – Эрак презрительно взглянул на Слагора. – Ты охотно остался дома, а потом попытался проскользнуть незамеченным и снять все сливки, пока наши капитаны не отчалили.
– Таково было мое решение, – повторил Слагор. – И решение, как оказалось, мудрое. – В его голосе зазвучала издевка. – Что-то я не заметил, чтобы ты вернулся с добычей, а, ярл Эрак?
Эрак подошел к нему на шаг ближе. В глазах его засверкала угроза.
– Следи за словами, ты, подлый вор! Мои друзья остались там…
– И не только друзья, насколько я слышал, – засмеялся Слагор, осмелев. – Рагнак тебя не поблагодарит за то, что ты бросил там его сына.
Эрак отступил назад в крайнем изумлении:
– Гронела захватили в плен?
Слагор покачал головой, удивляясь недостатку самообладания у собеседника:
– Не в плен. Я слышал, его убили в битве в Колючем лесу. Нескольким кораблям удалось вернуться в Скандию до начала штормов.
При этих словах Уилл быстро поднял взгляд. «Волчий ветер» последним покинул берег Аралуина. Матросы все еще ждали возвращения Эрака, когда остатки злосчастной экспедиции Хорта один за другим вернулись на берег и затем отчалили. Позже Уилл слышал, как команда «Волчьего ветра» обсуждала битву в Колючем лесу. Двое рейнджеров, один худой и седовласый, другой – высокий и молодой, стояли во главе королевского войска, которое наголову разбило армию скандианцев, когда те пытались обойти главные силы Дункана с флангов. Уилл сердцем чувствовал, что это были Холт и Джилан.
Эрак печально покачал головой:
– Гронел был славным человеком. Нам будет его очень не хватать.
– И Рагнаку тоже. Он поклялся Валл, что уничтожит Дункана.
– Этого не может быть, – нахмурился Эрак. – Этой клятвой клянутся, только когда хотят наказать предателей и убийц.
Слагор пожал плечами:
– Он верховный ярл и волен делать, что захочет. А теперь, ради всего святого, ответь: есть ли на этом клятом острове хоть какая-то еда? Наши запасы уничтожило море.
Эрак, все еще под впечатлением от услышанных новостей, заметил Уилла и Ивэнлин.
– Разведите огонь, – приказал он им. – Людям нужна горячая пища.
Эрак был зол на то, что Слагору пришлось напоминать ему о долге гостеприимства. Этот капитан ему не нравился, но его люди после всего, что им пришлось пережить, заслуживали помощи. Эрак грубо толкнул Уилла по направлению к хижинам. Юноша побежал, и Ивэнлин последовала за ним.
Уилл нутром чуял недоброе. Он понятия не имел, что такое клятва Валл, но одно знал наверняка: теперь сохранить личность Ивэнлин в тайне было делом жизни и смерти.
Глава 10
Дорога шла к морю, и плодородные распаханные поля уступали место чащобе.
На такой местности мирным путникам стоило опасаться бандитов: густые леса совсем рядом с дорогой были отличным местом для засады. Но Холту бояться было нечего. Мало того, на душе у него было так хмуро, что он даже порадовался бы, если бы какие-нибудь разбойники попытались завладеть его скудными пожитками.
Дотянуться до увесистого сакса и метательного ножа, спрятанных под плащом, было довольно просто, а через седло позади себя он, по обычаю рейнджеров, перекинул свой длинный лук. Один из краев плаща отгибался, открывая легкий доступ к дюжине оперенных стрел. Говорили, что каждый рейнджер носит в колчане двадцать четыре человеческие жизни – с такой прямо-таки сверхъестественной, смертельной точностью стрелял их лук.
Помимо этих надежных средств защиты, а также хорошо отточенного чутья, у Холта было еще два, хотя и не столь явных, преимущества перед возможным злоумышленником. Кони, Абеляр и Тягай, были выучены тихо предупреждать рейнджера о присутствии любых незнакомцев. И теперь Абеляр несколько раз дернул ушами, и они с Тягаем вместе качнули головами и фыркнули.
Холт протянул руку и ласково погладил шею своего коня.
– Хорошие мальчики, – тихо похвалил он животных, и они еще раз понимающе зашевелили ушами.
Любой посторонний наблюдатель подумал бы, что облаченный в плащ всадник просто успокаивает своего скакуна – ровным счетом ничего особенного. Но на самом деле чувства Холта обострились, а ум заработал в бешеном ритме.
Он снова заговорил – и сказал всего одно слово:
– Где?
Абеляр слегка склонил голову влево, указывая на группу деревьев, располагавшихся ближе остальных к дороге, метрах в пятидесяти от них. Холт быстро оглянулся через плечо и заметил, что Тягай, трусивший за ними следом, глядел в ту же сторону. Оба коня почуяли незнакомцев, а может одного незнакомца, среди деревьев. Холт опять заговорил:
– Вольно.
И обе лошади, зная, что их предупреждение услышано и Холт понял, откуда исходит угроза, повернули головы и стали смотреть перед собой. Своей изумительной живучестью и способностью предвидеть беду были обязаны следопыты именно этому умению животных.
Казалось, всадник и не догадывается о том, что кто-то затаился среди деревьев. Он продолжал ехать вперед все так же неспешно. Холт мрачно усмехнулся себе под нос, подумав о том, что кони могли лишь предупредить его о присутствии чужака. Предсказывать намерения или угадывать, враг он или друг, они не умели.
Вот это действительно было бы сверхъестественной способностью, подумал Холт.
Теперь он был в сорока метрах от укрытия – пять или шесть раскидистых деревьев, окруженных густым подлеском. Идеальное место для засады. А может, подумал он, кто-то просто захотел укрыться от моросящего дождя, который шел, не переставая, вот уже десять часов. Глаза старого следопыта, скрытые капюшоном, рыскали по сторонам, осматривая лесок. Абеляр, подойдя ближе к источнику опасности, издал глухое гортанное фырканье. Оно было очень тихим, и всадник скорее ощутил, чем услышал, вибрирующий рокот в грудной клетке. Холт слегка толкнул Абеляра в бок ногой.
– Я знаю, – негромко сказал он.
Теперь уже пора, решил Холт: от его лука была польза лишь на приличном расстоянии. Рейнджер легко натянул поводья, и Абеляр сразу же остановился. Тягай сделал еще шаг и тоже замер.
Быстрым плавным движением Холт достал стрелу из колчана и прицелился. Он не предпринял никаких попыток натянуть тетиву. Годы неустанной практики научили его вынимать стрелу, целиться, натягивать тетиву и стрелять в одно мгновение.
– Мне бы хотелось поглядеть на вас под открытым небом! – зычно выкрикнул следопыт.
Несколько секунд стояла тишина, а потом из-за деревьев неожиданно появилась коренастая фигура всадника. Он остановился на голом участке у обочины.
Это воин, подумал Холт, приметив тусклое мерцание кольчуги и на руках и вокруг шеи. Поверх доспехов он надел плащ, чтобы защититься от дождя. У седла висел простой стальной шлем конической формы, а за спиной виднелся круглый щит без герба. Холт не приметил ни меча, ни какого-нибудь другого оружия, но подумал, что их обычно носят слева, а всадник стоял к нему правой стороной. Лучше предположить, что у него все-таки есть какое-то оружие. В конце концов, что за смысл надевать полудоспехи и разгуливать безоружным?
В фигуре всадника, однако, было нечто знакомое. Пара мгновений – и Холт его узнал. Это был Хорас, еще один его ученик. Он успокоился и убрал стрелу в колчан все тем же быстрым отточенным движением.
Он приказал Абеляру поторопиться и поехал вперед, чтобы поприветствовать встреченного путника.
– Что ты тут делаешь? – спросил он, уже догадываясь, каким будет ответ.
– Я еду с вами. – Хорас лишь подтвердил его догадку. – Вы едете искать Уилла, и я хочу присоединиться.
– Понятно. – Холт поравнялся с учеником и натянул поводья.
Хорас был высоким юношей, и его боевой конь был на несколько пядей выше Абеляра. Старому рейнджеру пришлось задрать голову, чтобы посмотреть юноше в глаза. Он заметил, какой решимостью дышит его лицо.
– А что, по-твоему, скажет на это мастер, когда узнает?
– Сэр Родни? – Хорас пожал плечами. – А он уже знает. Я сказал ему, что уезжаю.
Холт в некотором удивлении склонил голову. Он думал, что Хорас просто сбежал, чтобы присоединиться к нему. Но этот воин-ученик был честным малым. Холт внезапно понял, что тот не стал бы тайком сбегать.
Рейнджер что-то пробормотал, и Хорас непонимающе нахмурился.
– Что-что?
Холт тихо вздохнул:
– Что он сказал, когда ты сообщил ему о своем намерении? Наверно, влепил тебе хорошую затрещину?
Родни не отличался терпением по отношению к непослушным ученикам. Нрав у него был крутой, и ученики ратной школы знали об этом не понаслышке.
– Нет, – спокойно отозвался Хорас. – Он попросил передать вам послание.
Холт недоверчиво покачал головой.
– И что же это за послание? – поинтересовался Холт и заметил, как Хорас заерзал на сиденье.
– Он просил передать, что желает удачи, – произнес он наконец. – И еще велел сказать, что я поехал с его разрешения. Неофициального, разумеется.
– Разумеется, – эхом откликнулся Холт, скрыв свое изумление, – он не ожидал такой поддержки от начальника ратной школы. – Вряд ли он мог официально разрешить тебе сбежать с изгнанным из королевства преступником.
Хорас подумал немного и согласился:
– Да, это вряд ли. Так вы позволите мне присоединиться?
Холт покачал головой:
– Конечно нет. Там, куда я направляюсь, у меня не будет времени приглядывать за тобой.
От этого пренебрежительного тона старого рейнджера лицо юноши заалело гневом.
– Еще сэр Родни сказал, что вам в путешествии пригодится меч, который мог бы прикрывать тыл…
Пока Хорас говорил, Холт внимательно наблюдал за ним.
– Это его точные слова? – поинтересовался он.
– Не совсем…
– Тогда повтори дословно, – потребовал Холт.
Хорас сделал глубокий вдох:
– Дословно он сказал вот что: «Вам может понадобиться добрый меч, который прикроет с тыла».
Холт едва смог удержаться от улыбки.
– И кого же он имел в виду? – спросил он.
Смущенный Хорас молчал. Он молчал. Лучшего ответа он не мог бы и придумать. Холт пристально следил за юношей. Он серьезно относился к рекомендациям Родни и знал, что отваги мальчишке не занимать. Это он уже доказал, когда вызвал Моргарата на поединок на Равнине Утала.
Но кто знает? Может, Хорас успел превратиться в самоуверенного хвастуна? Может, похвалы и восторги вскружили ему голову? Если бы это было так, Хорас бы тут же ответил на саркастический выпад Холта. То, что юноша промолчал, говорило многое о его характере. «Так странно, никогда не угадаешь, какими они вырастут», – подумал Холт. Он помнил, что раньше Хорас был задирой. Видимо, время, проведенное в ратной школе, здорово изменило его.
Старый рейнджер снова взглянул на юношу. Признаться, напарник в походе ему бы не повредил. Он отказал Джилану, поскольку знал, что тот будет нужен королю в Аралуине. Но Хорас – другое дело. Наставник позволил ему уйти, неофициально, конечно. Хорас мастерски владел мечом. Он был преданным человеком, и на него можно было положиться.
Кроме того, с тех пор, как Уилл попал в плен, старый рейнджер скучал по компании. Он тосковал по духу приключений, присущему молодежи. И, помоги ему Бог, ему не хватало даже их бесконечных расспросов.
Он заметил, что Хорас смотрит на него с беспокойством. Юноша ждал его решения, но пока услышал лишь саркастический вопрос о том, кого же подразумевал сэр Родни, говоря о «добром мече».
Холт глубоко вздохнул и нахмурился.
– Ты, наверно, будешь день и ночь терзать меня своими вопросами?
Услышав неприветливый тон, Хорас как-то ссутулился, но затем до него дошел смысл слов, лицо его просияло, а плечи снова распрямились.
– То есть вы возьмете меня с собой? – От волнения голос у него зазвучал выше, чем обычно.
Холт опустил взгляд и принялся поправлять ремень на переметной суме, хотя нужды в этом не было никакой. Не годилось, чтобы юноша увидел, что на его обветренном лице появилась улыбка.
– Похоже, придется, – вздохнул старый рейнджер. – Раз уж ты сбежал, то вряд ли сможешь вернуться к сэру Родни, а?
– Не смогу! То есть… это так замечательно! Спасибо вам, Холт! Я этого не забуду, обещаю! Просто, понимаешь, я пообещал себе, что найду Уилла и спасу его. – От радости Хорас чуть не пустился в пляс.
Холт слегка ткнул Абеляра пяткой в бок и продолжил путь; Тягай последовал за ними. Хорас приказал своему боевому коню идти в ногу с Абеляром и продолжил изливать благодарности.
– Я знал, что вы отправитесь за ним, Холт! Я знал, что вы именно поэтому притворились, будто злитесь на короля Дункана. В Редмонте все поверить не могли, что такое случилось, но я знал, что вы это сделали, чтобы пойти спасать Уилла от скандианцев, и…
– Достаточно! – Холт поднял руку, чтобы остановить поток слов, и Хорас замолк, покаянно опустив голову.
– Да. Конечно. Простите. Больше ни слова.
Холт благодарно кивнул:
– На это я и надеюсь.
Пристыженный, Хорас дальше ехал молча. Они направлялись к восточному берегу бок о бок. Метров через сто он опять не выдержал:
– А где мы найдем корабль? Мы поплывем прямо в Скандию, следом за разбойниками? А можно ли пересекать море в это время года?
Холт повернулся на сиденье и мрачно уставился на юношу.
– Ну, вот и началось, – уныло пробормотал он. Но на сердце его впервые за несколько недель полегчало.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?