Читать книгу "Обратная сторона игры"

Наскоро позавтракав, Роб спустился на первый этаж и, не отдав свои ключи дежурной, вышел из отеля. На пороге стояла девушка лет восемнадцати и приветливо ему улыбалась.

– Аглая, ты уже вернулась? – услышал Роб приветственный голос охранника.

– Да, это заняло не более двух часов. Здравствуйте, молодой человек, – обратилась Аглая к Робу.

– А Вы, я так понимаю, хозяйка отеля? – удивился Роб.

– Да, Вы не ошибаетесь, – улыбнулась девушка. – Родители оставили свой бизнес и передали его мне. У меня неплохо получается.

– Плохо, – сказал Роб невежливо.

– Я не поняла. У Вас какие-то претензии? Обслуживание? Или еще что? – грустным голосом спросила хозяйка отеля.

– Еще что.

– Давайте пройдем в мой кабинет, и Вы расскажете, что случилось.

– Давайте тут и быстро, меня полиция ждет.

– Вы меня пугаете.

– Ко мне ночью в номер приходили люди. Я их не приглашал. Как такое возможно?

– Это исключено, – ответила девушка. – У нас таких случаев не было.

– Теперь есть.

– Как они попали внутрь?

– Это я у Вас хочу спросить. У меня есть доказательство. Они приклеили на стене странное послание.

– Оно осталось на стене? – быстро спросила Аглая.

– Нет, я его сорвал и выбросил в мусорный бак.

– Пойдемте, я посмотрю. Я понимаю, что Вы спешите, но это необходимо.

Роб и хозяйка отеля поднялись на второй этаж. Роб открыл дверь и вошел внутрь.

– Вот смотрите, – голос его осекся. В мусорной корзине ничего не было, хотя номер никто еще не убирал.

– И где послание? – спросила Аглая.

– Ничего не понимаю. Оно было тут. Я все буквы отодрал от стены и выкинул вот сюда.

– Там скотч должен был остаться. Давайте посмотрим, – предложила Аглая.

Они подошли к стене, где предположительно была надпись, но никакого следа от скотча не обнаружили. Аглая вопросительно посмотрела на Роба.

– Зовите горничную, – сказал он.

Горничная только разводила руками и вытирала слезы, утверждая, что она не заходила еще сегодня в комнату Роба.

– Может, Вам все это приснилось? – спросила тихо Аглая.

– Ничего мне не приснилось, но вопрос снят. Я сам разберусь. Мне пора.

На улице стояла прекрасная погода, и Роб решил пока не думать о всех этих странностях. Он шел по улицам и удивлялся, насколько милым и приятным был этот городок. Дом он купил через своего знакомого риелтора, сюда ему не пришлось приезжать. Он не видел этой красоты, той красоты, которую он наблюдал сейчас. Горы словно взяли в кольцо небольшой городок, пытаясь уберечь его незваных гостей и капризов природы. Огромное озеро расстилалась у его подножья, лес был повсюду. Это был какой-то сказочный городишко. И воздух его окружал совсем иной. Он чувствовался при дыхании. Он был вкусным, свежим. В нем присутствовала осень. Озеро сияло на солнце своей голубой водой, и это было такое прекрасное зрелище, что Роб подумал, что вдохновение нужно искать только тут, только в этом месте. И тут он услышал голос, раздавшийся откуда-то сзади:

– Эй, красавчик. Постой!

Роб резко оглянулся и увидел перед собой цыганку. Он усмехнулся и продолжил движение. Цыганка не унималась. Оно обогнала его и предложила погадать.

– Я не верю гаданиям, и я не барышня на выданье, – сказал спокойно Роб. – Простите, я спешу.

– А ты не торопись, молодой-интересный. Я правду скажу, не совру. Да и много не возьму. Пятьсот рубликов дашь за интерес?

– А давай, все равно ведь не отстанешь. Но если дальше начнешь финтить с деньгами типа «заверни в тысячную купюру» – сдам в полицейский участок. Я как раз с полицейским иду на встречу.

– Такой молодой, да недоверчивый. Давай руку.

Цыганка долго смотрела на руку.

– И что там? Скорая свадьба? – ухмыльнулся Роб.

– Куда спешить! Ты же только что развелся с женой своей.

– Уже хорошо. Угадала?

– Я не угадываю, а читаю.

– Что еще там написано?

– Многие тебя любят. Тысячи. Известный ты, а счастья нет. Скоро твоя жизнь изменится. Опасность ждет тебя, преступление и смерть.

– Ух! А вот и сюжет триллера. Моя смерть?

– Нет, кругом тебя смерть.

– Ну и нагадала!

– А я правду не всем говорю. Кто боится, тот не просит гадать. А ты не испугался.

– И что делать?

– Жить, красавчик, жить. Тем более, что …

– Что? Что ты там не договариваешь? – строго спросил Роб.

– Ничего. Иди себе, тебе тоже не нужно этого знать. Такое не говорят.

– О чем не говорят?

– О смерти. Я о ней стараюсь не говорить.

– Как же! Мне же сказала!

– Сказала, милый, да не все.

Роб не услышал последнюю фразу, отмахнулся и пошел вперед. До дома оказалось идти не так уж и далеко. У калитки он увидел мужчину в полицейской форме, который явно ожидал хозяина.

– Здравствуйте. Вы звонили в полицию? Я жду вас, – сказал заспанный молодой полицейский.

– Здравствуйте. Да, конечно. Извините, что я заставил Вас ждать, но это даже хорошо, что Вы пришли первым. Я не хочу туда заходить один. Вы не представляете, какой разгром творится в моем доме.

– Сейчас представлю. Давайте пройдём внутрь.

Сказать, что Роб был потрясён, это ничего не сказать. Он открыл ключом дверь, которая была заперта. Они зашли в идеально чистый домик, и полицейский укоризненно посмотрел на него.

– Я что-то не понял…Вы разыграть решили полицию? Вы с ума сошли? Зачем такое придумали? – грозно произнес полицейский.

– Товарищ сержант, я клянусь Вам, что вчера утром мы приехали сюда с водителем такси и увидели абсолютно разгромленный дом. Он может Вам подтвердить.

– Кто? Дом?

– Нет, конечно. Таксист!

– Спросим, найдем.

– Обязательно поищите.

– А кто же тогда дом убрал? Домовой?

– Вы можете сейчас смеяться и не верить, но это было. И выглядело это отвратительно.

– Меньше всего мне сейчас, конечно, хочется смеяться. Вы оторвали меня от срочных дел. Всего Вам доброго.

– Подождите одну минуту, Вы уже уходите?

– Да. Я уже ухожу. Зачем я Вам? Тут всё нормально, у Вас идеальный порядок дома и во дворе. Все, что говорили, Вы зачем-то придумали и сделали ложный вызов.

– Нет же! Это не ложный вызов! Я же говорю, что всё это может подтвердить таксист.

– Какой таксист? Имя, фамилия?

– Я фамилии, к сожалению, не знаю, но зовут его Сергей. И номер его машины 323. Буквы не помню.

– Хорошо. Мы найдём вашего Сергея и поинтересуемся у него, что он видел, и что за дела тут творятся.

Полицейский ушел, а Роб ещё долго стоял в оцепенении посреди комнаты, идеально убранной комнаты, где не было ни одной пылинки и ни одной соринки. Он ничего не понимал, его воспалённый мозг противился любой мысли, которая приходила ему в голову. Роб снова почувствовал приступ тошноты и понял, что сейчас его снова накроет паническая атака. Он попытался дышать, как его учили, и немного успокоился.

Роб услышал шаги на крыльце и резко встал. Почему-то в его душе поселился страх, он не знал его природу, но понимал, что что-то происходит. В голову стали лезть нехорошие мысли о плачевном физическом состоянии, психическом расстройстве. Он гнал эти мысли от себя, но ничего не мог с этим поделать. Мысли прочно сидели у него в голове.

– Роман Сергеевич, Вы дома? – услышал он голос Матвея. Он не знал, что это Матвей, но был уверен, что это был именно он, потому что больше и быть-то некому.

– Матвей, это Вы? Проходите, пожалуйста, мне очень нужно с Вами поговорить.

– А что случилось? Как Вам дом? Вы ведь его ни разу не видели, а мы за ним присматривали. Вчера жена моя убрала все в доме, постелила Вам постель, постирала шторы. А мы все ждали, когда Вы приедете, а тут нам сказали, что скоро. Вот и давай жена все вытирать, да стирать. Стоит дом без хозяев, пылится.

– Кто сказал? – удивился Роб. – Даже я не знал, когда сюда приеду.

– Так это.. Позвонили мне и сказали, что дом убрать нужно к приезду хозяев.

– Кто позвонил? Мужчина?

– Нет, женщина.

– Странно.

– Мне сказали, что сегодня здесь была полиция, а что случилось? – тихо спросил Матвей.

– Этот дом вчера был похож на дом после землетрясения.

– Не понял, что это Вы такое говорите? После какого землетрясения? Какой дом? Этот?

– Да, Матвей, этот. Я приехал вчера утром, мы зашли сюда с таксистом, а здесь был полный разгром: валялись стулья, лежала на полу битая посуда, бумаги какие-то, сумки, мусор.

– Роман Сергеевич, я Вас абсолютно не понимаю. Здесь вчера стояла такая же идеальная чистота, какая и сейчас. Хотите спросить у моей жены? Она вчера здесь делала только влажную уборку.

– А до вчерашнего дня здесь никакого разгрома не было? Может быть, ремонт делался или ещё что-нибудь?

– Роман Сергеич, здесь всегда был порядок. Единственное, что сделала моя жена, это вымыла полы, постирала шторы, перестелила постель и вытерла пыль – вот и всё.

– Хорошо, я Вас понял, спасибо большое. Что я Вам должен? Сегодня я расплачусь.

– Да ничего Вы мне, Роман Сергеевич, не должны. Вся оплата давно поступила на мою карту, а ничего сверх мне не нужно. Вы отдыхайте, переутомились, наверное. Дом хороший у Вас, добротный. Вид из окон хороший – прямо на озеро. И работать Вам будет здесь, я думаю, очень приятно. Если что-то нужно, то я рядом. Как выходите, сразу 16-й дом и увидите – мы там с Люсей живём. Если что-то нужно будет по хозяйству, то тоже не стесняйтесь, зовите, и мы Вам поможем. Вы вообще сюда надолго?

– Я пока не знаю. Спасибо, Матвей, за помощь. Я обязательно к вам обращусь. И Люсе передайте огромное спасибо за уборку.

Роб остался один, вздохнул, вытащил телефон из кармана и набрал номер друга.

– Петь, привет. Как у тебя дела?

– Привет. Ты лучше скажи, как у тебя дела? Добрался до своего нового дома? Как тебе место? Как городок и настроение?

– Петь, тут чертовщина какая-то происходит. Ты когда сам собирался ко мне приехать?

– Ром, но я сейчас точно не могу. Ты же знаешь, какая у меня сейчас запара на работе. Ты там недельку поживи, обустройся, всё обдумай, отдохни. Тебе самое главное сейчас нужно отдохнуть, а я могу приехать только через неделю. Это крайний случай или через две. Что там у тебя случилось-то, рассказывай.

– Не хотелось бы мне по телефону рассказывать, но чертовщина присутствует. Во-первых, у меня в поезде было приключение. Совершенно непонятное и странное – я потерял девушку.

– Что значит «потерял девушку»? А ты её находил?

– Петь, со мной вместе ехала девушка, а потом она исчезла. Я ходил по поезду, но мне это только казалось. В результате я никуда не ходил. Вообще, я не знаю, наверное, нужно обратиться к врачу. Мне не нравится мое состояние. Давно я так себя не чувствовал, да никогда, я бы мог сказать с уверенностью.

– К врачу? Ты заболел? Что с тобой? – забеспокоился друг.

– Да нет. Ничего. Это я так. Может быть, я просто устал, но ты знаешь, есть ещё одно, я потом тебе расскажу. Я не буду по телефону с тобой об этом разговаривать. Вот когда приедешь, мы с тобой эти вопросы обговорим.

– Мне звонила твоя жена.

– Даже не сомневаюсь. Что ты ей сказал?

– Да ничего не сказал. Сказал, что ты уехал отдыхать. Вот и все. Она, конечно, долго билась в истерике, чтобы я дал ей твой адрес, но я не поддался. Разбирайтесь, друзья, сами.

– Спасибо, Петь, не говори ей, где я. Как у меня будет настроение, я на её телефонные звонки отвечу, но знать, где я нахожусь, ей абсолютно необязательно. Я на тебя надеюсь. Если она появится на моем горизонте, это будет означать предательство с твоей стороны.

– Я же не сумасшедший, чтобы испортить твой отдых. Я сам тебя туда отправил. Нет, конечно, чтобы она мне не говорила, я буду держать твоё место пребывания в секрете. Давай, отдыхай, меня главный зовёт.

***

Роб вернулся в отель, забрал свои вещи и сдал ключ. Он твердо намеревался жить в своем доме. Никто не мог его испугать в этом мире, кроме него самого. Вот себя он боялся. Он боялся, что его психика не выдержит таких испытаний. Страхи сковывали все тело, разум и силы. Раньше тоже было подобное состояние, но не в таких вселенских размерах. Он увидел на здании вывеску «Такси» и решил зайти в диспетчерскую.

– Добрый день, – сказал он молодой девушке, сидящей за небольшим пультом управления.

– Здравствуйте. Такси хотите заказать? Я Вас слушаю, – ответила она, улыбаясь.

– Нет, я бы хотел найти одного вашего водителя. Его зовут Сергей.

– Сергей? Какой Сергей? Зачем он Вам? Вы с жалобой?

– С надеждой, – ответил Роб.

– Не поняла, – смутилась девушка.

– Мне очень нужен ваш водитель. Я забыл у него в машине телефон, – сказал Роб. Он понял, что ей точно ничего рассказывать не нужно.

– Ааа, потеряшка. Сейчас. Какой Сергей? Фамилию назовите, у нас их в базе несколько.

– Я не знаю его фамилии.

– У наших водителей на бейдже все написано. Нужно было смотреть внимательно.

– Зачем? – удивился Роб. – Зачем мне запоминать фамилии водителей, которые меня возят?

– Хотя бы вот для таких случаев.

– Вы мне поможете?

– Конечно. Сейчас. Сергей Прокопенков. 56 лет. Подходит?

– Нет, ищите молодого. Ему на вид лет тридцать.

– Есть только Горожанкин. Вот он подходит по возрасту. Смотрите, он? – девушка показала на мониторе рыжего парня с веснушками.

– Нет, это не он.

– У нас есть еще два Сергея, но они точно не подходят по возрасту. Конечно, если бы Вы номер машины знали, было бы легче.

– Так я и знаю. Вы не спросили

– С этого нужно было начинать. Говорите.

– 323. Букв, простите, не запомнил.

Девушка с удивлением посмотрела на Роба.

– Простите и Вы, но у нас нет машины в парке с таким номером.

– Как это нет? А в чьем парке она есть? Сколько у вас служб такси городских?

– Вы шутите? У нас город с пятитысячным населением. Какие парки? Только один и есть, наш.

– А из других городов?

– Из каких других? Не понимаю.

– Меня на станции мог встретить таксист не из вашего города?

– Это исключено. Зачем? Самый ближайший город от нас находится в двухстах километров, зачем тем таксисам приезжать на нашу станцию? Поезда ведь останавливаются везде по следованию.

– Ничего не понимаю, – сказал Роб.

– Извините. Мне нужно работать, – сказала девушка, услышав телефонный звонок.

Роба снова охватил страх. Галлюцинации? Раздвоение личности? Кстати, он читал, что у авторов часто бывают такие психические расстройства. Ни один человек в мире не знает, где находится граница между рассудком и безумием. А что касается творческих людей, то черта, отделяющая гениальность от сумасшествия становится почти невидимой. Робу часто говорили, что он гений современности. Доказательством тому стали миллионные тиражи его книг, любовь читателей. Его называли русским Конан Дойлем. Все издательства широко распахивали перед ним свои двери.

В голову некстати пришел образ Гоголя с его шизофренией, усиленной периодическими психозами. У того, кстати, часто бывали слуховые и визуальные галлюцинации, апатия и подавленное состояние. Роб был в ужасе от этого. Также как и Гоголь, он панически боялся замкнутых пространств и неизлечимых заболеваний. Сейчас все признаки были налицо. Шизофреник? Это было уже слишком. Его прошиб холодный пот. Он завернулся в шарф и побрел к своему дому, который встретил его катастрофически неприветливо. На этот раз никаких сюрпризов не было. В доме стояла тишина. Роб разделся и прилег на кровать. Он твёрдо решил позвонить своему психотерапевту. Не хотел, но сейчас это было необходимо, так как дело было уже не только в панических атаках. Сейчас это заболевание ему казалось цветочками по сравнению с тем, с чем ему пришлось столкнуться за эти несчастные два дня. Он был в панике.

– Добрый день, Николай Львович, – сказал Роб, услышав в трубке голос врача.

– Ромочка, здравствуй, дорогой. Как ты? Что-то случилось? Опять мучают панические атаки?

– Николай Львович, мне нужна срочная консультация.

– Переключись на видео. Мне нужно тебя видеть. Рассказывай все подробно, у меня как раз есть время сейчас. Пациент не пришел на прием. А лучше приезжай ко мне прямо сейчас.

– Я не смогу приехать. Я не в Москве.

Роб подробно рассказал не только о последних событиях, но и о своем физическом состоянии, которое оставляло желать лучшего. Врач внимательно его слушал и не перебивал.

– Давай сразу договоримся – не нужно ставить себе диагнозов! Это моя работа, – сказал врач. – Психика авторов очень неустойчивая. Это правда. Она помогает писать шедевры, как в твоем случае, но и немного мешает жить. Ты говоришь о раздвоении личности? О шизофрении? Во-первых, под раздвоением личности я имею в виду изначально не шизофрению, а диссоциативное расстройство идентичности. Вообще, это – защитный механизм твоей психики. Ты можешь максимально погружаться в личности твоих героев, о которых ты пишешь. Так бывает.

– Николай Львович, все дело как раз в том, что на данный момент я уже полгода ничего не пишу. Я ни в кого сейчас не погружаюсь. Откуда тогда у меня все это?

– Это может быть запоздалой реакцией. Вполне. Вопрос в том, насколько глубоко ты погружался в образ персонажа, когда писал свою последнюю книгу? Ты сейчас можешь проживать жизнь своего героя, думать его мозгами, разделять его эмоции, следовать его логике.

– То, что происходит со мной сейчас, никак не похоже на внутренний мир моего последнего главного персонажа.

– Мир психики человека безграничен. Никто не может предугадать, как, когда и куда это выльется. А ты, мой мальчик, гений. За все нужно платить цену. Ты вкладываешь в свои произведения душу, а она у тебя по кусочкам остается там, на страницах. И потом, ты много держишь в голове чужих мыслей, мыслей твоих персонажей.

– Например.

– Например, твой герой пьет кофе. Пьет часто и много. Ты терпеть кофе не можешь, но восхищаешься своим героем и следуешь его привычкам. Однажды ты вдруг просишь в кафе не чай, а именно кофе. Ты вживаешься в его мир таким образом. Это грубый и примитивный пример, конечно, но в нем сущность. В чертогах твоего разума столько всего откладывается! Психика может такого накала страстей и не выдержать, вот она и дает сбой.

– И что со всем этим делать? – спросил Роб.

– Жить. Что я могу тебе сказать! Я могу тебе выписать лекарство для успокоения нервной системы, но я не советую злоупотреблять таблетками. Больше гуляй на свежем воздухе, займись спортом, делай вылазки с друзьями и постарайся сейчас не начинать новую книгу. Отдохни. Перенаправь свои мысли в другое русло.

– Спасибо, Николай Львович, я все понял. Я могу звонить Вам, если что?

– В любое время. Не зацикливайся на этой теме. Помни, что мысли материальны.

Роб начал обдумывать, как проводить время с пользой для здоровья. Сначала ему нужно было купить все необходимое для дома, для удобства. Он решил пойти по магазинам. Ему нравилось ходить по улицам этого городка. Из высоких зданий тут было всего несколько домов, в так называемом Новом городе, остальные – милые и ухоженные одноэтажные и двухэтажные домишки. Люди улыбались, абсолютно не представляя, что перед ними один из самых популярных в мире авторов книг. Они улыбались просто так. И это ему нравилось. В Москве все было по-другому. Ему улыбались те, кому от него было что-то нужно.

Вдруг Роб увидел дом с табличкой Ленина 4. Как он мог забыть, что Сергей сказал ему свой адрес! Вот сейчас все и выяснится. Роб вошел в калитку, его встретила огромная собака, которая не лаяла, но смотрела недружелюбно.

– Привет, – сказал Роб. – Хозяина зови.

Собака не двинулась с места. Она помотала головой и громко гавкнула.

– Дикси, кто там? Ты чего шумишь? – услышал Роб женский голос. – Ой, Вы к нам?

– Да, мне Сергей нужен. Можете позвать, если он, конечно, дома?

– Сергей? Вы ошиблись. Тут таких нет.

– Как это нет? Сергей, он работает таксистом, – начал раздражаться Роб.

– Я Вас уверяю, что Вы ошиблись.

– Это же Ленина 4?

– Правильно.

– Хорошо, простите за беспокойство.

Роб вышел за калитку, собака еще раз гавкнула на прощание. Тут тоже был провал, настроения ему это не добавило.

В магазине техники он все же сосредоточился на бытовых приборах, без которых не представлял свое существование: стиральная машина, тостер, холодильник и тому подобное. Расплачиваясь на кассе, он вдруг поднял глаза и обомлел – рядом с ним стояла Веста. Она рассматривала отпариватель, не обращая внимания на Роба.

– Веста! Это Вы? – закричал Роб так, что она вздрогнула.

– Роб? Добрый день. Рада Вас видеть.

– Как Вы? Куда же Вы пропали среди ночи из поезда? Я очень волновался.

– Пропала? Кто? Я? Куда пропала? Ничего не понимаю.

– Вы оплачивать будете? – недовольно спросила кассир Роба.

– Да, конечно. И доставку оформите, пожалуйста, Мира 15. Веста, подождите меня, мне очень нужно с Вами поговорить.

– Хорошо. Я буду на улице.

Роб вылетел из магазина, опасаясь, что она снова исчезнет, но Веста стояла у киоска с прессой и выбирала газету.

– Вот Вы где! – обрадовался он.

– Так что Вы говорили про мою пропажу? Я так ничего и не поняла.

– Я проснулся среди ночи, а Вас в купе не было. И больше я Вас не видел.

– Роб, Вы меня пугаете. Мы же вместе вышли из поезда. Меня встретила моя сестра, а Вы сели в такси.

– Да, наверное, я что-то путаю. Извините, – пробормотал Роб и пошел по тропинке к дому, даже не попрощавшись с Вестой.

Словно тысячи молоточков стучали в голове одновременно. С ним точно что-то случилось. Неужели он болен? Опухоль мозга может давать такие симптомы. Первая мысль была сесть в поезд и помчаться в Москву на обследование, но что-то его останавливало. Страх. Снова страх. Липкий, противный страх. Может, лучше не знать свои диагнозы? Роб остановился. Сердце билось так сильно, что идти стало тяжело. Он присел на лавочку и отдышался. Тут он подумал о том, что даже не спросил, где живет Веста. Он бы хотел с ней встретиться и снова поговорить о случившемся. Скорее, он хотел поговорить с ней о чем угодно, только не о случившемся. Ему нужно отвлечься, успокоиться. Роб зашел в аптеку и купил корвалол и пустырник. Прав доктор, просто нужно отвлекаться, нечего пить всякую гадость. А эти средства точно не повредят. Успокоился он и по поводу Весты, решив, что городок маленький, раз встретились один раз, встретятся и другой. Он будет часто гулять, проводить время на свежем воздухе, начнет бегать по утрам. Тут такая красота, что все это приятно будет делать, не то, что в Москве. Здесь есть парк. Он видел его, когда ходил по магазинам. Парк располагался недалеко от его дома. Вот там он и будет бегать.

Так закончился его второй день в этом красивом, но очень странном месте.

***

Ночь прошла спокойно, только дождь, стучавший в окно, несколько раз будил Роба.

Как ни странно, его никто не дёргал, кроме жены, никто не звонил. Робу уже начинало нравиться это спокойствие. Зато от Светы было больше ста входящих звонков. Роб заглянул в телефон, перед тем как лечь спать, и усмехнулся.

– Что же тебе от меня надо? – спросил вслух Роб и отключил телефон.

Утром он никак не хотел просыпаться, но, все же, подумав о том, что он решил заняться пробежками, нехотя поднялся с кровати. Ну, раз решил – значит решил. Нужно вставать.

Дождик закончился, воздух был свежий и даже уже немножко морозный. Роб надел лёгкую куртку, спортивные брюки, свои новые кроссовки и вышел на улицу.

Телефон противно зазвонил. Роб решил, что ему всё-таки стоит поговорить с женой. Он очень хорошо знал Светлану – она не отступит.

– Я тебя слушаю, – сказал Роб.

– Ты всегда был скотиной!

– Ты мне позвонила только для того, чтобы сказать это?

– Нет! Я позвонила тебе, чтобы сказать, что ты обманул меня! Ты обещал со мной встретиться и поговорить, а сам уехал непонятно куда и непонятно с кем.

– Так, Светлана, стоп! Куда я уехал, с кем я уехал и когда я уехал – это совершенно не твоё дело! Мы давно в разводе. Перестань контролировать меня и мою жизнь. Что тебе нужно от меня? Только очень коротко, я занят.