Читать книгу "Сага об Антилохе. Возвышение «Гнилой шестерки»!"

– Держи, капитан Антилох. – Шкрябая по столу прижатой пластиной, говорит ГМ, а потом рядом ставит бутылку какого-то пойла. – Что они все меня набухать пытаются? Я, конечно, могу выпить, может, даже хочу, но… а впрочем, на халяву лучше выпью, или эти двое опять всё сами «приватизируют».

– Это что? – пластина какая-то ржавая, нет, стоп, медная, и чем-то покрытая, – и какой это ранг?

ГМ заржал, мотая головой и улыбаясь, достал из-под стола бутылку, два стеклянных стакана – тут это редкость, откупорил и налил нам, прогоготав:

– Ты и впрямь чудной, ещё чуть-чуть поработай над удивлением – и я, может, и поверил бы!

Не мужик, я ж не шучу, медь это…

– За заслуги перед гильдией, королевством и простым людом, Антилоху присваивается внеочередное звание D класса и личный полумедный наградной жетон. Поздравим молодого авантюриста!

Даже Эрлина, вешавшая людям лапшу на уши, оторопела, обернулась, скривилась, не до конца распознав, пиздит ли ГМ или говорит правду. Люди в таверне, коих, к слову, набилось как сельди в бочке, тоже замерли. Блять… Грог, теперь я понимаю, какое мужество нужно иметь, чтобы произнести твои слова:

– Всем по кружке эля за мой счёт!

Таверна взорвалась неподдельными эмоциями, удивлённая эльфийка, пару раз хохотнув, с запозданием узнала, кого я пытался копировать своим поведением. Стуча себя по коленям, Эрлина ржала, а Тайгрис, полная радости за меня и за свою сработавшую ложь, подняла до верха полную кружку. Разливая по столу и чужим головом содержимое, воинственно прокричала:

– За капитана Антилоха! До дна!

Зал взревел, ощущая себя самым крутейшим типом, тем, чьё имя скандируют, кого поздравляют и восхваляют, собираюсь отправиться во все тяжкие, а после ночью проникнуть в чью-нибудь кровать! Да, сегодня у меня есть шанс…

Сильная рука ГМ придержала меня за плечо и потянула обратно к стойке. Дядя внезапно стал очень серьёзным и, как бы я не дергался, отказывался отпускать. Бля-я-я, ну нет, ну не сейчас, давайте в другой раз, к примеру – никогда, я же знаю, что ты скажет, не хочу, потом!..

– Есть работа, Антилох. Идти за мной, хочу тебя кое с кем познакомить.

Эх… Надеюсь это будет длинноногая шлюха.

Глава 5 – Меж Зугл-Ды и Катракс

Той же ночью…

Далеко-далеко на западе, Бастион Зугл-Ды, передовое укрепление армии людей

Черное от туч небо разорвала вспышка молнии. Минотавр, существо с бычьей головой и огромным человеческим телом, подняло секиру над собой. Рёв его, со слюнями и пеной из рта, разлетелся по плотным рядам армии Короля демонов. Черти и упыри, гоблины и орки, огры и осквернённые хаосом существа всех видов и рас, вернулись к каменным стенам Зугл-Ды, чтобы отвоевать некогда утраченную крепость.

Сильнейший дождь омывал их грязные, мерзкие рожи. Капли стекали по изломанным складкам кожи, покрытой миазмами, шрамами, гнойниками, бородавками и личинками насекомых, поедавших нечистых изнутри. Чистейшая дождевая вода осквернялась, касаясь их тел, смешиваясь с потом и слюнями, срывалась с гнилых, желто-коричневых зубов, заражая почву. Вёл армию демонов легендарный полководец, сущность, покорившая небо и все подвластные живым стихии магии. Существо с головой ястреба, крыльями, растущими из рук, и телом человека.

– Ге-не-рал Тод… – шевеля массивной челюстью, обратился к полководцу зеленый орк, что был ростом в четыре метра, в шароподобное пузо которого, в полный рост могло уместить взрослого человека. – Ар-мия, го-това, и-дём в бой? – Медленно и по слогам, постоянно подтягивая спадающие штаны, спрашивает орк.

Тод испытывал к старейшине Зеленого племени глубочайшую неприязнь. Считая себя выше остальных, даже владыки демонов, он ждал прибытия элиты тёмного войска – Шестой вампирской сотни. Тод любил побеждать, любил охотиться и убивать самых слабых, особенно когда их много. Существо испытывало восторг при виде чужого страха, когда толпы обращались в бегство, бессильные против одного. Тод выжидал, приценивался, помня горький опыт своих предшественников, ждал подкрепления от вампиров, чтобы отвлечь главных и сильнейших воинов из Зугл-Ды. После отвлекающего удара, генерал демонов собирался отыскать у врага брешь, найти самое слабое место, а затем, вдоволь насладиться страхом беспомощных людишек.

В это же время

Командующий обороной Зугл-Ды, Генерал Кастилио Свар

Пропитанные магической энергией голубые глаза Генерала Кастилио сквозь дождевую завесу внимательно следили за перемещениями армии демонов. Капли стекающих по седым, взъерошенным волосам наползали на густые брови семидесятилетнего аристократа. Разрисованное шрамами, старое лицо, для всех его видевших, казалось каменным, по которому никто и никогда не мог понять, сердит он, испуган, спокоен или рад чему-либо. Свар, человек из стали, герой шести компаний, был тем, кто лично вырывал Зугл-Ды из рук демонов и занял должность главного защитника Бастиона. Уже дважды он отражал набеги армии владыки демонов, дважды одерживал уверенную победу. Кастилио, игнорируя дождь и ветер, двадцатикратное превосходство в численности врага, в очередной раз, внимательно разглядывал своего противника. Он видел изуродованных проклятой магией существ, чьи лица отдалённо напоминали человеческие, получеловеческие и даже эльфийские. Видел он и других. Огромные, зеленокожие орки, сражаясь в чистом поле, каждый из них стоил как минимум трёх его солдат. Он видел гигантских огров, биться с которыми за пределами крепости дело самоубийственное. Согласно мнению Свара, армия человеческих королевств, при поддержке гильдии авантюристов, вторглась слишком далеко в чужие земли, оставив фланги плохо защищёнными, и вот-вот должна была получить контратаку, последствия которой могли не только обнулить все их победы, но и привести к непредсказуемым результатам.

Взбегая по каменным ступенькам, шлёпая кожаными ботинками по стекающим со стены ручьям, на вершину башни взбегает молодой, светловолосый оруженосец.

– Бастион готов к бою, маги закончили укрепление барьера, артиллерия так же успешно завершила перегруппировку, заняла позиции вдоль всей стены.

– Отрадно слышать, – сохраняя лицо каменным, двинул длинными, прилипшими к лицу усами Кастилио. – Хорошая работа, Жак, артиллерия нам сегодня пригодится. Сколько авантюристов сейчас в Зугл-Ды?

– Четыре группы. – Быстро ответил оруженосец. – Остальные отбыли в тыл, на защиту приграничья и путей снабжения.

«Плохо…» – подумал старик командующий, и тут же, безэмоциональное, вечно спокойное лицо дрогнуло, исказилось от недоумения, а после испуга. Руки воина задрожали; острый взгляд голубоглазого воина столкнулся с таким же, пристальным, разглядывающим его красным глазом вампира. Приступ испуга, вызванный взглядом проклятого, сменился волной злости и ненависти к тому, кто стоял за киллометр от стены.

Бледная кожа обтягивала худощавое лицо, мощные скулы, красные глаза, эльфийские уши, длинные и ровные черные волосы – Кастилио узнал того, с кем ему предстоит драться. Но не лицом был примечателен древний вампир, а своими одеждами. Пояс из черепов младенцев опоясывал его бедра. В каждом из черепов находился кинжал или флакон с мутным зельем. Красная куртка из Огненной Виверны плотно облегала худое и высокое тело. Чешуйки виверны, что прочнее любой стали, имели отметину, будто их кто-то склеил, и при соприкосновении с водой, именно в месте стыка, испускала пар. Этот вампир был легендой среди человеческого рода – Эсман Агнтур Валад, известный как «Ищущий тепла». Некогда он был эльфом, хранителем леса и жизни, а после, когда к власти пришёл нынешний Король леса, в жажде отомстить тому, обратился к тьме.

– Командующий! – Испугавшись реакции, эмоций, проступивших на лице своего повелителя, воскликнул оруженосец. – Что вы увидели?!

Ветеран взял эмоции под контроль, не в силах успокоить дрожь в руках, с отвращением и ненавистью произнёс:

– Призрак прошлого. – В мыслях старика в очередной раз пронёсся тот день, когда Валад посреди битвы обезглавил его деда. Как храбрый и смелый, его молодой отец встал на защиту своего сына: ударом двухметрового меча, который ещё никто не мог отразить, он сломал клинок вампира, рассек туловище его на пополам, а после… Вампир, потеряв левую руку и половину тела, зубами вонзился в шею его отца. Кастилио помнил, как вмявшаяся сталь, словно бумага, была вырвана с артерией и плотью его отца. Как Кастилио Пон оттолкнул вампира, попытался ударить его вновь, но острые, длинные ногти прошли в щель между забралом и ослепили отца. Всего минута – храбрый воин пал, вампир, прячась за спинами демонов, сбежал, а отец… Восстал и теперь поднял своё легендарное оружие на того, кого минуту назад защищал. Тогда, в своей второй битве, Кастилио было всего одиннадцать лет, он не знал, что случилось с отцом и почему тот решил его убить. Взяв на душу грех, он, защищая оруженосца, защищая воинов короля и себя самого, срубил голову отца, навсегда запомнив того, кто победил двух великих мечников семейства Свар.

– Жак, бери отряд авантюристов и немедленно отправляйся в Катраск. Сообщи, вампир Эсман Агнтур Валад и его Шестая Сотня-смерти пришли в Зугл-Ды. Герою предстоит сразиться с Генералом тьмы Тодом, владеющим магией свободного полёта и всеми известными магическими стихиями. Скачи немедля, необорачиваясь, так быстро, как только сможешь! Вперёд! – Крикнул Кастилио, уже второй раз не сумев сдержать эмоций. Он был в ярости, напуган, а ещё… в ужасе осознал плачевность своего положения. Двадцать девять детей родили ему жены, и любовницы из других родов, и бардельные шлюхи с горничными его дома. Двадцать девять жизней он привёл в этот мир, и из них ни одного мужчины, ни одного мальчика, ни одного достойного мечника, что смог бы продолжить его дело.

– Я вернусь с подмогой, командующий! – Воскликнул Жак, и тотчас, подчиняясь старику как командиру, как наставнику, как отцу, который его усыновил, кинулся исполнять приказ. Верный, резкий, и, к сожалению, по мнению Кастилио, бесталантливый мечник, был идеальным солдатом и мечтой-сыном, которого всю свою жизнь хотел видеть рядом с собой Свар.

Битва за Зугл-Ды

Раскат грома вернул командующего к мыслям о крепости, армии и грядущей битве. Дождь усиливался, порывы ветра трепали седые волосы, неся звуки оживших барабанов, гула, рыка, лаяния, рёва и визга, несущихся вместе с ветрами из лагеря врага. Ослепляя старика, капли дождя, под редкие мерцания молнии, скатывались с щек и бороды, потом пробегали по стальному панцырю. Будто слёзы, будто сам Мануну, украшавший и защищавший грудь ветерана, оплакивает его сегодняшнюю жертву.

Затупали ногами гиганты, заскрипели деревянные осадные машины, ехидно скалясь, серая масса, состоящая из выродков, мерзости и уродства этого мира, пошла в атаку.

Рассекая дождевые капли, предвидя тактику генерала демонов, резким движением руки, Кастилио вытащил меч, вздымая его над головой, командует:

– Артиллерия!

Кузнечных искусств мастера, гномы-наёмники большими руками двигали здоровенные, железные трубы, заколдованные и отлитые с помощью гномьей магии. Четыре орудия, по одному в четырех башнях, каждое шириной, что двоим людям за руки взявшись не охватить, готовились изрыгнуть смерть и рокот, способный заглушить даже богов с их громом. Используя всего одно такое орудие, Герой сумел пробить в Зугл-Ды брешь и захватить её с наскоку. Теперь форт защищали четыре подобных орудия, поддерживая надежды и веру в успех защитников.

Ожидаемо, в небе над лагерем врагов, разгоняя мрак и освещая несметные полчища тварей, возникла багровая пентаграмма.

– Защитный барьер! – орет командующий, и купол, уплотнившись настолько, что даже дождь стал его обтекать, закрыл Бастион.

Из ночи, безмолвно проходя сквозь пентаграмму на взлёте, появились десятки охваченных огнём камней. Посреди тьмы, сквозь дождь, они врезались в магический купол, вызывая дрожание ветра, рябь, а с ней столбы пара. Если бы маги Бастиона пропустили этот залп, всё, от казарм до главной крепости и лазарета, охватил бы магический огонь. Подготовиться к подобной атаке, как и защититься, требует массу времени.

Кастилио, по тварям-воинам определил, против кого будет сражаться, зная, с чего тот начинает атаку. Тод, демон с головой сокола, мнил себя богом и с омерзением относился к лишенным крыльев существам, поэтому бой всегда предпочитал начинать атакой с воздуха. Гордый и заносчивый, он читался Сваром как открытая книга и в равной схватке был бы ощипан как дохлая курица. Однако для ветерана мечтать о честном поединке было бы глупо. Врагов было несметное количество, а их генерал, отпетый садист, чудовище, обожавшее мучить до смерти слабых. Он знал своего врага и, чтобы воины не дрогнули и не попытались бежать, громкой речью истинного лидера объяснил своим солдатам:

Впереди их ждёт победа или смерть!

Стук зловещих барабанов стихает. Пар от огня оседает на барьер; враг упустил возможность неожиданного удара и повторить подобный мощный магический залп могли разве что сильнейшие владыки демонов прошлого. Теперь настала очередь укрепления стен, подготовки гномьих орудий.

Сквозь паровую завесу, окутавшую весь Бастион, эхом раздаётся тяжёлый, грубый рёв Орочьего горна. Армии чудовищ пришли в движение. Постепенно, просачиваясь под ногами огров и обходя орков, вперёд неслись дерзкие, резкие, оснащённые длинными лестницами тысячи гоблинов. Ехидное хихиканье орды омерзительных существ слышалось за километр. За ними, скупо перекрикиваясь на грубом-орочьем, тянули деревянные заслоны для тёмных магов орки. Последними, замыкая первую атакующую волну, с камнями в огромных корзинах, гигантскими копьями и дубинами из стволов взрослых деревьев, с трудом ступая по грязи, шли огры. Третья битва за Зугл-Ды началась!

Человеческие стрелы сыпались с тридцатиметровых, чёрных каменных стен. Освещая цели, в небо над полем боя маги попытались поднять своих волшебных светлячков, чьи яркие крылья, едва коснувшись дождевых капель, затухали. Маги Кастилио слепы, в отличие от бывалого ветерана, обладающего Магическим глазом и даром «Любимец ночи». Враг подбирается опасно-близко. Командующему приходится приоткрыть один из козырей. Несколько наёмных эльфов-снайперов, подпалив стрелы, меткими выстрелами подрывают запасы огненного масла. Глиняные горшки разлетаются во все стороны, поднимая в воздух огненные массы, полностью освещают атакующую зловещую массу. Гоблины катаются по земле, в грязи, пытаются сбить с себя пламя и истошно визжат, когда после плоти всепожирающее магическое пламя начинает сжигать кости. Это зелье – личное изобретение его высочества, Волшебный огонь, потушить который может исключительно знающий его секреты маг. Гоблины один за другим валятся с ног, гибнут от стрел, от магических заклинаний, что жгут их, режут, топят в грязи и ослепляют ядовитой пылью, высыпающейся с высоких стен. Ни одна из лестниц не добралась даже до земляного рва. Испуганное племя кидается наутёк, попадая под гневную поступь рвущихся вперёд орков.

– Готовьтесь! Всё только начинается! – Припал к обломанному зубцу командующий, оркская огненная магия языками зелёного пламени разбилась о преграду, опалив край плаща Кастилио. Аристократ не мог позволить себе надеть шлем – любой головной убор нарушал его восприятие мира и магическим образом мешал контролю над полем боя. Потому от всех и всегда он слышал одно:

– Береги голову, Кастилио! – С ухмылкой надменной, натянул лук, а затем запустил в стан врага взрывную стрелу капитан лучников Сошн. Старый эльф, проживавший вторую тысячу лет, воин-доброволец в рядах армии людей и изгой в собственных землях. Некогда золотые волосы его местами поседели, вечно молодое лицо, от кутежей, бесконечных попоек и мирских забот, покрылось глубокими морщинами. Лишь острые черты лица, а также выступавшие из-под начищенного металлического шлема уши выдавали жителя соседних земель.

Отсчитав четыре секунды, командующий Кастилио создаёт своё единственное выученное заклинание – именуемое Воздушным глазом. Подняв его над зубцами, он видит, как орки устанавливают свои высокие щиты у рва, как пинками загоняют гоблинов обратно в атаку, а за ними меж гигантов-огров вперёд несутся массы осквернённых хаосом народов. Ещё ни разу в жизни Свар не видел сразу столько тварей. «А ведь это ещё не всё…» – пристально следя за ухмыляющимися вампирами, ожидающими в тылу, командующий отдаёт приказ:

– Артиллерия, огонь!

Гномьи пушки, заглушив рёв мерзких толп, потрясли стены, землю и небо, обрушив на орды врагов пламя и раскалённые металлические снаряды разных размеров и веса. Волной невидимой, на бешеной скорости, пропахивая землю и разрывая тела уже убитых или только идущих на смерть орков и гоблинов, залп картечи докатывается до подступавших огров. Отдельные части восьмиметровых гигантов отлетают вместе с железом. Мелкая дробь ослепляет их, корежит лица, отрывает носы, уши, пальцы, члены, иногда почти отделяет руку или ногу от туловища, но… не убивает! В стане врага, при помощи собственной силы, Кастилио находит высокого, четырёхметрового пузатого орка-шамана с эльфийским посохом жизни в руках, продолжающего творить и поддерживать своё орочье колдовство.

Попадавшие на землю огры с ревом и злобой начинают отращивать потерянные глаза, пальцы, запихивать руками себе в животы с выпавшие кишки и… заживляться! К счастью капитана, это происходит только с некоторыми из огров, остальные…

– А-а-а! – Копьё высекло искры, ударившись о один из зубцов, пронзило человеческого лучника насквозь и сбросило со стены. Это был меткий бросок близко подошедшего огра, ознаменовавший начало нового этапа битвы за Зугл-Ды!

Глава 6

Желание отодрать Эрлину, вогнать в неё свой хер поглубже, ощущалось как готовность к решающей схватке в ММО с финальным, тысячу раз проёбанным босом. Очередной отрезок пути, несколько дней из моей жизни – меня без пощады хуесосили, тренировали и откровенно пиздили во имя моего же блага. И теперь, ради всё того же – моего блага, она встала на четыре кости, раздвинула голые, сочные булки, смущённо подозвала меня…

Её глаза, как голубое пламя, светились во тьме комнаты. Блеск молнии, пробившийся сквозь приоткрытые ставни окна, осветил золотистые волосы и идеально гладкую кожу. Девушка, припав грудью к кровати, ещё сильнее оттопыривает попку, глядит мне в глаза, чего-то ждёт и… при громком топоте шагов за стеной, перекатывается, ныряя под одеяло.

С размаху, ударом ноги внутрь вваливается Тайгрис. Она оставалась внизу, пила с мужиками, нажиралась в зюзю, пока мы медленно раздевались, потом помогали друг другу умыться, эротично потирая спинки и наши половые отличия. Зверолюдка, сбросив с себя куртку на пол, даже не слушая недовольства рассерженной Эрлины, упала обиженно посреди кровати.

– Предатели! – мычит Тайгрис, прижавшись к постели.

– У тебя своя комната, уебывай, вонючка! – пытается ногами скинуть её с себя Эрлина, но Тайгрис, активировав свою ауру, будто потяжелела на тысячу килограммов. Кровать под ней трещит, а эльфийка, с красным от злости и напряжения лицом, с трудом перекатившись, выползает из под звериной туши.

– Ну, Тайгрис… иди помойся, воняешь, как кошка, сбежавшая из свинарника! – кричит на неё Эрлина, одной рукой держа одеяло, второй пытаясь вытащить штаны из-под воительницы.

– Антилох, пошли выпьешь со мной? – почти не поднимая головы, спрашивает гигаша.

Вот же ж блять, нельзя было выбрать другой момент? День, случай, или хотя бы через час-другой подойти?! Если я сейчас соглашусь, меня на первой тренировке заебашит ревнивая, вспыльчивая эльфика. Та, что, бросив одеяло и скалясь, уже двумя руками пытается вытащить из-под танка свои штаны. Чё тут происходит, блять?! Тайгрис либо выебывалась, строя из себя полупьяную, либо реально ужралась за те полчаса, пока нас не было.

Трясущейся небольшой грудью, стесняясь себя и косясь на огромные сиськи Тайгрис, Эрлина, со звучным хр-р-р-р… рвёт свои штаны, едва успев удивиться, во всю глотку орёт:

– Съебали из моей комнаты!

Тайгрис приподняла голову, приоткрыла правый глаз, посмотрела на разъярённое лицо эльфийки, затем на её наготу, потом на своё вымя и где-то вдали комнаты, меж собственных сисек, мельком заметила меня.

– Капитан… – рычит жалобно здоровячка, – меня отшили, пошли бухнём.

– Съебали, пока я вас двоих не заебошила!

Под злобные крики и гневное тяжёлое дыхание эльфийки, ощущаю, настроение данного вечера полностью испорченно. Подзываю Тайгрис к себе. Тигрица встаёт с кровати, но ногами запутывается в сброшенном на пол одеяле. Падая на колени, баба проламывает доски пола. Ебаный ты в рот, по ходу она действительно в говне. Даже ахуевшие мыши, показавшиеся из-под сломанных досок, смотрели на Тайгрис так же, как и я, с удивлением, ужасом, презрением.

Секса не будет, уважу забулдыгу… вернее, меня фактически выталкивают, или, можно сказать, выносят на первый этаж, где при нашем появлении все начинают разбегаться. Забившись в угол, на дальнем столике, сидела компания молодых авантюристов, чьи девушки-волшебницы, заметив возвращение Тайгрис, тут же подскочили со скамеек, закрыли парней своими спинами, а через минуту и вовсе вывели их за пределы таверны. Также стих смех среди здоровяков-вояк, один из которых обматывал чем-то правую руку, второй – левую. Оба взрослые, оба крепкие, но замолчали при виде Тайгрис, уткнувшись носами в своё пойло.

– Гильдмастер, – обратился я к Снорку, – а что собственно произошло?

Он хмыкнул, потряс здоровенной рукой, на которой теперь тоже виднелась свежая повязка, и с неприязнью поглядел на Тайгрис.

– Боролись на руках, – выдал он кротко. – Признаться, давно хотел померяться силой с Тараном Тайгрис, узнать, правдивы ли слухи о ней. А ещё мы поспорили: выиграю я – она возьмёт новичка под свою ответственность, а выиграет она…

– Наливай! – рявкнула Тайгрис на гильдмастера, – сегодня все пьют бесплатно за мою победу! – Она была весёлая, но зал, значительно опустевший после моего отбытия, ответил ей холодным молчанием. Так, начинаю понимать: она вывернула ГМ руку, а потом в соревновательном запале разнёсла тех, кто был справа, потребовав халявы…

– А с теми, которые с девушками были, что? – напомнил я Снорку о молодёжи, покинувшей заведение, и получил ещё одну недовольную реплику гильдмастера.

– Они оба были женаты, а спутницы, члены отряда, – их жёны. Молодые смутьянки очень огорчились, когда Тайгрис предложила их мужчинам попробовать настоящую женщину.

Я вздохнул с облегчением.

– Так это не она их отделала?

– Нет, это жёны – молодая Ведьма Крови и Волшебница Усиления, – ответил Снорк. – Они хоть и выглядят молодо, но каждой за сто семьдесят лет. Давно тут ошивались, искали себе молодых женихов и вот нашли. В дальнейшем советую держать ухо востро. Они те ещё актрисы.

Порывом страха мне аж яйца сжало. Сначала гильдия убийц, а теперь мы дорогу перешли каким-то старым ведьмам.

– Стой, а… а где их прошлые мужья? Ну, может это… я ничего против не имею, но «Ведьма Крови» звучит угрожающе, понимаешь? Вдруг они своих мужей, тех, убили, а после…

Он скрестил руки под грудью и грубо ответил:

– Антилох, её прозвали Ведьмой Крови, потому что она способна остановить тяжёлое кровотечение, а не за управление магией крови… И вообще, что это за магия которой ты испугался, как работает, где ты о такой слышал? – покосился на меня мужик. Блин, ну не скажу же, что из мультика, а то не поверят, хотя, может и поверят, но точно не поймут.

Короче, я ошибся в подозрениях и зря напрягся. Эта ведьма и волшебница – почётные авантюристки из соседнего города. Одна десять лет назад похоронила своего девяностопятилетнего мужа и, поскольку по её меркам ещё молода, пошла искать нового. Вторая – в разводе уже с семнадцатым мужем и никак не может найти любовь в мире. За ними, в отличие от Тарана Тайгрис, никаких косяков, кроме излишней любвеобильности, не замечено.

Корень всех наших проблем в том, что, закончив спарринг и получив гневные, ненавистные реплики от ведьм, тигрица жёстко напилась. За шесть минут влив в себя четыре литра дешёвого едкого пойла, еле стоя на ногах, отправилась к нам и, видимо, упав на кровать, ненадолго уснула. Затем, в башке у неё всё перемешалось, забыв меня и моё молчание, она очнулась, стала рассказывать, что её в очередной раз отшили, при этом забыв кто, как и при каких обстоятельствах. Более того, через минут десять после того, как мы спустились, ей стало плохо, я увёл её в уборную, держал волосы, помогал умываться, и уже через примерно двадцать минут Тайгрис была готова нажираться дальше! Чётко помня, что ГМ должен ей выпивку.

Мы вновь сели за стол. Кошка жаловалась на ублюдков мужиков, вечно ссущихся из-за того, что баба может дать сдачи, а я молчал, потягивая что-то вроде местного пива и вспоминая, как красивы были две пары обнажённых женских грудей, одновременно попавших в «объектив» моих любознательных глаз.

Время шло, стаканы наполнялись, заливаясь пенным до верха. Зал опустел, мы остались последними. Даже Снорк, провозгласив начало нового дня и завершение спора с Тайгрис, покинул своё место, уступив довольно молодой, стройной и плечистой даме место у стойки регистратора. Тайгрис всё пила, я, наблюдая за жизнью гильдии в ночное время, понемногу подпивал, водил подругу в туалет, сам после неё справлял свои нужды и, держа её под контролем, возвращался к нашему столу. Молодые десятилетние и двенадцатилетние сорванцы под тщательным присмотром нового администратора, используя магию воды и огня, грели воду и занимались влажной уборкой – физической и магической. К ним с запозданием присоединилась и она – Ирма, укротительница воздуха, женщина в слишком обтягивающих штанах с таким же обтягивающим гольфом из пышного чёрного меха, подчёркивающим прелести точенной фигуры.

Вышла она без повязки, поприветствовала сменщицу Снорка молчаливым взмахом руки, улыбнулась молодым работникам, дав каждому звучную «пятюню», выслушала, кто что где сделал, а затем, используя свою магию ветра, принялась задувать влажные поверхности, поднимать капли, буквально высасывать их из древесины и отправлять обратно в ведра маленьких тружеников. Такой способ использования магии ветра я даже в аниме не видел – всё аккуратно, осторожно, без разрушений, с позиции опытного уборщика, не раз выполнявшего одну и ту же работу. Ирма знала каждый уголок этого места. Подняв в воздух влажную тряпку, под радостные взгляды работников-детей, она прошла по потолкам, всем балкам, поддерживающим второй этаж, а затем, с помощью магии, вернула тряпку в ведро, обмыла, выжала и отдала детям с фразой:

– Можете менять воду.

Молодые работники, искренно выражая восхищение своей помощницей, благодарили Ирму, приглашали её с Деструксией на барбекю в надежде вновь попробовать идеально прожаренное мясо. С виду Ирма оставалась такой же безмятежной, радостно воспринимающей внимание сотрудников, хотя именно по наигранному, однотонному лицу я чувствовал, как ей некомфортно слышать о том, как ждут её «второе я». Девушка работала, мы пили, вскоре Тайгрис носом уткнулась в стол, и Ирма, только и ждавшая этого момента, тут же оказалась рядом. Проигрыш Снорка, эта пьянка и теперь появление рядом этой проблемы – что это, если не тщательно спланированный план?

– Возьми меня на задание, – просит Ирма, животом упершись в мой локоть. Я был достаточно пьян, уже икал и, опираясь руками о ноги, с трудом поддерживал голову, лишь бы не пасть так же низко, как моя собутыльница Тайгрис. Я всё ещё испытывал чувство надежды вернуться в кровать Эрлины.

– Нет, – ответил я.

– Я отдам тебе на ночь это тело, – опустив пышные груди на моё плечо, сказала ведьма. Пьяный мозг, испытав отвращение, скомандовал: «Фу, нах!»

– Это статья! – хуй знает почему, рявкнул я.

– Статья? – лишь на шаг отступив, Ирма положила руки мне на плечи. – Какая такая статья? Она готова…

– Дура! – подняв кисть, сбил её руки со своего плеча. В глазах всё плыло, местные работники уже открывали ставни окон, в них виднелись солнечные лучи, ведущие меня к новому, светлому дню. Дню, в котором я точно выебу кого-нибудь, но сделаю это по их собственному желанию!

– Да за кого ты меня держишь, блять?! – рявкнул я на Ирму, преисполненный уверенности. – У меня в отряде две супер-ахуенные, ик… Нет, как на вашем, чтоб поняла… самые лучшие в мире, ик… нет, слишком размывчато, ик… сука, да у меня топ-модели с самыми распиздатыми данными! Мне, блять, в рот не здалось твоё тело, и пусть у тебя там, меж ног, хоть райские кущи! Я скажу «нет»! Они!.. – меня шатнуло, Ирм передо мной стала вместо одной – три, так же и Тайгрис. – Они… они х… вот она! – указал пальцем на центральную, дрыхнущую на столе Тайгрис. – Она для меня стоит сотен тысяч баб!

– А эльфийка? – словно ожидая этого момента, спросила ведьма. – Скольких стоит она?

Меня тролили, говорить об этом стало мерзко, а ещё из-за внезапного подъёма очень заболела голова, появились рвотные позывы. Тайгрис, мразь ты вечно пьяная, набухала дрыща, и теперь, как и ей, мне тоже придётся страдать. Рукой придержал рот, ощутил колючее, кислотное движение в горле, и после отступившего позыва коротко ответил:

– Она бесценна.

Меня согнуло, думал блевану прямо себе под ноги, и тут же кто-то радушно толкнул под меня деревянное ведро. Было плохо, тяжело, слюни, сопли, слёзы, мысленные осуждения алкоголизма, обещания больше не пить, а после – туман в глазах, мягкая, чистая постель, а рядом – стена, кувшин с водой, кружка и открытые ставни с серым, видневшимся в них небом. Так, незаметно, наступил новый день.

Горло ополила кислота, я не чувствовал запахов, не ощущал вкуса хлеба, лежавшего рядом с кружкой, но очень хорошо, с наслаждением и благодатью, ощутил влившуюся в меня полулитровую кружку воды. Голова раскалывалась, мозг думал лишь о том, как выжить, а я смотрел в открытое окно, пытался вспомнить, что вчера произошло, периодически подливая себе воды. Вот блять, помню лишь, как мыл плечики эльфийки, как она поманила меня голой попкой и… стоп, Эрлина поманила меня голой попкой? Чуть ли не вырывая волосы на голове, осознаю, как жестко со мной с похмелья шутило сознание. Нет, такого быть не может! Она меня так жестко пиздила после появления Тайгрис, что подобное – ничто иное, как сон, созданный перевозбуждённым мозгом. В глазах расплылся силуэт сисек Эрлины и лежащей на кровати, ожидающей меня Тайгрис.

– Блять, на такой сон можно и вздрочнуть.

– Капитан, – едва рука моя потянулась к шевелящемуся под одеялом гиганту, послышался голос Ирмы. Хотя нет, это была другая её сторона… как же её…