Текст книги "Лис Улисс и потерянный город"
![](/books_files/covers/thumbs_240/lis-uliss-i-poteryannyy-gorod-46457.jpg)
Автор книги: Фред Адра
Жанр: Детская фантастика, Детские книги
Возрастные ограничения: +12
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 5 (всего у книги 27 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
Антонио тоже выудил из плаща бумаги:
– Справки из поликлиники о том, что мы психически и физически здоровы.
Джанкарло добавил еще бумаг:
– Свидетельства о рождении, браках и смерти. Антонио:
– Оплаченные счета за электричество.
Джанкарло:
– Справка из полиции, что мы чисты перед законом. Антонио:
– Из контрразведки – что мы не шпионы.
– Э… – начал было Марио.
– Не шпионы, – осадил его Антонио.
– Анализ крови…
– Прививки…
– Выпускные оценки…
Гора всевозможных справок на столе Пародии Фугас росла, а тигрица и Марио в изумлении на нее взирали.
– Все! – объявили наконец Антонио и Джанкарло. Ошеломленная Пародия перебрала одну за другой все лежащие перед ней бумажки.
– Внушительно. Но все ли это?
Волки переглянулись. Антонио хлопнул себя по лбу.
– Ну конечно! – Из недр его бездонного плаща появилась большая коробка конфет. – Это вам. Между прочим, с кофейной начинкой.
– О… – сказала Пародия.
Джанкарло вынул из кармана флакон духов.
– Ну и еще это. Очень дорогие духи. С ароматом свежемолотого кофе.
Взгляд Пародии поплыл.
– Так что, вы говорите, вам нужно?
– Сущая безделица, – ответил Антонио.
– Так, мелочь, – добавил Джанкарло.
– Разрешение на посещение Сабельных гор, – наконец вставил слово Марио.
– Хорошо, – произнесла одурманенная Пародия. – Я передам ваше прошение на комиссию.
– На комиссию? – переспросил Антонио.
– На комиссию? – переспросил Джанкарло.
Они выглядели недовольными.
– Да, на комиссию, – повторила тигрица и погладила бейджик.
Антонио развел лапами.
– На комиссию так на комиссию. Марио, ты не хочешь дать команду покинуть этот гостеприимный кабинет?
Марио хотел. Коала и волки вежливо попрощались и вышли.
Константин, Берта и Евгений зашли гуськом, сутулясь. Они робели и не скрывали этого.
– Чем могу? – спросила Пародия.
– Нам нужно разрешение на поход в Сабельные горы, – сообщила Берта.
– Ваши документы!
Несчастные протянули чиновнице свои удостоверения личности.
– И это все? – спросила та.
Посетители кивнули.
– И с этими вот документами вы надеетесь получить какое-то разрешение? – уточнила Пародия.
Посетители снова кивнули.
– Ну должно же быть еще хоть что-то! У вас есть еще какие-нибудь важные бумаги?
– Есть, – ответил Евгений к большому удивлению друзей.
– Замечательно, – сказала Пародия. – Давайте их сюда.
Евгений вытащил из ранца и протянул ей толстую тетрадь с начатым романом. Чиновница раскрыла ее и, не говоря ни слова, углубилась в чтение. Несчастные терпеливо ждали.
Наконец Пародия закончила чтение, закрыла тетрадь, протянула ее Евгению обратно и сказала:
– Я ознакомилась с этими бумагами. Они не подходят.
– А что же делать? – удрученно спросила Берта.
– Зачем вам в горы?
– Собирать грибы, – на ходу выдумал Константин. – Первые весенние грибы. Мы их потом сварим. Вареные грибы очень поднимают настроение!
– Неуважительная причина, – ответила Пародия. – Даже не рассчитывайте получить разрешение. Ну разве что молодежное, оно действительно только в течение пяти минут.
– Пожалуйста, нам очень надо, – взмолилась Берта. – У нас в горах друг.
– Как зовут?
Берта не успела ответить, так как ее опередил Константин:
– Его зовут Себастьян. Он лис.
Чиновница нахмурилась.
– Мы не выдавали разрешения никакому лису Себастьяну. Это явное нарушение. Прошу описать преступника подробней! Его необходимо арестовать!
Берта решительно встала.
– Мы лучше пойдем. Нам уже не нужно в горы. До свидания. – Она потянула за собой колеблющихся Константина и Евгения.
– Как угодно, – ответила Пародия. – Пригласите следующих.
Следующими (и последними) оказались Бенджамин Крот и Георгий. Енот попытался произвести на чиновницу благоприятное впечатление.
– Добрый день! – жизнерадостно воскликнул он. – Какой у вас красивый костюм! И как вам идет этот бейджик! Я – Бенджамин Крот, профессор археологии. Очень известный. Но, конечно, не такой известный как вы! Ваши горы являются важной исторической достопримечательностью. Мы с моим другом имеем к ним исключительно профессиональный интерес. Дайте разрешение, а?
– В Сабельных горах раскопки запрещены! – сообщила тигрица.
Крот не растерялся.
– И очень хорошо! И правильно! Я ведь крупнейший в мире специалист по запрещенным раскопкам. Дайте разрешение, я пойду и сам проверю, чтобы там никто не копал!
– У вас есть нужные бумаги?
– Бумаги? – Крот замялся. – А какие нужны бумаги?
Пародия перечислила нужные документы. Перечисление заняло двадцать две минуты, по истечении которых на Крота было жалко смотреть.
– Ох… – только и нашел в себе силы сказать он.
– То есть у вас нет при себе этих документов? – уточнила Пародия.
В разговор неожиданно включился Георгий.
– Документы при себе… – задумчиво произнес он. – Какая странная фраза. Можно решить, что документы – это часть тела. Как лапа или нос. Что, безусловно, доказывает жизненную важность документов для каждого живущего существа. Они даже важнее, чем лапа или нос. Что произойдет, если зверь потеряет лапу или нос? Он станет частично недееспособным и будет иметь довольно жалкий вид. А вот потеря документов влечет за собой гораздо большее – утрату внутренней сущности этого зверя. Он как бы перестает быть собой. Его лапы – уже не его лапы, нос – не его нос. Они становятся анонимны. Личность стирается. Содержание уходит, остается лишь форма. Документы при себе… О нет! Это не документы при нас. Это мы при документах! Верно будет сказать, что это они не взяли нас с собой. Теперь мы никто. Нас как бы нет. Можно ли рассматривать возможность выдачи разрешения тем, кто не является личностью? Разумеется, нет, это абсурд! Миллионы насекомых ежедневно пересекают границу между Вершиной и Сабельными горами. Они снуют туда-сюда, туда-сюда. Никому и в голову не придет спросить, есть ли у них на это разрешение. Но мы, даже утратив свои «я», не становимся насекомыми. Ведь у нас не вырастают дополнительные конечности, не появляются жвалы и фасетчатые глаза. Тогда кто же мы? Застывшие в щели между видами, стоящие на обочине гражданских прав, – чего можно ожидать от таких, как мы? И не способны ли мы на страшные злодеяния, зная, что безнаказанны? Ведь нельзя наказать тех, кого нет! Не мы ли являемся теми вратами ада, не дать открыться которым доступно лишь одним способом – снабдить их документами? Только так можно вернуть нас из мира злобных духов в мир добропорядочных граждан. Вселенная вздохнет свободней, когда мы вновь обретем свое «я». И какой же документ может быть первым в этой славной череде спасительных справок и удостоверений, как не разрешение на посещение Сабельных гор? Только оно! Мы, трое в этой комнате, одни на всем свете, находимся всего в шаге от спасения мироздания. Больше нет ничего. Мир – это то, что мы. Но если мы безличны, то и мир наш безличен. Я уже чувствую, как он теряет плоть, проваливается во вселенское ничто. И не стоит удивляться, если, открыв дверь наружу, мы уже не увидим соседнюю комнату. Мы уже не увидим ни-че-го.
Пародия Фугас и Бенджамин Крот загипнотизированно уставились на дверь.
– Я передам ваше прошение на комиссию, – хрипло произнесла чиновница голосом пребывающего в трансе медиума.
– Благодарю вас, – сказал Георгий. – Это было судьбоносное решение. Прямо в это мгновение мир начинает возвращаться на прежнее место. Я убежден, что начал он с соседней комнаты, как самого близкого к нам пространства. Давайте убедимся.
Георгий встал, подошел к двери, взялся за ручку и закрыл глаза. В воздухе повисло напряжение. Резким движением суслик распахнул дверь. Соседняя комната была на месте. Пародия и Крот облегченно выдохнули. Суслик улыбнулся.
– Мы спасены, – сказал он и вышел из кабинета. Крот молча встал, кивнул Пародии и удалился вслед за Георгием. Суслик его теперь не просто пугал. Он приводил его в ужас.
Пародия Фугас некоторое время отрешенно глядела в проем двери, потом вздрогнула, стряхнула с себя оцепенение и встала приготовить кофе.
– Сил моих нет. И когда это закончится. Вот увидите, я уволюсь, – автоматически произнесла она.
Глава 7
Мировая известность сыщика Проспера
Сыщики Проспер и Антуанетта направлялись в полицейский участок за справками для Пародии Фугас. Чувствовали себя лисы прескверно: не удалось им ни скрыть от соперников свое пребывание в Вершине, ни одолеть бюрократов с наскоку.
– У меня же нет здесь никаких связей, – сокрушался Проспер. – Ох, чует мое сердце, с мэрией мы влипли надолго.
– Может, все-таки сами пойдем в горы? – спросила Антуанетта. – Без карт и проводников?
– Ах, дорогая моя помощница, наши конкуренты ведь так и поступили. И что? Все они в итоге явились на поклон к Пародии.
– Кроме Улисса, – заметила Антуанетта.
– Кроме Улисса, – согласился Проспер и задумался. – А это, кстати, любопытно. Его соратники в мэрии были… Прислал их, а сам не стал тратить время? Вроде бы именно такой вывод напрашивается. Но! Лис Улисс – личность харизматичная, и у него куда больше возможностей одолеть бюрократов, чем у его помощников. Однако сам он не пришел… Странно, очень странно…
Внезапно раздался визг тормозов, и около лисов остановился модный автомобиль ядовито-фиолетового цвета. Из него выскочила молодая гиена в широких бесформенных штанах и оранжевой курточке. Она восторженно уставилась на Проспера и с горящими глазами воскликнула:
– Не может быть! Сыщик Проспер! Да? Ну признавайтесь!
– Признаюсь, – смутился Проспер. – Это я.
– Потрясающе! – Гиена схватила лапу сыщика и энергично ее потрясла. – Я ваша страстная поклонница! Не пропускаю ни одной истории о вас в иногородней прессе.
– Весьма польщен… – обалдело ответил Проспер.
– Меня зовут Катерина. Я звезда вершинской журналистики.
– Очень приятно, – неуверенно ответил Проспер. – А это моя помощница Антуанетта.
– Ага-ага. – Катерина скользнула по лисице равнодушным взглядом и снова повернулась к Просперу. – Я очень известная в Вершине личность. Может, вы обо мне слышали? Ну… Катерина…
Проспер сделал вид, что припоминает.
– Катерина… Да, определенно слышал… Погодите… – Сыщик притворился, что вспомнил. – Ну конечно! Вы Катерина! Звезда вершинской журналистики!
– Правильно! – возликовала гиена. – Послушайте, я мечтаю написать о вас статью. Давайте я возьму у вас интервью! Но не сейчас. Сейчас я не могу. – Совершенно не интересуясь планами Проспера, Катерина взглянула на наручные часы и решила: – Через три часа! Жду вас в редакции «Вечерней правды». Это во-о-он там. Статья выйдет сегодня же, у нас с этим быстро. Все, я вас жду! Пока! – Гиена запрыгнула в автомобиль и унеслась вдаль.
– Какая прыткая девушка, – хмыкнул Проспер.
– Слишком прыткая, – недовольно сморщила носик Антуанетта. – Мне она не понравилась. Думаю, та еще мошенница. Мне ли не узнать мошенницу? Мэтр, вы что же, пойдете на это интервью?
– Пойду. С прессой лучше дружить. К тому же, кто знает, может, именно через эту Катерину удастся завести нужные связи…
В центральном полицейском управлении Вершины был разгар рабочего дня. Капитан и лейтенант (оба тигры) просматривали утреннюю корреспонденцию. Они не успели сделать это утром, потому что было лень. К тому же по утрам следовало давать указания патрульным. Эта непростая процедура обычно происходила следующим образом. Лейтенант связывался по рации с патрульными группами и говорил:
– Смотрите, хорошо патрулируйте!
– Так точно! – отвечала рация, в которой фоном звучал шум, подозрительно напоминающий звон пивных кружек.
– Молодцы! – одобрял лейтенант. – Погодите, капитан хочет добавить. – Он передавал рацию капитану.
– Это патруль? – грозно сведя брови к переносице, вопрошал капитан.
– Так точно!
– Вы там, смотрите, хорошо патрулируйте! – напутствовал капитан.
– Так точно!
После инструктажа наступало время корреспонденции, но наступало оно долго, неуверенно и нехотя.
– Опять заявление из Дома на Окраине. От Башенок, – сказал лейтенант.
– Что, снова про крыс? – поинтересовался капитан.
– Да. Пишут, что крысы проделали еще несколько ходов в погреб, украли два мешка муки и оставили записку с угрозами: «Лучше не мешайте, а то мы вас загрызем своими острыми, как кинжал, зубами».
– Грозные ребята эти крысы, – заметил капитан.
– Башенки требуют принять меры.
– От крыс требуют?
– От нас.
– И каких же мер они от нас ждут? – удивился капитан.
– Ждут, что мы пошлем патруль, который разберется с крысами.
– А. Ну пошлите патруль.
Лейтенант взялся за рацию.
– Патруль?
– Так точно!
– Отправляйтесь в Дом на Окраине, к Башенкам. Скажите крысам, чтобы прекратили воровать еду. Все ясно?
– Так точно!
Лейтенант отключил рацию и вскрыл следующий конверт.
– Опять из Дома на Окраине.
– Что, снова от Башенок?
– Нет. От крыс.
– И что пишут?
– Пишут, что их дети вынуждены голодать из-за агрессивности Башенок, которые применяют против крыс ничем не спровоцированную грубую силу, когда крысы отправляются за едой в Башенковский погреб.
– А от нас что хотят?
– Требуют признать действия Башенок гадкими, а самим крысам не мешать. Иначе им придется Башенок задушить, повесить, утопить, зарезать, отравить и застрелить.
– Грубые они все-таки, эти крысы.
– Дикари, что с них взять, – вздохнул лейтенант. – В общем, хотят, чтобы мы приняли меры.
– Ну так принимайте, – велел капитан.
Лейтенант взялся за рацию.
– Патруль?
– Так точно!
– Во время патрулирования избегайте Дома на Окраине. Крысам не мешать. Все ясно?
– Так точно!
Лейтенант отложил рацию и бегло просмотрел несколько следующих писем.
– Здесь одно и то же. Возмущенная общественность требует найти и обезвредить Похитителя.
– Она каждый день требует, – проворчал капитан. – Как можно быть такими нудными?
– Это точно, – согласился лейтенант. – Наглость. Сами небось не справляются, вот и пристают к нам.
– Кто у нас в отделе похищений занимается похищениями? – спросил капитан.
– Все!
– И каковы результаты?
– На сегодняшний день похищено семь девушек.
– Ух ты! Впечатляет. Но это заслуга Похитителя. А у отдела результаты есть?
– Отдел работает, – уклончиво ответил лейтенант.
– А эта… журналистка? Которая проводит журналистское расследование и хочет сама найти Похитителя?
– Катерина, капитан. Ну, наверно, тоже работает.
– И о чем она думает? Похититель весьма опасен. Он может оказать вооруженное сопротивление. Хорошо бы журналистка нашла его раньше нас!
Всем своим видом лейтенант демонстрировал полное согласие с пожеланием начальства.
– Так, я вижу, остался только один конверт, – довольно заметил капитан. – Что там?
– Это снова от Общества анонимных полицейских. Сердятся.
– Почему?
Вместо ответа лейтенант зачитал письмо:
Дражайшие коллеги! Что же вы до сих пор не арестовали преступников, о которых мы сообщали в предыдущем письме? Они свободно разгуливают по городу и вынашивают свои преступные замыслы. Торопитесь, судьба Вершины в ваших лапах! Напоминаю имена злодеев:
Лис Улисс, лис
Константин, кот
Берта, лиса
Евгений, пингвин
Проспер, лис
Антуанетта, лиса
А заяц Кроликонне не приехал, вместо него прибыли другие бандиты: коала Марио и волки Антонио и Джанкарло. Их тоже обязательно арестуйте!
А енота Бенджамина Крота пока не трогайте. Возможно, он еще исправится и станет порядочным гражданином. Но если у него не получится, мы вам обязательно сообщим, и вы посадите его в тюрьму!
Действуйте! Медлить нельзя!
Аноним, Аноним, Аноним, ну и все остальные.
– Это, конечно, сигнал, – сказал капитан.
– Конечно, – кивнул лейтенант.
– Так просто их не арестуешь, сами понимаете. Они ведь наверняка прячутся и маскируются. Значит, нам не следует суетиться и давать им понять, что мы в курсе их коварных планов.
– Точно!
– Нам лучше затаиться и подождать, когда злодеи сами себя проявят. Ну, например, явятся с повинной. Тогда-то мы их и схватим!
– Отлично!
– Что ж, на сегодня мы работу выполнили, – сказал капитан.
Но его ждало разочарование. Сработала внутренняя связь, и из динамика раздался голос дежурной:
– Капитан, к вам посетители.
– Эх… Ну, пригласите, – вздохнул капитан и развел лапами: ничего не поделаешь, служба.
В кабинет вошли Проспер и Антуанетта.
– Здравствуйте. Присаживайтесь, – сказал капитан. – Ваши документы, пожалуйста?
Лисы протянули ему удостоверения личности. Капитан внимательно их просмотрел.
– Господин Проспер, госпожа Антуанетта, что же у вас стряслось?
– Ничего, – ответил Проспер. – Нам просто нужна справка для мэрии, подтверждающая, что мы – сыщики.
– Ух ты. А вы сыщики?
– Разве вы обо мне не слышали? – удивился Проспер, припомнив журналистку Катерину. – Я сыщик Проспер! Очень известный!
Полицейские переглянулись.
– Лейтенант, вы слышали о сыщике Проспере?
– Не исключено. А вы, капитан?
– И я не исключаю. Попробуем вспомнить.
Оба тигра глубоко задумались. Прошло несколько минут. Антуанетта с тревогой посмотрела на шефа, а тот нервно заерзал на стуле.
– Капитан, в чем дело? – спросил Проспер.
– Я прокручиваю в уме свою жизнь, чтобы вспомнить, слышал я о вас или нет. Уже дошел до детского сада.
– О нет! – взмолился Проспер. – Прошу вас, не надо дальше! Может, существует другой способ убедиться, что мы сыщики?
– Конечно существует! Экзамен!
Проспер пал духом.
– Кошмар… Теперь еще и экзамен.
– Это очень быстрый экзамен, – заверил капитан. – Да вы прямо сейчас можете его пройти!
– Хорошо, давайте, – согласился Проспер.
Капитан повернулся к подчиненному:
– Лейтенант, будьте добры, достаньте экзаменационные билеты.
Лейтенант кивнул, открыл сейф и вынул набор карточек.
– Выбирайте билет, – сказал капитан, разложив карточки на столе.
Проспер взял одну из них и зачитал вслух:
– «Из сумочки госпожи Икс украден бриллиант. Подозреваемые: муж, горничная, дворецкий и подруга. Кто украл бриллиант?»
– Не торопитесь, подумайте, – благодушно предложил капитан. – Билет не сложный, но и не самый легкий.
На размышление у Проспера ушло всего несколько секунд.
– Бриллиант украл дворецкий! – сообщил он.
– Ого! – изумился капитан. – Правильно! Поздравляю, вы сдали экзамен! Лейтенант, выдайте им справку о том, что они действительно являются сыщиками.
– Сию секунду! – отозвался лейтенант.
– Спасибо. – Проспер облегченно вздохнул, а его помощница впервые за визит улыбнулась.
– Не за что, – ответил капитан. – Это наш долг!
– Помогать зверям? – уточнила Антуанетта.
– Нет, устраивать дурацкие проверки, – объяснил капитан.
– Нам еще нужна справка из контрразведки, что мы не шпионы, – сказал Проспер. – Где можно ее получить?
– Да в контрразведке и получите.
– Это понятно. Ну а где находится контрразведка?
– А, в том-то все и дело, – лукаво улыбнулся капитан. – Никто не знает, где находится контрразведка.
– Что? – опешил Проспер.
– А вы как думали? Это же наисекретнейшее учреждение! Еще не хватало, чтобы все знали, где оно находится!
– Что же нам делать?
– Вы должны сами найти контрразведку. Причем с того момента, как я вам это сообщил, – а сообщил я вам это только что, – у вас есть на поиски только сутки.
– А если не найдем?
– Тогда как же вы получите справку? Надо найти! Но если не получится, возвращайтесь сюда, я дам вам справку, что вы не нашли контрразведку. Может, мэрия ею удовлетворится. У них там, в мэрии, все непросто…
– Спасибо, – мрачно сказал Проспер, поднимаясь со стула. – Всего хорошего.
Лисы понуро вышли из кабинета.
– Проспер… Проспер… – задумчиво произнес капитан.
– Антуанетта… Антуанетта… – задумчиво произнес лейтенант.
– Где-то я уже слышал эти имена, – заметил капитан. – Но не помню, где.
– Ну, он же знаменитый сыщик! Наверно, мы где-то читали – и про него, и про его помощницу, – предположил лейтенант.
– Наверно, – согласился капитан и решил выкинуть из головы эти глупости. – Что-то мы с тобой проголодались. Закажи пиццу.
Лейтенант кивнул и снял телефонную трубку.
– Алло, пиццерия, нам, пожалуйста, большую полицейскую пиццу – половина с грибами, половина с шоколадками. Все ясно?
– Так точно! – ответила пиццерия под звон пивных кружек…
В ожидании сыщика Проспера звезда вершинской журналистики Катерина сочиняла письма читателей в газету «Вечерняя правда». Это была одна из двух вершинских газет, и Катерина работала в обеих. Собственно, редакции этих изданий находились в одном и том же помещении и состояли из одних и тех же работников. Вторая газета называлась «Утренняя правда». Наблюдательный вершинский читатель мог бы обратить внимание на то, что опубликованные в этих газетах «правды» часто друг другу противоречили. Однако наблюдательность не была сильной чертой вершинского читателя.
Разница в правдах объяснялась позициями главных редакторов, которыми, по странному стечению обстоятельств, был один и тот же тигр. Просто настроение у него в течение дня очень сильно менялось. Журналисты и редакторы к этому давно привыкли и сами знали, какую правду резать в каждой из газет. Катерина же считалась в этом деле асом. Настроение главного редактора она угадывала еще раньше, чем оно наступало.
Письма читателей гиене приходилось сочинять самой, так как читатели делать это ленились или не хотели. А те письма, которые они все-таки присылали, Катерине решительно не нравились. С ее точки зрения, они были написаны не о том и не так. А ведь правильные письма писать совсем несложно! Надо только настроиться на нужную волну. С этим у звезды вершинской журналистики проблем не было никогда.
Не возникли они и сейчас.
Здравствуйте, дорогая Катерина! – уверенно вывела гиена. – Пишет Вам Лючия Катапульта. Я простая домохозяйка, иногда подрабатываю академиком. Стараюсь никогда не пропускать Ваших статей. Они для меня как путеводная звезда. Столько в них нужного, верного, мудрого, необходимого таким простым читателям, как я. Вашу последнюю статью о махинациях в сфере торговли картофельными пирожками мы читали всей семьей, несколько раз и с выражением. Спасибо Вам огромное за то, что предостерегли нас от покупки этих пирожков, ведь моя дочь, которая учится в третьем классе, уже собиралась вложить в них все свои деньги, и они, конечно, были бы потеряны! А мой сын обклеил Вашими портретами свою комнату и приводит Вас в пример подружкам и мне. Спасибо Вам за то, что Вы есть, дорогая Катерина! И спасибо Вашему главному редактору за то, что откопал такое сокровище – Вас! С искренним и безграничным почитанием, Лючия Катапульта»
Следующее письмо сочинилось еще проще.
Моя дорогая, моя несравненная Катерина! Я долго терпел, но больше не могу молчать! Я люблю Вас, Катерина! Я полюбил Вас с первой строчки! Простите меня, если Вам неприятно читать об этом, но знайте: подобно безумцу я хожу за Вами по пятам, чтобы хоть издалека видеть Вас, любоваться и восхищаться Вами! Я обклеил Вашими портретами свою комнату, привожу Вас в пример подружкам и маме. Вы – мой кумир! Когда я уже совсем вырасту, я тоже хочу стать журналисткой Катериной. Конечно, мне никогда не достичь Ваших высот, но уже одно осознание того, что я буду заниматься одним с Вами делом, наполняет мое сердце счастьем! Целую следы Ваших лапок, с обожанием, Ваш неизвестный поклонник.
Постскриптум. Пожалуйста, не говорите ничего моей маме.
Катерина перечитала текст, подумала, что чего-то не хватает, спохватилась и добавила: «Постпостскриптум. И Вашего главного редактора я тоже обожаю!»
Ведомая обострившимся вдохновением, Катерина с энтузиазмом настрочила последнее письмо в газету.
Богиня! Ничего, что мы к Вам так обращаемся? Простите, мы знаем, что Вы очень скромная, но для нас Вы – именно богиня! Даже если Вам и неприятно, когда Вас так называют. Мы, девочки из Вашего фан-клуба, решительно заявляем, что газеты «Вечерняя правда» и «Утренняя правда» – лучшие в мире, а Катерина – королева вселенской журналистики! А кто с этим не согласен, пускай умрет! Мы очень стараемся быть похожими на Вас. Да-да, все мы, все пятьсот семьдесят девять активисток нашего Вашего фан-клуба, подражаем Вам во всем: ходим, как Вы, говорим, как Вы, сидим, как Вы, лежим, как Вы, дышим, как Вы, едим, как Вы, спим, как Вы, моргаем, как Вы, улыбаемся, как Вы, плачем, как Вы, смеемся, как Вы, и хохочем, как Вы. Как Вы, как Вы, Богиня! Потому что Вы – подлинная богиня журналистики! А Ваш главный редактор – гений! Так ему и передайте!
Разумеется, последнее письмо нельзя было оставить без ответа.
Дорогие девочки, – написала Катерина уже от собственного имени. – Я, право, польщена таким отношением и благодарна вам за слова любви. Но разве так можно, девочки? Слепое обожание до добра не доводит, поверьте мне. Ищите себя, обретайте каждая свой неповторимый стиль – этим вы порадуете меня больше, чем поклонением. Желаю удачи, ваша богиня.
Гиена вздрогнула, зачеркнула «богиня» и написала «Катерина». А то как-то слишком…
Ну вот! Это – правильные письма, такие, какие нужно. Прямые, честные, интересные. В газете они будут смотреться просто замечательно. А то пишут ерунду всякую. Если вообще пишут. Катерина сокрушенно покачала головой. Ох, Вершина, Вершина… Ну что за дыра, даже читателей нормальных нет.
Хотя нет. Есть…
Глаза гиены увлажнились. Внутренним зрением она увидела свою спальню. Здесь под подушкой хранилась пачка настоящих писем от читателей. Это были избранные письма, особенные. Их было всего семь, и пришли они в редакцию в разные годы. Все они содержали благодарность Катерине за ее статьи. Конечно, выражалась эта благодарность не так бурно, как в тех письмах, что писала она сама, – иногда даже просто одной строкой, – но она там была!
Иногда поздними вечерами Катерина зажигала свечи, заваривала чай, отключала телефон, – в общем, создавала интимную атмосферу, – садилась за стол в гостиной и медленно перечитывала эти письма. Слова благодарности капали в ее душу, согревая ее, подобно признаниям в любви. Катерина улыбалась сквозь слезы, позволяя счастью наполнять ее сердце, гладила чудесные листки бумаги и с упоением думала о своей несчастной судьбе, об одиночестве, о непонимании со стороны окружающих и о самоубийстве.
Потом она долго смотрелась в зеркало, проникаясь красотой и трагическим величием своего образа, и клялась себе никогда не допустить самоубийства. Да, для нее это было бы избавление, но чем виноваты все те, кто любит ее, нуждается в ней, поклоняется ей? Нет, она не может с ними так поступить, ей не позволит врожденное благородство.
В такие ночи Катерина засыпала абсолютно счастливой и просыпалась утром совершенно несчастной. И тем сильнее стремилась повторить сеанс прекрасного общения с заветной пачкой писем…
Раздался стук в дверь. От неожиданности Катерина вздрогнула. Она поспешно вытерла слезы и крикнула:
– Войдите!
Вошли Проспер и его помощница Анту… Анта… Катерина забыла, как зовут ассистентку знаменитого сыщика.
– Ой, как вы вовремя! – воскликнула гиена. – Замечательно, значит, материал успеет пойти в сегодняшний номер.
– Как у вас с этим быстро, – удивился Проспер. – А я думал, материал для газеты готовится загодя.
– Это и есть загодя, – рассмеялась Катерина. – А чего тянуть? Написал – и в номер. Сохраняется свежесть материала. А типографии у нас в Вершине – самые быстрые в мире! Кстати, вы ведь в восторге от Вершины, правда?
– Еще в каком! – соврал лис.
– Чудненько. Наш читатель любит, когда Вершину хвалят. Вершину надо хвалить. Да вы садитесь, садитесь! Вот сюда, за стол, а Антонина может присесть в уголочке.
– Антуанетта, – сухо поправила лисица, пристраиваясь в уголочке.
– Кстати, о Вершине. – Проспер уселся за стол и закинул одну заднюю лапу на другую. – Уважаемая Катерина, где у вас в городе находится контрразведка?
– Этого никто не знает. Кроме, разумеется, контрразведчиков.
– Ну, тогда, может быть, вы знакомы с этими контрразведчиками?
– Может быть. Но проблема в том, что они это скрывают. Ну, что они контрразведчики. Секретность.
– Так что же, любой может оказаться контрразведчиком?
– Выходит, что любой. Но не ждите, что он признается.
– Час от часу не легче, – приуныл Проспер.
– А вы как думали? Это же военная тайна! Именно благодаря секретности еще ни одному шпиону не удалось преуспеть в Вершине.
– А много их было, этих шпионов?
– А кто их знает? Они же скрывают, что они шпионы. Секретность.
– М-да… Скажите, Катерина, а не знаете ли вы случайно кого-нибудь в мэрии, кто мог бы ускорить нам получение разрешения на посещение Сабельных гор?
– Да я всех в мэрии знаю! Я же звезда вершинской журналистики!
– И что, кто-то может нам помочь? – оживился Проспер.
– Конечно. Не волнуйтесь, я все устрою.
В углу громко выдохнула Атуанетта. Она ни на секунду не верила, что журналистка им поможет.
Катерина приготовила диктофон.
– Ну что же, давайте начнем.
Статья действительно вышла этим же вечером. Ее венчала фотография улыбающихся Проспера и Катерины, сидящих рядом друг с другом за столом перед диктофоном.
Гроза бандитов
В наш город прибыл знаменитый сыщик Проспер – гроза бандитов, ливень грабителей и буря мошенников. Теперь у преступников нет ни малейшего шанса. Они могут прятаться по углам, забиваться в щели, удирать сломя голову, – все это совершенно бесполезно: им никуда не скрыться от всевидящего ока гениальнейшего детектива современности.
Сыщик Проспер сидит напротив меня. Он мнется и прячет глаза, его слава вызывает у него чувство неловкости. Я стараюсь подбодрить его добрым словом и рассказываю о том, что именно на его расследованиях училась сама. Он наконец расслабляется, улыбается, и дальше наш разговор течет легко и непринужденно.
Проспер. Отрадно встретить в чужом городе ученицу. Над чем сейчас работаете?
Я. В городе уже месяц орудует похититель, известный под кличкой Похититель. Полиции поймать его не удается, так что пришлось мне начать журналистское расследование.
Проспер. И как успехи?
Я. Подробно об этом говорить публично я не могу, вы же понимаете. Ведь Похититель может оказаться среди читателей нашей газеты. Но успехи есть, и огромные! Очень скоро я схвачу Похитителя.
Проспер. Потрясающие результаты! Надеюсь, когда все закончится, вы поделитесь со мной подробностями? Учителю следует учиться у ученика, если ученик его превзошел.
Я. Конечно, поделюсь! Ведь я не только использую вашу методику, я еще и занимаюсь ее усовершенствованием.
Проспер. Поразительно! Я был убежден, что достиг пика мастерства, но теперь вижу, что ошибался. И ведь вы даже не брали у меня уроки напрямую. Моя помощница Антигона со мной уже много лет, но она и близко не подобралась к вашему уровню! Неужели вы учились сами, одна?
Я. Конечно, одна.
Проспер. Феноменально! Не планируете ли брать учеников? Мы с Антилопой записались бы.
Я. Ну что вы, я об этом еще даже не думала.
Проспер. Так подумайте!
Я. Хорошо, обязательно.
Проспер. Вершина – удивительный город. Я в полном восторге. Нигде больше мне не встречались настолько добрые и отзывчивые жители. Моя помощница Антипатра сказала, что влюбилась в него с первого взгляда. И я ее понимаю! А как вам нравится Вершина, дорогая Катерина?
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?