Читать книгу "Дорогой Скотт, дражайшая Зельда"

6. Скотту
[Март 1919 г.]

Рукопись, 8 стр.

[Монтгомери, Алабама]

Это самые очаровательно лунно-сияющие вещички на свете[8]8
  Скотт послал Зельде в подарок шикарную пижаму.


[Закрыть] – в них я ощущаю себя словно с обложки Vogue – Как жаль, что ты не можешь до нее дотронуться – Но я уверена, что не удержусь и выйду в ней на улицу – Может кто-то принести завтрак в постель, засунув его в карман? Кое-кто вечно набивает карманы печеньем – да еще с маслом! Вот что ждало меня, когда я сегодня вернулась домой из Сельмы – Что же это? На ощупь словно облако, а смотрится как мечта – Спасибо, дорогой —

Есть в Нью-Йорке пара-тройка симпатичных мужчин, и такой вот ожидает меня около 11-го – так что я еду. В пути – Я, наверное, прибуду с большой компанией, собранной по дороге, но когда меня встретит мой муж, вся эта свита растает, и я растаю в его объятиях – и мы будем жить долго и счастливо – неважно уж где.

В Сельме играли «Мою маленькую солдатку», так что я со своим спутником присутствовала на репетиции. Я немного поучила хор слинговать [свинговать?] и заслужила тем самым благодарность импресарио – А вот бассейн, куда я индивидуально хожу плавать, оказался закрыт —

 
В жизни смысла нет —
Только умереть
Тухлый пирог нет —
Смысла есть
Нет смысла в поцелуе —
Скажешь ты
Смысла нет ни в чем —
Черт возьми!
 

На самом деле тебе не обязательно говорить, как возбуждают тебя короткие волосы – и это после того, как я купалась в Вазелине, чтобы волосы стали длинными, по твоему хотению, и отчего они потемнели – Но они все равно не выросли, так что я и вправду рада, ты начинаешь смиряться с тем, что мне удобно – Я по-прежнему думаю, как приятен был бы на ощупь мой затылок – Но затем я вспоминаю «Любовника Порфирии», и между этими мыслями мне удается сохранять подобие здравомыслия[9]9
  «Любовник Порфирии» (Porphyria’s Lover) – стихотворение Роберта Браунинга (1836), где рассказчик в порыве страсти душит возлюбленную ее же собственными волосами, чтобы навечно сохранить момент совершенного счастья – прим. ред.


[Закрыть] —

Дорогой, мне кажется – я уверена, – Мама знает, что мы когда-нибудь поженимся – Но это не мешает ей оставлять на моей подушке рассказы о молодых писателях, напоследок оказавшихся в темной и бурной ночи – Не лучше ли было написать моему Папе – прямо перед моим отъездом – хотела бы я быть подальше от всего этого – сортировщицей без родственников. Не то, чтобы я их так уж боюсь, но они могут быть такими противными относительно того, что я собираюсь сделать —

Но ты знаешь, что мы это сделаем, мой Любимый – когда ты будешь готов – твоя смешная маленькая сортировщица штанов приедет домой – чтобы ты смял ее в самых любимых из всех мне известных рук – надеюсь, ты сожмешь меня так сильно, что я и сама сморщусь, как те штаны, – вот на что я надеюсь —

Не пойму, как ты можешь выносить столько любви, от меня исходящей —

7. Скотту
[Март 1919]

Подписанная рукопись, 11 стр.

[Монтгомери, Алабама]

Дорогой,

Пожалуйста, прошу тебя, не будь таким унылым – Мы скоро поженимся, и тогда эти ночи в тоскливом одиночестве уйдут навсегда – и пока мы есть, я буду любить тебя, любить каждую крошечную минуту дня и ночи – Может, ты не поймешь, но подчас, когда тебя особенно не хватает, мне труднее всего писать – а ты всегда знаешь, когда я себя заставляю – просто эта боль – ее не передать словами. Если бы мы были вместе, ты бы ощутил, как это ужасно – ты такой милый в своей меланхолии. Я люблю твою печальную нежность – когда я причиняю тебе боль – Это одна из причин, почему я никогда не смогу сожалеть о наших ссорах – которые так беспокоят тебя – Эти прелестные, прелестные маленькие размолвки, где я всегда изо всех сил старалась, чтобы ты поцеловал меня и забыл обо всем —

Скотт – нет ничего на всем белом свете, чего бы я хотела, кроме тебя – и твоей драгоценной любви. Все материальные ценности – это ничто. Просто я ненавижу нищенское, бесцветное существование – потому что вскоре ты станешь любить меня все меньше – и меньше – а я готова на все – на все – чтобы сохранить для себя твое сердце – Я не хочу только жить – Я прежде всего хочу любить, а заодно уж и жить – Я приду к тебе, любимый, когда ты будешь готов – Не надо – даже не думай о тех вещах, которые не можешь мне дать. Ты доверился мне самым дорогим из сердец, и это чертовски много, больше, чем кто-нибудь еще имел в этом мире —

Как можешь ты сознательно думать о жизни без меня – Если ты умрешь – О, Дорогой – дорогой Скот – это будет как ослепнуть. Я уверена, и я тоже тогда, – жизнь лишится цели – оставшись лишь милой – безделушкой. Тебе не кажется, что я создана для тебя? Я ощущаю, будто ты заказал меня – и я была тебе доставлена – чтобы носить. Я хочу, чтобы ты меня носил, словно брелок на часах или букетик в петлице – на всеобщее обозрение. А потом, когда мы остаемся одни, я хочу помочь тебе осознать, что без меня ты не сможешь ничего.

Я рада, что ты написал Мамочке. Это было такое милое, искреннее письмо, а мое письмо в Сент-Пол было очень уклончивым и бессвязным. За всю свою жизнь я ничего не могла сказать людям старше меня. Как-то я совершенно инстинктивно избегаю личных тем в разговоре с ними – даже с собственной семьей. Дети куда милее. Ливи[10]10
  Ливи Харт, любимая подруга Зельды, чья семья, наряду с Сейерсами, входила в Les Mysterieuses, общественный клуб из Монтгомери, организацию, планирующую развлечения и балы для девушек из высшего общества.


[Закрыть], одна манекенщица из Нью-Йорка, и я участвовали в Показе Мод – у меня было ошибочное представление, что это простая работа – Два часа в день выматывают самую выносливую из женщин – через двадцать минут ты чувствуешь себя жалкой подделкой перед роскошным кружевом – Какой-то старый дурак имел наглость купить мое любимое платье, и что мне теперь делать завтра? В этой попытке потрудиться я обнаружила нечто очень-очень утешительное – что я и вправду меньше среднего размера, что радует!

Сегодня я послала тебе фотографию – Поза не очень характерная, но если присмотреться, можно обнаружить некоторое сходство между мной и Мадонной —

Сегодня четверг, а кольцо еще не пришло – Хочу носить его, чтобы все видели —

От всего сердца —

Я люблю тебя

Зельда

8. Зельде
[Март 1919]

Телеграмма. Из альбома

[Нью-Йорк Сити]

МИСС ЛЕЛЬДА СЕЙЕР[11]11
  В отличие от большинства телеграмм Скотта, которые Зельда вклеивала в альбом, эта не была напечатана целиком прописными буквами. См. также № 27.


[Закрыть]

ШЕСТЬ ПЛЕЖЕНТ АВЕНЮ МОНТГОМЕРИ АЛАБАМА.

ЛЮБИМАЯ Я БЫЛ УЖАСНО ЗАНЯТ НО ТЫ ЗНАЕШЬ Я ДУМАЮ О ТЕБЕ ЕЖЕМИНУТНО НАПИШУ ПОДРОБНО ЗАВТРА ПОЛУЧИЛ ТВОЕ ЗАМЕЧАТЕЛЬНОЕ ПИСЬМО ВСЕ ХОРОШО ТЫ БУДТО ВСЕГДА СО МНОЙ НАДЕЮСЬ И МОЛЮСЬ БЫТЬ ВСКОРЕ ВМЕСТЕ СПОКОЙНОЙ НОЧИ ДОРОГАЯ.

9. Зельде
Телеграмма. Из альбома

НЬЮ-ЙОРК МАРТ 22 1919

МИСС ЛИЛЬДА СЕЙЕР

6 ПЛЕЖЕНТ АВЕНЮ МОНТГОМЕРИ АЛАБАМА

ДОРОГАЯ ПОСЛАЛ ТЕБЕ МАЛЕНЬКИЙ ПОДАРОК В ПЯТНИЦУ КОЛЬЦО ДОСТАВЯТ СЕГОДНЯ ВЕЧЕРОМ И Я ПОШЛЮ ЕГО В ПОНЕДЕЛЬНИК[12]12
  Скотт послал Зельде помолвочное кольцо, принадлежавшее его матери.


[Закрыть] Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ И ДУМАЮ СКАЗАТЬ ТЕБЕ НАСКОЛЬКО В СУББОТУ ВЕЧЕРОМ КОГДА МЫ ОКАЖЕМСЯ ВМЕСТЕ СДЕЛАЙ ТАК ЧТОБЫ ТВОЯ СЕМЬЯ НЕ БЫЛА ПОТРЯСЕНА МОИМ ПОДАРКОМ СКОТТ

10. Зельде
[24 марта 1919]

1 стр. Из альбома[13]13
  Скотт написал эту записку на своей визитной карточке и вложил в пакет с помолвочным кольцом.


[Закрыть]

[Нью-Йорк Сити]

Дорогая: Я посылаю его таким, как оно есть – Надеюсь, оно подойдет, и так жаль, что меня нет рядом чтобы надеть его. Я люблю тебя так сильно, сильно, сильно, что меня ранит каждая минута без тебя – Пиши ежедневно, ведь я так люблю твои письма – До свидания, моя родная жена.

11. Скотту
[Март 1919]

Подписанная рукопись, 8 стр.

[Монтгомери, Алабама]

Тутси[14]14
  Розалинда, вторая из трех старших сестер Зельды.


[Закрыть] его распечатала, разумеется, а так хотелось мне. Она сказала, что хочет, чтобы Каппи Тан[15]15
  Ньюман Смит, муж Розалинды, служивший во время войны во Франции.


[Закрыть] подарил ей похожее. Скотт, Любимый, оно действительно прекрасно. Всякий раз, любуясь им на своем пальце, я вздрагиваю – Прежде я никогда не носила кольца, это всегда казалось совершенно неуместно – но мне так нравится смотреть на это сияние, такое прекрасное и белое, словно наша любовь – И оно словно постоянно твердит мне «скоро» – Просто поет весь день напролет.

Хвала небесам, Показ Мод завершился – Носить платья по 500 долларов оказалось самой тяжелой задачей из тех, что выпадали на мою долю – Постоянно приходится что-то поправлять – Разве ты не рад, что я выгляжу Черт знает как со всеми этими шлейфами и в переливающихся платьях? По мне, так я в и розово-голубом стала бы для тебя постоянным источником наслаждения.

Оберн дал отставку своему R.O.T.C. [Корпус подготовки офицеров запаса] с 60 «возлюбленными» в Монтгомери – В результате «Мэйс» полностью опустел. Людей могут вышвыривать из нью-йоркских ресторанов за слишком уж неприличные танцы, но нет сомнений, что эти парни, должно быть, месяцами штудировали «Популярную механику», чтобы суметь выполнить некоторые из их любимых трюков – Это даже «шимми» не назвать – И каждый вечер я рву и мечу, и тогда мне очень не хватает тебя – чтобы я перестала вести себя как ребенок —

Дорогой, не знаю, действительно ли мне нравится то, что я так заметно постарела за один год. Но если тебе да, значит и я, конечно, рада – еще я рада, что Пиви[16]16
  Стефан Пэрротт, друг Скотта, с которым они познакомились в «Ньюман Скул», католической школе в Нью-Джерси.


[Закрыть] вернулся, потому что всегда думала, что он мне нравится больше всех из твоих знакомых —

Твои ноги – те, что ты так любишь – пришли в полную негодность. Я снова танцевала на носочках и чуть не сломала правую ступню – Доктор старается, конечно, но мне кажется они изуродованы навсегда – и я бы полжизни отдала, чтобы даже всякая ерунда вроде пальцев ног нравилась тебе – Я так люблю тебя – Дорогой – так люблю —

Вчера приехал Хэнк Янг – посмотреть, как я расхаживаю вся в перьях. Он успел сообщить, как ты будешь мною гордиться, прежде чем его уволокла Мэй[17]17
  Либо Мэй Инглиз, популярная среди молодежи девушка, в 1918 году закончившая среднюю школу «Сидни Ланьер» вместе с Зельдой, либо Мэй Стейнер, девушка из Монтгомери, с которой встречался Скотт, когда познакомился с Зельдой.


[Закрыть].

Зельда

12. Скотту
[Март 1919]

Рукопись, 9 стр.

[Монтгомери, Алабама]

Дорогой Скотт —

Мне понравилось твое письмо Э. Д.[18]18
  Отца Зельды, судью Энтони Дикинсона Сейра, иногда называли Э. Д.


[Закрыть], и я постепенно набираюсь храбрости доставить его адресату – Он настолько слеп, что оно, возможно, окажется ужасным для него потрясением, однако это кажется единственно правильным решением – Не понимаю, как у тебя получается писать такие милые семейные письма, и вправду, твоя мать просто щадила твои чувства, в противном случае ее никак не назвать литературным критиком – надеюсь, она полюбит меня – я буду милашкой, насколько это возможно, и постараюсь ее покорить – но боюсь, я растеряю последние претензии на женственность, а мне представляется, что она потребует именно этого. Мы с Элеанор Браудер[19]19
  Школьная подруга Зельды. В «Составном изображении идеальной старшеклассницы» Зельда была провозглашена лучшими устами, а Элеонор остроумнейшей.


[Закрыть] образовали синдикат – а мы «лучшие друзья» стольким парням из колледжа, сколько у Соломона жен не было – всего лишь приятельствуем с ними, и мне это доставляет удовольствие – насколько это возможно без тебя – я всегда предпочитала маскулинность. Мальчишки излучают такое веселье – И еще мы вытворяем столь запредельные штуки – Вчера, когда Университетские мальчики отправились в свой запоздалый путь, Джон Селлерс прокатил меня сквозь огромную толпу на станции, то и дело крича: «Леди не ходит уже пять лет» – «Да благословит Господь тех, кто помогает бедным», – ответствовала леди к немалому изумлению и исступлению всей станции – Мы успели собрать полдоллара, когда наше невинное времяпрепровождение было грубо прервано неким мускулистым блюстителем порядка, вторгшимся между мною и креслом на колесиках – Меня довольно резко осудили полицейские власти – в действительности мы подкрашиваем городок красными линиями – и с удовольствием проводим время, приобретая дурную славу – а Эд Хейл оставил нам свой маломерный Драндулет, пока сам гоняется за педагогическими музами в Оберне. Естественно, наши жизни теперь в постоянной опасности, а наши матери неистовствуют, но мы с Элеанор безумно наслаждаемся этими ощущениями —

Полагаю, ты по моему спенсериан можешь догадаться, как похолодало в Черных регионах – Эти ерзающие каракули выглядят совершенно неподходящими для зимы. Я довольно долго работала над завершением своей выгоревшей на солнце и потрепанной ветрами письменной работы, почти забыв при этом о своей стынущей на холоде руке —

Снова горит огонь, а старая скамейка выглядит без нас такой одинокой, что мне становится еще тяжелее – Если бы я не была настолько уверена – Если бы я не была уверена, что мы созданы друг для друга – Мне кажется, я рыдала бы непрерывно – Я прямо чувствую эти любимые, любимые руки – и вижу твои сияющие волосы – не прилизанные, а взъерошенные, будто это я их растрепала —

Спокойной ночи, Любимый —

13. Скотту
[Март 1919]

Рукопись, 3 стр.

[Монтгомери, Алабама]

Я вот-вот погружусь в сон в полном изнеможении – Целый день мы с Элеонор Б. на самом деле водили Трамвай – Мы были весьма успешны в этом деле, пока не сошли с рельсов. Тогда нас прогнали, но мы все равно уже устали! Матери наших товарищей просто стояли рядом и ахали – к нашему великому ликованию, разумеется – Такие вещи, как упомянутый инцидент – наше единственное развлечение —

Мой родной, я люблю тебя – всем сердцем. Ты мой возлюбленный, и я люблю – я люблю

Мне нужно идти, иначе мой воздыхатель, назначивший свидание (ужасный болван), явится, прежде чем я успею сбежать —

Спокойной Ночи, Любимый

Это самый большой поцелуй на земле – потому что я люблю тебя

14. Скотту
[Март 1919]

Рукопись, 4 стр.

[Монтгомери, Алабама]

Воскресенье —

Любимый, любимый, я так тебя люблю – Сегодня будто бы Пасха, и я бы так хотела, чтобы мы вместе медленно прогуливались сквозь закат и толпы, возвращающиеся из Церкви – вокруг все благоухает и так тепло, а твое кольцо белоснежно сияет на солнце – словно пасхальная лилия, припорошенная легчайшей золотистой пыльцой – Мы обязаны соединиться Весной – она словно создана для нашей любви —

Ты представить себе не можешь, какой хаос вызвало кольцо – вчерашние танцы пошли насмарку – Всяк считает его прекрасным – а я так горда тем, что я твоя девушка – тем, что все знают о нашей любви. Так приятно сознавать, что ты постоянно любишь меня и что совсем скоро мы на всю жизнь окажемся вместе —

Войска Огайо вступили в бурную и жаркую переписку с девицами Монтгомери – Насколько я понимаю, в мае распустят всю 37-ю дивизию – Затем, как мне кажется, бабочки запорхают чуть чаще – Было бы в высшей степени странным не беспокоиться о возвращении по меньшей мере трех или четырех невест. У меня уже мозги застоялись из-за нехватки потасовок – Давненько не приходилось упражняться.

Любимый, я обожаю тебя больше всего на свете – и жажду вскоре пожениться – совсем вскоре – Возлюбленный – И не говори, что во мне недостает пыла – Вот, тебе следует это знать —

15. Зельде
[Апрель 1919]

Телеграмма. Из альбома

[Нью-Йорк]

МИСС ТЕЛЬДА СЕЙЕР

ШЕСТЬ ПЛЕЖЕНТ АВЕНЮ МОНТГОМЕРИ АЛАБАМА

ТЕЛЬДА НАШЛА ОТЛИЧНУЮ КВАРТИРКУ ПО УМЕРЕННОЙ ЦЕНЕ Я СНЯЛ ЕЕ С ДВАДЦАТЬ ШЕСТОГО ОНА ВЪЕЗЖАЕТ В ТОТ ЖЕ ДОМ[20]20
  Скотт, пока искал жильё для себя и Зельды, посетил в Нью-Йорке сестру Зельды Клотильду.


[Закрыть] В НАЧАЛЕ МАЯ ЛУЧШЕ ОТДАЙ ПИСЬМО СВОЕМУ ОТЦУ ПРОСТИ ЧТО ДЕРЖУ ТЕБЯ В НАПРЯЖЕНИИ НЕ ПИШИ ПОКА САМО НЕ ЗАХОЧЕТСЯ ЛЮБЛЮ ТЕБЯ ДОРОГАЯ ВСЕ БУДЕТ ЗАМЕЧАТЕЛЬНО ЛЮБОВЬ МОЯ

16. Скотту
[Апрель 1919]

Подписанная рукопись, 7 стр.

6 Плежент авеню,

Монтгомери, Алабама

Любимый —

Благодаря твоим письмам все кажется таким близким – а ты всегда говорил, чтобы я чуть что телеграфировала «мне страшно, Скотт» – На самом деле, я ни чуточки не боюсь – Я так люблю тебя – и апрель уже начался!

Я рада, что ты навестил Тильду – полагаю, и ты тоже, теперь, когда все это уже позади, – она уже написала Маме о переезде – говорит, не видит из своих окон ни одного дерева, отчего тоскует по дому – Здешняя часть семьи просто сидит, напрягая уши, не донесется ли ворчанье или визг Мисс Бутси[21]21
  Кошка Сейерсов, которая, видимо, переехала в Нью-Йорк вместе с Клотильдой.


[Закрыть] – Судья опять всем недоволен, с тех пор как она уехала – Думаю, им станет весьма одиноко без моих выкрутасов – Тутс[22]22
  А также Тутси, сестра Зельды Розалинда.


[Закрыть] намерена шумно отчалить где-то через неделю – Она подчас делает жизнь совершенно несносной. Ненавижу таких, которые не способны совершить хоть что-нибудь спокойно. Когда я встречаю людей, которые ведут себя так, будто все на свете случается именно как они ожидали и желали, я просто задыхаюсь от изумления – Они всегда заставляют меня почувствовать собственную несостоятельность – и, скорее, вызывают жалость – они обожают воображать себя страдающими – почти все они моральные и ментальные ипохондрики-лицемеры. Если бы они только осознали тот факт, что их оправдание и объяснение заключается в необходимости вносить тревожный элемент в жизни людей – они бы стали куда счастливее, а окружающие куда более несчастны – а это как раз то, что им нужно для улучшения ситуации в целом.

Я тут как раз обнаружила в старых книгах Майора Смита[23]23
  Ньюман Смит, муж Розалинды.


[Закрыть] «Масонскую табель» [Masonic Chart], иероглифическим письмом, разумеется, что меня озадачило чрезвычайно – Это очень чудная – религия? – и с помощью карандашных пометок я намерена постичь непостижимые тайны – И если бы в каждой строчке я перестала читать «Скотт», то добилась лучших результатов —

Целуй меня, Любимый – один драгоценный поцелуй – ты так мне нужен —

Зельда

17. Зельде
Телеграмма. Из альбома

S1 НЬЮЙОРК НЬЮЙОРК 14:50 АПРЕЛЬ 14 1919

МИСС ТЕЛЬДА СЕЙЕР

6 ПЛЕЖЕНТ АВЕНЮ МОНТГОМЕРИ АЛАБАМА

СНИМАЮ КВАРТИРУ ПРЯМО ПОД НОВОЙ КВАРТИРОЙ ТИЛЬДЫ ЛЮБЛЮ

СКОТТ

18. Скотту
[Апрель 1919]

Подписанная рукопись, 8 стр.

[Монтгомери, Алабама]

Чувствую себя полноценной путешественницей – к 18-му я буду вполне подготовлена к моей поездке – В отчаянии мы с Биллом Леграндом отправились на его машине в Оберн и вернулись с десятью парнями, чтобы оживить обстановку – Конечно, денек выдался впечатляющий – а вечер и того пуще – Благодаря джаз-бэнду, выступавшему в «Мейс» между шоу Кита. Ребята решили, что я добавлю прелести их действу, так что я чуть не начала театральную карьеру —

Скотт, ты и вправду непроходимо глуп – Во-первых, я никого на прощанье не целовала, а во-вторых, никого и не осталось в этом «во-первых» – Ты же знаешь, дорогой, что я слишком тебя люблю, чтобы желать чего-то другого. Если бы у меня возникло искреннее – или неискреннее – желание поцеловать хотя бы одного или двух человек, я могла бы – но я бы просто никогда не захотела – мои губы принадлежат тебе. Но, положим, случись такое – Разве не знаешь ты, что это не имело бы никакого значения? – Как ты не можешь понять, что ничто не имеет никакого значения, кроме тебя и твоей любви – Как я хочу, чтобы мы поспешили, и я стала бы твоей, чтоб ты понял – Иногда я почти отчаиваюсь убедить тебя – так убедить, чтобы ничто не смогло заставить тебя сомневаться, как не может заставить меня —

Чарли Джонсон восстал из глубин забвения – Я думала, что он умер, а он к Пасхе будет дома. Как будто вернулись былые времена – Хотела бы я, чтобы ты мог увидеть Монтгомери таким, каков он на самом деле – без лагеря, который так всему мешает – и ты бы понял, за что я так люблю этот город —

Сегодня вечером мы облачимся в мужскую одежду – чтобы сделать несколько снимков на Коммерс-стрит. Это обещает всяческие несчастья, но и едва ли не самую безумную из моих авантюр, так что я с нетерпением жду наступления сумерек. Для защиты мы тащим с собой Вилли Персонза – он женоподобен, так что послужит нам маскировкой. Я могла бы вырубить его за один раунд – но мои сметливые мозги определенно переварились, изобретая верные способы погубить свою репутацию.

Дорогой – дорогой, я так люблю тебя – и намерена делать это – всю жизнь —

Зельда

19. Зельде
Телеграмма. Из альбома

НЬЮЙОРК НЬЮЙОРК АПРЕЛЬ 15 1919 3–00

МИСС ТИЛЬДА СЕЙЕР

ШЕСТЬ ПЛЕЖЕНТ АВЕНЮ МОНТГОМЕРИ АЛАБАМА

ПРИБЫВАЮ МОНТГОМЕРИ СРЕДУ ВЕЧЕРОМ

20. Скотту
[после 15 апреля 1919]

Рукопись, 8 стр.

[Монтгомери, Алабама]

Скотт, моя драгоценная любовь – все кажется таким тихим и мирным, как эти желтые сумерки. Знать, что я всегда буду твоей – что я действительно тебе принадлежу – что ничто не способно нас разлучить – это такое облегчение после напряжения и треволнений последнего месяца. Я так рада, что ты пришел, – как лето, именно тогда, когда мне это было нужнее всего, – и забрал меня с собой. Ожидание теперь не кажется таким тяжким. Тупое уныние теперь в прошлом – Я люблю тебя, Дорогой.

Зачем ты купил «лучшее в “Эксчейнже„»?[24]24
  Гостиница «Эксчейнж» в Монтгомери, где, направляясь к Зельде, Скотт купил бутылку джина.


[Закрыть] – Я бы предпочла то, что по 10 центов за кварту – Я хотела его просто чтобы знать, что ты любил его сладость – вдыхать, зная, что ты любил этот запах – Думаю, ощущать аромат предзакатных садов и мотыльков нравится мне больше прекрасных картин и замечательных книг – Это кажется самым чувственным из всех чувств. Что-то во мне трепещет от этого сумрачного, призрачного аромата – аромата теней и убывающих лун.

Сегодняшний день я провела среди могил. Знаешь, это не такое кладбище, где возишься, отпирая ржавый железный склеп, встроенный в склон холма. Оно всё вымыто и покрыто плачущими водянисто-голубыми цветочками, возможно, вырастающими из мертвых глаз – липкие на ощупь с тошнотворным запахом – Ребята хотели отправиться туда, чтобы испытать мои нервы – вечером – Я хотела ощутить «Уильям Рефорд, 1864». Почему могилы должны заставлять людей ощущать мирскую тщету? Я так много об этом слышала, и Грей весьма убедителен, но сама почему-то не могу отыскать ничего безнадежного в доказательстве того, что ты жил, – Все эти сломанные колонны и сомкнутые длани, и голуби, и ангелы так романтичны – и, думаю, мне бы понравилось, если через сто лет молодые люди будут гадать, какими были мои глаза: карими или голубыми – ни теми, ни другими, разумеется – Надеюсь, моя могила сохранит атмосферу того, что было много-много лет назад – Разве не забавно, что в ряду надгробий солдат-конфедератов два или три навевают мысли о мертвых любовниках и мертвой любви – хотя они точно такие же, как все остальные, вплоть до желтоватого мха?[25]25
  Скотт почти дословно использовал романтическое описание кладбища как мысли Эмори Блейна, главного героя и слегка завуалированного alter ego автора, на двух финальных страницах «По ту сторону рая».


[Закрыть] Старая смерть так прекрасна – так восхитительно прекрасна – Мы умрем вместе – я уверена —

Любимый —