Текст книги "Мустанг"
![](/books_files/covers/thumbs_240/mustang-5255.jpg)
Автор книги: Гарольд Роббинс
Жанр: Классическая проза, Классика
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 7 (всего у книги 29 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
2
Однако возникли сложности, и две недели спустя Синди уже не имела ни малейшего желания жить в Гринвиче или его окрестностях. Но вот Анджело решил, что они будут жить там и нигде больше.
Дядя Грега, Дэвид Скроудер, принял чету Перино в своем кабинете и начал показывать фотографии домов, предлагаемых к продаже. Они быстро поняли, что недвижимость в Гринвиче стоит дорого и дом, который мог бы им подойти, обойдется как минимум в четверть миллиона долларов.
После того, как они просмотрели альбомы с фотографиями, риэлтер предложил осмотреть два или три дома. Высокий, симпатичный мужчина с копной седых волос открыл Синди заднюю дверцу серебристо-серого «мерседеса», подождал, пока она сядет, захлопнул дверцу, обошел автомобиль и сел за руль.
Он отвез их в район Кос-Коб.
Дома не произвели на них особого впечатления. Добротные, но ничего больше. А вот район Синди не понравился. Она обратила внимание, что около соседних домов много автомобилей, в том числе и развалюх. На некоторых подъездных дорожках стояли и грузовички.
– Не могу поверить, что таков весь Гринвич. Есть же окраины. Есть Риверсайд. Давайте поищем дома там.
Дэвид Скроудер съехал на обочину, заглушил двигатель и повернулся так, чтобы видеть Анджело, сидевшего на переднем сиденье, и Синди.
– Могут возникнуть проблемы, мистер и миссис Перино Я хочу сразу внести ясность
– Что за проблемы? – полюбопытствовал Анджело.
Скроудер глубоко вздохнул.
– Неприятно об этом упоминать, я бы с удовольствием избежал этого разговора, но в Гринвиче предпринимаются определенные и небезуспешные усилия, направленные на то, чтобы ограничить присутствие выходцев из Средиземноморья районом Кос-Коб.
– Вы это про итальянцев? – помрачнел Анджело Скроудер кивнул.
– А также испанцев и даже французов. Я очень сожалею. Придумал это не я, мне такая дискриминация не по душе, но я бессилен что-либо предпринять
– Почему? – спросил Анджело.
– Первая проблема – найти владельца, который захочет продать вам дом Вторая – Ассоциация риэлтеров, которая устроит мне бойкот, если с моей помощью вы купите дом вне Кос-Коба. И уж конечно, банки найдут, к чему придраться в вашем заявлении на выдачу ссуды.
Анджело посмотрел на Синди и улыбнулся.
– Так-так-так. Откровенно говоря, мистер Скроудер, раньше мне было безразлично, будем мы жить в этом городе или нет. Но уж теперь, клянусь Богом, мы здесь поселимся. Где захотим. Хотите поспорить?
3
Старший брат Синди, Генри Моррис, возглавлял «Моррис майнинг». Анджело и Синди побывали в его доме в Питтсбурге после своей свадьбы, перед самым отъездом в Европу. После этого они виделись сними его женой не больше пяти раз. Моррисы посылали роскошные подарки детям Перино на их дни рождения и всей семье – на Рождество.
Генри получил свой пост по наследству. Он окончил Колорадскую горнодобывающую академию, отслужил лейтенантом морской пехоты во Вьетнаме. Ему не нравилось увлечение Синди автогонками и автогонщиками, но он ее этим не попрекал. Родился Генри на девять лет позже Анджело и наверняка предпочел бы увидеть на месте мужа своей младшей пестры другого человека, но не стал оспаривать ее выбор и после первой же встречи проникся к Анджело уважением.
Одного роста и веса с Анджело, Генри Моррис и манерами чем-то напоминал его. Разве что отдавал предпочтение более консервативному стилю, меняя деловой костюм на другую одежду только на поле для гольфа. Генри по-прежнему курил, но уже не две пачки в день, а меньше половины. Пил вино и пиво, крепкого не жаловал. Анджело находил его "лишком серьезным, но, поскольку другие недостатки отсутствовали, считал, что со свояком ему повезло.
За обедом в их нью-йоркской квартире с разрешения Анджело Синди рассказала брату о своих гринвичских злоключениях.
– Это ужасно, но, к сожалению, такие люди у нас еще не перевелись. Однако есть федеральные законы, запрещающие дискриминацию по месту жительства. Если вы решили там поселиться, иск в федеральный суд...
– Мне представляется, что есть более простой путь, – Анджело отпил виски. – Надеюсь, ты меня извинишь, но я навел кое-какие справки. Счета «Моррис майнинг» находятся в Объединенном банке Пенсильвании. Объединенный банк выдал кредит в тринадцать миллионов долларов компании «Байрам диджител экуипмент, инкорпорейтед», которая задерживает выплату процентов. Главный управляющий «Байрама» – некий Роджер Мердок. Он же председатель гринвичской организации республиканской партии, президент гринвичского исторического общества и так далее, и так далее. Я думаю, если шепнуть пару слов на ушко президенту банка, их могут услышать и в «Байрам диджител». В этом случае Мердок непременно позвонит президенту Ассоциации риэлтеров. Ты следишь за моей мыслью? Я могу вытащить их в суд, но так будет быстрее.
Генри Моррис улыбнулся.
– Не хотелось бы мне иметь такого противника, как ты, Анджело. Я могу сделать кое-что еще. Президенту Ассоциации риэлтеров позвонит губернатор штата.
Анджело поднял бокал.
– Если Моррисы и Перино не смогут сломить сопротивления Ассоциации риэлтеров маленького городка, хороши же мы будем. Тем более, что дело наше правое.
4
– Mille grazie, Signer DiCostanzo. Questo e per Lei. – Анджело через стол протянул старику продолговатый футляр. (Огромное вам спасибо, синьор Диконстанцо. Это для вас. (итал)).
Когда старик открыл его, внутри оказались золотые часы. Синьор Диконстанцо улыбнулся и отодвинул футляр.
– Это ни к чему.
Анджело вернул часы старику.
– Считаю своей честью отблагодарить вас за неоценимую помощь.
– Наши люди теперь могут жить, где хотят. – Синьор Диконстанцо хохотнул. – Ассоциации риэлтеров пришлось положить свои концы на наковальню, а мы прихлопнули их молотом. – Он поднял бокал вина. – Мы приняли ваше предложение.
Анджело кивнул, выпил.
– Я так и думал. Уэспы каждый день уезжают в Нью-Йорк на работу. Уопы остаются дома и правят городом. А когда вам отказывают в разрешении на строительство дома...
– Отказывают в четвертый раз, – вновь хохотнул Диконстанцо. – Законы у нас очень сложные и детализированные, так что никто не сможет правильно написать такое заявление. Мы утопим их в их же собственном бумажном дерьме. Да еще навалим сверху не одну тон ну.
– Синьор, я покупаю дом на Северной улице.
Моя жена и я сочтем за честь, если вы и ваша семья, а также ваши друзья будете нашими гостями в самое ближайшее время. Старик улыбнулся.
– Анджело, может, ты еще раз подумаешь, прежде чем приглашать нас?
– Мой дед был бутлегером, синьор. Он продавал спиртное первому Лорену Хардеману. А теперь я вице-президент «Вифлеем моторс». Внук бутлегера руководит компанией Номера Один. Как только мы переедем, так сразу устроим большой прием! Я ценю дружбу, синьор Диконстанцо. Я не поворачиваюсь спиной к моим друзьям после того, как воспользовался их помощью. А вы?
– Он говорит, что Гринвич уже никогда не будет таким, как раньше.
– Я очень на это надеюсь, – вставила Аманда. Грег ушел в пять вечера.
– Пора мне прекратить смотреть на твою юную модель, – вздохнула Синди. – Он меня возбуждает.
– Меня тоже, – призналась Аманда.
– Послушай, дорогая...
– Но нам неплохо и вдвоем...
Когда в начале седьмого звякнул дверной звонок, Синди убежала в ванную, чтобы одеться и подкраситься, прежде чем Анджело поднимется на лифте.
Анджело кивнул, когда Аманда предложила ему выпить коньяку, и долго смотрел на картину, стоящую на мольберте.
– Интересно...
– Думаю, я ее куплю, – сказала Синди.
5
Во время перерывов Грег не одевался. Обычно он подходил к мольберту и смотрел, что нарисовала Аманда. Когда Синди предлагала ему стакан «коки», он никогда не отказывался.
Ее поразила мысль о том, что шестнадцатилетний обнаженный юноша возбуждает ее куда больше, чем его возбуждает взгляд тридцатилетней женщины. Пару дней назад она смутилась, заметив, что он перехватил ее взгляд, брошенный пониже пупка, и снисходительно улыбнулся.
– Синди, – она просила называть ее по имени, – хотелось бы мне знать, что вы сделали с моим дядюшкой. Что бы это ни было, мне понравилось.
– Мы ничего не делали, – ответила она. – Просто обратились кое к кому, а уж те люди провели с ним соответствующую работу.
Глава 11
1978 год
1
За неделю до Рождества Анджело улетел в Лондон на встречу с британскими банкирами и дилерами, заинтересованными в продаже нового автомобиля «Вифлеем моторс» в автосалонах Англии и Шотландии. Переговоры отнимали много времени, но шли к успешному завершению.
– Хочу спросить вас вот о чем, – обратился к Анджело один из банкиров в «Королевском кафе», куда вся компания отправилась на ленч – Как будет называться новый автомобиль? Пожалуйста, скажите нам, что не «сандансер».
– Не «сандансер». Это я вам обещаю.
– Тогда как?
– У нас организована специальная группа, которая над этим работает
Да, они действительно организовали такую группу Лорен любил их организовывать Он признавал, что не очень-то разбирается в проектировании автомобилей, но уж в маркетинге полагал себя докой Лорен собрал группу, поставив задачу найти выигрышное название автомобиля при условии, что автомобиль этот сойдет с конвейера. А вот по этому поводу окончательное решение еще принято не было.
И зависело оно только от Лорена. После смерти Номера Один контроль над компанией перешел к нему. До Анджело доходили слухи о том, что старик лишил наследства Бетси и ее сына Лорена, но оглашение завещания не принесло сюрпризов, Бетси получила свою долю наследства. Как и княгиня Энн Алехина. Но и в этих условиях в руках Лорена остался контрольный пакет, складывающийся из его собственных акций и акций фонда Хардемана. Большинство попечителей фонда голосовало по указке Лорена.
В результате Лорен контролировал и совет директоров «Вифлеем моторс», который он сократил до пяти членов, оставив в нем себя, Роберту, Рэндолфа и Мюллера, соответственно исполнительного и административного директоров фонда, а также конгрессмена Брайли. Если бы Лорену хватило дури, он мог бы похоронить автомобильный проект и сосредоточить усилия, как он всегда и хотел, на производстве бытовой техники. Или мог продать компанию и удалиться от дел. Лорен мог сказать и сказал бы, что Номер Один оставил ему компанию, идущую ко дну, которую никто бы не спас, поэтому он решил не доводить семью до полного разорения и жить на то, что еще осталось от многомиллиардного состояния
Анджело прекрасно понимал, что со смертью Номера Один у него не оставалось ни малейших шансов на успешное завершение проекта, если бы Лорен Третий пожелал выйти из игры.
После ленча в «Королевском кафе» Анджело с двумя банкирами вернулся в Сити для продолжения переговоров. Около пяти вечера он поймал такси и попросил отвезти его на Риджент-стрит. Редко у кого не поднималось настроение при виде украшенной к Рождеству Риджент-стрит, поэтому Анджело решил пройтись до отеля пешком. В пять вечера в Лондоне в декабре уже темно, так что улица переливалась огнями праздничных гирлянд и вывесок. С Риджент-стрит он повернул на Пиккадилли, зашел в Барлингтон-Аркад, зашагал вдоль витрин расположенных там магазинчиков.
Анджело увидел ее. Роберта что-то покупала в магазине, торгующем изделиями из кашемира и шотландской шерсти. Она говорила ему, что подъедет в Барлингтон-Аркад около пяти и до его прихода будет заниматься покупками
Анджело знал, что ему не следует видеться с ней .Но у него были на то причины. Он понимал, что Роберта хитра. Лжива. Но отличало ее и честолюбие Анджело полагал, что сможет использовать Роберту в своих целях.
2
Остановилась она в «Хилтоне» и всякий вечер возвращалась в номер рано, дожидаясь шестичасового звонка из Детройта. Лорену Роберта сказала, что полетела в Лондон за рождественскими подарками. Хотела она и побывать в театрах. Лорен мог и не знать, что Анджело в эти дни тоже находится в Лондоне. Во всяком случае, она говорила ему, что весь день провела в магазинах, сейчас идет в театр, потом пообедает и около часу ночи ляжет спать. Лондонский час ночи соответствовал восьми вечера в Детройте, и Роберта знала, что к этому времени Лорен будет слишком пьян, чтобы звонить вновь.
Анджело остановился в отеле «Дьюкс» на площади святого Иакова, маленьком, старом, очень традиционном, о существовании которого он бы никогда не узнал, если в не рекомендация Энн, княгини Але – "хиной. Он прибыл в понедельник, за неделю до Рождества, и собирался улететь в Америку в четверг. Роберта находилась в Лондоне с пятницы и собиралась вернуться домой тоже в пятницу. Так что у них было три ночи.
– Я купила тебе подарок, – сказала Роберта, когда они выходили из Барлингтон-Аркад, и протянула Анджело коробку.
Они постояли, пока он открывал ее. Плащ от «Бурберри». Чек отсутствовал, но Анджело и так знал, что плащи от «Бурберри» не стоили дешевле пятисот долларов. «Ничего себе подарок», – подумал он.
– Я должна вернуться в номер и поговорить с Моим занудой. – Они уже шагали по улице. – Пообедаем вместе? Нам надо кое-что обсудить. Я хочу закончить все дела за обедом, чтобы ночью нам ничто не мешало трахаться.
Роберта поднялась в свой номер в «Хилтоне» дожидаться звонка Лорена, а Анджело спустился в бар «У Гарри», расположенный в подвале отеля «Парковая аллея», и заказал шотландского. Плащ он примерил. В самый раз. Теперь придется декларировать его в аэропорту Кеннеди, а потом объяснять Синди, что он купил плащ, потому что тот очень уж ему приглянулся.
Анджело не нравились его отношения с Робертой. С Бетси все было по-другому. От Роберты он не ждал ничего хорошего и не доверял ей. Не хотелось даже думать о том, какой шум она поднимет, если он покажет ей на дверь.
Потягивая виски, Анджело подумал о том, чтобы позвонить Синди. Не так давно ему стала известна ее маленькая тайна: она трахалась с фон Кайзерлингом. Но ему ли возмущаться? Бетси. Роберта...
Роберта, конечно, лишняя головная боль. Однако она могла принести пользу. Бетси... Господи! Да какой мужчина мог отказать Бетси? Но Синди, Синди, мать его детей. Более того, женщина, которую он любил. Любил, это Анджело мог сказать наверняка. И она любила его, в этом тоже сомнений не было. А если у Синди роман с Дицем, то ничего серьезного за этим не стоит: секс, и только. Анджело слишком часто оставлял ее одну. Чего же он мог ожидать?
Роберта переоделась, возможно, даже приняла душ. Она вплыла в бар с таким видом, словно это заведение принадлежало ей. Собственно, с таким видом она входила в любой бар или ресторан. Похоже, она купила у «Бурберри» два плаща и уже надела обновку: плащ такой же, как у Анджело, только женская модель. Роберта сняла плащ и небрежно бросила его на стул, оставшись в облегающем черном платье. Ее шею украшала тяжелая золотая цепочка.
Роберта приподняла цепочку правой рукой и улыбнулась.
– Ее подарил мне мой усопший муж. С крестом. – Она рассмеялась. – Можешь себе представить?
Роберта села рядом с Анджело, вплотную прижалась своей ногой к его ноге.
– Гленливит?
– Все, что рекомендует Гарри. Бар практически пустовал. Туристы или обедали, или шли в театры. Анджело просигналил бармену.
– Слушай, а я, между прочим, ужасно голодна, – заметила Роберта.
– Как насчет экзотической пищи?
– Почему нет?
– Хочешь поесть яичек барашка?
– Если ты будешь их есть, я составлю тебе компанию.
Когда бармен принес стаканы, Анджело попросил его позвонить в ливанский ресторан на Шеферд-Маркет и заказать столик на двоих, для него и его дамы.
3
Анджело заказал одну порцию бараньих яичек на двоих. Ели их скорее из спортивного интереса, хотя по вкусу они не уступали многим блюдам. На закуску в ресторане подавали и другие части барашка.
К яичкам Анджело добавил вяленую вырезку на хрустящей ливанской лепешке, в окружении греческих маслин, помидоров, редиски и морковки, с двумя бутылками превосходного ливанского вина.
– К делу. – Роберта съела два яичка, несколько оливок, запила их вином. – Лорен жаждет дать тебе пинка под зад.
Анджело взглянул на двух восточных людей за соседним столиком, стоящим так близко, что они не могли не слышать их разговор. Мужчины говорили по-арабски и не подали вида, что поняли насчет зада и пинка.
– Мне, между прочим, хочется того же. Так какие у него мысли?
– Он собирается выступить против нового автомобиля. Только ради того, чтобы досадить тебе. Других причин я не обнаружила.
– Прекрасно. Я построю автомобиль с кем-то еще. Обойдусь без «Вифлеем моторс». Роберта крепко сжала его руку.
– Я не хочу наблюдать, как два барана столкнутся лоб в лоб. Если до этого дойдет, я знаю, кто победит в конечном итоге, после того как вы изрядно потреплете друг друга. Дорогой, но ведь можно и обвести Лорена вокруг пальца. Ты получишь то, что хочешь, и используешь его компанию. Надо только положиться на ум, а не на силу.
Анджело вновь огляделся.
– Тут слишком людно, чтобы говорить о таких вещах.
Действительно, ресторан бурлил. Официанты носились между столиками. То и дело открывались новые бутылки. Среди сидящих за столиками примерно две трети составляли выходцы с Востока, и еще треть – туристы. Большие окна выходили на улицу, по которой прогуливались проститутки.
– Ты знаешь, что победишь. Вопрос лишь в том, оставишь ли ты моего мужа в покое, чтобы я могла кормить его с ложечки.
– Конкретней, Роберта.
– Хорошо. Проблема, как я тебе уже говорила, в нем самом. Надо сделать все, чтобы Лорен почувствовал себя важным и нужным. К примеру, название автомобиля. Если Лорен назовет его, он...
Анджело заулыбался.
– Ладно. Пусть название предложит Лорен. Мне, да и покупателям, полагаю, тоже, надоели вычурные названия: «пинто», «черджер», «Нью-Йоркец», «дастер», «старфайр», «импала». Однажды я слышал, как продавец говорил покупателю: "Это не «шевроле», это «импала». «Торнадо», «регал», «роудмастер»... Господи, можно продолжать до бесконечности Новый автомобиль... Я бы хотел назвать его «1800». По объему цилиндров, равному тысяче восьмистам кубическим сантиметрам.
Роберта нахмурилась.
– Просто «1800»?
– Не совсем. Добавим еще пару букв. «ВМ-1800». Вифлеем, штат Пенсильвания, это же надо! Номер Один назвал компанию в честь своего родного города, в котором никто не построил ни одного автомобиля. Название это висит на шее компании, как тяжелый камень. Лорен хочет выглядеть хозяином? Убеди его предложить директорам изменение названия компании. Если она будет называться «ВМ», то и автомобиль, соответственно, получит название «ВМ-1800».
Роберта облизала губы.
– Не пойдет. Я могу согласиться с тобой насчет вычурных названий, но американская публика еще не готова покупать автомобиль, в названии которого одни цифры. Надо его как-то назвать.
– Например?
Она улыбнулась, вероятно, ей в голову пришла смешная мысль, потом улыбка стала шире.
– Придумала. «Стэльен». В честь моего итальянского жеребца. Лорен предложит это название и никогда не догадается, что оно означает. Оно будет нашим секретом, и мы будем смеяться всякий раз, когда услышим его.
– Если Лорен догадается, если у него возникнет хоть малейшее подозрение, он зарубит весь проект.
– Поверь мне, не догадается. Предоставь это мне. Да, так мы и поступим. Лорен называет автомобиль. Он переименовывает компанию. Для него все это бальзам на душу. Его самолюбие будет удовлетворено. А он из тех, чье самолюбие нуждается в постоянной любви и ласке.
– И для этого не слишком много надо, так?
– Не держи Лорена за полного идиота.
– Да, он идиот только на пятьдесят процентов. Нет, не так. Он просто человек, об которого дед вытирал ноги. Вот у него и развилась привычка поступать точно так же с другими.
4
В элегантном маленьком номере отеля «Дьюкс» нашлось место и камину. Полешки уже лежали, так что Анджело оставалось лишь чиркнуть спичкой.
Пока он занимался камином, Роберта скинула черное платье, бюстгальтер и трусики, оставшись лишь в черном поясе и чулках.
– Я хочу сделать то, чего мы раньше не делали. Хочу доставить тебе новые ощущения. Скажи мне, Анджело, о чем ты мечтал, но никогда не делал?
– Знаешь, я сторонник обычного секса. И считаю, что лучше не придумаешь.
– Помнишь ту ночь, когда ты отшлепал меня? Тебе понравилось?
– Ну...
– Не нукай, негодяй. У меня на заднице остались синяки. Поэтому я очень надеюсь, что тебе понравилось. Говори! Понравилось?
– Роберта...
Она заулыбалась.
– Потом мне пришлось объяснять Лорену, откуда они взялись. Обычно по заднице била его я.
– Я бы лучше оттрахал тебя, Роберта.
– Естественно, это лучше! Но для начала надо, чтобы у тебя встало.
– У меня и так все стоит.
– Под одеждой не видно. Подавай посмотрим. – Она начала его раздевать. – О, мой Бог, действительно стоит.
Наконец он остался в костюме Адама, раздутый фаллос стоял практически под прямым углом.
– Дорогой, не хотел бы ты вставить его мне в зад?
– Ты когда-нибудь это делала, Роберта?
Она покачала головой. Лицо ее раскраснелось, на лбу выступили бисеринки пота. Он усмехнулся.
– Не стоит.
– Но почему? Ты думаешь, не влезет? Я...
– Я уверен, что к тебе влезет и пожарный гидрант. Дело не в этом. Просто потом мы не сможем потрахаться.
– О... ты хочешь сказать...
Анджело улыбнулся.
– Микрофлора этой части тела несовместима с микрофлорой той части тела, о которой я говорю. Ты лишь подцепишь влагалищную инфекцию. Мой отец – доктор. Он всегда говорил мне: «Делай, что хочешь, Анджело, только не это». Моя мать предполагала, что я стану священником. Отец знал, что такого не случится, поэтому дал практический совет.
Роберта рассмеялась.
– Ложись на спину, дорогой. А я заберусь на тебя. Пусть войдет поглубже, до самого пупка. А потом я высосу тебя досуха, пока ты уже не сможешь кончить и не взмолишься о пощаде. Ты запомнишь, что лучше женщины, чем Роберта, у тебя не было. Тем более, что я не единственная женщина с фамилией Хардеман, которую ты трахал.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?