Электронная библиотека » Харлан Кобен » » онлайн чтение - страница 4


  • Текст добавлен: 29 апреля 2015, 16:22


Автор книги: Харлан Кобен


Жанр: Зарубежные детективы, Зарубежная литература


Возрастные ограничения: +16

сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 4 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]

Шрифт:
- 100% +

Глава 8

– Мне надо вернуться в офис, – вдруг заявил Уиндзор.

– Ты не хочешь послушать, что скажет Эсперанса?

– Нет времени. – По его тону было ясно, что вопрос не обсуждается. Уиндзор взялся за дверную ручку. – Если понадобятся мои таланты, у меня есть сотовый.

Выходя, он столкнулся в дверях с Кримстайн. Она проводила его удивленным взглядом.

– Куда это он?

– В офис.

– Почему такая спешка?

– Я не спрашивал.

– Хм… – Эстер Кримстайн нахмурилась. – Уиндзор управлял банковским счетом, с которого пропали деньги.

– И что?

– Возможно, у него были причины заставить замолчать Клу Хейда.

– Смешно.

– По-вашему, он не способен на убийство?

Майрон не счел возможным ответить.

– Если хотя бы половина историй, которые я о нем слышала, правда…

– Не стоит доверять слухам.

Эстер смерила его уничижительным взглядом:

– Ладно. А если я вызову вас как свидетеля и спрошу, видели ли вы, как Уиндзор Хоум Локвуд-третий убивал людей, вы ответите?

– Нет.

– Ясно. Значит, лекцию по ложным показаниям вы тоже прогуляли.

– Когда я смогу увидеть Эсперансу? – Майрон не стал продолжать эту тему.

– Идемте. Она вас ждет.

Эсперанса сидела за длинным столом, все еще в арестантской робе, но уже без наручников. Смотрела перед собой с безмятежным выражением церковной статуи.

Эстер сделала знак охранникам, и они вышли. Когда дверь закрылась, Эсперанса улыбнулась Майрону:

– С возвращением.

– Спасибо, – ответил он.

Она с интересом вглядывалась в его лицо.

– Будь твой загар немного потемнее, ты сошел бы за моего братца.

– Спасибо.

– Вижу, ты не утратил обаяния в общении с женщинами.

– Спасибо.

Эсперанса чуть не рассмеялась. Даже в этой обстановке она была неотразима. Смуглая кожа и иссиня-черные волосы ярко выделялись на фоне оранжевой робы. А в глазах сиял такой озорной блеск, что сразу вспоминались тропические ночи и белоснежные парео.

– Как себя чувствуешь, получше?

– Да.

– Кстати, а где ты был?

– На Карибских островах.

– Все три недели?

– Да.

– Один?

– Нет.

Поскольку он не продолжил, Эсперанса требовательно обронила:

– Подробности.

– Я сбежал с одной очаровательной телеведущей, которую почти не знал.

Эсперанса улыбнулась:

– Она, как бы поделикатней выразиться, затрахала тебе мозги?

– Пожалуй.

– Рада слышать. Если кому-то и требовалась такая операция…

– Ну да, конечно, мне. На старшем курсе меня признали Лучшим парнем для траханья мозгов.

Эсперанса удовлетворенно кивнула. Она откинулась на стуле и небрежно скрестила ноги. Выглядело это в подобной ситуации очень странно.

– И ты никому не говорил, где был?

– Именно так.

– Но Уиндзор все равно нашел тебя за несколько часов.

«Удивляться тут нечему», – подумал он.

Они помолчали. Потом Майрон спросил:

– Ты в порядке?

– Вполне.

– Тебе что-нибудь нужно?

– Нет.

Майрон не знал, что говорить дальше, с какой стороны «подъехать» и как именно. Эсперанса снова взяла инициативу в свои руки.

– Значит, вы с Джессикой расстались? – спросила она.

– Да.

Он впервые произнес это вслух. Звучало необычно.

Эсперанса улыбнулась во весь рот.

– О, наконец-то хорошая новость, – произнесла она с торжеством. – Значит, и правда все кончено? Суперсука исчезла навсегда?

– Не называй ее так.

– Так навсегда?

– Наверное.

– Скажи «да», Майрон. Мне сразу станет легче.

Но он не смог.

– Я пришел не для того, чтобы говорить о себе.

Эсперанса молча скрестила руки на груди.

– Мы вытащим тебя отсюда, – твердо произнес он. – Обещаю.

Она кивнула с небрежным видом. Будь у нее в зубах сигарета, она бы выпустила пару дымовых колец.

– Лучше займись компанией. Мы и так потеряли слишком много клиентов.

– Плевать.

– А мне нет. – Ее голос стал жестким. – Я твой деловой партнер.

– Знаю.

– Послушай, мне принадлежит часть фирмы. Хочешь заниматься саморазрушением – ради Бога. Но не тащи за собой мою несчастную задницу, ясно?

– Ты неправильно поняла. Я просто хотел сказать, сейчас есть заботы поважнее.

– Нет.

– Что?

– У нас нет забот поважнее. Я хочу, чтобы ты в это не вмешивался.

– Не понимаю.

– Меня защищает один из лучших адвокатов в стране. Предоставь ей делать свою работу.

Майрон попытался переварить эти слова, но они застряли у него в горле, как сухая корка. Он нагнулся вперед:

– Что происходит?

– Я не могу об этом говорить.

– Почему?

– Эстер считает, я не должна говорить о деле ни с кем, даже с тобой. Наши беседы могут быть разглашены.

– Боишься, я кому-то расскажу?

– Да, если тебя вызовут как свидетеля.

– Я совру.

– Это ни к чему.

Майрон открыл рот и опять закрыл.

– Мы с Уиндзором можем помочь. У нас это неплохо получается.

– Без обид, Майрон, но Уиндзор – психопат. Я его люблю, но мне не нужна такая помощь. Что касается тебя… – Эсперанса помолчала, глядя в потолок, потом вздохнула и посмотрела ему в глаза. – Ты порченый товар. Я не виню тебя за то, что ты сбежал. Может, это к лучшему. Только не надо делать вид, будто с тобой снова все в порядке.

– Не в порядке, – кивнул Майрон. – Но я справлюсь.

Она покачала головой:

– Сосредоточься на «МБ пред». Тебе понадобятся все силы, чтобы удержать фирму на плаву.

– Так ты не скажешь, что произошло?

– Нет.

– Не понимаю почему.

– Я назвала причины.

– Ты действительно боишься, что я стану свидетельствовать против тебя?

– Я так не сказала.

– Тогда в чем дело? Если ты считаешь, что я просто не справлюсь, – ладно, проглочу это. Но тогда ты не стала бы от меня ничего скрывать. Наоборот, рассказала бы обо всем, чтобы я не блуждал впотьмах. Скажи мне наконец, что происходит?

– Поезжай в офис, Майрон. Хочешь помочь? Спаси наш бизнес.

– Ты его убила?

Майрон сразу пожалел о своих словах. Эсперанса дернулась так, словно он перегнулся через стол и влепил ей пощечину.

– Мне все равно, даже если так, – добавил он поспешно. – Что бы ни случилось, я с тобой. Ты должна это знать.

Эсперанса пришла в себя. Она отодвинула стул и встала. Пару секунд смотрела ему в лицо, словно пытаясь найти в нем что-то знакомое. Потом отвернулась, позвала охранника и вышла из комнаты.

Глава 9

Когда Майрон вернулся в офис, Большая Синди уже сидела за приемной стойкой. «МБ пред» находилась в очень выгодном местечке в центре города, прямо на Парк-авеню. Здание корпорации «Лок-Хорн» принадлежало семье Уина с незапамятных времен, когда его прапрапра и так далее дедушка построил его прямо на месте разрушенного вигвама. Майрон арендовал здесь помещение с огромной скидкой. Взамен позволял Уину вести финансовые дела всех своих клиентов. Для Майрона эта сделка была подарком судьбы. Офис в центре и поддержка почти легендарной фирмы Уиндзора Хорна Локвуда-третьего придавали его агентству умопомрачительную солидность, на которую вряд ли могла рассчитывать маленькая фирма.

«МБ пред» располагалась на двенадцатом этаже. Двери лифта открывались прямо в приемную. Очень круто. Телефоны трезвонили вовсю. Большая Синди отложила трубку и посмотрела на него. Выглядела она еще более дико, чем всегда. А это было не так-то просто. Начать с того, что вся мебель в комнате рядом с ней казалась лилипутской и ее колени буквально подпирали стол, словно у великовозрастного ученика, которого посадили за парту первоклассника. Переодеться она так и не удосужилась, и вчерашний макияж тоже был на месте. В другое время Майрон непременно отпустил бы какую-нибудь шпильку, но сейчас счел, что момент слишком неподходящий (и даже небезопасный).

– Пресса из кожи вон лезла, чтобы пробраться в офис, мистер Болитар, – сообщила Синди. Она любила формальный стиль. – Пара репортеров даже пыталась выдать себя за перспективных клиентов из Национальной ассоциации спорта.

Майрон не удивился.

– Я предупредил охрану, чтобы смотрели в оба.

– Звонило много клиентов. Они беспокоятся.

– Если снова позвонят, соедини меня с ними. Остальные подождут.

– Да, мистер Болитар.

Не хватало еще отдать честь. Синди протянула ему пачку отрывных листочков:

– Вот утренние звонки.

Майрон начал просматривать записки.

– В порядке информации, – продолжала Синди. – Сначала мы говорили клиентам, что вы уехали на один-два дня. Потом – на одну-две недели. Потом стали придумывать разные форс-мажорные обстоятельства: проблемы в семье, помощь больному клиенту и тому подобное. Но многим это надоело.

Майрон кивнул.

– Есть список тех, кто от нас ушел?

Синди уже держала его в руках. Она протянула ему листок, и он направился в свой кабинет.

– Мистер Болитар…

Он остановился.

– Да?

– С Эсперансой все будет нормально?

Опять этот детский голосок, словно принадлежащий кому-то другому: как будто сидящее перед ним чудовище проглотило ребенка и теперь тот молит о помощи.

– Да, Синди. С ней все будет хорошо.

– Вы ей поможете, правда? Даже если она не хочет?

Майрон слегка кивнул, но, заметив выражение лица Большой Синди, понял, что этого мало. Он добавил:

– Да.

– Хорошо, мистер Болитар. Это будет правильно.

Больше сказать было нечего, поэтому он вошел в свой кабинет. Майрон отсутствовал в нем шесть недель. Странное чувство. Он трудился в поте лица, чтобы создать свое агентство («МБ пред»: «Эм» значит Майрон, «Би» – Болитар; «пред» – представительство; клевое название, правда?), а потом взял и бросил. Просто бросил. Свой бизнес. Своих клиентов. Эсперансу.

В офисе произошла перестройка: отрезали часть конференц-зала, чтобы устроить кабинет для Эсперансы, но в комнате еще не поставили мебель. Значит, Эсперанса пользовалась его кабинетом.

Майрон сел за стол, и тут же зазвонил телефон. Некоторое время он не брал трубку, разглядывая «клиентскую стену» с фотографиями спортсменов, которых представляла «МБ». Его взгляд остановился на Клу Хейде. Снимок запечатлел его перед броском в круге подачи: он стоял в напряженной позе, подавшись вперед, со вздувшейся за щекой табачной жвачкой и, прищурившись, следил за знаком своего товарища, которому вряд ли собирался следовать.

– Что ты натворил на этот раз, Клу? – спросил он.

Фото промолчало, и, наверное, так было к лучшему. Но Майрон продолжал смотреть. Он вытаскивал Клу из стольких передряг, что в голове невольно вертелся вопрос: а если бы не уехал на Карибы, может, удалось бы вытащить его и из этой?

Бесплодные размышления – уж в чем в чем, а в этом Майрон всегда был силен.

Большая Синди включила внутреннюю связь.

– Мистер Болитар!

– Да?

– Вы сказали, чтобы я соединяла только с клиентами, но на линии Софи Майор.

Софи Майор была новым владельцем «Янкиз».

– Соедини.

Он услышал щелчок и сказал «алло».

– Господи, Майрон! Что у вас творится?

Софи Майор никогда не любила пустую болтовню.

– Я как раз пытаюсь с этим разобраться.

– Твою секретаршу обвиняют в убийстве Клу Хейда!

– Эсперанса – мой партнер, – поправил он, сам не зная зачем. – И она никого не убивала.

– Я сижу тут с Джаредом.

Джаред – ее сын и генеральный соуправляющий клуба «Янкиз». Приставка «со» означает «я ничего не смыслю в бизнесе, потому что меня пристроили сюда по блату», а имя Джаред – что он родился после 1973 года.

– Нам надо что-то объяснить прессе. – Софи вздохнула.

– Не уверен, что могу чем-то помочь, миссис Майор.

– Вы говорили, с Клу все в порядке, Майрон.

Он промолчал.

– Наркотики, пьянство, загулы, проблемы, – продолжала Софи Майор. – Вы сказали, все в прошлом.

Майрон уже начал оправдываться, но потом передумал.

– Лучше, если мы поговорим об этом при личной встрече, – предложил он.

– Мы с Джаредом сейчас вместе с командой в Кливленде. Прилетим домой сегодня вечером.

– Как насчет завтра утром? – спросил он.

– Мы будем на стадионе, – ответила она. – Ровно в одиннадцать.

– Я приеду.

Майрон дал отбой. Большая Синди немедленно соединила его с клиентом.

– Майрон слушает.

– Где вы были, черт возьми? – послышался в трубке голос Марти Тауэя, защитника «Викингов».

Майрон набрал побольше воздуха и произнес импровизированную речь: мол, все в порядке, я вернулся, дела идут отлично, на носу выгодный контракт, куча рекламных предложений, беспокоиться абсолютно не о чем и бла-бла-бла.

Но Марти был тертый калач.

– Майрон, какого дьявола? Я пришел в «МБ пред», потому что не хотел иметь дело со всякой шушерой. Мне нужен настоящий крутой босс. Понимаете, о чем я?

– Конечно, Марти.

– Эсперанса – милая девушка и все такое. Но она – не вы. А я нанял вас. Вам понятно?

– Марти, я уже дома. Все будет хорошо, обещаю. Кстати, вы будете в городе ближайшие пару недель?

– Через две недели мы играем с «Джетс».

– Отлично. Тогда встретимся на игре, а потом вместе пообедаем.

Повесив трубку, Майрон сообразил, что совсем отстал от жизни и уже не помнит, прошел ли Марти в профессиональную лигу или только выставил свою кандидатуру на драфт.

В следующие два часа звонки шли непрерывным потоком. Большую часть клиентов удалось успокоить. Некоторые артачились. Но никто больше не ушел. Конечно, толком он ничего не уладил, однако кровь уже не хлестала из раны, как раньше, а текла тоненькой струей.

Большая Синди постучала и открыла дверь.

– У нас проблемы, мистер Болитар, – произнесла она.

В комнату хлынул жуткий, но хорошо знакомый запах.

– Какого дьявола… – начал Майрон.

– Прочь с дороги, чертово отродье! – рявкнул кто-то за спиной Синди.

Майрон попытался разглядеть, кто это, но Большая Синди заслоняла ему обзор, словно солнечное затмение. Наконец она отступила в сторону, и в кабинет ворвалась та самая парочка копов в штатском, которую они видели в суде. Старший, лет пятидесяти с лишком, с мутным взглядом и физиономией человека, которому осточертело все на свете: один из тех типов, которые всегда выглядят небритыми, даже если только что побрились. Рукава плаща едва доходили ему до локтей, а на ботинках красовалось больше вмятин и морщин, чем на бейсбольном мяче после матча. Второй был помоложе, но, как говорится, без слез не взглянешь. Майрону он напомнил увеличенные снимки педикулеза, которые печатают в медицинских справочниках. Молодой коп щеголял в светло-сером костюме с жилеткой – прямо-таки полицейский-денди! – и пестром галстуке в духе «Луни Тьюнс», модном году так в 1992-м.

Крепкий запах начал оседать на стенах.

– Обыск, – пробурчал старший. Он не жевал во рту сигару, хотя она просилась ему в рот. – И не надо орать: «Вы не имеете права». Мы сотрудничаем с Майклом Чэпменом, Северный Манхэттен, если что не так, звоните ему. А теперь уберите свою чертову задницу с кресла и не мешайте работать.

Майрон сморщил нос:

– Господи, кто из вас надушился одеколоном?

Педикулезный коп покосился на напарника. Его взгляд ясно говорил: я готов лечь за товарища на амбразуру, но не вешайте на меня еще и этот запах. Понятное дело.

– Заткни пасть, – буркнул старший. – Меня зовут детектив Уинтерс…

– Правда? Мама назвала вас Детективом?

Глубокий вздох.

– …а это детектив Мартинес. Топай отсюда, умник.

У Майрона запершило в горле.

– Уинтерс, мой вам совет: никогда не пользуйтесь одеколоном для бортпроводников.

– Проваливай, остряк!

– Серьезно, как он называется? Жидкость для полировки?

– Да ты просто комик, Болитар. Когда я вижу таких шутников, всегда жалею, что они не развлекают тюремный персонал в Синг-Синг.

– Вы вроде уже делали тут обыск?

– Делали. А теперь займемся бухгалтерией.

– Может, он справится один? – Майрон ткнул пальцем в Педикулезного.

– Что?

– Этот запах потом сто лет не выветрится.

Уинтерс вынул пару латексных перчаток, чтобы не оставить отпечатков пальцев. Он натянул их с демонстративным видом, пошевелил пальцами и усмехнулся.

– Хотите, чтобы я нагнулся и раздвинул ягодицы? – Майрон подмигнул.

– Нет.

– Черт, а я уже надеялся на новое свидание.

Хотите взбесить копа? Используйте «голубой» юмор. Майрон еще не встречал полицейского, который не был бы ярым гомофобом.

– Мы устроим здесь побоище, приятель! – прорычал Уинтерс.

– Сомневаюсь, – возразил Майрон.

– То есть?

Майрон встал и потянулся к одному из стеллажей.

– Эй, здесь ничего нельзя трогать!

Не обращая на него внимания, Майрон достал маленькую видеокамеру.

– Просто хочу запечатлеть ваши действия. Сейчас столько мошенников в погонах, а мы не хотим недоразумений. – Он включил камеру и направил на детектива. – Не так ли?

– Верно, – ответил Уинтерс, глядя прямо в объектив. – Никаких недоразумений.

Майрон приник к видоискателю.

– В кадре вы как живой. Когда будем просматривать запись, наверняка почувствуем запах.

Педикулезный с трудом подавил улыбку.

– Пожалуйста, не мешайте нам работать, мистер Болитар, – произнес Уинтерс.

– Конечно. Мистер Покладистый – так меня прозвали в детстве.

Обыск заключался в том, что копы брали все бумаги, какие попадались им под руку, и укладывали в картонные коробки. Они совали свои латексные лапы в каждую щель, и Майрону казалось, что их пальцы бегают прямо по его телу. Странная это вещь – виновность. Он знал, что с бумагами все в порядке, но все равно чувствовал себя жутко уязвимым.

Майрон передал камеру Большой Синди и стал звонить клиентам, оставившим агентство. Большинство не брали трубку. А кто брал, отвечали уклончиво. Майрон не настаивал, зная, что малейший напор вызовет ответную агрессию. Он просто сообщил, что вернулся к работе и готов встретиться в любое время. Бывшие клиенты только мямлили и хмыкали. Ничего удивительного. Потребуется время, чтобы вернуть их доверие.

Копы закончили работу и удалились, не попрощавшись. Что за манеры!.. Майрон и Большая Синди посмотрели на закрывшийся лифт.

– Трудновато будет, – заметил Майрон.

– Что?

– Работать без бумаг.

Синди расстегнула сумочку и показала компьютерные диски.

– Все здесь.

– Все?

– Да.

– Ты скопировала всю информацию на диски?

– Да.

– Письма, корреспонденция – я понимаю, но мне нужны контракты…

– Здесь все, – повторила она. – Я купила камеру и скопировала каждую бумажку в офисе. Резервные данные хранятся в депозитном ящике в «Ситибанке». Я обновляла диски каждую неделю. На случай пожара и другого форс-мажора.

Она расплылась в улыбке, и на этот раз Майрону почти удалось не вздрогнуть.

– Большая Синди, ты – удивительная женщина.

Хотя ее лицо было размалевано, как маскарадная маска, ему почудилось, что она покраснела.

Зазвонил телефон внутренней связи. Синди сняла трубку.

– Да? – Ее лицо стало серьезным. – Да, пропустите.

– Кто это?

– Вас хочет видеть Бонни Хейд.

Большая Синди провела вдову Хейд в кабинет. Майрон стоял за своим столом, не зная, как себя вести. Он надеялся, что она сама сделает первый шаг, но этого не произошло. Бонни Хейд отпустила длинные волосы, и на секунду ему показалось, что он снова перенесся в Дьюк[8]8
  Имеется в виду Университет Дьюка в штате Северная Каролина.


[Закрыть]
. Клу и Бонни сидели на кушетке в подвале студенческой общаги рядом с бочкой пива, на Бонни был серый свитер, она поджала ноги по-турецки, а Клу обнимал ее за плечи.

Майрон сглотнул комок в горле и шагнул к ней. Бонни отшатнулась и закрыла глаза. Она остановила его движением руки, словно не могла вынести близости Майрона. Он застыл на месте.

– Соболезную, – пробормотал Майрон.

– Спасибо.

Они стояли молча, как два танцора в ожидании музыки.

– Можно сесть? – спросила Бонни.

– Конечно.

Она села. Майрон помедлил и шагнул назад к своему столу.

– Когда ты вернулся? – спросила она.

– Вчера вечером. Я ничего не знал про Клу. Прости, что меня не было с тобой.

Бонни склонила голову набок:

– Почему?

– То есть?

– Почему ты жалеешь, что тебя не было здесь? Что бы ты мог сделать?

– Как-нибудь помочь… – Майрон пожал плечами.

– Как?

– Не знаю, что ответить, Бонни. Чувствую себя полным дураком.

Минуту она смотрела на него с вызовом, потом опустила глаза.

– Я бросаюсь на всех, кто попадает под руку, – пробормотала Бонни. – Не обращай внимания.

– Бросайся, если хочешь. Я не возражаю.

Бонни чуть заметно улыбнулась.

– Ты хороший парень, Майрон. И всегда им был. Даже в Дьюке я чувствовала в тебе что-то… не знаю, как сказать… что-то благородное.

– Благородное?

– Звучит глупо, правда?

– Глупей некуда, – усмехнулся он. – Как мальчики?

Она пожала плечами:

– Томми только восемнадцать месяцев, он еще ничего не понимает. А Чарли уже четыре, и ему пришлось несладко. Я отправила его к своим родителям.

– Прости за шаблонную фразу, – начал Майрон, – но если я могу тебе чем-то помочь…

– Можешь.

– Чем?

– Расскажи мне об аресте.

– Что именно? – Майрон прочистил горло.

– За последние несколько лет я не раз виделась с Эсперансой. Мне трудно поверить, что она могла убить Клу.

– Она не убивала.

– Почему ты так уверен? – Бонни прищурилась.

– Я знаю Эсперансу.

– И все?

Он кивнул:

– Пока да.

– Ты с ней говорил?

– Да.

– И?

– Я не могу раскрывать все детали…

«Разумеется, ведь я сам их не знаю: спасибо, Эсперанса, за то, что ничего не рассказала».

– Но она его не убивала, – закончил он.

– А как насчет улик, которые нашла полиция?

– Пока ничего не могу об этом сказать, Бонни. Но Эсперанса невиновна. Мы найдем настоящего убийцу.

– Ты говоришь так уверенно…

– Потому что я действительно уверен.

Они снова замолчали. Майрон ждал, прикидывая, как поступить дальше. У него на языке вертелось несколько вопросов, но как-никак, а женщина только что потеряла мужа. В таких случаях каждое слово – шаг по минному полю.

– Я займусь этим убийством, – добавил Майрон.

– Что значит «займусь»?

– Начну расследование.

– Но ты спортивный агент.

– У меня есть некоторый опыт.

– Уиндзор тоже?

– Да.

Она кивнула, словно для нее внезапно что-то прояснилось.

– От Уиндзора у меня всегда бегут мурашки по спине, – заметила она.

– Это нормальная реакция.

– Значит, ты хочешь выяснить, кто убил Клу?

– Да.

– Понимаю. – Бонни шевельнулась в кресле. – Скажи мне одну вещь, Майрон.

– Спрашивай.

– Что для тебя важнее – найти убийцу или вызволить Эсперансу?

– И то и другое.

– А если не получится? Если окажется, что Эсперанса действительно виновна?

«Пришло время лгать», – подумал Майрон.

– Тогда она ответит перед законом.

– Желаю удачи. – Бонни усмехнулась, словно видела его насквозь.

Майрон положил ногу на ногу.

«Действуй мягче», – велел он себе.

– Можно тебя кое о чем спросить?

– Разумеется. – Она пожала плечами.

«Мягче, мягче», – настраивал себя Майрон.

– Прости, если это покажется тебе неуважительным, Бонни. Я не хочу лезть не в свое дело…

– С тактом у тебя всегда было плохо, Майрон. Я слушаю.

– У вас с Клу были проблемы?

– А когда их не было? – Она печально улыбнулась.

– Я слышал, на этот раз все зашло гораздо дальше.

– Так-так… – Бонни сложила руки на груди. – Не успел вернуться, а уже в курсе всего. Быстро работаешь, Майрон.

– Клу говорил об этом Уиндзору.

– Так что ты хочешь узнать?

– Ты подала на развод?

– Да.

«Никаких колебаний», – мысленно отметил Майрон.

– Можешь рассказать, что произошло?

В соседней комнате пронзительно запищал факс. На столе беспрерывно звонил телефон. Майрон не боялся, что их кто-нибудь прервет. Синди несколько лет работала вышибалой в баре для садомазохистов – в нужный момент она могла быть страшнее разгневанного носорога. Впрочем, и в ненужный тоже.

– Почему ты спрашиваешь? – спросила Бонни.

– Потому что Эсперанса не убивала Клу.

– Ты твердишь это словно заклинание, Майрон. Чем чаще повторяешь, тем больше веришь, так, что ли?

– Я верю в любом случае.

– И что дальше?

– Если она не убивала, значит, это сделал кто-то другой.

– Если убила не она, значит, кто-то другой? – задумчиво повторила Бонни. – Вижу, ты не шутил насчет опыта. Какое мастерское умозаключение!

– Я просто пытаюсь понять, кто мог его убить.

– Расспрашивая о нашем браке?

– О неурядицах в его жизни.

– О неурядицах? – Бонни издала смешок. – Майрон, мы же говорим о Клу. Он сам был одна сплошная неурядица. Ни минуты спокойной жизни.

– Долго вы были вместе?

– Ты знаешь.

«Я знаю».

…Первый курс в Дьюке. Бонни явилась в общагу в вязаном свитере и жемчужных серьгах, с прической «конский хвост». Майрон и Клу тягали пивную бочку. Майрону нравилось упражняться с бочкой – это занимало много времени и позволяло меньше пить. Только не подумайте ничего такого. Майрон пил. В то время в колледже по-другому было нельзя. Но получалось это у него неважно. Он всегда искренне недоумевал: что же люди находят такого замечательного в легком умопомешательстве, происходящем между трезвостью и рвотой? Тем более что для него промежуток получался совсем коротким. Наверное, что-то с генами. Зато в последние месяцы это его спасло. Прежде чем сбежать с Терезой, он попытался прибегнуть к старому доброму способу и утопить свои печали в вине. В результате его выворачивало раньше, чем он успевал как следует забыться.

В общем, спиться у него не получилось.

Что касается знакомства Бонни и Клу, произошло оно очень просто. Бонни вошла. Клу выглянул из-под бочки и застыл с таким видом, словно Капитан Марвел шарахнул его молнией. «Вау», – выдохнул он, и пиво из бочки хлестнуло на пол, и без того залитый так, что в его лужах захлебывались крысы. Потом Клу перелез через стойку, подошел, пошатываясь, к Бонни, упал на одно колено и сделал предложение. Три года спустя они оформили это официально.

– И что могло случиться после стольких лет?

Бонни потупилась.

– К убийству это не имеет никакого отношения, – буркнула она.

– Хорошо. Но мне надо составить полную картину его жизни, исследовать все возможности…

– Перестань, Майрон. Я сказала: наша ссора никак не связана с убийством. И покончим с этим, ясно?

Он поджал губы и скрестил руки на груди, потом облокотился на стол.

– Раньше ты выгоняла его из-за другой женщины.

– Не из-за женщины, Майрон. Из-за женщин. Множественное число.

– Так же было и на этот раз?

– Он дал зарок насчет женщин. Обещал, что больше этого не случится.

– И нарушил обещание?

Бонни не ответила.

– Как ее звали?

– Откуда мне знать? – Ее голос звучал очень тихо.

– Но у него был кто-то другой?

Снова молчание. Все ясно. Майрон мысленно попытался влезть в шкуру адвоката. Роман Клу на стороне – хорошая новость для защиты Эсперансы. Чем больше разных мотивов для убийства, тем больше «обоснованных сомнений» у суда. Может, Клу убила любовница, потому что он хотел остаться с Бонни? Или Бонни – из чувства ревности? Да еще история с деньгами. Было ли о них известно жене или подружке? Могли деньги стать мотивом для убийства? Да, Эстер Кримстайн это понравится. Завалите суд дополнительными обстоятельствами, как следует взмутите воду, и оправдательный приговор вам обеспечен. Простейшая формула: неясность в деле ведет к разумному сомнению, а разумное сомнение – к вердикту «невиновен».

– У него раньше были интрижки на стороне, Бонни. Что изменилось сейчас?

– Слушай, Майрон, уймись. Клу еще даже не успели похоронить.

Он дал задний ход:

– Извини.

Бонни отвела глаза. Ее грудь тяжело вздымалась, а голос предательски дрожал.

– Знаю, ты хочешь помочь, – пробормотала она. – Но развод… Рана еще слишком свежа.

– Понимаю.

– Если у тебя есть еще вопросы…

– Я слышал, Клу провалил тест на наркотики.

Снова шаг вперед.

– Я знаю только то, что прочла в газетах.

– Клу говорил Уиндзору, что его подставили.

– Подставили?

– Да. Клу уверял, что чист. Что ты об этом думаешь?

– Думаю, Клу был той еще задницей. Мы оба в курсе.

– Выходит, он снова начал принимать?

– Не знаю. – Она проглотила комок в горле и с трудом заставила себя посмотреть в глаза Майрону. – Мы не виделись с ним несколько недель.

– А до этого?

– Вроде был нормальный. Но он всегда умел отлично притворяться. Помнишь, как мы прижали его три года назад?

Майрон кивнул.

– Сколько было крику, слез! Все умоляли его остановиться. И Клу сдался. Плакал как ребенок, говорил, что хочет изменить свою жизнь. А через два дня подкупил охранника и удрал из реабилитационного центра.

– Думаешь, он просто маскировал симптомы?

– Вероятно. У него это отлично получалось. – Она помолчала. – Хотя я так не думаю.

– Почему?

– Не знаю. Может, просто хотела в это верить. Но мне действительно показалось, что на этот раз с ним все в порядке. Раньше я всегда чувствовала, что Клу по сути не изменился, только разыгрывает роль для меня и детей. А тут он был настроен серьезно. Словно понял, что это его последний шанс. Старался, как никогда в жизни. И я решила, что он и вправду завязал. Но потом что-то толкнуло его назад…

Голос Бонни оборвался, ее глаза наполнились слезами. Очевидно, она подумала о том, что могла сама дать ему этот толчок: если Клу действительно завязал, то она, выгнав его из дома, возможно, снова бросила супруга в объятия порочной страсти. Майрон чуть было не начал уверять, что это не ее вина, но сдержался.

– Клу всегда в ком-то нуждался, – продолжала она. – В жизни не видела более зависимого человека.

Майрон понимающе кивнул.

– Сначала мне это нравилось – то, что я ему так нужна. Но в конце концов я просто надорвалась. – Она устало посмотрела на Майрона. – Сколько раз мы вытаскивали его из передряг?

– Без конца, – признал он.

– Мне тут пришло в голову… – Она выпрямилась в кресле, и ее взгляд немного прояснился. – Может, мы сами оказали ему медвежью услугу? Если бы Клу не знал, что мы в любой момент придем на помощь, возможно, он сумел бы измениться. Наверное, мне надо было выгнать его еще несколько лет назад. Тогда он сразу взялся бы за ум и был бы теперь жив.

Майрон промолчал, хотя мог бы возразить, что она противоречит себе: ведь в конце концов она его все-таки выгнала, и он сразу погиб.

– Ты что-нибудь знала про двести тысяч долларов? – спросил Майрон.

– Услышала об этом от полиции.

– Не в курсе, куда они делись?

– Нет.

– А зачем они ему понадобились?

– Тоже нет. – Она говорила отрешенным голосом, блуждая взглядом по комнате.

– Может быть, для наркотиков?

– В газетах писали, в его крови обнаружили героин, – заметила она.

– Потому и спрашиваю.

– Раньше Клу его не употреблял. Я знаю, героин стоит дорого, но все-таки двести тысяч – это слишком.

«Вот именно», – подумал Майрон.

– Может, у него были проблемы?

Бонни вопросительно посмотрела на него.

– Я хочу сказать – помимо обычных, – пояснил он. – Крупные долги, азартные игры или что-то вроде того?

– Возможно.

– Но тебе об этом неизвестно?

Она покачала головой, все еще глядя куда-то за его плечо.

– Знаешь, о чем я думаю?

– О чем?

– Вспоминаю первый год Клу в профессиональной лиге. Класс «А» в «Бизонах Новой Англии». Сразу после того, как он попросил тебя заключить контракт. Помнишь?

Майрон кивнул.

– На этот счет мне тоже кое-что пришло в голову.

– Что?

– Это был первый раз, когда мы все бросились ему на помощь.

…Звонок поздней ночью. Майрон с трудом проснулся и нащупал трубку. Клу был почти невменяем, он кричал и плакал. Они ехали втроем: Клу, Бонни и его старый друг по Дьюку Билли Ли Пэлмс, кэтчер из «Бизонов». Все трое были пьяны. Клу врезался в столб. Билли Ли отделался ушибами, а Бонни увезли в больницу. Клу, не получившего ни одной царапины, тут же арестовали. Майрон взял пачку денег и помчался в западный Массачусетс.


Страницы книги >> Предыдущая | 1 2 3 4 5 | Следующая
  • 0 Оценок: 0

Правообладателям!

Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?


Популярные книги за неделю


Рекомендации