Текст книги "Путь мертвеца"
![](/books_files/covers/thumbs_240/put-mertveca-36695.jpg)
Автор книги: Игорь Борисенко
Жанр: Фэнтези
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 7 (всего у книги 26 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
– Зачем ему это? – простодушно пророкотал Бьлоргезд, капая на голое брюхо вином из кубка.
– Хотя бы затем, чтобы насолить нам! – взвизгнул Фонрайль. Рэмарде повелительно протянул руку в его сторону, и сухонький старец заткнулся, кутаясь в свой балахон.
– Довольно разговоров! – старший брат смел с лица улыбку и превратился в грозного повелителя, перед которым дрожат все до одного подданные. Нахмурив брови, он пристально поглядел на Девлика и строго спросил его:
– Итак, хочешь знать, какая судьба ждет тебя, норг?
– Служить вам, служить до тех пор, пока тело мое не рассыплется в прах! Пока гниющее мясо не свалится с кости, пока кости не лопнут, не в силах носить свой груз! Жду вашего приказа!
– Так, так. Ты его немедленно получишь, потому как время не ждет ни тебя, ни нас. Энгоард, оплот Белой нечисти, был ранен в сражении, в котором ты сыграл немаловажную роль, однако, боюсь, что рана эта оказалась пустяковой. Пока орманы пируют, упиваясь своей победой, Тарерик спешно собирает новую армию. В последнее время Император слишком постарел и потерял былую хватку, но теперь, после того, как от страны отхвачен большой кусок, некоторые видные вельможи убиты, он очнулся от своего сна наяву и готовится всерьез вступить в войну. Он уже собрал новую, огромную рать, а его дети ведут на встречу с войском Черных отряды гвардии, которые сами по себе стоят целых армий. Скоро грянет сражение, и по сравнению с ним только что минувшая схватка покажется нам деревенской дракой! Возвращайся обратно и готовься к новому противостоянию Белым магам. Все твои таланты до единого окажутся востребованными! Отдай всего себя и помоги нам победить!
– Да, мой господин! – Девлик раболепно согнулся, всячески выражая готовность исполнить приказ господина. Рэмарде возвышался над ним, как скала – огромный, властный, могучий!
– Пусть будет море крови! Рви их на части зубами, если другие возможности будут исчерпаны! – вставил свое слово Бьлоргезд. Взмахнув рукой, он обрушил на подлокотник кубок и разбил вдребезги его ножку.
– А лучше – ударь в спину! Подкрадись и передуши их во сне! Предай, обмани! – взвизгнул Фонрайль, высовывая нос из недр балахона и тут же засовывая его обратно.
– Слушаюсь! Слушаюсь! – как эхо, повторял шелестящий голос мертвеца.
– С этим иди! Великая Необходимость зовет тебя! – закончил речь Рэмарде и взмахнул рукой. Его широкий рукав встрепенул воздух, разгоняемый только опахалами рабынь, больше обычного. Как порыв ветра, повелительно посылающий в бой. Не переставая кланяться, Девлик попятился назад. Он протиснулся между парящими глыбами льда, обдавшими тело липким влажным подобием прохлады, которую невозможно было почувствовать мертвецу. Постепенно троны пропадали в мутном сером мареве, тускло подсвеченном зелеными и фиолетовыми огнями. Когда мертвый глаз не мог уже различить ни одного Старца, даже их тронов, Девлик наконец разогнулся. Стоило ему повернуться, воздух вокруг него закрутило, словно он угодил в вихревой столб. Темнота едва заметно бурлила, смывая все признаки реальности Вечногорящего мира и заменяя его обычной реальностью, откуда начал свой путь Сорген. В ночи, на склоне безвестного холма, под непроглядным небом и с горящими далеко впереди редкими кострами он очутился снова посреди Энгоарда, около разграбленного дворца Бартресов. Теперь у него снова была четкая цель, в исполнении которой он не мог колебаться ни мгновения – даже если бы захотел. Тело само двигалось вперед, а в мозгу клубились, выстраиваясь в четкий порядок, нужные мысли. Сорген, в ужасе наблюдая это как бы со стороны, был тараканом, забившимся в щелку. Оттуда он мог только видеть, как чужая воля хозяйничает в его доме, но не мог вмешаться.
Это было ужасное, дикое ощущение – осознавать, что ты превратился в жалкую марионетку, ногами и руками которой дергают кукловоды. Впрочем, гораздо страшнее и невыносимее было лишиться возможности мыслить, разделиться внутри себя на две половины. Все это так походило на кошмарный сон, так угнетало и томило остатки личности Соргена… Теперь он был готов пойти на что угодно, лишь бы избежать того состояния, в каком очутился. Но как?? Как? Увы, никакого выхода у него больше не было. Кроме необъяснимой надежды на чудо, переполнившей вдруг его в тот момент, когда он решил вонзить себе в грудь заколку Изуэли. Тогда он будто бы увидел свет… Призрак, угнездившийся под куполом шатра и поощряющий принятое решение? Или то было другое, непонятное наваждение… Тогда его затопило осознание правильности выбора, безбрежное упование на таинственное спасение, ждущее в скором будущем. Сейчас он проклинал собственную глупость и поспешность. Больше похоже на злую волю, двигавшую им в тот момент. Кто мог подстроить это? Кто угодно! Белые маги, притаившиеся в лагере пирующих и потерявших всякую бдительность победителей. Уже не раз они пытались морочить ему голову в битвах, и довольно удачно. А если нет, то могли найтись «доброжелатели» и из противоположного лагеря. Кривые взгляды Земала и Бейруба никогда не обещали радости и спокойной жизни.
Все стенания, которые он мог излить из себя, уже ничего не изменят, но они – единственное, что осталось ему. Унылые раздумья о горькой судьбе, поиски виновных, безвольное наблюдение над тем, что творится вокруг. И так до тех пор, пока он не сойдет с ума. Хотя, может ли он сойти с этого ума – ведь большая часть отобрана существом по имени Девлик, мертвой машиной для исполнения приказов Черных Старцев. Значит, он лишен даже этого? Даже такой спасительной мелочи?? Как же это гнусно и страшно! Глупец! Мальчишка! Все те слова, которыми наградили его торжествующие хозяева, еще слишком слабы и убоги.
Раздираемый мучениями внутри и каменно спокойный снаружи, мертвец подошел к шатру. За время его отсутствия ночь подошла к концу, и далеко на востоке уже растекалось по небу мутное серое пятно восхода. У входа на корточках дремал Ули, наемник. От гулких, хорошо слышимых в утренней тишине шагов Девлика он подскочил, хлопая ресницами и вращая головой. Тем не менее, в руках тут же очутился короткий меч, готовый к схватке.
– Стой! – рявкнул Ули, но тут же осекся, осознав свою ошибку. Быстро опустив меч, наемник склонил голову, но Девлик, не обращая на него внимания, оттолкнул Ули с пути и исчез внутри шатра. Там было совершенно темно, однако мертвым глазам, как оказалось, не нужен свет. Он прекрасно разглядел лужу собственной крови рядом с сундуком и обезглавленный труп Изуэли за ширмой, наполовину поваленной и разорванной. Девлик равнодушно прошел мимо тела женщины и откатил прочь ее голову, попавшую под ноги. Рядом с матрасом он нашел пояс, меч и плащ – больше его здесь ничего не интересовало. Ни еда, ни питье, ни доспехи более ему не понадобятся. Разве что еще магические принадлежности в одном из отделений сундука… но о них есть кому позаботиться. Быстрым и целеустремленным шагом мертвец покинул шатер. На пороге он неожиданно замер, словно вспомнив нечто едва не позабытое. Повернув бескровное лицо к дрожащему, как последний желтый лист на березе, наемнику, Девлик прошептал:
– Эй, ты!
– Я слушаю, хозяин! – пискнул Ули.
– Все вы, все до одного, должны ждать меня здесь. Передай это Грималу. Я вернусь еще до того, как наступит зима. Каждый, кто ослушается и сбежит, будет мечтать о смерти.
Не слушая бессвязного ответа, Девлик отправился на вершину холма. Там, на пожелтевшем, истертом многочисленными ногами и копытами лугу паслись стреноженные кони. Под попонами рядом лежали седла и упряжи – мертвец выбрал из них свои, потом приблизился к Дикарю. Сначала сонный конь потянулся к нему, однако через мгновение глаза его распахнулись, и он с тонким визгом отскочил прочь. Прядая ушами, Дикарь неуклюже пятился до тех пор, пока твердая рука мертвеца не настигла его и не схватила грубо за гриву. По шкуре коня прошла волна крупной дрожи, после чего он сник и понуро дал себя взнуздать. Казалось – еще немного, и он упадет, подогнет трясущиеся колени. Резкими движениями мертвец расцарапал шкуру, когда надевал узду, едва не разорвал губу, вставляя удила. Так же грубо он водрузил седло и затянул подпругу, которая глубоко впилась в грудь коня. Распутав ремни на передних ногах Дикаря, Девлик бросил их тут же, а сам вскочил в седло. Его окованные бронзой каблуки впились в бока скакуна: конь всхрапнул и совершил первый, огромный прыжок. Впереди их ждала длинная дорога; ветер бил прямо в лицо, но мертвому лицу было все равно. Никакой, самый жестокий и холодный порыв не мог выдавить ни слезинки из его потухших глаз.
Возвращение в город обреченных
Прошло двадцать дней, отличавшихся друг от друга так, как это бывает только в середине осени. Неделю подряд по небесам бежали свинцовые тучи, грозящие вот-вот свалиться людям на головы и поливающие слякотную землю ледяным дождем – а потом вдруг все они исчезли за восточным горизонтом, оставив голубое небо, пожалуй, чуть более светлое и прозрачное, чем летом. Солнце, казалось, приобрело прежнюю силу и изливало сверху потоки тепла, грязь довольно быстро высохла, и только желто-коричневый цвет, преобладавший в растительности, да еще отчаянно холодные ночи напоминали, что на дворе не весна. Каждое утро жухлая трава бывала покрыта толстым слоем седого инея, оставшиеся на дорогах лужи сковывал тонкий ледок. Последние листья слетали с ветвей деревьев под ветром, который дул по-прежнему сильно. Девлика все эти перемены в погоде оставили совершенно равнодушным. Сорген глубоко в своей норе подумывал, что его мертвое тело, должно быть, изрядно воняет, и под таким солнцем долго не выдержит. Сначала мысль о собственной гнилости ужаснула его, но потом он успокоился и опять занялся отрешенным созерцанием природы с помощью глаз Девлика.
Южный Энгоард был страной густых лесов, изредка перемежаемых лугами по берегам небольших речек или возделанными полями. Стада и посадки пшеницы и ржи здесь попадались редко; к тому же, поля были сжаты, а скот по большей части отобрали заглянувшие отряды захватчиков-грабителей, когда севернее мимо проходила армия Ргола. Редкие деревеньки с бедными домами казались вымершими – судя по всему, с приближением войны жители сбежали в глубину лесов, как они это делали в древности, когда здесь частенько воевали мелкие властители. Деревни Девлик равнодушно миновал; он никогда не рассчитывал свой путь так, чтобы попасть на ночлег и трапезу – они ему больше не были нужны. Ночного холода он также не боялся, поэтому останавливался уже в кромешной тьме и замирал под каким-нибудь деревом, где было сухо. Каждая остановка вызывалась единственно усталостью коня, а еще тем, что он не мог видеть в темноте, как мертвец, и потому мог нечаянно вывихнуть или даже сломать ногу.
В самый разгар внезапного возвращения природы к лету, Девлик покинул Закатную провинцию Империи. За ней лежали земли удельных князей, для которых война стала благом – сюда стекалась добыча, захваченная в Энгоарде, а, кроме того, князья покинули родные уделы и драли теперь чубы чужакам, а не своим крестьянам или соседям. На их же владения временно снизошла благодать мира и покоя. Щедрый урожай был собран, зима предстояла веселая и сытая. Почти во всех деревнях, с виду еще более убогих, чем в Энгоарде, справляли чуть ли не ежедневные праздники; в ночной темноте далеко разносились песни, а непроглядное небо с крошечными звездочками озаряли отсветы грандиозных костров.
Белоранна, в которую Девлик въехал на третью неделю путешествия, выглядела несколько хуже, чем удельные княжества, однако она уже успела отойти от недавнего нападения Ргола. С тех пор основная часть захватчиков ушла, оставив лишь небольшие отряды. Урожай тоже созрел неплохой – только здесь его отбирали, оставляя крестьянами ровно столько, чтобы они не умерли к следующей весне от голода. Потому, естественно, никаких праздников в здешних селениях не наблюдалось. Столица же, Нолан-Анн, в котором Сорген так и не побывал раньше, представляла собой жалкое зрелище – разбитые стены, половина домов в пепелищах, на улицах редкие испуганные прохожие и множество пьяных, наглых солдат. Девлику нечего было рассматривать в павшей вражеской столице, поэтому он пронесся через нее, как ураган. Солдаты, даже самые пьяные, не решались останавливать черного всадника, безошибочно узнавая в нем члена Теракет Таце – да и вид у него был более чем жуткий. Кожа стала мертвенно-серой, местами покрытой черными пятнами, белки глаз превратились в мутные жемчужины с багровым отливом. Волосы Девлик безжалостно обкромсал ножом, оставив от них короткие, уродливые космы; одежда у него пропахла сладковатым запахом гнили – хотя разложение плоти шло совсем не так быстро, как думал Сорген.
От столицы до цели этого спешного путешествия оставалось еще четыре дня пути. Дикарь выбивался из сил на Мейоннском тракте, а после – на Южной дороге. Имея передышку в бешеной скачке только долгими ночами, верный конь Соргена быстро превращался в живой скелет. Даже шкура у него стала совсем седой: несчастное животное за эти три недели постарело больше, чем за шесть предыдущих лет. Это стало причиной еще одного припадка безмолвных мучений, испытанных запертым внутри мертвого тела человеком. Коня Сорген жалел, пожалуй, еще сильнее, чем себя самого! Один из дней напролет, слушая надрывный хрип Дикаря и видя падающую с его губ пену, он стенал и кричал в той жуткой тишине, в которую был погружен. Увы! Как бы ни хотелось ему плакать, рвать волосы, стучать о стену головой, ничего из этого было недоступно. Равнодушный Девлик продолжал гнать беднягу-коня вперед и вперед.
В конце третьей недели Месяца Первых морозов под сбитыми копытами Дикаря захрустела высокая, мерзлая трава заброшенной дороги, что вела прочь от Южного тракта. Вытянув вперед руку с растопыренными пальцами, Девлик метнул огромный огненный шар, который прожег ему проход в низко склоненных ветвях. То же самое пришлось проделать еще несколько раз – но зато мертвец ехал, гордо выпрямившись, среди жалких обугленных обрубков, через похожую на черный снегопад пелену кружащихся частичек пепла. Здесь конь, понуро опустивший голову со свалявшейся гривой до самой земли, плелся кое-как, спотыкаясь. Силы его были на исходе, но мертвец больше не торопился. Он и так скоро достиг луга, представлявшего собой страшное зрелище. Огромные, красно-коричневые стебли трав покрывали тонкие узоры изморози, а между ними лежали черные груды мертвой плоти. Сейчас вид множества зияющих, гниющих ран, изорванных в клочья одежд, разрубленных доспехов и сломанного оружия нисколько не тронули Девлика. Даже Дикарь не имел уже сил пугаться. Медленно, запинаясь о трупы, он добрел до внутренней стены замка и остановился у приоткрытой двери. Вокруг все было точно так же, как и во время первого визита: по всему двору валялись вперемешку тела воинов в красном и белом. Красных было заметно больше, особенно вокруг одного великана в синей лилией на спине. Безразлично скользнув по картине давнего побоища, Девлик нырнул в дверь, слегка пригнув голову. Лестницу, утонувшую в полумраке, он мог разглядеть прекрасно. Сегодня трупов на ней было очень мало, зато сгнивших и проломанных ступенек прибавилось. Осторожно ставя ноги, мертвец поднялся и вышел в коридор. Устилающие его половицы пострадали еще сильнее лестницы. Тут и там зияли дыры, словно кто-то очень тяжелый, дурачась, прыгал здесь на одной ножке и проламывал старые доски ради развлечения. Трупы лежали и сидели, свешивая в дыры руки, ноги и головы. Один воин с лилией на правой половине груди и разрубленным надвое лицом, застрял прямо посреди коридора, раскинувшись и загородив проход. Девлик двинул ему в ухо, и труп свалился набок.
В одной из комнат, прислонившись спинами к стене, сидели двое: страшно худой юноша с арбалетом на коленях и заросший до глаз пегой бородой мужчина, сбоку от которого валялась короткая секира. Казалось, оба они дремали, не слыша звука шагов, скрипа уцелевших половиц и шума от упавшего тела. Мертвец оглядел углы и двинулся дальше. Во второй комнате, подперев подбородок кулаком, дожидался следующей битвы офицер с изящной бородкой, мечом с вызолоченными узорами на лезвии у рукояти. Рядом с ним был прислонен пыльный круглый щит с огромной серебряной лилией в центре.
Только в третьей по счету комнате Девлик нашел того, кого искал. Предводитель этого войска, обреченного на вечный бой, смерть и воскрешение, хозяин замка Вайборн, а также главный и единственный виновник павшего на него проклятия, Миланор тоже сидел на полу, у окна. Доспехи его были ржавыми и дырявыми, а грязные желтые пряди волос свисали чуть ли не до пояса. Миланор сидел, склонив голову и не видел вошедшего; как и все остальные, он был в оцепенении и, казалось, совершенно не шевелился.
Ветер слабо посвистывал в разбитом окне, сквозь которое был виден участок крепостной стены и какие-то почерневшие деревянные постройки у ее основания. По всей комнате валялись покрытые паутиной и густым слоем сизой пыли остатки мебели и пара чашек. Девлик медленно повел взглядом, запечатлев эту жуткую картину в мозгу. Затем, потверже расставив ноги, мертвец выпрямился так, что занял собой весь дверной проем.
– Вставай, Миланор! – тихо позвал он. Рыцарь шевельнулся, отчего желтые пряди, закрывавшие лицо, дрогнули и раздвинулись. Тускло блеснули глаза, вряд ли видящие сейчас собеседника. Глухим голосом, словно сомнамбула, Миланор простонал:
– Кто здесь? Пришелец, посланный нам всеми злобными демонами мира? На сей раз мы не поддадимся на твой гнусный трюк!
Вдруг он встрепенулся и поднял голову, отчего ржавые доспехи жалобно заскрипели. Апатия, владевшая рыцарем, на глазах улетучивалась, а в глазах загорался огонек ненависти. Так резво, как это позволило гнилое железо, Миланор поднялся на ноги. Бледные щеки отливали черным, спутанные волосы били по плечам, как веревки, а синие губы исказила ярость. В руке рыцаря внезапно появился меч; воздев его над головой, он издал хриплый клич:
– Ты умрешь, исчадие зла! Тысячу лишних смертей нам принес чужеземец в прошлый раз!
Миланор, видно, хотел выкрикнуть еще что-то, но в этот момент он ринулся вперед, в атаку, и потерял дыхание. Разинув рот, он попытался разрубить Девлика надвое. Скользнув в сторону, прочь из дверного проема, мертвец пропустил удар рядом со своим бедром. Вонзившись в косяк, меч Миланора отколол от него длинную, толстую щепу. Тут же рыцарь с небывалым проворством и легкостью снова воздел клинок и шагнул вперед, чтобы настигнуть ускользающую жертву. Девлик скользнул вперед, под удар. Лезвие с грохотом врезалось в дверную притолоку, глубоко в ней застряв и обрушив вниз потоки пыли, ворох опилок и еще какую-то дрянь. Мертвец, обсыпанный мусором, нанес сокрушительный удар обоими кулаками в грудь Миланора: трухлявая кираса с хрустом проломилась, а сам рыцарь, отброшенный прочь, отлетел в кучу рухляди с ужасным грохотом. Разбросав руки и ноги, он остался лежать, будто рыба на песке – выпучив глаза и разевая рот. Девлик по-кошачьи прыгнул, очутившись рядом с поверженным соперником и цепко ухватил его пальцами за скулы. Миланор не пытался освободиться, только сипел, пытаясь выдуть воздух через закрытый ладонью мертвеца рот.
– Эх, Миланор! – прошептал Девлик, сокрушенно качая головой. – Из-за собственной тупости ты угодил в эту передрягу и затянул следом столько людей. Она – увы! – не сделала тебя умнее. Я принес вам освобождение, а ты хотел убить меня?
– Ты лжешь! Лжешь, нечестивец!! – засипел Миланор, делая слабые попытки сбросить руку мертвеца с лица. – Никому не по силам освободить нас, и лишь смерть, сладкая и мучительная, очищающая и многократная, даст нам свободу умереть наконец раз и навсегда!!!
Из-под ладони Девлика полезла пена, а глаза Миланора, казалось, готовы были выпрыгнуть из глазниц и покатится по пыльному полу. Как в припадке, рыцарь принялся колотить руками и ногами, поднимая вокруг себя облако рыжей пыли и отламывая кусочки железа от наручей и поножей. Девлик передвинул руку, которая зажимала рот Миланора, ниже и ухватил его за горло сразу под нижней челюстью, над оклеенным вытершейся тканью краем кирасы.
– Замолчи, безумец!! Молчи и слушай, коли хоть капля разума осталась в твоей башке, заплесневевшей, как и весь Вайборн! Слушай же: здесь и сейчас я сокрушу силой своей магии чары, наложенные на вас. Смерть, все время проходящая мимо, повернется к вам лицом. Невидимые границы, сжавшие кольцо вокруг замка, исчезнут. Видения пропадут, так что вам не надо будет больше убивать друг друга. Понимаешь? Слышишь меня?
Миланор молча пялился на Девлика и с хрипом выпускал воздух из перекошенного рта. Непонятно было, слышит ли он речи мертвеца, или снова впал в транс, однако норг продолжал речь, как ни в чем не бывало.
– За это ты и все остальные – неважно, кем они там были до проклятия, твоими вассалами или врагами, все до единого – станете служить мне. Это будет простая и легкая служба. Вы будете сражаться по моему приказу, вот только теперь вам разрешается умереть раз и навсегда, когда сталь пронзит грудь или разнесет на куски башку. Кроме того, все радости настоящего человеческого бытия вернутся к вам: вкус вина и жареного мяса, сладость любовных утех. Ты понимаешь меня? Ты соглашаешься от имени всех остальных воинов?
Миланор продолжал придушенно хрипеть, однако колотить по полу конечностями перестал. Он взмахнул правой рукой, словно давая некий знак, а глаза его, до того затуманенные, приобрели некую осмысленность. Взгляд был устремлен на что-то, оказавшееся за спиной Девлика. Оскалившись, мертвец молниеносно отпрыгнул в сторону, разворачиваясь в полете на пол-оборота. Мимо него мелькнуло лезвие меча, украшенное позолотой около рукояти; острие пронзило ржавую кирасу Миланора и пригвоздило рыцаря к полу. Не удержавшись, наносивший удар офицер повалился на Миланора, еще сильнее давя при этом на меч. Не выдержавший веса тела клинок лопнул, послав в стороны несколько обломков.
Желтоволосый рыцарь изогнулся, насколько ему позволил сделать это проржавевшие доспехи. Пена у его губ окрасилась розовым, а глаза закатились. Прошептав что-то неразборчивое, Миланор обмяк.
– Забери тебя демоны! – выругался Девлик, впрочем, довольно равнодушно. Пинком отбросив обескураженного и застывшего без движения офицера, он снова согнулся около рыцаря и принялся тормошить его: – Твой ответ? Я не могу ждать, пока ты воскреснешь, старый дуралей! Состоится ли наша сделка?
Ответом ему была лишь кривая ухмылка, застывшая синеватых губах Миланора. Судя по всему, это была его последняя гримаса в этой жизни… но дожидаться следующей? У Девлика не было столько лишнего времени. "Как бы он ни был туп и упрям, – подумал мертвец, странным образом сливаясь при этом с мыслями забившегося в самый дальний уголок сознания Соргеном, – отказаться он просто не мог! Будь у меня время, я бы уговорил его. А значит, стоит считать, что уговор будет иметь силу. В конце концов, потом всегда можно будет заставить Миланора и остальных вояк подчиняться – лишь только намекнуть о возможности вернуться сюда и продолжить нелепые схватки до трех тысяч смертей. Под такой угрозой они согласятся на что угодно".
Офицер, встав на колени, медленно тянулся за обломком меча, валявшимся в самом углу комнаты. Бородка его была покрыта пылью, а на одежде прибавилось прорех.
– Оставь его! – повелительно и громко сказал Девлик, вставая на ноги. Офицер застыл на четвереньках и, казалось, был в нерешительности – продолжать ли тянуться за мечом, или повернуться к говорившему. Девлик неспешно отряхнул полы куртки и штаны, которые тоже изрядно набрали пылищи, устилавшей здесь все весьма щедро. – Завтрашней ночью будет полнолуние, и вы вновь приметесь за свою бессмысленную драку. Ничто не сможет удержать от привычной резни тысячи безмозглых полумертвецов, ведь так? Значит я должен начать свой ритуал прямо сейчас, пока кругом так тихо и спокойно.
Мертвец говорил тихо и задумчиво, как будто, размышляя вслух. Офицер наконец принял решение и повернулся к нему, все так же на четвереньках, как собака, увидевшая хозяина.
– Ты поможешь мне! – скорее утвердительно, чем вопросительно сказал Девлик, переводя взгляд с заоконных далей на человека у своих ног. – Ты же хочешь все прекратить? Покинуть это место? Умереть вскоре раз и навсегда, а до того вкусить еще раз прелести жизни?
Офицер медленно поднялся на ноги. Посеребренные поножи на его бедрах сохранились лучше, чем кираса Миланора, но кожаные ремни давно ссохлись и почти порвались. При малейшем движении они издавали противный глухой скрип и хруст – как суставы древнего старца.
– О чем ты толкуешь? – хрипло спросил офицер, медленно, тщательно выговаривая слова. Верно, нечасто ему приходилось разговаривать за последние сто лет.
– О том, чтобы разбить заклятие, наложенное на вас тем безумцем, не помню его имени. Чьи кости лежат у моста через ров. Ты был бы на это согласен?
Офицер молча поглядел на мертвого Миланора, на свой сломанный меч, на Девлика… Страдальчески скривив губы, он опустил голову и попытался пройти мимо норга, чтобы покинуть комнату. Девлик вытянул руку в сторону, преграждая ему путь.
– Ты не ответил! – грозно воскликнул мертвец. – Неужели мозги ваши все-таки выела гниль и плесень? Неужели во всем Вайборне не осталось ни одного разумного человека?
– Нам не нужны мозги… – снова прохрипел офицер, однако попыток прорваться не делал. Сгорбившись, он смотрел себе под ноги. – Все, что осталось вместо них – одна единственная мысль. Сражаться и умирать, умирать и сражаться. Никаких трюков, потому что от них только хуже. Честная расплата за грехи.
– Тупые, покорные скоты! – прошипел Девлик. – Я предлагаю купить вас с потрохами, даю хорошую цену, обменивая тысячу смертей на одну-единственную, и что в ответ – либо меч, либо равнодушие!
– Твои слова – ложь! – твердо сказал офицер. – Мы не хотим быть наказанными еще сильнее. Нам не нужны ложные надежды.
– Зачем же мне дурить ваши пустые головы? – возмутился Девлик. Заложив большие пальцы за пояс, он жег взглядом макушку собеседника. Если бы не мертвая кожа и пустые глаза, сейчас его можно было бы принять за обычного человека.
– Это мне не ведомо.
– Сто с лишним лет мучений не прошло даром – они совершенно лишили вас разума! Всего, до единой капли. А также и веры в спасение!
– Это так. Остался только страх большего наказания.
– Глупо. Так ты тоже отказываешься от спасения?
– Мое спасение – смерть, смерть, смерть. Смерть, повторенная тысячу раз, – тут офицер поднял голову, и в глаза его мелькнула страдальческая нерешительность. Мимолетная тень неуверенности в собственных словах…
– Плевать, – решительно взмахнул рукой Девлик. – Я все равно сделаю то, что задумал!
– Что же?
– Я ведь уже сказал тебе, червеголовый! Я собираюсь сокрушить заклятие, удерживающее вас здесь и заставляющее драться друг с другом. Я думаю, что и безо всяких уговоров и сделок вам придется следовать за мной и подчиняться приказам… Хотя бы из чувства благодарности.
Услышав последнее слово, офицер криво улыбнулся.
– Тебе не нравится это слово? Поверь, потом у меня будет несколько способов управлять вами… если кто-то из тысяч здешних вояк окажется неблагодарной свиньей. Такое у меня уже случалось.
Мертвые, непослушные губы Девлика озарила краткая, неестественно грубая и корявая усмешка. В этот миг он снова слился в одно с Соргеном и вдруг вспомнил узкий, полуразрушенный двор замка Беорн и толпу испуганных наемников, стоявших рядом. Да, тогда славно разобрался с теми, кто пытался перечить ему. Славно…
– Видишь ли, мной движет только честная и упрямая корысть, которая заставляет сделать гораздо большие вещи, чем какие-то другие побуждения. Затратить все свое мастерство и магические силы для того, чтобы получить в свое распоряжение отличное войско из закаленных в непрерывной вековой войне бойцов.
– Ты – маг? – с недоверием спросил офицер, непроизвольно сжав пальцы в кулаки.
– Да. Черный маг, причем, без хвастовства, далеко не самый последний.
– Но тогда… тогда… вдруг у тебя получится? – на офицера внезапно нашла волна возбуждения. Он задрожал и даже покраснел лицом, как паж, увидевший королеву голышом. – Что же тебе нужно?
– Для начала – корм и вода моему коню, который готов пасть. Затем – ровная круглая площадка десяти шагов в поперечнике. Ее нужно освободить от трупов, мусора… вообще от всего. Только утоптанная земля. Об остальном я скажу позже.
Необычайное воодушевление офицера длилось довольно долго, так что двое других выживших вайборнца заразились им и без лишних уговоров взялись за работу. Они достали из подвалов странным образом сохранившееся зерно – очевидно, в этом был некий побочный эффект заклинания. Дикарю было все равно, какого качества еда: понурив голову, он жадно выхлебал чуть ли не ведро воды и стал поедать слипшиеся, с черными пятнами зерна. Пока солдаты суетились, расчищая площадку для Девлика, тот присел у стены и вынул из сумки потрепанную книгу. Это была уже не та «азбука», которую старик Врелгин дал юному Дальвигу для постижения азов колдовства. Этот том, гораздо более серьезный и толстый, остался от Рабеля. Со старым черным магом Сорген изрядно попутешествовал по далеким землям к югу от моря Наодима… Сколько лет прошло со времени его смерти? Не так уж и много – быть может, около трех лет. Кажется, что с тех пор минул век, не меньше. Неудивительно. Южное море и все, что связывало с ним, остались в прошлой жизни!
Эти мысли мелькнули в сжавшемся в комочек сознании Соргена, который видел глазами Девлика твердые, желтые страницы фолианта. Мрачные рисунки, сделанные небрежно, при помощи густых теней и жирных линий, мелкие корявые буквы мертвого языка, придуманного тремя Старцами… Если ту, первую книгу, он назвал «азбукой», то эта была толковым словарем, кратко или подробно сообщавшим о важных с магической точки зрения вещах. Что есть "олейз", какую роль играют слова заклинания в процессе магических превращений энергий и материи. Еще тысячи вещей, ясных и запутанных, простых и сложных. Некоторые понятия до сих пор оставались для Девлика тайной, тогда как про другие он мог бы сам написать гораздо больше, чем содержалось в статьях неведомого автора. Однако, сейчас требовалось почерпнуть знаний, потому как с демонами-колдунами Соргену, а значит и Девлику, сталкиваться не приходилось. Простейшие жители других измерений никаких проблем не вызывали: кроме необычной жизнестойкости, странных привычек, полезных умений и, иногда, устойчивости к определенным видам воздействия, они были совершенно такими же, как обычные люди. Другое дело – магия, тем более, если ты собираешься бороться с ее последствиями, и не просто уничтожить ее, а переродить, переделать для своих нужд.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?