Читать книгу "Влюблен и очень опасен. Новая жизнь после развода"

Глава 11

Одет он, как всегда, безупречно. С иголочки. Черный костюм, синяя рубашка, начищенные до блеска туфли.

И сейчас, учитывая, что на мне домашнее платье в цветочек, а волосы растрепаны от ветра, его безупречность воспринимается мной, как никогда, паршиво.

– Вер! Здравствуй… – он останавливается напротив.

– Привет – отвечаю ровно.

А сердце уже бешено тарабанит в груди, не давая дышать.

Боже, помоги мне не выглядеть жалкой…Умоляю!

– Как узнал, где я живу?

Муж пожимает плечами, заинтересовано оглядываясь по сторонам.

– Так у меня же твоя геолокация есть.

Ах да.

Та, которую он установил, когда думал, что я ему изменяю.

Сейчас от этого смешно.

Всё уже давно было шито белыми нитками.

Ты, Вера, думала, что он тебя любит, и потому – так сильно ревнует, а он просто оценивал людей по себе. Как банально-то, Господи…

– Ты не отвечаешь на мои звонки. Я звонил тебе ночью…Сегодня тоже звонил. Несколько раз.

– Неужели так беспокоился? – спрашиваю холодно.

– Разумеется – отвечает важно. – Ты уехала из дома в ужасном состоянии…Тебя всю трясло. Мало ли, что ты могла сделать с собой в таком ужасном состоянии.

Слышу, как позади останавливается машина.

Прямо за моей спиной.

Отхожу чуть в сторону с дороги, на тротуар, чтобы никому не мешать. А сама – не свожу взгляда со своего пока еще мужа.

– Я польщена твоей заботой. Но, будь добр, переходи к делу – требую спокойно. – Я тороплюсь.

– Неужели… – хмыкает он.

– Представь себе.

– Уж не на свидание ли? – спрашивает с издёвкой.

– Похвальная сообразительность…

Муж печально усмехается, с вселенским сожалением глядя мне в глаза.

– Вер… – говорит снисходительно. – Я понимаю, что тебе больно и паршиво. Но пытаться вызывать у меня ревность таким смешным образом – глупо. Мы ведь уже не дети.

– К делу – чеканю я.

Он разводит руками и тяжко вздыхает.

– Что ж. Как скажешь. Если ты не против, я хотел бы обсудить твои права на эту машину – кивает в строну моего шевроле. – Напомню, что это была моя покупка.

– Выражайся точнее, милый. Это был твой подарок.

– Боюсь, ты трактовала мои действия ошибочно – деловито поправляет свой галстук. – Это было приобретение для всей семьи. Мое вложение. Но ты больше не часть моей семьи. Поэтому, с твоей стороны было бы честнее…

– Не тебе говорить мне о честности! – вспыхиваю я. – Если ты не забыл, я десять лет работала в твоей компании. Бесплатно.

Муж снова удрученно вздыхает.

– Вер, я понимаю, что ты сейчас не можешь взглянуть на ситуацию объективно. В тебе говорит обида. Но, знаешь… Если тебе будет легче, я скажу как есть. Я не хотел, чтобы у нас с тобой вот так вышло.

Улыбаюсь.

– О, правда?

– Правда! Я искренне верил, что смогу без детей. Даже смирился, что ты у меня такая…

Меня передергивает от этих слов.

От отвращения, от отчаяния, злости…

И я вдруг ясно осознаю, что уже давно не испытываю никаких чувств к этому человеку.

Они умерли, похороненные под всеми "смирился" , "я люблю тебя даже неполноценной" и "я всё равно готов быть рядом".

– А потом с Юлей как-то само получилось. И… Вер, я просто не смог от этого отказаться. Я когда услышал, как у моего ребенка сердце бьется…Это такое нереальное ощущение! Я знаю, что ты не сможешь меня понять. Понимаю, что тебе это просто не дано. Но твой цинизм в этой ситуации… Он совершенно неуместен!

Сжимаю челюсти до скрипа.

Как он всегда умел…

Быть культурным и вежливым , и, вроде ни сказать ничего явно оскорбительного, но ты чувствуешь себя так , будто тебе всю душу ножами истыкали.

Прямо по болевым точкам.

И дышать!

Дышать нечем…

– Я всё понимаю, Дим – отвечаю устало. – И желаю вам счастья. Правда. Но имущество будем делить через суд. Больше приезжать не нужно.

Разворачиваюсь, чтобы уйти.

Сбежать!

Но муж останавливает меня, схватив за руку.

– Вер – его голос становится мягче – давай не будем так плохо расставаться. Я понимаю, что у тебя ко мне чувства. Знаю, что тебе больно… Но я готов помочь. Готов быть рядом… Может, мы зайдем в дом, выпьем вина и еще раз все обсудим? Попытаемся найти компромисс.

Возмущенно открываю рот, чтобы послать его к чертовой матери, но не успеваю.

Хлопает дверь авто…

И муж резко отпускает мою руку, глядя куда-то мне за спину. А я вдруг четко и безошибочно улавливаю аромат мужского парфюма из своего бесстыдного утра. Он обволакивает, проникает под кожу, посылая по телу сотни сладких импульсов…

– Надо же. Какая встреча – хрипит знакомый голос.

Пальцы на миг сжимаются на моей талии. И следом тяжелая ладонь уже собственнически опускается мне на ягодицы…

– Давно просил Верочку познакомить меня со своим мужем. Но она боялась, что мы с тобой не поладим… – ладонь бессовестно сжимается. – Да, моя прекрасная мадам?

Глава 12

Сначала мне непроизвольно хочется оттолкнуть его от себя, в панике покачать головой, оправдаться…

Нет-нет-нет.

Я ведь – порядочная женщина, и никогда не позволяла себе ничего подобного…

Это клевета! И даже шутки о подобном неуместны.

Но я забываю про все эти доводы, когда вижу, как поменялся в лице мой супруг. При виде Рустама с него моментально слетело то самодовольное, надменное выражение, которое заставляло меня чувствовать себя рядом с ним ничтожной и жалкой.

Теперь – жалким выглядит именно он.

И, Господи Боже, именно это его обалделое выражение лица мне хочется запомнить на всю оставшуюся жизнь!

– Что все это значит? – выдавливает он наконец. – Вы что… Спали с моей женой?

Рустам лениво усмехается, вскидывая подбородок.

– Ну… Спали мы редко, парень.

У мужа нервно дергается щека.

К такому обращению он явно не привык. К таким ситуациям – тем более.

Но теперь его не спасает ни идеальный костюм с эмблемой дорого бренда, ни начищенные до блеска туфли. С него окончательно слетел весь налет самоуверенности и превосходства – он потерялся.

А сосед, войдя в кураж, азартно продолжает играть со своей жертвой дальше, как коварный хищник, который уже почуял первую кровь.

– Кстати, матрас у тебя в спальне хреновый – добавляет он. – Даже не представляю, как на нем вообще можно спать. Поменял бы, дружище, а то ведь никакого гостеприимства…

Лицо Димы выразительно краснеет от злости.

Но мой муж – трус.

Он прекрасно понимает, что соперник ему явно не по зубам и, надменно делая вид, что просто не желает с ним разговаривать , нападает уже на меня.

– Вера… Ты что, встречалась с ним в нашем доме? В нашей кровати?! – его голос вдруг надламывается, переходя на непривычный визг.

Сосед презрительно усмехается.

И, как только я хочу ответить на вопрос мужа, резко щипает меня за ягодицы, мол "молчи, женщина, я разберусь сам".

Чувствую, как щеки моментально обжигает огнем.

Вот же нахал!

Ну просто невозможный!

– На кровати, парень. На полу, в душе, в машине… Вот в этой, кстати – указывает на мой шевроле и затем переводит взгляд на меня.

В карих глаза пляшут озорные черти.

– Так ведь , Верочка? Или я что-то упустил?

– Кухонный стол, милый… – отвечаю с придыханием.

И звучу, вроде, эротично, а вот выгляжу, наверное, как отборная помидорка, которая не только смущается, но еще и пытается сдержать истеричный смех.

Мне вдруг становится весело от этого детского спектакля.

А еще – тепло и спокойно от мужчины, который водит ладонью по моему телу, прижимает меня к себе и решает проблему, на которую у меня уже совершенно не оставалось сил .

Я словно под невидимым щитом, который прячет от всех ударов.

И меня уже не задевает, когда муж обращается ко мне с новой, обвинительной дозой яда.

– Знаешь, Вера… – не говорит, а цедит сквозь зубы. – Я был готов ко многому. Но ты всё равно смогла меня удивить. Браво!

Он опять нервно оттягивает узелок галстука.

– И ты еще и пыталась сделать меня виноватым? Ты?! Да ты обязана оставить мне все имущество, слышишь? Я не позволю наживаться за мой счет! Я дал тебе дом, работу… Всё дал! И вот чем ты мне оплатила? Я тоже был с тобой нечестен, да! Но я никогда…Никогда, слышишь? Не позволял себе…

Но нет.

Я уже не слышу…

Потому что Рустам, не желая ждать завершения этого истеричного монолога, уже тянет меня к себе и безапелляционно впивается в мои губы.

Прямо здесь.

На улице, на глазах у мужа, он напористо, глубоко проталкивается в мой рот языком, заставляя его принять.

Но меня уже и заставлять не нужно.

Послав к черту всю мораль, я отвечаю на его поцелуй, как самая, что ни на есть, распутная женщина. Прижимаюсь к нему всем телом, веду по крепкой груди пальцами и полностью вживаюсь в свою греховную роль.

Мне хочется утереть нос своему "все еще мужу"!

Показать, что я – не бракованная , никому ненужная вещь, которую можно вот так просто выбросить за дверь…

Даже если можно…

Даже если он уже выбросил!

Но это желание – лишь первый импульс, который испаряется почти сразу. И, через пару секунд в моей голове уже не остается никаких сторонних мыслей. Единственное, чего мне хочется – чтобы эти губы ни на минуту не прекращали меня целовать.

Но Рустам всё-таки отстраняется.

И, скользнув по мне коварным взглядом, уже тянет меня в сторону дома.

– Прости, парень… – снисходительно бросает Диме. – Твоя болтовня, конечно, очень забавна, но моя женщина уже хочет в постель. Так что, мы вынуждены тебя оставить.

Глава 13

Рустам

Задрав носик, Вера важно шагает рядом со мной.

И лицо у неё до того довольное, что кажется, оно вот-вот обернется и покажет своему бывшему язык…

Вот же стрекоза…

Не о том ты думаешь… Ох, не о том.

Тебе бы о благодарности подумать. О методах невербального выражения своей признательности, например…

Кстати, вот тут-то ваш язычок как раз может шикарно пригодиться…И эти пухлые губки – тоже…

М-м-м…

Добавим еще покрасневшие щечки, покорный взгляд снизу-вверх и набухшие сосочки…

Роскошно.

Мысленно облизываюсь, вспоминая утро, и уже настраиваюсь на стремительный штурм прямо с порога…

Параллельно подкалываю себя тем, что если она десять лет прожила только ВОТ С ЭТИМ, то мне на ужин, считай, досталась нетронутая девственница.

Ибо вон то недоразумение – за мужика не считается.

В предвкушении вставляю ключ, галантно открываю перед мадам дверь…

И тут же осознаю, что ни черта мне сейчас не светит!

Вера вдруг резко хватается за живот, и я совершенно отчетливо слышу , как оттуда раздается ну совсем неуместное урчание.

Громкое, протяжное и о-очень требовательное .

– О-ой… – мямлит она.

– Голодная, что ли? – хмурюсь я.

– Немножко… – отвечает, бросая на меня смущенный взгляд.

А я вздыхаю, обреченно прикрывая на мгновение глаза.

Господи пощади…

Это не женщина, это просто один ходячий облом!

– Пойдем, горе… – снова сокрушенно вздыхаю. – Накормлю.

Завожу её внутрь, а следом – быстренько возвращаю и Психа в родную тюрьму.

И вот…

Теперь оба моих заложника тихонько сидят, обнявшись, на кухонных нарах, и ждут, пока им дадут поесть.

Псих блаженно повис на Вере и сладко мурлычет, уткнувшись носом в её грудь, а та, пребывая в приподнятом настроении, ласково гладит его по шерстке, говоря ему, какой он замечательный котик…

Псих, то и дело, важно мяукает, лицемерно поддакивая её словам.

Прямо спелись, ты посмотри на них…

Идиллия какая.

А что в это время делаю я?

А я стою, значит, у плиты, и поджариваю колбасу для бутербродов с сыром, чувствуя подозрительное удовлетворение от того, что буду эту дамочку не только похабить…

Я буду её еще и кормить!

И, конкретно вот эта хрень, по всем законам мужской логики, – не к добру.

– Эй, любовница! – зову с сарказмом. – Ты чай сладкий будешь?

– Чай? – блаженно хлопает глазами.

– С бутербродами вкусно.

– Тогда с удовольствием… – искренне улыбается, чуть смущенно пожимая плечами – Спасибо!

Усмехаюсь, мысленно пародируя её улыбку.

С удовольствием, блин, посмотрите-ка, какие мы культурные.

Сидят тут два дармоеда на моей шее. Оба должны мне, как земля – колхозу и еще и "с удовольствием" эксплуатируют меня дальше.

Дожил.

И бесит, что мне, вообще-то парадоксально хорошо от этой бедовой компании.

От весеннего вечера в доме, который не утопает в тишине, от того, что не залипаю с очередной безымянной женщиной в отеле…

Бросаю Психу колбасу на пол.

– Сильвупле, господа! – торжественно ставлю тарелку с бутербродами на стол. – Не Мишлен, конечно, но…

Оглядываюсь по сторонам. Тут где-то еще пачка конфет завалялась. Надо тоже положить. А! Вот…

– Спасибо большое… – снова улыбается мадам.

Залипаю на её губах. Красиво так…

– Пожалуйста – отвечаю хрипло. – Ешь.

Скорей давай…

– Я не только за еду… – бормочет, бросая на меня какой-то теплый взгляд. – Я за все. И за то, что заступился перед мужем. И за то, что ты вот такой вот…

Замолкает, так и не подобрав слова.

– Какой? – хмуро допытываюсь я.

Дамочка жмет плечами, пододвигая чуть ближе тарелку с бутербродами.

– Просто настоящий мужчина – говорит искренне. – Это редкость.

О как.

Обалдело зависаю, почесывая щетину и чувствуя, как херачит по ребрам сердце.

Приятно, однако…

Очень.

И, нащупав в кармане сигареты, я выхожу на перекур, совершенно не к месту осознавая, что , впервые за много лет, хочу приговорить своего заложника к пожизненному заключению.

Глава 14

Останавливаюсь у входа на кухню, опираясь о дверной косяк.

Мое возвращение остается незамеченным.

И все потому, что второй кавалер уже распушил свой подратый хвост перед моей дамой.

Обхаживает её, трется об ноги и протяжно мяукает, пока она стоит у раковины, намыливая посуду. А Вера, то и дело, гладит его ногой и заливисто смеется, когда он начинает игриво покусывать её пальцы…

Дон Жуан хренов.

Ты посмотри…

Я то думал, что нежности в нашей мужской компании никому не интересны, но , видимо, у одного из нас случился системный сбой…

Хорошо хоть, у меня всё пока работает так, как надо. По крайней мере, за исключением мыслей о пожизненном – всё безупречно.

Заводясь, я медленно веду глазами по тонким щиколоткам, по длинным-длинным ногам, округлым бедрам…

И настолько мне всё это заходит, что хочется, как какому-то эстету, взять бокал крепленного вискарика и смаковать блондиночку под его аккомпанемент.

Шикарная.

А вот это её розовое платьице в цветочек…

Ох…

Нет.

Нежностей мне ну никак не хочется. Мне хочется пошленько приспустить это платье на её груди, задрать его снизу и прямо в нем и трахнуть.

На столе.

Чудно…

Осталось только избавиться от одного, очень наглого кота, который все еще вертится у её ног.

– Эй, парень! – отталкиваюсь о стены и, подойдя ближе, отодвигаю Психа прочь – А ну срулил отсюда. Это моя кошка.

Псих что-то злобно урчит и , раздраженно вильнув хвостом, снова липнет к своей жертве. А когда та тихонько хихикает, почесывая его за ушком, уже валится к её ногам, вальяжно требуя продолжения банкета.

Черта с два!

Моя очередь…

– Иди гуляй, блохастый! – снова требую я.

Но на это Псих мяукает с возмущением интеллигента, которого вероломно опозорили перед дамой. И, когда я хватаю его за шкирку , резко бьет меня лапой по руке , мол " сам ты блохастый, урод!".

Так…

Понятно.

Решив прибегнуть к хитрости, беру оставшуюся колбасу из холодильника и кручу ей перед носом бандита, намереваясь переманить его в гостиную.

Однако, кот не торопится поддаваться на провокацию.

Сначала он с с подозрением оглядывается на Веру… Хмуро разглядывает её, высчитывая все риски.

Но потом, видимо, решает, что после его ласк она уже никуда не денется, а вот с колбасой – тут вопрос, вообще-то, спорный… И, обмяукав меня, на чем свет стоит, всё-таки бежит следом за приманкой.

– Попался!

Бросаю колбасу в угол гостиной и быстро прикрываю за котом дверь.

Готово!

И теперь…

Я с предвкушением возвращаюсь на кухню, намереваясь реализовать все свои пошлые фантазии.

Замечаю, что стоит мне переступить порог, моя гостья уже в смятении поправляет платье, зачем-то хватается за кухонное полотенце, не зная, куда деть руки.

Улыбаюсь.

Да, Верочка…

Мы оба знаем, чем будем сейчас заниматься…

И мы оба явно чувствуем, что пространство между нами уже накаляется до какого-то космического предела…

Подойдя ближе, я молча тяну её к себе за ладонь, сокращая под ноль дистанцию между нами.

Склоняюсь к её ушку, касаюсь его губами, чувствуя, как сладко вздрагивает от этого прикосновения моя аппетитная прелесть.

– Помнишь, на чем мы остановились утром? – хрипло спрашиваю. – М-м-м?

Мы снова встречаемся взглядами.

Мой – уже плывет от пьяного возбуждения, а глаза мадам – лихорадочно блестят.

И мне охрененно горячо от этой близости.

От пальцев, которые упираются мне в плечи, от её несмелого, сбивчивого дыхания…

И там, внутри, будто бомба отсчитывает секунды до взрыва.

Три… Два… Один…

Детонация! Все вокруг уже горит…

С тихими, пьяными стонами мы встречаемся губами.

Вера – повержено, будто сдаваясь, а я – жадно, как изголодавшийся по желанной добыче зверь.

Хочу в неё!

Настолько бешено, неудержимо, остро… Как пацан, которому гормоны люто бьют в кровь, хочу в разных позах… В разных местах.

Двигаться… Оттягивать за волосы…Брать – раз за разом…

Потому что, я, блядь уже все решил!

Никуда она отсюда не уйдет…

Она останется.

Подхватив её за попку, усаживаю на стол. И, чувствуя, что нас обоих уже потряхивает от возбуждения , дергаю платье и лифчик вниз , скорей обнажая грудь.

– Стой – паникует, пытаясь прикрыться. – Прямо здесь?! Мы не можем… Это же… Кухня!

Оу…

А у скромняшки было только в спальне и только с выключенным светом, да?

Ну… Будем расширять сексуальные горизонты…

– Прямо здесь! – хрипло соглашаюсь я. – Хочу тебя…

Перехватываю тонкие запястья, сжимаю их, разводя в стороны, и жадно впиваюсь в нежно-розовую вершинку губами.