Читать книгу "Смотри в оба!"

–Что мне с ним делать? Он просит обратить его.

Олег старался говорить как можно равнодушнее. На том конце невидимого провода подумали и сказали:

–Ну обрати! Скоро вампирам жрать будет уже нечего в городе. Какая разница? Одним больше, одним меньше. Надо думать о расширении территорий. А этот, может, нам какие истории интересные расскажет. Про то, как обереги можно обходить, к примеру.

–А как же соглашение? – тупо спросил Олег.

Но собеседник уже отключился. И пока никто не сообразил, что интересные истории можно выведать и просто под внушением, Олег вернулся в комнату к Паше.

Он встал напротив своего связанного пленника и сказал:

–А я ведь мог тебя отпустить… нет, надо было тебе о жене заикнуться! Как она тебя ждет! Знал бы ты, как я всё это ненавижу! Все эти ваши сопли. Своей жене я распорол вены на руках, от запястий до подмышек. А уже потом разодрал глотку. Потом, когда из вен на руках кровь уже вытекать не хотела. Эта сука заплатила мне за всё! За каждую секунду моего унижения.

Паша почувствовал, как из его глаза выкатилась слеза. Надо же! Расплакался, как ребенок. Всё понятно, вампир прикончит его. Не отпустит. Нужно просто умереть достойно.

Олег подошел к Паше, вспорол себе вену на руке длинным клыком и заставил мужчину выпить своей крови.

–Прекрасно! – сказал Олег. – Просто прекрасно! Теперь можно и поужинать.

Осторожность больше ни к чему. Олег вонзил свои клыки прямо в сонную артерию Павла. Он держал его руками за плечи, приподняв над полом вместе со стулом. Свежая теплая кровь… как она хороша! Жаль, что быстро заканчивается.

Высосав всю Пашину кровь, Олег отшвырнул от себя тело. Оно упало на пол, стул развалился. Ну вот. Одним вампиром больше, что не так уж и здорово. Зато одной счастливой семьей меньше, а вот это уже радует. Ты, Катя, мужа не жди. Муж твой теперь чудовище. И ты его не интересуешь. Его интересует только кровь. Кровь… Олег стер её остатки с губ прямо рукавом. Еще раз свысока и удовлетворенно посмотрел на дело рук своих и вышел из комнаты.

Они отыграли премьеру и жутко устали. Поэтому логично было, что Сергей и Илья разошлись после премьеры по домам. К Илье на спектакль пришла Даша, а к Сергею – никто не пришел. Да он как-то никого в этот раз и не звал. Кого звать? Все уехали. Мама и сестра приходят, когда Сергей зовет, но события последних дней повлияли на него таким образом, что он не хотел никого видеть после спектакля.

Даша обнимала Илью и поздравляла. Говорила, какие они все молодцы. Сергей стоял с ними рядом и выдавливал из себя улыбку, чтобы не огорчать Дашу. А она как-то странно выглядела… как будто похудела. И была непривычно бледной. Если бы не белый день на улице, Сергей подумал бы, что Даша – вампир. И тут же он вспомнил свою пленницу… Соню. Она сидит там, в подвале гаража, уже вторые сутки, так получается. Сергей не получил от неё никакой информации, не кормит её, и не убивает. Зачем он держит девчонку в подвале? Нет ответа на этот вопрос…

Илья ни о чем не спросил. Он ведь должен был! Ему полагалось спросить: грохнул Сергей вампиршу, или нет. Но друг, казалось, был чем-то озабочен. Не слишком искренний восторг необычно бледной Даши, задумчивость Ильи, собственные душевные метания Сергея… всё как-то сложилось в один пазл. И никто никого ни о чем не спросил. Они постояли, скрывая неловкость за улыбками, и разошлись.

–Ты не сказал ему! – упрекнула Даша Илью, как только Сергей уехал на своей машине. – Почему?

–Я не знаю, как ему об этом сказать! Получается, что я брошу его!

–Но мы не можем рожать ребенка… тут! Просто не можем!

Губы девушки задрожали. Илья злился. Как так вообще вышло? Они же предохранялись. Какие им сейчас дети? Теперь Даша уговаривает Илью вместе покинуть Москву. А Илья, получается, бросит дело, которым они повязаны с Серегой. Хотя, надо признаться, последние разногласия повлияли на их союз. Рискованное поведение Сергея могло плохо кончиться для них обоих… доверие пошатнулось.

–Ты почему мне не сказала сразу, как узнала? – в свою очередь упрекнул Дашу Илья. – Как снег на голову, блин! Я сам-то не переварил еще, а ты предлагаешь Сереге рассказать.

Даша молчала. Она не сказала сразу, потому что испугалась. Долго обдумывала, как быть. Ну вот как? Рожать в этом аду – немыслимо! Тут и родильные дома-то уже все позакрывались. Никто не рожает. Даше надо было найти способ связаться с тёткой в Туле, заручиться её поддержкой. И она сделала это. А уже потом рассказала Илье. Он не хочет уезжать, но Даше будет давить на него. И давить. И давить. Ему придется уехать из Москвы, чтобы у них всё сложилось в нормальном месте. Без монстров на улицах.

–Звони ему и рассказывай!

–Да что ты будешь делать! – психанул Илья, который сопротивлялся этому натиску почти весь день. – Ладно!

Он связался с Сергеем по радиотелефону. И сказал, что Даша беременна. И хочет уехать. С ним вместе, само собой.

–А ты сам-то чего хочешь? – спросил Сергей.

Видел бы его сейчас Илюха! Он прижимал трубку плечом к уху, а руки были заняты. Сергей разрезал себе ладонь и сливал кровь в пузырек. Решил, что он не совсем зверь. Раз держит девчонку в подвале, то можно и покормить немного.

–Я тоже хочу уехать с Дашей, – выговорил Илья под взглядом любимой. – Но я не хочу бросать тебя и наше дело!

Сергей подумал и сказал, что дети важнее друзей и дел.

–Я не обижусь. Правда.

–Но что ты будешь делать один?

–А черт его знает!

Сергей положил трубку на стол и замотал руку платком. Вытащил из ящика стола оберег. Решение, которое он принял, было спонтанным и безумным. Скорее всего, жить ему оставалось до заката. Ну и ладно! Что-то он так устал от этой бессмысленной битвы. Что толку, что они убивают вампиров? Те обращают новых. А как иначе объяснить то, что меньше их не становится? Только так и можно объяснить. Сломает Соня ему шею, да и Бог с ним. Лишь бы не сделала монстром, а смерть – это не страшно, когда ты одинок. Мама, конечно, расстроится… может и Марианна огорчится. Но они давно уже живут каждый свою жизнь у мамы семья, а у него, у Сергея, только театр, и охота на монстров. Театр ему уже надоел, а теперь, когда Илюха собирается свалить в закат, всё просто теряет смысл! И театр, и охота, и всё…

Идти к отцу в комитет? Тот звал. И сейчас не откажется, наверное, от сына на службе. Но Сергею вовсе не хотелось в комитет! Какая-то западня. Кругом. Он выглянул в окно – скоро начнет темнеть. Пора.

Сергей приехал в гараж. Закрылся. Сел ждать, пока стемнеет. Окошко он не открывал, с Соней не разговаривал. Когда понял, что на улице почти темно, резким движением открыл окно и заглянул в подвал. Там горел свет.

–Решила включить?

Она сидела внизу на предпоследней ступеньке, спиной к стене, уткнув голову в колени.

–Эй! Соня! Ты жива?

Она подняла голову и посмотрела на Сергея с мукой во взгляде:

–Я не могу дышать!

Он совсем забыл! Сунул в карман и забыл. Сергей опустил руки в карманы брюк. В правом лежал пузырек с кровью. Он вытащил его и поставил на порог перед воротами гаража. Оберег же сжал в руке.

–Сейчас я приоткрою ворота и открою подвал. Выбирайся.

Она бы удивилась, если бы могла. Но Соне было так плохо, что тут уж не до удивления. Она едва кивнула тяжелой головой. Сергей приоткрыл дверь гаража, потом распахнул дверь в подвал и едва успел отскочить в сторону. Девушка пролетела мимо него ураганом, но кровь с порога прихватить не забыла.

Вешая оберег на ворота, он смотрел на неё. Соня стояла на улице перед гаражом и пила кровь из пузырька, морщась.

–Боярышник чувствуется, – сказала она, допив. – Но совсем чуть-чуть.

–Он выводится примерно за сутки. Я не пил его сутки, чтобы дать тебе крови. Не за что.

–Из-за этой штуки мне было так нехорошо? – она кивнула головой на амулет, висящий в проеме.

–Да. Уходи, пожалуйста.

–Почему? Я хочу с тобой поболтать.

–А я не хочу! – резко ответил Сергей и закрыл гараж.

Запер двери. Повезло ему, так получается. Не будь у него амулета, он бы не спасся, наверняка. Ей бы не пришлось выбегать на такой скорости. И всё. Хана ему.

–Эй, артист! – сказала Соня с улицы.

Сергей вздрогнул. Они назывались сценистами, не артистами. Так стала звучать эта профессия в их смутные страшные времена. Настоящие профессионалы покинули Москву, а из них… ну какие артисты? Так, любители. Она это имеет в виду, и что-то знает про Сергея, или это совпадение, а у него – паранойя?

–Почему артист?

–Потому, что хорошо играешь. Тебя тоже тянет ко мне. Такие процессы происходят в двустороннем порядке. Точно хочешь сидеть закрывшись, как крыса?

–Да пошла ты!

–Окей! Имей в виду, я не собиралась тебя убивать.

После этих слов, наверняка лживых, она ушла. Сергей так понял, что ушла. Потому, что больше Соня с ним не заговаривала. Она ушла, а ему лучше посидеть тут до утра. Подумать. С оберегом он в безопасности – почему они раньше не защищали гараж? Как-то и не подумали даже…

Осталось недолго. Уже почти нет никаких «их». Илья увезет свою беременную подругу из города, а Сергей останется один. Наверное, будет всё-таки сценистом – благодарность от зрителя тоже дорогого стоит.

–Катя, это я. Не вздумай мне открыть! – услышала она голос мужа за дверью.

–О, Господи!

Катя зарыдала и стукнулась лбом об дверь. Ей так хотелось открыть. Но Паша сказал, не открывать…

–Я пришел попрощаться. Подойди к окну. Я посмотрю на тебя, – сказал он тихо.

–Почему? – крикнула Катя. – Почему? Почему?! За что?

–Подойди к окну.

Она почувствовала, что мужа за дверью уже нет. Подбежала к окну и вздрогнула – Паша стоял на улице. Так быстро. Мгновенно. Только что был за дверью, а теперь уже стоит с мрачным видом под окном.

Когда-то Катя мечтала, что у них будут дети. Они вместе мечтали. Катя родит в больнице малыша, похожего на Павлика, а он вот так будет стоять по окном палаты и радоваться, и предвкушать. Как он увидит своего первенца. Наследника своего. Кровинку свою. Кровиночку… что такого в этом слове, что сейчас звучит насмешкой? Не дал им Бог детей. А теперь Катя осталась без мужа. Всё, что ей осталось, посмотреть на него через стекло кухонного окна. Хорошо, что они всем подъездом организовали фонарь, который высоко висел и хорошо светил. Не так страшно было смотреть в окно ночами. Катя потянулась к створке окна и повернула ручку. Паша крикнул:

–Нет! Не смей!

Она открыла. И оберег с окна сорвала и выбросила. Стояла, ничем не защищенная, а по щекам градом лились слёзы.

–Зачем ты? – спросил Паша совсем рядом.

–Я без тебя не хочу! – твердо сказала Катя. – Вместе так вместе!

Она вытерла слезы и увидела, что муж держится за подоконник. Легко держится, как будто руки у него сильные-сильные. Но в окно не забирается почему-то.

–Сейчас! – сказала Катя. – Сейчас, погоди!

Она сбегала ко второму окну, в комнате, выбросила амулет в окно. И с дверью поступила так же. Когда вбежала в кухню, Паша уже был внутри. Смотрел на Катю безжизненными глазами. Она вдруг сильно испугалась! А может Катя сделала ошибку? Он просто убьет её, да и всё!

–Не бойся. Я не поступлю так с тобой. Никогда.

–Как ты узнал?..

–Я теперь, Катя, чувствую тебя еще лучше, чем раньше. Как бы погано это не звучало!

Он шагнул к ней, на ходу прокусывая себе руку.

–Выпей!

Она послушно выпила. Паша обнял её и стоял так, сжимая свою жену сильными руками.

–Чего ты ждешь? – спросила Катя.

–Сейчас… еще минуточку…

Он так любил её запах. Так любил… Паша глубоко вздохнул и одним быстрым движением сломал Кате шею. О том, чтобы съесть свою жену, он и не помышлял даже. Это стоило ему невероятных усилий, ведь голод грыз его изнутри, разъедая всё тело. Разбирая его на клетки. Вены были словно наждачка, но Паша сдержался. Скоро она обратится, и они вместе будут думать, как и чем кормиться, а пока…

Паша подошел к окну, закрыл его. Задернул плотные шторы. Солнце, которое встанет через несколько часов, теперь их главный враг. И вообще, в новой жизни будет по-другому. Понимать бы еще, как…

–Как хорошо, что ты дома! – сказала Лена мужу. – Но тебе нужно поспать. Поспи!

–Я не могу спать. Я переживаю за Пашку. Что могло случиться?

–Переживай-не переживай, помочь ты ему ничем не можешь! Я сама переживаю! И за Катю… представляешь, какой кошмар! Так любить своего мужа, и лишиться его. И ведь даже непонятно, что произошло!

–В наши дни всегда примерно понятно, что произошло с человеком, – вздохнул Виктор.

–Но ведь днём!

–Да-а… – многозначительно вздохнул он.

–Спи, Витя! Спи!

Дочь их, Марианна, тоже спала. Она только недавно оправилась от какой-то тяжелой простуды. В пункте помощи врач только руками развела, когда они с Виктором привели Марианну.

–У меня нет никаких тестов. Могу только предположить, что с девочкой. И лечить методом тыка. Сами понимаете…

Однако лёгкие Марианны послушала, и пневмонию исключила. Но дочка всё равно болела тяжело. Лена вымоталась, сбивать ей температуру по ночам. Которая всё норовила подняться, как не сбивай. Елене казалось, что в ней накопилось огромное количество усталости. Отдыхай-не отдыхай – не избавишься. Она положила голову мужу на плечо и тоже задремала.

В квартире напротив Катя сходила с ума от жажды крови. Чтобы завершить процесс обращения, ей нужно было до темноты выпить кровь. И вот этого неопытный вампир Паша не учел. Выйти на улицу днем было делом нереальным, нечего и пытаться. Он сгорит на солнце сразу, а Катя – как только завершит обращение. Ему-то дал выпить крови тот, кто превратил его в монстра. А что делать с Катей? Паша так спешил вчера домой к жене, что даже машину не забрал с комитетской стоянки. Сейчас бы машина ой как пригодилась. Машина тонированная, главное до нее добежать. Тот, кто поймал Пашу, сделал это днем. Прежде чем Павла ударили головой о крышу собственной машины, он краем глаза успел заметить странное одеяние вампира. Парень был закутан так, чтобы солнце его не спалило, но всё дело было в машине. Ему не приходилось разгуливать днем по городу, он был на колесах. Сейчас Паша очень жалел, что помчался сломя голову домой, вместо того, чтобы сначала сбегать за машиной…

–Плохо тебе? – спросил он у бледной Кати.

–Невыносимо! Я словно проваливаюсь куда-то, а горло… горит. Я умру, да?

Что же он за осел! Ничего не узнал. Ни сколько длится обращение, ни где взять крови. Обратил самого близкого человека, и обрек на муки.

–Соседи! – сказал Паша. – Соседи не знают, что мы вампиры. Прямой солнечный свет не проникает в подъезд. Можно постучаться к ним.

–Ладно! – простонала Катя. – Что угодно, только дай мне чертовой крови!

–А чего ты на меня орешь? – разозлился Паша. – Ты сама меня впустила!

Он удивился силе своей ярости. Сейчас Паша ненавидел Катю так же сильно, как и любил. И себя, конечно. За тупость и непредусмотрительность, но с другой стороны, он ведь и не планировал её обращать! Именно поэтому и не подготовился.

–Прости! – сказала жена. – Ты не виноват. Но мне так плохо… нужно что-то делать.

Паша кивнул. Это факт. Делать что-то надо, а то сгинет Катя ни за что.

Он выглянул в подъезд. Так и есть. За окном пасмурно, солнце не светит. Солнце вообще не частый гость в Москве. Сейчас спокойно можно пройти через площадку и позвонить в дверь к соседям. И уже когда Паша протянул руку к звонку, и нажал кнопку, до него дошло: существует соглашение. Днем вампиры не могут нападать на людей. Вот только Паша и сам был здорово голоден. Если кто-нибудь выйдет на площадку из соседской квартиры – внутрь вампиру не войти, – он нападет. Ничего личного. Нападет инстинктивно. Не пожалеет ни женщин, ни детей. Но у Лены, которая жила в квартире напротив, муж – не последний человек в КК. Хоть и бывший муж. Паша даже когда-то с ним дружил, а до недавнего времени – работал под его началом. Не самая удачная идея, нападать на жильцов этой квартиры, возможно надо спуститься этажом ниже, правда придется пройти мимо окна…

Дверь открылась. На пороге стояла Марианна. И вкусно пахла. И сердце её громко стучало.

–Привет! – негромко сказал Паша, прислушиваясь к ровному дыханию хозяев, доносящемуся из глубины квартиры. – Знаешь, что у меня дома есть?

И почувствовал себя маньяком-педофилом. Ничего, это отголоски человечности. Пройдет!

–Что? – спросила Марианна заинтересованно.

Он не успел придумать, что. А сейчас и не мог думать. Не мог думать ни о чем, кроме вкуса её крови. В голове шумело.

–Пойдем, я тебе покажу!

Марианна поставила ногу на порог. От предвкушения крови во рту у Паши загорелись красным глаза и полезли клыки – не сдержался. Девочка убрала ногу назад, в квартиру, и завизжала, что было сил.

Прибежал сонный Виктор. Он увидел Пашу и хотел уже выйти из квартиры. Но крик девочки немного остудил пыл Павла, и он сказал соседу:

–Не выходи! Стой там.

Виктор остановился на пороге, изумленно посмотрел на соседа.

–Витя, я тебя очень прошу. Сделай для меня одно важное дело. И больше ты меня не увидишь.

–Что с тобой, Паша?

–Сделаешь?

–О, Господи… – пробормотал Виктор.

Сзади подошла Лена, взяла Марианну за руку и увела. На Пашу она даже не взглянула.

–Так ты дашь мне крови, или нет? – спросил Павел, глядя на Виктора.

Повисла пауза. Такая большая, такая тяжелая. Казалось вот-вот сорвется, и задавит всех присутствующих.

–Жди! – бросил Виктор и запер дверь на замок.

На кухне он взял стакан и чистый нож. Разрезал себе руку, морщась от боли, и ждал, пока кровь стечет в посуду. Сзади подошла жена.

–Он хотел выманить Марианну. Заманить к себе!

Виктор молчал.

–Ты что, всё равно дашь ему крови?

Муж не отвечал.

–Витя! – Лена повысила голос. – Я с тобой разговариваю!

–Дам.

–Почему?!

–Потому, что это может случиться с каждым! Я не знаю, что конкретно с ним произошло, но знаю, что он этого не выбирал. Никто из нас не застрахован. Надо с твоим бывшим поговорить. Что творится вообще?

–При чем тут Денис? Павел хотел убить Марианну!

Виктор решил, что крови вытекло достаточно. Он замотал левую руку клетчатым платком, и взял стакан в правую.

–Марианна жива?

–Да…

–Ну и слава Богу! Мне кажется, пора уезжать из этого города. Хватит!

Виктор обошел Лену, стараясь не задеть её. И не пролить кровь. Он вышел в коридор и приоткрыл дверь в подъезд. Паша стоял около своей квартиры, прислонившись к стене спиной.

–Зайди к себе! – велел Виктор.

Сосед кивнул и скрылся в квартире. Виктор быстро выставил стакан за порог, так, чтобы не задеть закрывающейся дверью, и снова заперся у себя в квартире. Но в глазок посмотрел. Не удержался.

Паша вышел из квартиры. Подошел, наклонился, поднял стакан. Приблизился к двери, за которой стоял Виктор. Тот немного напрягся, хоть и знал, что защищен. Вломиться к нему нельзя.

–Спасибо, друг! И прости, – сказал за дверью сосед-вампир.

А потом что-то промелькнуло в обзоре глазка и соседская дверь закрылась. Виктор ранее не видел вампиров, скорость, с которой Паша скрылся у себя, поразила его.

Выслушав доклад Олега по телефону, Алексия Станиславовна в прошлом, а сейчас – просто Лекси, задумалась. Надолго. Она сутки сопоставляла факты, думала о происходящем, и наконец решилась – попросила аудиенции у САМОГО. Ей было некуда деваться. Она была правой рукой Алулу, его глазами и ушами. Его связью с внешним миром. Его посыльным, курьером, представителем, советником, слушателем – всем, в общем. Тенью Алулу, вот кем была Лекси. А ведь когда-то она… впрочем, неважно. Всё в прошлом. Больше ничего не будет – ни раскопок, ни исследований, ни студентов. Она теперь вампир. И место в этом новом мире у Лекси неплохое, хоть и опасное. Она еще помнила о печальной судьбе секретарши директора института. Лизочка помогла Алулу освоить русский язык, а взамен…

–Можно войти? – храбро спросила она.

–Тебе можно всё! – с едва заметным акцентом сказал Алулу. – Но ты никогда не приходишь сама. Почему ты не приходишь ко мне, Лекси?

Это новое имя ей тоже дал Алулу. Сам он предпочитал жить в двадцать первом веке со своим древним именем. Хоть оно и звучало, по мнению, Лекси неуместно до глупости.

–Да. Я пришла сама, потому что сопоставила кое-какие факты, и…

Алулу поморщился. Лекси замолчала. Стояла и смотрела на него. Высокий. Темноволосый. Волосы длиной до плеч забраны в хвост. Одет в красный шелковый костюм. Брюки, а сверху – то ли накидка, то ли как это назвать? Алулу любил всё яркое и броское. Дикарь!

–Ты не на лекции, Лекси. Говори проще!

–Кто-то целенаправленно убивает вампиров!

–Так может, оборотни? Они всё прибывают. Я чую, как город затягивает волчьей вонью.

–Оборотень может убить вампира. Загрызть, разорвать на части, если повезет. Но только в полнолуние. В обычные ночи оборотни слабы против нас, и не высовываются. Нет. Вряд ли это оборотни. Но жалобы поступают. Артем – последняя жертва. Если будут еще, я скажу. Но мне кажется, уже пора что-то предпринять…

–И давно ты пришла к выводу, что кто-то убивает вампиров? – спросил Алулу.

И тон, которым он задал вопрос, очень не понравился Лекси.

–Не только вампиров. Я нашла захоронение. По запаху. Там закопан оборотень.

–Прямо в городе? – удивился древний вампир.

–Да! В городе. В парке. Камеры не работают, и…

–Артем – это тот милый мальчик, который нравится твоей дочери?

–Да, хозяин. Артем дружил с Наташей. Она вне себя от горя. В общем-то, Артем и навел меня на мысль, что это – не случайность. Я попыталась выяснить, кто мог это сделать. Не преуспела.

–Надо было прийти ко мне сразу! – тихим голосом сказал Алулу.

–Да, хо…

Она не договорила. Вампир одним незаметным движением пересек комнату и схватил Лекси за шею железной рукой.

–Я доверяю тебе не для того, чтобы ты что-то скрывала от меня! Мне не нужны такие помощники.

Лекси поняла, что сейчас её шея сломается, как прутик. Это не убьёт её, но приятного мало.

–Я виновата, Алулу! Я очень, очень виновата! Прости меня! – прохрипела она, задыхаясь.

Хватка ослабла немного. Вампир поднял вверх вторую руку. Красивая мужская рука на глазах Лекси превратилась в костлявую длань с длинными когтями. Острым когтем Алулу провел по щеке Лекси, оставляя глубокий порез. От глаза до подбородка.

–Никогда так больше не делай, дорогая! – ласково сказал Алулу.

Когда он разжал руку и Лекси мешком свалилась на пол, она жалела, что оказалась так малодушна и просила пощады. Пусть бы убил. Уже всё было бы конечно. И ей ни до чего не было бы дела!

–Убирайся! Мне надо подумать, – отвернувшись от Лекси сказал злой хозяин.

Ей не надо было повторять дважды. Через секунду Лекси уже не было в комнате Алулу. Он прошелся по помещению из одного угла в другой, и обратно. А потом тем же маршрутом пролетел, не очень высоко над полом. Чтобы пролететь, пришлось как следует оттолкнуться. Взлетать с места у Алулу что-то никак не получалось. Кстати, он полагал, что такая зарядка поможет ему думать, но не сработало. Никаких толковых мыслей у Алулу не появилось. Только одна, бесполезная и досадная: «Не надо было договариваться с людьми!» Древний вампир чувствовал своим небьющимся сердцем: эту тайную охоту устроил кто-то из людишек. С позволения, так называемого, комитета, или без – неважно. Раз оборотней тоже убивают – это делают люди. Раз комитет контроля не может ничего контролировать – зачем он нужен? Сожрать к чертям весь комитет, и установить свою власть. Абсолютную. Люди будут просто едой, а не тем, кем они там себя возомнили.

Людей Алулу ненавидел с тех самых пор, как три с половиной тысячелетия назад его заточили в скалу на необитаемом острове. Родился Алулу на континенте, который сейчас назывался Австралией, а тогда ни о каких таких названиях и не мечтали. Соплеменники Алулу занимались собирательством, охотой и рыболовством. Все. В том числе его семья – родители, братья и сестры. Алулу тоже пытались приучить к труду, но всё, чем занималось племя, он находил невозможно скучным. Мальчик родился необычным. Он обладал третьим глазом. Впервые Алулу понял, что с ним что-то не так, когда увидел странную картину. Из леса выбежал волк, встал на задние лапы и превратился в человека. Удивительным было всё. Начиная с того, что волк был необычным – не сумчатым полосатым волком, а большим черным зверем. И то, что он превратился в человека, тоже поразило мальчика.

–Мама! Мама! Смотри! – сказал Алулу матери.

Мать, которая меняла рыбу на орехи, повернулась к сыну и спросила:

–Что? Куда?

–Видишь того человека?

–Там много людей, – отмахнулась мать.

–Он совсем раздетый!

Мать еще раз обернулась и снова вернулась к своим переговорам. Понаблюдав за странным человеком, Алулу понял, что его видит только он. А тот прошел по поляне, опустился на четвереньки и снова скрылся в лесу, никем не замеченный.

После Алулу стал прислушиваться и приглядываться. Он повидал немало странных существ, но они не обращали на него никакого внимания. Странные существа не знали, что мальчик видит их, и он не подавал вида. Однажды, например, он видел странную женщину с хвостом, которая подплыла к берегу, запела песню, и утянула под воду рыбака. Люди говорили, что рыбак перебрал с виноградным напитком, но они не видели и не слышали поющую женщину с рыбьим хвостом.

Алулу хотел вступить в контакт хоть с кем-то из монстров, но боялся – это во-первых. И не знал, что им сказать. Как он понял, люди для этих существ были или добычей, или развлечением. Например, напугать. Испортить охоту или рыбалку. Ну или убить и съесть, что тоже случалось. Алулу было уже двадцать, когда он вышел ночью из временной хижины, которую они с отцом построили, чтобы задержаться на несколько недель в этой местности. Вышел Алулу, чтобы справить естественную нужду, но тут же забыл об этом. Справа от хижины, совсем близко, за кустами, происходило что-то интересное. Оттуда слышался рык, возгласы, и треск ветвей. Акулу схватил лук и стрелы и начал пробираться к тому месту, откуда доносился шум. Почему-то отца он будить не стал. Словно что-то его остановило. Было страшно, но любопытно. Алулу, стараясь не шуметь, пролез сквозь чащу и на соседней поляне увидел захватывающую картину: человек дрался с волком.

Выглядело это странно… хищник давно должен был порвать человека в клочья, но тот сопротивлялся, с переменным успехом. Волк был каким-то слишком крупным. Напоминал Алулу то существо, которое он видел в детстве. Того, кого он увидел в самом начале – своего первого монстра. Инстинкт вдруг сказал Алулу стрелять. В зверя, конечно. Не в человека. Он натянул стрелу и прицелился – нужно было, чтобы волк повернулся спиной к нему. И тут человек, сражающийся с волком странно долго и смело, увидел Алулу. Увидел лук и стрелу. Он вцепился в лапы волка и повернул его спиной к парню. И одними губами сказал: «Давай!» И Алулу выстрелил.

А дальше произошло то, что чуть не заставило парня сбежать. Но он взял себя в руки и остался. Раненый волк превратился в человека. А первый человек впился зубами в шею своего противника. Высосав кровь, он обезглавил того, кто еще недавно был волком, и отгрыз ему голову. Зубами. После чего вытер рот листьями, сорванными с дерева, и сказал:

–Спасибо! – прислушался и добавил. – Тут рядом твоя семья? Я слышу, как стучат их сердца.

Алулу кивнул.

–Ты спас им жизнь. Теперь я сыт, и никого не трону. Сегодня аборигены могут спать спокойно.

–Кто ты?

–Яра-ма-йа-ху. Но тебе это не нужно. Забудь.

–Ты тоже невидим для людей?

–Почему? Видим. Но я не выхожу днем.

–Почему не выходишь?

–Солнце. Проклятие солнца. Солнечные лучи – враг яра-ма-йа-ху. Ну пока, парень! Я пошел.

И яра-ма-йа-ху умчался на бешеной скорости. Буквально испарился. Увидев это, Алулу подумал, что тоже бы не отказался быть яра-ма-йа-ху. Цена не так уж высока. Не выходить на солнце. А, ну еще кровь – но это вообще ерунда. Зато сколько силы у этого существа! А еще он быстрый. И красивый. Красивая бледная кожа и темные глаза с красными проблесками. Если Алулу еще раз встретит яра-ма-йа-ху, он узнает, как ему стать таким же…

Прошло три года, и он встретил. Девушку-яра-ма-йа-ху. Вампиры жили по-одиночке – так для них было безопаснее. Нита, встретив Алулу, удивилась, что он ходит один ночами. Аборигены прятались в хижинах и защищались оберегами, а этот как будто сам искал смерти.

–Убьешь меня? – спросил он.

–Я не убиваю людей, – ответила Нита. – Я убиваю животных, или пью кровь человека, а ему внушаю всё забыть. И тебе внушу. Ты забудешь, что встретил меня.

Она так и сделала. А когда собиралась уходить, Алулу окликнул Ниту. Она была удивлена.

–Я не такой, как другие. Я вижу больше, чем остальные люди. Не сработало твое внушение.

Нита улыбнулась. И словно стала чуть ближе. А потом у них закрутился сумасшедший роман. Они любили друг друга так, словно утром наступит конец света.

–Сделай меня, как ты! – просил Алулу.

–Кто знает, во что тебя превратит твой дар? Может, сделает самым опасным хищником в мире.

Но он уговорил Ниту, и она обратила его. Он без сожаления покинул свою семью, и свое племя. Алулу жил с любимой и старался соблюдать её жизненные правила. Например, не убивать людей. Но на материке были и другие яра-ма-йа-ху, и люди охотились на них. Алулу с Нитой были счастливы уже почти триста лет, прячась днем в пещерах, и выходя на охоту ночью. Но однажды, во время очередной ночной прогулки, Ниту убили. Она попала в ловушку, и не успела выбраться – охотники отрубили ей голову. Всё произошло так быстро, почти мгновенно. Алулу и Нита только на минуту разошлись в разные стороны, пересекая лес. Выглядывали добычу. А когда Алулу подбежал к тропе, Нита уже была обезглавлена. Толпа аборигенов стояла над ней, торжествуя.

–Что вы наделали? Мы не убивали людей! – вскричал Алулу.

Все повернулись к нему. Тут же в Алулу полетели камни, стрелы, копья. Он еле успел убежать. А следующей ночью, продвигаясь по лесу по сантиметру, отслеживая ловушки, он нашел одну и закинул в неё камень. Тут же набежала толпа, в надежде прикончить кровососа, но Алулу был на шаг впереди. Он утаскивал их по одному в кусты и на деревья, и убивал. Мстил за любимую. Земля в лесу в ту ночь буквально пропиталась кровью. Он уничтожил минимум три десятка людей. И всё ему казалось мало – Алулу вошел в азарт.

Следующей ночью к нему с белым флагом явился вождь местного племени. Молил о пощаде. Просил прощения за Ниту. Клялся в дружбе, любви и преданности. Умолял о перемирии. И Алулу поверил. Он и сам спустя сутки чувствовал себя не очень, осознавая, сколько убил людей. Всё-таки Нита учила его жить иначе.

Земляки обманули Алулу. Они усыпили его бдительность, а потом поймали в ловушку, учитывая промахи погибших товарищей. Но убивать Алулу аборигены не стали. Его связали веревками, пропитанными какой-то дрянью. Веревки жгли, ослабляли его, сковывали. Алулу бросили в каноэ и увезли на необитаемый остров в соседнюю часть света. Там древний и могущественный маг сказал, что Алулу – необычный яра-ма-йа-ху. Магический дар парня делает его особенным. Слишком сильным, слишком непредсказуемым.