» » » онлайн чтение - страница 4

Текст книги "Чертова ловушка"

Правообладателям!

Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

  • Текст добавлен: 12 ноября 2013, 14:34


Автор книги: Ирина Щеглова


Жанр: Детские приключения, Детские книги


Возрастные ограничения: +12

сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 4 (всего у книги 7 страниц)

Шрифт:
- 100% +

Глава 11
Месть

Наутро всю деревню охватила невиданная эпидемия. Фельдшерица сбилась с ног. Люди заболевали целыми семьями, они метались в жару, у них опухали руки и ноги, многие бредили. После обеда из района приехала машина «Скорой помощи», за ней еще одна, потом еще… Пустели дома, те, кто почему-то еще не заболел, боялись выходить на улицу. Приехала санитарная инспекция, брали пробы воды, проверяли магазин, ходили по домам.

Наведались они и к Ксюхе, чтобы забрать из их с бабушкой дома непонятно откуда взявшуюся Светлану Викторовну Королькову – еще весной пропавшую. Девушка была страшно истощена, без сознания, но жива! Ночью Ксюхе удалось дотащить ее до дома и уложить в свою постель. А утром, когда она с трудом объяснила бабушке появление в доме незнакомой девушки, они отправились к фельдшерице, а потом уже и к участковому милиционеру.

От фельдшерицы Ксюха и узнала о первых заболевших. Эпидемия распространялась стремительно. К вечеру в деревне был объявлен строгий карантин.

У Наташи заболели все, кроме нее самой.

Ксюху к Наташе не пустили – из-за карантина.

Последними заболевшими были Наташины родители. Дальше болезнь не двинулась. Выходит, несчастная девушка при помощи колдовской свечи и чужого наговора шла по деревне и метила черным воском дома. Насылала порчу на людей.

Ксюхе удалось остановить ее, но ведь не в одиночку. Если бы не баба Люба, неизвестно, обошлось бы все или нет.

Перепуганная бабушка непрестанно звонила родителям Ксюхи. Дозвонилась с трудом, встревоженно рассказала им об эпидемии.

Ксюха хваталась за голову, уговаривала бабушку не пугать родителей, что-то доказывала, успокаивала ее.

К вечеру все невообразимо запуталось. Фельдшерица связала Ксюхину болезнь с эпидемией. Она явилась в сопровождении нескольких озабоченных медиков. И Ксюха безропотно позволила им осмотреть себя. Медики недоуменно переглядывались, Ксюха молчала. Да и что она могла им рассказать? Что никакой эпидемии нет, что надо допрашивать не ее, а Хаврониху? Тогда Ксюху, пожалуй, записали бы в душевнобольные, а этого ей совсем не хотелось.

В довершение ко всему ей пришлось давать показания участковому о несчастной девушке. По Ксюхиной версии, девушка появилась на улице ночью, в невменяемом состоянии. Ксюха выскочила из дома, чтоб ей помочь, и девушка упала в обморок, Ксюха дотащила ее до дома и разбудила бабушку. Опять-таки, она не врала, по сути все так и произошло. Про черную свечку, понятное дело, Ксюха не распространялась.

После участкового появился тот самый Славка. Он был на удивление трезв, правда, выглядел неважно. Бабушка сначала не хотела его пускать, ссылалась на карантин, но Ксюха пожалела парня, вышла к нему.

Славка молча протянул ей руку. Она пожала его ладонь. После чего оба уселись на крыльцо. Славка нервно закурил.

– Выходит, ты нашла Светланку? – спросил он.

Ксюха кивнула.

– Я поблагодарить тебя пришел, – выдохнул он.

– Не за что, – ответила Ксюха, – все случайно вышло.

– Если бы не ты… – Он махнул рукой и отвернулся.

Ксюха знала, что Славка прав. Если бы она не увидела Светлану, если бы не вышла на улицу, если бы не Митроша, не баба Люба… Да что там! Если бы, если бы…

– Вы тут новенькие, не знаете ничего, – вдруг заговорил Славка, – никто из наших даже пальцем не пошевелил!

– Почему ты так считаешь? – осторожно спросила Ксюха.

– Да так. – Он сплюнул в пыль, бросил окурок в сторону. Ксюха вздохнула. Она терпеть не могла людей, которые вот так бросали окурки, обертки, бутылки…

– У нас всякое болтают, – нехотя произнес он, – мистики хреновы!

– Значит, ты в эту болтовню не веришь? – уточнила Ксюха.

Парень тяжело вздохнул:

– Да кто же его знает… Тут кому угодно поверишь, когда такое творится.

Ксюха кивнула.

– Я вот тоже сперва не верила, – тихо сказала она.

Славка стрельнул в нее взглядом.

– Ты, это, – он замялся, – знаешь чего?

Она посмотрела на него оценивающе: стоит признаваться или нет? Глаза у Славки были больные, воспаленные, пальцы подрагивали. С похмелья или переживает? Скорее всего, и то и другое.

Ксюха решилась:

– Знаю.

Тут Славка вскинулся, схватил ее за запястье, крепко сжал:

– Говори!

– Только ты успокойся, ладно? – попросила Ксюха. – И еще, не считай меня идиоткой, договорились?

Он смотрел на нее умоляюще, кивнул, соглашаясь. И Ксюха рассказала ему о событиях прошедшей ночи.

Он слушал молча, не перебивая, только желваки ходили на скулах, да губу прикусывал.

– Гадина! – прошипел он, когда Ксюха замолчала. – Убью!!! – Он стукнул себя кулаками по коленям и резко поднялся. – Спасибо! – бросил сухо. – Не поминай лихом!

– Эй-эй, стой! Куда?! – Ксюха вскочила и вцепилась в его рукав. – Так ты ничего не добьешься!

– Пусти! – дернулся Славка. – Подпалю ее, гадину!

– И под суд пойдешь! – нашлась Ксюха. – Да погоди ты! Выслушай меня!

– Чего тут слушать-то? Сгорит, проклятая, а вместе с ней и вся ее дрянь исчезнет.

– А если не исчезнет? – спросила Ксюха.

Вопрос был провокационным. У Ксюхи не было ответа, да и у Славки тоже.

– Вот именно! – Ксюха снова усадила его на крыльцо. – Тут подумать надо.

– Народ подниму, – предположил Славка, – навалимся всем миром!

Ксюха тряхнула головой. Какая-то мысль не давала ей покоя. Эта мысль словно ускользала, пряталась от нее. Вот, например, почему бабе Любе удалось победить Хаврониху? И Игнат Палыч смог снять ее заклятие? Ксюха вспомнила о зеркале и ковшике с водой.

– Как ты думаешь, какая вода может потушить ведьмин огонь? – спросила она у Славки.

Тот пожал плечами:

– Ну, святая, наверно…

– Святая вода! Точно! – дошло до Ксюхи. – Слушай, мы же можем сходить в церковь и набрать там святой воды. Зальем ею Хаврониху с ног до головы!

– Ну, не знаю, – с сомнением произнес Славка, – а ну как не подействует?

– Попытка не пытка, – заметила Ксюха, поднимаясь. – И вот еще что надо сделать: надо счистить весь воск с ворот и заборов, тогда люди болеть и перестанут. – Идем! – она потянула его за руку.

– Куда идем? – не понял он.

– В церковь, конечно, – ответила Ксюха.

Славка встал и вновь замялся.

– Ну, что же ты? – удивилась Ксюха.

– Да как-то мне неудобно ломиться к нашему попу…

– Тебе неудобно, так я сама пойду, – заявила Ксюха.

И действительно пошла.

Алевтина Гавриловна выскочила на крыльцо:

– Куда опять на ночь глядя?! Да что же это за наказание такое!

– Ба, я скоро вернусь, вот, меня Слава проводит…

– Как проводит? – растерялась бабушка. – Куда?

Славка втянул голову в плечи. Ксюха повернулась к бабушке и мягко сказал:

– Ба, ну ты пойми, так надо. Я не глупостями всякими занимаюсь. Мне к священнику надо!

– К священнику?! – окончательно опешила Алевтина Гавриловна. – Так я с тобой пойду. И что это ты выдумала?

Ксюха мысленно застонала.

– Ба, я молебен закажу, о здравии той девушки, Светланы, вот – это ее жених, он сам стесняется, – на ходу сочинила она.

– Кто жених? Какая девушка? – испуганно залепетала бабушка.

И снова у Ксюхи все поплыло перед глазами. Славка почему-то исчез, на его месте заколыхалось жаркое марево; у бабушки шевелились губы, она что-то говорила, но Ксюха ее не слышала.

– …вот, завтра вместе сходим, и службу отстоим, и молебен закажем, – донеслись до нее слова бабушки.

– Нам надо сейчас, – Ксюха тряхнула головой, прогоняя наваждение, и внимательно посмотрела на Славку, который снова стал вполне видимым.

– О господи! – беспомощно пролепетала бабушка и ушла в дом.

Глава 12
Борьба с суевериями

Ксюха быстро шагала по нагревшейся за день пыльной дороге. Славка молча сопровождал ее.

Небольшая деревянная церковь стояла на въезде в деревню, здесь же, за оградой, притулился и домик священника.

Ксюха заметила свет в окнах и обрадовалась. Хозяева еще не ложились. Она приоткрыла калитку, осмотрелась. Слева какое-то строение, справа – домик священника, колодец, качели на дереве, в песочнице валяются забытые игрушки.

Ксюха подошла к домику и решительно постучала в дверь.

Дверь открыла миловидная круглолицая женщина. Улыбнулась, при этом обозначились ямочки на ее щеках.

Ксюха вежливо поздоровалась, извинилась и спросила, не может ли она поговорить со священником.

– Какая же ты серьезная, – не переставая улыбаться, заметила женщина, – проходи, батюшку я сейчас позову.

Ксюха несмело вошла в прихожую и дальше, в комнату, где женщина усадила ее на стул с высокой спинкой.

«Надо же, я думала, что священники живут как-то особенно, – думала Ксюха, оглядываясь, – а тут – дом как дом. Ничем от нашего не отличается. Только икон много…» – Она подняла голову и всмотрелась в потемневшие лики святых. По окладам бегал отблеск лампадного огонька. Бумажные цветы, накрахмаленное полотенце – наивные украшения деревенского дома. Правда, на столе под иконами стоял и большой букет живых цветов, не садовых, полевых. Ксюху почему-то умилил этот букет.

В комнату быстро вошел невысокий худощавый священник в подряснике. Черноволосый, молодой, волосы забраны в хвост на затылке, редкая бородка. Увидел Ксюху и тоже улыбнулся:

– Добрый вечер. Ты ко мне?

Ксюха чинно встала, поздоровалась и отчеканила:

– Мне нужна святая вода, много…

– Вот как? – весело переспросил священник. – А зовут тебя как?

– Ксю… – она запнулась, – Ксения.

– Прекрасное имя! – похвалил священник. – А меня – отец Виталий.

Ксюха кивнула:

– Очень приятно. Так что насчет воды?

Он присел напротив нее:

– Ксения, а ты крещеная ли?

– Крещеная…

– А почему крестик не носишь?

Она смутилась:

– Так, потерять боюсь…

Он вздохнул:

– Воду ты, конечно, можешь набрать. Я сейчас тебя провожу… А можно вопрос задать?

– Можно.

– Ты не из дачников ли?

– Ну, из дачников.

– А где живешь?

– В доме бабы Любы, – сообщила Ксюха и внимательно посмотрела на него: как отреагирует на ее слова священник?

– Вот, значит, как, – задумчиво произнес он. – Она была очень хорошая женщина, никак не могу привыкнуть к тому, что ее нет. Она мне очень помогла!

Ксюха ничего не ответила, ждала, когда же священник отведет ее в церковь и даст святой воды.

Отец Виталий встал и поманил ее за собой.

Они вышли на темный двор. Перед церковными дверями отец Виталий трижды осенил себя крестным знамением и поклонился. Ксюха неловко перекрестилась, шагнула за ним в притвор. Отец Виталий щелкнул выключателем, вспыхнул свет. Ксюха зажмурилась. Отец Виталий указал ей на вместительный металлический бак:

– Пожалуйста…

И тут Ксюха вспомнила, что впопыхах она забыла взять ведро. Ей почему-то думалось, что надо непременно целое ведро набрать. Отец Виталий, заметив ее смущение, обо всем догадался и, пошарив в шкафчике рядом с баком, достал пластиковую бутылку.

«Полтора литра, – подумала Ксюха, – не мало ли?» Но попросить у батюшки вторую бутылку постеснялась. Сказала спасибо и быстро наполнила бутылку.

– Погоди-ка минутку, – попросил ее священник. Он открыл дверку свечной лавки, вошел туда и скорее вернулся, держа в руке крестик – самый простой крестик на шнурке. – Вот, – он протянул Ксюхе крестик.

Она смутилась:

– Ой, извините, у меня денег с собой нет…

– Это подарок, – он улыбнулся.

– Да я… да у меня дома лежит крестик, хороший, золотой, и цепочка, я просто… – она почувствовала, что краснеет, замолчала и наклонила голову. Отец Виталий надел на ее шею крестик.

– Вот так, – сказал он и благословил Ксюху.

Они вышли из храма.

– Ну, я пойду, спасибо, извините за беспокойство, – сказала она. – Спокойной ночи.

Священник все смотрел на нее, словно ждал чего-то. Ксюха, прижав бутылку к животу, быстро направилась к воротам.

– Ксения, – негромко окликнул ее священник. – Ты крестик-то носи! И заходи почаще!

– Хорошо, – пообещала она.

Славки нигде не было видно. Не дождался ее, что ли?

– Слав! Славка! – позвала Ксюха. И увидела его у дороги, но не одного: рядом с ним стоял кто-то, кажется, девчонка. Спорят они или просто разговаривают? Ксюха решительно направилась к ним.

– Наташа? – удивилась она, узнав подругу. – Как ты тут оказалась?

Наташа испуганно отшатнулась от Славки, но быстро успокоилась.

– Тебя искала, – ответила она, – мне удалось убежать из дома, – она невесело усмехнулась, – как всегда, через окно. Побежала сразу к тебе, а бабушка сказала, что вы со Славкой в церковь пошли.

– Ну да, – Ксюха показала ей бутылку с водой, – вот, набрала… кто знает, что теперь с ней делать?

Наташа с удивлением взглянула на бутылку:

– Так, значит, Славка правду сказал, вы и в самом деле хотите Хаврониху окропить?

– А ты что предлагаешь? – огрызнулась Ксюха. – Половина деревни болеет, Славкина Светка до сих пор в беспамятстве лежит. Я хоть что-то делаю! А ты?

– А я целый день с родителями сижу! – выкрикнула Наташа. – Ой, боюсь, помрут они! – она всхлипнула. – У нас медсестра дежурит. Уколы им делает, только они не помогают. И вода эта не поможет!

– А что же поможет?! – заорала Ксюха.

– Девчонки, вы что, с ума посходили?! – набросился на них Славка. – Не хватало вам еще поссориться!

Ксюха прикусила губу и бросила с досадой:

– Баба Люба мне ковшик с водой дала, я той водой и потушила ведьмин огонь. Поэтому болезнь дальше вашего лома не распространилась. Надо брать Хаврониху!

Летучая мышь бесшумно скользнула в неподвижном воздухе. Ксюха вздрогнула.

– Игнат Палыч не велел нам к Хавронихе соваться, – напомнила ей Наташа.

– Так от него тоже толку никакого, – буркнула Ксюха, с опаской оглядываясь по сторонам. Летучая мышь исчезла. Может, ей почудилось?

– Молебен надо отслужить, – сказала Наташа, – с водосвятием, и крестным ходом вокруг деревни идти.

Ксюха посмотрела на Славку, тот пожал плечами:

– Я в этом не разбираюсь.

– А кто разбирается? – насела на него Ксюха.

– Кто-кто, старухи, которые в церковь ходят, – недовольным голосом ответил Славка.

– Ну, у вас тут, ребята, и мракобесие! – Ксюха покачала головой. – Средние века какие-то, честное слово!

Славка выхватил у нее бутылку, развернулся и ушел куда-то в темноту. Девчонки, не сговариваясь, бросились за ним. Наташка, что было удивительно, не скулила и не причитала, неслась во всю прыть по пустой деревне, и лицо у нее было такое, такое!.. Если бы Ксюха не знала ее лично, то испугалась бы, встретив на улице девчонку с таким лицом.

Глава 13
Ведьма

Дом Хавронихи был окружен высоким забором из толстых струганых досок. Тесовые ворота закрыты наглухо.

Славка велел Ксюхе подержать бутылку, ловко подтянулся и оказался на заборе. Наклонился и потребовал передать бутылку.

– Что ты собираешься делать? – шепотом спросила Ксюха.

– По обстоятельствам, – ответил он и спрыгнул во двор.

Ксюха испугалась: вдруг у Хавронихи есть собака, она сейчас залает и бросится на Славку! Но Наташа стояла спокойно, прислушиваясь к Славкиным шагам.

– Что, мы так и будем тут стоять? – шепнула Ксюха. – Давай-ка, подсади меня!

Наташа, не говоря ни слова, подошла вплотную к забору и присела на корточки. Ксюха осторожно встала к ней на плечи. Обхватив ее лодыжки, Наташа стала подниматься, Ксюха потянулась и уцепилась за край досок. Вспомнила уроки физкультуры, выругалась и дала себе слово заняться спортом всерьез. Но ей все-таки удалось влезть наверх. Сидеть на узком заборе было страшно неудобно. Да еще Наташа потребовала, чтоб Ксюха протянула ей руку. Ксюха осторожно легла на живот, свесив ноги и руки по разные стороны забора. «Не удержусь!» – мелькнула в ее голове трусливая мысль. Но Наташа оказалась проворной, она ловко ухватила Ксюху за руку, упруго подпрыгнула, уперлась ногами в доски… и вот она уже сидит на заборе, рядом с Ксюхой.

– Прыгаем! – шепнула Ксюха.

Наташа спрыгнула почти бесшумно, а Ксюха зацепилась за какой-то сучок и порвала шорты. Да еще и приземлилась в какие-то колючки. Она зашипела от боли, но Наташа мгновенно оказалась рядом и зажала Ксюхин рот ладонью.

Они поднялись и, держась за руки, двинулись вдоль забора. Двор бы слабо освещен лампочкой, горевшей над крыльцом. Двор как двор, вымощенный плиткой, чистый, дом большой, высокий. Ставни раскрыты, за окнами темно.

– Где же Славка? – одними губами спросила Ксюха. И вдруг увидела. Славка – вернее, его тело темной грудой лежало в тени, недалеко от крыльца, а над ним, оскалив клыкастое рыло, стояла свинья.

Бутылка со святой водой откатилась в сторону и валялась неподалеку. Девчонки замерли, прижавшись друг к другу.

Свинья смотрела прямо на них. Ксюха видела, как напряглась спина свиньи, как опустилась ее голова. Рыкнув, свинья кинулась на подруг. Девчонки бросились врассыпную, причем Наташа рванула к воротам, а Ксюха со страху побежала вдоль забора. Свинья повела рылом и понеслась за Наташей. Хоть Ксюха уже ничего не соображала от ужаса, она все же вспомнила о бутылке с водой. Она перепрыгнула через какие-то грядки, упала, подкатилась к Славке, толкнула его: «Вставай!» И в этот момент услышала Наташкин крик и победный визг свиньи.

Ксюха снова прыгнула. На этот раз она ударилась очень больно, зато дотянулась до бутылки. Еще секунда, и она успела бы открутить пробку. Но прямо ей в лицо уткнулось свиное рыло.

Лязгнули белоснежные клыки. Почему-то Ксюху особенно потрясла эта белоснежность, безупречность, для настоящей свиньи невозможная.

Ксюха зажмурилась и машинально закрылась рукой, той, в которой держала бутылку.

Клыки ударили и… впились в тонкий пластик. Бутылка лопнула, брызнула святая вода, заливая и Ксюху, и свинью.

Опомнившись, Ксюха заорала во все горло: «Помогите!» – и что есть силы ткнула в свиное рыло прохудившейся бутылкой.

– Мерзавка! – завизжала свинья человеческим голосом.

Ксюха открыла глаза и уставилась на внезапно изменившуюся свинью. Ее обличье словно размылось, потекло, на его месте проступало другое, настоящее. Ксюха увидела женщину, стоявшую на четвереньках и яростно отплевывавшуюся.

Хаврониха!

Да, это была она. Длинные, черные с сединой пряди ее волос сметали пыль с дворовых плит. Хаврониха мотала головой, мычала и сквернословила так, что у Ксюхи в ушах зазвенело.

Но от прежнего ужаса не осталось и следа. Ксюха поднялась на ноги, отвернула крышку и выплеснула остатки святой воды прямо в лицо мучительнице.

– Что это у вас с лицом? – спросила она презрительно. Правое ухо Хавронихи осталось свиным.

– Ах ты маленькая дрянь! – прохрипела Хаврониха. – Против кого пойти задумала?!

– Да пошла ты! – нагрубила ей Ксюха и отвернулась.

В ворота громко постучали.

Послышались тревожные голоса.

– Ксюшенька! Ксения! – это взывала к ней бабушка.

– Лизавета, что там у тебя происходит?! – этот голос тоже показался Ксюхе знакомым. Где она его слышала?

– Немедленно отворяйте! Эй, вы, там! Начинаю ломать ворота!

– Я иду! – крикнула Ксюха. И побежала к воротам.

Она с трудом отодвинула тяжелый засов. Ворота ходили ходуном от ударов. Створки распахнулись, впустив на ведьмин двор множество народу: участковый, бабушка, отец Виталий, еще какие-то люди…

– Мы здесь! Здесь! – повторила Ксюха.

Бабушка схватила ее, прижала к себе, дрожащей рукой погладила по голове.

– Кто кричал? – строго спросил участковый.

– Ксения, что ты здесь делала? – удивился священник.

– Кто звал на помощь?

– Что происходит?!

– Ловите ее! Держите! – заволновалась Ксюха. – Она Славку и Наташу убила!

Ее обступили, сочувственно расспрашивали и… не верили.

– Девочка не в себе…

– Еще один случай…

– Милая, пойдем домой, – пыталась успокоить ее бабушка.

– Надо бы врача…

– Да вы что, не видите?! – забилась в сдерживающих ее руках Ксюха. – Посмотрите же! Может, их еще можно спасти!

– Кого, кого, детка?

– Здесь нет никого…

Ксюха извернулась, поискала глазами, но не увидела лежащих бесформенными грудами тел Славки и подруги. Где же они?!

Славка исчез. А вот Наташа… Хаврониха невозмутимо тащила ее через двор, волочила прямо по земле, держа за шиворот.

– Наташа! – Ксюха рванулась, ее не сумели удержать, все ахнули, и она в несколько прыжков настигла ведьму, перекрыла ей путь. – Стой, проклятая!

Хаврониха усмехнулась презрительно:

– Отобрала у меня Светку? Так я ей замену нашла! – Она взмахнула свободной рукой. Дверь в доме с треском распахнулась, и оттуда черной тучей вылетело воронье, сбило с ног Ксюху, покатило ее, как тряпичную куклу, по двору, каркая, исхлестало ее жесткими крыльями.

Ксюха кричала – и не слышала своего крика.

Черным-черно…

Глава 14
В бездне

Ксюха лежала на самом дне черной ямы, без звуков, без сна, без надежды…

«Я умерла…» – пришла тягучая мысль.

«Ну и что… так даже лучше…» – возник равнодушный ответ.

«Отсюда возврата нет! НЕТ! Нет! Нет!» – забилось в голове бесконечным рикошетом.

«Почему я чувствую?» – недоумение.

Я?

Чувствую?

Кто это – Я?

Нет меня. Нет ничего. Ни света, ни тени, ни дня, ни ночи. Ни тела, ни движения…

Ксюхе мучительно захотелось моргнуть. Не получилось.

Беззвучие.

Голоса тоже нет. И быть не может, если нет тела.

Но тогда что же есть?

Чувство? Мысль?

Вот оно как – после смерти…

Но как же так? Разве это возможно? Да и за что ее, такую хорошую, совсем еще молодую, взяли и бросили в черную бездну?

Бездну, из которой нет возврата…

Выходит, все люди сюда попадают. И может быть, рядом есть кто-то?

Но как с ними связаться?

Силой мысли?

Стоп, стоп, стоп!

А как же баба Люба?

Она же ведь тоже умерла. Как же у нее это получается – приходить к людям, помогать им, общаться? У нее что, есть какие-то привилегии?

«Ах, баба Люба, баба Люба, где же ты? Если можешь, найди меня, помоги мне еще разок! Я не хочу здесь быть! Это не мое место! В чем моя вина? Я ведь только хотела всем помочь, хотела спасти…» Ксюха отчетливо представила освещенный одинокой лампочкой двор, безвольно волочащееся тело Наташи, ухмылку Хавронихи, черноту и хлопанье множества жестких крыльев.

Живой огонек возник ниоткуда, затрепетал, приблизился.

Ксюха моргнула.

«Это что? Я вижу?» – она разволновалась, потянулась вперед. Огонек разгонял черноту, разрастался светлым облаком.

И вот Ксюха уже смогла разглядеть руку, держащую лампадку, и лицо, выступившее из мрака.

– Баба Люба! – крикнула она во весь голос.

– Ах, Ксения, Ксения, – старушка покачала головой, сокрушаясь, – как же ты неосторожна!

– Я хотела как лучше, – смутилась Ксюха, – я ведь все правильно сделала. И к Игнату сходила, и Наташе помогла, и…

– Не велела ли я тебе причаститься? – спросила баба Люба.

– Кажется, – не очень уверенно ответила Ксюха. – Не помню…

– Когда кажется, креститься надо, – посоветовала баба Люба, – а теперь на-ка вот.

И вовсе не лампадка в руке ее горела, а светилась маленькая чашка. Свет от нее шел живой, теплый. Баба Люба поднесла чашку к Ксюхиным губам, наклонила ее, Ксюха послушно отпила, ощутила на языке сладкую терпкость, проглотила и…

Страницы книги >> Предыдущая | 1 2 3 4 5 6 7 | Следующая

Правообладателям!

Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.


  • 0 Оценок: 0
Популярные книги за неделю

Рекомендации