Текст книги "Школа волшебства. Пятая книга стихов"

Школа волшебства
Пятая книга стихов
Ива Афонская

Двуликий Янус – два усилья:

нести свой крест,

нести свой свет.

Моя сутулость прячет крылья,

и тяжелее ноши нет.

Иллюстратор Ива Афонская

© Ива Афонская, 2017

© Ива Афонская, иллюстрации, 2017

ISBN 978-5-4485-9327-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Вступление

«Но дай мне имя, дай мне имя…»

О. Мандельштам

 
Хочет всё обрести своё имя,
одинокие бродят слова,
вырастают, мечтою томимы,
как цветы – чтоб их кто-то сорвал.
 
 
Острова спят в тумане открытья
и в канун пробужденья – тихи,
как родник под землёй, как наитье
нами названное: стихи.
 
 
Города открывают нам лица
башен, сказочных крыш, флюгеров,
чтоб, как в камне, – в слова воплотиться
город мог – колыбель мастеров.
 
 
Сотворённое нами руками,
и слова, что звончей серебра,
замки слов и замки из камня —
создают это всё мастера.
 
 
Тайной связаны вы, маг и мастер,
в двух словах – ощущенье родства.
И недаром, а может быть, к счастью,
в ремесле есть печать волшебства.
 
 
Словно талер серебряный, звонко,
песня льётся чистым ручьём,
и, как новорождённый ребёнок
закричит о рожденье своём.
 

1988

«Мой стих – сын случая, дитя удачи…»

 
Мой стих – сын случая, дитя удачи,
осколок настроенья моего.
Не я придумала, что будет значить
иное слово или звук его.
 
 
Не знает мать, кем вырастет ребёнок,
так я его не ведаю конца
в тот миг, когда он рвётся из пелёнок,
а вырвется – не узнаю лица.
 
 
Не подчинит дитя своей причуде
мать, даже много приложив труда.
Дитя моё, мой стих, так будь же чудом
и мне не подчиняйся никогда!
 

1982

Вариации на тему

Тема I

Тема: «Нам не дано предугадать,

Как слово наше отзовётся…»

Ф. Тютчев

 
Нам не дано предугадать,
как наше слово прозвучит,
пока не сорвана печать
и льдом окованы ключи.
 
 
Стихи – как таинство стихий,
как жизнь природы, как река,
И, вырвавшись из рук людских,
они плывут, как облака,
 
 
растут, как ветви у ольхи,
текут, как кровь течёт по венам…
Когда рождаются стихи
и как – нам путь стихов не ведом.
 

1982

Тема 2

«Изгнанники, скитальцы и поэты,

Кто жаждал быть, но стать никем не смог,

У птиц – гнездо, у зверя – тёмный лог,

Но посох вам и нищенства заветы».

М. Волошин

1

 
В квартире маленькой моей,
где дует изо всех щелей,
где дух бездомности таится,
ползущий, как мороз из рам,
где горе с кофе пополам
(и сахаром не подсластится),
прописаны: ночная мгла,
беда из каждого угла
и свет над чистою страницей.
 
 
2
 
 
Дух временности мне сродни.
Я – птица, севшая на ветку:
присядь, и через миг – вспорхни.
Жизнь – ветка мне, и дом мой – ветка.
 
 
Мне близок чайки крик над морем.
Как дух скитаний превозмочь?
И я живу годами в доме,
как сняв гостиницу на ночь.
 
 
3
 
 
Поэту посох был вручён,
на пёрышки пошло крыло.
Он на скитанья обречён,
как будто метка на чело.
 
 
Он не давал такой обет,
но от судьбы спасенья нет,
и дюжина невзгод и бед
всю жизнь идут ему вослед.
 
 
4
 
 
В поэте гены есть бродяги.
Сродни с оторванным листом,
летящим с ветки, – лист бумаги,
и ручки пёрышко – с крылом.
 
 
Пускай пленительный и ранний
расцвёл судьбы твоей рассвет —
но горький, с привкусом скитаний,
такой ждёт хлеб тебя, поэт.
 
 
Пусть нет нигде скитанья, кроме
души – в ней странствия твои.
И мы бездомны даже в доме,
с бездомностью в своей крови.
 

1988

Тема 3

«Я хочу поужинать, и звёзды золотые в тёмном кошельке»

О. Мандельштам

 
Пройдя татарскою ордой,
сбирает осень дань с Москвы,
монеты на ковёр травы
бросая грудой золотой.
 
 
Пускай её характер крут,
дожди-опричники лихи,
у нас – лишь звёзды и стихи,
и больше нет других валют.
 
 
Не собирай богатства впрок
и денег не копи – всегда
текут монеты, как вода,
а звёзды щедро дарит Бог.
 

1989

«Вечерний сумрак – верный пёс …»

 
Вечерний сумрак – верный пёс —
положит голову на лапу.
Не сводишь душу к эскулапу,
да и на улице мороз.
 
 
Существований наших вкус
нам не по вкусу очень часто,
но в это вдуматься – опасно,
хоть по натуре я не трус.
 
 
С тобой мы часто не в ладу,
судьба, капризная, как тёща,
но всё спокойнее и проще
встречаю у дверей беду.
 
 
Ты горче дыма папирос —
судьба. Спасает лишь тетрадка,
куда уходим мы украдкой
от неудач, и бед, и слёз.
 
 
Но среди них хранит тебя
твоя надежда и основа:
едва мерцающее слово
над тёмной бездной бытия.
 
 
На смену пройденным годам
приходит опыт пониманья:
подобно звёздам мирозданья
слова недостижимы нам.
 

1983

«Ты будешь рвать черновики…»

«Много званных, но мало избранных»

Библия, Новый Завет

 
Ты будешь рвать черновики,
писать и рвать, и вновь писать,
и знать, что тернием в виски —
отверженности благодать.
 
 
Что Бог тебя не полюбил
и ни к чему гордыни грех,
на пир ты только позван был,
но ты не избран среди всех.
 
 
И зря ты борешься с судьбой,
ты непрозревший, ты слепой.
Тебе лишь посох да сума,
да в горький час сойти с ума.
 

1985

«У меня лишь поэзия – Бог…»

 
У меня лишь поэзия – Бог,
и другого я не прошу.
Вериги рифмованных строк,
как пустынник, всю жизнь ношу.
 
 
Путеводной звездой горя
над кремнистым и трудным путём,
в купели златой сентября,
окрестила она дождём.
 
 
Все отмолят мои грехи
(ведь светлее солнца луча)
не молитвы – мои стихи:
как молитвы стихи звучат.
 
 
Пусть другие молитвы есть —
не запомнят других уста.
Мой из рифм перекрёстных крест —
другого мне нет креста.
 

1987

«Стал – лишь бумагой, лишь пеплом, золой…»

 
Стал – лишь бумагой, лишь пеплом, золой,
а сделаться мог – судьбой:
о ты, не рождённый ребёнок мой —
ты, стих не рождённый мой!
 
 
Наколот, как бабочка на иглу,
ты не вознесёшься вновь…
Судьба, пускай лучше я умру,
но будет мой стих – живой!
 

1988

Поэт и слово

 
Я думала раньше: слова —
меж нами протянутый мост,
и Богом даны им права
до душ достигать, как до звёзд.
 
 
Я думала – средство они,
чтоб душу раскрыть, как окно.
Мои мимолётные дни
лишь им удержать суждено.
 
 
Но вижу: слова – как стена,
стена между вами и мной,
и биться я обречена,
как рыба об лёд головой.
 
 
Но вижу: лишь кучка золы
они от былого огня.
Пришли как спасенья послы,
но тайно убили меня.
 

1983

«Лишь зеркало с лицом не спорит…»

 
Лишь зеркало с лицом не спорит,
а отражает всё как есть.
Искусство зеркалу не вторит,
в том для себя не видя честь.
 
 
Я думала сначала: слово
лишь слепок с яви… Но куда
оно уходит от основы,
как птица, рвётся из гнезда.
 
 
Рвёт связи, следствия, причины,
как с веткою разрыв листа,
расходится – как половины
у петербургского моста.

...

конец ознакомительного фрагмента