Текст книги "Тень Ястреба"
![](/books_files/covers/thumbs_240/ten-yastreba-73113.jpg)
Автор книги: Кертис Джоблинг
Жанр: Зарубежное фэнтези, Зарубежная литература
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 23 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
– Благодарю за то, что вы так своевременно пришли нам на помощь, капитан… – начал один из матросов и тут же получил от все еще трансформированного Веги удар то ли рукой, то ли плавником по лицу, от которого свалился и проехал несколько метров по мокрой набережной.
– Заткни свою погремушку, Карни, – проревел Вега. – Не будь ты нужен мне на «Мальстреме», я прямо здесь содрал бы с тебя шкуру! Наши враги скоро вернутся, и их будет еще больше. Бегом на корабль, мы снимаемся с якоря! Немедленно!
Матросы не тронулись с места, со страхом разглядывая своего трансформированного капитана.
– Вы что, оглохли, тетери? – остервенело закричал Вега, выкатив немигающие, черные, как бездонный колодец, глаза и обнажая ряды белоснежных, острых как бритвы зубов. – Пошевеливайтесь!
Теперь матросы ринулись бежать к шлюпкам, только Ринглин и Айбел неторопливо прошли мимо подавленного Гектора, окинув его презрительными взглядами. Толстый коротышка похлопал своего дружка-верзилу по спине, и они, одновременно и лениво, спрятали за пояса свое оружие. Тут уж Вега не стерпел. Он одним стремительным движением ухватил каждого из них за горло, высоко поднял над головой и принялся трясти их в воздухе. Потерявшие спесь дружки кричали, беспомощно махали руками. Манфред сунулся было успокоить Вегу, но остановить разошедшегося Принца пиратов оказалось не так-то просто.
– Отойди, Манфред, – рявкнул Вега и поднял голову, обращаясь к трепыхающимся в воздухе негодяям. – Ведь это была ваша идея – затеять драку на Моге, не так ли? Это были люди Слоты. Слышали, Слоты! Мои парни, конечно, не ангелы, но они не самоубийцы!
– Они… обесчестили нас… – задыхаясь, выдохнул Ринглин.
– У тебя нет чести! – взвыл Вега. – Интересно, что может помешать мне убить вас прямо здесь и сейчас?
Он сильнее сжал глотки Ринглина и Айбела – еще секунда, и он свернет им шеи.
– Помешает то, что они телохранители лорда-кабана, – сказал Гектор, стараясь перекрыть голосом унылое завывание ветра. Магистр уже успел подняться на ноги, хотя трансформировавшийся Вега по-прежнему смотрел на него сверху вниз. Смотрел, не веря своим ушам. – Нападение на моих людей означает нападение на Редмайр. И лично на меня.
Вега выпустил Ринглина и Айбела, и они покатились на землю, но тут же вскочили на ноги и припустили во всю прыть догонять ушедших вперед матросов с «Мальстрема». На камнях набережной остались только трое верлордов, и каждый из них испытывал тревогу и неловкость. Где-то вдали слышались крики – это звали подмогу люди Слоты. С того места, где стояли верлорды, было заметно, как быстро увеличивается толпа людей Слоты, грозя превратиться в действительно серьезную силу.
– Нам нужно вернуться на «Мальстрем», – сказал Манфред, беря Вегу под локоть. Капитан вывернулся, посмотрел на маяк. Смотритель уже зажег на вершине маяка огонь, пламя жадно пожирало сложенные шалашиком сухие доски. В грозовое ночное небо летели искры, медленно поднимался столб темного дыма.
– Ваш идиот лорд-кабан только что восстановил против нас леди Слоту, Манфред. И если вы еще раз сунетесь со своими нравоучениями… – Он задохнулся от гнева, а затем закончил, указывая пальцем на Гектора: – Держите себя в руках, магистр. Или я сам возьму вас в руки.
5. Восьмое чудо печи
Копье ударило в висок Дрю. Кожа треснула, голова откинулась назад, и он рухнул на пыльную землю. В ушах у него звенело. Хотя учебное оружие было тупым и деревянным, ударить оно могло очень сильно. Дрю откатился в сторону, а в землю, как раз в то место, где секундой назад находилась его голова, воткнулось копье. Соперница непринужденно вытащила копье, сделала пируэт и вновь приготовилась атаковать Дрю. Перекатившись по утрамбованному земляному полу арены, юный Волк избежал нового удара копья, направленного на этот раз в его обнаженный живот. Предугадав следующее движение Дрю, его соперница быстро прыгнула вперед, готовясь нанести Волку точно направленный удар ногой в челюсть.
Именно на это Дрю и рассчитывал.
Его рука уже рванулась вверх, ухватила отведенную назад ногу соперницы, ногами Дрю сделал «ножницы», подсекая голень оставшейся стоять на земле ноги. Шумно выдохнув, соперница упала на землю рядом с Дрю. Он потянулся к ней, забыв на секунду о том, что у него больше нет двух рук – культя левой руки повисла в воздухе. Выругавшись про себя, Дрю перевернулся, прижал свою лишенную кисти руку к горлу соперницы. Одна из ее рук оказалась подвернутой ей за спину, вторую крепко держал своей здоровой рукой Дрю. Теперь ему нужно было ударить соперницу по голове – их схватка длилась до двух ударов в голову; второй определял победителя.
Соперница дернулась, пытаясь освободиться, но Дрю успел перехватить ее. Она оскалила зубы, попробовала укусить Дрю за предплечье, но Дрю не позволил ей этого. Глаза соперницы были янтарно-желтыми, черные зрачки на них превратились в узкие щелки. Дрю посмотрел на ошейник соперницы – он был серебряным, как и у него самого. «Если она трансформируется, то умрет», – подумал Дрю.
– Заканчивайте! – крикнул тренер гладиаторов, жилистый пожилой мужчина по имени Гриффин, и щелкнул своим кнутом по земле рядом с бойцами. В лицо Дрю и его соперницы полетела туча пыли. Дрю помедлил еще секунду, затем отпустил свою соперницу и откатился в сторону.
Соперница стремительно вскочила на ноги, зашипела на Дрю, потянулась за своим деревянным копьем. Дрю остался стоять на коленях, тяжело дыша, подняв голову вверх, к жестокому небу. Его кожа лоснилась от пота, горела от долгих часов, проведенных под беспощадным солнцем.
– Я не хочу бить ее, – крикнул Дрю, глядя на Гриффина. Старый гладиатор покачал головой и поднял свой кнут для следующего удара. Девушка стремительно подпрыгнула, и спряталась за спиной Дрю – он не сделал попытки уклониться от нее. Оба они были невольниками, жертвами, которых готовили к грязной игре на потеху Кесслара и Игнуса. Дрю надеялся, что его сострадание найдет отклик в душе этой девушки.
Напрасно надеялся.
– Тогда ты умрешь, – сказала девушка и сильно ударила своим деревянным копьем по голове Дрю.
Из сонного забытья Дрю вывел звон тарелок и горшков – от этих звуков его череп буквально раскалывался. От своей матери Дрю знал, что такое мигрень – когда начинался приступ, каждый раздавшийся в доме шорох казался ей грохотом молота по наковальне. Сейчас Дрю лежал на деревянном столе, стоявшем в углу людуса – общей комнаты, служившей гладиаторам одновременно столовой и амбулаторией. Товарищи Дрю по несчастью – рабы и гладиаторы, – они ходили вокруг него, ели, смеялись, безразлично посматривали, как он ворочается на досках. Навес из пальмовых веток прикрывал их сверху от палящих лучей полуденного солнца – тренировка была остановлена, наступил обеденный перерыв.
Дрю свесил со стола ноги, осторожно поднялся и осмотрелся вокруг. Другие оборотни держались отдельно от остальных рабов, сидели все вместе за своим собственным столом. Отличить их друг от друга было несложно. На шее обычных рабов были надеты чугунные ошейники, на оборотнях – серебряные. Одинаковым было лишь клеймо у них на руке – вписанный в круг треугольник. Такое же клеймо Дрю видел у Джоджо. Теперь такое же клеймо есть и у самого Дрю.
Он покосился на свое левое плечо. Гнев Дрю на Игнуса и Кесслара, которым он позволил еще сильнее изуродовать себя, не утихал ни на минуту. Стоило Дрю прикрыть глаза, и он снова чувствовал прикосновение раскаленного металла к своей коже. Опухоль на обожженной ране не проходила – серебряное клеймо хорошо сделало свое дело. «Выходит, Джоджо тоже был рабом? – подумал Дрю. – Или гладиатором?»
Неподалеку стояла Шах, она разговаривала с Гриффином. Случайно заметив, что Дрю поднялся, Шах сразу же направилась к нему, а старый тренер гладиаторов остался на месте, зорко наблюдая за ними издали.
– Очнулся, Восьмое чудо Печи, наш новый верлорд, у которого будут толпы болельщиков? Хорошо, а то ты едва сам себя не погубил сегодня утром, – сказала она.
– Это было деревянное оружие, – ответил Дрю, потирая затылок. – Какой от него может случиться вред?
– Не заносись, Волк. Не забывай, у Табу есть и другое оружие. При желании она может вырвать тебе глотку своими когтями.
– К какому бы роду оборотней она ни принадлежала, она сама рисковала умереть на месте, если бы начала трансформироваться. А самоубийцей она мне не кажется. – Он посмотрел в сторону сидевшей среди других обедавших оборотней молодой женщины. – Неблагодарная, но не склонная к суициду.
– Ты недооцениваешь свою соперницу. Не приходило тебе в голову, что она умеет управлять своей трансформацией лучше, чем ты?
– Мне не приходило в голову, что в ответ на мою доброту меня шарахнут по той же самой голове, – ответил Дрю, сердито покосившись на Шах.
– Твоя доброта тебя погубит.
– Прошу прощения, – холодно сказал Дрю. Он не очень любил Шах и не был в настроении выслушивать поучения от одной из приближенных Кесслара. Дрю пошел к раздаточному столу, за которым двое рабов разливали по мискам жидкую бесцветную кашу. Взял одну из мисок и направился к столу, где сидели оборотни. Их было семеро.
– Можно мне присоединиться к вам? – нетвердым голосом спросил Дрю.
Каждый из семерых выглядел весьма грозно, и, похоже, никто из них не был очень-то рад видеть Дрю. Два сидевших на дальнем краю стола оборотня быстро переглянулись. Они выглядели как братья – одинаково грузные, широкоплечие, с огромными, густо покрытыми волосами руками. Один из них раскрыл ладонь руки и жестом пригласил Дрю присаживаться напротив. Дрю улыбнулся и присел к столу рядом с еще одним огромным человеком, который занимал почти всю скамейку – Дрю пришлось пристроиться на самый ее краешек. Человек мельком взглянул на Дрю, презрительно повел своим широким носом и губами и снова отвернулся в сторону.
– Не обращай внимания на Крига, – сказал один из волосатых братьев. – У Носорогов отвратительный характер, даже когда они в хорошем настроении.
– Что такое носорог?
Братья удивленно переглянулись. Даже громила по имени Криг удостоил Дрю своим взглядом, прежде чем покачать головой. Дрю низко пригнулся на своей скамейке, смущенный своим невежеством, и принялся молча переправлять пальцами себе в рот безвкусную кашу.
– Выходит, ты из Лиссии? – спросил второй брат.
– Говорят, что ты Волк, – сказал первый. – Это правда?
Дрю кивнул. Интересно, куда заведет этот разговор?
– Далеко ты оказался от дома, – сказал брат номер два. – Тебе придется многому учиться.
– Например?
– Во-первых, ты должен знать, что демонстрировать Табу свою доброту – самый верный и короткий путь быть убитым.
Сидевшая на противоположном конце стола молодая женщина сверкнула в их сторону своими янтарными глазами. Братья дружно рассмеялись.
– С другими она не церемонится, наша бедная маленькая принцесса! – сказал брат номер два.
– Заткни пасть, Балк, или я сама ее тебе заткну, – крикнула женщина. Балк пренебрежительно махнул в ее сторону рукой.
– В Печи будешь бахвалиться, девочка, – сказал брат Балка. – Мы с братом поучим там тебя хорошим манерам, поелозишь ты у нас в пыли.
Дрю заметил, что никто из остальных оборотней не присоединился к разговору, все они сосредоточенно смотрели в свои миски, не обращая внимания на болтовню соседей.
– Ты храбрый только рядом со своим братом, Арик, – огрызнулась девушка. – Но я еще увижу твою спину, не век тебе удастся держать ее в тени.
Арик вызывающе ухмыльнулся, обнажая все свои зубы.
– Во-вторых, всегда спи вполглаза и даже во сне оставайся начеку, Волк, – продолжил Балк. – Я еще не видел тебя в Печи, но полагаю, что ты можешь драться. Если твои соперники думают так же, им выгоднее прикончить тебя ночью, чем остаться при свете дня лицом к лицу с твоими клыками и когтями.
Дрю посмотрел на сидящих рядом с ним за одним столом оборотней и поежился при мысли, что любой из них может с удовольствием убить его при первой же возможности.
– И последнее, – сказал Балк, переходя на шепот. Дрю наклонился ближе, чтобы расслышать, и его обдало запахом гнили изо рта гиганта. – Не надейся найти здесь друзей.
Сказав это, Балк макнул Дрю лицом в миску с кашей, а когда тот резко выдернул из миски свою голову и поднял ее вверх, ударил юного Волка кулаком в челюсть. Дрю свалился со скамьи на жесткий, утоптанный пол, а братья швырнули в него свои миски, рассмеялись и ушли из-за стола. Дрю остался лежать на полу, потрясенный и разгневанный.
– Держи.
Дрю посмотрел вверх и увидел перед собой раскрытую ладонь Крига. Юный вервольф подозрительно покосился на нее, а Носорог добавил:
– Или продолжай валяться на полу, как собака. Выбирай сам.
Дрю ухватился за протянутую руку, большие пальцы Носорога обхватили его ладонь. Криг легко, как ребенка, поднял Дрю с пола и усадил на скамью рядом с собой.
– Спасибо, – застенчиво сказал Дрю.
– Не привыкай к тому, что тебе будут протягивать руку помощи, парень, – пробурчал в ответ широконосый гигант. Сидевший напротив них верлорд фыркнул. Хотя Криг был гигантом, он заметно уступал этому оборотню ростом, как прикинул Дрю, не менее двух с небольшим метров. Он уже видел двух таких огромных оборотней в этом зале – они тогда ссорились и изо всех сил молотили друг друга.
– А от этих Горилл всегда держись подальше, – сказал Криг. – Они всегда нападают на тех, кто слабее их, а своими зубами кусаются как черти.
– Ты говоришь так, словно знаешь это по себе.
– Они всех здесь перекусали, и меня тоже. Лучше всего не отвечать им, тогда они быстро отстанут, – Криг посмотрел в сторону девушки на другом краю стола. – Табу этот урок еще не усвоила.
– Они кусали меня, я стала кусаться в ответ, – огрызнулась Табу. – Это я вскоре преподнесу им урок.
– Похоже, все Кошки неспособны подставить обидчику вторую щеку, – печально покачал головой Криг.
– Кошки? – вздрогнул Дрю и спросил Табу: – Так вы леди-кошка?
– И что с того? – резко ответила она. – Ты что, уже встречался с представителями моего рода?
– Да, доводилось сталкиваться.
Сидевший по другую руку от Крига лохматый оборотень перегнулся через Носорога и сказал Дрю:
– Можешь забыть о принадлежности к разным родам. Здесь, в Печи, мы должны держаться вместе.
О Печи Дрю уже слышал. Это была арена, на которой проходили бои гладиаторов, а Печью называлась она потому, что находилась на покрытом действующими вулканами горном плато Скории.
– Держаться вместе? – переспросил Дрю. – А я думал, они хотят, чтобы мы перебили друг друга.
– Иногда это действительно случается, когда Игнус и его гости пребывают в садистском настроении, но вообще-то нас, оборотней, берегут, мы здесь считаемся главным аттракционом, – сказал лохматый. Даже в человеческом обличье его плечи были непомерно широкими, покрытыми тугими буграми мускулов, а торчащие во все стороны волосы покрывали голову оборотня, словно плохо сплетенная тростниковая крыша. Глаза оборотня были темными, с тяжелыми веками, уголки широких губ опущены вниз, придавая лицу унылое, задумчивое выражение. – Ты собственность лорда Скории, такая же, как любой из нас. За пределами Печи жизни для нас нет. Мы должны драться с теми, кого против нас выставит хозяин – будь то человек, зверь или монстр.
– Монстр?
– Ты правильно расслышал Стамма, – сказал Криг.
Дрю слышал разговоры о разных животных, которых приготовил Игнус для своей арены. Их держали внутри круглых стен Печи, вдали от глаз Дрю и других гладиаторов.
– Итак, мы должны приглядывать друг за другом? – спросил Дрю, пытаясь разобраться в обстановке. Гориллы, судя по описанию гиганта, были жуткой парочкой, и Дрю не думал, что они вспомнят о нем и тем более придут на помощь, окажись он в отчаянном положении в Печи. Девушка, Табу, тоже казалась ему слетевшей с катушек, готовой в любой момент взорваться.
Гигант вздохнул, тяжело и долго. Он был немолод, пожалуй, ровесник Бергана, годы и арена не были милостивы к нему. Тело гиганта покрывали шрамы, его задубевшая кожа была сухой и серой. Грустно смотрели его темные глаза с загнутыми вниз веками.
– Делай все что можешь, чтобы выжить. Если будешь искать здравый смысл – погибнешь. Если выживешь в первом своем бою, сам поймешь, как нужно себя вести. Живи одним днем – вот единственный совет, который я могу тебе дать. И не строй никаких планов на будущее.
Гигант поднялся, кивнул Кригу и Стамму и медленно пошел прочь.
– Носорог говорит правду, – раздался голос с дальнего конца стола. Говоривший – последний из семи сидевших за столом верлордов-гладиаторов – выглядел апатичным, тощим, лежал на спине на скамье. По виду он был ровесником Дрю. Сказав свою реплику, он забарабанил пальцами по своему животу – звук был таким, словно дятел долбит по дереву.
– Носорог? Это его имя?
– Так зовем его мы. А я Дрейк. Чтоб ты знал… когда я должен буду убить тебя.
Дрю фыркнул, заставив всех остальных повернуть головы. Даже Дрейк приподнялся на скамье, чтобы уставиться на Дрю, который смеялся все громче и громче. Затем юный Волк ударил своей единственной ладонью по столешнице.
– Все понятно, – сказал он, вытирая выступившие на глазах слезы и поднимаясь на ноги.
– Что тебе понятно? – смущенно спросил Стамм.
– Все. Я здесь новичок. Некоторые из вас, такие, как братья Гориллы, будут травить меня. Другие станут вести себя так, чтобы я боялся приблизиться к ним, чтобы мне не порвали глотку – например, ты, Табу.
Молодая женщина осталась сидеть, но лицо ее перекосилось от гнева, а Дрю продолжал.
– А что толкуют нам ветераны – Бегемот, Стамм и ты, Криг? Как я понимаю, вы здесь самые долгожители? «Сиди тихо, думай только о себе, отпускай злые шуточки и жди, когда же наконец тебе перережут горло…»
Дрейк вскочил со скамьи и бросился через стол на Дрю. Стамм и Криг схватили его за руки, а Табу взволнованно вскрикнула. Дрю стоял неподвижно, дерзко глядя вокруг, чувствуя во рту привкус желчи. Сердце его колотилось, сидящий внутри него Волк рвался наружу. Дрю не должен показать им, как он испуган, как они все достали его.
– Я вижу здесь только одного типа, который позволяет себе дерзкие шуточки, Волк! – зло выкрикнул Дрейк. – И как ты думаешь, кто это? Где твое уважение к тем, кто старше и лучше тебя?
– Я хотел относиться к своим товарищам-верлордам со всем уважением, которого они заслуживают. Но все вы повернулись ко мне спиной. Мне теперь известно, что оборотни во всем мире одинаковы – спесивые верлорды не редкость и в Лиссии!
– Ты слишком задираешь нос, подонок! – рявкнул Стамм, переставая удерживать рвущегося через стол Дрейка, более того, сам попытался схватить Дрю, но тот увернулся от его огромной грязной руки. Табу в восторге колотила кулаками по столу. Теперь Кригу приходилось одному удерживать и Дрейка, и Стамма.
– Неужели вы сами не понимаете? – сказал Дрю, его уверенный тон сменился, стал сердечным, убеждающим. – Вы позволяете Игнусу обращаться с собой как с животными. Этого не должно быть!
– Сбавь обороты, мальчик, – устало сказал Криг. – Многие и до тебя говорили здесь то же самое, а где они теперь? Превратились в пыль.
– Так чтоб вы знали, – сказал Дрю, глядя на оборотней, – я не собираюсь оставаться здесь, не намерен умереть в этой выжженной солнцем дыре посреди океана. Я покину Скорию при первом же удобном случае. А ваше дело решать, присоединитесь вы ко мне или нет. В Лиссии я потерял руку, меня били, пытали, преследовали мои враги. Я должен вернуться туда, помочь своему народу, а кое с кем и рассчитаться сполна. Сейчас вы, возможно, сломлены, но если вспомните о том, что когда-то и вы были великими верлордами, то найдите меня. У меня всегда найдется место для того, кто хочет помочь мне своими зубами и когтями.
С этими словами Дрю повернулся и пошел прочь, оставив оборотней молча смотреть друг на друга.
Внешне Дрю хоть и выглядел полноправным королем Вестланда и самой большой надеждой для тех, кто мечтал о свободе Лиссии, но в душе оставался все тем же сыном фермера с Холодного побережья. «Я только что попытался поставить на место шайку бойцов-верлордов, – подумал он. – Они могут убить меня в мгновение ока». От сельского паренька потребовалось все напряжение воли и нервов, чтобы не ускорять шаги, прямо держать спину и не спотыкаться.
6. Грейзтаун
Едкий дым забивал рот и ноздри, щипал глаза. Набрав слюны, юноша сплюнул на свой грязный красный плащ. Поежился, вспомнив о домах, которые они сожгли, о деревнях, которые они разорили, – и все во имя своей главной цели, все в надежде отыскать Волка.
Трент Ферран посмотрел на горящие вокруг фермы. Женский плач тонул в треске пылающих стен и крыш. Эти люди были такими же, как жители Холодного побережья, рядом с которыми он вырос, – простые люди, по большей части пастухи и крестьяне, которые мирно пасли свой скот и обрабатывали землю. Но жители Лонграйдингса были на стороне врага – Волка и его союзников. Он не может пролить ни единой слезинки по тем, кто посмел выступить против Льва.
Неподалеку стояла группа местных жителей, окруженных дюжиной бастийских солдат. Пленники выглядели жалко, жались друг к другу, по их перепачканным сажей лицам текли слезы. Грейзтаун был одним из самых больших поселений в Лонграйдингсе, хотя по сравнению с другими городами Лиссии выглядел скорее просто большой деревней. В Грейзтауне не было ни крепостных стен, ни сильного ополчения, способного оказать хоть какое-то сопротивление врагу. Попытавшихся дать отпор крестьян с вилами в руках очень быстро и жестоко подавили опытные бойцы-бастийцы и гвардейцы Льва. На тех, кого не успели убить в кровавой стычке, уже надели кандалы. Трент не знал, что именно сделают с ними, надеялся только, что членам их семей сохранят жизнь. Для одной ночи и так уже было пролито слишком много крови.
Трент посмотрел на Вольфсхед, который держал в руках, – клинок меча потемнел от крови. Старый отцовский меч, найденный в кровавых развалинах Кейп Гала, брошенный вероломным братом Трента, Дрю. Интересно, скольких врагов убил этим мечом отец, Мак Ферран, ходивший с этим клинком в сражения вместе со старым королем Вергаром Волком много лет тому назад. Трент вспомнил ту ночь, когда они с отцом нашли его мать, только что убитую превратившимся в Зверя Дрю. После этого у Мака и Трента не было иного выбора, как только примкнуть к Львиной гвардии в поисках мести.
Всю свою жизнь старик пытался отговорить Трента от его желания стать военным. Но после того, как его жена была зверски убита, Мак Ферран изменил свое мнение относительно карьеры Трента и позволил сыну вступить вместе с ним в гвардию. Более опытный Мак очень скоро оказался в рядах Королевской гвардии в Хайклиффе, а Трент – искусный наездник – был зачислен верховым в полевую армию.
Когда Дрю и его сторонники захватили Хайклифф, Мак пал в первом же бою от рук дружков юного Волка. Трент не понимал, как мог Дрю совершить такое. Далеко не все братья так близки друг с другом, как были они с Дрю. Трент не знал тогда, каким чудовищем был Дрю на самом деле. Когда сидевший внутри брата Зверь вышел наружу, Трент оказался бессилен остановить его, и Дрю предал их семью, разрушил весь мир, в котором жил Трент. Дрю навсегда лишил его матери, а затем и отца. Скольких еще людей убил Волк? Трент должен остановить его. Он больше не боялся убивать, когда у него появился смертельный враг – Волк.
Вложив Вольфсхед в ножны, Трент направился мимо солдат и их пленников. Многие солдаты почтительно кивали ему. Он сумел за это время доказать своим товарищам по оружию свою преданность и верность. Поначалу многие сомневались в нем, ведь, как ни крути, он был братом Волка. Но теперь их сомнения рассеялись, с тех пор как их отряд покинул Кейп Гала и начал свой поход по Лонграйдингсу, он стал среди них своим.
Из толпы вырвалась и бросилась навстречу Тренту пожилая женщина, держащая на руках плачущего младенца. Она крепко вцепилась в красный плащ Трента своими высохшими руками.
– Как же так, – умоляюще сказала она. – На носу зима, а вы оставили нас без всего!
Лежавший на ее руках младенец заплакал еще громче. На лоб женщины упала прядь седых волос, ее лицо превратилось в маску страдания. Ее крик пронзил Трента до костей. Перед ним была одна из немногих невинных жертв. Он оторвал от себя руки женщины.
– Мне очень жаль, – сочувственно сказал он, отталкивая от себя женщину, – но я ничем не могу помочь.
С этими словами Трент прошел дальше, крики младенца постепенно затихали. Трент двигался между пылающими домами, направляясь к высокому строению в центре Грейзтауна. Это был центр местной власти. Двери дома оказались распахнуты настежь, солдаты выносили из дома все, что могли найти в нем, – ящики с провизией, бочонки с вином, золотые подсвечники, дорогие гобелены. Трент вошел внутрь.
Зал местного лорда был обобран до нитки. На полу валялись тела защитников дома – гражданские ополченцы и несколько солдат в плащах Конской гвардии Лонграйдингса. Перешагивая через тела, Трент направился к солдатам, столпившимся вокруг стола лорда. Перед ними на коленях стояли двое.
Лорд Гален и леди Дженна, правители Грейзтауна, выглядели сломленными. Длинные серые волосы Галена были срезаны в знак высшего неуважения к лорду-коню, рядом с ним тихо всхлипывала его жена. У дальнего конца стола сгрудились остальные члены семьи лорда, беспомощные в руках Львиных гвардейцев. За спиной лорда и леди стоял Сорин, на его лице со сломанным носом играла широкая, как лиссийские проливы, ухмылка. Капитан гвардейцев все еще оставался на ножах с Трентом, не мог простить того, что юный всадник отобрал у него в Кейп Гала меч Мака Феррана. Сорин даже не пытался скрывать своего отношения к Тренту и при любой возможности называл его «волчьим братом». Увидев Трента, Сорин неприязненно подмигнул ему. Тренту тоже не нравился Сорин, но он уважал его как искусного бойца.
– Еще раз спрашиваю вас – где Волк? – сказал Фрост.
Белобрысый лорд-кот лениво прохаживался перед стоящими на коленях лордами-конями, поигрывая жезлом, который держал в руках. Гален поднял взгляд на Фроста.
– Я уже сказал, что не знаю, где он находится. Когда ваши люди грабили Кейп Гала, мы с женой уже были в пути, направлялись домой. Мы не принимали участия в резне, которая там случилась.
– Послушайте, милорд, – сказал Фрост. – Я задал вам простой вопрос, а вы все юлите. Вас видели, когда вы покидали город вместе со своими дружками, лордами-конями, которые устроили бунт против лорда Ванкаскана.
– Он нам не лорд! – вспыхнула Дженна, а муж бросил на нее предупреждающий взгляд.
– Ну, вот мы и сдвинулись с места. Я знаю, Ванкаскан оказался непопулярен как протектор города, назначенный на время отсутствия моей семьи, но как бы то ни было, он был вашим лордом. Я не жду от вас признания, все, что было нужно, мы уже знаем от уважаемого виконта Кольта. Он любезно рассказал нам о том, кто участвовал в мятеже.
– Этот дряхлый пони предал Лонграйдингс! – огрызнулась Дженна.
– И тем не менее, сейчас он, представьте, сидит на троне в Кейп Гала! – Кот-альбинос перестал ходить, заложил жезл себе за спину. – Где – сейчас – Волк? – медленно сказал он.
– Мы не знаем, – вздохнул Гален. – Бренн свидетель, мы не знаем.
– Но вы должны знать! Вы с вашими дружками освободили его!
– Когда мы вошли в тронный зал, Дрю уже исчез. Там оставались только трупы и ходячие мертвецы – благодарите за это своего разлюбезного лорда-крысу!
Трент вздрогнул, вспомнив ходячих мертвецов в Кейп Гала, творения злых рук лорда-крысы Ванкаскана. Черный маг не успокоился, убив своих врагов в Хай Стебл, вместо этого он оживил их, чтобы начать мучить заново. Сорин вытащил свой меч – шорох металла по ножнам заставил Галена и его жену испуганно оглянуться через плечо. На клинке сверкнули серебряные руны, отражая падающие снаружи отблески пламени. Трент наблюдал за Сорином. С тех пор, как они покинули Кейп Гала, он каждый день видел допросы, и все они заканчивались одинаково.
Глаза Галена расширились.
– Клянусь, мы не знаем, куда он делся!
– Погоди, – сказал Трент, вмешиваясь в допрос. – Возможно, он действительно не знает, где Волк. Но здесь могут быть и другие, которые знают.
– Давай дальше, – сказал Фрост, жестом приказывая Тренту продолжать. Трент выступил вперед.
– У Волка в Кейп Гала были друзья, разве нет? Леди Гретхен из Хеджмура его близкая подруга, не так ли? Она была с вами, когда вы покидали ваш город. Куда она направилась?
Дженна кивнула Тренту, умоляюще взглянула на него полными слез глазами.
– Жена, прошу тебя, – начал Гален, но Дженна не дала ему договорить.
– Если я скажу, как я узнаю, что вы не убьете меня? Вы убили так много наших людей!
– Даю вам слово, что мы не причиним вам зла, миледи, – пообещал Трент. – Пожалуйста, ответьте на вопрос, и ваши мучения закончатся.
– Калико, – чуть слышно сказала Дженна. – Она направилась на побережье.
Трент выпрямился и сказал, поворачиваясь к Фросту:
– Если она направилась в Калико, значит, там же появится и Волк.
– Вы уверены в этом, Ферран?
– Волк искал ее по всей дороге до Кейп Гала. Если он жив, он найдет ее, гарантирую.
– Хорошо, – сказал Фрост, вертя в руках свой жезл. – Найдем Лисицу – найдем и Волка.
Он ударил концом своего жезла по полу, и из рукоятки жезла выскочил двадцатисантиметровый серебряный клинок. Фрост взмахнул жезлом и вонзил Галену клинок прямо в сердце. Жена лорда-коня и его родственники вскрикнули от ужаса. Тело лорда соскользнуло с клинка и свалилось на каменный пол. Фрост смахнул с клинка кровь, вновь ударил жезлом по полу, и лезвие ушло внутрь. Затем Фрост повернулся, обхватил Трента за талию и пошел вместе с ним прочь, а леди Дженна упала на тело своего мертвого мужа и зарыдала.
– Вы обещали пощадить нас! – крикнула она вслед уходящим.
– Он сказал, что пощадит вас, миледи, – ответил Фрост, выходя вместе с Трентом из зала. – Свое слово он сдержал!
Трент оглянулся на семью лорда-коня, оплакивающую смерть своего отца и мужа.
– Отлично сыграно, Ферран, – хмыкнул кот-альбинос. – Ты способный парень. Пойдем со мной, твоему мечу кое-чего недостает.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?