Текст книги "Если бы красота убивала"
![](/books_files/covers/thumbs_240/esli-by-krasota-ubivala-5271.jpg)
Автор книги: Кейт Уайт
Жанр: Зарубежные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 7
Кэт я нашла в гостиной, она пила чай со льдом. Я запыхалась оттого, что поднималась по лестнице, перескакивая через ступеньку.
– Что происходит? Зачем детектив, сюда едет? – спросила я.
Кэт переключила внимание на меня.
– Точно не знаю. Он только позвонил и сказал, что ему нужно приехать, у него возникли ко мне еще какие-то вопросы.
– Наверное, вскрытие что-то показало, – предположила я. – Как ты думаешь, мне стоит смыться? Фарли может не понравиться, что я здесь.
– Нет, Бейли, только не уезжай! Я не хочу оставаться с ним наедине, когда он начнет задавать свои ужасные вопросы. Кроме того, разве тебе не интересно посмотреть, в чем он придет? Небось он наденет слаксы от Хаггара или еще что-нибудь в таком же духе.
– А тебе не кажется, что Джеффу тоже следует присутствовать? А как насчет адвоката? Ты поставила адвоката в известность? Может, пора его подключить?
– Да, я вчера с ним разговаривала, и он сказал, что пока мне лучше общаться с полицейскими самостоятельно, если только они не начнут вдруг меня в чем-нибудь обвинять. Бейли, но ведь ты останешься? – снова взмолилась она. – Я все еще не могу прийти в себя.
Я согласилась и села напротив Кэт в кресло с кремовой обивкой; меня не надо было долго уговаривать. Я, конечно, не знала, зачем Фарли едет, но мне не терпелось это узнать.
– Пока он не приехал, – сказала Кэт, – расскажи побыстрее, что ты нашла в квартире Хайди.
– Там и рыться-то особенно не в чем, у Хайди было не так уж и много вещей, не так ли?
– Ты имеешь в виду одежду?
– Одежду, книги, безделушки. Тебе наверняка приходилось бывать в ее комнате, правда? Мне не верится, что ты не поинтересовалась, как она устроилась. Не скромничай, Кэт, я тебя знаю.
– Я лишь пару раз заглядывала в ее комнату, не более того. И еще я велела Карлотте раз в неделю наводить там чистоту. Наша предыдущая няня была такой грязнулей, что у нас завелись мыши.
– Ладно, как я уже сказала, у Хайди было мало вещей, однако у меня сложилось впечатление, что у нее появился новый поклонник.
– Почему ты так решила? – спросила Кэт с непроницаемым выражением лица.
– Причин несколько. Я видела у Хайди новые диски с джазовой музыкой. Поскольку самой Хайди, судя по всему, нравилась попса, можно заключить, что эти диски ей дал мужчина или она сама их купила, чтобы разобраться в его вкусах. Кроме того, в ее морозилке лежит бутылка водки. Если поверить Дженис, что Хайди не пила, то придется сделать вывод, что она припасла эту водку для кого-то другого. В ящике комода я нашла упаковку презервативов, хотя, конечно, они могли остаться еще со времен Джоди. И наконец, последнее по списку, но не по важности – она хранила под бельем очень дорогой комплект из бриллиантовых серег и браслета от Тиффани.
– Серьезно?
Это был полувопрос-полуутверждение, голос Кэт прозвучал ровно, но глаза ее едва заметно сощурились.
– Очень сомневаюсь, что это подарок Джоди. У тебя есть какие-нибудь соображения насчет того, кто мог подарить Хайди драгоценности? Она ведь не украла их у тебя?
– На оба вопроса отвечаю – нет.
Я прямо-таки слышала, как в голове Кэт ворочаются колесики. Она переваривала информацию, прикидывая, вписывается ли та в некую гипотезу, касающуюся чего-то или кого-то. Я гадала, не мелькнуло ли у нее в голове имя Джеффа хотя бы ненадолго, как мелькнуло оно у меня.
– Ну, по-моему, очень может быть…
В это время в дверь позвонили.
– Господи, детектив приехал! Давай закончим разговор позже.
Кэт сказала это так, будто полагала, что мне могло прийти в голову продолжить свои любительские изыскания в присутствии детектива Фарли.
На этот раз Фарли прибыл один. Карлотта проводила его в комнату, мы с Кэт дружно встали. Сегодня Фарли был в темно-синем костюме, и этот костюм был ему так же маловат, как и предыдущий. Одно из двух – либо он поправился с тех пор, как купил эти костюмы, либо нарочно носит одежду в обтяжку, чтобы чувствовать, что все на месте и под контролем.
– Спасибо, что смогли уделить мне время, хотя я не договаривался заранее, – сказал Фарли. Он покосился в мою сторону, бросил на меня понимающий взгляд и кивнул. – Мисс Веггинс.
– Садитесь, детектив, прошу вас, – сказала Кэт. – Хотите чаю со льдом?
– Нет, спасибо.
Фарли сел в кресло и стряхнул с туго натянутой штанины невидимую пылинку.
– Вы уже что-нибудь узнали? – спросила Кэт, садясь на свое прежнее место. Я тоже села. – Известно, что стало причиной смерти Хайди?
– Через минуту я введу вас в курс дела, но сначала мне нужно задать вам несколько вопросов.
Фарли полез в карман пиджака, вынул блокнот и стал его листать, пока не нашел чистую страницу. В упор глядя на Кэт, он спросил:
– Вчера вы упомянули, что Хайди и мистер Рэдсон, Джоди Рэдсон, перестали встречаться. Вам известно, кто был инициатором их разрыва?
– Хайди мне не говорила, но по-моему, она.
– Почему вы так думаете?
– Мне показалось, что она была не так уж расстроена, когда говорила, что они расстались. Конечно, это могло произойти по обоюдному решению, но так бывает редко, вы согласны?
– Мистер Рэдсон – вчера вечером мы с ним побеседовали – сказал, что они перестали встречаться в январе. Это совпадает с вашими впечатлениями?
Кэт наморщила нос.
– В январе, говорите? Да, пожалуй, так и было. Но вы можете спросить Карлотту, мою экономку, думаю, она знает наверняка.
– В последнее время вы не видели его в доме?
– Видела, он иногда заходил к Хайди, их отношения стали чисто дружескими. Между прочим, по словам экономки, Джоди был здесь не так давно.
– Когда именно?
– В четверг. А почему вы об этом спрашиваете?
«Интересно, – думала я, – в чем конкретно они подозревают Джоди? Мог ли он заглянуть к Хайди в субботу вечером? Мог ли он причинить ей вред?»
– Мы пытаемся установить, не он ли подарил ей коробку шоколадных конфет. Возможно, он это сделал, пытаясь вернуть ее расположение. Вы не знаете, откуда у нее могла появиться коробка шоколадных конфет?
Я отчетливо вспомнила золотую коробку «Годивы», которая лежала в нескольких футах от бездыханного тела Хайди. У меня вдруг встали дыбом волосы на затылке.
– Это, случайно, не конфеты «Годива»? – спросила Кэт.
– Да, они самые.
– Ну, если вы говорите о той коробке, то она моя. А что, Хайди стало плохо от шоколада?
Проигнорировав вопрос Кэт, Фарли уточнил:
– Так это вы дали ей те конфеты?
– Нет, похоже, она их стащила. Эти конфеты кто-то подарил мне. В четверг я устраивала дома вечеринку, и кто-то из гостей принес коробку конфет. Мои знакомые знают, что я обожаю шоколад. Думаю, во время вечеринки Хайди в какой-то момент взяла их и отнесла к себе.
– Кто подарил вам конфеты?
– Не знаю. Тот, кто их принес, просто оставил коробку на столе в холле. Но почему вас так заинтересовали эти конфеты? Что с ними не так?
– Миссис Джонс, сейчас вопросы задаю я. – Нельзя сказать, чтобы Фарли сказал это грубо, но его тон на время погасил пыл Кэт. – Откуда вы знаете, что Хайди, как вы утверждаете, стащила эти конфеты?
– Позже, когда гости ушли, я хотела открыть коробку, но не нашла ее. Я подумала, что ее куда-нибудь убрали официанты, но я так и не смогла ее найти. А потом Бейли сказала, что видела коробку в комнате Хайди.
Фарли резко повернул голову в мою сторону.
– Когда вы видели конфеты в квартире покойной?
– Когда обнаружила тело. – Словно оправдываясь, я добавила: – До этого я никогда не бывала в ее квартире. – Почему вы рассказали о них миссис Джонс.
Я пожала плечами и объяснила:
– Просто к слову пришлось. Дожидаясь; пока приедет «скорая», мы говорили о Хайди. Ее рвало, поэтому мы обсуждали, что она обычно ест, и Кэт заметила, что Хайди иногда таскает из холодильника продукты. А я сказала про конфеты. Вот и все.
Фарли что-то записал в свой блокнот. Я просто умирала от любопытства, очень уж мне хотелось узнать, что происходит. Неужели конфеты оказались отравленными? Если так, то это означает, что жертвой должна была быть не Хайди, а Кэт. Кэт выглядела очень возбужденной, однако она глубоко вздохнула и взяла себя в руки. Я поняла, что после первой безуспешной попытки вытянуть что-нибудь из детектива, она собирается испробовать новую тактику. Кэт руководствовалась принципом, что каждая проблема имеет несколько решений.
– Послушайте, детектив, – начала она самым сладким тоном, – я рада, что этим делом занимается профессионал вашего уровня, и, конечно, у меня и в мыслях нет вас торопить. Но мне ясно, что в связи с этими конфетами вас что-то тревожит. Поскольку конфеты предназначались мне, я бы хотела знать, в чем проблема.
– Миссис Джонс, я непременно все вам объясню, но сначала мне нужно установить еще кое-какие факты. Вы можете описать коробку, которую видели на столе в холле?
– Это была золотая коробка «Годивы». Вот только обычно такие конфеты перевязывают золотой тесьмой, а эта коробка была украшена искусственным цветком, что-то вроде подарочной упаковки. Цветок был розовый. Бледно-розовый.
– Вы уверены, что конфеты взяла Хайди?
– Иначе пришлось бы предположить удивительное совпадение, совершенно невероятное, – сказала Кэт. – Кто-то приносит мне коробку шоколадных конфет. Эта коробка таинственным образом исчезает со стола, а через некоторое время коробка таких же конфет появляется в квартире Хайди, которой не по карману покупать дорогие конфеты и которая имеет привычку таскать у нас сладости.
– Хайди в тот вечер была дома?
– Да, она работала. Я наняла ее, чтобы она ухаживала за моим сыном Тайлером, а в тот вечер у меня была вечеринка.
– Я сама видела ее в коридоре, – вмешалась я. – Она приходила за курточкой Тайлера. Признаться, мне показалось что она выглядит как-то странно, только я не поняла, в чем дело. Может, она решила, что я застукала ее за воровством конфет?
– Ради Бога, – взмолилась Кэт, – что происходит? Я больше не могу терпеть неизвестность.
– Ну хорошо, – сжалился Фарли. – Похоже, с конфетами дело нечисто. Большая часть из них съедена, оставшиеся мы отдали на экспертизу. Судя по всему, конфеты испорчены.
– Испорчены? – переспросила Кэт. – Вы хотите сказать, они протухли? С «Годивой» такого просто не может быть.
Фарли пояснил:
– Конфеты, найденные в коробке, в действительности не являются конфетами «Годива». Это тоже трюфели, но не «Годива». Складывается впечатление, что это самодельные конфеты, кто-то вынул из коробки настоящие и заменил их другими.
«О Господи! Ну и дела! – подумала я. – Кто-то хотел убить Кэт, а вместо нее погибла Хайди». Но Кэт, как мне показалось, еще не совсем это осознала.
– Что конкретно вы понимаете под словом «испорчены»?
Сладкий тон исчез, теперь Кэт говорила с детективом раздраженно, как с человеком, который подал идею новой статьи, но не смог за двадцать секунд сделать так, чтобы она звучала чертовски сексуально. Однако под раздражением я смогла уловить нарастающую панику.
– У нас пока нет токсикологического заключения и отчета о вскрытии, но мы подозреваем, что причиной смерти Хайди стало вещество, которое было подмешано в шоколад. По-видимому, это был какой-то яд.
Лицо Кэт стало медленно принимать ошеломленное выражение. Некоторое время она потрясенно молчала и наконец проговорила:
– Минуточку, вы хотите сказать, что моя нянька погибла из-за того, что съела отравленные конфеты, предназначенные мне?
– Я бы не хотел спешить с выводами, нужно дождаться официального отчета о вскрытии и токсикологического заключения. Однако сейчас мы действительно подозреваем, что над конфетами кто-то поработал и именно они могли стать причиной смерти.
– Не может быть! – воскликнула Кэт, взлохмачивая волосы пятерней. – Невероятно! Это похоже на детективный фильм! – Она встала и бесцельно прошлась по комнате; – Что же мне делать?
Казалось, последний вопрос был обращен не столько к Фарли или ко мне, сколько к небесным силам. Фарли остался сидеть на месте и наблюдал за Кэт, сжав губы. Я наклонилась вперед, стараясь не показать, насколько я поражена.
– Скажите, детектив, когда вы будете знать точно? Сколько времени займут все анализы?
– В Нью-Йорке это долгая история, потому что лаборатории перегружены. Заключение о вскрытии мы получим довольно быстро, но токсикологическое заключение может прийти и через несколько недель.
– Что-о? Несколько недель? – взвизгнула Кэт. – Это что же, я должна все это время находиться в подвешенном состоянии?
– Мы постараемся, насколько возможно, ускорить дело, мы рассматриваем этот случай как срочный, расследование уже начато. И естественно, с учетом того, что вы рассказали, следствие будет вестись в еще одном направлении. Мы будем разрабатывать версию, по которой – в случае, если конфеты были отравлены – предполагаемой жертвой были вы, а не ваша няня. Расскажите поподробнее о приеме, который вы устраивали. Говорите, это было в четверг вечером?
– О, это было довольно скучное мероприятие в честь выхода книги некоей Долорес Уайлдер. – Кэт не скрывала своего возбуждения. – Эта женщина была главным редактором «Глянца» до меня. Она отобрала несколько коротких рассказов, печатавшихся в журнале, и объединила их в книгу. Мне пришлось устроить по этому случаю вечеринку.
– Мог ли кто-нибудь видеть человека, который принес конфеты? Например, экономка?
– Я знаю, что Карлотта никого не видела. Позже я ее спрашивала, не она ли убрала конфеты, и она ответила, что нет, не она, и что она не знает, кто их принес.
– Мне нужен список всех, кто присутствовал на вечеринке. Я хочу получить его сегодня, можете прислать по факсу. Вам кто-нибудь когда-нибудь угрожал?
– Нет. Во всяком случае, ничего из ряда вон выходящего не было. Случается, кто-нибудь скажет, что ненавидит меня, но… но при моей работе это обычное дело.
На долю секунды мне показалось, что она сейчас скажет: «Но так было всегда». Фарли попросил Кэт подумать, может быть, ей вспомнится что-то новое. Он сказал, что стоит принять во внимание все угрозы, даже завуалированные, и попытаться вспомнить, не был ли кто-нибудь из ее гостей за что-то на нее в обиде. Еще он сказал, что, поскольку квартира, по всей вероятности, стала местом преступления, полицейские вернутся и осмотрят все еще раз.
– Не разрешайте экономке заходить в комнату и прибираться там, – распорядился он, – нужно, чтобы место преступления осталось нетронутым.
Я хотела покоситься на Кэт, но Фарли бы это заметил. Он встал, собираясь уходить. Мне показалось, что Кэт сейчас упадет на колени и станет хватать его за ноги.
– Вы уже уходите? Но что вы скажете о моем положении? Мне угрожает опасность?
Фарли снова завел ту же песню, что, дескать, не надо спешить с выводами; но теперь он еще посоветовал Кэт вести себя осмотрительно, не привлекать к себе лишнего внимания, и обещал быть на связи. Он дал нам по визитной карточке с номерами его телефона и факса и просил немедленно ему звонить, если мы что-то вспомним, узнаем или если нас что-то встревожит.
Я пошла проводить Фарли до двери. Я сделала это не просто так, а на случай, если он захочет мне что-нибудь сказать без Кэт. Но он всего лишь сообщил, что, поскольку дело приняло новый оборот и, по-видимому, речь идет об убийстве, а он всего лишь участковый детектив, теперь он будет работать вместе с детективами из отдела расследования убийств. При слове «убийство» у меня кровь застыла в жилах. Выйдя на крыльцо, Фарли еще раз напомнил, что мы должны как можно быстрее предоставить ему список гостей, присутствовавших на вечеринке. О том, что мне удалось обнаружить в квартире Хайди, я не посмела заикнуться – он бы меня убил за то, что я сунулась на место преступления. Кроме того, если полицейские еще не провели тщательный обыск, теперь обязательно проведут.
Я вернулась в гостиную и обнаружила Кэт на диване. Она лежала с закрытыми глазами и пакетом замороженного зеленого горошка на лбу. По-видимому, это было начало одного из ее знаменитых приступов мигрени. За годы своей работы Кэт многих достала своей непредсказуемостью и стервозностью, но все-таки было трудно поверить, что она доняла кого-то так сильно, что тот задумал ее убить. Мне хотелось ее подбодрить, успокоить, но я сама пребывала в растерянности. Меня ошеломило да и попросту испугало открытие, что на вечеринке в доме Кэт находился убийца. Я присела на уголок дивана рядом с ухоженной босой ступней Кэт и постаралась, чтобы мой голос звучал как можно спокойнее.
– Скажи, Кэт, у тебя есть хоть какие-то соображения, кто бы мог желать тебе смерти?
– Ты удивляешься, почему я не предложила детективу на блюдечке с голубой каемочкой имя Долорес? – жалобно спросила она из-под пакета зеленого горошка. – Ведь мы обе знаем, что она меня терпеть не может.
– Признаться, этот вопрос приходил мне в голову. Так почему же ты не сказала о ней Фарли?
Кэт приподняла надо лбом пакет с горошком. Макияж на ее глазах немного размазался, она выглядела встревоженной и измученной.
– Потому что момент совершенно неподходящий. Я еще понимаю, если бы она попыталась меня убить вскоре после того, как я пришла в «Глянец», но сейчас, через столько лет… Кроме того, мне трудно представить ее в переднике, колдующей над домашними конфетами. Долорес заходит в кухню только затем, чтобы найти оливки для мартини.
– По-моему, тебе нужно обсудить ситуацию с Фарли, пусть он сам делает выводы. А больше тебе никто в голову не приходит? Есть кто-нибудь, кто на тебя по-настоящему зол?
– На меня кто только не злится, но одно дело злость, и совсем другое – ненависть, доводящая до убийства. Я не знаю никого, кто бы ненавидел меня до такой степени. Бейли, ты понимаешь, что все это значит? Хайди умерла из-за меня.
В глазах Кэт заблестели слезы, такое не каждый день увидишь.
– Кэт, ты в этом не виновата, ты же не могла этому помешать. – Я постаралась перевести разговор в другое русло: – Вот что, Кэт, нам надо действовать в сложившейся ситуации проактивно.
– Ради Бога, не произноси таких слов! «Проактивно»! Ты же знаешь, я этого терпеть не могу.
– Кто организовывал кормежку на твоей вечеринке?
– Одна небольшая компания, я всегда к ним обращаюсь. Но ты же не думаешь, что они могут быть в этом замешаны?
– Нет, но нам нужно очень тщательно все проверить и перепроверить, в частности, нужно убедиться, что они не взяли из холла эти конфеты и не засунули их куда-нибудь. Мы должны быть уверены, что в этом деле фигурирует только одна коробка конфет.
– Ну хорошо, хорошо, – согласилась Хайди, снова пристраивая на лбу пакет.
– И еще я думаю, что тебе нужно нанять охрану.
– Телохранителя, что ли?
– Возможно.
– Кто мне нужен, так это человек, который будет пробовать мою еду. Но эту должность отменили лет пятьсот назад.
– Может, мне позвонить начальнику корпоративной службы безопасности, как его, кажется, Эдди?
– Да, от него будет много проку. Самое опасное, что ему доводилось делать, так это ловить сотрудников, которые курят в неположенных местах.
– Ну и что, вдруг у него возникнут какие-нибудь полезные идеи? Все-таки я ему позвоню. А еще позвоню Одри, чтобы она составила список гостей. Когда к тебе должны приехать на совещание? Может, мы еще успеем его отменить?
Кэт бросила пакет с горошком на кофейный столик и посмотрела на золотые часики от Картье.
– Через две минуты.
– Ты уверена, что в состоянии проводить совещание? Ты сможешь вести себя как ни в чем не бывало? Потому что сейчас было бы лучше, чтобы никто ничего не узнал. Может, мне перехватить их у дверей и сказать, что у тебя мигрень?
– Не надо, я должна провести это совещание, – возразила Кэт. – Мы должны были начать составлять план на октябрь еще неделю назад, кроме того, мне лучше занять себя делом, иначе я просто с ума сойду.
– Ну ладно, тебе виднее, – сказала я. – Только смотри, никому ни слова. Между прочим, где Джефф? Нам надо с ним связаться. Он у себя в студии?
И снова, как и раньше, возникла странная пауза.
– Да, наверное, – сказала Кэт. – Я ему позвоню.
– У вас с ним все в порядке? – Я взглянула на нее.
– Да, конечно.
Отвечая, Кэт смотрела мне в глаза. Считается, что, когда человек врет, он обычно отводит взгляд, но Кэт врать умеет, поэтому мне трудно было судить, обманывала она или говорила правду. Может, у них с Джеффом все отлично, а может, совсем наоборот, но ей неприятно об этом рассказывать. Когда они с Джеффом только встречались, Кэт делилась со мной перипетиями их отношений, и я была в курсе всех взлетов и падений, но как только они поженились, она сделалась более скрытной и стала оберегать свою частную жизнь от посторонних взглядов. Когда дело касалось моего мужа, я вела себя так же. Возможно, в какой-то момент мне придется поднажать на Кэт, чтобы она раскололась, но мне показалось, что сейчас не тот случай.
Поскольку мне нужно было получить от Одри по факсу список гостей, я попросила у Кэт разрешения воспользоваться ее кабинетом. Она кивнула и снова спряталась под пакетом горошка.
– И еще одно, – вспомнила я. – Почему ты позволила мне обыскать комнату Хайди, когда было совершенно ясно, что пока нельзя этого делать?
– Клянусь, я не знала, что это запрещено. Вчера вечером я позвонила в участок и спросила, можно ли прибраться в комнате, и дежурный офицер сказал, что можно.
На мой взгляд, это оправдание прозвучало как пример очень удобного недопонимания, что с Кэт иногда случается. Но на этот раз я чувствовала, что она врет. Подгоняемая возбуждением, я взлетела на третий этаж на одном дыхании.
Одри была на рабочем месте. Я быстро объяснила, что сижу у Кэт, у которой разыгралась нешуточная мигрень, и что мы только сейчас узнали, будто на четверговой вечеринке могли иметь место некоторые «нарушения порядка», и поэтому нам срочно понадобился список гостей. Оказалось, что Одри не только может предоставить нам список приглашенных, она даже может сказать, кто из приглашенных действительно пришел, а кто нет – как всегда, когда Кэт устраивала мероприятие, Одри следила за порядком на вечеринке. Я попросила ее послать список по факсу в два места: детективу Фарли и Кэт.
Я позвонила Эдди в корпоративную службу безопасности. Секретарь сказала, что Эдди нет на месте, но любезно дала мне номер его мобильного. Эдди ответил после третьего звонка. Я представилась правой рукой Кэт. Возможно, это было некоторым преувеличением, но я считала, что так я смогу привлечь его внимание. Затем я в общих чертах обрисовала ситуацию и сказала, что Кэт нужно обеспечить безопасность.
– Вы хотите сказать, что кто-то пытался ее отравить? – спросил Эдди ошарашенным тоном.
Я подтвердила:
– Да, возможно. Этим делом занимается полиция, но нам понадобится и ваша помощь.
– У нас тут, знаете ли, не секретная служба министерства финансов, – заявил он.
– Знаю, знаю, но надо сказать охранникам в вестибюле, чтобы смотрели повнимательнее, и еще чтобы кто-нибудь время от времени проходил по этажу. Вы не могли бы продумать, что именно в состоянии предпринять ваш отдел, и позвонить миссис Джонс домой?
Я прямо-таки чувствовала, как он разрывается между желанием поучаствовать в приключении и нежеланием сдвинуть с места свою задницу хоть на дюйм больше того, что вызвано необходимостью. В конце концов он сказал, что перезвонит Кэт в самое ближайшее время.
Мне было слышно, что кто-то позвонил во входную дверь. Мчась вниз по лестнице с двумя листками факса в руке, я увидела, как Кэт встречает в коридоре руководящий состав редакции «Глянца». Я заметила, что в мое отсутствие она успела подновить макияж. В число прибывших, естественно, входила Лесли, она была в темно-синем, в тонкую полоску платье без рукавов (наверное, рассчитывала, что будет казаться в нем стройнее), при ней была клетчатая сумка от Шанель размером с приличный стадион. Полли в блейзере, наброшенном поверх блузки, выглядела встревоженной и взбудораженной. Кип появился с тем же выражением озабоченности, которое отработал раньше. Пришла и Рейчел Каплан, редактор по работе с моделями, та самая, которую Кэт при мне отчитывала по телефону. Многие отмечают, что она старается быть точной копией Кэт, и сегодня это было особенно заметно: ее светлые волосы каскадом ниспадали на плечи, на ней были прямая юбка до колен, лавандового цвета топ без бретелек, свитер в тон, наброшенный на плечи, и очень открытые туфли.
Вся компания, по-видимому, приехала в одном такси, своими недовольными физиономиями прибывшие походили на группу туристов, которым только что сообщили, что кондиционер в их автобусе в обозримом будущем не починят. Мне показалось, что они очень удивились, увидев, что по лестнице сбегаю я, но Кэт не стала никому ничего объяснять. Я шепотом сказала ей, что полиция получила по факсу список приглашенных, что позже ей перезвонит Эдди и что, поскольку у нее совещание, я ухожу. Я посоветовала ей позвонить Джеффу и попросить как можно быстрее вернуться домой, а также сообщить обо всем случившемся Гарри, владельцу компании. Рассеянно выслушав меня, Кэт закрыла раздвижные двери в гостиную, потом повернулась ко мне и проговорила:
– Бейли, я в ужасе. Ты должна мне помочь, ты единственная, кому я могу полностью доверять.
– Ты же знаешь, я всегда готова помочь. Если тебя что-то испугает или просто обеспокоит, или если на тебя снизойдет озарение и ты поймешь, кто это сделал, сразу же звони мне.
– Мне нужно большее. Ты должна помочь мне выяснить, кто пытается навредить мне.
– Кэт, но теперь, когда практически ясно, что совершено преступление, делом должна заниматься полиция.
– Бейли, я хочу, чтобы ты тоже провела расследование. Ты ведь пишешь на криминальные темы, это твой конек.
– Кэт, я пишу о преступлениях, но не расследую их.
– Но тебе всегда удается увидеть события в ином свете, чем видят все остальные. Ты замечаешь то, чего не замечают другие… прошу тебя.
– Ладно, – сдалась я, – давай встретимся завтра пораньше и обсудим план действий. Думаю, встречаться лучше не на работе. Созвонимся утром, и ты скажешь, когда тебе удобно.
Я сказала, что беру с собой копию списка гостей, чтобы просмотреть его вечерком, и предложила дать Одри поручение: пусть подготовит резюме на всех сотрудников, которые были на вечеринке.
– Но до тех пор, умоляю, будь осторожна, вызови домой Джеффа и, пожалуйста, не выходите никуда из дома.
Я обняла ее за плечи и попрощалась. На улице суетилась ребятня – ученики частной школы, – но репортеров, к счастью, не было. Я быстро зашагала в сторону Парк-авеню, где собиралась поймать такси. Сердце мое билось как сумасшедшее, в желудке все переворачивалось. Я думала о том, как быстро и как резко все может перемениться. Я потратила полдня, выясняя все о Хайди, пытаясь разгадать ее тайны и понять, что могло привести ее к смерти. Но оказалось, что все не так, что жизнь и тайны Хайди тут ни при чем. Оказалось, что в центре событий стоит Кэт и это ее жизнь, а не жизнь Хайди, нужно изучать под микроскопом. Кто-то пришел на вечеринку с намерением ее убить. Почему, какой у него был мотив? Обида, ревность, месть? И теперь, когда первая попытка провалилась, станет ли он действовать снова? У меня на руках был список гостей, и мне не терпелось в него вчитаться – вдруг меня осенит какая-нибудь идея?
Когда я садилась в такси, мне пришла в голову очень страшная мысль: я оставила Кэт наедине с четырьмя коллегами, причем все четверо присутствовали на той злополучной вечеринке. Я схватила мобильник и стала звонить Кэт.
– Кэт, Карлотта все еще в доме?
– Да, а что? – нетерпеливо ответила Кэт.
– Так, ничего, просто проверяю. И вот что, будь осторожна. Обещай, что будешь осторожна.
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?