Текст книги "Троянская одиссея"
![](/books_files/covers/thumbs_240/troyanskaya-odisseya-2921.jpg)
Автор книги: Клайв Касслер
Жанр: Зарубежные детективы, Зарубежная литература
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 7 (всего у книги 33 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]
Он вернул сообщение Барнуму.
– Судя по количеству сигналов SOS в эфире, мы единственное оставшееся на плаву судно, способное еще кого-то спасать.
– Координаты не указаны, – заметил связист.
Барнум был мрачен.
– Они же не моряки, а содержатели гостиницы.
Мэверик склонился над столом с картами и проделал какие-то манипуляции с циркулем-измерителем.
– Когда мы снимались с якоря, чтобы уйти от урагана, они были от нас в пятидесяти милях к югу. Развернуться на отмели Навидад, чтобы провести спасательную операцию, было бы довольно сложно.
Подошел Джар с новым сообщением. В нем...
«МОРСКОЙ ФЕЕ» ИЗ ШТАБ-КВАРТИРЫ НУМА, ВАШИНГТОН. ЕСЛИ ВОЗМОЖНО, ПОПЫТАЙТЕСЬ СПАСТИ ЛЮДЕЙ НА БОРТУ ПЛАВУЧЕГО ОТЕЛЯ «ОКЕАНСКИЙ СКИТАЛЕЦ». ПОЛАГАЮСЬ НА ВАШУ ОЦЕНКУ ОБСТАНОВКИ, ПОДДЕРЖУ ЛЮБОЕ ВАШЕ РЕШЕНИЕ. СЭНДЕКЕР».
– Ну, по крайней мере у нас теперь есть санкция начальства, – заметил Мэверик.
– На борту «Морской феи» всего сорок человек, – сказал Барнум. – На «Океанском скитальце» больше тысячи. Я не могу бросить их и уйти.
– А как же Дирк и Саммер внизу в «Рыбах»?
– Им придется потерпеть и переждать шторм под водой, под защитой рифа.
– На сколько времени у них хватит воздуха? – спросил Мэверик.
– Еще на четверо суток, – ответил Барнум.
– Если этот чертов шторм пройдет, мы сможем вернуться к станции за двое суток.
– Если, конечно, до того сможем подцепить «Океанский скиталец» и оттащить его на безопасное расстояние от берега.
– Введите в компьютер последние координаты отеля и оценку его дрейфа, – приказал Барнум. – Затем рассчитайте курс для встречи.
Барнум начал подниматься с кресла, чтобы отдать приказ радиооператору доложить о принятом им решении адмиралу Сэндекеру, как вдруг, к его ужасу, над «Морской феей» поднялась новая волна, еще более чудовищная, чем все предыдущие. Ее вершина поднялась футов на восемьдесят над ходовой рубкой, которая сама располагалась на пятьдесят футов выше ватерлинии. Волна обрушилась на корабль с невообразимой силой, встряхнула и поглотила его целиком. «Морская фея» храбро проломилась сквозь водяную гору и, прежде чем подняться вновь, рухнула в долину, которая показалась людям бездонной.
Когда исследовательское судно поглотила следующая волна еще более устрашающих размеров, Барнум и Мэверик в полном ошеломлении посмотрели друг другу в глаза.
Под ударом миллионов тонн воды нос «Морской феи» нырнул и пошел вниз, вниз, все глубже и глубже, будто совсем не собираясь останавливаться.
10
«Океанский скиталец» был совершенно беспомощен. Сорвавшись с мертвых якорей, плавучий отель превратился в беззащитную игрушку урагана. Теперь уже никто и ничто не в силах было спасти отель и находящихся там людей.
Отчаяние Мортона росло с каждой минутой. Ему необходимо было принять единственно верное решение. Он мог приказать заполнить балластные цистерны, увеличив осадку отеля и уменьшив тем самым скорость дрейфа под ураганным ветром, а мог, наоборот, приказать осушить цистерны и позволить волнам швырять роскошное сооружение и его пассажиров, как швыряет канзасский торнадо маленький домик.
На первый взгляд первое решение казалось более практичным. Но это означало, что непреодолимые силы будут непрерывно бить почти неподвижный объект. И так уже некоторые секции отеля не выдержали и дали течь. Нижние уровни заливала вода, помпы работали на пределе мощности. Второй вариант должен был сделать пребывание на борту чрезвычайно неприятным и к тому же ускорить неизбежное столкновение со скалистым берегом Карибского острова.
Он собирался уже отдать приказ о заполнении балластных цистерн до предела, когда ветер неожиданно начал стихать. Еще через полчаса он стих почти полностью, на небе появилось солнце. Люди в бальном зале и театре начали кричать «ура», поверив, что худшее уже позади.
Мортон, однако, не заблуждался на этот счет. Штормовой ветер действительно стих, но море по-прежнему оставалось бурным. Сквозь покрытые пятнами соли окна видна была серая стена урагана, вздымающаяся в небеса. Они оказались точно на пути шторма и попали в настоящий момент в так называемый глаз бури.
Худшее еще впереди.
Мортон решил использовать несколько коротких часов спокойствия, выпавших отелю. Он собрал весь персонал отдела технического обслуживания, а также всех сильных мужчин из числа пассажиров, разделил их на несколько рабочих групп и отправил одних чинить повреждения, а других – крепить окна нижних уровней, которые сильно текли и готовы были вылететь окончательно. Люди работали героически, и вскоре их усилия начали давать результат. Приток воды уменьшился, и помпы начали давать нужный результат.
Мортон понимал, что отель получил всего лишь отсрочку на то время, пока не пройдет глаз бури, но было жизненно важно поддержать моральный дух людей и внушить всем уверенность. Люди должны верить, что борьба дает им шанс уцелеть, даже если сам Мортон в это не верил.
Он вернулся в свой офис и принялся изучать схемы береговой линии Доминиканской Республики. Он пытался угадать, где именно «Океанский скиталец» может быть выброшен на берег. Если повезет, он может угодить на один из многочисленных пляжей... Но нет, большинство из них слишком малы, а некоторые даже искусственно созданы с помощью направленных взрывов при строительстве курортных отелей. Насколько Мортон мог судить, с вероятностью девяносто процентов, отель должен был угодить на скалы, возникшие много миллионов лет назад из вулканической лавы.
Даже в худших своих кошмарах Мортон не мог представить себе, как он будет снимать тысячу человек с покалеченного отеля и переправлять их на берег, – и все это с учетом того, что громадные волны будут непрерывно швырять отель на острые скалы.
Похоже, никакого способа избежать ужасной участи не существовало.
Мортон никогда еще не ощущал себя настолько уязвимым, настолько беспомощным. Он в очередной раз тер свои уставшие, покрасневшие глаза, когда в дверь неожиданно влетел оператор связи.
– Мистер Мортон, пришла помощь! – выкрикнул он.
Мортон непонимающе взглянул на него.
– Спасательное судно?
Оператор потряс головой.
– Нет, сэр, вертолет.
Краткая радость Мортона угасла.
– Какой прок в одном-единственном вертолете?
– Они радировали, что собираются спустить нам на крышу двух человек.
– Невозможно.
Но Мортон тут же понял, что это все же возможно – до тех пор, пока отель не покинул глаз бури. Он метнулся мимо оператора и бегом бросился в свой личный лифт, чтобы подняться на крышу отеля. Он вышел из дверей лифта на крышу и был потрясен, увидев, что ураган снес с крыши все спортивные сооружения, оставив только яму плавательного бассейна. Еще большее потрясение он испытал, когда понял, что исчезли и все спасательные плоты.
Теперь, когда ему открылся полный вид в триста шестьдесят градусов на воронку урагана, он остановился в страхе и благоговении перед этой страшной красотой. Затем он поднял голову и увидел бирюзового цвета вертолет, спускающийся прямо на отель. Он различил на его борту слово «НУМА», написанное крупными буквами. Воздушное судно приостановилось и зависло в двадцати футах над крышей. Из него на тросах спустились два человека в бирюзовых комбинезонах и защитных шлемах. Они отстегнулись от тросов, а с вертолета тем временем спустили два больших тюка, упакованные в оранжевый пластик. Прибывшие быстро отсоединили трос и просигналили вертолету отбой.
Кто-то внутри включил лебедку и втянул тросы наверх, а затем поднял большие пальцы вверх жестом одобрения. Машина заложила вираж и пошла прочь от отеля, поднимаясь все выше и выше через глаз бури. Заметив Мортона, гости подошли к нему, без труда неся объемные тюки.
Тот, что повыше, снял шлем, обнажив густую шапку черных волос с легкой сединой на висках. У него было обветренное лицо человека, жизнь которого открыта всем стихиям, а опалово-зеленые глаза в сеточке мелких смешливых морщинок, казалось, пронизывали Мортона насквозь.
– Будьте добры, проводите нас к мистеру Хобсону Мортону, – произнес он голосом странно спокойным в данных обстоятельствах.
– Я Мортон. Кто вы и зачем вы здесь?
Незнакомец снял перчатку и протянул руку.
– Меня зовут Дирк Питт. Я директор департамента специальных проектов Национального подводного и морского агентства.
Он обернулся к коротышке с курчавыми темными волосами и тяжелыми надбровными дугами, который, похоже, был прямым потомком какого-нибудь римского гладиатора.
– Это мой заместитель, Ал Джордино. Мы прибыли, чтобы организовать буксировку отеля.
– Мне сообщили, что буксиры компании не могут выйти из порта.
– Мы используем не буксиры «Одиссея», а исследовательское судно НУМА, способное буксировать судно размером с ваш отель.
Мортон, готовый ухватиться за любую соломинку, жестом пригласил Питта и Джордино в свой личный лифт и препроводил в свой офис.
– Простите за холодный прием, – сказал он, усаживая гостей в кресла. – Меня не предупредили о вашем прибытии.
– У нас не было времени на подготовку, – безразлично отозвался Питт. – Каково состояние отеля?
Мортон уныло покачал головой.
– Не особенно хорошее. Наши помпы едва успевают откачивать прибывающую воду, существует реальная опасность разрушения здания. А уж когда нас выбросит на скалы, окружающие Доминиканскую Республику, – остановился он на мгновение и пожал плечами, – тогда тысяча человек, включая и вас, умрет.
Лицо Питта затвердело, как камень.
– Нас не выбросит ни на какие скалы.
– Нам потребуется помощь вашего технического персонала. Необходимо соединить отель и наше судно буксирными тросами, – вступил в разговор Джордино.
– Где же находится это судно? – спросил Мортон с сомнением в голосе.
– По показаниям вертолетного радара оно меньше чем в тридцати милях отсюда.
Мортон поглядел в окно на зловещую стену туч вокруг глаза бури.
– Ваше судно никак не успеет добраться сюда раньше, чем шторм снова возьмется за нас всерьез.
– Центр ураганов НУМА оценивает диаметр глаза в шестьдесят миль, а скорость урагана в двадцать миль в час. Если от нас не отвернется удача, судно будет здесь вовремя.
– Два часа на подход и еще час, чтобы прицепиться, – вставил Джордино, взглянув на часы.
– Насколько я понимаю, – произнес Мортон официальным тоном, – нужно еще обсудить вопрос о вознаграждении за спасение.
– Здесь нечего обсуждать, – раздраженно сказал Питт, недовольный задержкой. – НУМА – государственное агентство Соединенных Штатов, которое занимается океанскими исследованиями. Мы не спасательная компания. Здесь не идет речь о принципе «без спасения нет вознаграждения». Если все будет в порядке, наш босс, адмирал Сэндекер, не потребует с вашего босса, мистера Призрака, ни цента.
Джордино ухмыльнулся.
– Я мог бы упомянуть, что адмирал обожает дорогие сигары.
Мортон молча уставился на Джордино. Он не мог понять, как вести себя с этими людьми. Они без предупреждения свалились на него с неба и спокойно заявили, что собираются спасти отель и всех, кто в нем находился. По виду их никак нельзя было принять за благословение небес.
Наконец он сдался.
– Сообщите мне, пожалуйста, джентльмены, что вам потребуется.
* * *
«Морская фея» отказывалась умирать.
Она погрузилась в пучину глубже, чем можно себе представить. Невозможно было поверить, что какое бы то ни было судно способно нырнуть так глубоко и уцелеть. Все судно целиком, от носа до кормы, было погребено глубоко под водой, и никто уже не верил, что «Морская фея» сможет вернуться. На несколько бесконечных мгновений она, казалось, неподвижно зависла в серо-зеленой пустоте. Затем медленно, с огромным трудом, ее нос начал чуть приподниматься; «Морская фея» упрямо рвалась к поверхности. Ее винты вспенили воду и толкнули судно вперед. В конце концов она вновь вырвалась под яростные удары урагана – буквально выпрыгнула из воды носом вперед, как дельфин, и рухнула обратно. Каждый лист корпуса, утяжеленного дополнительно многими тоннами воды, содрогнулся от удара. Вода целыми водопадами обрушилась с палубы обратно в море.
Демонический вихрь нанес «Морской фее» самый страшный удар, но храброе маленькое судно сумело уцелеть в этом кипящем котле. Время от времени на него вновь обрушивались массы воды, перемешанной с воздухом. «Морская фея» вела себя совсем как человек – так, как будто твердо знала, что море уже ничего не сможет противопоставить ее упорству и решимости.
Мэверик, белый, как бумага, неподвижным взглядом смотрел сквозь ветровое стекло ходовой рубки, уцелевшее каким-то чудом.
– Жуть что такое, – произнес он фразу, далеко не отражающую реальное состояние вещей. – Я и не знал, что служу на подводной лодке.
Никакое другое судно не смогло бы пережить такое приключение и не затонуть при этом. Но «Морская фея» была необычным судном. Ее строили для плавания в суровых полярных морях. На ее корпус пошли гораздо более толстые стальные листы, чем обычно, ведь она должна была сражаться с ледяными полями. Но и ей не удалось выйти из этой переделки совершенно невредимой. С палубы унесло все шлюпки, кроме одной.
Взглянув на корму, Барнум пораженно заметил, что его коммуникационное оборудование каким-то образом уцелело. Тем, кто страдал от морской болезни в собственных каютах, было невдомек, насколько близко все они подошли к тому, чтобы навсегда остаться на дне морском.
Неожиданно ходовую рубку осветил солнечный луч. «Морская фея» прорвалась-таки в гигантский глаз урагана Лиззи. Ситуация казалась парадоксальной: над головой сияло ясное небо, а море продолжало свою бешеную пляску. Барнум чувствовал какую-то неправильность в том, что такое привлекательное зрелище может быть одновременно и таким грозным.
Барнум посмотрел на офицера-связиста Мейсона Джара. Тот стоял у стола, вцепившись побелевшими пальцами в поручни, и выглядел так, как будто видел перед собой целую армию привидений.
– Когда придете в себя, Мейсон, свяжитесь с «Океанским скитальцем» и сообщите тому, кто там распоряжается, что мы идем к ним с максимальной скоростью, возможной при таком волнении.
Все еще находясь в состоянии оцепенения, Джар медленно обернулся, молча кивнул и ушел по направлению к радиорубке. Двигался он как будто в трансе.
Барнум посмотрел на экран радара и на крохотную точку на нем. Он был уверен, что это отель. В данный момент он лежал к востоку от «Морской феи», на расстоянии двадцать шесть миль. Затем Барнум ввел курс в компьютер и снова передал управление автоматизированной системе. Закончив, он вытер лоб старой красной банданой и пробормотал:
– Даже если мы доберемся до них раньше, чем их выбросит на скалы, что тогда? У нас нет шлюпок, чтобы подойти к ним, а если бы и были, волнение не позволит ими воспользоваться. Большой буксирной лебедки с толстым тросом у нас тоже нет.
– Не особенно приятно наблюдать, как отель разбивается о скалы вместе с женщинами и детьми, – заметил Мэверик.
– Да, – тяжело согласился с ним Барнум. – Совсем неприятно.
11
Хейди не была дома трое суток. Она дремала урывками на кушетке в своем офисе, пила черный кофе галлонами и почти ничего не ела, кроме сэндвичей с колбасой и сыром. Тем не менее если она и бродила временами по Центру ураганов как сомнамбула, то не от недостатка сна, а от напряжения и душевной муки. Ей пришлось работать в гуще колоссальной катастрофы, которая вот-вот должна была вызвать смерть и разрушения неслыханных прежде масштабов. Хотя она с самого начала правильно предсказала ужасающую силу урагана Лиззи и своевременно разослала предупреждения, она не могла не испытывать чувства вины. Ей все время казалось, что она могла сделать больше.
Ураган стремительно несся к ближайшей земле, а Хейди с трепетом наблюдала за проекциями и картинками на своем мониторе.
Благодаря ранним предупреждениям больше трехсот тысяч человек было вовремя эвакуировано в гористые местности в центре Доминиканской Республики и ее соседа, Гаити. И все же жертв могло быть очень много. Хейди опасалась также, что шторм может повернуть на север и ударить по Кубе, а затем по южной Флориде.
Раздался телефонный звонок, и Хейди устало подняла трубку.
– Как твой прогноз в отношении направления? Ничего не изменилось? – спросил ее муж Харли из Национальной службы погоды.
– Нет, Лиззи по-прежнему катит на восток, как по рельсам.
– В высшей степени необычно. Тысячи миль по прямой.
– Более чем необычно. Это неслыханно. Все зарегистрированные ураганы делали петли.
– Идеальный шторм?
– Только не Лиззи, – возразила Хейди. – Он далек от идеала. Я бы классифицировала его как смертельный катаклизм величайшей силы. Пропала целая рыболовная флотилия. Прекратили передачи восемь других судов: нефтяные танкеры, сухогрузы и частные яхты. С них больше не поступают сигналы SOS, только молчание. Приходится предполагать худшее.
– Что нового о плавучем отеле? – спросил Харли.
– По последним данным, его сорвало с мертвых якорей. Ураганный ветер и волны гонят его к скалистому побережью Доминиканской Республики. Адмирал Сэндекер направил к нему одно из исследовательских судов НУМА. Они попытаются отбуксировать отель в безопасное место.
– Дело, похоже, безнадежное.
– Боюсь, что мы стали свидетелями небывалой морской катастрофы, – мрачно произнесла Хейди.
– Я собираюсь домой на пару часов. Почему бы тебе не прерваться и не поехать тоже? Я приготовлю чудесный обед.
– Я не могу, Харли. Пока еще не могу. Пока характер Лиззи не изменится.
– При его бесконечной мощи ждать, возможно, придется несколько дней, а то и недель.
– Я знаю, – медленно проговорила Хейди. – Это-то меня и пугает. Если его энергия не начнет падать после прохода через Доминиканскую Республику и Гаити, то он всей своей мощью обрушится на материк.
* * *
Саммер была навсегда околдована морем. Началось это в детстве. Мать настояла, чтобы девочка научилась нырять с аквалангом, когда ей было всего шесть лет. Для ее маленького тельца по особому заказу изготовили маленький баллон и редуктор. Оба они – Саммер и ее брат Дирк – брали уроки у лучших инструкторов. Изучая обитателей моря, его настроения и капризы, Саммер и сама стала наполовину морским существом. Плавая в безмятежных голубых водах, она научилась понимать море. Во время тайфуна в Тихом океане ей пришлось столкнуться с его гигантской мощью. Но сейчас она походила на женщину, которая после двадцати лет брака вдруг поняла, что в ее муже есть отвратительные, садистские черты. Саммер впервые была свидетелем того, каким по-настоящему жестоким и грозным может быть море.
Брат и сестра, находясь в прихожей «Рыб», видели сквозь большой прозрачный купол кипящее наверху месиво. Сначала, когда внешний край урагана только начал наступать на отмель Навидад, происходящее доносилось до молодых людей слабым и отдаленным шумом. Но вскоре сила шторма выросла, и стало очевидно, что их уютное маленькое убежище не сможет как следует защитить своих обитателей и, более того, находится в серьезной опасности.
В первые часы гребни волн легко проходили над подводным домом, примостившимся на глубине сорока пяти футов. Но волны быстро выросли до размеров водяных гор, а долины между ними, соответственно, опустились к самому дну. Дирк и Саммер вдруг обнаружили, что на дом льет настоящий дождь – в промежутках между волнами.
Раз за разом нескончаемая череда волн била и бросала «Рыбы». «Земная космическая станция» была рассчитана на давление морских глубин, и ее стальная раковина без проблем выдерживала натиск волн. Но ужасающие силы, действующие на ее внешнюю поверхность, вскоре сдвинули подводное обиталище с места и медленно потащили его по дну. Четыре опоры, на которых стоял подводный дом, не были прикреплены к основанию станции. Они, каждая в отдельности, были всего на несколько дюймов заглублены в коралловое дно. Только шестидесятипятитонная масса «Рыб» не давала шторму оторвать жилище ото дна и начать швырять его по рифу, как пустую бутылку.
Затем та же пара гигантских волн, что в двадцати милях отсюда чуть не поглотила «Морскую фею», обрушилась на отмель Навидад, безжалостно круша кораллы и разбивая их изящные формы на миллионы мелких осколков. Первая из этих волн опрокинула «Рыбы» на бок и покатила станцию, как бочку по каменистому пустырю. Молодые люди пытались ухватиться за что-нибудь прочное и удержаться на месте, но их швыряло, как тряпичные куклы.
Подводный дом прокатился, виляя и раскачиваясь, почти двести ярдов и только после этого остановился в неустойчивом равновесии на краю узкой коралловой расселины. Затем вторая волна обрушилась на него и сбросила вниз.
«Рыбы», ударяясь о коралловые стены, а иногда скребя по ним, провалились на сто двадцать футов на самое дно расселины, подняв при падении огромную тучу песка. Дом лег на правый бок и оказался зажат стенами расселины. Все внутри, что не было жестко прикреплено к стенам, разлетелось в разные стороны. Повсюду в жутком беспорядке валялись посуда, продукты, оборудование, постели, личные вещи.
Не обращая внимания на боль в вывихнутой ноге и десяток ушибов и царапин. Дирк сразу же подполз к сестре. Саммер, сжавшись в комочек, лежала между двух перевернутых коек. Дирк посмотрел в ее широко раскрытые серые глаза и впервые, с тех пор как он себя помнил, увидел там откровенный испуг. Он осторожно взял голову девушки в ладони и напряженно улыбнулся.
– Ну, как тебе поездочка?
Она вгляделась в его лицо, разглядела улыбку и медленно сделала глубокий вдох. Ее страх немного отступил.
– Я все это время думала о том, что мы родились вместе и умрем тоже вместе.
– Посмотрите на мою сестру-пессимистку! У нас впереди еще лет семьдесят, успеем подразнить друг друга.
Затем он с беспокойством спросил:
– Ты ранена?
Она покачала головой.
– Я втиснулась между койками, и меня не так бросало, как тебя. – Саммер посмотрела сквозь прозрачный пластик обзорной полусферы на кипящее месиво вверху. – Как дом?
– По-прежнему крепок... и не течет. Никакой волне, сколь угодно гигантской, не под силу вскрыть «Рыбы»: толщина их стальной шкуры четыре дюйма.
– А шторм?
– Бушует, но мы здесь теперь в безопасности. Волны проходят над каньоном, не доставая до дна.
Саммер обежала взглядом беспорядок в комнате.
– Господи, ну и кавардак!
Обрадованный тем, что Саммер вышла из испытания целой и невредимой, Дирк занялся проверкой систем жизнеобеспечения подводного дома. Саммер принялась за разборку завалов. Разложить все по местам было невозможно, по крайней мере, пока дом лежал на боку. Поэтому Саммер просто сложила вещи аккуратными стопками и прикрыла одеялами острые выступы приборов, вентилей, аппаратуры и всевозможных креплений. Бывший пол превратился в стену, а стена – в пол, так что при передвижении молодым людям приходилось все время через что-то перелезать. Казалось странным, что все вещи в доме повернуты на девяносто градусов.
Теперь Саммер чувствовала себя в большей безопасности, чем в начале шторма. В коралловом каньоне с крутыми стенами ураган уже ничем не мог повредить людям. Здесь не слышно было завывания ветра, не было яростных ударов волн, как в те моменты, когда долина между волнами открывала подводный дом всем стихиям. Страх и напряженное ожидание беды начали потихоньку оставлять Саммер. Теперь они в безопасности. Рядом с ней брат, унаследовавший отвагу и силу их легендарного отца. А «Морская фея» переждет ураган и вернется.
Но вот Дирк вернулся и уселся рядом с ней на стену, стараясь беречь ушибленные места, где уже начали проявляться синяки. На лице его почему-то не было привычного выражения уверенности.
– Ты что-то мрачный, – сказала Саммер. – В чем дело?
– При падении в расселину сорвало магистрали, с помощью которых баллоны со сжатым воздухом были подключены к нашей системе жизнеобеспечения. Судя по датчикам давления воздуха, четырех неповрежденных баллонов хватит нам всего на четырнадцать часов.
– Как насчет баллонов, ведущих к аквалангам, которые мы оставили во входном шлюзе?
– Внутри был только один, у которого нужно было ремонтировать вентиль. На нем мы вдвоем сможем протянуть в лучшем случае минут сорок пять.
– Мы можем воспользоваться им, чтобы выйти наружу и принести остальные, – с надеждой сказала Саммер. – Потом переждем сутки-двое, пока шторм не спадет, и оставим «Рыбы». Будем дрейфовать по поверхности на надувном плоту, пока нас не спасут.
Брат мрачно покачал головой.
– Плохие новости состоят в том, что мы в ловушке. Створку входного шлюза прижало к коралловой стене. Теперь ее можно открыть только динамитом.
Саммер вздохнула очень глубоко, а затем проговорила:
– Похоже, наша судьба в руках капитана Барнума.
– Я уверен, что он думает о нас. Он нас не забудет.
– Нужно сообщить ему о нашем положении.
Дирк выпрямился и положил руки на плечи сестры.
– Радио разбилось при падении в расселину.
– Мы все же можем выпустить радиобуй, чтобы они по крайней мере знали, что мы живы. – Саммер не хотела терять надежду.
Голос Дирка прозвучал мягко и сдержанно:
– Буй был закреплен на той стене дома, которая теперь внизу. Должно быть, он раздавлен. Но даже если он уцелел, выпустить его невозможно.
– Когда нас начнут искать, – напряженно проговорила Саммер, – то обнаружить «Рыбы» в этой расселине будет непросто.
– Можешь быть уверена, Барнум отправит обшаривать риф все шлюпки и всех водолазов, какие только найдутся на «Морской фее».
– Ты говоришь так, как будто воздуха у нас на несколько дней, а не часов.
– Беспокоиться не о чем, сестренка, – уверенным тоном заявил Дирк. – В данный момент мы в безопасности и шторм нам не страшен. Как только волнение уляжется, экипаж «Морской феи» бросится за нами, как пьяница за ящиком виски, выпавшим из грузовика.
Еще через несколько мгновений он добавил:
– В конце концов, мы теперь – его главная забота.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?