Читать книгу "Главные романы Колин Гувер. Комплект из 3 книг"

И я счастлива.

Время действительно лечит все раны.

Или, по крайней мере, большинство из них.

Я выключила лампу и взяла телефон, чтобы поставить его на зарядку. Я пропустила два сообщения от Райла и одно от матери.

Райл: Привет. Голая правда прозвучит через 3… 2…

Райл: Я беспокоился, что отношения увеличат мою ответственность. Поэтому я избегал их всю свою жизнь. У меня и так достаточно обязанностей. Я видел, в какой стресс брак вовлек моих родителей, видел неудачные браки некоторых моих друзей. И мне не хотелось участвовать в чем-то подобном. Но после сегодняшнего вечера я понял, что, возможно, многие люди просто делают все неправильно. Потому что происходящее между нами не ощущается как обязанность. Это ощущается как награда. И я засну, гадая, чем я это заслужил.

Я прижала телефон к груди и улыбнулась. А потом я сделала скриншот экрана, потому что я хотела сохранить это сообщение навсегда. Я открыла третье сообщение.

Мама: Врач, Лили? И у тебя собственный бизнес? Я хочу быть такой, как ты, когда вырасту.

Я заскринила и это сообщение.

Глава 12

– Что ты делаешь с этими бедными цветами? – раздался голос Алисы у меня за спиной.

Я защелкнула еще одну серебристую шайбу и спустила ее по стеблю.

– Это стимпанк.

Мы обе сделали шаг назад и полюбовались букетом. По крайней мере, я надеялась, что она смотрит на букет с восхищением. Оказалось, что букет выглядит даже лучше, чем я думала. Я использовала цветочный краситель, чтобы превратить несколько белых роз в густо-фиолетовые. Потом я украсила стебли разными элементами в стиле стимпанк, крошечными металлическими шайбами и колесами, и даже приклеила часы к коричневому кожаному шнурку, который удерживал цветы вместе.

– Стимпанк?

– Это такой тренд. Что-то вроде подвида фантастики, но он распространяется на другие области. На искусство. На музыку. – Я развернулась к Алисе и улыбнулась, держа букет: – А теперь и на цветы.

Алиса взяла у меня букет и подержала их перед собой.

– Он такой… необычный. Но мне очень нравится. – Она обняла букет. – Могу я его взять?

Я потянула цветы к себе.

– Нет, они для официального открытия, а не для продажи. – Я забрала у нее букет и схватила вазу, которую сделала вчера. На прошлой неделе я нашла на блошином рынке пару старинных женских ботинок на пуговицах. Они напомнили мне о стиле стимпанк, и именно ботинки подсказали мне идею букета. После покупки я вымыла ботинки, высушила их, а потом приклеила на них металлические детали. Как только я обработала ботинки клеем Mod Podge, я смогла вставить в них вазу, чтобы налить в нее воду для цветов.

– Алиса! – Я поставила цветы на центральный стол. – Я почти уверена, что именно это я хотела сделать со своей жизнью.

– Стимпанк? – спросила она.

Я рассмеялась и повернулась к ней.

– Творчество! – сказала я и повернула табличку на «Открыто» на пятнадцать минут раньше.

Для нас обеих день оказался более суматошным, чем мы думали. Между заказами по телефону, заказами через интернет и заходившими клиентами ни одной из нас не хватило времени на ланч.

– Тебе нужно больше служащих, – констатировала Алиса, проходя мимо меня с двумя букетами цветов.

Это было в час дня.

– Тебе нужно больше служащих, – повторила она в два часа, прижимая телефон к уху и записывая заказ, одновременно звонком вызывая меня к кассе.

После трех часов в магазин зашел Маршалл и спросил, как дела. Алиса сказала ему:

– Ей нужно больше служащих.

В четыре часа я помогла женщине отнести букет в машину, и когда я вернулась в магазин, Алиса как раз выходила, держа другой букет.

– Тебе нужно больше служащих, – выпалила она в отчаянии.

В шесть часов она заперла дверь, перевернула табличку, потом привалилась спиной к двери и сползла на пол, глядя на меня снизу вверх.

– Я знаю, – сказала я, – мне нужно больше служащих.

Она только кивнула. Я подошла к ней и села рядом. Мы склонили друг к другу головы и посмотрели на магазин. Букет в стиле стимпанк стоял впереди по центру, и, хотя я отказалась продать именно этот букет, мы получили восемь заказов на такие букеты.

– Я горжусь тобой, Лили, – сказала Алиса.

– Я бы не сделала это без тебя, Исса, – улыбнулась я.

Мы посидели так несколько минут, наслаждаясь отдыхом, который мы наконец дали нашим ногам. Честно говоря, это был один из лучших дней в моей жизни, но я не могла избавиться от грусти из-за того, что Райл так и не появился. Он даже не прислал сообщения.

– Твой брат сегодня давал о себе знать? – спросила я.

Алиса покачала головой:

– Нет, но я уверена, что он просто занят.

Я кивнула. Я знала, что он занят.

Мы обе подняли глаза, когда кто-то постучал в дверь. Я улыбнулась, увидев, что к стеклу прижимается Райл, прикладывая ладони к глазам. Наконец он посмотрел вниз и увидел нас сидящими на полу.

– Легок на помине, – сказала Алиса.

Я подскочила и открыла дверь, чтобы впустить его. Как только я ему открыла, он тут же протиснулся внутрь.

– Я это пропустил? Да, я пропустил. – Райл обнял меня. – Прости. Я приехал сразу, как только смог.

Я обняла его в ответ.

– Все в порядке. Ты здесь. Все было идеально. – Я радовалась тому, что он вообще появился.

– Ты идеальная, – сказал он, целуя меня.

Алиса прошла мимо нас.

– Ты идеальная, – передразнила она брата. – Эй, Райл, знаешь что?

Он отпустил меня.

– Что?

Алиса схватила мусорную корзину и бросила ее на прилавок.

– Лили нужно нанять больше служащих.

Я рассмеялась, потому что она повторяла эти слова весь день. Райл сжал мою руку и ответил:

– Судя по всему, дела пошли хорошо.

Я пожала плечами:

– Мне не на что жаловаться. То есть… я не нейрохирург, но я хороша в своем деле.

Райл рассмеялся:

– Так, ребята, вам нужна помощь с уборкой?

Мы с Алисой приобщили его к делу, и он помог нам навести порядок после трудного дня. Мы уже все закончили и подготовили к завтрашнему открытию, когда пришел Маршалл. Он принес какой-то мешок и положил его на прилавок. Он начал вытаскивать комки из какого-то материала, а потом бросил по комку каждому из нас. Я поймала свой и развернула.

Это был домашний комбинезон.

Мне достался с котятами.

– «Брюинз» сегодня играет. Бесплатное пиво. Одеваемся, команда!

Алиса застонала:

– Маршалл, в этом году ты заработал шесть миллионов. Неужели нам действительно нужно бесплатное пиво?

Он прижал палец к ее губам, закрывая ей рот.

– Тсс! Не говори, как богатая девочка, Исса. Это богохульство.

Она засмеялась, и Маршалл выхватил комбинезон у нее из рук. Он расстегнул «молнию» и помог ей влезть в него. Как только все переоделись, мы заперли магазин и направились в бар.

Никогда в жизни я не видела такого количества мужчин в домашних комбинезонах. Мы с Алисой оказались единственными женщинами в комбинезонах, но мне это вроде даже понравилось. В баре было шумно. Так шумно, что каждый раз, когда «Брюинз» забивали шайбу, нам с Алисой приходилось закрывать уши руками, спасаясь от криков. Примерно через полчаса отдельный кабинет на верхнем этаже освободился, и мы ринулись вверх по лестнице, чтобы занять его.

– Так намного лучше, – одобрила Алиса, усаживаясь. Там было гораздо тише, чем внизу, но все же очень шумно, по нормальным стандартам.

К нам подошла официантка, чтобы принять заказ на напитки. Я заказала красное вино, и как только я это сделала, Маршалл подскочил на месте.

– Вино? – заорал он. – Ты же в комбинезоне! Ты не получишь бесплатное вино в комбинезоне!

Он попросил официантку принести мне пива. Но Райл сказал, чтобы она принесла вина. Алиса захотела воды, и это огорчило Маршалла еще больше. Он попросил официантку принести четыре бутылки пива, и тут Райл не выдержал:

– Два пива, красное вино и воду.

Официантка была совершенно сбита с толку, когда отходила от нашего столика.

Маршалл обнял Алису и поцеловал ее.

– Как я смогу попытаться обрюхатить тебя сегодня вечером, если ты будешь совершенно трезвая?

Выражение лица Алисы изменилось, и мне сразу стало жаль ее. Я знала, что Маршалл пошутил, но едва ли ей это понравилось. Всего несколько дней назад она говорила мне, насколько подавленной она себя чувствует из-за того, что не может забеременеть.

– Я не могу пить пиво, Маршалл.

– Тогда выпей хотя бы вина. Ты больше меня любишь, когда ты под хмельком. – Он рассмеялся над своей шуткой, но Алиса оставалась серьезной.

– Вино мне тоже нельзя. На самом деле мне вообще спиртное нельзя.

Маршалл перестал смеяться.

Мое сердце пропустило удар.

Маршалл повернулся к жене и схватил ее за плечи, заставив смотреть ему в лицо.

– Алиса?

Она просто начала кивать, и я не знаю, кто заплакал первым, я, Маршалл или Алиса.

– Я стану папой? – закричал Маршалл.

Она все еще кивала, а я просто вопила как идиотка. Маршалл подскочил на месте и закричал:

– Я буду папой!

Такой момент невозможно описать, это надо было видеть. Взрослый мужчина в домашнем комбинезоне стоял в отдельном кабинете в баре и орал во все горло, что он станет папой. Он поднял Алису на ноги, и теперь они стояли вдвоем. Он поцеловал ее, и это был самый нежный момент, который я когда-либо видела.

Пока не перевела взгляд на Райла и не заметила, что он жует нижнюю губу, как будто пытаясь остановить подступающие слезы. Он увидел, что я на него смотрю, и отвернулся.

– Ничего не говори, она моя сестра.

Я улыбнулась, нагнулась к нему и поцеловала в щеку.

– Поздравляю, дядя Райл.

Как только будущие родители перестали целоваться, мы с Райлом встали и поздравили их. Алиса сказала, что ее уже некоторое время тошнило по утрам, но тест она сделала только этим утром перед нашим официальным открытием. Она собиралась вечером рассказать обо всем Маршаллу, когда они вернутся домой, но не смогла больше молчать.

Официантка принесла наши напитки, и мы заказали еду. Как только она отошла, я посмотрела на Маршалла.

– Как вы с Алисой познакомились?

– Она лучше расскажет историю, чем я, – ответил он.

Алиса вскинула голову и подалась вперед.

– Я его ненавидела, – призналась она. – Он был лучшим другом Райла и вечно торчал в нашем доме. Маршалл меня раздражал. Он только что переехал в Огайо из Бостона, и у него был бостонский акцент. Он думал, что акцент делает его классным. А мне хотелось дать ему оплеуху каждый раз, когда он начинал говорить.

– Она такая милая, – с сарказмом прокомментировал Маршалл.

– Ты был идиотом, – отрезала Алиса, округлив глаза. – Как бы там ни было, однажды мы с Райлом пригласили друзей с ночевкой. Ничего особенного, но родители уехали из города, поэтому мы устроили небольшое сборище.

– Там было тридцать человек, – вмешался Райл. – Это была вечеринка.

– Ладно, вечеринка, – не стала спорить Алиса. – Я вошла в кухню, а там стоял Маршалл, прижавшийся к какой-то шлюхе.

– Она не была шлюхой, – возразил он. – Просто милая девушка. На вкус, как чипсы «Читос», но…

Алиса так на него посмотрела, что он сразу замолчал. Она снова повернулась ко мне:

– На чем я остановилась? А, да, я начала на него кричать, чтобы он уводил своих шлюх к себе домой. Девушка так меня испугалась, что убежала и больше не возвращалась.

– Кокблокер, – констатировал Маршалл.

Алиса пихнула его в плечо:

– Ладно. После того как я ему обломала кайф, я бросилась к себе в комнату, настолько меня смутило то, что я сделала. Это была чистой воды ревность, и я даже не понимала, насколько Маршалл мне нравится, пока не увидела его руки на заднице другой девушки. Я бросилась на кровать и заплакала. Через несколько минут пришел Маршалл и спросил, в порядке ли я. Я перекатилась на спину и выпалила: «Ты мне нравишься, придурок!»

– А остальное уже история… – сказал Маршалл.

Я рассмеялась:

– Потрясающе. Придурок. Сколько нежности.

Райл поднял палец и заявил:

– Ты опускаешь самую лучшую часть.

Алиса пожала плечами:

– Ах да. Итак, Маршалл подошел ко мне, поднял с кровати и поцеловал меня теми же губами, которыми целовал свою шлюху, и мы процеловались с полчаса. Райл нас застукал и принялся вопить на Маршалла. Тогда Маршалл вытолкал Райла из моей спальни и целовался со мной еще целый час.

Райл покачал головой:

– Меня предал мой лучший друг.

Я снова засмеялась, но он повернулся ко мне с серьезным выражением лица:

– Я целый месяц с ним не разговаривал, так я на него разозлился. В конце концов я это пережил. Нам было по восемнадцать, ей – семнадцать. Я мало что мог сделать, чтобы они держались подальше друг от друга.

– Вау, – сказала я. – Я иногда забываю, что у вас такая маленькая разница в возрасте.

Алиса улыбнулась:

– Трое детей за три года. Мне так жаль моих родителей.

За столом стало тихо. Я заметила, как Алиса извиняющимся взглядом посмотрела на Райла.

– Трое? – переспросила я. – У вас есть еще брат или сестра?

Райл выпрямился, отпил пива и поставил бутылку обратно на столик.

– У нас был старший брат, – объяснил он. – Он умер, когда мы были детьми.

Такой великолепный вечер, и я разрушила его одним простым вопросом. К счастью, Маршалл мастерски перевел разговор на другую тему.

Остаток вечера я слушала истории о том, как они росли. Не уверена, что мне доводилось так много смеяться, как тогда.

Когда матч закончился, мы вернулись к магазину, чтобы забрать машины. Райл сказал, что приехал на такси, поэтому поедет со мной. Прежде чем Алиса с Маршаллом ушли, я попросила ее подождать, забежала в магазин, схватила букет в стиле стимпанк и отнесла его к их машине. Алиса просияла, когда я протянула ей цветы.

– Я счастлива, что ты беременна, но я дарю тебе эти цветы не поэтому. Я просто хочу, чтобы они были у тебя. Потому что ты моя лучшая подруга.

Алиса сжала меня в объятиях и прошептала на ухо:

– Надеюсь, он когда-нибудь на тебе женится. Мы еще будем лучшими сестрами.

Она села в машину, и они с Маршаллом уехали. А я просто стояла и смотрела им вслед, потому что у меня никогда в жизни не было такой подруги, как Алиса. Возможно, в моем настроении было виновато вино. Не знаю, но этот день мне понравился. Все в нем. И мне особенно понравилось, как выглядит Райл, прислонившийся к моей машине и наблюдавший за мной.

– Ты по-настоящему красива, когда счастлива.

Ох! Ну что за день! Идеальный!

* * *

Мы поднимались по лестнице к моей квартире, когда Райл схватил меня за талию, прижал к стене и принялся целовать прямо на ступеньках.

– Шальной, – пробормотала я.

Он рассмеялся и обеими руками схватил меня за ягодицы.

– Не-а, это все комбинезон. Тебе стоило бы подумать о том, чтобы превратить его в твой деловой костюм. – Райл снова поцеловал меня и не останавливался до тех пор, пока мимо нас кто-то не спустился по лестнице.

– Симпатичные комбинезончики, – сказал парень, протискиваясь мимо нас. – «Брюинз» выиграли?

Райл кивнул.

– Три – один, – ответил он, не глядя на парня.

– Отлично, – откликнулся тот.

Как только парень ушел, я отошла от Райла.

– Что такое с этими комбинезонами? В Бостоне каждый мужчина об этом знает?

Он рассмеялся и сказал:

– Все дело в бесплатном пиве, Лили. – Он потянул меня за собой вверх по ступенькам. Когда мы вошли, Люси стояла у кухонного стола и заклеивала коробку со своими вещами. Рядом стояла еще одна незаклеенная коробка, и я могла бы поклясться, что увидела там миску из HomeGoods, которую покупала я. Люси обещала, что к следующей неделе вывезет все вещи, но у меня было такое ощущение, что она собралась вывезти и часть моих.

– Ты кто? – спросила Люси, оглядывая Райла с головы до ног.

– Райл Кинкейд. Я бойфренд Лили.

Бойфренд Лили.

Вы это слышали?

Бойфренд.

Он впервые это подтвердил и назвался так с уверенностью.

– Мой бойфренд, значит? – Я вошла в кухню и взяла бутылку вина и два бокала.

Райл подошел ко мне сзади, пока я наливала вино, и его руки скользнули мне на талию.

– Ага. Твой бойфренд.

Я вручила ему бокал с вином и сказала:

– Значит, я твоя подружка?

Он чокнулся со мной.

– За окончание пробных отношений и за начало настоящих отношений.

Мы оба улыбнулись и выпили вина.

Люси сложила коробки друг на друга и направилась к входной двери.

– Кажется, я вовремя съезжаю, – констатировала она.

Дверь за ней закрылась, и Райл поднял бровь.

– Кажется, я не слишком понравился твоей соседке.

– Ты удивишься, но думаю, что я ей тоже не нравлюсь. Хотя вчера она попросила меня стать подружкой невесты на ее свадьбе. Вероятно, Люси надеется на бесплатные цветы. Она та еще пройда.

Райл рассмеялся и прислонился к холодильнику. Его взгляд упал на магнит с надписью «Бостон». Он снял его с дверцы и удивленно посмотрел на меня.

– Ты никогда не выберешься из чистилища Бостона, если будешь хранить сувениры о городе на холодильнике, как турист.

Я со смехом отобрала у него магнит и прилепила обратно на холодильник. Мне понравилось, что он так много помнит о нашей первой встрече.

– Это подарок. Он мог бы считаться туристическим сувениром, если бы я купила его сама.

Райл подошел ко мне, взял у меня из рук бокал с вином, поставил оба наших бокала на рабочий стол, нагнулся ко мне и прижался к моим губам глубоким, страстным, пьяным поцелуем. Я почувствовала фруктовую сладость вина на его языке, и мне это понравилось. Пальцы Райла добрались до «молнии» на моем комбинезоне.

– Давай-ка избавимся от этой шкурки.

Он потянул меня по направлению к спальне и не переставал целовать, пока мы освобождались от одежды. К тому времени, когда мы добрались до спальни, на мне остались только трусики и бюстгальтер.

Райл прижал меня к двери, и я задохнулась от неожиданности.

– Не двигайся, – попросил он, прижался губами к моей груди, а потом его поцелуи начали спускаться вниз по моему телу.

О боже. Неужели этот день может стать еще лучше?

Я запустила пальцы ему в волосы, но он схватил меня за запястья и прижал их к двери. Райл поднялся обратно по моему телу, крепко сжимая мои запястья. Он предупреждающе поднял бровь.

– Я же сказал… Не двигайся.

Я постаралась спрятать улыбку, но ее было трудно скрыть. Его губы снова поползли вниз по моему телу. Он медленно спустил мои трусики до лодыжек. Райл сказал мне не двигаться, поэтому я не стала их сбрасывать.

Его губы скользили по моему бедру, пока…

Да.

Лучший.

День.

В моей жизни.

Глава 13

Райл: Ты дома или еще на работе?

Я: На работе. Закончу примерно через час.

Райл: Могу я к тебе зайти?

Я: Ты слышал, люди говорят, что не бывает глупых вопросов? Они ошибаются. Это был глупый вопрос.

Райл: ☺

Спустя полчаса он постучал в парадную дверь цветочного магазина. Я закрыла магазин почти три часа назад, но я все еще была там, пытаясь разобраться с хаосом, которым стал первый месяц работы. Магазин все еще оставался слишком новым, чтобы точно понять, насколько хорошо или насколько плохо идут дела. Некоторые дни торговля шла отлично, тогда как в другие дни покупателей почти не было, и я отправляла Алису домой. Но в общем и целом я пока была довольна тем, как развивался бизнес.

И счастлива от того, как развивались отношения с Райлом.

Я отперла дверь, чтобы впустить его. Он все еще был в светло-голубой медицинской форме, на шее висел стетоскоп. Только что с работы. Очень милый жест. Клянусь, каждый раз, когда я видела его сразу после смены, мне приходилось прятать глупую улыбку. Я быстро поцеловала его в щеку и направилась в свой кабинет.

– Мне надо кое-что закончить, а потом мы сможем поехать ко мне.

Райл пошел за мной в офис и закрыл дверь.

– Ты купила диван? – спросил он, оглядываясь.

Я потратила часть недели на последние штрихи. Я приобрела несколько настольных ламп, чтобы не включать мощные флуоресцентные лампы. Настольные лампы озаряли кабинет мягким светом. Я купила и несколько растений, чтобы держать их там постоянно. Это не был сад, но близко к нему. Комната проделала долгий путь от кладовки для ящиков из-под овощей.

Райл подошел к дивану и упал на него лицом вниз.

– Не торопись, – пробормотал он в подушку. – Я вздремну, пока ты заканчиваешь.

Порой меня беспокоило то, как он нагружает себя работой, но я ничего не говорила. К этому моменту я просидела в офисе уже двенадцать часов, поэтому не мне было заводить разговор о том, что кто-то слишком амбициозен.

Следующие пятнадцать минут или около того я провела, разбираясь с заказами. Когда я закончила, я закрыла ноутбук и посмотрела на Райла.

Я подумала, что он уснул, а он, оказывается, лежал на боку, подперев голову рукой. Все это время Райл смотрел на меня, и от улыбки на его лице я покраснела. Отодвинув кресло, я встала.

– Лили, думаю, ты мне слишком сильно нравишься, – сказал Райл, когда я подошла к нему.

Он сел на диване, притянул меня к себе на колени, а я сморщила нос.

– Слишком сильно? На комплимент не похоже.

– Это потому, что я ничего об этом не знаю, – признался Райл. Он усадил меня так, чтобы я оседлала его, а потом обнял меня за талию. – Это мои первые настоящие отношения. И я не знаю, должна ли ты мне уже нравиться до такой степени. Я не хочу напугать тебя.

Я рассмеялась:

– Как будто такое возможно. Ты слишком много работаешь, чтобы не давать мне свободно дышать.

Он провел рукой по моей спине.

– Тебя беспокоит то, что я слишком много работаю?

Я покачала головой:

– Нет. Я иногда беспокоюсь за тебя, потому что не хочу, чтобы ты дошел до выгорания. Но я не возражаю против того, чтобы делить тебя с твоей страстью. На самом деле мне нравится, что ты такой амбициозный. Это сексуально. Вполне возможно, это то, что я люблю в тебе больше всего.

– А знаешь, что я в тебе люблю больше всего?

– Я уже знаю ответ. – Я улыбнулась. – Мой рот.

Райл откинул голову на спинку дивана.

– О да. Это самое любимое. Знаешь, что на втором месте?

Я покачала головой:

– Ты на меня не давишь, не заставляешь быть таким, каким я быть не могу. Ты принимаешь меня ровно таким, какой я есть.

Я улыбнулась:

– Что ж, честно говоря, ты немного изменился с момента нашей первой встречи. Ты больше не настроен так отрицательно по отношению к подружкам.

– Это потому, что ты облегчила мою задачу. – Его рука пробралась мне под рубашку. – Быть с тобой легко, я могу делать карьеру, о которой всегда мечтал. Когда я с тобой, я к тому же чувствую, что получу свой пирог и съем его.

Уже обе его руки оказались под моей рубашкой, прижались к моей спине. Он притянул меня к себе и поцеловал. Я улыбнулась и прошептала:

– Это лучший пирог из тех, которые ты пробовал?

Пальцы Райла проникли под мой бюстгальтер сзади и легко расстегнули его.

– Я почти уверен в этом, но, возможно, мне нужно попробовать еще кусочек, чтобы сказать точно. – Он стянул с меня рубашку и бюстгальтер. Я начала приподниматься, чтобы стянуть с себя джинсы, но он усадил меня обратно к себе на колени. Схватив стетоскоп, он вдел его в уши, потом прижал диафрагму к моей груди, прямо над сердцем.

– Отчего твое сердце так сильно бьется, Лили?

Я с невинным видом пожала плечами:

– Должно быть, в этом есть доля вашей вины, доктор Кинкейд.

Он отбросил конец стетоскопа, снял меня со своих коленей и уложил на диван. Он развел мои бедра в стороны, устроился между ними на коленях и снова приложил стетоскоп к моей груди. Он опирался на одну руку, продолжая слушать мое сердце.

– По-моему, около девяноста ударов в минуту, – сказал он.

– Это хорошо или плохо?

Райл усмехнулся и лег на меня.

– Я буду удовлетворен, услышав сто сорок ударов.

Ага. Если бы пульс достиг ста сорока, пожалуй, я бы тоже была довольна.

Его губы коснулись моей груди, и я закрыла глаза, когда язык Райла скользнул по моему соску. Он взял его в рот, все это время продолжая прижимать стетоскоп к моей груди.

– Уже около ста ударов, – сообщил он, снова повесил стетоскоп на шею и принялся расстегивать мои джинсы. Как только он спустил их с меня, он начал меня переворачивать, пока я не оказалась на животе с закинутыми на подлокотник дивана руками.

– Встань на колени, – сказал Райл.

Я повиновалась, и прежде чем я успела устроиться поудобнее, я снова почувствовала холодный металл стетоскопа на своей груди. Его рука обвила меня сзади. Я не шевелилась, пока он слушал мое сердцебиение. Другая его рука начала медленно искать путь между моими бедрами, пробралась в трусики и внутрь меня. Я ухватилась за диван, но старалась сдерживать рвущиеся звуки, пока он слушал мое сердце.

– Сто десять, – констатировал Райл, все еще не удовлетворенный.

Он потянул мои бедра назад, навстречу ему, и я почувствовала, как он освобождается от медицинской формы. Одной рукой он ухватил меня за бедро, другой рукой отодвигая мои трусы в сторону. Одним движением Райл вошел в меня.

Я в отчаянии вцепилась в диван, когда он остановился, чтобы снова послушать мое сердце.

– Лили, – сказал он с деланым разочарованием, – только сто двадцать. Это не совсем то, чего я от тебя жду.

Стетоскоп снова исчез, и его рука обвилась вокруг моей талии, потом скользнула вниз и устроилась у меня между ног. Я больше не могла успевать за его ритмом. Я едва стояла на коленях. Ему каким-то образом удавалось держать меня одной рукой, а другой доводить меня до оргазма. Когда по моему телу побежали первые волны дрожи, он резко выпрямил меня так, чтобы моя спина прижалась к его груди. Он все еще был внутри меня, но он снова сосредоточился на моем сердце, так как приложил стетоскоп к моей груди.

Я застонала, и Райл прижался губами к моему уху.

– Тсс. Не шуми.

Понятия не имею, как я сумела продержаться следующие тридцать секунд и не издать ни одного звука. Одной рукой он обнял меня и прижал стетоскоп к моей груди. Другую руку он крепко прижимал к моему животу, и его пальцы продолжали творить свое волшебство между моими ногами. Каким-то образом он все еще был глубоко во мне. Я попыталась двигаться, но он держался как скала, когда по мне пробежала дрожь. Ноги у меня задрожали, руки были прижаты к бокам, я вцепилась в его бедра. Мне понадобились все силы, чтобы не выкрикнуть его имя.

Меня все еще трясло, когда Райл поднял мою руку и приложил стетоскоп к запястью. Через несколько секунд он убрал стетоскоп и отбросил его на пол.

– Сто пятьдесят, – с удовлетворением отметил он. Райл вышел из меня, перевернул меня на спину, его губы снова прижались к моим губам, и он опять оказался во мне.

Мое тело было слишком слабым, чтобы двигаться, и я даже не могла открыть глаза, чтобы смотреть на него. Райл несколько раз вошел в меня и замер, застонав у моих губ. Он упал на меня, напряженный, но дрожащий.

Райл поцеловал меня в шею, потом его губы нашли татуировку в виде сердца над ключицей. Наконец он затих на моей шее и вздохнул.

– Я уже говорил сегодня вечером, как сильно ты мне нравишься? – спросил он.

Я рассмеялась:

– Пару раз.

– Считай это третьим разом, – сказал Райл. – Ты мне нравишься. Все в тебе мне нравится, Лили. Нравится быть в тебе, быть рядом с тобой. Все нравится.

Я улыбнулась. Мне понравилось ощущение от его слов. Я открыла было рот, чтобы сказать, что он мне тоже нравится, но звонок его телефона лишил меня голоса.

Райл снова застонал у моей шеи, потом оторвался от меня и потянулся за телефоном. Он привел форму в порядок и рассмеялся, глядя на фото звонившего.

– Это моя мать, – пояснил он, наклоняясь и целуя мою коленку, лежавшую на спинке дивана. Отбросив телефон, Райл встал, подошел к моему столу и взял коробку бумажных салфеток.

Это всегда неловко, когда надо привести себя в порядок после секса. Но я никогда прежде не испытывала такой неловкости, ведь он не ответил на звонок матери.

Как только вся моя одежда снова оказалась на месте, Райл прижал меня к себе, и мы лежали на диване, я на нем, прижавшись головой к его груди.

Было уже больше десяти часов, но мне было так хорошо, что я подумала, не остаться ли мне в магазине на ночь. Телефон Райла снова подал голос, оповещая, что пришло новое голосовое сообщение. При мысли о том, что я увижу, как он общается с матерью, я улыбнулась. Алиса иногда упоминала об их родителях, но с Райлом я никогда раньше о них не говорила.

– Ты ладишь со своими родителями?

Его рука нежно погладила мою.

– Да. Они хорошие люди. У нас были непростые отношения, пока я был подростком, но мы с этим справились. Теперь я разговариваю с матерью практически каждый день.

Я сложила руки у него на груди и оперлась о них подбородком, глядя на него.

– Ты расскажешь мне больше о твоей матери? Алиса говорила мне, что ваши родители несколько лет назад переехали в Англию. И что они были в Австралии во время отпуска, но это было несколько месяцев назад.

Райл рассмеялся:

– О моей матери? Что ж… Моя мать очень властная. И очень субъективна по отношению к тем, кого любит. Она ни разу не пропустила церковную службу. И я ни разу не слышал, чтобы она говорила о моем отце, называя его как-то иначе, чем доктор Кинкейд.

И, говоря все это, он улыбался.

– Твой отец тоже врач?

Райл кивнул:

– Психиатр. Он выбрал область медицины, которая позволила ему вести нормальную жизнь. Умный человек.

– Они приезжают к тебе в Бостон?

– Нет. Моя мать ненавидит летать, поэтому мы с Алисой летаем в Англию пару раз в год. Мама хочет познакомиться с тобой, поэтому в следующий раз тебе, возможно, придется лететь с нами.

Я просияла:

– Ты рассказал обо мне матери?

– Разумеется. Это своего рода событие. У меня появилась подружка. Мама звонит мне каждый день, чтобы убедиться, что я что-нибудь не испортил.

Я засмеялась, и Райл потянулся за телефоном.

– Думаешь, я шучу? Гарантирую, что мама каким-то образом упомянула тебя в голосовом сообщении, которое она только что оставила. – Он включил голосовое сообщение.

«Привет, дорогой! Это мама. Не разговаривала с тобой со вчерашнего дня. Скучаю. Обними за меня Лили. Ты же еще встречаешься с ней, верно? Алиса мне сказала, что ты все время говоришь о ней. Лили все еще твоя подружка, так? О’кей. Ко мне пришла Гретхен, у нас вечернее чаепитие. Люблю тебя. Целую-целую».

Я прижалась лицом к груди Райла и рассмеялась.

– Мы встречаемся всего несколько месяцев. Сколько же ты говоришь обо мне?

Он просунул мою руку между нами и поцеловал ее.

– Слишком много, Лили, слишком много.

Я улыбнулась:

– Не могу дождаться встречи с твоими родителями. Они не только вырастили невероятную дочь, они создали тебя. Это впечатляет.

Руки Райла крепче сжали меня, и он поцеловал меня в макушку.

– А как звали твоего брата? – спросила я.

Я почувствовала, как он напрягся после моего вопроса. Я пожалела, что заговорила об этом, но сказанного не воротишь.

– Эмерсон.

По голосу Райла я поняла, что ему не хочется говорить об этом. Я не стала на него давить, просто подтянулась повыше и прижалась губами к его губам.

Мне следовало догадаться. У нас с Райлом поцелуями дело никогда не заканчивалось. Через несколько минут он уже снова был во мне, но в этот раз все было иначе, чем прежде.

В этот раз мы занимались любовью.