Читать книгу "Цифровое право. Учебник"

Вслед за изменением сферы правового регулирования меняется и содержание права. Появление новых общественных отношений вызывает к жизни новые юридические нормы, ведет к изменению или отмене уже действующих.

Академик РАН Т. Я. Хабриева пишет: «Сейчас можно констатировать наличие следующих тенденций и процессов:

1) в праве появляются новые понятия и легальные дефиниции, фиксирующие цифровые личности и сущности, образующие ядро будущих правовых институтов;

2) более интенсивно задействована регулятивная статическая функция права, обеспечивающая закрепление и оформление новых правовых институтов;

3) конкретизируются права человека, что создает иллюзию возникновения нового вида прав – „цифровых“[33]33
  Зорькин В. Д. Право в цифровом мире. Размышление на полях Петербургского международного юридического форума.


[Закрыть];

4) для целей создания цифровой экономики широко применяются инструменты публичного права;

5) динамично изменяется композиция модели нормативного правового регулирования (соотношение в ней законов и подзаконных актов);

6) по сути, происходит перенастройка законодательства на решение задач, возникших в связи с цифровизацией, посредством „цифровой прививки“ гражданскому, трудовому, административному, уголовному и многим другим отраслям законодательства.

Изменения наблюдаются и в сфере реализации права. Многие юридически значимые действия совершаются в виртуальном пространстве – заключение сделок, удостоверение юридически значимых фактов и др. В процессе реализации права все чаще используются цифровые технологии (блокчейн, умные самоисполняющиеся контракты и др.), изучается возможность применения вновь возникающих технологий, например, в РАН, Сколково. При осуществлении отдельных видов деятельности людей постепенно заменяют роботы, происходит роботизация и технологизация юридической деятельности. Коренные изменения зафиксированы в познавательно-доказательственной составляющей судебного процесса, вводятся новые виды доказательств (электронные доказательства, в частности, цифровые следы), а также судебных экспертиз»[34]34
  Хабриева Т. Я. Право перед вызовами цифровой реальности. С. 12–13.


[Закрыть].

Очевидно, что в системе права назрели изменения. И перемены более кардинальные, нежели это представляется в теории права. Речь не просто о дискуссиях о системе права, какие отрасли ее составляют и сколько их, по каким критериям они выделяются. Проблема одновременно и глубже, и видна невооруженным глазом. Применение новых технологий способно вовсе переформатировать право, само это понятие, феномен, его содержание, механизм действия и прочее. И систему права соответственно[35]35
  Талапина Э. В. Право и цифровизация: новые вызовы и перспективы.


[Закрыть].

В этой связи особый интерес представляет рассмотрение проблемы единства российского частного права и такого явления, как дуализм права[36]36
  См: Белых B. C. Сущность права: в поисках новых теорий или «консерватизм» старого мышления? // Российский юридический журнал. 1993. № 2. С. 51–59.


[Закрыть].

Соотношение публичного и частного права имеет и практическое значение, так как в правоприменительной практике субъектам права необходимо руководствоваться конкретными нормами, обладающими отраслевой принадлежностью. На этом фоне существуют режимы публичного и частного права.

Надо согласиться с мнением профессора С. С. Алексеева о том, что публичное и частное право – это не отрасли, а целые сферы, зоны права (суперотрасли). Причем такое деление права не только и, пожалуй, даже не столько классификационное, сколько концептуального порядка. Оно касается самих основ права, его места и роли в жизни людей, его определяющих ценностей[37]37
  Алексеев С. С. Частное право: научно-публицистический очерк. М.: Статут, 1999. С. 23–27.


[Закрыть]. С этой точки зрения выделение публичного и частного права в их чистом виде позволяет провести разграничение между ними и соответствующими отраслями объективного права.

На протяжении двадцатого столетия в советской юридической литературе сложилась устойчивая позиция, в соответствии с которой критериями определения отраслей права являются предмет, принципы и метод правового регулирования общественных отношений. В настоящее время в юридической науке определилась тенденция расширить перечень отраслей права, обосновать отраслевой статус институтов права и подотраслей права[38]38
  Хачатуров Р. Л. Становление отраслей права Российской Федерации. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/stanovlenie-otraslei-prava-rossii-skoi-federatsii.


[Закрыть].

Представляется, что «цифровизация права» в какой-то мере усугубляет общую проблему о критериях, позволяющих отнести ту или иную отрасль (подотрасль, институт) к публичному либо частному праву. Отметим, что в юридической литературе было предложено несколько теоретических конструкций по данной проблеме, среди которых можно выделить три основные концепции: теорию интереса, теорию метода, теорию предмета правового регулирования[39]39
  Кулагин М. И. Предпринимательство и право: опыт Запада. М.: Дело, 1992. С. 101.


[Закрыть]. Вместе с тем ни одна из рассматриваемых концепций не позволяет провести четкое разграничение между публичным и частным правом.

Цифровизация катализирует стирание граней между отраслями права. Информация и технологии пришли уже в каждую отрасль, они становятся общим знаменателем и способны определять единую логику права. Ценность отраслевых границ снижается в правовой практике, что неминуемо влияет и на теорию права[40]40
  Там же.


[Закрыть]. Напротив, в реальной действительности между публичным и частным правом не существует так называемой «Китайской стены». При этом наблюдается процесс публицизации отдельных отраслей частного права[41]41
  См.: Бублик В. А. Частные и публичные начала в гражданском праве // Российский юридический журнал. 2002. № 1. С. 5—13.


[Закрыть].

«Публицизация» частного права – закономерный процесс. На этом фоне принципиальным является вопрос о том, что именно подвергается «публицизации», гражданское право и (или) гражданское законодательство. На наш взгляд, «публицизация» охватывает и гражданское право, и гражданское законодательство. Например, институт юридических лиц относится к гражданско-правовым средствам (ст. 48 ГК РФ). Однако порядок (процедура) их государственной регистрации носит административно-правовой характер (ст. 51 ГК РФ). Провести условное разграничение между ними по отраслевому критерию не вызывает трудностей[42]42
  См.: Российское предпринимательское право: учебник / отв. ред. В. С. Белых. 2-е изд., перераб. и доп. М.: Проспект, 2022. С. 40.


[Закрыть]. Вопрос заключается в другом: следует ли производить чистку гражданского права (равно как гражданского законодательства) от инородных норм в целях сохранения цивилистического целомудрия?

Таким образом, право находится на пороге перемен под влиянием технологического фактора. Выделяемые в теории основные признаки права (система общеобязательных норм, санкционированных государством, выражающих государственную волю и обеспечиваемых государством) в цифровую эпоху теряют прежний смысл[43]43
  Талапина Э. В. Право и цифровизация: новые вызовы и перспективы.


[Закрыть]. Мы являемся свидетелями формирования нового правового образования – цифрового права. Сегодня можно говорить даже о наличии ряда признаков цифрового права как комплексной отрасли права.

В этой связи стоит отметить, что в дискуссии по вопросам системы права ряд ученых встали на путь отрицания отраслей права (Ц. А. Ямпольская, Р. З. Лившиц, И. А. Танчук). Представители данного направления в науке предлагали отойти от отрасли права и признать систему законодательства и отрасль законодательства. Однако данное направление не нашло своего закрепления в науке и большого числа последователей[44]44
  Свирин Ю. А. Когерентность системы права // Актуальные проблемы российского права. 2015. № 6. URL: https://cyberleninka.ru/article/n/kogerentnost-sistemy-prava (дата обращения: 28.05.2019).


[Закрыть]. Возможно, именно сейчас данные концепции находят свою актуальность. Профессор Г. Ф. Шершеневич справедливо указывал, что теоретическая, педагогическая и практическая причины приводят к необходимости разделить действующее право по отделам[45]45
  Шершеневич Г. Ф. Общая теория права. М.: Юрид. колледж МГУ, 1995. Т. 2, вып. 4. С. 446.


[Закрыть]. Если следовать вышеуказанной логике, то система российского права состоит из отдельных отраслей права, между которыми постоянно проходят тектонические процессы, одни отрасли права умирают, но появляются другие отрасли[46]46
  Свирин Ю. А. Когерентность системы права.


[Закрыть].

Многие сегодня говорят о цифровом праве как уже о самостоятельной отрасли права. Но при этом следует помнить, что главным является единство системы права, которое обеспечивается рядом факторов: единство предмета правового регулирования, наличие специальных принципов и метода права. Вместе с тем вывод о самостоятельности и сформированной отрасли цифрового права пока представляется преждевременным. Однако теоретические и практические причины приводят к необходимости исследовать понятие «цифровое право». Процесс формирования цифрового права фактически и представляет собой цифровизацию права, которая будет иметь постоянную тенденцию к увеличению.

В перспективе в силу логики процесса цифровизации объективно складываются предпосылки для формирования нового направления правового регулирования – цифрового права, которое будет включать систему нормативных актов, технических регламентов и норм, соглашений участников внутри технологических платформ для обеспечения стабильности и развития цифрового гражданского оборота. При формировании цифрового права как самостоятельного направления правового регулирования, с точки зрения авторов, оправдан подход с использованием цифровых технологий, технологических платформ (комплекса цифровых технологий), объединяющих информационные, коммуникационные, производственные и иные современные технологии, для регулирующего воздействия на цифровой гражданский оборот.

Цифровое право в объективном смысле представляет собой структуру нормативных правовых актов (включая международные договоры в области цифрового гражданского оборота) и акты локального действия (правила, соглашения) в технологических платформах. Цифровое право регулирует общественные отношения в сфере цифрового гражданского оборота с участием нематериальных цифровых объектов, обладающих объявленной или действительной коммерческой ценностью (экономическим содержанием), признаваемые законом и основанные на принципах создания и действия комплексных технологий (технологических платформ) распределенного реестра или иных цифровых технологий (искусственный интеллект, виртуальная и дополненная реальность, криптовалюты и токены, облачные вычисления и др.)[47]47
  Карцхия А. А. Правовое регулирование гражданского оборота с использованием цифровых технологий: дис… д-ра юрид. наук. М., 2018. С. 280.


[Закрыть].

К числу отношений, составляющих предмет цифрового права, относятся, например, отношения:

• по владению, пользованию и распоряжению цифровой собственностью, цифровыми активами;

• личные неимущественные права, складывающиеся в связи с использованием цифровых технологий, в результате использования таких технологий и в целях создания новых цифровых технологий и иных объектов цифрового права;

• в сфере образования, связанные с использованием цифровых технологий;

• связанные с использованием цифровых технологий в государственном секторе;

• связанные с использованием цифровых технологий для оптимизации бизнес-процессов;

• по предупреждению и пресечению нарушений, складывающихся в связи с использованием новых цифровых технологий, направленные на обеспечение соблюдения прав человека и свобод человека и гражданина, интересов лиц в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, защиту от незаконного посягательства на собственность, в том числе на интеллектуальную собственность, честь, достоинство и деловую репутацию.

Итак, совокупность указанных отношений представляет собой тесно связанный с отношениями, составляющими предмет регулирования иных отраслей права, но специфичный и достаточно обособленный предмет цифрового права.

На современном этапе развития российского законодательства основные направления преобразования нормативной базы в контексте становления цифрового права следующие:

• разработка понятийного аппарата цифрового права, закладывающего фундамент для развития дальнейшего правового регулирования;

• определение особенностей правоотношений, составляющих предмет цифрового права, выявление их видов, а также юридических фактов, влекущих возникновение таких правоотношений;

• выявление наиболее типичных возможных нарушений прав и законных интересов участников правоотношений, составляющих предмет цифрового права, формирование нормативной базы, направленной на предупреждение и пресечение таких правонарушений, в том числе привлечение к ответственности лиц, совершивших указанные нарушения.

Соответствующие направления развития и преобразования также должны найти свое отражение в юридической доктрине.

§ 3. Цифровое право в системе отраслей российского права

А. В. Минбалеев

Как отмечалось в предыдущих параграфах учебника, природа цифрового права сегодня весьма неоднозначна. У цифрового права сегодня имеются и признаки комплексной отрасли права, некоторыми авторами предлагается выделять ее уже как самостоятельную отрасль права. Достаточно серьезно обосновывается и точка зрения, что «нормативный массив, образующий правовую основу цифровой экономики, уже не только формируется, но и функционирует, относится к своего рода „циклическим правовым массивам“, которые „являются основным драйвером и магистральным направлением интеграции и дифференциации права в эпоху цифровизации“»[48]48
  Хабриева Т. Я., Черногор Н. Н. Право в условиях цифровой реальности // Журнал российского права. 2018. № 1. С. 89–91.


[Закрыть].

Цифровое право по своей природе как правовое образование является регулятором цифровых отношений, которые охватываются разными отраслями права.

Рассмотрим основные подходы, которые сегодня активно развиваются.

1. Прежде всего цифровое право – это система правовых норм, обеспечивающих развитие принципиально новой сферы общественных отношений – системы общественных отношений в цифровой среде. С этой точки зрения цифровое право можно в какой-то мере противопоставить праву, регулирующему отношения в офлайн-среде (нецифровой). Цифровое право в этом случае можно рассматривать как специальную систему регулирования всей совокупности общественных отношений цифровой среды, формирующуюся на основе специально создаваемых для этих целей механизмов. В рамках данного механизма основной особенностью, как нам это видится, является уникальное переплетение и взаимодействие правовых и иных регуляторов цифровой среды, их взаимопроникновение и взаимовлияние, формирование, по сути, симбиотических связей. В этой связи развитие цифрового права видится как развитие регулятора мультисистемного характера. В некоторой степени это «мегаотрасль», которая направлена на отношения, складывающиеся онлайн в рамках цифрового пространства. Цифровое право фактически превращается в определенную юридическую фикцию с позиции использования слова «право», поскольку эта система разных регуляторных механизмов, в совокупности оказывающих влияние на развитие цифровой среды.

2. Цифровое право сегодня наиболее часто рассматривают в классическом правовом институциональном аспекте как совокупность правовых норм. Причем существует несколько позиций о его природе как системы правовых норм. Есть подход рассмотрения ее как отрасли права. Но об этом, конечно, пока чрезвычайно рано говорить. Есть ряд предпосылок рассмотрения цифрового права в качестве самостоятельной комплексной отрасли права. Однако природа цифровых правоотношений полностью обусловлена их информационно-правовой природой, поскольку цифра представляет собой лишь определенную форму существования информации. В связи с чем выделение цифрового права как комплексной отрасли права наряду с существованием информационного права по меньшей мере является и предметно, и методологически ошибочным[49]49
  См.: Минбалеев А. В. Проблемы цифрового права. Саратов: Амирит, 2022. С. 29–30.


[Закрыть].

Наиболее точными являются позиции отнесения цифрового права к информационному праву в качестве подотрасли или института. По своей значимости, бесспорно, необходимо говорить, что цифровое право рано или поздно сформируется как подотрасль информационного права. Однако в отсутствии четко сформированной системы правовых норм в этой сфере пока это институт информационного права, активно развивающийся и в будущем имеющий все предпосылки эволюционирования в подотрасль информационного права.

Цифровое право сегодня – это комплексный институт права, представляющий собой совокупность правовых норм, регулирующих цифровые отношения, складывающиеся по поводу обработки информации в цифровой форме с использованием цифровых технологий.

3. Цифровое право сегодня – это и актуальная учебная дисциплина, и сфера научных исследований, выделение которой обусловлено необходимостью изучения процессов цифровизации и правовой природы цифровых технологий, цифровых данных и складывающихся цифровых отношений, а также обучения особенностям цифровых правоотношений широкой группы обучающихся, начиная от школьников и заканчивая специалистами в рамках непрерывного образования.

Предметно цифровое право охватывает цифровые отношения, то есть отношения, связанные с обработкой информации в цифровой форме с использованием цифровых технологий. Цифровое право формируется сегодня как комплексный (межотраслевой) правовой институт, обеспечивающий нормативное регулирование цифровой среды.

Методологически основой для регулирования цифровых отношений выступает совокупность правовых и неправовых регуляторов, использующих потенциально неопределенный набор методов, приемов и средств как правовой, так и иной природы (применительно к неправовым регуляторам). Цифровое право в будущем можно рассматривать как искусственно создаваемый социобиотехнический регуляторный механизм, основанный на совокупности потенциально неограниченного набора регуляторов различной природы, призванный упорядочить, контролировать и развивать отношения в цифровой среде.

Важную роль в обособлении цифрового права в качестве комплексного правового института играют базовые объекты информационных (цифровых) отношений цифровые данные и связанные с ними цифровые технологии.

К особенностям цифровых отношений следует отнести и специфический субъектный состав; наличие значительного количества специфических правовых режимов отдельных цифровых технологий и др. Инструментами регулирования этих отношений выступает совокупность регуляторов. Со временем однозначно правовой инструментарий управления изменениями цифровой среды расширится за счет регуляторных инструментов, основанных на самих цифровых технологиях, которые будут оказывать непосредственное влияние на механизм регулирования. Новые цифровые технологии формируют и новый круг общественных отношений, в котором можно выделить следующие основные «сквозные» технологии, объекты и институты: киберфизические системы и искусственный интеллект; технологии виртуальной и дополненной реальности, квантовые технологии и нейротехнологии; Интернет вещей и промышленный Интернет; технологии на принципах распределенного реестра; цифровые права и цифровые активы; смарт-контракты; облачные технологии и туманные вычисления; киберпространство и кибербезопасность.

Система регулирования цифровых отношений, прежде всего связанных с цифровой экономикой и развивающейся экономикой данных, предусматривает ряд принципиально новых процедур разработки и принятия регуляторных решений, воплощаемых в виде регуляторных инструментов: правил и требований, адресованных участникам регулируемой экономической деятельности, а также контрольно-надзорным органам. Регуляторные решения также могут касаться отмены или модификации уже существующих правил и требований. Процедуры принятия регуляторных решений охватывают весь цикл процесса создания правил: от идентификации проблемы, требующей регулирования, дерегулирования или модификации нормы, до разработки и принятия соответствующей нормы или правила, его реализации и выявления последствий его применения к субъектам соответствующих правоотношений. В условиях цифровизации регуляторная политика из способа реагирования на уже произошедшие в обществе изменения превращается в особый механизм, встроенный в эти изменения и совершенствующийся вместе с развитием общества, создается система управления изменениями, которая позволяет гибко и своевременно реагировать на современные вызовы и угрозы в системе «умного регулирования»[50]50
  См.: Инструментам «умного» регулирования в цифровой экономике была посвящена одна из сессий на Российском инвестиционном форуме. URL: http://www.cap.ru/news?type=news&id=4031488 (дата обращения: 20.04.2024).


[Закрыть].

Развитие цифрового права происходит в двух основных направлениях. С одной стороны, формируется совокупность нормативных правовых актов, регулирующих цифровые отношения; данный процесс связан в первую очередь с разработкой законодательства о цифровых активах, использовании технологий блокчейн, искусственного интеллекта, больших данных. С другой – отдельные нормы, регулирующие цифровые отношения, внедряются в отраслевое законодательство. При этом все больше данные направления синхронизируются и развиваются параллельно.

Механизм правового регулирования общественных отношений в цифровой среде основывается в первую очередь на том, что они имеют информационную природу, поскольку возникают по поводу совершения тех или иных действий с информацией в цифровой форме, прежде всего цифровыми данными. Кроме того, это отношения, связанные с использованием широкого спектра цифровых технологий, которые также основываются на обороте, совершении значительного количества действий, операций с цифровыми данными и сообщениями. Это могут быть чисто информационные отношения, например, когда речь идет о создании и использовании в рамках цифровых технологий информации ограниченного доступа в цифровой форме. Так, например, сегодня активно ставится задача обеспечения конфиденциальности информации при ее хранении с использованием блокчейн-технологий. Также цифровые технологии активно используются для обеспечения доступа граждан и организаций к открытой (общедоступной) информации в рамках массовых коммуникаций, оборота архивной и библиотечной информации. Здесь информационное право задействуется в виде системы отраслевых юридических фактов, правоотношений, специальных субъектов, объектов правоотношений (информации, информационных технологий, информационных систем и др.), самостоятельных субъективных прав (право обладания информацией) и юридических обязанностей, особенностей их реализации с помощью уникального подбора и сочетания способов правового регулирования.

Значительная часть норм, регулирующих цифровые отношения, относится к числу гражданско-правовых, трудовых, административных, уголовных и других, что вызывает необходимость разграничения информационных и иных отношений, складывающихся по поводу цифровых отношений. Данное положение дел является естественным, поскольку цифровые отношения пронизывают любые складывающиеся сегодня сферы человеческой деятельности. Задачей цифрового права в этой связи является обеспечение базовыми нормами, методологией и принципами регулирования цифровых отношений, категориальным аппаратом, которые бы позволили эффективно развиваться цифровому праву.

Также необходимо обеспечивать соответствие единым требованиям регулирования цифровых отношений принимаемых отраслевых норм в части учета особенностей природы данных в цифровой форме и цифровых технологий. Практика регулирования тех или иных отношений в цифровой сфере различными отраслями права свидетельствует о появлении огромного количества коллизий и противоречий, отсутствии учета их природы, использовании различного понятийного аппарата для обозначения одних и тех же объектов цифровой среды.

Таким образом, в предмете цифрового права как формирующейся системе правовых норм в рамках комплексного института сегодня можно выделить две группы отношений.

Первая группа – совокупность общественных отношений, складывающихся по поводу обработки информации в цифровой форме с использованием цифровых технологий, в первую очередь цифровых данных. Это цифровые отношения информационной природы, непосредственно не связанные и не обусловленные отношениями иной отраслевой принадлежности. Данный круг цифровых отношений складывается на основе информационно-правовых норм, содержащихся в специализированных нормативных правовых актах, устанавливающих правовую сущность информации в цифровой форме и цифровых технологий.

Вторая группа – это совокупность цифровых отношений, складывающихся по поводу обработки информации в цифровой форме с использованием цифровых технологий, непосредственно связанных с иными отношениями. Например, отношения по ведению цифровых трудовых книжек, данных работников и информации о них в распределенных реестрах, использование технологий искусственного интеллекта при обучении работников и др. – это трудовые отношения. Основные отношения в данном случае – трудовые. При этом механизм правового регулирования предполагает в рамках стадии реализации прав и обязанностей соблюдения, исполнения и использования норм различной отраслевой принадлежности (как трудового права, так и информационного права). В рамках этой стадии к различным участникам этих отношений будут применяться различные способы правового регулирования. Другим примером являются отношения, возникающие по поводу цифровых активов и цифровых прав, а также отношения в сфере создания объектов интеллектуальной собственности и защиты интеллектуальных прав с использованием цифровых технологий, – это гражданско-правовые отношения.

Развитие цифрового права оказывает влияние на систему права в целом и отдельные отрасли. Практически все современные знания, в том числе и правовые, неразрывно связаны с принципами универсального эволюционизма. Данные принципы, по мнению В. С. Степина, являются основой современной науки в ее стремлении построить общенаучную картину мира, предполагают объединение в единое целое идеи системного и эволюционного подходов[51]51
  См.: Степин В. С. Теоретическое знание. М.: Прогресс-Традиция, 1999. С. 392.


[Закрыть]. Одной из важных идей концепции универсального эволюционизма является выявленная закономерность зависимости развития и изменений в знаниях той или иной науки «не столько под влиянием внутридисциплинарных факторов, сколько путем „парадигмальной прививки“ идей, транслируемых из других наук»[52]52
  Степин В. С. Проблемы философии, социологии и этики науки: традиции и современность // Наука. Общество. Человек. М., 2004. С. 20–21.


[Закрыть]. Анализ формирования цифрового права как института свидетельствует о полном соответствии этих процессов принципам универсального эволюционизма. Институт цифрового права, формирующийся на базе всей системы отраслей российского права и отраслей российского законодательства на основе междисциплинарной рефлексии и внутреннего эволюционного развития, формирует уникальную систему способов, приемов средств регулирования различных отраслевых отношений с использованием технических методов. Цифровое право постепенно прибегает к междисциплинарной рефлексии и транслирует ряд идей не из правовых наук. В этом отношении мы наблюдаем активное заимствование идей самых разных наук (информатики, кибернетики, биологии и др.).