Текст книги "Хроники ада"
![](/books_files/covers/thumbs_240/hroniki-ada-97282.jpg)
Автор книги: Константин Кривчиков
Жанр: Боевая фантастика, Фантастика
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 7 (всего у книги 25 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
Глава 10
Голос из тьмы
Варнаков и другиеАвгуст 2016 г. Четверг. Искитим
Они пешком поднялись на второй этаж и остановились перед обшарпанной дверью.
– Мы здесь когда-то все вместе обитали, – негромко сказал Нагаев. – Потом я поднапрягся и дом купил, а Закир тут остался. Он как раз тогда женился.
– Так он не один? – спросил Стеблов. Варнаков промолчал.
– Один. Давно один, – сказал Нагаев. – Развелся он. Он у меня немного не в себе. Вы, это, не обращайте внимания.
Колян кивнул – он неплохо знал историю семьи Нагаевых. Вскоре после того как Закир женился, погибла его мать Гулия Салихова и у парня малость подвинулось в голове. Он и до того был со странностями, одинокий и нелюдимый, а тут совсем замкнулся. Ударился в религию, даже совершил хадж. Жена, вполне себе современная девчонка, работавшая в рекламном агентстве, терпела закидоны мужа около двух лет. Потом ушла, забрав сына, – законы шариата, которые Закир попытался установить в своей семье, оказались совсем не по ней. С тех пор парень коротал дни в одиночестве.
Нагаев три раза нажал на кнопку звонка. Выждал секунд десять и снова повторил условный сигнал.
– Не любит он гостей, – пояснил, увидев удивленный взгляд Михаила. – Такой характер.
Дверь растворилась медленно, словно отворявший ее не был уверен в своих действиях. В коридоре стоял высокий худой мужчина, черноволосый и кудрявый, с такой же черной, кучерявой бородой. Глаза его, спрятанные под выступающими надбровными дугами, смотрели неприветливо.
– Здравствуй, Закир, – сказал Нагаев.
– Привет, – добавил Колян. А про себя добавил: «Ваххабит». Он знал, что именно так называют Закира за глаза старушки во дворе – Вафида когда-то рассказывала.
– Ты чего не позвонил? – Закир никак не отреагировал на приветствия.
– Я звонил, но ты трубку не брал, – ответил Нагаев.
– Я только что из магазина. Трубу дома оставлял.
– Ты нас впустишь?
Пауза. Все тот же взгляд исподлобья.
– Заходи. Дверь не забудь закрыть.
Повернулся и вышел из прихожки.
– Давайте шагайте, – сказал Нагаев. – Других приглашений не ждите. Прямо и направо – там кухня. Чайку можете поставить. А я с ним предварительно потолкую…
Нагаев заглянул на кухню минут через пятнадцать:
– Вкратце я ему ситуацию объяснил. Он понял. Только вот… не знает он ничего о карте.
– Вот тебе, бабушка, и Юрьев день, – сказал Колян. – А подробней?
– Вафида о карте ничего не сказала. Хотя подобного и следовало ожидать. Это должна быть головоломка. Но решаемая.
– В смысле?
– В смысле, что рассчитанная на мой уровень постижения. Вафида должна была оставить какие-то ключи, с помощью которых я могу обнаружить местонахождение карты. Не очевидные, но мне понятные, иначе вся эта загадка теряет смысл. Так что мы обязаны разобраться. Только вы учтите – так уж сложилось, что мы с Закиром почти не общаемся последние годы. И Вафида с ним не общалась. Когда я узнал, что Вафида не погибла на Территории, сначала хотел ему рассказать. А потом… Потом решил, что это лишено смысла, потому что судьба Вафиды его не интересовала. И когда месяц назад Вафида вдруг позвонила Закиру, он это воспринял… как бы точнее выразиться… В общем, сейчас сами поймете. Вот переговорите с Закиром – и поймете.
Они перешли в гостиную. Закир сидел за круглым деревянным столом, облокотившись на столешницу. Чувствовалось, что он сильно взволнован.
– Я сообщил ему о сегодняшних событиях, – сказал Нагаев. – Закир, расскажи им, что ты помнишь о том звонке. Это очень важно.
Михаил сел за стол, напротив «ваххабита».
– Я вам соболезную, Закир. Извините, что в такую минуту…
– Не надо трепа, – оборвал тот. – На Вафидку мне было наплевать. Она для меня давно умерла.
– Понимаю. Вы ее уже однажды похоронили, и теперь…
– Никого я не хоронил. Не было тела. И вообще… все это происки Иблиса. И Вафида – его посланница. Любой, кто свяжется с Зоной, будет проклят Аллахом. И Вафида была проклята. Я всегда ей об этом говорил, предупреждал. А она лишь смеялась.
– Иблис, это дьявол? – спросил Стеблов.
Закир покосился на него, но промолчал.
– Он самый, – сказал Нагаев. – Шайтан, короче. Закир считает, что Зона – дьявольское порождение, что-то вроде ада на Земле. Но он не один так считает. Закир, мы тебя понимаем. Но, пожалуйста, вспомни разговор с Голосом. Что он тебе сказал? Пожалуйста.
– Я помню. Правда, не очень. Раздался звонок. Я взял трубку. Голос говорит: «Здравствуй, Закир. Только не пугайся, я – Вафида».
– Это была Вафида? – спросил Стеблов.
– Это был Голос.
Равиль Салихович посмотрел на Михаила и предупреждающе покачал головой.
– Мы поняли, Закир. Это был голос, который разговаривал, как Вафида. Так?
– Да. Он говорил, будто Вафида.
– А что ты ответил?
– Я испугался. Сначала хотел выключить трубку. Но потом прочитал молитву: «А’уззу би-ллахи мина ш-шайтани р-раджим»[17]17
Прибегаю к Аллаху за помощью против шайтана, побиваемого камнями (пер. с араб).
[Закрыть]и немного успокоился. Он произнес: «Закир, это я, Вафида. Ты меня слышишь?» «Слышу, – сказал я. – Ты кто?»
– И что было дальше?
– Он говорит: «Я твоя сестра Вафида. Я не погибла, понимаешь?»
Закир замолчал.
– И? – не выдержал Стеблов.
Равиль Салихович поморщился и спросил:
– Ты что-то ответил Голосу, Закир?
– Я сказал: «Ты врешь. Оттуда не возвращаются». Он засмеялся вот так: «Ха-ха-ха» – и говорит: «Ты думаешь, что я была на том свете? Мой бедный братик. Возможно, ты и прав».
– Ты ему ответил?
– Я спросил: «Что ты хочешь?» Он сказал: «Почти ничего. Передай отцу, что я звонила. Пожалуйста, передай ему привет от Махаллат».
Закир снова замолчал.
– Это все? Разговор на этом закончился?
– Кажется, она повторила: «Пожалуйста, не забудь о привете от Махаллат».
– И все?
– Наверное. Я испугался и выключил телефон.
– Наверное или не помнишь?
– Наверное, не помню. Мне было страшно. Я начал читать молитву. А когда закончил, там шли гудки.
– Кто такая Махаллат? – с нетерпением спросил Михаил. – Родственница?
– Не совсем. – Нагаев еле заметно усмехнулся. – Это из иудейского религиозного фольклора, так сказать. Впервые упоминается в Талмуде. Одна из жен Сатаны. Дьяволица, короче.
– Что-то вроде Лилит?
– Да, примерно. Махаллат и Лилит вели между собой войны с помощью армий демонов.
– И к чему здесь эти демоны? Вы понимаете?
– К чему – не понимаю. А откуда – могу пояснить. Вафида с детства увлекалась подобными вещами: мистикой, оккультизмом… впрочем, это у нее отчасти наследственное, в мать. Гулия у меня тоже во всякую чушь верила. Так вот… Вафида тогда, по-моему, еще даже в школу не ходила… она нашла в книжном шкафу иллюстрированную книгу о кабалистике[18]18
Каббалистика – средневековые магические, таинственные науки, знания и связанные с ними обряды. Как религиозно-мистическое учение (каббала) возникла и получила особое развитие в иудаизме.
[Закрыть]. Ну и увлеклась так, что за уши не оттащишь. А на Новый год с помощью матери сшила себе маскарадный костюм и изображала эту самую Махаллат. Хотя больше походила на обыкновенного чертенка, только без рожек.
Стеблов вскочил со стула и взволнованно заходил по комнате.
– Ну и что это означает? Это и есть головоломка? Кто-нибудь что-нибудь понимает?
Нагаев развел руками.
– Увы, я не нахожу здесь ключа. Намеки, в принципе, понятны, но каким образом они связаны с местонахождением карты… Надеюсь на ваши молодые мозги. К тому же, иногда бывает полезно взглянуть на ситуацию со стороны, свежим взглядом.
– Тут любые мозги сломаются – хоть старые, хоть молодые. Но деваться нам некуда – без карты полный тупик. Так что… – Михаил почесал живот, выступающий из-под темно-зеленой футболки, словно панцирь черепахи. – Надо бы топлива мозгам подкинуть. Верно? Я утром только бутерброд съел. При такой бурной жизни калории надо восстанавливать.
– А я бы и выпил чуток, – сказал Колян. – Муторно как-то. И в голове муть.
– Не стоило бы сейчас, Коля, – тихо произнес Нагаев. – Не время. Думать надо.
– Вот вы и думайте. А мне по хер. Не найдем карту – и хрен с ней. Мне бы сейчас пивка и вздремнуть.
Нагаев покачал головой, но промолчал.
– А что? – сказал Стеблов. – Колян, пожалуй, прав. Бутылка пивка ему не помешает. Но лишь бутылка. Да, Коля?
– Закир не пойдет, – сказал Нагаев. – Даже не просите. Мне, наверное, лучше тоже не светиться перед соседями.
– Правильно, вам не стоит, – сразу согласился Михаил. – Зато меня еще никто не ищет, даже любимая женщина. Я сам до ларька дойду, видел на углу. Заодно курева куплю. Тут ведь одни некурящие, верно?
– Ошибаетесь, – откликнулся Нагаев. – Но сигареты я и вправду дома оставил. Только учтите – курить исключительно на балконе. Чужой монастырь, видите ли…
Илья ДергачИскитим
Илья Дергач поставил кирпич на место в стене и отряхнул руки. «Курочка по зернышку клюет», – любил говаривать его дедушка, Семен Ильич. Дедушка получил большой срок в середине восьмидесятых, в рамках уголовного дела по Елисеевскому гастроному, и толк в жизни знал. Царствие ему небесное.
Дергач, глава благотворительного фонда «Дети Искитима», крупный бизнесмен и общественный деятель, приобрел этот объект почти задаром около года назад. Точнее, сначала он купил полуподвальное помещение, а потом уже, когда понял, в чем цимус, прикупил и квартиру выше этажом.
Помещение, расположенное в старом трехэтажном доме по соседству с «карантинным» районом, продал его хозяин, местный бизнесмен, вскоре после Скачка. Бизнесмен когда-то оборудовал здесь кафе, надеясь привлечь туристов, но особой популярностью оно не пользовалось – из-за близости «карантинки». В округе регулярно то грабили, то насиловали, то обворовывали. А еще наркоманы, постоянно шатающиеся по тротуарам… После Скачка, когда Зона наползла на западную часть города, и по соседней улице зазмеилась «колючка» полосы отчуждения, кафешка и вовсе опустела. Тогда бизнесмен и выставил объект на продажу.
Дергач же как раз искал подобное место – тихое, без лишних глаз… В последние годы он все чаще подумывал о том, чтобы свернуть все свои легальные и нелегальные дела и свалить куда-нибудь в спокойную и теплую европейскую страну. Но для спокойной жизни в такой стране требовались соответствующие капиталы – он ведь еще молод, подумаешь, сорок с хвостиком. Нет, деньги в заначке, разумеется, были, этакая «подушка безопасности», но хотелось-то побольше…
А тут – Скачок. И артефакты, попершие на территории Зоны, как грибы после дождя. И куча авантюристов, хлынувших в Искитим в поисках легкой добычи и скорого обогащения. А Дергач, он-то почти абориген, два десятка лет здесь «загорает». Неужели упускать такой шанс, данный Богом? А если и не Богом, то какая разница, когда речь идет о быстром доходе? Деньги не пахнут.[19]19
«Деньги не пахнут» – фраза приписывается римскому императору Веспасиану, возникла в связи с тем, что он ввел в Риме налог на общественные уборные.
[Закрыть] Нет, это не дедушка сказал, а другой умный человек, задолго до него.
Полуподвал сразу привлек Илью тем, что из него был удобный задний выход во двор, который примыкал к «карантинному» кварталу: если что – шмыг, и ищи ветра в поле. Тогда, осматривая с владельцем кафе помещения, они зашли в небольшую комнату с бетонным полом. Там находились небольшой топчан, вешалка для одежды, раковина с краном. У стены стояли швабры…
– Здесь у меня что-то вроде подсобки, – сказал владелец. – Иногда уборщица или посудомойка ночует. Они у меня, сами понимаете, из гастарбайтеров.
– У нас же особая зона, – ради проформы заметил Дергач. – Фэмээс не злобствует?
– Нет, он у нас ручной. – Бизнесмен усмехнулся и показал выразительный жест пальцами.
– Понятно. А это что? – В углу, рядом с раковиной, Илья увидел канализационный люк. – Он что здесь делает?
– Не знаю. Тут раньше прачечная находилась, еще с советских времен. А вообще, дом дореволюционной постройки. Купец, поговаривают, сверху жил, а внизу магазин и трактир держал около почтового стана. А зачем люк здесь – не знаю.
– Крысы же могут забраться.
– Так мы его не открываем. Но там решетка есть на проходе, с замком. Видимо, когда-то раньше наварили.
– А ключ от замка есть?
– Нет, какой там ключ…
И Дергач сделал стойку. Заинтриговал его этот люк чем-то, сразу и не поймешь чем.
Купив полуподвал, Илья организовал себе экскурсию в подземное царство. Замок с решетки он сбил без труда – тот еле держался от ржавчины – и пробрался в тоннель, который оказался частью коллектора, входящего в канализационную систему города. В этом Дергач убедился, когда обследовал подземные трассы досконально, проведя под землей несколько десятков часов. И особенно его обрадовало то, что по системе путепроводов и труб можно было добраться до самого конца «карантинки», туда, где размещалась база UFOR и другие объекты, относящиеся к международной юрисдикции.
Поразмышляв несколько недель, Илья выкупил квартиру, расположенную непосредственно над подсобкой с канализационным люком, и затеял грандиозный ремонт. Квартиру он оформил на имя дяди своей жены, жившего в деревне в Алтайском крае. Для ремонта нанял бригаду сезонных шабашников с Западной Украины. В результате ремонта в полу квартиры появилось отверстие, через которое по приставной лестнице можно было спуститься в подсобку. А подсобку рабочие частично перестроили, соединив ее проходом с другой комнатой, где Дергач оборудовал небольшой кабинет.
Внизу под люком он уже собственными руками разобрал часть кирпичной кладки и соорудил там вместительный тайник. Туда он складывал артефакты, полученные от сталкеров и барыг. Некоторые артефакты он впоследствии очень осторожно перепродавал – уже за пределами Искитима, иногда даже в Москве и Санкт-Петербурге; он знал, что это крайне опасный бизнес и не лез на рожон. Остальные артефакты ждали своего часа – тогда, когда он навсегда покинет осточертевший Искитим. И сам Дергач ждал – ждал шанса сыграть по-крупному. И похоже, эта игра вот-вот могла начаться.
Или уже началась.
Сегодня он спустился в колодец, чтобы вытащить «губку» из тайника и переложить в сейф. Этот редкий артефакт он специально выкупил у барыги по имени Фома, под заказ одного английского научно-исследовательского центра, занимающегося проблемами психологии и, конкретно, сновидений. Товар Дергач собирался передать через специального курьера, прибывшего из Москвы. Дальше «губка» уйдет, как предполагал Дергач, по дипломатическим каналам, но это его уже мало интересовало. Главное, что пятьдесят тысяч фунтов стерлингов поступят на его счет в одном австрийском банке. Курочка по зернышку клюет…
Он переложил «губку» в специальный футляр из нержавеющей стали, а футляр убрал в полиэтиленовый пакет. Затем выбрался в подсобку, задвинул люк, поверх которого для пущей конспирации был наклеен толстый резиновый коврик, и через раздвижную потайную дверь попал в гардеробный шкаф; специальный шкаф с хитрой задней стенкой изготовил в Новосибирске по индивидуальному заказу мастер-краснодеревщик. Отодвинув зеркальную дверцу, Дергач очутился в кабинете.
Убрав «губку» в сейф, он сел за письменный стол к компьютеру. Вошел в электронную почту. Набрав короткий текст: «Послезавтра в четыре на нашей скамейке на набережной», отправил его адресату. Потом, развалившись в кресле, стал просматривать новостные сайты.
Ответ поступил минут через десять и был совсем коротким: «Принято». Это означало, что встреча с курьером состоится завтра, в десять часов, здесь, в кафе, в соседнем с кабинетом помещении. Илья его любовно называл «залом приемов». Там он частенько обедал и ужинал с полезными людьми, входящими в местную элиту, к которой относились и сотрудники различных подразделений UFOR: в первую очередь – Международного Института Внеземных Культур. Все полезные люди, в том числе и представители российских спецслужб и полиции, знали, что бизнесмен и меценат Илья Дергач многое делает для развития науки.
Глава 11
Спроси у мертвых
Варнаков и другиеАвгуст 2016 г. Четверг. Искитим
Они сварили макароны и поджарили яичницу. К тому времени вернулся Стеблов. Закир разложил еду по тарелкам и ушел в спальню.
– Своеобразный парень, – сказал Михаил, но никто не откликнулся.
Ели почти молча. Колян допил бутылку пива и почувствовал, что совеет.
– Я в гостиной на диване приземлюсь, ладно? А то вырублюсь на фиг.
– Отдыхай, – сказал Стеблов. – Копи силы, Микула Селянинович. А я тут малость Равиля Салиховича попытаю.
– О чем? – хмуро спросил Нагаев.
– Не бойтесь, в душу лезть не буду. Но должны же мы расколоть этот орешек с того света?
В гостиной Колян сел на диван и, наткнувшись на пульт, включил телевизор. На местном канале показывали городской выпуск новостей. Колян слушал вполуха, погружаясь в сон. Но вдруг встрепенулся.
– Эй, мужики! – крикнул громко. – Здесь наша тема.
– А сейчас прямое включение с места событий, где работает наша съемочная группа, – произнес ведущий, прилизанный молодой человек в светло-синей рубашке.
– Серия вчерашних происшествий, повлекших за собой более десятка жертв, продолжилась сегодня загадочными событиями на улице Школьной. – Женщина-репортер произносила свои слова на фоне забора из красного металлопрофиля, за которым виднелась шиферная крыша дома. И Колян узнал дом Нагаева. – Всего час назад здесь были найдены два трупа. Их обнаружил вот этот человек. – Камера поехала влево и показала небритого мужичка в застиранной рубахе с закатанными рукавами. – Семен Захарович, расскажите, как это было.
– Я, это, – сказал мужичок, – здесь по соседству живу. – Он махнул рукой в сторону, едва не задев репортершу по лицу. – Тут вот. А здесь, значит, сосед мой живет, Равиль. Так вот, пошел я, значит, в магазин. Иду мимо и вижу, что калитка приоткрыта. Ну и заглянул – так, значит, на всякий случай. Думаю, если сосед во дворе, так поздороваюсь. Он, сосед-то мой, пенсионер, как и я.
– А дальше-то что? – поторопила репортерша.
– Дальше? Так смотрю, а там пес мертвый лежит. Соседа пес, значит. Ну я сначала и не понял, что он мертвый. Думаю, на солнце, что ли, греется. Ну и посвистел ему. Он не злой, пес-то, добрый, не кусается совсем. Но потом пригляделся, а там вроде как кровь на морде. Ну тут уж я зашел, во двор-то. Думаю, сосед-то знает или нет про пса-то? Смотрю, а там дальше, с угла дома, человек какой-то лежит. Я сначала испугался – не Равиль ли это? Подошел и вижу – нет, не Равиль. Но мертвый. Ну или без сознания. А рубашка вся в кровищи. А немного дальше – еще один человек валяется. Вот.
– И что вы сделали?
– Испугался я. Там, на окраине сада, какой-то человек появился. И я убежал.
– Вы уверены, что это был человек?
– Фигура была человеческая.
– Это важное уточнение. Эта фигура двигалась к вам?
– Мне показалось, что ко мне. И я убежал.
– Но вы же затем вызвали полицию, верно?
– Да, жена сказала, мол, давай звони. А то на тебя подумают. Ну я и позвонил.
– Спасибо. – Репортерша переместилась в сторону.
В кадре появились стоящие на обочине полицейские автомобили и «труповозка» с открытыми задними дверцами. Около них возились двое санитаров в синей униформе, устанавливая внутрь носилки. Репортерша направилась было в сторону «труповозки», но в кадре возник полицейский с выставленной вперед рукой.
– Нельзя сюда, – раздался неразборчивый мужской голос. – Сказано же вам.
Репортерша развернулась лицом к камере и бодро выпалила:
– Как видите, нас не пускает полицейское оцепление. Представители правоохранительных органов пока отказываются комментировать произошедшее. На условиях анонимности нам удалось узнать, что рассматриваются две основные версии: криминальные разборки и бытовая ссора. И, подчеркну важное обстоятельство, оружия на месте преступления не обнаружено. Однако смертельные ранения погибшим были нанесены… – Репортерша сделала паузу и, отчетливо артикулируя слова, закончила: – Не огнестрельным оружием. Иными словами, орудия убийства не установлены. Ксения Зубатова и Максим Пушилин – специально для программы «Искитимское время».
– Это она на что намекает? – спросил Стеблов. Он вместе с Нагаевым зашел в гостиную и смотрел сюжет, остановившись на пороге.
На экране промелькнула короткая заставка, и в кадре появился ведущий – прилизанный молодой человек.
– Напомню, это было прямое включение с места событий на улице Школьной, – произнес он драматическим голосом. – Мы продолжаем следить за ситуацией. Как вы слышали, правоохранительные органы выдвигают версии криминальной разборки и убийства на бытовой почве. Но, в свете событий последнего времени, обе версии вызывают большие сомнения. Напомню, что за последние сутки только непосредственно на территории города зафиксировано шесть случаев нападения так называемых зомби – оживших мертвецов. Они ведут себя крайне агрессивно, как настоящие киллеры. Об этом свидетельствует статистика минувших суток: три человека погибли, трое получили увечья различной степени тяжести, двоим чудом удалось спастись.[20]20
События, связанные с появлением в Искитиме муляжей (зомби), подробно описаны в романе В. Выставнова «Пророк Зоны».
[Закрыть] Мы только что связались по телефону с лидером общественного движения «Люди – будьте бдительны», известным экологом и уфологом, кандидатом технических наук Виктором Гольдбергом.
На половине экрана появилась фотография мужчины с аккуратной бородкой и в темных очках.
– Виктор Леонорыч, – спросил ведущий, – как вы прокомментируете последние события на улице Школьной? Могли ли люди, найденные во дворе дома, стать жертвами озверевших зомби?
– Знаете, я бы не называл этих существ «зомби», – низкий мужской голос казался хриплым из-за эфирных помех. – Это уже ваша журналистская терминология. Я предпочитаю использовать для этих существ, покидающих захоронения, расположенные на территории Зоны, устоявшийся и более точный термин «муляжи». Муляжи – это ведь не ожившие мертвецы, а, скорее, копии покойников, что-то вроде резиновых кукол. Что касается вашего вопроса, то да – я допускаю такую возможность. Видите ли, улица Школьная проходит практически по границе полосы отчуждения, и до территории Зоны там всего ничего. Поэтому появление муляжей в этом районе города более чем вероятно.
– И они убивают людей?
– Да, убивают. Это уже можно считать установленным фактом. К сожалению, мы не можем пока объяснить причину такой повышенной агрессии – ведь раньше муляжи вели себя безобидно.
– Но как они проникают в город? Ведь в городской черте выстроена бетонная стена?
– Ну стену можно обойти – она не сплошная. Кроме того, истинные возможности этих тварей… простите, существ, нам неизвестны. Нельзя исключить, что они, например, способны делать подкопы. Ведь из могил они же как-то вылезают?
– Но это ужасно. Получается, что мы практически не защищены.
– Ужасно то, что люди живут в непосредственной близости от территории Зоны. Я знаю, что правительством неоднократно выделялись крупные средства на строительство жилья для переселения людей. И где эти средства? Пусть ответят на этот вопрос наши чиновники и, извините за выражение, народные избранники. Где эти средства?
– Благодарю вас, Виктор Леонорыч, – поспешно произнес ведущий. – Напомню, последние события комментировал для нашей программы Виктор Гольдберг, крупнейший специалист в области аномальных явлений.
И в завершение выпуска срочное сообщение, только что полученное нами. В Искитиме создан чрезвычайный штаб для координации действий силовых структур в связи с появлением агрессивных муляжей. В целях обеспечения безопасности граждан установлен комендантский час, вводится усиленное патрулирование силами внутренних войск, объединенного контингента UFOR и полицейских подразделений.
Что же, очень приятно отметить, что власть не бездействует, а оперативно реагирует на очередной вызов со стороны Зоны Посещения.
Остается от себя добавить: «Люди, будьте бдительны. Зомби не дремлют».
Желаю вам приятного дня и хорошего настроения, до встречи в вечернем эфире.
По экрану пошли титры.
– Что он несет? Какие зомби? – с недоумением произнес Колян.
– Ты, видимо, телевизор редко смотришь, – сказал Нагаев. – О муляжах первый сюжет был еще вчера вечером.
– Да и черт с ним! Я не понимаю, как они умудрились пристегнуть муляжей к нашим трупам.
– Тут-то как раз ничего удивительного. – Стеблов хмыкнул. – Кастет и нож мы оттуда убрали. Криминалисты, конечно, разберутся, чем именно угробили этих двух граждан. Хотя бы на уровне версии. Но, с другой стороны, почему бы не допустить, что муляжи умеют пользоваться, к примеру, молотком или каким-то режущим предметом? Да тем же ножом даже? Журналюги наверняка будут раздувать подобные версии. А нам неразбериха только на руку.
– Не уверен, – сказал Нагаев. – Теперь на территории Искитима нам через Периметр не перебраться – везде усиленные патрули, да и стрелять могут на поражение. Надо продумывать маршрут проникновения в Зону. Так что подгадили нам эти муляжи.
По телевизору началась реклама, и Варнаков выключил его.
– Зачем нам маршрут, если нет карты? – спросил Михаил. – Давайте вернемся к нашим баранам. Вот мы, Равиль Салихович, сейчас на кухне искали ключевые слова в сообщении Вафиды. Получается, очень их мало. Такими словами не должно быть что-то проходное, ведь Закир мог забыть большую часть разговора. К разгадке наверняка ведет то, что явно останется в памяти, застрянет в ней.
– И какие слова вы отобрали? – спросил Колян.
– Да практически ничего. Есть обстоятельство, что Вафида как бы воскресла из мертвых. Она сказала Закиру, что вернулась с того света. Но это именно обстоятельство, а не слово – какая-то связь с миром мертвых. И имеет ли оно отношение к головоломке – пока неясно. Почти наверняка в число ключевых входит слово «Махаллат» и, возможно, что-то связанное с этим словом или с этой девицей. Она, получается, была чем-то вроде демона, порождением загробного мира.
– Не совсем так, – поправил Нагаев. – Согласно верованиям древних, были просто ангелы, жившие на небесах, и ангелы низвергнутые, которые попадали в ад. Вот они и становились демонами и джиннами. Поэтому неправильно говорить, что Махаллат есть порождение загробного мира, – она, скорее, туда попала в силу неких темных причин. Но имеет отношение к нему, это верно.
Стеблов кивнул.
– Так и зафиксируем. А что еще вы о ней помните?
– Да не так уж и много. Каббалистика, мягко выражаясь, не по моей части. Махаллат была дочерью демона Асмодея и некой смертной женщины. Ее мать была покинута Измаилом в пустыне, в момент, когда она рожала Махаллат.
– А кто такой Измаил?
– Сын Авраама, – устало произнес старик. – Только не заставляйте меня перечислять все колена Израилевы – так мы точно зайдем в тупик.
– Уже, похоже, зашли. Колян, ты бы, что ли, подсказал. Может, какие-то смыслы пересекаются?
– Не вижу я смыслов, кроме сплошной кладбищенской тематики. – Варнаков немного встряхнулся после телесюжета, в сон уже не тянуло. Но и напрягать мозги не хотелось. – Все, так или иначе, связано со смертью. Даже то, что Вафида погибла. Даже то, что именно сейчас муляжи из своих могил выбираться начали. Возможно, даже то, что мать Махаллат была именно смертной женщиной, а не бессмертной. Но есть ли здесь взаимосвязь?
Он посмотрел на Нагаева. И удивился, заметив, как тот побледнел.
– Как ты сказал, Коля? Кладбищенская тематика? Смертная женщина?
– Ага! – тут же оживился Стеблов. – Что-то нащупали?
– Даже не знаю. Сомнительно как-то. С другой стороны…
– Излагайте! – потребовал Михаил.
– Да, собственно… – Старик перевел взгляд с Коляна на Стеблова и снова вернулся к Коляну: – Собственно, как-то все очевидно, если не сказать – примитивно. Вафида в детстве изображала из себя Махаллат. Ее мать Гулия, естественно, смертная женщина. Она умерла. Вафида сказала, что была на том свете и попросила Закира, чтобы он передал мне привет от Махаллат. То есть как бы из загробного мира. Ну а тема кладбища тут присутствует вторым планом, скрытно.
– Я, кажется, догадываюсь, о чем вы, – сказал Михаил. – Карта спрятана на кладбище, у могилы вашей жены? Верно?
– Я не знаю, где именно спрятана карта. Но предположить подобное можно.
– А что вас смущает? Это же логично! Цепочка замкнулась, и все стало ясно.
– Какая-то странная цепочка. Словно неполная. В ней не хватает какого-то звена, а мы его просто додумали. Знаете, вроде того, как подставили готовый ответ в задачке.
– Да бросьте вы! – Стеблов в возбуждении забегал по комнате. – Вы сами говорили, что Вафида должна была построить головоломку на косвенных фактах. Но – на фактах, известных только вам. Иначе ее могли разгадать другие люди, те же бандиты, допросившие Закира. Сами подумайте – если бы Вафида напрямую упомянула о своей матери или тем более о кладбище, все стало бы очевидным. Разве не так?
– Не знаю, – Нагаев продолжал сомневаться. – Коля, а ты что думаешь?
Варнаков озадаченно почесал затылок. В нем боролись два чувства. С одной стороны, ему хотелось разгадать загадку. С другой стороны, он немного опасался узнать правду о том, где спрятана карта. Ведь это не означало конца. А наоборот – только предвещало начало чего-то очень сложного. И рокового. После чего возврат к прошлой жизни станет окончательно невозможен.
«А нужна ли она, эта прошлая жизнь? – мелькнула мысль. – Чего и кого я в ней оставлю? Службу в полиции? Оторву Маринку? Хотя Маринку, если разобраться, оставлять не хотелось бы. Привык как-то – уж больно шебутная, не соскучишься».
– Я думаю, эту версию стоит проверить, – сказал он. – Другой у нас все равно нет. И времени – нет. А сам ход мысли – сделать тайник у могилы – в духе Вафиды. Положила карту в целлофан, затем в пластиковую емкость и прикопала. И никто ничего не заподозрит, если вы, Равиль Салихович, придете к могиле жены.
– Пожалуй, я начинаю в это верить, – медленно, почти по слогам, протянул Нагаев. – Только засветло там появляться нельзя. Меня уже ищут и бандиты, и полиция. Да и вас, возможно, уже хватились.
– Это резонно, – сказал Стеблов. – Поедем когда стемнеет. А у вас идеи есть, где будем перебираться через Периметр?
– Давайте сначала найдем карту, – уклончиво отозвался старик. – Надо хотя бы на нее глянуть. И плясать уже от места, определяя точку входа. Вдруг это место где-нибудь у Академгородка?
Внимание! Это не конец книги.
Если начало книги вам понравилось, то полную версию можно приобрести у нашего партнёра - распространителя легального контента. Поддержите автора!Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?