Текст книги "Легенды древнего озера"

Глава 4

5 июля 2012 года, 08.20

оз. Сапшо, Смоленская область

Лиля проснулась неожиданно рано, когда Саша еще спала и во всем доме было очень тихо. Взяв со стола ноутбук, она вышла в общую комнату, сварила себе кофе, даже добавила туда немного корицы и удобно устроилась на диване. Прежде чем отправиться к блоггеру Алексею в гости, она решила связаться с ним по электронной почте, заранее изложив свою легенду. Но еще до того, как успела загрузиться ее почтовая программа, хлопнула входная дверь, и на пороге кухни появился Войтех.

– Доброе утро, – удивленно поздоровался он. – Я думал, все будут спать минимум до полудня.

– Я сама от себя не ожидала, – Лиля очаровательно улыбнулась ему. – Только я не знала, что ты тоже уже встал. Где ты был? – она нахмурилась и оглядела его промокшую от пота футболку, спортивные штаны и раскрасневшееся лицо. – Ты бегаешь по утрам?

– Почти всегда.

– Я сварила кофе только на себя, – Лиля виновато посмотрела на свою чашку.

– Ничего страшного, я сначала в душ. Не буду тебе мешать, – он кивнул на ее ноутбук и пошел в ванную, откуда скоро донесся шум льющейся воды.

Лиля сделала глоток кофе, а затем отставила чашку в сторону, чтобы написать письмо. К ее удивлению, Алексей ответил быстро, она даже полчашки не успела выпить.

«И этому не спится с утра пораньше», – усмехнулась она.

Она, как и советовал накануне Войтех, представилась молодому человеку журналисткой из Москвы, собирающей материал для цикла передач об аномальных явлениях. Она решила, что для работника телевидения вполне естественно будет попросить скинуть материалы и видеозаписи на флеш-накопитель, в то время как для журналиста из газеты это будет немного необычно. Алексей на ее просьбу об интервью с энтузиазмом согласился, видимо, давно ждал подобного шанса привлечь внимание к озеру и к чудовищу, которое, по его мнению, там обитает. Договорившись, что приедет к нему к десяти, Лиля принялась за приготовление завтрака. Почему-то сегодня ее это не раздражало.

Сразу после завтрака Ваня и Саша уехали в Демидов, и Лиле пришлось попросить машину у Войтеха. Ей казалось, что автомобиль с московскими номерами должен развеять у Алексея последние сомнения в ее легенде, если таковые у него вообще были. Небольшой старенький седан Войтеха подходил для этих целей гораздо лучше Ваниного внедорожника.

Ровно в назначенное время Лиля припарковала машину на обочине у выкрашенного в зеленый цвет одноэтажного деревенского дома. Немного неловко ковыляя на высокой шпильке по мелкому песку, она дошла до порога и осторожно постучала, не найдя кнопки звонка.

Дверь распахнулась почти сразу. Алексей оказался тщедушным молодым человеком невысокого роста, в очках и с взъерошенными светлыми волосами. Он носил потертые джинсы и не очень чистую на вид футболку. Увидев на пороге высокую, обалденно красивую блондинку, он в первый момент растерялся, как будто совсем не ожидал, что журналистка из Москвы будет выглядеть именно так, но быстро взял себя в руки.

– Вы Лилия? – сходу спросил он и, не дожидаясь ответа, затараторил: – Проходите, очень рад. Я пять лет вас ждал.

Алексей находился в доме один, родители, с которыми он жил, как и полагается деревенским жителям в будний день, рано утром ушли на работу. Он провел свою гостью в комнату, где на заваленном разным хламом столе стоял старенький компьютер. Его движения и интонации выдавали нервозность, которая, скорее всего, была для него нормой, а не следствием прихода Лили.

– Я вам тут уже подобрал кое-какой материал. Может быть, вас что-то конкретное интересует? А вы будете брать у меня интервью? У вас, я смотрю, нет камеры.

Лиля мысленно выругалась. Как она могла забыть про камеру? Хорошо журналистка, не на мобильный телефон же его снимать. Повезло, что хоть диктофон в нем приличный. Однако ей было не привыкать быстро ориентироваться в ситуации.

– Я пока хочу взять материалы и провести предварительный опрос, – она очаровательно улыбнулась Алексею, осторожно присаживаясь на предложенный стул и надеясь, что он все-таки чистый. Не хотелось оставить какое-нибудь жирное неотстирываемое пятно на новой бежевой юбке. – Если руководство канала он заинтересует, тогда я приеду с оператором, и мы снимем сюжет и возьмем нормальное интервью.

– А, да, конечно, – Алексей смущенно снял очки и протер их. В это мгновение он показался Лиле ужасно похожим на Нева. Возможно, тот выглядел так же в свои двадцать с небольшим. – Я могу вам что-нибудь предложить? Чай или кофе?

Ни чая, ни кофе Лиле не хотелось, но для установления дружеского контакта отказываться было некрасиво.

– Если можно, чай, – попросила она. – Алексей, я внимательно изучила ваш блог, все представленные там материалы. И, если честно, вы меня не до конца убедили в том, что в озере действительно обитает Нечто. Можете рассказать мне с самого начала, с чего вы пришли к такому выводу?

– Да, конечно, я сейчас.

Он на мгновение скрылся в направлении кухни, чтобы включить электрический чайник, а потом вернулся в комнату.

– Если бы вы лично знали моего брата, вы бы не задавали этот вопрос, – уверенно заявил он. – Все знали, что Андрей не пьет. То есть он, конечно, мог выпить пива или пару рюмок водки, но он никогда не напивался. И здоровый был, как бык. Я на него совсем не похож. А он с двенадцати лет в спортивные секции ходил, его тут с шестнадцати никто пальцем тронуть не смел, даже если он был один. Он и в армии дедов строил с первых дней, потому что был сильнее. Да у него мышечной массы было на сто кило! Даже если бы он вдруг выпил целую бутылку водки, она бы ему как слону дробина была, только он не очень-то это любил. Я понимаю: Россия, глубинка, деревенский парень – значит, бухает. Только Андрей не такой был.

Алексей нервно ходил по комнате из стороны в сторону, сжимая и разжимая кулаки. На Лилю он почти не смотрел: то ли слишком смущаясь, то ли просто привыкнув к тому, что его слова никто не принимает всерьез, а потому боялся, что Лиля в любой момент может его перебить.

– Что случилось с вашим братом пять лет назад? – сочувственно кивая, спросила Лиля. – Вы знаете, как это чудовище убило его?

– У него остановилось сердце, – кусая ногти, сообщил Алексей. – Так нам сказал патологоанатом. Сначала. А потом уже оказалось, что официальная версия – отравление алкоголем. В этом нет никакого смысла, потому что сердце у Андрея было здоровое. Но оно остановилось. Как и у других.

Лиля сосредоточенно нахмурилась, пролистала свой заранее приготовленный блокнот, в котором утром делала кое-какие пометки.

– Вы хотите сказать, что остальные погибшие на том празднике тоже умерли от остановки сердца? – недоверчиво переспросила она. – Здесь указаны совершенно иные причины.

– Конечно, как и у моего брата, – презрительно фыркнул Алексей. – Им всем придумали другие причины смерти. Кого-то нашли под деревом и написали, что он упал и разбился. Другого – в воде, поэтому сказали, что он утонул. Все это бред. Все эти люди, как и другие до них и после них, умерли от страха.

– От страха? – Лиля выглядела удивленной. – Что могло до смерти напугать здорового двадцатилетнего парня? Кому и зачем нужно это скрывать?

– Это все правительство и спецслужбы, – уверенно заявил Алексей. – Это все они делают. Уж не знаю, зачем они защищают это чудовище, может быть, хотят его как-нибудь использовать. Но именно они подделывают результаты посмертной экспертизы.

Лиля покачала головой. Прав был Ваня, парнишка действительно немного ненормальный. То есть все это поняли еще вчера, в том числе и она, когда Войтех показывал им записи блога. Перечила брату она из вредности и из нежелания постоянно находиться под его опекой. Сейчас странности Алексея стали еще очевиднее.

– Можно попросить вас записать мне оригиналы выложенных у вас на сайте видеороликов? – попросила Лиля, доставая из сумки флеш-накопитель. – Для моего руководства. И еще можно спросить: откуда у вас эти материалы? Например, запись с телефона, – она заглянула в свой блокнот, хотя и так помнила имя, – Константина?

– Эта запись у меня из первых рук: родители Кости дали мне просмотреть все, что было на его телефоне. Некоторые вещи я сам нашел в сети: авторы выкладывали их на разных видео-хостингах. А некоторые мне прислали читатели блога. Сейчас все скину, давайте флешку.

Алексей поставил материалы копироваться, а потом вспомнил, что обещал гостье чай. Он извинился и пошел на кухню, но в тот же момент в дверь постучали. Алексей что-то раздраженно пробормотал, но открывать все же пошел. Вернулся он через несколько секунд в сопровождении молоденькой девушки, явно недавно закончившей школу. Она выглядела не так растерянно, как ее приятель и посматривала на Лилю с явным подозрением, словно сомневалась в том, что блогом действительно могло заинтересоваться телевидение.

– Это Ника, моя подруга, – представил ее Алексей. – А это Лилия Сидорова, она с телевидения, я тебе про нее рассказывал по телефону. Я сейчас принесу чай.

Он скрылся на кухне, а Ника с любопытством посмотрела на Лилю.

– И с какого вы канала? – спросила она. – Я вас никогда не видела в телевизоре.

– По телевизору показывают ведущих, а я готовлю материалы для передачи, – улыбнулась Лиля, внимательно разглядывая девушку. Та заметно расслабилась, поверив в такое объяснение.

Она понимающе кивнула, но все же спросила снова:

– Так для какой передачи вы готовите материал?

– Это будет цикл передач о различных необъяснимых явлениях. Если моему руководству понравятся представленные мной материалы о вашем озере, одна из передач будет посвящена ему, – без запинки соврала Лиля и тут же продолжила, пока ей не задали еще какой-нибудь неудобный вопрос: – Скажите, Ника, а вы тоже верите в то, что в озере живет Нечто? Вы сами его видели?

– Я ведь жива, – усмехнулась Ника. – Конечно, я его не видела. Все, кто встречаются с ним, умирают. Я знаю, что Лешке никто не верит, все считают дурачком. А я верю. Нечто или нет, а что-то в озере есть, слишком много странностей.

Девочка не казалась такой чудаковатой, как ее друг. Лиля задала еще несколько вопросов, заинтересованно слушая ответы, но быстро поняла, что ни Алексей, ни Ника на самом деле ничего не видели, вся их уверенность базировалась исключительно на догадках, которые при желании наверняка можно было объяснить без привлечения сверхъестественных сил. Допив чай, Лиля пообещала обязательно сообщить им решение своего телеканала, как только все узнает, спрятала в сумку телефон и вышла на улицу. Было уже очень жарко, но как включается кондиционер в машине, она у Войтеха спросить забыла, а сама экспериментировать в чужом автомобиле не рискнула. Дома она первым делом переоделась в более подходящую для такой погоды одежду. Никто, кроме нее, еще не вернулся, времени было достаточно, чтобы систематизировать всю полученную информацию и понять, что и в каком порядке рассказывать остальным.

5 июля 2012 года, 10:00

оз. Сапшо, Смоленская область

От снятого домика до площадки будущего праздника добираться было не больше пятнадцати минут быстрым шагом, поэтому Войтех позволил себе немного задержаться и уйти последним. В его планы входило еще настроить радиостанцию на волну местных экстренных служб – полиции или скорой помощи, чтобы сразу узнать, если появится сообщение о смерти на озере. Только закончив с этим, он отправился собирать свою часть информации.

Дойдя до места, Войтех пару минут издалека наблюдал за происходящим: большую площадку уже полностью расчистили от скопившегося за несколько лет мусора, рабочие устанавливали сцену, тянули провода, возводили торговые ряды. Спустя две минуты наблюдения, он понял, что всем заправляет невысокая молоденькая девушка. Короткие шорты, футболка, скрывающая фигуру, стянутые на затылке в хвост светлые волосы и лицо без следов косметики придавали ей почти детский вид. Войтех вряд ли дал бы ей больше пятнадцати лет. Большинству работяг она едва доставала до плеча, но по какой-то причине ее все слушались и никто при этом даже не улыбался. Руководить она умела, из чего Войтех сделал вывод, что ему следует пообщаться именно с ней.

Он не торопясь пошел в ее сторону как раз в тот момент, когда она отправила еще парочку здоровых мужиков выполнять очередные поручения, а сама сгрузила какую-то мелочевку в большую коробку и попыталась эту коробку поднять. Однако законы физики не подчиняются даже самому хорошему менеджеру: коробка оказалась слишком большой и слишком тяжелой для нее.

– Давайте я вам помогу, – предложил Войтех с улыбкой, пытаясь выдать свое лучшее произношение.

– Спасибо, – ответила девушка. Голос у нее оказался под стать внешности: тонкий и совершенно детский. – Эту коробку нужно отнести к павильону с атрибутикой. – Она явно приняла его за одного из рабочих, поэтому, отдав поручение, повернулась, чтобы пойти в другую сторону.

– Хорошо, а где это? – продолжая улыбаться, уточнил Войтех. – Может, вы покажете дорогу, а то я тут первый раз.

Она смерила его долгим взглядом и наконец поняла, что это не один из ее подчиненных.

– Вторая палатка по левому ряду, – ответила она, и лишь потом спросила: – А вы, собственно, кто?

– А я просто шел мимо и попытался притвориться джентльменом, – Войтех протянул ей руку. – Меня зовут Войтех. А вы Анна?

– Она самая, – сосредоточенно кивнула девушка, пожав ему руку и чуть нахмурившись. Вблизи стало очевидно, что ей гораздо больше пятнадцати лет. – Раз уж вы развели меня на знакомство, хоть коробку отнесите, куда нужно, джентльмен. – Она слегка улыбнулась и пошла в сторону нужного павильона, одновременно раздавая указания всем попадавшимся на пути.

– С удовольствием, – Войтех поднял коробку, которая на самом деле оказалась довольно тяжелой, и последовал за ней. – Как вам это удается? – поинтересовался он по дороге, когда очередной здоровенный детина выбросил сигарету и принялся за работу в ответ на строгое: «Перекур окончен».

– Что именно? – с легкой усмешкой на губах поинтересовалась Анна, уверенно шагая вперед.

– Делать так, чтобы они вас слушались, – пояснил Войтех. – У меня есть один подчиненный, который пока пять раз мое имя не переврет и десять раз не пошутит – кстати, не особенно смешно – от него толку не добьешься.

Анна остановилась у павильона, подождала, пока он поставит коробку в нужное место и лишь после этого ответила:

– Просто я знаю, чего хочу, и не позволяю никому в этом сомневаться. Вот вы, – она снова улыбнулась, разглядывая его лицо, – безропотно сделали все, что я сказала, хотя я вам даже «пожалуйста» не говорила. Но это лирика. У меня много дел и мало времени, а вы со мной не знакомиться пришли, мое имя вы уже знали. Так что вам нужно, Войтех?

– Что ж, похоже, всякие милые сантименты и приглашения на кофе будут неуместны. Я хотел с вами поговорить. О празднике, – он махнул в воздухе рукой, указывая на окружающую их обстановку. – Мы собираемся организовать нечто подобное у себя, вот я и был послан руководством научиться на чужом опыте.

– Если вы именно об этом празднике, то мы сами проводим его всего второй раз. А если в целом о нашей работе, то позвольте сначала спросить: у себя – это где? Вы же не думаете, что я так просто открою все тайны конкурентам?

Прежде, чем Войтех успел ответить, у Анны зазвонил телефон. Коротко поговорив с невидимым абонентом о каких-то цветах, она выключила мобильный и снова повернулась к нему.

– Мы работаем в районе Волгодонска, это Ростовская область, едва ли мы конкурируем с вами, – ни разу не сбившись, ответил Войтех. – И нас заинтересовал ваш опыт именно из-за первого праздника. Потому что, знаете ли, гладко прошедшие мероприятия мало чему могут научить. Другое дело, когда все с самого начала идет не так.

Анна закусила губу и на несколько секунд отвела взгляд в сторону.

– В тот раз все началось не так и закончилось не так, – тихо сказала она. – Я клялась себе, что больше сюда не приеду. Но, – она пожала плечами, – деньги предложили слишком хорошие, чтобы я могла отказаться. Да и торговля на таких мероприятиях обычно неплохая. Войтех, – она снова повернулась к нему и улыбнулась, – вы там что-то говорили насчет кофе? Думаю, я могу выделить и себе, и вам минут десять. И кофе в термосе у меня есть.

– Прекрасно, потому что, честно говоря, я не имею ни малейшего понятия, где здесь можно взять кофе.

Анна только хмыкнула в ответ. Она отвела его к одному из больших белых фургонов, которые стояли у края дороги, чуть дальше за площадкой. На них привезли все необходимое оборудование, а в одном у нее был организован своего рода выездной кабинет.

– Так что вы сделали не так? – поинтересовался Войтех, оказавшись с ней в фургоне. Он сохранял нарочито легкий тон, чтобы его отношение казалось несерьезным. Как будто он сам не верит в то, что Анна может рассказать ему нечто дельное. – Откопали какую-нибудь древнюю проклятую игру? Случайно провели ритуал и вызвали дьявола?

Анна рассмеялась, хотя смех вышел довольно напряженным, налила кофе из термоса в два пластиковых стаканчика и протянула один ему. Она предложила ему единственный стул в импровизированном кабинете, сама же устроилась прямо на краешке стола, поскольку все остальное пространство было завалено картонными коробками.

– Вы знаете, к утру мне уже самой казалось, что мы вызвали дьявола, – призналась она, разглядывая что-то в своем стаканчике. – Нет, я, конечно же, знаю, что это за праздник, гору литературы изучила, чтобы сделать его как можно правдоподобнее, но… – Она развела руками. – Не ожидала, что все пройдет настолько плохо. Честно говоря, у меня даже с Хэллоуином никогда такого не случалось. Техника вела себя как сумасшедшая, люди гибли. Сама не понимаю, как я решилась сюда вернуться.

– С техникой-то что было не так? – насторожился Войтех. – Люди понятно: слишком много алкоголя.

– Я же говорю: техника вела себя как сумасшедшая, – повторила Анна, – периодически мигали лампы, в середине вечера неожиданно выключился микрофон. Наш ведущий из-за этого голос себе сорвал, неделю потом разговаривать не мог. У нас было четыре камеры наблюдения, просто на всякий случай, три из них к утру не работали. Я не электрик, не разбираюсь во всех этих делах, но мне потом объясняли те, кто за это ответственен, что были какие-то жуткие скачки напряжения. Это, наверное, объяснимо: техники было много, централизованной подачи электроэнергии здесь нет, все от генераторов питается, но ни до, ни после праздника у нас такого не было. Так что мой вам совет, Войтех, уделите этому особое внимание, а то и праздник испортите, и убытки понесете, сами знаете, сколько сейчас техника стоит. – Она на секунду замолчала, делая несколько глотков почти остывшего кофе, а потом добавила: – Да и люди не от алкоголя умирали. Один только, насколько я знаю.

– А ваш сотрудник от чего умер? – Войтех стал серьезным. – Жара доконала? Я читал, у него был сердечный приступ?

– В тот день не было жарко, – Анна покачала головой. – Врачи сказали, что сердечный приступ, хотя ему еще сорока не было. Возможно, у него была какая-нибудь запущенная болезнь, сами знаете, как люди не любят по поликлиникам ходить. Особенно когда вкалывают как проклятые. В общем, с безопасностью у нас в тот раз случился полный швах. Я после этого год все переделывала, реорганизовывала. В этом году мы постарались все предусмотреть, охраны побольше, алкоголя поменьше, хотя в деревне это никогда не было проблемой.

– Понимаю, – Войтех кивнул. – А что местные? Как думаете, после прошлого раза будут желающие погулять на празднике? Как они настроены? Это мне, конечно, в работе не поможет, просто из любопытства спрашиваю. Тут ведь сколько? Лет пять это не пытались повторить?

– Ну да, пять. Кроме нас никто не пытался. А местным что? Из местных только один парнишка тогда погиб, все остальные приезжие были. И в этот раз много приезжих будет. Мы заранее на своем сайте о празднике объявили, я буквально вчера форум просматривала, желающих погулять много. Тут ведь, сами видите, лес, озеро, природа. Страшилками и смертями в наше время никого не испугать. Скорее, интерес вызовешь, чем напугаешь. Хотя, если честно, мне самой тут жутковато, мурашки по коже так и бегают. – Анна отставила в сторону пустой стакан и неловко улыбнулась, как будто стесняясь собственного признания. – Мне в этот раз легенду одну рассказали. Якобы жила на этом озере ведьма. Поклонялась сатане, как положено. На Ивана Купалу призвала своего повелителя, а через девять месяцев родила от него ребенка. И настолько тот был ужасен, что она сама этого не вынесла. И ровно через год, в следующую Купальскую ночь она отвезла ребенка в лодке на самое глубокое место озера, опоила и его, и себя каким-то снотворным сбором и продырявила лодку. Когда лодка пошла ко дну, они оба крепко спали и утонули. Только ребенок оказался не простым смертным, а вроде как демоном. Он выжил. С тех пор и живет в глубинах озера. Говорят, что когда он смотрит на тебя из воды, появляется то самое жуткое ощущение. Без каких-либо видимых причин. Просто становится не по себе. Лишь на Купальскую ночь он выходит на берег, и кто его встретит, тот погибает. Такими вот историями тут стращают.

Когда она закончила, Войтех легкомысленным тоном поинтересовался:

– Блог про озеро-убийцу с массой таких вот страшных легенд – это ваше изобретение? Мне кажется, он появился уже после первого вашего праздника и задолго до второго, но как маркетинговый ход он ведь шикарен. Сейчас масса фриков гоняется то за НЛО, то за какими-нибудь лох-несскими чудовищами… А у кого денег нет на Лох-Несс, тому и Сапшо сойдет, так? Может, запустить заранее такой аттракцион и у нас?

Анна удивленно подняла брови и улыбнулась.

– А вы креативный. Если не получится с самостоятельной организацией праздников, приходите ко мне, мне такие люди нужны. – Она легко соскользнула со стола, давая понять, что отпущенные им десять минут давно истекли. – Но, к сожалению или к счастью, я к блогу не имею никакого отношения. Хотя парень этот у меня уже вот тут сидит, – она провела ребром ладони по шее. – Весь телефон нам оборвал несколько лет назад, сейчас вроде поутих. Насколько я знаю, это брат того погибшего местного. Чудаковатый молодой человек. – Она открыла дверь и посмотрела на Войтеха, чуть склонив голову набок и снова улыбнувшись. – На праздник останетесь?

– Обязательно, – Войтех поставил свой стаканчик из-под кофе на стол и тоже шагнул к выходу. – Разве я могу это пропустить? А за предложение спасибо, буду иметь его в виду.

Он прошел мимо нее, но потом остановился, вернулся назад, чуть наклонился к ней и доверительным тоном поинтересовался:

– А вы сами-то ничего не видели? Может, тут правда есть какая-то местная страшилка в озере?

Он говорил это все с той же улыбкой, чтобы его вопрос можно было принять и за праздное любопытство, и за флирт, и за подсознательное стремление к чуду.

– Когда мне на что смотреть? Уследить бы за всеми. – Анна пожала плечами, но потом все-таки добавила: – Но я же говорю, лично мне тут жутко. Как будто кто-то постоянно наблюдает за тобой. Впрочем, мало ли что может померещиться городскому человеку в лесу. Только, Войтех, – она смотрела на него снизу вверх, будучи ниже сантиметров на пятнадцать, – не говорите никому. Нехорошо, если кто-то будет знать, что даже организаторам тут страшно. Я вам сказала, потому что вы слишком обаятельны, и я не могу устоять перед вашей улыбкой. Вы же умеете хранить секреты?

– О да, – он усмехнулся. – Это один из моих талантов. Не бойтесь, Анна, я вас никому не выдам. Я, может быть, еще как-нибудь зайду к вам, пока я здесь, если будет время, вы не против?

– Заходите, – она улыбнулась, доставая из кармана мобильный телефон и снова превращаясь из милой девушки, с которой можно выпить кофе и поболтать, в организатора праздника. – Я все время где-то неподалеку. Завтра привезут продукты, будет нормальный кофе, выпьем по чашке.

Анна кивнула ему и тут же умчалась, заметив, что на одном из столбов криво развешивают гирлянды.

Войтех хмыкнул и напоследок оглянулся по сторонам. Все выглядело нормально, но ему не давали покоя слова о выходящем из строя оборудовании. Он посмотрел на часы и решил, что перед возвращением домой еще успеет пройти и проверить свои камеры. Им нужно было заменить аккумуляторы и карты памяти.

5 июля 2012 г, 10.34

г. Демидов, Смоленская область

Всю дорогу до Демидова Саша молча смотрела в окно, погрузившись в свои мысли. У Вани, конечно, рот не закрывался ни на секунду, но говорил он преимущественно какую-то ерунду, требовавшую от нее лишь иногда кивать головой, не особенно вслушиваясь. Ни о Дворжаке, ни об НЛО, к ее радости и удивлению, он не говорил.

Демидов, до революции называвшийся Поречьем, оказался небольшим городком, расположенным на берегу реки Каспля, с населением чуть больше семи тысяч человек. Дома здесь стояли сплошь одноэтажные, густая растительность придавала городу тихий и уютный провинциальный вид. Людей на улице почти не оказалось, что легко объяснялось сильной жарой уже с самого утра. Те, кто не работал на улице, предпочитали отложить свои дела до вечера, надеясь, что к ночи хоть немного похолодает.

Ване и Саше пришлось изрядно поколесить по городу, прежде чем они нашли нужный дом. Ваня чертыхался, разглядывая карту в своем смартфоне, сетовал на то, что чертовы разработчики никак не могут сделать нормальные карты для маленьких городишек, как будто здесь заблудиться негде, администрация этих самых городишек не может на каждом доме написать названия улиц, а из-за жары нет даже прохожих, у которых можно спросить дорогу.

Нужный дом они нашли только минут сорок спустя. Он ничем не отличался от своих соседей, так же утопал в зелени и цветах и имел аккуратно расчищенную дорожку к входной двери.

Им открыла невысокая пухленькая женщина лет пятидесяти, одетая в яркий цветастый халат, поверх которого был завязан идеально белый фартук. Видимо, мама Светланы.

– Евгения Николаевна Нестерова? – на всякий случай уточнила Саша. Женщина кивнула, настороженно глядя на гостей. – Меня зовут Александра, это Иван. – Саша кивнула в сторону своего спутника, тот приветливо улыбнулся. – Мы проводим независимое расследование того, что произошло на озере Сапшо пять лет назад.

Саша с самого начала решила сказать родственникам пострадавшей девушки правду. Во-первых, ей казалось, что это должно расположить их к ним, во-вторых, она не терпела даже ложь во благо. Какие бы у нее ни были причины, ложь всегда будет ложью. Ваня только пожал плечами, когда Саша озвучила в машине свою предполагаемую стратегию.

– Это твое задание, – сказал он. – Меня для сопровождения послали. Говори то, что считаешь нужным.

Женщина перевела взгляд с Вани на Сашу.

– Почему именно сейчас? – недоверчиво спросила она. – Столько лет прошло.

– В этом году на озере снова решили провести праздник, – пояснила Саша. – Мы хотим попытаться понять, что там произошло, чтобы больше никто не пострадал. То, что случилось с вашей дочерью, не должно повториться.

Евгения Николаевна кивнула, пропуская гостей в квартиру. Уже в прихожей упоительно пахло какой-то выпечкой, корицей и чем-то сладким, что объясняло и внешний вид хозяйки дома: они застали ее за приготовлением еды. Заметив любопытный взгляд своих посетителей, Евгения Николаевна пояснила:

– Свету нельзя одну оставлять, она почти ничего не понимает, может запросто из дома уйти, один раз ее с милицией двое суток искали. Меня даже не всегда узнает. Когда с ней это случилось, мне пришлось уволиться и дома сидеть, иначе пришлось бы ее в больницу отправить, а оттуда, сами понимаете, нормальной ей уже никогда не вернуться. На одну зарплату мужа не проживешь, а я всю жизнь в кондитерском цехе проработала. Вот теперь пеку торты на заказ. Хотите попробовать? – в голосе Евгении Николаевны не осталось ни настороженности, ни недоверия, только бесконечная усталость.

Саша кивнула и посмотрела на Ваню, решив, что это неплохая возможность поговорить заодно и с мамой Светланы, не теряя лишнего времени. С самой девушкой ей, наверное, лучше побеседовать наедине. Если она не совсем адекватна, двое незнакомых людей могут сильно напугать ее.

– Вань, поговоришь с Евгенией Николаевной? – попросила она. – А я со Светланой.

– Конечно, – серьезно кивнул тот, видимо, войдя в роль независимого следователя. – Евгения Николаевна, давайте пройдем с вами на кухню, пока Саша поговорит с вашей дочерью. Вы можете не волноваться, она врач и все сделает в лучшем виде.

– Да, вы проходите пока, – хозяйка указала Ване в сторону кухни, а Сашу пригласила за собой в соседнюю комнату.

Комната эта оказалась небольшой, но очень чистой и очень светлой. Односпальную кровать застилало вышитое покрывало, на письменном столе в вазе стояли какие-то простенькие цветы, которые росли почти в каждом дворе, а рядом с большим окном стояло кресло, в котором сидела безучастная ко всему происходящему девушка лет двадцати с небольшим. Светлое платье и почти белые волосы, заплетенные в аккуратную косу, делали ее почти прозрачной, как бестелесное существо. Поначалу создавалось впечатление, что это абсолютно обычная девушка, которая просто задумчиво смотрит перед собой, но, присмотревшись к ней, Саша поняла, что она если куда-то и смотрит, то только внутрь себя.

– Светочка, это к тебе, – Евгения Николаевна коснулась плеча дочери и наклонилась, пытаясь заглянуть ей в глаза, но та не ответила. – Не знаю, получится ли у вас что-то, – вздохнула она. – Она и на нас с мужем реагирует редко.

– Я попытаюсь, – заверила Саша, в этот момент отчаянно жалея, что десять лет назад родители категорически запретили ей поступать в университет на психиатрическое отделение. Пожалуй, профессиональные знания ей бы сейчас очень пригодились, но, к сожалению, она в этом деле она была всего лишь любителем.

Когда за Евгенией Николаевной закрылась дверь, Саша аккуратно присела на краешек второго кресла и посмотрела на Светлану. Та никак не давала понять, заметила она присутствие гостьи или нет.

– Света, меня зовут Саша, – негромко сказала она, пытаясь поймать взгляд Светланы. – Я бы хотела поговорить с тобой о том, что произошло пять лет назад на озере Сапшо.

На лице Светланы не дрогнул ни один мускул. Она все так же безучастно смотрела перед собой.

– Я знаю, что ты меня слышишь, – продолжала Саша, не обращая внимания на неудачу. – Пожалуйста, попытайся вспомнить, что там произошло.

Пальцы, лежащие поверх пледа, накрывающего колени, чуть дрогнули, но это могло быть и просто непроизвольное движение. Саша знала, как сделать так, чтобы Светлана заговорила, но делать этого категорически не хотела. Едва только она подумала об этом, как в голове мгновенно ожил знакомый голос: