Читать книгу "Развод. Доставлено курьером"

– Да?

– Оль, ты где? – в его голосе было недоумение и раздражение. – Я дома. Никого нет. Где Лиза?

– Лиза у моих родителей, – я ответила спокойно, открывая машину.

– Что? А школа? Кто ее забрал?

– Дедушка забрал. – Я села в машину, положила сумку на пассажирское сиденье. – У нее начались каникулы.

Пауза. Долгая, тягучая.

– Каникулы? – переспросил он. – С каких пор?

– С сегодняшнего дня, – я мысленно отметила, в который раз за эти годы: он не знает ничего. Ни когда у дочери каникулы, ни во сколько она приходит из школы, ни на какие кружки ходит. Он живет в этой семье, как постоялец в гостинице. – Осенние каникулы, неделя.

– Ясно, – в его голосе слышалось неудовольствие. – А ты где?

– Я в спортзале.

– Что? – он явно не ожидал такого ответа. Потом коротко хмыкнул в трубку – презрительно, насмешливо. – В спортзале. Ты. Серьезно?

Я сжала руль свободной рукой так, что ногти впились в кожу.

– Да, я. Серьезно.

– Ну-ну, – он явно не верил или не придавал этому значения. – Слушай, а где ужин? Я голодный.

Я закрыла глаза, досчитала до трех.

– Пельмени в морозилке, – произнесла я ровно, отчетливо, наслаждаясь каждым словом. – Можешь себе сварить. Вода, кастрюля, плита – думаю, справишься. И не забудь помыть за собой посуду.

– Что? Оль, ты серьезно? Я весь день…

Я нажала на красную кнопку, отключая звонок. Положила телефон на пассажирское сиденье и несколько секунд просто сидела в тишине машины, глядя в темноту за окном.

Потом я улыбнулась. Широко, искренне, впервые за много дней. Я чувствовала себя довольной. Уставшей, но довольной.

Завела машину и поехала домой. Не спеша, наслаждаясь тишиной, музыкой по радио, свободой. Свободой от вечной гонки. И это было прекрасно.

Глава 4

Я приехала домой около десяти вечера. Припарковала машину, взяла сумку со спортивной одеждой и, несмотря на гудящие ноги и усталость, почувствовала странную легкость. Будто с плеч свалился невидимый груз, который я таскала годами.

Квартира встретила меня полутьмой и синеватым светом телевизора из гостиной. Андрей сидел на диване, уставившись в экран, насупившийся, с мрачным выражением лица. Перед ним на журнальном столике стояла грязная тарелка. Конечно же, он не убрал за собой.

– Привет! – я вошла в гостиную, сбрасывая куртку на спинку кресла. В моем голосе звучала неподдельная бодрость. – Ты не представляешь, какой у меня был день!

Андрей бросил на меня тяжелый взгляд из-под насупленных бровей, но ничего не сказал. Я прошла на кухню, включила свет, поставила чайник.

– Знаешь, я сегодня познакомилась с тренером, – я открыла холодильник, достала бутылку воды, сделала большой глоток. – Ее зовут Марина, она потрясающая! Так все доступно объясняет, показывает. У нее индивидуальный подход, понимаешь?

Тишина. Андрей молчал, но я чувствовала, как напряжение в гостиной нарастает.

– Мы делали базовые упражнения. Я, конечно, еле справилась, – я рассмеялась, доставая кружку. – Но представляешь, какое чувство! Я занималась! Я реально занималась спортом! И знаешь, мне понравилось. Очень понравилось.

Я заваривала чай, говорила, говорила, и слова лились легко, свободно. Я не спрашивала, как дела у него. Не интересовалась, как прошел его день. Не выпытывала, устал ли он, не голоден ли. Впервые за десять лет я не крутилась вокруг него, не подстраивалась под его настроение.

И это было упоительно.

– Ольга! – наконец его резкий, раздраженный голос прервал мою болтовню.

Я обернулась, прислонившись к кухонной столешнице, с кружкой чая в руках.

– Да?

Он встал с дивана, прошел на кухню. Остановился в дверях, скрестив руки на груди. Поза была обвиняющей, властной.

– Я рад, что ты решила привести себя в форму, – начал он, и в его словах сквозило покровительственное одобрение, как будто он давал мне разрешение. – Но в доме тоже должен быть порядок. И ужин. Нормальный ужин, а не эти гребаные пельмени.

Я сделала глоток чая, не спуская с него глаз. Внутри что-то холодно сжалось, но я продолжала улыбаться.

– Андрей, я просто физически не успею, – сказала я мягко, рассудительно. – Работа, спортзал, дом. А по ночам я тоже хочу спать, знаешь ли. И вообще, если ты пришел домой первым, мог бы и приготовить ужин. Нормальный ужин.

– Я приготовил! – огрызнулся он. – Сварил эти чертовы пельмени! Но их осталось меньше, чем на порцию! Этого мало! Я не успел сегодня пообедать!

Я поставила кружку на столешницу, склонила голову набок.

– Мог бы сходить в магазин и купить еще, – предложила я с невинным видом. – Магазин же рядом, пять минут пешком.

Андрей открыл рот, закрыл, потом развернулся и вышел из кухни, бормоча что-то себе под нос. Я слышала обрывки фраз: «охренела совсем», «что на нее нашло».

Я осталась на кухне и оглядела поле боя. Грязная кастрюля с остатками воды и прилипшими пельменями, жирные пятна на плите, крошки на столе. Конечно, он не помыл. Даже не попытался.

Тяжелый вздох вырвался из груди. Усталость навалилась разом – ноги ныли, спина болела, руки дрожали. Хотелось просто лечь и не двигаться. Но я знала: если оставлю это на завтра, утром будет еще хуже.

Я быстро, на автомате, домыла посуду. Протерла плиту. Подмела пол – крошки и какие-то загадочные пятна, которых утром не было. Вытерла столешницу. Закрыла пакет с хлебом, который Андрей оставил открытым.

Когда на кухне снова стало чисто, я выключила свет и прошла в ванную. Горячий душ смыл усталость, пот, напряжение. Я намылила тело гелем, потом взяла с полки баночку скраба – дешевого, из масс-маркета, с запахом шоколада.

Открыла крышку. Срок годности истек три месяца назад. Я усмехнулась. Ну конечно.

Но сегодня это не имело значения. Я нанесла скраб на кожу, растирая круговыми движениями. Жесткие частички массировали, кожа краснела, покалывала. Я скрабировала бедра, живот, руки – методично, сосредоточенно, словно стирая с себя старую жизнь.

Смыла. Кожа стала гладкой, нежной, пахнущей шоколадом.

Завтра зарплата, подумала я, вытираясь полотенцем. Надо купить новый скраб. И крем для тела. И для лица. Давно пора обновить всю косметику. А еще записаться в парикмахерскую – нормальную, не в дешевую забегаловку у дома, где стригут за триста рублей.

План складывался в голове, четкий и ясный. Я записывала мысленно: абонемент в спортзал на месяц – пять тысяч. Парикмахерская – около трех тысяч, если выбрать хорошего мастера. Косметика – тысячи три. Итого одиннадцать тысяч.

Раньше я бы ужаснулась такой трате. Раньше эти деньги ушли бы на продукты, на одежду для Лизы, на коммуналку.

Но сейчас мне было все равно. Хватит. Десять лет я вкладывала в семью каждую копейку. Десять лет я отказывала себе во всем. Пора уже вложить в себя.

Я завернулась в халат и прошла в гостиную. Пахла шоколадом и свободой. Сделала увлажняющую маску для лица – тоже, наверное, просроченную, но плевать. Села в кресло у окна, включила торшер, взяла книгу.

Детектив. Я читала его месяца три, по паре страниц перед сном, когда хватало сил. Сегодня открыла на закладке и погрузилась в текст.

Минут через двадцать в гостиную заглянул Андрей. Встал в дверях, оперся плечом о косяк.

– Ужинать будем? – спросил он, и в голосе слышалось ожидание. Он ждал, что я встану, пойду на кухню, что-нибудь приготовлю.

Я подняла глаза от книги.

– Я не хочу, – сказала я спокойно. – Если ты хочешь, можешь пожарить себе яичницу. Яйца в холодильнике.

Он нахмурился.

– Серьезно?

– Абсолютно. – Я вернулась к книге. – А, и еще. Завтра нужно заехать в магазин за продуктами. Я напишу тебе смс со списком.

Пауза. Тяжелая, напряженная. Я чувствовала его взгляд, сверлящий меня.

– Охренеть просто, – пробормотал он наконец.

Потом развернулся и вышел. Дверь в спальню хлопнула так, что задребезжали стекла в окне.

Я вздрогнула, но не отложила книгу. Продолжала читать, строчка за строчкой, страница за страницей. Детектив оказался увлекательным. Я зачиталась, забыв о времени, о муже, о проблемах.

В доме стояла тишина. Андрей затих в спальне, наверное, уснул. Или лежал и злился. Мне было все равно.

Я читала. Переворачивала страницы. Погружалась в чужую жизнь, чужие проблемы, чужие драмы. И это было спасением. Маленьким островком, где меня никто не трогал, не требовал, не обвинял.

Часы пробили полночь. Я дочитала половину книги и отложила ее, зевнув. Глаза слипались. Тело приятно гудело после тренировки – мышцы налились тяжестью, но это была хорошая боль. Боль, говорящая о том, что я живая.

Я переоделась в пижаму и легла в кровать. Андрей спал на самом краю, отвернувшись ко мне спиной. Я закрыла глаза и мгновенно провалилась в сон. Глубокий, без сновидений.

Утром я проснулась в семь. На час позже обычного. Первая мысль была паническая: «Лиза! Школа!» – но потом я вспомнила: Лиза у родителей. Каникулы. Мне никуда не надо спешить.

Я потянулась, сладко, как кошка, чувствуя, как затекшие мышцы протестующе ноют. Встала, подошла к окну. За окном был серый октябрьский город – мокрые крыши, голые деревья, низкое небо. Но даже это не испортило настроения.

Я надела халат и вышла на кухню, ожидая увидеть пустую квартиру. Андрей обычно уезжал на работу к половине восьмого, он жаворонок, любил приезжать в офис раньше всех.

Но он сидел за кухонным столом с кружкой кофе в руках. Сидел и сердито смотрел на меня из-под насупленных бровей.

Я остановилась в дверях, удивленно подняв брови.

– Доброе утро. Ты еще не уехал?

– Как видишь, – буркнул он.

Молчание. Тяжелое, натянутое, как струна.

Я пожала плечами и прошла к холодильнику. Достала яйца, масло, помидоры. Решила не мелочиться – приготовлю для двоих. Все равно готовить, так готовить.

Включила плиту, разогрела сковороду, разбила яйца. Шипение масла, аромат жареного. Нарезала помидоры, хлеб. Заварила себе кофе. Двигалась спокойно, размеренно, не торопясь.

Андрей сидел за столом и наблюдал. Я чувствовала его взгляд на своей спине – недоуменный, злой, растерянный.

Накрыла на стол. Поставила перед ним тарелку с яичницей. Села напротив. Начала есть, неторопливо, наслаждаясь вкусом.

Он доел яичницу в молчании. Встал, поставил тарелку в раковину – не помыв, конечно. Взял куртку и вышел, не поцеловав меня перед выходом даже формально.

Я допила свой еще горячий кофе, встала из-за стола и прошла в спальню. Достала косметичку. Села перед зеркалом и начала краситься.

Неторопливо. Тщательно. Тональный крем, консилер под глаза, румяна, тени, тушь, помада. Я не спешила. Делала все аккуратно, с удовольствием, разглядывая свое лицо. Оно все еще было уставшим, но уже другим. В глазах появился огонек – решимость, живой интерес.

Расчесала волосы, собрала в хвост. Надела блузку, джинсы, туфли на низком каблуке. Посмотрела на себя в зеркало.

Лучше. Определенно лучше, чем вчера.

Взяла сумку, телефон, ключи. Вышла из квартиры и увидела Андрея. Он все еще не уехал, стоял у машины и ждал меня. Лицо непроницаемое, закрытое.

Я никак не отреагировала на этот странный акт, молча прошла к своей машине, открыла дверь, бросила сумку на пассажирское сиденье и только тогда обратилась к мужу.

– Кстати, – сказала я легким тоном, – вечером меня не жди. Я снова иду в зал.

– Опять?

– Угу. Марина сказала, что лучше всего заниматься три-четыре раза в неделю. Так быстрее будет результат.

– Три-четыре раза? – он вытаращил глаза. – Оля, ты с ума сошла? А дом? А ужин?

Я села в машину, завела двигатель. Опустила стекло и высунулась.

– Дом никуда не денется. А ужин ты можешь приготовить сам. – Я улыбнулась, широко и искренне. – Или купи что-нибудь готовое по дороге. Пока!

И я уехала, не дожидаясь его ответа. В зеркале заднего вида я видела, как он стоит посреди парковки, растерянный, злой, беспомощный.

И это было прекрасно.

Глава 5

Рабочий день пролетел незаметно. Обычно время тянулось мучительно, но сегодня было по-другому. Я работала сосредоточенно, быстро, и даже поймала себя на том, что напеваю себе под нос какую-то мелодию.

В час дня я закрыла программу и решительно встала из-за стола.

– Девочки, кто со мной в кафе? – спросила я, натягивая кардиган.

Света и Марина переглянулись с удивлением. Обычно я обедала на рабочем месте – разогревала контейнер с вчерашним ужином в микроволновке.

– Ты что, в кафе? – Света подняла брови. – С нами?

– Угу, – я улыбнулась. – Или вы уже собрались без меня?

– Да нет, мы как раз идем! – обрадовалась Марина. – Пошли!

Мы спустились вниз и прошли квартал до ближайшего кафе – уютного местечка с большими окнами, деревянными столиками и запахом свежей выпечки. Здесь обедали почти все из нашего офиса. Раньше я заходила сюда редко, раз в месяц от силы.

Мы сели за столик у окна. Я взяла меню и неторопливо изучала – салаты, горячее, супы, десерты. Раньше я всегда смотрела на цены в первую очередь, выбирая что подешевле. Сегодня смотрела на названия блюд.

– Я возьму греческий салат и куриную отбивную с овощами гриль, – сказала я официантке, закрывая меню.

Принесли заказ. Салат был свежим – хрустящие огурцы, сочные помидоры, брынза, оливки. Отбивная золотистая, нежная, с румяной корочкой. Овощи яркие – болгарский перец, цукини, баклажаны.

Я ела неспешно, наслаждаясь каждым кусочком. Смотрела в окно на прохожих – люди спешили по своим делам, кутаясь в куртки и пальто, прячась под зонтами от мелкого дождя.

– Оль, ты чего такая задумчивая? – Света толкнула меня локтем. – Все нормально?

– Все отлично, – я повернулась к ней и улыбнулась. – Просто думаю о хорошем.

– О-о-о, интригующе! – Марина наклонилась ближе, глаза блестели от любопытства. – Колись, что случилось? Ты какая-то другая сегодня.

– Другая?

– Ну да. Светишься изнутри. Как будто влюбилась, – хихикнула она.

Влюбилась. В себя, наверное. В новую себя, которую я только начинаю открывать.

– Может, и так, – загадочно ответила я, допивая чай.

После обеда мы вернулись в офис. Я уселась за компьютер, проверила почту и тут телефон булькнул – уведомление из банковского приложения. Зарплата.

Обычно эти деньги испарялись за первую же неделю – продукты, коммуналка, одежда для Лизы, бензин. Но сегодня будет по-другому.

Я не стала медлить. Достала телефон, нашла номер салона красоты, который рекомендовала мне Света. Она всегда выглядела ухоженно – волосы блестящие, укладка идеальная, ногти с маникюром. Я тогда записала номер, но так и не решилась позвонить. До сегодняшнего дня.

– Салон красоты «Магнолия», добрый день, – приятный женский голос ответил после второго гудка.

– Здравствуйте, – я сглотнула, почувствовав неожиданное волнение. – Я хотела бы записаться на стрижку. И окрашивание, может быть.

– Замечательно! На какое время вам удобно?

– Сегодня возможно? Вечером?

Пауза. Щелчок клавиш.

– Сейчас посмотрю… О, вам повезло! Как раз освободилось место в шесть вечера. Мастер Елена. Подойдет?

Повезло. Мне повезло. Первый раз за долгое время.

– Отлично, запишите, пожалуйста.

Я положила телефон на стол и выдохнула. Руки дрожали. Внутри росло странное ощущение – смесь предвкушения, радости и легкого страха. Перемены. Настоящие, видимые перемены.

Остаток дня прошел быстро. Я разобрала накопившиеся бумаги, составила отчет для директора, ответила на письма. В четыре часа подошла к начальнику.

– Михаил Петрович, можно мне сегодня уйти на час пораньше? – спросила я, стараясь звучать уверенно. – У меня личные дела.

Он поднял глаза от монитора, прищурился.

– Личные дела? У вас? – в его голосе прозвучало удивление. Я никогда не просила отгулов, никогда не уходила раньше. – Ну ладно. Работу сдали?

– Отчет на вашей почте, все остальное в порядке.

– Тогда идите.

– Спасибо!

В пять я уже была в машине. Завела мотор, включила музыку и поехала.

Салон красоты «Магнолия» находился в центре города, в старом кирпичном здании с витражными окнами. Я припарковалась неподалеку и, взяв сумочку, пошла к входу. Дверь открылась с тихим звоном колокольчика, и меня окутал теплый воздух с запахом дорогой косметики, кофе и чего-то сладкого.

Внутри было уютно и элегантно. Мягкие кресла, большие зеркала в золоченых рамах, приглушенный свет, тихая музыка.

– Добрый вечер, вы Ольга? – улыбнулась девушка у стойки администратора.

– Да, это я.

– Отлично, проходите, раздевайтесь. Елена уже готова вас принять.

Я сняла куртку, повесила на вешалку и прошла в зал. Там работали три мастера, каждый у своего кресла. Пахло краской для волос, лаком, шампунем. Тихо жужжал фен.

– Ольга? – ко мне подошла женщина лет тридцати пяти, стройная, с короткой стрижкой пикси и яркими серьгами. – Я Елена, ваш мастер. Приятно познакомиться.

– Взаимно, – я пожала ее протянутую руку.

– Присаживайтесь, – она кивнула на кресло перед большим зеркалом. – Давайте посмотрим, что у нас тут.

Я села. Елена встала позади, провела руками по моим волосам, приподнимая пряди, оценивающе глядя на мое отражение.

– Расскажите, чего вы хотите? Какой образ?

Я замялась. Не знала. Просто хотела измениться, но как именно?

– Я… не уверена, – созналась я. – Хочу что-то новое. Свежее. Чтобы выглядеть… лучше.

Елена улыбнулась, и в ее глазах мелькнуло понимание.

– Доверьтесь мне? – спросила она мягко.

Я посмотрела на нее через зеркало, на ее уверенное, профессиональное лицо. И кивнула.

– Да. Доверяюсь.

– Отлично, – она потерла ладони. – Вот что я вижу. У вас хорошая структура волос, но им нужен объем. Сейчас они тяжелые, прямые, висят. Я предлагаю сделать стрижку каскадом, чуть укоротим длину, примерно до плеч, добавим слои. Это придаст воздушность, лицо визуально станет моложе. И осветлим. Не кардинально – сделаем мелирование, добавим бликов, закрасим седину. Получится естественно, но ярко. Что скажете?

Я смотрела на свое отражение и пыталась представить. Каскад. Мелирование. Объем.

– Это… дорого? – вырвалось у меня.

Елена назвала цену. Три с половиной тысячи. Раньше я бы задохнулась от такой суммы. Но сегодня я просто кивнула.

– Делайте.

– Замечательно! Тогда начнем с окрашивания, потом стрижка и укладка. Часа три примерно займет. Вам комфортно?

– Да, я никуда не спешу.

Спустя три часа, Елена развернула меня к зеркалу и торжественно произнесла:

– Вот. Смотрите.

Я подняла глаза на зеркало и застыла.

Передо мной сидела незнакомая женщина. Волосы теперь были чуть ниже плеч, легкие, воздушные, с красивыми переливами. Стрижка обрамляла лицо, делала его моложе, свежее. Объем на макушке, мягкие волны на концах. Красиво. Современно. Стильно.

Я смотрела и не могла оторваться. Эта женщина в зеркале – она была красивой. Не уставшей, не замученной бытом, а красивой. У нее был блеск в глазах. Она улыбалась.

– Это… я? – прошептала я, и голос сорвался. – Не верится.

– Вы, – Елена улыбалась, явно довольная результатом. – Вам очень идет. Прямо преображение.

Слезы подступили к горлу. Я зажмурилась, сделала глубокий вдох, заставляя себя успокоиться.

– Спасибо, – выдавила я. – Спасибо вам огромное. Это… это просто невероятно.

– Пожалуйста, – Елена довольно улыбнулась, слегка сжав мое плечо…

Я расплатилась на стойке, щедро дала чаевые Елене. Вышла из салона в темноту вечера. Села в машину, посмотрела на себя в зеркало еще раз. И широко улыбнулась своему отражению.

– Привет. Рада тебя видеть.

А затем завела мотор и поехала в торговый центр. Там, на втором этаже, был большой спортивный магазин. Я зашла внутрь, прошлась между стеллажами, разглядывая яркие костюмы, кроссовки, футболки. Выбрала комплект: черные легинсы с высокой талией, которые утягивали живот, и яркую фиолетовую футболку из дышащей ткани. Примерила. Села идеально.

На первом этаже торгового центра был магазин косметики. Я зашла и туда, блуждая между полками с кремами, масками, скрабами. Набрала целую корзину: увлажняющий крем для лица, ночной крем, скраб для тела, гель для душа с приятным запахом, масло для волос.

Время приближалось к десяти вечера, когда я выходила из торгового центра с тяжелыми пакетами. Телефон молчал – Андрей не звонил. Я тоже ему не звонила.

На обратном пути я заехала в продуктовый магазин. Прошлась неторопливо по отделам, выбирая продукты. Купила два хороших стейка. Свежие овощи. Багет, еще теплый, с хрустящей корочкой. Оливковое масло. Ужин на двоих.

Когда я подъехала к дому, усталость давала о себе знать, ноги после вчерашних тренировок гудели, но приятно, не так изматывающе, как обычно. Я поднялась на лифте, нагруженная пакетами и сумками, и еле дотянулась до звонка, нажав его локтем.

Дверь открылась почти мгновенно. Андрей стоял в коридоре – лицо хмурое, губы поджаты, брови сдвинуты. Я чувствовала, как от него исходит напряжение, недовольство. Он явно собирался что-то сказать, что-то колкое, обвиняющее. Но когда он посмотрел на меня, слова застряли у него в горле.

Глаза расширились. Рот приоткрылся. Взгляд метнулся от моих волос к лицу, потом снова к волосам. Он моргнул раз, другой, словно не веря тому, что видит.

– Оля? – пробормотал он неуверенно, и в голосе слышалось потрясение.

– Привет, – я улыбнулась, проходя мимо него в квартиру. – Помоги, пожалуйста, тяжело.

Он словно очнулся от транса, взял у меня несколько пакетов, но продолжал пялиться на меня во все глаза, даже рот до конца не закрыл.

– Ты… волосы… – он прокашлялся, видимо, пытаясь собраться с мыслями, подобрать слова. – Тебе так… хорошо. Очень хорошо.

– Спасибо, – я прошла мимо него в спальню, чувствуя его ошарашенный взгляд на своей спине.