154 800 произведений, 42 000 авторов Отзывы на книги Бестселлеры недели


» » » онлайн чтение - страница 18

Текст книги "Синий лабиринт"

Правообладателям!

Представленный фрагмент произведения размещен по согласованию с распространителем легального контента ООО "ЛитРес" (не более 20% исходного текста). Если вы считаете, что размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?

  • Текст добавлен: 7 ноября 2018, 11:20


Автор книги: Линкольн Чайлд


Жанр: Современные детективы, Детективы


Возрастные ограничения: +16

сообщить о неприемлемом содержимом

Текущая страница: 18 (всего у книги 28 страниц) [доступный отрывок для чтения: 19 страниц]

50

Кабинет был по-спартански простой и удобный и – в соответствии с личностью хозяина – нес на себе отпечаток военной деловитости. На большом лакированном столе в безукоризненном порядке были расставлены старомодное пресс-папье, органайзер с карандашами и ручками, телефон и фотография в серебряной рамке. Ни компьютера, ни клавиатуры. На деревянной подставке в углу стоял американский флаг. Вдоль задней стены расположились книжные шкафы с томами по военной истории и ежегодниками издательства «Джейнс»: «Броня и артиллерия», «Обезвреживание боеприпасов», «Военный транспорт и логистика». На другой стене висели в рамках медали, награды и благодарности.

За столом сидел человек в деловом костюме, свежей белой рубашке и темно-красном галстуке. Он сидел очень прямо, и костюм на нем выглядел как военная форма. Человек что-то писал перьевой авторучкой, и в кабинете раздавался один-единственный звук – поскрипывание пера. Из панорамного окна была видна небольшая группа однотипных построек в облицовке из черного стекла, обнесенная двумя рядами сеточного ограждения с колючей лентой наверху. За наружным ограждением виднелся ряд деревьев, густых и зеленых, а еще дальше – проблеск синего озера.

Зазвонил телефон, и человек снял трубку.

– Да? – коротко сказал он.

Голос его звучал хрипловато, как будто исходил из самых глубин его широкой груди.

– Мистер Барбо, – раздался в трубке голос секретарши из приемной, – тут два полицейских хотят вас видеть.

– Дайте мне шестьдесят секунд, а потом впустите их, – сказал он.

– Хорошо, сэр.

Человек повесил трубку. Несколько секунд он неподвижно сидел за столом. Потом, кинув взгляд на фотографию, поднялся со стула. Ему было чуть больше шестидесяти, но двигался он без усилий, как двадцатилетний юноша. Он повернулся и посмотрел на себя в маленькое зеркало, висевшее на стене за столом. На него смотрело крупное тяжелое лицо с голубыми глазами, выступающим подбородком и римским носом. Хотя галстук был повязан идеально, человек поправил его. Затем повернулся к дверям своего кабинета.

В этот момент дверь открылась, и секретарша впустила двух человек.

Барбо посмотрел на каждого из них по очереди. Один был высок, со светло-каштановыми волосами, чуть растрепанными ветром. Он двигался уверенно, с прирожденной грацией спортсмена. Другой был ниже и темнее. Он посмотрел на Барбо ничего не выражающим взглядом.

– Джон Барбо? – спросил высокий.

Барбо кивнул.

– Лейтенант Питер Энглер, нью-йоркская полиция, а это мой коллега, сержант Слейд.

Барбо пожал по очереди протянутые руки и вернулся на свое место за столом.

– Прошу садиться. Кофе, чай?

– Нет, спасибо. – Энглер сел на стул перед столом, Слейд последовал его примеру. – У вас здесь настоящая крепость, мистер Барбо.

Барбо улыбнулся:

– Ну, главным образом это для виду. Фирма – частный подрядчик Министерства обороны. Я обнаружил, что выгодно иметь соответствующий вид.

– Простите мое любопытство, но зачем строить такое мощное предприятие у черта на куличках?

– А почему бы и нет? – ответил вопросом Барбо. Не дождавшись реакции от Энглера, он добавил: – Мои родители прежде приезжали сюда каждое лето. Мне нравится район озера Шрун.

– Понятно. – Энглер положил ногу на ногу. – Здесь у вас очень красиво.

Барбо снова кивнул:

– А кроме того, земля здесь дешевая. «Ред Маунтин» владеет более чем тысячей акров для обучения, моделирования военных действий, испытания боеприпасов и тому подобного. – Он помолчал. – Итак, джентльмены, что привело вас на север штата?

– Откровенно говоря, «Ред Маунтин». По крайней мере, отчасти.

Барбо удивленно нахмурился:

– Правда? Какой интерес может быть у нью-йоркской полиции к моей компании?

– Скажите, чем конкретно занимается «Ред Маунтин индастриз»? – спросил Энглер. – Я попытался посмотреть по Интернету, но ваш официальный сайт очень короткий и совсем неинформативный.

На лице Барбо сохранялось удивленное выражение.

– Мы обеспечиваем подготовку и поддержку правоохранительных органов, служб безопасности и армии. Кроме того, мы разрабатываем новые системы вооружений, а также самые передовые тактические и стратегические теории.

– Понятно. Эти теории распространяются на борьбу с терроризмом?

– Да.

– Вы обеспечиваете не только полевую, но и операционную поддержку?

Барбо ответил, немного помедлив:

– Иногда – да. Так чем я могу быть вам полезен?

– Сейчас я скажу, если вы позволите мне задать еще один-два вопроса. Насколько я понимаю, самым крупным вашим заказчиком является правительство?

– Да, – ответил Барбо.

– И значит, справедливо будет предположить, что сохранение вашей репутации военного подрядчика для вас очень важно? Я имею в виду все эти наблюдательные комиссии конгресса и всякое такое.

– Для меня это имеет огромную важность, – ответил Барбо.

– Разумеется. – Энглер скинул одну ногу с другой и подался вперед. – Мистер Барбо, мы приехали к вам, потому что обнаружили свидетельство одной проблемы внутри вашей организации.

Барбо насторожился:

– Прошу прощения? Какой проблемы?

– Подробности нам неизвестны. Однако мы полагаем, что есть некая персона или персоны – возможно, небольшая группа, но, вероятнее всего, это одиночка, – которые незаконно пользуется ресурсами «Ред Маунтин» и участвуют в нелегальной деятельности. Скорее всего, в продаже оружия частным подразделениям и подготовке наемников.

– Но такого просто не может быть. Мы самым тщательным образом проверяем новых работников, всесторонне изучаем их прошлое в пределах наших возможностей. А все постоянные работники регулярно проходят проверку на детекторе лжи.

– Я понимаю, вам трудно с этим согласиться, – сказал Энглер. – Тем не менее наше расследование привело нас к такому выводу.

Барбо немного подумал и наконец сказал:

– Естественно, джентльмены, в моих интересах помочь вам. Но мы ведем дела настолько добросовестно и осторожно, а иначе в нашем бизнесе нельзя, что я не представляю, как возможно то, о чем вы говорите.

Энглер обдумал свои аргументы:

– Позвольте представить это в несколько ином свете. Если мы правы, то согласились бы вы с тем, что – независимо от деталей – это сделало бы «Ред Маунтин» весьма уязвимым предприятием?

Барбо кивнул:

– Да. Да, сделало бы.

– И если бы так оно и было и такие известия просочились бы в прессу… вы представляете себе, каковы были бы последствия?

Барбо опять задумался. Потом медленно выдохнул.

– Видите ли… – начал он, но тут же замолчал. Встал и обошел стол. Посмотрел сначала на Энглера, потом на сержанта Слейда, который все это время хранил молчание, не встревая в разговор начальника. – Видите ли, я думаю, мы должны поговорить об этом где-нибудь в другом месте. Если я чему-то и научился в жизни, так это тому, что даже у стен есть уши. И даже в таком приватном кабинете, как мой.

Он вышел в приемную, а оттуда в коридор и к лифтам. Нажал кнопку «Вниз», и тут же зашуршали, открываясь, ближайшие двери. Барбо пропустил вперед двух полицейских, вошел сам и нажал кнопку В3.

– В-три? – спросил Энглер.

– Третий подземный уровень. У нас там внизу есть несколько испытательных полигонов. Они звуконепроницаемые и во всех отношениях надежные. Там мы сможем поговорить свободно.

Лифт опустился на самый нижний уровень, двери открылись в длинный бетонный коридор, погруженный в малиновое сияние из-за освещавших его красных ламп в металлической оплетке. Барбо вышел из лифта и прошел по коридору мимо нескольких дверей из толстого стального листа. Наконец он остановился у двери с табличкой «ПОЛИГ-Д», открыл ее, щелкнул по ряду выключателей тыльной стороной ладони, убедился, что здесь никого нет, и пригласил двух полицейских войти.

Лейтенант Энглер обвел взглядом стены, пол и потолок, отделанные каким-то черным вулканизированным изолирующим материалом.

– Это нечто среднее между залом для игры в сквош и камерой для заключенных, склонных к самоубийству.

– Как я уже сказал, здесь нас никто не услышит. – Барбо закрыл дверь и повернулся к полицейским. – Меня очень беспокоит то, что вы говорите, лейтенант. Но я настроен на самое тесное сотрудничество с вами.

– Я в вас не сомневался, – ответил Энглер. – Сержант Слейд проверил вашу биографию, и мы уверены, что вы из тех людей, которые живут, согласуясь с законом.

– В чем именно нужна моя помощь? – спросил Барбо.

– Проведите частное расследование. Помогите нам выявить этого агента или агентов. Мистер Барбо, суть в том, что мы не заинтересованы в преследовании «Ред Маунтин». Мы вышли на вас окольным путем, расследуя одно убийство. Мой интерес – в разоблачении потенциального подозреваемого, причастного к этому убийству. Мы полагаем, что он может быть связан с коррумпированными проходимцами, затесавшимися в вашу фирму.

Барбо нахмурился:

– И кто же этот подозреваемый?

– Один агент ФБР, которого я пока не стану называть. Но если вы будете с нами сотрудничать, я позабочусь о том, чтобы название «Ред Маунтин» не было упомянуто в деле. Я отправлю агента ФБР под суд, а вы избавитесь от гнилого яблока в вашей фирме.

– Коррумпированный агент ФБР, – сказал Барбо себе под нос. – Занятно. – Он посмотрел на Энглера. – И это все, что вы знаете? У вас больше нет никакой информации об этом гнилом яблоке в моей компании?

– Никакой. Поэтому-то мы и обратились к вам.

– Понятно. – Барбо перевел взгляд на сержанта Слейда. – Можешь застрелить его прямо сейчас.

Лейтенант Энглер моргнул, словно пытаясь понять эту абракадабру. Он повернул голову к своему коллеге, но Слейд уже извлек пистолет из кобуры. Он спокойно поднял его и два раза быстро выстрелил в голову Энглера. Голова лейтенанта откинулась назад, тело рухнуло на пол, и секунду спустя над ним поднялось легкое облачко из крови и серого мозгового вещества.

Звук выстрелов был эффективно приглушен звуконепроницаемыми стенами помещения. Слейд, убирая пистолет, посмотрел на Барбо:

– Почему вы позволили ему зайти так далеко?

– Я хотел знать, что ему известно.

– Я бы и так вам сказал.

– Ты хорошо поработал, Лумис, и получишь соответствующее вознаграждение.

– Надеюсь. Те пятьдесят тысяч в год, что вы платили мне раньше, не соответствуют моим усилиям. Вы даже не представляете, сколько ниточек мне пришлось подергать, чтобы дело Альбана Пендергаста было передано Энглеру.

– Не думай, что я не ценю тебя, мой друг. Но теперь у нас есть неотложные дела. – Барбо подошел к телефону на стене у двери, снял трубку и набрал номер. – Ричард? Это Барбо. Я на испытательном полигоне Д. Тут у нас черт знает что. Пожалуйста, пришли кого-нибудь из хозяйственной службы прибраться. А потом собери специальную команду. Заседание в час дня в моем личном конференц-зале. У нас изменились приоритеты.

Он повесил трубку и осторожно переступил через тело, лежащее в быстро увеличивающейся луже крови.

– Сержант, – сказал он, – постарайся, чтобы тебе на подошвы ничего этого не попало.

51

Констанс Грин стояла перед большим книжным шкафом в библиотеке на Риверсайд-драйв, 891. Огонь в камине угасал, свет был притушен, и дом погрузился в тишину. Тихие звуки из спальни наверху, такие бесконечно тревожные, наконец смолкли. Но волнение в мыслях Констанс не утихало. Доктор Стоун все настоятельнее требовал, чтобы Пендергаста поместили в больницу, в отделение интенсивной терапии. Констанс запретила делать это. После посещения клиники в Женеве ей стало ясно, что больница может лишь ускорить конец.

Она прикоснулась к маленькой ампуле цианистого калия во внутреннем кармане платья. Если Пендергаст умрет, эта ампула станет ее персональным страховым полисом. В жизни они никогда не были вместе, но, возможно, после смерти их прах будет перемешан.

Но Пендергаст не должен умереть. От его болезни наверняка есть лекарство. Оно хранится где-то в заброшенных лабораториях и пыльных папках в хаосе подвальных помещений особняка на Риверсайд-драйв. Длительное изучение семейной истории Пендергастов, а в особенности истории Езекии Пендергаста, убедило Констанс в этом.

«Если мой предок Езекия, чья жена умирала от эликсира, не смог найти противоядия, то как его могу найти я?» – сказал ей Пендергаст.

И в самом деле, как?

Констанс сняла с полки тяжелый том. Когда она сделала это, раздался приглушенный щелчок, и два соседних шкафа бесшумно развернулись на смазанных маслом петлях, открывая медную решетку старомодного лифта. Констанс вошла в лифт, закрыла решетку и повернула медный рычаг. Старинная машина задребезжала и стала спускаться. Несколько секунд спустя кабина дернулась и остановилась, Констанс вышла в темную комнату. В ноздри ей ударил слабый запах аммиака, пыли и плесени. Это был знакомый запах. Она хорошо знала подвал – настолько хорошо, что ей почти не требовалось света, чтобы перемещаться здесь. Подвал в буквальном смысле был для нее вторым домом.

И все же Констанс вынула из держателя на стене электрический фонарик и включила его. Она пошла по лабиринту коридоров, которые привели ее к старой двери, покрытой слоем патины. За дверью находилась заброшенная операционная. В луче фонарика сверкнула металлическая каталка, рядом обнаружились подставка для капельницы, окутанная паутиной, луковицеобразный аппарат ЭКГ и поднос из нержавеющей стали со всевозможными хирургическими инструментами. Констанс подошла к дальней оштукатуренной стене. Быстро нажала на каменную панель, и часть стены ушла внутрь. Констанс вошла в проем, осветив фонариком винтовую лестницу, вырезанную в скальной породе Верхнего Манхэттена.

Она спустилась по лестнице в нижний подвал особняка. Внизу лестница выходила в длинный сводчатый проход с земляным полом. Выложенная кирпичом дорожка уходила далеко вперед через кажущийся бесконечным ряд помещений. Констанс пошла по этой дорожке, минуя кладовки, ниши, склепы. Луч ее фонарика высвечивал бесконечные ряды шкафов, заполненных бутылками с химикалиями всех цветов и оттенков, сверкающими, как драгоценные камни на свету. Это были остатки коллекции, которую собрал Антуан Пендергаст, известный широкой публике под псевдонимом Енох Ленг, – двоюродный прадедушка агента Пендергаста и один из сыновей Езекии Пендергаста.

Химия была семейным увлечением.

Жена Езекии, которую тоже звали Констанс («Странное совпадение, – подумала Констанс. – А может, и не странное»), умерла от эликсира, изобретенного ее мужем. Судя по семейным преданиям, в эти последние отчаянные недели ее жизни Езекия наконец осознал, что представляет собой его чудодейственное медицинское средство. Когда его жена умерла в ужасных мучениях, он покончил с собой и был похоронен в оцинкованном семейном склепе в Новом Орлеане, под старым семейным домом, известным как особняк Рошнуар. После того как толпа сожгла Рошнуар, склеп этот был навсегда закрыт и теперь находился под асфальтом автомобильной парковки.

Что случилось после этого с лабораторией Езекии, его химическими составами и записями? Погибли ли они в огне? Или же его сын Антуан унаследовал все, что было связано с химическими изысканиями отца, и вывез наследство в город Нью-Йорк? Если да, то эти вещи и документы находятся здесь, в заброшенных лабораториях нижнего подвала. Три других сына Езекии не интересовались химией. Комсток стал фокусником и приобрел на этом поприще некоторую известность. Боэций, прадед Пендергаста, стал путешественником и археологом. Констанс так и не удалось выяснить, чего добился Морис, четвертый брат; она узнала только, что он рано умер от алкоголизма.

Если после Езекии остались записки, лабораторное оборудование или препараты, то Антуан (или доктор Енох, как предпочитала думать о нем Констанс) был единственным, кто мог проявить к ним интерес. А если так, то, возможно, в этом подвале находятся какие-то наметки формулы Езекии для его эликсира-убийцы.

Сначала формула, потом противоядие. И все это нужно успеть, прежде чем Пендергаст умрет.

Миновав несколько камер, Констанс прошла под аркой в романском стиле, украшенной выцветшим гобеленом, и оказалась в комнате, где царил настоящий хаос. Полки были перевернуты, бутылки разбиты, их содержимое вытекло на пол, – результат столкновения, которое произошло здесь полтора года назад. Они с Проктором пытались навести порядок в подвале, и это было одно из последних помещений, ожидавших восстановления. На полу валялась разоренная энтомологическая коллекция Антуана, разбитые пузырьки с сушеными осиными брюшками, крыльями стрекоз, переливчатыми грудными секциями жуков и засохшими пауками.

Констанс прошла через следующую арку в помещение, наполненное чучелами птиц отряда воробьиных, а оттуда – в самую необычную часть нижнего подвала: собранную Антуаном коллекцию всякой всячины. Здесь были чемоданы, набитые такими странными предметами, как парики, дверные ручки, корсеты, китовый ус, туфли, зонтики, прогулочные трости, а также экзотическое оружие – аркебузы, пики, шестоперы, бердыши, секиры, копья, бомбарды и боевые молоты. Кроме того, здесь находилось старинное медицинское оборудование, в том числе и ветеринарное, часть его в свое время, по-видимому, интенсивно использовалась. За всем этим причудливым образом следовала коллекция оружия, военной формы и всевозможного оборудования времен Первой мировой войны. Констанс немного задержалась здесь, не без интереса осмотрев медицинскую и военную коллекции.

Дальше шли пыточные приспособления: медные быки, дыбы, пальцевые тиски, «железные девы», и самое отвратительное из всех – «груша страданий». В середине комнаты стояла плаха, рядом лежали топор, кусок свернувшейся человеческой кожи и клок волос – свидетельства некоего страшного события, произошедшего здесь пять лет назад, приблизительно в то время, когда агент Пендергаст стал ее опекуном. Констанс окинула все эти устройства бесстрастным взглядом. Ее не особенно волновали свидетельства необыкновенной человеческой жестокости. Напротив, все это лишь подтверждало, что ее мнение о человечестве было правильным и не требовало пересмотра.

Наконец она оказалась в том помещении, ради которого и спустилась сюда: в химической лаборатории Антуана. Она распахнула дверь, и ее взгляду предстали ряды всевозможной стеклянной посуды, цилиндрическое дистилляционное оборудование, титрационные комплекты и другое оборудование конца XIX – начала XX века. Много лет назад она проводила здесь немало времени, помогая своему первому опекуну. Тогда она не видела ничего, что было бы полезно ей сейчас. Однако она была уверена, что если Антуан унаследовал что-то от своего отца, то искать нужно здесь.

Констанс поставила электрический фонарь на стол со сланцевой столешницей и огляделась. Она решила, что начнет поиски с дальнего угла.

На длинных столах стояли химические приборы, по большей части покрытые густым слоем пыли. Она быстро просмотрела содержимое ящиков, нашла много записей и старых газет, но все они относились ко времени после смерти Езекии и были посвящены собственным уникальным изысканиям Антуана, связанным главным образом с кислотами и нейротоксинами. Не найдя ничего в ящиках, Констанс начала просматривать содержимое старинных дубовых шкафов, стоящих вдоль стен и все еще наполненных химикалиями за рифленым стеклом дверец. Она внимательно просмотрела бутылочки, флаконы, ампулы и баллоны, но на всех были этикетки с аккуратным каллиграфическим почерком Антуана – и ничего с колючим, неровным почерком Езекии, который она помнила по предыдущим своим разысканиям.

Закончив осмотр содержимого шкафов, Констанс начала проверять их верх, дверцы, ящики, днища, петли – не обнаружится ли где потайного отделения. И почти сразу же нашла таковое: большое пространство за ящиком в одном из столов со сланцевой столешницей.

Ей потребовалось несколько минут, чтобы отыскать пружинный запорный механизм и отпереть его. Внутри потайного отделения стояла большая бутыль, наполненная жидкостью. К бутыли была приклеена этикетка с надписью:

Трифлатная кислота

CF3SO3H

Сентябрь 1940

Бутыль была закрыта с подстраховкой: стеклянную пробку слегка оплавили на огне, и, вставленная в горлышко, она намертво соединилась со стеклом бутыли. 1940 год – слишком далеко от Езекии. Но почему бутыль была спрятана? Констанс сделал себе заметку на память разузнать об этой кислоте, о которой она никогда не слышала.

Закрыв тайник, она продолжила поиски.

Первоначальный осмотр лаборатории не принес никаких результатов. Здесь требовались более тщательные поиски.

Констанс огляделась, освещая все вокруг фонариком, и заметила, что один из шкафов прикреплен к камню анкерными болтами, которые когда-то в далеком прошлом явно вынимались, а потом вставлялись заново.

С помощью металлической полоски она вытащила один за другим все болты, без особого труда выходившие из потрескавшегося камня. Наконец шкаф удалось отодвинуть от стены. За ним обнаружился старинный кожаный саквояж, заплесневелый и изъеденный насекомыми.

С такими саквояжами, вероятно, ходили в старину коммивояжеры, торговавшие медицинскими средствами. Констанс взяла саквояж, перевернула и увидела на нем остатки изысканного викторианского золотого тиснения, образующего большой рисунок, плотно испещренный сложными узорами, переплетающимися ветками, листьями и цветами. Она едва разобрала буквы:

СОСТАВ ЭЛИКСИРА И ВОССТАНОВИТЕЛЯ ЖЕЛЕЗ ЕЗЕКИИ

Отодвинув в сторону стеклянную посуду, она положила саквояж на стол и попыталась его открыть. Он был заперт. Но от легкого рывка старые петли сломались.

Саквояж был пуст, если не считать засохшей мыши.

Констанс вытащила мышь, подняла саквояж, перевернула его и осмотрела снизу. Ничего, ни клапанов, ни швов. Она снова перевернула саквояж, задумалась, прикинула на вес.

Там явно было спрятано что-то тяжелое под ложным дном. Взмах ножа вдоль основания саквояжа – и перед ней открылось потайное отделение, куда была засунута старая кожаная записная книжка. Констанс осторожно вытащила ее и раскрыла на первой странице, испещренной неровным, колючим почерком.

Она просмотрела эту страницу, потом быстро перелистала книжку до конца. И начала читать о другой женщине по имени Констанс, известной в семье под уменьшительным именем Станца…

Страницы книги >> Предыдущая | 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 | Следующая

Правообладателям!

Представленный фрагмент произведения размещен по согласованию с распространителем легального контента ООО "ЛитРес" (не более 20% исходного текста). Если вы считаете, что размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.

Читателям!

Оплатили, но не знаете что делать дальше?


  • 0 Оценок: 0
Популярные книги за неделю

Рекомендации