Текст книги "Последние записки красивых девушек"
![](/books_files/covers/thumbs_240/poslednie-zapiski-krasivyh-devushek-116076.jpg)
Автор книги: Линн Уэйнгартен
Жанр: Триллеры, Боевики
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 3 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]
Глава 8
Солнце еще не встало, а я уже сижу на парковке старшей школы Брайсон. Спать я не ложилась. Пять часов провела за рулем и все думала о Делии. Прямо как во время каникул, когда я была одна-одинешенька, только на этот раз меня преследовали кошмарные картинки, и прогнать их сил не было. Закрываю глаза и вижу обугленный сарайчик. Делаю вдох и чувствую этот жуткий запах. Тогда я включаю радио на полную громкость и начинаю петь. Орать во всю глотку. Только так удается сдержать слезы.
Сижу, закутанная в куртку и шарф, смотрю, как небо из черного становится серым, а потом ясным, холодного голубого цвета. В семь двадцать вылезаю из машины и иду к входу в школу – ждать учеников. Будь это обычный день, я в такой ситуации была бы вся на нервах. Как правило, для меня общаться с незнакомыми людьми, о чем-то их расспрашивать – сущий ужас. Но как выяснилось, есть вещи куда страшнее.
Наконец народ начинает подтягиваться – две высокие девчонки в уггах и куртках-«бушлатах», парень-коротышка с большущим рюкзаком, три здоровяка в футбольных куртках.
Не знаю точно, кого я тут ищу, ведь вчера никого толком не разглядела, но друзей Делии трудно не заметить.
Появляется брюнетка в черном, с короткой стрижкой. Подхожу к ней и напрямик спрашиваю:
– Ты знала Делию Коул?
– Кого? – Девушка наклоняет голову вбок и морщит лоб. Смущенно улыбается. Спрашиваю еще раз. Она качает головой.
Спрашиваю у парня со скейтом и двух девчонок, закутанных в один длиннющий шарф, у парнишки с ирокезом и еще человек у десяти. Пока в ответ одни «нет», но это ничего не значит: те, кто ее знает, где-то рядом, и я не уйду, пока не найду их.
Приближаются еще трое парней. Двое высокие и долговязые, третий пониже и покрепче; одеты в черное, зеленое и серое. Во мне что-то екает.
Прохожу мимо и оказываюсь у них за спинами. Они меня не замечают. Подслушиваю разговор.
– … явиться в суд, – говорит один из них.
– Даже не верится, что ты сегодня пришел.
– В два ночи мать забрала меня под залог. А в шесть разбудила и отправила на занятия.
– Жесть.
– А то. – Тяжкий вздох. – Спасибо, что сбежал.
– Но ведь ты сам сдуру отдал им водку. Ты что, думал, они тебе коктейль с мартини предложат?
Это те парни, что были вчера у водохранилища.
Ускоряю шаг, догоняю их и говорю:
– Привет.
Они оборачиваются. Один из них чуть улыбается, окидывает меня быстрым взглядом, как это делают парни. Ветер треплет мои волосы. Никогда не была о себе высокого мнения: среднего роста, вроде как фигуристая, глаза как глаза, нос как нос, светло-русые прямые волосы до плеч.
Делия всегда уверяла меня, что я намного привлекательнее, чем могу себе представить. «Остальные видят в тебе то, что ты сама не видишь», – обычно говорила она. В этом вся Делия: она бы сказала так в любом случае, да и на самом деле так считала, потому что хорошо ко мне относилась. Хотя, может, эти парни действительно что-то такое видят – судя по тому, как смотрят и улыбаются. Им приятно, что я рядом, пока не открываю рот:
– Вы друзья Делии. – И тут же выражение их лиц меняется.
Они замедляют шаг. Может, вспомнили, что вчера именно я приставала к ним с вопросами, на которые никто не захотел ответить. Иду рядом с ними.
– Я вчера вас видела.
– Ну и что дальше? – спрашивает самый высокий. Останавливается и смотрит на меня в упор.
Темные волосы собраны на затылке в хвост, гладкие скулы, волевой подбородок и полные губы. Вблизи улавливаю слабый запах вчерашнего спиртного. Вспоминаю, как они там пили и смеялись.
– Тиггер? – спрашиваю я с надеждой, вдруг он один из них.
Все трое напряженно молчат, а потом Хвост спрашивает:
– Что это было?
– Мне нужен Тиггер, – отвечаю я, выдержав паузу.
– Усатый полосатый? – медленно тянет парень. – Прыг-прыг-прыг?
– Загляни к Винни-Пуху, – с ухмылкой советует другой. Вид у него неопрятный, на лице щетина, черная трикотажная шапка натянута до бровей.
С трудом сдерживаюсь и улыбаюсь в ответ.
– Нет, я ищу человека по имени Тиггер. Думала, вдруг вы его знаете.
Хвост и Щетина переглядываются.
– Нет, не знаем, – говорит Щетина. Но он врет. Голос хрипловатый и низкий. Это он вчера шутил, мол, Делия бедовая.
Чувствую, как потеют ладони. И тут меня озаряет.
– Просто мне нужен контакт, – говорю я. – Раньше с ним всегда общалась Делия. И теперь я не знаю, к кому мне обратиться. Мне нужно немного… – Я замолкаю. – Помогите, пожалуйста.
Все трое настороженно смотрят на меня.
Лезу в карман: у меня там двадцатка на всякий пожарный. Достаю сложенную купюру и со смущенным видом протягиваю.
– Это вам, за хлопоты.
Хвост и Щетина быстро переглядываются. Я понимаю – это был неверный ход. Они еще больше насторожились.
– Извини, ничем не можем помочь. – Щетина и Хвост разворачиваются и идут к колледжу.
А тот, что пониже ростом, медлит. Он крепче, чем те двое, и лицо у него мягче, более юное. Может, чувствует по моему голосу, как мне плохо. А может, ему нужны деньги. Он оборачивается на своих друзей, те замечают, что его нет рядом, и останавливаются неподалеку. Стоят и смотрят на нас. Парень протягивает руку и берет деньги.
– Послушай, – понизив голос, говорит он, лезет в свой черный брезентовый рюкзак и достает обгрызенный карандаш и зеленый блокнотик. На обложке пушистый цыпленок под зонтиком. Открывает блокнот и что-то пишет. – Сегодня у Тига дома вечеринка. Там можно достать то, что тебе нужно. – Он смотрит мне прямо в глаза. – Только лучше Делию не упоминай.
Я замедляю дыхание, стараюсь скрыть дрожь в голосе.
– Почему?
– Они не всегда были в хороших отношениях.
– А Делия никогда не говорила, что…
Парень пожимает плечами.
– Не знаю толком, что стряслось. Может, она у него кое-что стащила? Короче, если ты о ней заговоришь, он может заломить цену. Такой он чувачок.
– Спасибо за совет.
– Только Тигу об этом ни слова. И о том, от кого узнала о вечеринке, тоже.
– Договорились. – И добавляю: – Да я тебя знать не знаю.
Он протягивает мне сложенный листок, и я замечаю у него на запястье, там, где носят часы, татуировку. Что-то знакомое. Ну конечно, я видела этот символ в ту давнюю ночь на водохранилище – знак бесконечности. Тогда ее только что накололи, я заметила рисунок при свете костра. Помню, как была испугана, только тот давний страх и сравнить нельзя с тем, что испытываю сейчас. Щеки у меня краснеют. Поднимаю глаза и встречаю его взгляд.
– Да, – говорит Бесконечность, глядя мне прямо в глаза, и чуть заметно улыбается. Неужели он меня тоже узнал? – Похоже, ты меня и впрямь не знаешь.
Быстро разворачиваю листок с адресом: Парк Пайнгроув-Индастриал, строение 7. И моя сложенная двадцатка.
Опять поднимаю глаза. Он все так же на меня смотрит.
– Это в районе Мактин, прямо у реки.
– Спасибо.
Бесконечность пожимает плечами.
– Удачи. – Он поворачивается и бросает через плечо: – Ты там поаккуратнее. Тиг… довольно скользкий тип.
– Разберусь, – отвечаю я, хотя в глубине души у меня на этот счет большие сомнения.
Он машет мне рукой, стараясь сделать это так, чтобы его друзья не заметили, и идет к ним, а я по длинной замерзшей дорожке возвращаюсь к своей машине.
Черт, во что же вляпалась Делия?
Глава 9
2 года, 4 месяца и 17 дней назад
Делия и Джун лежали в траве, переплетя пальцы, и смотрели в безбрежное безоблачное небо.
– Представь, что ты там летишь, – сказала Делия голосом мечтательным и печальным, какой бывал у нее только, если она выпила. А сейчас дело обстояло именно так. – Если мне представится возможность полететь в космос, – вздохнула Делия, – я обязательно полечу.
Джун рассмеялась и закрыла глаза. Ей даже смотреть в небо расхотелось.
– Я серьезно. Полетела бы сразу же. Здесь внизу все так бессмысленно…
В отличие от подруги Джун не пила. Она чувствовала себя трезвой, как и всегда. Ей казалась неприятной сама мысль о безграничной пустоте над головой, вокруг, везде.
– …а там пока что ничего плохого не происходит, – продолжила Делия. – Там все новехонькое. – Она сделала глубокий вдох, словно хотела вдохнуть небо. – Ну а если я полечу, то и ты со мной тоже.
И Джун, сама того не желая, тоже вдохнула. Ей почудилось, как будто на вдохе в ее тело проникли чувства Делии.
А когда Джун снова открыла глаза, увидела только черный бархат неба и безграничные возможности. И это было прекрасно.
Глава 10
Снова вечер, и я одна, еду по пыльным улочкам Мактина, где никогда еще не бывала. Странное безлюдное место с промышленными зданиями, по большей части заброшенными.
Заезжаю на парковку. Передо мной большой старый кирпичный дом. Смахивает на тюрьму. Страх, который я изо всех сил пытаюсь подавить, поднимается вновь. Может, это совсем не то место, и Бесконечность меня попросту разыграл. Я могу за себя постоять, я не дура. Может, надо было попросить Райана поехать со мной. Или хотя бы сказать ему, куда еду.
Впрочем, я не могла так поступить. Вылезаю из машины и убеждаю себя в том, что говорить с Райаном бессмысленно – он бы стал волноваться, вот и все. Днем я начала было разговор о том, что, возможно, в смерти Делии виновен кто-то другой. Райан покачал головой, нахмурив брови.
– Все это очень и очень прискорбно, – сказал он, – но вовсе не значит, что в этом есть какая-то тайна. – Он нежно дотронулся ладонью до моей щеки и говорил так, словно обращаться со мной нужно как с хрустальной вазой. Никогда еще Райан не разговаривал таким тоном, и я даже смутилась. Для него я сильная. Ему это нравится. И мне тоже. – Делия всегда была странной, жизнь у нее была такая же. Именно поэтому ты перестала с ней дружить. Ты сама так сказала.
Он прав, я так говорила. Может, в тот момент даже так и думала. Только это не вся правда.
Больше эту тему мы не поднимали. Пожалуй, даже хорошо, что я одна, да, это сейчас мне на руку. Я кажусь безобидной. Не представляю угрозы. И по этой причине мне порой говорят то, о чем и не собирались.
Может, скажут и сегодня.
Вот я стою у двери, подпертой кирпичом. Захожу в подъезд. Длинный коридор освещают голые лампочки. В конце коридора на перилах прилеплен кусок бумаги с надписью ХАОС ЭТО ТУДА и нарисована ярко-розовая стрелка наверх. Поднимаюсь все выше и выше, ноги гудят, пока не оказываюсь на последнем этаже. Там еще одна дверь. Сердце колотится в ушах, висках, горле.
Открываю дверь и вижу перед собой огромный зал.
Красотища такая, что даже жутко. Никогда ничего подобного не видела. Тут человек тридцать, хотя могли бы поместиться сотни. Потолок усеян маленькими белыми светильниками, а на бетонном полу повсюду кругами расставлены белые свечи в высоких подсвечниках. Струится неземная музыка, переворачивая мне всю душу. В воздухе пахнет штукатуркой и воском.
В одном углу разместилась современная кухня, сплошной белый лак и хром. Длинный стол заставлен рядами стеклянных бутылок, а вокруг него стоят люди и наливают себе напитки.
Направляюсь в ту сторону, но чувствую, как кто-то сзади берет меня за плечо. Поворачиваюсь. Мужчина в костюме с большой круглой головой и щербиной между двумя передними зубами.
– Назови пароль, – говорит он. Точнее, рычит.
Пароль?
– А я… мне… – лепечу я, лихорадочно соображая. – А мои подруги уже пришли. – Поворачиваю голову в сторону двух девушек, которые проходят мимо. Они на пару лет старше меня, обе в коротких нейлоновых платьях, на шпильках. А я по-прежнему в джинсах и свитере Делии. – Наверное, они забыли предупредить…
Парень качает головой.
– Без пароля никак нельзя. Прошу уйти.
Но я не могу уйти. И мысль, что кто-то пытается заставить меня это сделать, придает храбрости. «Ты вся из себя такая белая и пушистая, – сказала мне как-то Делия, – пока все идет по-твоему».
Я откашливаюсь.
– А можно повежливее? Меня ждет Тиг, и, если вы меня не пропустите, он будет…
Парень упирает руки в боки и сжимает челюсти. А потом вдруг… начинает хохотать, как будто только что услышал невероятно смешной анекдот.
– Да я просто пошутил, куколка. – Он смотрит мне прямо в глаза. Зрачки у него громадные. – Все дело в прикиде, верно? У меня в нем такой вид, будто я тут самый главный. – Он подмигивает и отступает в сторону. – Ни в чем себе не отказывай!
Сердце выпрыгивает из груди от радости, что я вошла. А через миг сковывает липкий страх, что попала сюда. Стискиваю зубы. Пора заняться делом.
Иду вперед. Кажется, здесь все прилично старше меня. Наряжены в какие-то карнавальные костюмы – накидки из цветной сетки, цилиндры, смокинги, крошечные платья с блестками. Делии бы наверняка понравилось. Может, она здесь бывала.
Я почти подошла к кухне. Народ наливает прозрачную жидкость из больших стеклянных бутылок в маленькие рюмки, подносит их к губам.
Оглядываю весь зал. Свободное пространство. Только белые скульптуры – трехметровые головы, танцовщица без рук, два переплетенных тела. В задней части зала целая стена из окон, выходящих на темные здания, а за ними холодная белая луна, словно тоже высеченная из камня.
– Это тоже мне? – раздается за спиной женский голос.
Оборачиваюсь. Рядом со мной стоят две девушки: одна высокая и худая, в огромном блестящем колье-ошейнике, другая пониже ростом, с зелеными стрелками на глазах. Ошейник достает маленький прозрачный пакет, вытаскивает две таблетки и протягивает одну Стрелке. Стрелка приподнимает идеально нарисованные брови.
– Тебе, – говорит Ошейник. – По его личному рецепту.
Обе кладут таблетки себе на кончик языка и проглатывают не запивая.
Я таращусь на пустой пакетик, как будто тоже очень хочу то, что в нем было.
– Привет, не подскажете, где Тиг?
Стрелка окидывает меня взглядом, потом кивает в сторону дальнего угла зала, где виднеется арка.
– Где же еще ему быть?
Усилием воли заставляю себя сделать глубокий вдох, а потом такой же глубокий выдох, и направляюсь в ту сторону. Прохожу мимо парочки, слившейся в медленном танце. Мимо трех хихикающих девиц.
Дошла.
Заглядываю в арку и вижу проход в другое помещение, намного меньше. В центре комнаты огромная старомодная кровать из темного дерева, покрытая темным же покрывалом. А посередине кровати сидит по-турецки парень в черной рубашке с закатанными рукавами.
Тиг.
На коленях у Тига девушка с длинными обесцвеченными волосами. Она наклоняется и прижимается губами к его губам. Я делаю шаг назад. Он поднимает глаза и уклоняется от поцелуя.
– Давай заходи, – велит он. Голос у него высокий, и я слышу его дыхание. Он поднимает руку и подзывает меня пальцем. Иду вперед.
Лицо у Тига худое, подсвеченное маленьким ночником из венецианского стекла на прикроватном столике. Голова гладко выбрита, щеки тоже. Сколько ему лет, понять невозможно.
Он сидит на своем ложе, поглаживая девицу по спине, словно кошку. Рубашка у него наполовину расстегнута. Над ключицей виднеются края татуировки.
– Чем могу помочь, Принцесса?
– Надеялась, вы поможете мне с контактами, – говорю я, и язык у меня присыхает к небу. Живот сводит от страха.
Тиг наклоняет голову набок.
– А что ты ищешь?
– Какие-нибудь… развлечения.
Тиг щурит глаза, а потом кривит рот:
– Я тебя не знаю. С кем ты здесь?
– Ни с кем.
Тиг облизывает губы и улыбается, но глаза у него колючие.
– Ну и какого хрена ты делаешь у меня дома?
Меня окатывает еще одна волна страха, но я выдерживаю его взгляд.
– Я пришла, потому что… – Потому что хочу знать, не ты ли убил мою подругу. – Потому что услышала, что здесь вечеринка.
– Ни хрена ты не слышала. – Он качает головой. – Выкладывай все или выметайся отсюда.
По моему позвоночнику словно пробегает электрический заряд. Я думаю про Бесконечность и о том, что ему пообещала, думаю о своей подруге, которой уже нет в живых, и теперь ей никто не может навредить. Думаю о том, что кто-то причинил ей зло. Сжимаю кулаки.
– Меня прислала Делия.
Тиг чуть заметно приподнимает бровь.
– Вот как, послание с того света. – Он шепчет что-то на ухо девице, которая сидит у него на коленях. Та слезает с кровати, приглаживает свою короткую белую юбочку и направляется к двери. Когда она выходит, улыбка стекает с его лица. – Хватит ездить мне по ушам. Чего тебе надо?
Может, дух Делии витает здесь: Делия ничуть бы не испугалась этого типа, и внезапно я понимаю, что тоже не боюсь.
– Хочу узнать, что она у тебя украла, – говорю я. На самом деле мне нужно, чтобы он разговорился.
– Так значит, она тебе об этом рассказала? – Тиг стискивает челюсти.
– Она много чего мне рассказывала.
– Значит, тебе много известно, куда больше, чем мне. – И тут в атмосфере комнаты будто что-то меняется.
– Что она взяла у тебя? И что ты сделал, чтобы вернуть это?
– Так-так-так. Выходит, ты пришла отомстить за свою несчастную покойную подружку? – Тиг корчит гримасу. – Как мило!
Внутри что-то взрывается. Открываю рот и чувствую, что меня несет:
– Я знаю, где ты живешь, и знаю, чем занимаешься. И если ты сделал что-то Делии…
– Да ты, никак, мне угрожаешь? – С глазами у него что-то странное. До меня доходит, что Тиг под кайфом, и, может, не от чего-то одного. – Очень глупо с твоей стороны.
Хочется развернуться и бежать. Выдыхаю через нос и не двигаюсь с места.
– Я не угрожаю, а констатирую факты.
– Ну, тогда и я тоже буду констатировать факты. Не надо совать нос в чужие дела. Однако у тебя есть яйца, а мне такие девчонки нравятся. – Он делает паузу. – Поэтому сделаю тебе одолжение и скажу кое-что про твою подругу. Она по самые ушки вляпалась в такое дерьмо, куда даже мне слабо соваться, уж поверь на слово. Но я ей ничего не сделал, раз уж тебе настолько интересно, что ты сюда приперлась. Она сказала, что это нужно для защиты – такой был у нее предлог.
– От кого ей надо было защищаться?
Тиг пожимает плечами и растягивает рот в улыбке.
– Судя по тому, что случилось, я бы сказал, от себя самой.
Он слезает с кровати и поднимается на ноги, высокий и жилистый. Открывает ящик столика и вытаскивает оттуда пузырек. Подходит ко мне, падая на ходу, спотыкаясь, поднимаясь и снова падая. Я отступаю к двери. Он хватает меня за запястье. Рука у него сильная и слишком горячая. Он втискивает мне что-то в руку и потом отпускает.
– Что это? – На ладони у меня маленькая белая таблетка.
– Вкусняшка. На прощание. Тебе пора валить с моей вечеринки.
Тиг стоит, уперев руки в узкие бедра. Понимаю: мне тут уже делать нечего. Больше он ничего не скажет.
Когда я возвращаюсь в зал, у меня внутри все дрожит. Ловлю на себе чей-то взгляд – брюнетка с короткой стрижкой. Кажется, я ее где-то видела. Она машет мне рукой.
– А теперь уходи, – повторяет Тиг. Оказывается, он стоит у меня за спиной. – В следующий раз я не буду таким любезным.
Роняю таблетку на бетонный пол и давлю подошвой ботинка. Я злюсь, нервы на пределе, меня тошнит от страха. Не могу понять, что сейчас было. Не понимаю, что думать и чему верить.
В дверях останавливаюсь и в последний раз смотрю в зал. Музыка уже другая. Все танцуют, размахивая руками над головой. Девушка в коротком золотистом платье ползает на четвереньках там, где я раздавила таблетку, и втягивает носом то, что от нее осталось.
Спускаюсь по лестнице, перепрыгивая через ступени. И чем ниже я спускаюсь, тем плотнее становится толпа тех, кто поднимается на вечеринку. Глаза мои застилает пелена, лица расплываются. Наверху врубают музыку на всю катушку.
Я пришла сюда, чтобы найти ответы, а вместо этого меня распирают новые вопросы. Хотя одну вещь теперь знаю точно: раз Делия думала, что ей нужна защита, значит, случившееся не стало для нее неожиданностью.
И значит, что бы ни произошло, она знала, что так будет.
Глава 11
5 лет, 3 месяца и 8 дней назад
Это потом Делия объяснит Джун, что найти лучшую подругу все равно, что найти настоящую любовь: как встретишь свою, сразу поймешь. Но когда в шестом классе, через две недели после начала учебного года, новенькая крутая девчонка Делия пригласила Джун к себе домой с ночевкой, та была сама не своя от радости, а может, еще и в шоке. Она думала, а вдруг Делия ошиблась и пригласила ее, приняв за кого-то другого. А может, дело в том, что Делия просто не успела обзавестись подругами покруче.
Джун очень страдала от одиночества. Выходные она проводила одна, читала и убирала в доме за матерью. Джун нравилась эта новая одноклассница в больших серьгах с бирюзой и широкой улыбкой. Нравилось, что у этой девчонки такой вид, будто ей все нипочем. Поэтому Джун сразу согласилась, хотя еще ни разу не гостила ни у кого с ночевкой и от одной мысли жутко нервничала.
В ту ночь отчим Делии работал допоздна, поэтому мать разрешила им заказать пиццу и колу и поужинать в комнате Делии.
– У моего отчима диабет, – сказала Делия, потягивая газировку. – Поэтому у нас дома бывает только диетическая газировка, а это просто отрава. Моя собственная мать хочет меня отравить.
Во время еды Делия не сидела, а расхаживала по комнате, показывая на предметы, точно экскурсовод в музее. Вот маленький зимний пейзаж (Делия откопала его в благотворительной лавке), вот пузырек из-под пилюль, который она позаимствовала у матери (Делия хранила в нем мятные пастилки), а вот вишневая веточка, которую она завязала узлом с помощью языка (у нее только один раз это вышло, и она хранила ее как доказательство). Джун никогда еще не видела комнаты, где было собрано столько занятных вещей. Казалось, Делия специально приглашала к себе подруг, чтобы показать им все свои сокровища.
В одиннадцатом часу пришел с работы отчим Делии и начал дурным голосом орать на ее мать за закрытой дверью спальни. Тогда Делия сказала, что пора смываться.
Она влезла на подоконник и спрыгнула в траву. Джун было страшно, но она последовала за ней. Девочки походили взад-вперед по улице. Засунули одуванчики в чужие почтовые ящики. Заглянули в окно к соседу (он старшеклассник и такой клевый!). Подглядели, как он раздевается, но парень занавесил окно, когда остался в одних трусах.
– Черт! Облом, – сказала Делия. А потом улыбнулась. – У меня есть идея.
И – Джун не могла поверить глазам – Делия завела руки за спину, расстегнула через рубашку свой лифчик, потом засунула руки в рубашку, повозилась – и вот уже лифчик снаружи у нее в пальцах. Джун таращилась на это действо во все глаза при свете из окон соседних домов. Черного цвета, на косточках. Настоящий бюстгальтер, потому что у Делии уже была настоящая классная грудь. Она убедила Джун сделать то же самое и научила, как снять лифчик, не снимая рубашки. Джун смутилась, потому что у нее никакой не бюстгальтер, а скорее, маленькая маечка. Но Делия этого даже не заметила.
– Ну и что теперь? – спросила Джун. У нее перехватило в горле и почему-то хотелось хихикать.
– А теперь мы пометим нашу территорию, – объяснила Делия.
Она схватила Джун за руку, крадучись повела к почтовому ящику соседа и запихнула в него оба лифчика.
– Ну вот, теперь у нас есть тайна, – сказала Делия.
Джун кивнула, как будто поняла. Хотя ничего она не поняла, пока Делия не продолжила:
– Раз у нас есть тайна, значит, мы настоящие подруги. Тайны нас связывают.
И у Джун закружилась голова от мысли, что Делия хочет быть с ней связанной.
Потом они тайком вернулись в дом через веранду. И хотя это было совсем не круто, Джун призналась Делии, что впервые в жизни сделала то, что делать не положено. Делия улыбнулась.
– Просто мы с тобой мало общались, – сказала она. – Придется над этим поработать.
Они на цыпочках поднялись наверх, и Делия заперла дверь спальни изнутри. Потом наклонилась и шепнула:
– Мой отчим тот еще придурок. Поэтому я на всякий случай запираюсь.
У Джун от страха екнуло сердце.
– На какой случай?
– Ну, если он попытается кое-что сделать.
– А он уже пытался?
Делия пожала плечами и покачала головой.
– Но если он вдруг вздумает…
Делия выдвинула ящик, покопалась в глубине и вытащила пружинный нож. Подняла его.
– Я смогу за себя постоять.
Джун приоткрыла рот от ужаса. Тогда новая подруга нажала на серебряную кнопочку на рукоятке, и вместо лезвия выскочила пластмассовая расческа. Джун не успела даже смутиться, как Делия расхохоталась. Смех у нее был задорный, радостный и заразительный. А главное – она смеялась не над Джун, она приглашала ее посмеяться над шуткой вместе.
– Видела бы ты свое лицо, – сказала Делия. – Ты так испугалась, я прямо офигела. – Она обняла Джун за плечи. – А отчим у меня на самом деле дерьмо. Знаешь, у нас вся семья дерьмовая. А у тебя как?
– У меня только мама, – сказала Джун. – Тоже дерьмо.
И потом по непонятной причине – может, Джун нравилось, как Делия смеется, а может, девочка не могла вспомнить, когда была такой откровенной, по-настоящему честной с другими, а может, за окном стояла ночь, а в это время труднее всего держать все в себе – Джун начала говорить. Говорила о том, как мамы по ночам не бывает дома, даже если она не работает; как та возвращается домой рано утром, обо все спотыкается, и от нее разит спиртным. Она говорила об отце, которого видела всего два раза. Рассказала, как мама упала и вывихнула запястье, споткнувшись о ранец Джун, и обвинила дочь, и та на самом деле чувствовала себя виноватой, но при этом не знала, что думать, – ведь от мамы пахло какой-то дрянью.
Джун говорила и говорила, слова лились изо рта, как вода из крана, который забыли закрыть. Наконец, когда сказала все, ей стало невыносимо стыдно, что она так открылась, а ведь они недавно познакомились. А вдруг Джун разрушила дружбу, которая только-только завязалась.
– Извини, – выдавила она. Щеки залило краской, и девочка возненавидела себя за беспомощность и слабость.
Но когда подняла глаза, увидела, что Делия, наклонив голову набок, пристально на нее смотрит. Судя по взгляду, рассказ Джун ей не наскучил, и она не считала новую подругу странной или чудаковатой. Просто улыбнулась такой улыбкой, которая придавала ей очень мудрый вид.
– Прикольно, у нас с тобой чумовые семейки, а мы получились такие классные, верно?
Джун почувствовала, как внутри у нее что-то поднимается. Мы.
Они почистили зубы и переоделись в пижамы. Делия принесла три стакана воды. «Если мне приснится пожар, понадобятся два», – сказала Делия, и они улеглись рядом в огромной кровати. Делия настояла на том, чтобы расчесать волосы Джун пружинной расческой – ведь у нее самой такие густые кудри, что зубцы у расчески сломаются, а она еще ни разу ею не пользовалась. И у Джун голова кружилась от радости и облегчения. Теперь, когда эта девочка с ней дружит, все будет хорошо. Больше она не будет одинокой. Теперь она не одна. Эта девочка изменит все.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?