Читать книгу "7Я. Атлантида"

– Хорошо, а как же мама? – не унималась Таня.

– Возьмем ее с собой! Я смогу перепрограммировать ее.

– Ты не сможешь! Мы имеем право сделать это только после того, когда нам всем исполнится семнадцать. То есть через полгода, – сказал Кирилл.

– Я постараюсь поговорить с ней. А вас я прошу просто довериться мне. Пожалуйста!

Мы немного помолчали.

Кирилл подъехал чуть ближе на своей коляске.

– Слушай, Макс. Я понимаю, что не смогу тебя отговорить. Знай, что я так же, как и ты уже давно хотел вырваться за пределы этого дома. Но я не могу бросить Таню здесь, – он повернулся в ее сторону. – Поэтому я пойду, если Таня пойдет.

Я с надеждой взглянул ей в глаза.

Она переминулась с ноги на ногу, сделала глубокий вдох и произнесла:

– Как ты уговоришь маму пойти с нами?

операция

К счастью, уговаривать никого не пришлось, потому что все решилось само собой. Еще на улице я подумал о том, что странно, почему это мама сидит в доме и никак не реагирует на непонятную ситуацию с Солусом. Но, когда мы зашли в дом, то нашли ее только у меня в комнате. Она сидела на моей кровати и сотрясалась от ужасных конвульсий, проходящих сквозь ее тело. Я увидел взломанную тумбу, в которой прятал свой шлем. Но прямо сейчас она была пуста, а чудо-технология находилась прямо у мамы на голове. Надо быть глупцом, чтобы не догадаться – конвульсии вызывал именно шлем.

Как ни странно, но это было идеальное время, чтобы перенастроить ее программу. Я молился про себя, чтобы она осталась жива. Хоть она и была андроидом, но приходилась нам матерью, которая воспитывала нас с пеленок. Поэтому я предупредил Таню и Кира не прикасаться к ней, а сам, вооружившись резиновыми перчатками, ринулся к вперед.

Первоначально я снял шлем и положил обратно в тумбу. Мама перестала трястись, но оставалась без сознания. Потом тут же расстегнул ее платье сзади и приложил руку к спине. Ничего не произошло. Сняв перчатку, я попробовал снова. На спине появилась надпись синими печатными буквами:

«Внимание! Вы были идентифицированы как несовершеннолетний сын Наставника модели „НС7“. Пожалуйста, отойдите на безопасное расстояние, иначе будете наказаны!»

Все понятно. Без совершеннолетия мне ее не перепрограммировать. Но я должен что-то сделать. Мы не можем бросить маму здесь одну!

– Несите нож! – приказал я брату и сестре. По праву старшинства они должны были меня послушаться. Таковы были порядки, так научила нас мама.

– Ты что, сдурел? Ты же можешь запросто ее сломать! – воскликнула Таня.

– Я читал об андроидах этой модели и знаю, где находится интерфейс управления. Быстро принеси нож, пока она не проснулась!

Таня издала протестующий стон и неохотно ринулась на кухню. Через несколько секунд она вернулась с огромным кухонным ножом.

– Только осторожно, прошу, – с этими словами она передала нож мне.

– Кир, держи ее!

Он подъехал к ней спереди и крепко ухватил за плечи. Я замахнулся и воткнул холодную сталь в спину своей матери-андроида. Таня вскрикнула. Мои руки вспотели, а страх ошибиться заставлял их немного подрагивать. Да, я читал об андроидах-наставниках, потому что планировал ее перепрограммировать, но я и подумать не мог, что это будет так жестко. Обстоятельства привели меня к этому моменту, и теперь я должен был резать спину своей мамы ножом, вместо того, чтобы просто прикоснуться ладонью. Тогда, если верить инструкциям, на спине открывалась автоматическая дверца, за которой и находился тот самый интерфейс управления. Но все это можно было сделать в том случае, когда всем троим детям исполнится семнадцать лет. А сейчас мне приходилось действовать подобным образом и действовать быстро, потому что если мать очнется, мы все будем наказаны.

Если вы подумали, что нож полностью вошел в спину, когда я совершил первый тык, вы ошиблись, потому что получилось только содрать небольшой кусочек кожи. Костная пластина была слишком крепкой для кухонного агрегата. Нужно было применить что-нибудь помощнее.

– Останьтесь с ней! Я быстро!

– Ты куда!?

Не было времени объяснять. Я спрыгнул с кровати и бегом ринулся в амбар, подсвечивая путь ручным фонариком. Солуса не было до сих пор.

В амбаре я схватил круговую пилу и побежал обратно. Меня не было буквально пару минут. Я включил вилку в розетку и метнулся к кровати.

– Кир, держи! – крикнул я.

Но Кир не мог, потому что на голове у него был шлем. Глаза закрыты, он блаженно улыбался.

– Вот черт! Таня, держи ты!

Таня в растерянности мягко обхватила мамины плечи. Не знаю, почему их всех так тянуло к этому шлему, но сейчас мне было не до этого.

– Держи крепче!

Таня всхлипнула. Ей было тяжело. Я прикоснулся к ее руке в знак поддержки и вспомнил, как она делала так же в глубинах моего разума. Вспышки воспоминаний захлестнули меня, а в сердце что-то зашевелилось. Мои глаза тоже стали влажными. Но сейчас нужно было сосредоточиться, и я стал смотреть мимо этих образов. И они прошли.

– Тань, все будет хорошо. Я аккуратно извлеку верхний пласт металла, а дальше сразу будет интерфейс. Когда я закончу, она вновь вернется к нам…

Она посмотрела мне в глаза, и ее лицо стало более решительным. Таня кивнула мне и обхватила маму крепче.

– Давай только быстро, – услышал я ее голос.

– Хорошо, – кивнул я и включил пилу.

Я умел ей пользоваться, поэтому у меня легко получилось извлечь кусок пласта. Под ним я увидел квадратный таблоид в виде сенсорного экрана. Благо, тут не требовался отпечаток ладони. Я вспомнил инструкцию, и через пять минут дело было сделано. На самом деле, вариантов перепрограммирования было достаточно много, но я просто смягчил интенсивность материнского инстинкта. Теперь с ней можно было поговорить, не боясь, что она будет слишком настойчивой в плане заботы о нас. Костный пласт я вернул на место, и он сам сросся с соседними костями, нарастив также и новую кожу. Не осталось ни единого следа от моего грубого вмешательства.

– Готово!

Таня с удивлением взглянула на меня.

– Все? Но почему она до сих пор без сознания?

– Я не знаю. Во всяком случае, внутренних повреждений нет. Возможно, шлем подействовал на нее как-то успокаивающе что ли. Нам остается только ждать и надеяться…

А потом мы обратили внимание на Кирилла, и теперь уже я вопросительно взглянул на Таню.

– Когда он успел? Меня не было всего пару минут!

Она пожала плечами.

– Я не знаю. Я так переволновалась за маму, что не заметила, как он его надел. А что теперь с ним будет? Это ведь тот самый шлем, да?

Я подошел к Киру и присел рядом.

– Когда я одевал его, то полностью оказывался в другом мире, поэтому…

– Макс? Это ты? – спросил Кирилл.

Таня подошла и взяла его за руку.

– Да, Кир, мы с Максом здесь. Ты в порядке? – спросила она.

– Превосходно! – улыбнулся он. – Здесь так восхитительно, просто дух захватывает!

– Ты что-нибудь видишь? – спросил я.

Я понял, что с братом все в порядке, он тоже наблюдал какой-то мир. Одновременно с этим я переживал, что все мое наблюдение за наследниками может пойти прахом. Ведь сначала шлем одела мама, но, видимо, он не был предназначен для андроида и включил какой-то защитный механизм. Это привело к ее усыплению, я надеюсь. А теперь шлем одел Кирилл…

– Да, конечно! Я парю в воздухе, будто птица! Воздух такой теплый и приятный и… оранжевый!

– Оранжевый?

Я понял, что, скорее всего, он находится где-то в Войлюбии на половине Венеры, ведь она излучала именно оранжевый свет. Я решил уточнить.

– Кир, а можешь посмотреть на небо. Что ты там видишь?

Он засмеялся от наслаждения, его тело подрагивало.

– Господи, как же тут прекрасно! Да, сбоку я вижу что-то вроде крыльев, но они будто бы металлические и сверкают желтыми молниями. Внизу пустыни, которые окружают сеть рек, а вдали вижу… да, это город! Очень высокие здания! Они выполнены в виде пирамид и не только! Вверху они будто бы соединяются с небесными строениями. О Боже, там есть что-то вроде лестницы куда-то вверх, словно в небесное царство! Как красиво…

Что-то странное, в Войлюбии я такого не видел.

– Кир, а посмотри, пожалуйста, выше! Что освещает ту землю, где ты сейчас находишься?

– Землю? Ах да! Сейчас, сейчас…, О Боги, ребята!

– Что!? Что ты видишь, Кир!? – воскликнули мы с Таней.

– Да это же Юпитер!

поверили

– Я на спутнике Юпитера, ведь так? Получается, здесь есть жизнь! И мы не одиноки во Вселенной! – радостно говорил Кир.

Я начинал понимать. Совершенно точно существуют светила Марс и Венера на территории Войлюбии, но я никогда не задумывался, что же дальше? За внешней ее границей? Ведь пантеон Богов, о которых рассказывают людям еще в школе, поистине велик. Это значит, что мир не ограничивается только лишь Гелиосом, Селиной, Аретасом и Афродитой. Тем более, если смотреть на последовательность планет Солнечной системы, то после Марса идет Юпитер, а потом Сатурн. Так неужели Кир оказался в мире, следующим за внешней границей Войлюбии? Тогда если следовать тому же правилу, тот мир освещают Юпитер и Сатурн!

– … а лестница ведет…, нет, этого не может быть, на спутнике такого невозможно! Подождите, сейчас я подлечу поближе…, как же круто летать ребята! Лестница ведет будто бы…, но это невозможно! – не мог согласиться он, будто бы внутри у него рушилась какая-то устоявшаяся парадигма.

– Произнеси это, брат, – я заранее понял, к чему он ведет.

– … лестница ведет… к красному пятну Юпитера? Но… что? Там ведь космос! Этого не может быть!

– Может, Кир, может. Просто Юпитер вращается вокруг той земли, являясь домом одного из Богов. И, кажется, он придумал хитроумный способ покидать свое светило…

– Но это же… подождите, что-то яркое летит прямо в меня! Мне это не нравится, я попробую увернуться… оно уже близко! Ахх…!

Внезапно он вздрогнул и открыл глаза.

– Что? Что произошло? – взволнованно спросила Таня, обнимая его за плечи.

Дыхание Кира участилось, он выглядел очень испуганно. Я тем временем аккуратно снял с него шлем.

– Я… я жив? – удивленно спросил он.

– Ну, конечно, жив! – сказала Таня, обнимая его.

– Там была какая-то энергия, вроде луча света. Она летела ко мне от города. Я попытался увернуться, но не успел. Тот луч коснулся меня, я испытал дикую боль, а потом словно… умер? Все было как в реальности! Но что это было, Макс?

Он был в шоке. Я вспомнил свою первую смерть в теле Искрита. Думаю, она ничем не отличалась от реальной. А теперь это испытал и мой брат тоже. Я понимал его как никогда.

– Ты действительно умер, Кир. То существо, которым ты управлял…, на время ты стал одной из его личностей, подключившись ко всем его органам чувств. Поэтому ты принял смерть того существа как за свою собственную. Потому что ты и был им в тот момент, – объяснил я.

– Так это все правда? Все то, о чем ты говорил? Ты жил в этом мире все это время?

– Вообще-то, не совсем. Я очень долго разбирался, как шлем работает, а потом случайно стал наблюдать за семьей наследников. Думаю, ты оказался в мире, который находится за внешней границей Войлюбии. Видимо, там все по-другому…

И все-таки я опустил историю о своих личностях. Пока еще я не готов поделиться этим даже с самыми близкими для меня людьми. Но как Киру удалось разом выйти в мир Юпитера и Сатурна, минуя разум с личностями?

– Кир, а что ты увидел первоначально, когда только одел шлем?

Он прищурился, вспоминая.

– Ну, сначала я будто бы оказался в каком-то полусонном состоянии, а потом стал наблюдать полет. Но первые минуты это было как во сне, и я ничего не помнил. А после услышал ваши голоса. В тот момент мне вернулась память. Произошло словно осознание себя во сне, и я понял, что могу управлять той птицей…, это было так прекрасно…, там был такой дивный и теплый воздух…

– Класс! А можно и мне попробовать? – воодушевилась Таня.

– Генри? Что происходит? Где это мы?

Мы повернулись на источник голоса и увидели ничего не понимающую маму, вопросительно осматривающую словно незнакомую для нее комнату.

завуалированная правда или ложь во благо

– Как ты меня назвала? – не понял я.

– Генри, конечно же! А… о Господи!

Она было встала, но, увидев Таню, тут же села обратно на кровать. На ее лице изобразился испуг, будто она увидела призрака.

– Генри, что происходит? Я видела труп Тани с перерезанными венами, а сейчас она жива и…

– О чем ты говоришь, мам? Какой труп? Я жива и никогда не умирала! Быть может, тебе приснился страшный сон? – спросила Таня, садясь рядом с ней и приобнимая ее за плечи.

Вот черт! О трупе Тани с перерезанными венами могла знать только моя собственная личность в облике мамы-Настасьи, которую создал мой разум. Но она была матерью для моей главной личности – Генри, а для меня – моей возлюбленной, по сути, женой. Возможно, кто-то скажет, что это неправильно, но данный андроид не являлся моей биологической матерью и даже не имел ее внешности. Поэтому я влюбился в нее по-своему. Но отчасти из уважения к тому, что она была приемной матерью, отчасти из-за страха, я не мог признаться ей в любви здесь в реальной жизни. Мой разум создал ее копию, а благодаря шлему эта копия стала не менее реальной, чем она настоящая. И там я сделал ее своей любовницей. Этого мне было достаточно, и я не собирался переносить свои чувства на маму-андроида. Тем не менее, в чертогах моего разума наш с ней сын, или моя вторая личность Генри, имел идентичную мне-настоящему внешность. Поэтому она не могла узнать во мне Макса Моргана, кем я на самом деле и являлся, потому что там я прибавлял себе возраста лет на тридцать.

Получается, шлем каким-то образом перенес копию Настасьи из моего разума в тело мамы-андроида, которая, естественно, считает Таню погибшей, ведь я убил ее внутри себя, чтобы избавиться от этой страстной любви к ней. А теперь Таня вновь предстала перед ней живой, да еще и назвала мамой, вызвав две волны непонимания. Плюс то, что ее вдруг внезапно что-то выдернуло из ее собственной реальности под названием «мой разум». Интересно, это лишь копия, или шлем как-то смог изъять личность Настасьи из моей головы?

Тем не менее, ни Кирилл, ни Таня ничего не знали о существовании их копий внутри моей головы. И сейчас я не готов был рассказывать им об этом.

Я незаметно поймал мамин взгляд и подмигнул. Ее лицо тут же стало более сосредоточенным.

– Ах, так это был сон! О боже, как же я рада, что это был сон. Вы все живы, слава Богу! – залебезила она, обнимая Таню в ответ. При этом мама с любопытством рассматривала Кирилла. В моем разуме она знала свою младшую дочь Скарли, которая пострадала от радиации Солуса, покалечившей ее ноги. Красноволосая девочка была полной копией моего сводного брата Кирилла, только в женской интерпретации. Ее также создал мой разум в тот момент, когда брат лишился ног, а я из-за страха за него обрел седой цвет волос. Конечно же, мама пока не понимала, что происходит и почему она видит живую Таню и мужскую версию своей дочери, а я лихорадочно пытался сообразить, как ей это объяснить. Благо, Таня и Кир вроде бы поверили, что маме просто приснился страшный сон.

– Мам, а ты в курсе, что Макс хочет отправиться в большое путешествие? – внезапно подлила масло в огонь Таня.

– Путешеествие? – удивленно переспросила она, сверля меня глазами.

– Да, мы вызволим моих родителей, но перед этим купим протезы для Кира!

– Мам, можно тебя на минутку? Нужно кое-что обговорить, – сказал я. Нужно было срочно рассказать ей, что к чему. На всякий случай я забрал шлем, чтобы избежать ненужных неприятностей. – А вы пока собирайтесь. Мы скоро выходим!

Я вышел с мамой на улицу и повел к амбару. Там мы остановились.

– Что ты опять натворил, Генри? – с ходу начала она.

– Говори не так громко. Все не так просто…

– Не так просто? Мы сейчас находимся под открытым небом! Таня жива, а тот мальчик…

Я увидел на ее глазах зарождающиеся слезы.

Господи, боже мой! Неужели мне опять придется врать!? Но ведь правду ей говорить вообще не вариант. Потому что мало того, что она находится в теле андроида, так еще и по факту не существует вовсе! Точнее существует, просто придумали ее не Боги, а я. Поэтому сейчас без вранья обойтись не получиться. Конечно, можно было вновь похимичить над интерфейсом, но не факт, что получится сделать так, как хочется, да и придется объяснять Киру и Тане, так что…

– Мам, я знаю, что отец – это Джендрикс.

Она резко вскинула голову.

– Знаешь? Но как?

– Когда я приходил к нему, чтобы разобраться насчет смерти Тани, он показал мне свое истинное лицо…

– Генри, это… прости, что приходилось скрывать от тебя, просто… отец говорил, что так надо для твоей безопасности и что, в конце концов, он расскажет. Вот, видимо, и рассказал. А ты уж прости, что пришлось выдумывать тот бред про то, что Джендрикс твой отец. Я не знала, как еще скрыть это от тебя, ведь он просил… Твой отец, конечно же, Макс Морган… но объясни теперь ты мне. Где же мы находимся?

После того, как я познакомился с миром атлантов и узнал, что существуют порочные демоны, которые являются отражением пороков людей, тянущих их на дно как можно дальше от создателя, я решил пересмотреть все свое существование в этом мире. И в первую очередь, необходимо было избавиться от всех этих пороков. А так как ложь была одним из них, я старался всячески избегать проявления ее в моей жизни. Ведь даже сейчас, когда мною изначально была запланирована ложь во избежание травмирования личности мамы, я все равно сказал правду. И теперь у меня вдруг возникла идея. А почему бы не сказать завуалированную правду, актуальную для той личности Настасьи, которую выдумал я сам?

– Ты находишься в чертогах моего разума.

– В каком это смысле?

И я поведал ей ту самую правду, которая была придумана мной именно для ее личности, потому что без этой правды этой версии Настасьи не существовало вовсе. Я напомнил ей о поездке Макса Моргана на север и о том, что он рассказывал ей, будто бы что-то привез оттуда, но не хотел показывать сразу. Обо всем этом она прекрасно знала, но она не знала, о чем говорил Макс. И тогда я рассказал о шлеме. Это и был тот самый предмет, та самая технология, которую ученый привез с севера и которая осветлила его разум, наполнив новыми красками. Эта технология позволила ему полностью избавиться от внутренних голосов, и он просветлел. А теперь он передал этот шлем мне, чтобы помочь своему сыну пережить смерть любимой девушки.

– Поэтому ты видишь здесь Таню. Я еще… не готов с ней проститься. А Кирилл… да, это не Скарли, но… разум есть разум. Видимо, мое подсознание решило сделать именно так. Ну а тебя отец подключил, наверное, ради поддержки, не знаю, – закончил я.

– Генри, конечно, я не против быть рядом и всегда помогу, не вопрос, но почему Таня называет меня мамой?

– Ах да, тут такое дело. Здесь мы втроем являемся сводными братьями и сестрой. А ты – андроид, которая усыновила нас еще младенцами. И если что, Кир лишился ног, когда попал под трактор…

– Попал под что?

– Ну, это такая большая машина для вспахивания плодородной почвы.

– Ага, – кивнула она, и ее лицо вновь приняло вопросительное выражение. – А что насчет нашего путешествия? Мне показалось, ты велел брату и сестре быстро собираться?

И я рассказал, что мы были заперты здесь семнадцать лет, а теперь могли покинуть дом, чтобы осваивать мир через самокопания внутри себя. По задумке Макса это должно помочь в утрате Тани и общении со Скарли через Кирилла. Потухший Солус упоминать не стал. По пути разберемся.

Было ли то, что я сказал Настасье завуалированной правдой, или я вновь солгал? Возможно, но тогда я успокаивал себя мыслью, что если и солгал, то это была ложь во благо. Ведь услышав правду о себе, она могла просто не выдержать, что привело бы к непредсказуемым последствиям для ее собственной жизни. С другой стороны это были только лишь мои предположения, предположения еще одной личности внутри меня. Но эта личность решила сделать ставку на ложь во благо, а я просто буду наблюдать, к чему это все приведет…

император говорит!

Мы вернулись в дом и увидели на диване пару огромных, набитых до отказа чемоданов. Рядом сидел Кирилл и ошалело смотрел на них. Кроме того, Таня вышла из соседней комнаты с третьим чемоданом.

– Стоп, стоп, стоп! Танька, ты че делаешь? – поинтересовался я.

Она удивленно посмотрела на меня.

– Собираю вещи! Ты же сам сказал!

– Да, но не в таком количестве!

Таня бросила чемодан на пол.

– Тогда позволь спросить. Куда именно мы направляемся? Ведь Тартария находится далеко на юге. Нам нужны вещи. К тому же на улице холодно, и мы не знаем толком, что случилось с Солусом. Вещи могут спасти нам жизнь!

– Ты совершенно права, но столько вещей будут только замедлять наш ход. И вообще, они не являются нашей проблемой или тем, от чего мы должны зависеть.

– Это почему?

Я подошел к маме.

– Я очень много читал про андроидов, изучал их внутренние схемы. Поэтому смог перенастроить кое-что еще. Мам, дай денег.

Настасья тут же приподняла руку. Мы увидели в направлении от локтя под кожей у нее какое-то движение, а когда оно дошло до ладони, это подкожное образование выдавилось на поверхность в виде пятисотрублевых монет.

Я с гордостью поймал на себе их изумленные взгляды.

– Так я теперь еще и денежная машина? – возмутилась мама.

– Не беспокойся, мам. Это необходимо для нашего путешествия, ведь без денег мы же пропадем! Ну ладно, нам пора выдвигаться. Я запрягу Зельду. И Таня – не больше одного чемодана, ясно?

– Ясно, – разочарованно кивнула она.

– Ребят, я тут послушал новости по радио, – услышал я Кира, сидящего рядом в наушниках.

– Да, и что?

– Говорят, что у нас вторжение инопланетян.

***

Вторжение инопланетян означало введение режима ЧС и отмену всякого общественного транспорта, в том числе поездов и самолетов, которыми я хотел воспользоваться, чтобы быстрее добраться до Тартарии. Но теперь для нас все это стало невозможным.

Тем не менее, мы решили не сдаваться и отправиться в путешествие даже в такой экстренной ситуации, как и планировали. Для этого у нас был небольшой домик на колесах, который ранее использовался мамой для доставки из города различных кормов и новой живности для поддержания дворового хозяйства, но сейчас мы там прибрались, и он выглядел как новенький. А для передвижения этого самого дома мы запрягли свинку Зельду, так как домик не мог передвигаться никаким иным способом, кроме животной тяги. Вообще, свиней породы Зельды использовали в качестве мясной породы для употребления в пищу, но для нас это было ценное домашнее животное, как и маленький дворовый песик Турик. Его мы, естественно, тоже взяли с собой, чтоб было веселей.

Зельда была настолько большой и сильной, что ей могла управлять только мама по причине того, что она была андроидом, обладающим повышенной силой и выносливостью. Поводья были натянуты под большим передним лобовым окном, поэтому в передней комнате домика было откровенно говоря холодно, но для андроида это мало что значило. А вот позади этой передней комнаты имелась еще кухня, туалет и одна трехъярусная кровать. Согревание происходило при помощи большой чугунной печки, которую мы растопили зараннее, используя те недавно наколотые мною дрова. Домик передвигался на четырех больших толстошинных колесах.

Когда мы выехали за пределы нашего двора, в небе по-прежнему никаких НЛО нигде не просматривалось, хотя на низкой высоте уже летали отечественные истребители. Однако особой шумихи пока не наблюдалось, и мы поспешили в ближайший магазин робототехники.

***

Запряженная свинья на улицах Архангельска, да и вообще, на улицах любого другого города не вызывала никаких удивлений, потому что в ОСГ было очень развито сельское хозяйство, и здесь многие люди использовали для передвижения именно домашний скот вместо машин. Конечно, животные могли гадить прямо посреди дорог, но для таких случаев существовали роботы-уборщики, которые мигом решали эту проблему.

Первый магазин робототехники встретился нам уже через пару кварталов, однако оказался закрыт. Видимо, исчезновение Солуса и вторжение инопланетян дало свои плоды, и люди от перепугу попрятались в домах, ибо на улицах практически не было ни одного живого человека, да и мертвых в принципе тоже.

Мама аккуратно припарковала Зельду рядом с магазином, и мы вышли на улицу.

Я хотел было вскрыть замок магазина, но он оказался открыт. Кто-то уже сделал это до нас. Оставалось надеяться, что мы найдем подходящие ноги для Кира.

В этот момент где-то вдалеке прогремел взрыв, и мы увидели яркую желтую вспышку. Зельда взволнованно хрюкнула, а Турик заскулил и запрыгнул Киру на руки. Тот обнял его и приласкал.

– Быстрее найдем, быстрее двинемся дальше. Вперед! Мам, останься здесь. Присмотри за Зельдой, – сказал я.

Она кивнула, и мы зашли внутрь.

Магазин оказался битком забитый товарами. Видно, продавец просто ушел домой, не заперев дверь, а мы стали его первыми посетителями в день апокалипсиса. Однако среди всего этого многообразия запчастей оказалось не так просто найти то, что нам нужно. Поэтому мы рассредоточились по разным направлениям, чтобы ускорить процесс.

– Ребят! Тут показывают обращение императора в прямом эфире! – услышал я голос Кира. У него всегда был при себе его планшет, который подарила ему на пятнадцатилетие мама. Видимо, сейчас он смотрел новости.

Меня это заинтересовало, тем более что у стойки продавца я заметил подвешенный у потолка телевизор. А при помощи программированной сети у нас была возможность посмотреть новости, используя этот гаджет.

– Выведи на телевизор, – попросил я, указав направление.

Кир кивнул и совершил необходимые манипуляции, внедряясь в систему магазина. Для него это было несложно, ведь дома он увлекался такими вещами и в будущем даже хотел стать программистом.

Телевизор вначале показал белый шум, но потом поддался и выдал на экране видеообращение Николая III. Он говорил в своем полном императорском облачении, стоя на улице. За спиной виднелась главная башня Кремля. В 2025 году императору было уже 85 лет, но выглядел он достаточно здорово и говорил поставленной речью без бумажки.

«– Дорогие граждане Объединенного Славянского Государства! Я – президент ОСГ Николай III c превеликой скорбью должен сообщить Вам пренеприятнейшее известие! Это касается как нашей страны, так и всего мира в целом. Но прямо сейчас я хочу взять всю ответственность за свои слова только лишь на себя, не выделяя моих близких, друзей или же людей, с которыми связывают меня деловые отношения! Это некая тайна, которая скрывалась от всего человечества и подпитывалась некоторыми сущностями, о которых я хочу Вам рассказать!»

Я замер в нетерпеливом ожидании, потому что был абсолютно уверен, о чем хочет поведать император. Он всегда был частью народа, и та тайна, которую ему необходимо было все это время скрывать, необратимо сказывалась на его внутреннем состоянии, ведь Николай III был честным человеком в душе, но что-то заставляло его молчать. Что-то более могущественное, чем кто-либо из нас способен себе вообразить. Может, все дело в каких-то сущностях, о которых он уже упомянул? Ну да ладно, слушаем дальше.

«– Наша Терра – это не что иное как… как… глк»

Он вдруг запнулся и не мог выговорить следующее слово, будто бы поперек горла встал какой-то предмет. А потом экран на секунду-две мигнул и…

«… не что иное, как цель для инопланетного вторжения! Вы, верно, уже заметили, что наш Солус „потух“…»

Тут он усмехнулся.

«… но на самом деле все это устроили они – вторженцы! Пока мы не знаем как, но наши вооруженные силы уже приступили к слаженному поиску и уничтожению этих тварей, потому как на контакт они пойти не захотели. Поэтому хочу Вас предупредить! Запритесь дома и ни при каких обстоятельствах не выходите на улицу! Инопланетные существа могут выглядеть как угодно и обладать высокими технологиями, способными проводить массовые уничтожения, не опасаясь нашего возмездия. Я буду периодически выходить в эфир, чтобы держать Вас в курсе событий. Берегите себя и своих близких! А сейчас…»

Далее император начал представлять каких-то приближенных ему людей, которые должны были осветить народ ОСГ о правилах выживания в подобных условиях.

– Это было очень странно, – сказал Кир. – Заметил, как поменялся его тон, когда он запнулся?

Я кивнул.

– Да, но что конкретно произошло? У меня такое чувство, будто после запинки выступал совсем другой человек…

– Ребят! Я, похоже, нашла! – услышали мы крик Тани за двумя стеллажами левее и двинулись туда.

Прибыв на место, мы обнаружили стеллаж, где продавались ноги андроидов разных размеров и из разного материала.

– Ну и как нам выбрать? – спросила Таня.

– Думаю, нужно звать маму. В ее алгоритме должно быть что-то из этого…

гость

Хоть Настасья и не являлась той мамой, с которой мы прожили все эти семнадцать лет, достаточно было произнести определенную команду, чтобы вызвать в ее внутренней памяти алгоритм действия по тому или иному вопросу, что я и сделал, когда она зашла в магазин. Сначала она просканировала нижнюю часть тела Кира, куда необходимо было крепить ноги, а затем подобрала самый высокотехнологичный и выгодный вариант, проанализировав все достоинства и недостатки. Далее она приступила непосредственно к самой операции присоединения ног к телу Кира, перед этим предварительно его усыпив. Таня осталась с ними, а я решил выйти подежурить на улицу.

Там до сих пор было темно, даже городские фонари не горели. А улицы по-прежнему были пусты. Тем не менее, где-то вдалеке слышались взрывы.

Из магазина выскочил Турик и поднял лапу на одно из колес нашего домика. Зельда прихрюкнула. Видимо, она считала, что эта собственность принадлежала только ей, но песик думал иначе. В ответ на хрюканье он пару раз тявкнул в ее направлении.

Я улыбнулся и вспомнил личность Туриона, которую создал мой разум. Там это был мой близкий друг с врожденной генетической аномалией. Хотя ему и было 24 года, но выглядел как пятилетний ребенок и имел дефекты речи. Однако он был моим близким другом, который никогда не отказывал в помощи. А еще Турион облазил каждый угол моего убежища-ума и был падок на поиск всяких загадочных дверей, недоступных для глаз других. Он имел способность не только находить их, но и с легкостью открывать.

Турик продолжал отрывисто лаять. Вдруг я услышал странный звук, похожий на цокот копыт. Неужели у нас гости в виде еще одних искателей приключений, запрягших в повозку лошадь? Внешняя лампа домика на колесах была включена, так что я мог видеть все вокруг в радиусе около пятнадцати-двадцати метров. Однако со стороны источника звука пока что не было никого видно, хотя…

Вдалеке я заметил силуэт лошади с человеком на ней, но повозки позади не было. Значит, одинокий всадник. Причем я ни грамма не знал о его намерениях насчет нас. Какой же я идиот! Наступил апокалипсис, а я даже не подумал о том, что могут существовать люди, попытающиеся выжить за счет грабежа других. В таких случаях обычно необходимо было на всякий случай запасаться хоть каким-нибудь оружием. А я был совершенно пуст. Поэтому все, что я догадался сделать в этой ситуации – это быстро заглянуть в магазин и предупредить своих, что у нас гости. Остается надеяться, что этот гость направляется к нам с благими намерениями. А вдруг он просто решил спросить направление дороги или который час? Все может быть!