Читать книгу "Deja vu. Иногда бывает так, будто ты уже жил"

На танцполе творится невыносимое! Молодые девушки, парни, они танцуют, их танцы настолько дикие, я никогда не видел таких страстных, таких глубоких поцелуев. Нет парней в пиджаках, рубашки расстегнуты почти до конца, одежда девушек тоже еле прикрывает прелести, которые только держи, а то они вырвутся на свободу и тогда их не остановить! По полуобнаженным телам стекает шампанское, виски, вино и водка, они пьют друг с друга напитки. Они пьют друг друга!

На сцене появляются несколько пар девушек, спортсменки, наверное, потому что они сильные, они совершают друг с дружкой разные акробатические трюки на сцене, они поднимают под эту отличную просто во всех отношениях музыку тяжелые гири, гантели и штанги, которые на сцене, стилизованной под спортивный зал. Я бы ходил заниматься в такой спортзал! Я бы многое отдал, как и любой самец в этом клубе за то, чтобы заниматься в одной спортивной группе с этими девочками! И за то, чтобы иногда помогать им поднимать тяжести, иногда случайно дотрагиваться до разгоряченных тел. Да! Именно так, как это делают сейчас они! Они гладят друг друга, обнимают, срывают с себя одежды, они почти обнажены, нет, они полностью неодеты ни во что! Это нельзя просто так спокойно вынести! Они целуют друг друга, целуют в горячие влажные рты, гладят губами тела друг друга, блестящие, мокрые от воды и шампанского тела.

Нет, такое так просто смотреть нельзя. А где мои друзья? А, танцуют, Антон со Светой и Саша с Викой. Уверен, что сегодня и у них и у каждого, кто есть здесь, исполниться все, о чем они только думали до этого. Исполнится, претворится в жизнь во всех красках и во всех возможных вариантах то, о чем они боялись даже подумать!

– Кэрол!

– Что?

– Будешь?

– Что?

– Я говорю, будешь? – музыка громкая, приходится кричать, надрывая глотку.

– Что? – любимая не слышит. Я достаю из кармана свою красивую коробочку из белого золота и высыпаю на глянцевую поверхность столика маленькую горку волшебного зелья, выравниваю две продолговатые горочки и протягиваю любимой пластиковую трубочку, она кивает головой в разные стороны, – нет, спасибо! Я не буду! Мне и так хорошо!

– Что? – уже я ничего не слышу.

– Я говорю, спасибо, я не хочу, мне и так очень хорошо здесь! – Кэрол громко прокричала мне в ухо, нагнувшись надо мной, чуть не оглушив меня и пролив на мои штаны полстакана виски, – я нечаянно!

– Ничего страшного! – я втянул обеими ноздрями свежий белый ветер, положил тряпочную салфетку на мокрое от виски пятно на брюках, хотя сегодня совсем не актуально прикрывать пятна сомнительного происхождения. Я улыбнулся сам себе и налил полный стакан доброго шотландского напитка.

– Ты будь аккуратнее с напитками и с тем, что смешиваешь!

– Хорошо! – ответил я Кэрол, вливая в себя полный стакан одним глотком.

За столик вернулись мои любимые пары, мои любимые друзья. Раньше я с неким скептицизмом относился к тому, что происходит с ними, с тем, что и у Антона и у Сани, у моих лучших друзей, есть постоянные увлечения, даже не увлечения, а вполне серьезные вторые половинки. Я сам никогда о себе не мог такого подумать, не мог даже представить, и все, кто меня знает, тоже никогда не могли представить меня с одной девушкой. И вот я с Кэрол. И я хочу быть с ней дальше, хочу, например, сегодня лечь с ней спать, хочу завтра проснуться рядом с ней. Конечно, мы с Кэрол и засыпали рядом друг с дружкой и просыпались и делали это много раз и вообще, чего мы с ней только не делали, но сейчас у меня отношение к этому несколько другое, чем раньше. Если раньше я думал и хотел сделать это, то сейчас каждый раз я думаю не о том, что я хочу сделать это именно сейчас, в этот самый момент, я думаю о том, что я ведь хочу делать это и потом, завтра, после завтра, через месяц и так далее.

Голова кругом идет. Не только от огромного количества выпитого к этому моменту виски, которое, впрочем, и не цепляет совсем, не от нескольких дорожек белого ветра, которого я успел уже надышаться за эти несколько часов. Ого! Под столом стоят несколько пустых бутылок виски.

– Да!

– Что?

– Я говорю, да!

– Что, да?

– Ну, ты спросил, что мы все это виски выпили, пустые бутылки под столом, я говорю, да, это мы все выпили, а ты зачем-то бутылки складываешь под стол, не отдаешь официанткам убрать их!

– Ну, пусть уберут!

– Хорошо!

На сцене две девушки. На их головах черные фуражки, они одеты в короткие черные кожаные юбочки и кожаные жакеты, на ногах кожаные блестящие сапоги до колен. Кажется, сейчас будет садо-мазо. Пока они просто танцуют, очень красиво танцуют, отдельно и обнимая друг друга, целуя друг друга. Вот на сцену вползают на четвереньках двое парней в одних плавках черного цвета, кожаные, наверное, а нет, на их лицах черные кожаные маски, закрывающие всю голову с лицом, только прорези для глаз.

Парни вползают и ложатся в центре сцены, даже ближе к внешнему краю, чтобы зрителям и танцующим было лучше видно, что все происходящее на сцене, происходит по-настоящему, без малейшего намека на обман и спецэффекты. А происходит следующее. Девушки танцуют, весьма активно двигаются по сцене, на их ногах сапоги на высоком каблуке, они будто совсем не видят, что на полу сцены лежат два живых человека, они спокойно наступают на них, те даже не шелохнутся. В какой-то момент музыка затихает, только на мгновение, но этого мгновения достаточно для того, чтобы эти две девушки оказались на лежащих на полу парнях. Музыка очень ритмичная начинается вновь. И вновь начинают танцевать девушки, но танцуют они уже не на полу сцены, а на спинах этих несчастных. Но ничего страшного, здесь удовольствие получают не только танцовщицы, которые острыми, как нож, каблуками причиняют сильнейшую боль, вдавливая с силой каблуки в живые тела, топча их, эти самые тела от этого получают кайф не меньший, а, может быть, намного больший! Девушки спрыгивают с голых тел и идут по направлению к появившимся на сцене стульям, они садятся на стулья и ждут. Чего ждут?

Они ждут, когда несчастные, не чувствуя боли, чувствуя, конечно, но стиснув зубы, но показывая страдания, встанут с пола, доползут до задней части сцены и также на четвереньках доползут обратно до танцовщиц, держа в зубах кожаные плетки. Они будут стоять на коленях, повернувшись спиной к танцполу и зрителям, а юные, но, судя по всему, очень яростные девочки в танце и в такт музыке будут с силой полоскать спины стоящих на коленях на полу парней. Они будут это делать с силой, потому что мы видим, и это не обман, при каждом ударе они содрогаются, при каждом ударе у обоих на спине появляется новая красная дорожка, по которой только что прошла плеть.

Несчастные! Это еще не все! Под конец этого музыкального трека девушки рассвирепели, они повалили парней на пол и стали пинать их, пинать по лицу, сдернув предварительно черные маски, чтобы мы все видели, как эти несчастные корчатся от боли, как их лица перекашивает ужас боли, страх ожидания экзекуции и надежда на то, что наказание сейчас закончится, но оно не заканчивается, их лица покрыты кровью, слезами и соплями, потому что такую боль нельзя просто перетерпеть. Все. Конец трека. Это действительно не представление, вернее, это, конечно, отрепетировано, но все по-настоящему, эти двое мазохистов, двое здоровых парней по-настоящему избиты, до крови и синяков, до кровавых следов на спинах, они обессилены настолько, что на сцену выходят несколько парней, поливают несчастных холодной водой, помогают им подняться с пола и уволакивают со сцены. Толпа визжит от удовольствия, натурально визжит, она кайфует! Все кайфуют! Экстаз неимоверной силы, накрывает всех – девушек, которые только что танцевали, издевались над здоровенными парнями, девушек, закончивших танец горячим поцелуем, парней, которых только что избили чуть не до потери сознания, тех, кто был на танцполе, тех, кто сидел за столиками, тех, кто не сидел за столиками, а слонялся между столиками, между этажами и по второму этажу, наблюдая сие действо с балкона. Экстаз накрыл всех!

Что такое? Почему на меня все так странно смотрят? Почему замолкла музыка? Что случилось? Все плывет перед глазами. Вот мимо меня проплыло лицо моей любимой Кэрол. Вот куда-то плывет голова ее, отдельно от туловища. Куда ты? Скажи что-нибудь? Почему ты только шевелишь губами? Саня, что она говорит? А что ты говоришь? Говори громче! Мутно. Темно. Ничего не слышу. Ничего не вижу. Кажется, я отрубаюсь, по крайней мере, мои веки становятся тяжеленными, наверное, килограмм по пятьдесят каждое, не меньше, от этого я не могу даже чуть приподнять их, они медленно опускаются. Нет, я что-то слышу, сквозь музыку я слышу какие-то звуки. Это музыка. Ди-джей играет ее как-то обрывисто. Идиот! Это не он ее так играет! Он играет нормально и очень хорошо, ди-джей молодец, это я ничего не слышу, слышу только отрывки. Сейчас чуть лучше. Голоса. Это мои друзья. Что? Не слышу. Говорите громче, друзья!

– Саша, что с ним?

– Не знаю, Кэрол, не знаю, скорее всего, перепил, а еще смешал выпивку с коксом, а может быть, еще с таблетками. Кэрол, хватит хлестать его по щекам!

Да, любимая, хватит, больно же! Что, думаешь, если я не могу пока ничего сказать, я ничего не чувствую? Еще как чувствую! Куда вы меня тащите? Куда? Наверх, наверное. Я люблю тебя, Кэрол.

– Пусть полежит на диванчике. Может быть, дать ему что-нибудь попить? Водички может быть? Я девочкам сказал, чтобы они внизу остались.

– Антон, давай лучше так. Кстати, да, правильно сказал, пусть лучше внизу подождут. Отдай воду Кэрол. Холодная вода? Хорошо. Вот, Кэрол, платочек, смачивай его водичкой и прикладывай к лицу, хорошо? Не плач, Кэрол, все будет хорошо! Блядь!

– Что такое Саня?

– Отойдите-ка, у него пена ртом пошла и его трясет всего, блядь, как бы не задохнулся, врач есть здесь где-нибудь? Может быть, среди гостей кто-то есть? Кэрол, хватит плакать, сейчас все будет хорошо! Антон, обними Кэрол, успокой ее! Налей ей виски в стакан, пусть глотнет. Вот. Сейчас лучше. Кэрол, сейчас лучше, с Михой все хорошо! Миха, мудила ебаный, сколько я тебе говорил, аккуратнее надо! И вообще, хватит уже, дружище, хватит! Пора завязывать с этим говном!

Да знаю я, Саня. Спасибо тебе. Ты настоящий мой друг, вы с Антоном единственные мои друзья. А еще Кэрол. Не плачь, малышка, сейчас я встану и обниму тебя. И поцелую. Ну, конечно, я рот сначала прополощу, потом зацелую тебя. Я больше никогда не буду тебя так пугать. Я люблю тебя Кэрол! Сейчас я поправлюсь и скажу это тебе по-настоящему. Блядь, почему меня не отпускает до сих пор. Почему так холодно? Что блядь происходит?

– Антон! Бери Кэрол и бегом вниз, ищите врача, делайте блядь что хотите, но чтобы врач сука был здесь через минуту!

– Миха! Миха!

Да не ори, брат, слышу. Но что-то мне хуево.

В этот момент, когда Антон и Кэрол, до крайней степени испуганные и расстроенные выходили из моего кабинета, чтобы пойти на первый этаж, где люди, чтобы искать врача, который может меня спасти, в этот момент в дверях послышался голос. Это был женский голос, приятный настолько, что я почти ожил, а после того, как этот голос заговорил, мне показалось, что несколько минут мои друзья не могли заговорить, они были будто заворожены.

– Я правильно поняла, здесь требуется помощь врача?

– Да. Вы врач?

– Да. Меня можно назвать и врачом. Я проходила мимо и совершенно случайно услышала, что у вас тут неприятности. А, ну все понятно, передоз небольшой.

– Так вы можете помочь?

– Да, могу.

– Проходите, пожалуйста.

– Да, конечно. А вас я попрошу на несколько минут выйти из кабинета.

– В смысле? Зачем выйти? Мы что, мешаем?

– Время идет, молодые люди. Я позову, как закончу.

– Хорошо, мы подождем за дверью.

– Спасибо.

Я слышал, как мои друзья вышли за дверь. Я почувствовал, что вошедшая девушка, голос которой безумно приятен, он бархатный и завораживает настолько, что я слушал бы и слушал, не переставая, она села на край дивана, на котором я лежал. Я попытался открыть глаза, чтобы увидеть, кто это, но я все еще был настолько плох, что сил не хватило даже на то, чтобы открыть глаза. Как приятно от нее пахнет. Она засмеялась. Такой одновременно звонкий и тихий смех. Чему она смеется?

– Потому что ты такой смешной!

Я что, спросил ее о чем-то?

– Да нет, я просто чувствую, что ты думаешь. Ну, ты и напугал своих друзей! Не делай так больше! Ладно? Ведь в другой раз может рядом никого и не оказаться! Тебе повезло, что твои друзья с тобой. Да и я тоже неподалеку оказалась.

– Кто ты?

– А вот теперь ты заговорил. Поправляешься. Сейчас, секунду, потерпи, одно мгновение, и тебе станет лучше.

Девушка взяла меня за руку, а другой рукой она провела по моему лицу. Такие приятные прикосновения! Бархатная кожа ее рук! Что такое? Мгновение назад у меня было ощущение тяжести, ощущение огромных, тяжелых железных гирь на глазах, но сейчас оно прошло. Я открыл глаза и увидел девушку, сидящую на краю дивана, держащую меня за руку и смотрящую на меня огромными красивыми, мне кажется, самыми красивыми во всем мире глазами, наполненными самой большой в мире нежностью, теплом, любовью.

– С пробуждением!

Снова этот бархатный голос.

– Кто ты?

– Да так, проходила здесь рядом, смотрю, тебе помощь нужна, вот я и помогла. Ты в следующий раз будь осторожней со всякой химией! А то ведь люди волнуются за тебя!

– Как твое имя?

– Не важно. На самом деле. Самое главное, тебе стало легче.

– Просто у нас тут закрытая вечеринка, я знаю всех гостей лично, всех без исключения. А тебя не знаю.

– Когда-нибудь узнаешь! Ладно, теперь ты в порядке. Кстати, по поводу твоей вечеринки. Не плохо получилось!

– Понравилось?

– Да очень. Но там еще кульминация, самое интересное, насколько я знаю, иди, торопись, а то пропустишь!

– Откуда ты знаешь про кульминацию?

– Просто подумала, поразмыслила и догадалась, чем такая вечеринка должна кончиться.

Девушка встала с дивана и направилась в сторону выхода.

– Спасибо тебе.

– Да не за что. Я вроде бы ничего и не сделала. Просто посидела рядом с тобой и все.

– Все равно, спасибо. Заходи как-нибудь в клуб, я имею в виду не только сегодня, а в любой день, я тут всегда, кофе попьем.

– Зайду как-нибудь. А Кэрол против не будет?

– Ты знаешь Кэрол?

– Нет, не знаю.

В этот момент отворилась дверь, и в кабинет вошли мои друзья. Как же они были радостны и по-настоящему счастливы, особенно Кэрол, моя малышка Кэрол. Пока мы обнимались и целовались, совсем забыли про эту девушку, которая так и не сказала свое имя.

– Подождите, друзья, а где девушка? Саня, не видел? А ты, Антон?

– Нет, не видели. Ушла, наверное. Кстати, ты спасибо хоть сказал? А что она сделала?

– Ничего, она села на край дивана, и спустя несколько мгновений мне стало лучше.

– Интересно. Что, она вообще ничего не делала?

– Нет, Саня, ничего. Просто сидела рядом и говорила, чтобы я больше так не делал. Вот, собственно, и все.

– Ну, ладно. В любом случае, самое главное, что с тобой, братан, все хорошо. И, брат, давай уже завязывай с этой хуйней, ладно?

– Хорошо, завяжу.

– Ты нам это обещаешь уже который раз! Заебал уже!

– Ладно, братан, не ругайся. Кстати, пойдемте вниз. Сколько времени? Саня, сколько на твоих? Антон вниз к девчонкам убежал? Хорошо, пусть успокоит их. Половина третьего? Самое то! Пошли! Если еще не пропустили!

– Что не пропустили?

– Самую главную часть нашего представления! Идемте!

Мы спустились вниз, заняли свои места за столиком. С возвращением, Михаил! Ну, то есть с возвращением меня! Правы друзья, пора завязывать. Кэрол милая моя девочка, испугалась, наверное? Конечно, испугалась! А кто та девушка? Я оглянулся по сторонам, осмотрелся, насколько это можно было сделать в полутьме и в играющих огнях, ничего и никого не увидел. Я знаю абсолютно каждого из тех, кто пришел сегодня, но этой красавицы нет среди тех, кого я знаю. Хм. Ну, ладно, возможно, еще увидимся с ней. В любом случае, мне очень повезло сегодня. Наслаждаемся продолжением вечера!

Ди-джей включил трек, он сначала несколько медленный, под него можно даже танцевать, что и делала пара, парень и девушка, они танцевали в центре сцены. Музыка постепенно становилась более и более энергичной, но не сразу, не резко, а медленно. Пара танцевала очень страстно, было видно, что танцующие не просто работают, они были неравнодушны друг к другу. Это виделось в их глазах, в их взгляде, которым они смотрели друг на друга. Они видели только друг друга, он видел только ее, а она видела только его. Страсть, которая все больше и больше охватывала эту пару, была заметна, мы чувствовали их дыхание, которое становилось чаще. Да, музыка играла громко, но, не смотря на это, мы слышали, как их дыхание учащалось и не только в такт музыке, ритм их дыхания рос вслед за той уже огромной волной страсти, которая с головой окутывала наших героев. Танцующая в центре сцены пара была настолько увлечена друг другом, что никого и ничего не замечали вокруг, их почти обнаженные, горячие тела обвивали друг друга. Что они делают? Они полностью обнажаются. Музыка становится быстрой, быстрой, также быстро, что никто не успел даже ничего подумать, парень сорвал остатки одежды, вернее, эти маленькие лоскутки ткани со своего тела и с извивающегося от желания тела своей партнерши и вошел в нее. Музыка стала играть еще более ритмично, также быстро, также страстно, так, что ничто в мире не способно их остановить, наши герои двигались друг в друге. Он держал ее на руках, и в таком положении, держа ее на весу, он всаживал в нее снова и снова, с такой силой, что при каждом движении она кричала, стонала, она стонала так громко, что почти заглушала музыку. Это продолжалось долго, не знаю, но несколько минут точно, как пространство разразил, просто порвал на части крик, кричали оба, и парень и девушка, которую он держал и любил так, как никто и никогда ее до сих пор не любил. Мгновение и они оба обессиленные лежат на полу сцены. Конец трека. На мгновение погас свет, стало темно, когда появилось освещение, счастливая пара уже исчезла со сцены, а ди-джей включил спокойную музыку.

Да! Это что-то! Вечеринка получилась на все сто и даже больше! По-моему, мои гости были несколько шокированы таким финалом! Ну, что ж, я ставил себе такую задачу – не только сделать так, чтобы мои друзья получили удовольствие от приятно проведенного времени, от хорошей музыки, но и были несколько удивлены. Мне кажется, у меня получилось.

Сегодня я ушел последним из клуба. Я стоял у входа и провожал гостей. И не было ни одного, кто просто попрощался и ушел. Все до единого сказали, что и впредь были бы не против того, чтобы оказаться гостями на подобных вечеринках.

А я стоял у входа, провожая гостей, стоял и выглядывал среди них одного человека, девушку, которая сегодня меня спасла. Я ее не видел. Ну и ладно. Самое главное, что все хорошо. Конечно, хорошо! А как еще может быть у человека, которого окружают настоящие друзья, готовые в любую минуту придти на помощь, что они уже не один раз и делали! А самое главное – у меня есть человек, которого я люблю, и ради которого и рядом с которым я хотел бы прожить остаток своих дней.

Я взял за руку мою любимую Кэрол, и мы пошли домой. Теперь мы каждый день будем ходить домой вместе.

Глава 5

За столиком в одном из лучших ресторанов города сидел мужчина. Он был один. Стол не был сервирован, только графин и стакан с водой. Наверное, он кого-то ждет.

– Здравствуй.

К человеку подошла красивая девушка с пышными черными волосами и огромными красивыми глазами. Она улыбнулась и села за столик.

– Когда ты уедешь?

– Никогда, – он ответил холодно и посмотрел на девушку, насквозь сверля ее взглядом, от которого обдавало ужасным холодом. – Я никуда не собираюсь. Я пришел надолго.

– Тебе придется уйти, – девушка, хоть она и девушка, говорила уверенно и жестко.

– Нет.

Глава 6. This Is Life

Сегодня мы спали часов до двух дня. Обычно такого никогда не случается, даже если гуляем допоздна, как вчера, например. Вчера день был не совсем обычным, полон впечатлений, главным образом, конечно же, устроенная Мишкой вечеринка. Хм, необычная довольно-таки, вечеринка, мне понравилась, Вике тоже. Обычно если мы с ней и бываем в ночном клубе, у Мишки или еще в каком, то обычно не совсем поздно уходим домой, думаю, не позднее двух часов утра, а вчера в пятом часу только разошлись. Кроме того, что само мероприятие было интересным и очень даже необычным, так еще Мишка нас всех здорово напугал, перепил виски, смешав его с порошком и, скорее всего, еще и с таблетками. Мы ему много раз говорили уже, предупреждали и я и Антон о том, что такие вещи добром никогда не кончаются, ну, может быть, когда-то и кончаются хорошо, но это исключения, и совсем не обязательно, что с Мишей тоже будет исключение.

А Миха вчера просто чуть не сдох, ему повезло или из-за того, что не до конца, не критично закидался отравой, или еще от чего, может быть, организм пока еще крепкий, здоровый. А может быть, это та девушка, случайно оказавшаяся там, она сказала, что она доктор, может быть, она ему чем-то помогла. Мы не видели, мы вышли из кабинета и ждали у входа, ждали немного, Миха быстро пришел в себя, и как будто ничего не было, продолжил веселиться. Немного странно это, но странным показалось уже потом, после вечеринки, тогда, в тот критический момент было не до странностей и не до размышлений о них, и о том, что бывает же всякое и непонятное.

У них с Каролиной, по-моему, что-то наклевывается, возможно, она притормознет его? Будем надеяться. С утра, вернее, с какого утра, конечно, не с утра, а проснувшись и убедившись, что уже далеко за полдень, и я никого не разбужу, скорее всего, я позвонил Мишке. Спросил, как у него дела, говорит все замечательно. Договорились в ближайшее время встретиться, поболтать за чашкой кофе.

А моя милая девочка, моя принцесса лежит и до сих пор спит. Ну и соня она! Она спит, как ангелочек! Ну, да, я не знаю, конечно, как спят ангелочки, я их никогда не видел, тем более, не встречался с ними и не спал с ними рядом, я просто знаю, что Вика спит именно как самый милый, самый добрый и ласковый ангел. Похоже, она вообще не спит, а притворяется, потому что я чуть поправил ее волосы, она в ответ улыбнулась, потом снова стала притворяться, что спит. Она просто хитрая у меня, потому что она хочет, чтобы пока она спит, я приготовил бы кофе и, может быть, нарезал бы колбаски на хлеб. Могла бы и не говорить, я и так собирался пойти на кухню сделать кофе. Прелесть! Это Вика у меня прелесть.

Вика рассказывала, что ее сестренку Алинку вовсе нельзя назвать ангелочком, потому что первые не то, что несколько минут, а, скорее, с часик после того, как она проснулась, к ней лучше вообще не подходить, ни о чем не спрашивать, потому что, если сделать это, на беднягу обрушится целый шквал недовольства, который будет состоять из сильнейшего ора, ругательств и, возможно, даже избиений. А вообще, сестренка у Вики тоже очень замечательная девушка, очень красивая и вообще. А Вика лучше, поэтому я ее и люблю. Хотя, наверное, не потому что она хорошая или плохая, не за какие-то еще качества, которые можно если не измерить физически, то дать вполне точное определение. Я ее просто люблю. А Вика любит меня. Это очень здорово!

***

– Любимая! Вставай давай уже, а то проспишь самое интересное!

– Не просплю! Доброе утро, милый, – я думал, Вика еще в постели лежит, поэтому кричу, как резаный, а она в дверях стоит, входит на кухню, хитрая прелестная девочка, говорит, что на запах кофе проснулась, ага так я и поверил! – я только что проснулась, слышу очень вкусно из кухни пахнет кофе, ну, думаю, наверное, Саша там колдует, прихожу, смотрю – точно, он! Тебе помочь?

– Нет, спасибо, малыш, все готово. Тебе останется только посуду помыть после завтрака.

– Ладно, – Вика надула губки и сдвинула бровки, как будто она маленькая девочка, которую родители заставляют делать что-то, что делать она совсем не любит, например, мыть посуду, и она из-за этого очень сильно на родителей обижается в надежде на то, что они передумают. Вика, конечно, шутит и притворяется, что обижается, она иногда так делает, и от этого становится еще более милой. Я подхожу к ней, целую ее в щечку и передаю ей чашку. Она берет ее, ставит на стол и обеими руками обнимает меня, пока я не успел сесть за стол, – конечно, я потом помою чашки от кофе. Спасибо большое! Мммм, так вкусно пахнет! Кстати, чем займемся сегодня? А сколько времени?

– Не знаю, малыш, по-моему, в районе трех часов уже.

– Сколько? Три часа? – Вика точно не верит, что утром может быть три часа дня, – а на самом деле сколько?

– А вон телефон рядом с тобой лежит, посмотри.

– Ничего себе! – Вика делает большие круглые, даже огромные глаза, совершенно искренне удивившись тому, что половина сегодняшнего дня уже в прошлом, а мы ее и не заметили вовсе, – вот это мы поспать! Надо быстро допивать кофе и собираться!

– Куда собираться?

– Ну, как куда? Помнишь, я тебе говорила, что надо купить? Сегодня воскресенье?

– Угу, а что купить ты хотела?

– Ну, как, я же тебе говорила.

– Да не торопись ты, успеем. Допей спокойно кофе, доешь бутерброды, потом поедем и купим, что ты собиралась. А что ты собиралась купить то?

– Ага! Скоро все магазины закроются, а ты говоришь, успеем! У меня завтра с центрального офиса начальница приезжает, а мне носить нечего! Надо сегодня кровь из носа купить хотя бы деловой костюм, платье, туфли, хотя бы одну пару, если повезет, сумочку еще. Да, косметику, крема, обязательно, краску для волос. Я не могу встречать руководство в таком виде!

Только не спрашивайте, почему это все нельзя было купить не сегодня, а, например, вчера, позавчера или вообще в течение этой недели, потому что о предстоящем визите Вика узнала не меньше, чем неделю назад. На этот вопрос не может быть ответа, я это прекрасно знал, но все-таки я решился спросить об этом. Не надо было.

– Вика, а что, нельзя было заранее позаботиться об этом и прикупить все, что нужно хотя бы пару дней назад?

Точно, лучше бы не спрашивал, потому что и у ангелочков, даже у таких прелестных, как моя любимая, бывает очень гневный взгляд, как сейчас, например, поймав который, осознаешь, что лучше не спорить, а то хуже будет.

– Не задавай глупых вопросов, ладно? Где мой телефон? Не видел?

– Неа.

В спальне Вика нашла свой мобильный и в такой же ультимативной форме пригласила Алину, сестренку, прокатиться по магазинам.

– Саша, солнце, не обращай внимания на меня, ладно? Просто я серьезно к этому отношусь, да, конечно, я прекрасно понимаю, что можно было приготовиться и надо было это сделать несколько дней назад, когда время было. Мы это планировали сделать сегодня, а сегодняшний день уже почти прошел. Алина, мы заедем за тобой через десять минут, будь готова уже! – последнее Вика прокричала в мобильный телефон, Алина позвонила и, наверное, тщетно попыталась отмазаться от вечернего шоппинга, но у нее ничего не получилось, – я скоро буду готова, через пять минут, можешь засечь время!

Не проблема, сегодня ничего не было запланировано, поэтому составлю компанию Вике с Алиной и пройдусь с ними по магазинам. Конечно, я имел в виду, что поработаю водителем, носильщиком и даже консультантом, который поможет им выбрать краску для волос, конечно, я же специалист в этом.

На самом деле, ничего страшного в этом нет.

Вы когда-нибудь видели, как женщина делает шоппинг? Ну, как она ходит по магазинам часами, выбирает, делает вид, что выбирает, разговаривает с продавцами, ничего не покупает в итоге, потом снова, не торопясь, на протяжении долгих часов уже, наверное, в другом магазине делает то же самое. Видели? Конечно! Я тоже терпеть не могу подобные вещи.

Вика действительно сегодня немного расстроена из-за того, что не успела до этого то, что собиралась, и без чего ее жизнь пойдет кувырком под гору, поэтому я спорить с ней не буду.

– Готова?

– Да, секунду, а ты?

– Я в прихожей, жду тебя.

– Все, готова! А где сумочка? А вот она, все я бегу уже. Ну что, идем?

– Погоди секунду.

– Зачем?

– Надо, что ты заладила, что да зачем? Не зачем.

Я взял сумку из рук Вики, взял ее за руку, притянул к себе, обнял одной рукой, другой погладил ее по волосам, и поцеловал. Вика улыбнулась. Для меня больше ничего и не надо, а только чтобы Вика просто улыбалась.

– Малыш, успеем сегодня все сделать!

– Думаешь?

– Знаю!

– Ты прелесть, Саша, такая прелесть, милый!

– Это ты прелесть. Ну, все, теперь идем, а то времени не очень много.

***

Ходили по магазинам. Много ходили, долго. Не буду рассказывать, потому что мужская половина и так знает то, что я имею сказать по этому поводу и по поводу этих издевательств, которые называются одним словом «шоппинг с любимой», а вот женская половина просто не поймет, почему их любимое занятие для большинства мужиков это не «шоппинг с любимой», а натуральное издевательство.

Да ладно.

Вечером зашли перекусить в какую-то забегаловку, а то весь день бегали, ничего не ели. Ну, дорвались, конечно, до еды так, что половину, причем, большую, не съели, отдали обратно. Кстати, на следующие выходные, разу уж весна наступила, почти лето, было решено открыть сезон шашлыков и других летних прогулок в сторону природы, загорода. Погода, судя по прогнозу, за нас в данном случае.

– Устала?

– Нет, нисколько. Алина, наверное, устала больше всех, она то вообще не собиралась по магазинам ходить. Устала солнце? – Вика спросила сестренку. Вообще-то не только Алина не собиралась сегодня никуда ходить.

– Нет, нормально, все хорошо. Чем вечером заниматься будете?

– Мы с Сашей в кино собираемся. Пойдешь с нами?

– Не знаю пока что. А что за фильм?

– На месте разберемся.

– Тогда пойду. Я сейчас.

– Ты куда?

– Водички возьму себе еще, а то быстро что-то стакан закончился, хотя большой такой. Вам взять что-нибудь? Вика? Саша?

– Нет, спасибо, Алиночка.

– У меня прелесть сестренка, правда?

– Угу. Как настроение?

– Настроение просто прекрасное, такое, что лучше не бывает! А как твое?

– У меня еще лучше.

– Единственное, меня немного напрягает одна вещь.

– Что такое?

– То, что с нами приключилось в конце прошлого года.

– С нами как раз таки ничего не случилось. А вот некоторым очень даже не повезло.

– Ну, да, конечно, ты прав.

– Почему ты об этом сейчас заговорила?

– Не знаю. Как-то вот так.

– Знаешь, давай-ка прекрати думать о чем-то, кроме хорошего! Все прекрасно сейчас и у тебя, и у меня, и у наших друзей. И дальше будет не просто также хорошо и замечательно, будет еще лучше. Я это точно знаю!

– Откуда знаешь? – Вика вложила свою маленькую ручку в мою.