Читать книгу "Отражение не меня. Искра"

– Мы увидели результат вашего командования! – Толстяк поджал пухлые губки. – Отражение не найдено, а в Хандраш разгуливают Темные! Может, вы с ними заодно, магистр? Ведь мы обнаружили их лишь благодаря случайности! Кто-то очень активно гасил черную силу!

Я потихоньку сделала еще шаг к девушкам. Тисса и Арви также тихо пробирались ко мне. Но Шариссар схватил меня за руку и вновь задвинул себе за спину. Райден отвернулся от Хормольда, словно тот не стоил его внимания. Толстяк побагровел и судорожно сжал свой жезл силы.

– Отпустите девушку, паладин, и отойдите, – прошипел Алларис. Кажется, ему было наплевать на то, что ему говорил Хормольд, он не спускал с меня глаз. – Элея останется в Хандраш, это не обсуждается. Отойдите от нее! Немедленно!

Стражи подобрались, нацелившись на нас. Я вздрогнула. Ощущать себя под прицелом десятка арбалетов было не слишком приятно.

– Не стрелять! – прошипел Райден. Арбалеты опустились.

– А вас беспокоит моя близость к ней? – насмешливо протянул Шариссар, глядя в глаза магу. – Надо же…

Я вновь чуть не застонала. Ну зачем он дразнит магистра?

– Магистр Райден, вы слышали, что я только что сказал? – взвился Хормольд.

Алларис перевел на него холодный взгляд.

– Конечно. – Посмотрел на черноволосого, и тот смутился, отступил. Райден окинул взглядом молчащих магов. – Во времена, когда Пятиземелью нужен сильный и сплоченный ковен, вы решили завладеть властью, Хормольд? Думаете, мне неизвестно о ваших грязных играх за моей спиной? Я надеялся, что вы образумитесь и поймете, что Пятиземелью нужна наша сила, а не глупая борьба за власть.

– Проблема в том, Алларис, – негромко произнес Чер Лерой, – что ты считаешь окружающих такими же благородными и честными, как ты сам.

Его серый плащ соскользнул с тела, и все ахнули. Под ним на мужчине были одни штаны, на обнаженном торсе двигались силуэты черно-красных существ.

– Нар-ори, отпускаю вас! – выкрикнул он.

– Не ожидал от тебя, – тихо прохрипел Райден, вскидывая жезл. В его глазах появилась грусть, словно он только что потерял друга.

Чер Лерой раскрыл ладони, и с них на землю стекли сущности, обитающие под кожей мага. Девчонки заорали, даже стражи попятились. Четыре змеиных тела упали в траву и мгновенно выросли до размеров лошади, превратившись в ужасающих монстров. Они были похожи на огромных кобр, но с рядами шипов, рогатыми головами и черно-красными гривами, что развевались, когда они нападали на Райдена. Тот вскинул жезл, отражая удары светом, но змеи атаковали со всех сторон, и каждая из них была способна перекусить мага пополам.

Старик с яркими молодыми глазами метнулся в сторону, и по его приказу из воздуха соткались исполины. Но удары, которые они наносили змеям Лероя, были совсем не воздушными, сама земля вздрогнула, когда один из великанов приложил кулак к нар-ори. Длинное и шипастое змеиное тело отлетело в сторону сбившихся в кучку девушек, упало, зацепив кого-то. Хвост бил по стенам и грозил размазать всех, кто окажется рядом.

– Уходите! – Тисса в последний момент вытащила светловолосую девушку из-под удара, оттолкнула, перекатилась через голову, вскочила. Арви в точности повторил ее маневр. Они переглянулись, улыбаясь друг другу.

– Стреляйте! – заорал Хормольд стражам. Те неуверенно нацелились на дрожащий клубок девушек, магов, змей и исполинов.

– Не стрелять! – хрипло отдал приказ Райден. Он отбивал атаки, старик ему помогал.

Шариссар схватил меня за руку.

– Убираемся отсюда! – крикнул он.

Я выдернула руку.

– Я не уйду! Надо увести девушек и найти Незабудку!

Темный что-то прорычал, но я не услышала, потому что вокруг нас орали, стонали, ругались, а еще бухали кулаки исполинов, взрывались вспышки и шипели змеи. Под моей кожей снова появился зуд, и я с ужасом подумала, что у меня там что-то похожее на монстров Чер Лероя.

Сам магистр обернулся к нам, и я открыла рот от изумления, когда он четко произнес:

– Забирай ее, дарей-ран. Немедленно.

Шариссар и Чер Лерой сцепились взглядами, потом Темный слегка кивнул. Светлый вновь сосредоточился на атакующих заклинаниях. Его змеи танцевали танец смерти вокруг Райдена и голубоглазого старика. Шариссар потянул меня в сторону, но Райден выкинул сноп света, преграждая нам путь.

За стеной света Полина утирала кровь с лица, похоже, ее зацепил хвост змеи.

– Не могу пробиться! – заорала Тисса, снова и снова ударяя в невидимый купол.

– Отойди! – Арви сложил ладони ковшиком и что-то шепнул себе в руки, а потом отпустил. Снежная пушинка слетела с его ладони и упала на стенку купола. И от нее во все стороны пошли тоненькие трещинки, словно Арви вбил гвоздь в стекло. Зрелище завораживало, прямо в воздухе расползалась пробоина.

– У тебя же нет жезла! – восхитилась Тисса.

– Кое-что можно сделать и без него. – Улыбкой парня можно было бы осветить целый город. Он ударил, и в стене образовалась заметная дыра.

– Все сюда! – скомандовала Тисса, и девушки бросились к пролому. Я оглянулась на Темного, который разрывал магическую сеть, что сплел вокруг него магистр, и вскрикнула, потому что стражники все-таки спустили натянутые тетивы. Два болта пробили плечо Шариссара, и один – мою руку. Я закричала, а он посмотрел на кровь, текущую из моей раны. Болт прошел навылет, лишь зацепив мою кожу, но лицо Шариссара исказилось. На свои раны он, кажется, даже не обратил внимания.

– Беги, кошечка, – негромко сказал он. – Очень быстро беги.

И его тело стало меняться. Но это была не привычная мне форма черного зверя. Нет, это было что-то совсем иное. И очень страшное. Самое страшное, что я видела в жизни, истинное порождение Мрака. Я пискнула и свалилась на землю, с ужасом глядя на боевую форму Шариссара. Чудовище, стоящее на двух ногах, если эти массивные черные столбы, покрытые шерстью, можно назвать ногами. Когти, оставляющие борозды в земле. Бронзовый торс, закрытый костяными пластинами. Покрытый шипами и колючками хребет, переходящий в длинный жаловидный хвост и заканчивающийся ядовитым шипом. Крылья, сложенные черными кожистыми образованиями на спине. Верхние лапы с длинными когтями – клинками. И голова. Вытянутый назад безволосый череп с прижатыми ушами, ярко-красными глазами, щелью вместо носа и безгубой челюстью, открывающей два ряда клыков.

Это существо было создано лишь с одной целью – убивать. Без жалости, сомнений или страха. В красных, словно сгустки крови, глазах без зрачков не было ни одного чувства, и я не видела в них того, кто целовал меня. Там был лишь зверь, жадно вдыхающий запах своих врагов.

Он прыгнул вперед и разорвал стража, что выпустил болт. Просто разорвал пополам, как тряпичную куклу. Я заорала вместе с остальными, перевернулась и поползла к дыре в куполе.

Райден уже прикончил трех змей, и Чер Лерой лежал на земле, тяжело дыша. Старик стоял спиной к Алларису, магистр Хормольд выкрикивал какие-то заклинания. Мимо меня снова просвистел болт, и раздался еще один предсмертный крик. Я туда старалась не смотреть, на животе отползая к стене купола. Сунулась в дыру, и меня подхватили сильные руки. Арви вытащил меня и передал Тиссе.

– Жива, подруга? – подмигнула мне кареглазая кочевница. Я слегка ошарашенно кивнула. Тисса улыбнулась. – Я думаю, что пора убираться с этого Рифа. Погостили и хватит, как-то тут слишком… оживленно. В бухте корабль, он отвезет нас на землю.

– Но кто согласится нас везти? – пискнула я. Интересно, а про корабль она откуда знает? Впрочем, чему я удивляюсь. Тисса – это Тисса.

– Не согласятся – захватим, – уверенно объявила девушка и окинула прищуренным взглядом наше «войско». Девчонки тряслись, с ужасом поглядывая за купол. Я тоже посмотрела. Лучше бы я этого не делала. Там летали куски мяса, арбалетные болты, вспышки света и черный монстр. Такую картину можно было бы назвать «конец света». Кажется, именно он и наступил.

– Некогда думать, все за мной!

– А вещи? – завопила Ельга. – У меня там ценное!

– А тебя мы вообще с собой не берем, – ласково отозвалась Тисса. Но нахмурилась. – Некогда собираться, девочки, вы что, не понимаете? Мы погибнем в Хандраш! Все! Нет никакой сказки, есть жестокие маги, которые привезли нас, чтобы найти избранную. А остальные погибнут.

– Откуда ты это знаешь? – тихо изумилась я. Тисса переглянулась с Арви. А я покачала головой. И когда эти двое успели спеться?

– Сейчас это не важно, – отрезала Тисса. – Надо добраться до корабля, пока маги там делят власть и пытаются убить друг друга.

– Ты все врешь! – выкрикнула Ельга. Камилла нахмурилась. – В Хандраш мы жили, как принцессы! Маги о нас заботятся!

– От укусов сороконожек две девушки погибли в целительской, – тихо сказал Арви. – И у нас никогда раньше не было таких уроков. Со смертельным исходом. Тисса права, дело нечисто.

Мы шокированно замолчали, переваривая услышанное.

– Некогда спорить! – разозлилась кареглазая. – Кто хочет – идет с нами, кто нет… уговаривать не будем.

Она отвернулась и быстро пошла по дорожке. Девушки заколебались, не зная, что предпринять. Но тут в купол ударился стражник и медленно скатился, оставляя в воздухе красный след. Невидимая преграда гасила и звуки, мы не слышали криков, и в тишине это было особенно жутко. Я рассмотрела, как упал магистр Райден. Шариссар метался внутри, словно воплощенная смерть, и я отвернулась.

Девчонки заорали и отпрыгнули. И бросились за Тиссой. Лишь я осталась на дорожке.

– Лея, ты идешь? – окликнула Полина.

– Мне надо найти Незабудку! Я догоню!

– Я пойду с тобой. – Тисса с беспокойством всмотрелась в мое лицо.

– Нет! – возразила я. – Отведи всех на корабль. Я догоню. С Незабудкой.

– Мы тебя дождемся. – Охотница прикоснулась к моей руке ободряющим жестом. За ее спиной я увидела взгляды Полины и Ринки, даже Арви, и в горле возник комок. В их глазах я видела то, что никогда не встречала раньше – желание помочь, подставить плечо, защитить, невзирая на мою Тьму, на все, что они узнали обо мне. В этом странном путешествии я нашла настоящих друзей.

– Спасибо, – прошептала я.

Они кивнули, а я отвернулась и понеслась по дорожке к замку.

Ворвалась с нашу комнату с надеждой увидеть спрятавшуюся на кровати сестру, но помещение было пустым. Я заметалась, зовя сестру, и тут увидела кончик простыни, привязанный к доске под окном. С рычанием обернулась дикой кошкой, выпрыгнула в сад и опустила нос к земле, ловя запах. Он был довольно сильный, я почти видела, как маленькие ножки в ботиночках топают по дорожке.

Но пугало меня то, что след Сиеры вел в сторону Белой Башни.

Глава 20

Обитель Искры

Сама не помню, как добралась до нее. Запах Незабудки привел меня к Обители Искры и оборвался: сколько я ни бегала вокруг, но уловить его больше не могла. И это означало, что Сиера вошла внутрь.

Я вновь зарычала и вернулась в человеческий облик. Белоснежные стены возвышались надо мной, гладкие и прохладные, словно лед. И я поневоле вспомнила Хрустальный Замок Оххарона. Две башни, стоящие на одном месте, но в разных реальностях. В это трудно поверить.

И все же так было. Что-то происходило вокруг меня. Чем ближе я подходила, тем яснее это понимала. В наступающем рассвете я с ужасающей четкостью видела, что наш мир меняется. Под моими ногами вдруг появилась бурая трава, которая крошилась под сапогами, словно стекло. Шаг – и свет погас, я вступила в кусок ночной тьмы. Закинула голову. Надо мной слабо мерцала в небе сиреневая Звезда Мрака. Она покачивалась, и ее лепестки дрожали, посылая на землю синие брызги света. Еще три шага, и вновь стало светло. Я обернулась. За спиной была черная завеса – кусок Оххарона, проникший в мой мир. Белая Башня была уже совсем рядом.

– Незабудка! – крикнула я и вздрогнула. Мой голос в тишине этого места казался слишком громким. И слишком жалким. Я набрала больше воздуха и вступила под ажурную арку, что служила здесь входом. – Сиера, милая, ты здесь? Отзовись!

Эхо прокатилось по пустому залу. Я осмотрелась. Удивительно, но здесь никого не было. А ведь я всегда думала, что в Белой Башне бесчисленное множество стражей, охраняющих Искру.

И тут я вспомнила. И поняла, почему Башня пуста. Никто не может приблизиться к Искре. Никто. Даже верховные магистры могут сделать это лишь изредка и на короткое время. Остальные погибнут в этих стенах.

Я сглотнула.

– Незабудка, прошу тебя, выходи!

Сделала осторожный шаг, убеждая себя, что как только увижу хоть что-то блестящее, сразу закрою глаза. Ведь если не видеть Искру, она не сможет причинить вред? Или сможет? Я старалась об этом не думать. Гнилая требуха, я просто старалась об этом не думать! Мне нужно найти сестру. Мне просто нужно ее найти!

Осмотрелась.

Зал с белыми стенами и массивными колонами был пуст и тих. На высоком потолке плыло изображение, я закинула голову, рассматривая его. Оно было столь искусно, что, не зная, я сочла бы, что это реальность. На потолке было изображено ночное небо и две звезды: синяя и красная. Они сверкали на черном бархате, словно драгоценности. Но ведь я точно знала, что за стенами уже наступило утро и взошло солнце. Я сделала еще шаг.

Легкие серебристые искры закружили в воздухе и осыпались на мои руки. Залили светом, и я ахнула, увидев, что мой наряд преобразился. Туника, штаны и грубые сапоги исчезли, заменившись тонким кружевом и рядами шелковых юбок, что волочились за мной по полу. Белое платье было похоже на подвенечный наряд, оно открывало плечи и руки и пеной струилось к ногам.

– Что за ерунда? – нахмурилась я. Меня такое преображение совсем не обрадовало, скорее испугало.

Посреди зала возникла витая лестница, ведущая куда-то наверх, и я закинула голову.

– Сиера, ты здесь? Незабудка? Немедленно ответь! Вот найду тебя и так выдеру хворостиной… – забормотала я, ступая на белоснежную ступеньку. На миг пришло воспоминание – мой сон. Там я тоже поднималась наверх, правда, в другом мире, но мне тоже было страшно…

Я решительно тряхнула головой, сжала зубы и пошла, подхватив подол своего роскошного платья. Босым ногам было холодно на мраморных ступенях, но я не обращала внимания. Все выше и выше, в конце я почти побежала и в комнату наверху ворвалась, задыхаясь. Ахнула изумленно. Здесь не было стен – вместо них клубился туман, и в его мгле проступали очертания других миров. Они менялись и перемещались – бесконечность реальностей, таких разных, что наблюдать их можно было веками. Там плыли чужие земли с багровыми долинами и желтыми реками, с бурлящими океанами и черными пустынями, в которых с белого неба сыпался пепел, и из него рождались удивительные создания. Там летали ящеры, опаляющие огнем скалы, и жили люди, похожие на нас, но синекожие и желтоглазые. И даже пещера с матовым озером и трехголовым монстром – тоже была здесь. Бесконечность миров, за которыми можно было подсмотреть. Завороженная, я шагнула ближе, испытывая колдовское желание шагнуть в эти туманные стены, прикоснуться, ощутить, упасть за Грань… Это было так притягательно сладко…

Я резко отпрыгнула, тряхнув головой.

– Ты! – скрипучий голос за моей спиной заставил меня подпрыгнуть. Я резко обернулась. В центре площадки стояли магистр Хормольд и черноволосый Авилий. Свет портала погас за их спинами.

Я попятилась от магов.

– Я ищу свою сестру! Не подходите ко мне!

Черноволосый повернул голову к толстяку:

– Но если она не Отражение? Что нам теперь делать?

– Ничего. – Лорд Хормольд поджал губы. – Забвение взошло на небосклон, это значит, что лишь одна девушка может войти в Белую Башню. Провидение привело сюда эту… Нам остается лишь молиться, чтобы она оказалась нужной.

– О чем вы говорите? – не поняла я.

Маг не ответил.

А меня вдруг с силой притянуло к черной колонне, что возвышалась посреди комнаты. Да так, что я треснулась затылком о гранит и взвыла от боли! А потом поняла, что не могу пошевелиться, даже глаза закрыть – я словно прилипла.

– Что вы делаете? Прекратите! – Я попыталась разозлиться, но лишь испугалась. Попробовала сменить облик, но ничего не вышло, словно магия этого места сковывала цепями. Не позволяя страху взять надо мной вверх, я вспомнила слова Лероя, вздохнула и выкрикнула: – Нар-ори, отпускаю вас!

Зуд под моей кожей усилился, но ничего не произошло.

– Не старайся, – покачал головой Хормольд. – В этом месте мы лишаемся силы и магии. Все. Здесь властвует лишь Искра. – Он шагнул назад, и черноволосый тоже. – Что ж, да будет так. Забвение горит, и ты вошла в Обитель. Мы будем молиться, чтобы ты оказалась избранной, чтобы была не просто глупой девчонкой, а Отражением.

– Отпустите меня, – в отчаянии выкрикнула я. – Прошу вас!

Маги покачали головами.

– Когда взошла Звезда Вечности, девочка, в наш мир пришло Отражение Света и Тьмы, – неторопливо начал Хормольд, делая еще шаг назад. – Это та, что способна отразить любую магию. Даже магию Искры. Она впитает угасающий свет и умрет, сама став этим светом.

Я слушала их с ужасом. Умрет? Я должна умереть?!

– Сегодня ночью загорелась Звезда Забвения. – Маги еще отступили.

– Почему она так называется? – внезапно спросила я.

– Потому что Искра проводит свою жизнь в Забвении. В одиночестве. Целую вечность… Это Сила Света. Сила Искры. Сила непорочной и чистой девы. Вечная любовь…

– Что? – завопила я.

И тут краем глаза заметила мерцание. Я повернула голову. На краю площадки появилась еще одна фигура, укутанная в черную ткань. Но сквозь прорехи все равно пробивался свет. Она чуть качнулась в мою сторону, и сияние усилилось.

– Гнилые потроха, – прошептала я, начиная осознавать. – Искра – это человек? О Боги! Искра – это человек!

– Нет, – качнули головами маги. – Искра – это душа. Вечно любящая женская душа.

Фигура двинулась ко мне, а маги вскинули ладони, открывая портал.

– Лея!!! – рычание разорвало тишину, оно было не похоже на человеческий голос, но мое имя прозвучало четко и заставило меня оторвать зачарованный взгляд от Искры. На площадку запрыгнул Шариссар. В боевой форме. С его клыков и когтей капала кровь, черная шерсть блестела, словно смазанная маслом, а глаза горели углями. Он был таким жутким и таким желанным, что я готова была расцеловать эту ужасающую морду с оскалом, костяными наростами и шипами. Красные глаза остановились на мне, он вновь зарычал и прыгнул, в полете распахивая кожистые крылья.

Но в этот момент черная ткань соскользнула с тела Искры, и время остановилось. Завис в воздухе Шариссар. Замерли брызги крови, что слетали с его когтей. Остановились в нелепых позах маги, спешащие убраться в портал. Даже клубы тумана затвердели, вырисовывая, словно гравюры, картины других миров.

Очень медленно я повернула голову. Она смотрела на меня – юная девушка с белесыми глазами древней старухи. Она была полупрозрачной и бестелесной, духом, а не плотью. Ее золотые волосы развевались, черты лица были тонкие и привлекательные. Но глаза… Я содрогнулась. Каково это – проводить столетия в одиночестве, созерцая чужие миры и течение жизни, к которой невозможно прикоснуться? Вспоминая тех, кого любила всем сердцем, но с кем никогда не будешь рядом? Вечность и забвение… Какая ужасная судьба!

– Ты права, Лея. – Искра склонила голову. – Никто не знает, как печальна судьба той, что в Пятиземелье почитают святыней. – Она шагнула ко мне.

– Не подходи! – зашипела я. – Я не хочу!

– Я тоже не хотела, – серьезно кивнула девушка. Ее прозрачное тело слегка мерцало, – и та, что была до меня, – тоже. Но таков порядок мира, Лея. Такова необходимость.

– Ты знаешь мое имя?

– Я все знаю. Я вижу то, что происходит во всех мирах. Но не могу прикоснуться ни к одному из них. Я вижу людей, но остаюсь незрима. Я могущественна, но не способна изменить ничего… Я лишь наблюдатель… Тень, стоящая за каждым.

– Не приближайся!

– Это неизбежно. – Она слегка вздохнула. Искра сделала еще шаг. Теперь она стояла так близко, что я видела крохотные веснушки на ее носике. Когда-то это была красивая юная девушка, желающая жить и любить. Разве мечтала она стать Богиней?

– Я мечтала о домике из белого дерева. О мужчине, что любил бы меня. О четверых ребятишках, – тихо сказала она. – У меня были совсем простые мечты, Элея, и совсем простая жизнь. Я не ценила ее… Все не ценят. Хотя, может, это и правильно…

– Не прикасайся! – завопила я.

– Это больно лишь поначалу, – ласково прошептала она. – А потом… станет хорошо. Не страшно. В тебе останется лишь любовь, Лея. Не противься этому. Свет поглотит твое тело, и ты станешь Светом. Только им…

Я в ужасе уставилась на ее лицо. Сквозь него я видела зависшего в безвременье Шариссара. Я хотела смотреть на него, чтобы было не так страшно, но заставила себя сосредоточиться на странных белых глазах Искры.

Наверное, я ужасная дрянь, но я совершенно, до колик и икоты не хотела собой жертвовать и становиться бесплотным Светом! В конце концов, я просто не могла себе этого позволить, ведь мне нужно заботиться о Незабудке!

– О, не волнуйся, – утешила Искра. – Магистры позаботятся о твоей сестре. Скорее всего, она станет одной из хранительниц.

Я снова дернулась, пытаясь оторвать ладони от черного гранита. И вновь бесполезно.

– Как тебя зовут? – в отчаянии выкрикнула я, пытаясь остановить ее приближение. Задержать. Отсрочить. – Как тебя зовут? У тебя же было имя?

Она вновь качнула головой.

– Я больше не помню его. Меня зовут Искра. И я отдаю тебе, Элея, это имя. Носи его вечность.

Я закричала, когда ее ладони прикоснулись ко мне. Мерцание охватило кончики моих пальцев, поползло по рукам, плечам и груди, охватывая все мое тело. Еще миг, и я вспыхнула, словно ярчайшая звезда, и в то же мгновение время вновь вернулось. Капля крови упала с клыков Шариссара, и он одним движением столкнул двух магистров. С воплем те полетели в клубящийся туман, за Грань миров, и исчезли. Еще миг, и сильные руки сомкнулись на мне, отрывая от золотоволосой девушки.

– Лея!!! – Он зарычал, прижимая меня к себе, но я его почти не чувствовала. Я видела, как зверь бьет хвостом, оставляя на мраморе глубокие вмятины, как делают борозды его когти, а крылья двигаются с такой силой, что в тишине этой комнаты закручивался маленький смерч. Мое тело болталось в его руках бесчувственной тряпкой, словно маленькая кукла в лапах чудовища. Сквозь собственное сияние я видела, что Искра стала совсем прозрачной, а потом просто растворилась. На ее губах все еще была печальная улыбка, а потом на месте, где она стояла, ничего не осталось.

И меня разорвало от боли. Тело и сознание поглотил свет, такой всеобъемлющий, что я не могла его выдержать, не могла с ним справиться!

– Не смей… умирать! – с яростью зарычал Шариссар. Слова были почти непонятны, это был странный полурев-полувой, но я их угадала. Я видела, что он обжигается о мою светящуюся кожу, его шерсть вспыхивала и тлела, оставляя черные ожоги, но раны срастались, хотя наверняка причиняли сильную боль. И он не отпускал, не давая мне провалиться во тьму.

– Не смей умирать, Лея! Не смей! Нужна… мне! Ты нужна мне!

Я зацепилась за его слова, словно за спасательный якорь. Меня тянуло куда-то в бесконечность, в Ничто, где не было ничего, лишь огромная пустота. И сопротивляться желанию упасть туда было так сложно… Но Шариссар сказал, что я ему нужна…

Не выпуская меня из рук, он изменил облик, становясь человеком. Огромные лапы стали руками, но прижимали они меня по-прежнему крепко. И я должна была сказать… Должна была попросить…

– Незабудка… – с трудом выдохнула я.

– Она в безопасности. Слышишь меня? Ты нужна ей! И мне.

– Нужна… – Я смотрела в его глаза. Черно-синие. Боль отступала, вытесняясь радостью. Счастьем. Я ему нужна. Ему и Незабудке. Как хорошо… Как чудесно. Ведь я… – Я тебя люблю, – шепнула я.

– Тогда вернись ко мне. – И губы Шариссара прикоснулись к моим. Яростно и сильно, словно он вырывал этот поцелуй не у меня, а у самой смерти. Словно подчинял, не позволяя покинуть его, не разрешая уходить. Что-то мощное и неконтролируемое рождалось внутри меня от его губ, ласкающих и требующих, подчиняющих и дающих. Я закинула ладони ему на шею, ощущая, как боль уходит, а мое тело наполняет живительное тепло. Сила его страсти выдергивала меня из пустоты, заставляла жить. Я хотела остаться. Хотела любить. Хотела быть с ним.

Моя кожа все еще светилась, но уже не обжигала его. Шариссар отстранился, рассматривая меня. Я тоже посмотрела – моя кожа мерцала, словно была усыпана крохотными бриллиантами, это было пугающе и завораживающе красиво.

– Великий Мрак… – Он медленно провел ладонью по моему телу кончиками пальцев и так же медленно поднял взгляд. И в этом темном взгляде была неотвратимость того, что сейчас произойдет. В нем был голод. Темный, жадный, иссушающий голод, который он не хотел сдерживать. Он весь был – похоть и желание, он пах ими, они бились в черно-синих глазах и прорывались хриплым дыханием.

Следующее прикосновение было уже сильным, требовательным. Он прижал меня к себе, давая ощутить каменное напряжение его мышц и жар тела. Жесткие губы вновь впечатались в мои, язык двигался, словно заявляя свое право на владение моим ртом, моим телом, моим сознанием. Бедра Шариссара прижались так плотно, что я явственно ощутила, какой он твердый и горячий внизу. Он чуть отодвинулся и снова вжался в меня, впечатывая в холод гранитной колонны.

– Ле-е-е-я. – Его хриплый рык был болезненным и внутри меня отозвался тягучей вибрацией, мучительным наслаждением. Оно зарождалось в груди и опускалось ниже, скручивая нутро желанной и сладкой болью. Я откинула голову, подставляя шею, и его язык прошелся по коже, по бьющейся жилке, губы добрались до ключицы, и Шариссар меня укусил. Несильно, но я выгнулась, словно от удара молнии. С моих губ сорвался стон, и это был не стон боли. И Темного этот звук заставил вновь зарычать – он словно сорвался с цепи, сдирая кружево платья и осыпая поцелуями мое тело. То томительно-нежными, то болезненно-сильными, от которых мои губы вновь издавали эти непроизвольные животные звуки.

И я хотела большего. Я хотела его. Целиком и полностью. Я хотела ощутить его тяжелое тело на себе, почувствовать, какой он горячий и сильный. Хотела, чтобы он прижимал меня к полу и двигался, оставляя на мне следы своих поцелуев. Или укусов – все равно. Я хотела вогнать ногти в его спину и не отпускать от себя мучительно долго.

И, повинуясь этому желанию, я потянулась к его одежде, путаясь в кожаных ремешках и костяных пуговицах. Он вновь целовал мои губы, если это требовательное и жадное облизывание можно отнести к поцелуям.

– Лея… – Его вздох был похож на стон. – Ты – безумие…

Взгляд Шариссара стал совершенно диким, а я провела ладонью по его коже, там, где была расстегнута рубашка, и прижалась губами. Я забыла о том, где мы, обо всем забыла, отдаваясь его рту, что терзал меня, заставляя стонать, и ласкающим меня рукам.

Он втянул со свистом воздух, отодвинулся на миг, от чего я протестующе застонала, а Шариссар бросил на меня взгляд, полный животной похоти. Он скинул парху, через голову стянул рубашку и дернул кожаные полоски на штанах. Его глаза не отрывались от моего лица, губы были сжаты, словно он пытался сдержать свое хриплое дыхание. Но я все равно слышала. И мне это нравилось.

Я прошлась взглядом по его полуобнаженному телу, понимая, что тоже дышу с трудом. У него было много шрамов – на широкой безволосой груди, на руках с буграми мышц, на напряженном животе. Мне хотелось прикоснуться губами к каждому из них. Несколько знаков чернели на его теле, и я ахнула, поняв, что они выжжены на коже, словно тавро. Два – на боку под правой рукой, один на левой, словно браслет. Множество горизонтальных линий на предплечьях и самый большой символ – на левой стороне груди, багровый, словно нарисованный кровью.

И он был безумно красив, этот мужчина. Его кожа была смуглой, а тело воина казалось вылитым из бронзы, таким же совершенным, литым, жестким и сильным.

Шариссар приблизился, облизнулся, словно зверь. И толкнул меня, припечатав к полу. Прижал мои ладони к доскам, и я ощутила вожделенную тяжесть его тела. Темный сделал движение вверх-вниз, словно потерся об меня всем телом, и я сделала то же самое, вызывая его рычание. И притянул меня еще ближе к себе. Хотя ближе, казалось, уже было невозможно, мы и так сплелись телами, языками, губами и пальцами, сплетаясь все теснее, прикасаясь друг к другу, пробуя на вкус, изучая, лаская и сжимая до потемнения в глазах, до боли, до хрипов!

– Да… – выдохнула я, закусывая губу и прогибая спину.

– Мрак тебя забери, кошечка, – зарычал Шариссар. И повторил хрипло, задыхаясь: – Забери тебя Мрак…

И двинулся вперед. Одним сильным движением, застонав и вцепившись стальными пальцами мне в бедра. Замер на миг, когда я выгнулась от резкой боли. Но я не позволила остановиться, вновь подавшись ему навстречу. Я хотела быть с ним, и это желание затмевало все. Это было глубинное желание влюбленной женщины – принадлежать выбранному ею мужчине. Быть с ним, слиться, сгореть в его руках и разделить на двоих дыхание и наслаждение.

Хриплое дыхание Шариссара перешло в низкое, утробное рычание. Он резко перевернул меня на спину и навалился сверху, его лицо исказилось, словно от боли. Я моргнула, поняв, что его тело в какой-то момент выгнулось, как бывает перед обращением, и заметила блеснувшие из-под верхней губы клыки. Он прижался к моей шее, жадно лизнул, как лижут звери.

– Ты… должна… пахнуть… страхом. А пахнешь… лишь желанием. – Клыки прошлись по моей яремной ямочке, слегка царапая. Боли уже не было, и я застонала от странного и тягучего наслаждения, что зарождалось во мне. Откинула голову, подставляя шею его рту, и прогнулась, чтобы соединиться сильнее. Закинула руки ему на шею, сплетая наши объятия как можно крепче, двигаясь в одном с ним ритме, древнем, как мир. Подстраиваясь под его мощь и силу. Глаза Шариссара стали совсем черными, без синевы, он издал короткий стон, и его клыки погрузились в мою шею, заставив меня закричать. Темный сделал один жадный глоток и откинул голову, закрывая глаза, облизываясь и тяжело дыша.

Томительное удовольствие в моем теле сменилось горячей волной, что подхватила меня, унося к вершине обжигающего наслаждения. Я мучительно застонала, сгорая в этом пламени, в этих сильных и тугих толчках, в этой сладкой муке. Еще одно движение, и я словно взорвалась и забилась под ним, переживая немыслимое удовольствие близости. Шариссар по-звериному зарычал мне в губы, дернулся и замер.

Его пальцы на моем теле медленно разжались, и я с улыбкой подумала, что он наверняка оставил на мне синяки. И, кажется, на моей спине стерлась вся кожа. Вздохнув, я откинула голову и рассмеялась. По-настоящему, громко, от того чувства наполненности и счастья, что меня окрыляли. Кажется, я никогда не ощущала себя такой счастливой: Незабудка в безопасности, я жива и стала женщиной в объятиях любимого мужчины, и все закончилось. Хотя нет! Все только начинается! Жизнь, она только начинается! И теперь все в ней будет правильно.