Текст книги "Сердце Анны"
![](/books_files/covers/thumbs_240/serdce-anny-147219.jpg)
Автор книги: Мария Литошко
Жанр: Остросюжетные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 9 (всего у книги 38 страниц) [доступный отрывок для чтения: 11 страниц]
Глава 25
Метель стихла только к ночи. Этим днём Анна так и не смогла поехать к мистеру Лоэру и совсем не ждала его приезда, ведь в такую безжалостную погоду никто не решился бы показать из дому даже нос.
Весь день она пыталась отвлечься то читая роман, то занимаясь музыкой, но дела помогали забыться совсем ненадолго, и мысли о Маркусе возвращались вновь. Она не знала, как ей поступить: что-то предпринять самой или отдаться воле обстоятельств, доверившись судьбе? С одной стороны Анне хотелось взять ситуацию в свои руки: вызвать жалость отца, сделать что угодно, лишь бы не потерять свою любовь, а с другой – ей хотелось отдать эту роль Маркусу, ведь именно в его чувствах сэр Рочфорд имел сомнения. Немного всё обдумав, Анна решила остановиться на втором варианте. «Я уверена, Маркус сделает всё, чтобы мы не потеряли друг друга!» – с надеждой подумала она и постаралась поскорее уснуть.
На следующий день, не дождавшись десяти часов, Маркус отправился в поместье, даже не выпив свой утренний кофе. Ему не терпелось скорее привести в действие свою новую идею. Он мчался верхом на лошади по заснеженным дорогам, рассекая ледяной ветер и мысленно умоляя судьбу подарить ему хоть немного удачи.
Тем временем в поместье продолжался завтрак. Анна не ждала, что Маркус приедет к ней в столь раннее время.
– Прошу прощения, сэр Рочфорд, приехал мистер Маркус Лоэр, – сообщил слуга. – Он ожидает в прихожей.
– Как замечательно, что я сейчас уезжаю по делам, – сказал Роберт, допив свой чай. – Филип, принесите мне моё пальто и шляпу! Я не пойду через парадную дверь: мне не хочется омрачать начало такого хорошего дня встречей с этим человеком.
– Конечно, сэр, сию минуту!
Слуга принёс сэру Рочфорду его одежду, и он поспешно вышел.
Анна старалась, как можно скорее доесть свой омлет, поэтому быстро клала в рот кусочек за кусочком, с трудом успевая их глотать.
– Не нужно торопиться! Настоящим леди так вести себя не пристало, – заметила Маргарет. – Мистер Лоэр, полагаю, знал, что в это время в нашем доме завтрак. И раз он приехал, то пусть подождёт.
Анна тут же замедлилась и перестала спешить. Спокойно, как и велела ей мать, она покончила с завтраком и вышла к Маркусу.
Он сидел на диванчике, слегка наклонившись вперёд и нервно теребил по кругу поля своей шляпы. Но, увидев Анну, Маркус тут же пришёл в себя и подошёл к ней.
– Доброе утро, любимая! – трепетно произнёс он.
– Доброе утро, Маркус! Сегодня ты приехал раньше обычного. Я полагала, что если ты и приедешь, то уж точно не раньше полудня.
– Если? Ты думала, что я могу не приехать к тебе? – поразился Маркус.
– Конечно, погода совсем холодная! Не всякий решится покинуть дом. Ты, верно, совсем промёрз, пока добирался сюда. Тебе нужен горячий чай.
– Погода и вправду неприятная. Ветер так и норовил сбросить меня с лошади. Но это всего лишь маленькая плата за то, чтобы снова увидеть тебя, – Маркус говорил чувственным и, как-будто, любящим голосом. – Я должен был приехать к тебе вчера, но, к несчастью, сильная головная боль никак не покидала меня. Я был вынужден провести весь день в постели. Но мне очень нужно поговорить с тобой, и сегодня я приехал к тебе сразу же, как только проснулся. Не хотелось терять ни единого часа.
– Мне жаль, что тебе вчера было дурно, Маркус, а я весь день провела дома и даже не знала об этом! – с сожалением ответила Анна. – Тебе следовало послать мне записку.
– Я знал, что если скажу о своём недомогании, ты соберёшься ко мне сама, а вчерашняя погода была куда хуже сегодняшней. Ты бы не добралась даже в карете. Мне совсем не хотелось тревожить тебя из-за такого пустяка!
– Это поступок джентльмена! – Анна улыбнулась. Ей было очень приятно видеть его заботу, пусть даже такую незначительную. – Идём в библиотеку, там нам будет удобнее!
Анна предложила Маркусу чаю с куском пирога, но он отказался, потому что желание поскорее высказаться перебивало ему должный аппетит.
– Как прошёл твой разговор с отцом? – сперва спросил он.
– Вполне обычно. Папа лишь рассказал мне о своём к тебе условии.
Анна решила не открывать Маркусу всей правды. Можно было бы предположить, что так она поступила, потому что слова отца всё же заставили её задуматься, и она не хотела выдавать его. Но нет, над словами сэра Рочфорда Анна совсем не задумалась и не приняла даже долю мысли о том, что мистер Лоэр может ей лгать. Она решила не говорить правду былого разговора, чтобы не обидеть Маркуса и не испортить его доброе отношение к её отцу. Ведь, если они оба возненавидят друг друга, то это будет крах всему. Анна не могла этого допустить.
– Мой отец очень твёрд в своих убеждениях, – сказала Анна, – и переубедить его почти так же сложно, как сломать руками дуб. Боюсь, иного выбора нет: нам придётся принять его условие. Мне, конечно, будет печально расставаться с поместьем, семьёй и моим чудесным садом, но это не так уж и страшно. Я смогу приезжать сюда, когда пожелаю.
– Я бы с радостью принял условие сэра Рочфорда, если бы не одно препятствие, которое стоит передо мной – мои родители, – Маркус с грустью отвёл глаза.
– Родители? Я им разве не нравлюсь? – удивилась Анна. – Всё это время мне казалось, что мистер и миссис Лоэр очень добры ко мне и любезны!
– Дело вовсе не в тебе, милая! Ты им нравишься. Им не нравлюсь я.
– Как же это? Ведь ты их единственный сын!
– Вот видишь, и так бывает в жизни. Как оказалось, не всегда родной человек может быть любим и приятен, – говорил он. – Я очень надеялся, что мне не придётся кому-либо рассказывать об этом, но обстоятельства меня вынуждают. Жизнь в моём доме невыносима! Мать, кажется, ещё немного любит меня, а вот отец просто ненавидит и едва ли может терпеть! По-настоящему счастливым я бываю только, когда нахожусь с тобой, вне своего дома. Но, возвращаясь в то злосчастное место, я, словно, снова попадаю в ад. Терпеть эту обстановку в одиночку я способен, но подвергать тебя этой муке, жизни с моим отцом под одной крышей, я не могу. Анна, пока ты ему нравишься, но я не знаю, как он станет относиться к тебе, когда ты переедешь в мой дом. Мать слушается его, потакает всегда и во всём. Они испортят нашу жизнь! Своей мне не жаль, но вот ты этого уж точно не заслужила! Никогда себе не прощу, если ты будешь несчастлива!
Маркус чувствовал наслаждение от произносимых собой слов. Они были безупречны: глубина, нужный тембр, чувства, эмоции, убедительный речь с долей сожаления, присутствие благородства – идеально сложенный монолог! Если человек, слушающий ложь, не смог её распознать и даже проникся к ней душой, то такая ложь достойна аплодисментов. Маркус, без сомнений, получил бы их сполна. Жаль, что всё это происходило вдалеке от театральной сцены!
– Как же это, должно быть, ужасно – не получать любви собственных родителей!
Анна поверила. Она с сочувствием посмотрела на Маркуса и обняла, обвив руками его шею.
– Значит, я буду любить тебя ещё сильнее, за них двоих! Но, только вот, что же нам теперь делать? Что предпринять?
– Выход есть только один: необходимо убедить твоего отца передумать и позволить нам жить здесь. Но, я полагаю, мне будет не под силу переубедить его. Я ведь сэру Рочфорду никто, посторонний человек, который хочет забрать у него единственную дочь.
– Ты мой будущий муж. Отец выслушает тебя!
– Конечно, выслушает, а после сочтёт нахалом, который требует поступиться принципами, требует руки его дочери да ещё и права жить в его доме, – рассудительно предположил Маркус. – Нет, я не смогу к нему прийти и снова просить. Совесть не позволяет! Мне не хотелось бы злить сэра Рочфорда, ведь так я рискую навсегда потерять его, пока ещё доброе, отношение.
– Ты хочешь, чтобы я с ним поговорила? – Анна растерянно посмотрела на своего жениха.
– Именно! Ты его дочь, он тебя любит больше всех на свете, и ты, пожалуй, единственная, ради кого он сможет переменить свои убеждения, – Маркус нежно взял её за руку. – Даже дуб будет вынужден согнуться под дуновением сильного ветра, каким бы стойким он ни был. Я уверен в этом! Для сэра Рочфорда ты и есть этот ветер.
Анна слегка испугалась. Она понимала, что будь у её отца просто убеждение, то ей, конечно же, удалось бы его переубедить, но всё было куда сложнее. Сэр Роберт уже сделал окончательные выводы относительно Маркуса и отказал. Пока об этом знала только она. Анна думала, что мистер Лоэр будет сам говорить с её отцом и не раз, чтобы с помощью настойчивости и различных необходимых способов доказать ему свою к ней любовь. Но Маркус не собирался этого делать, так как об отказе не знал. В эту минуту Анна поняла: как ей того ни хотелось, всё же придётся говорить с отцом самой, снова и снова, пока он не передумает. Больше ничего не оставалось.
– Хорошо, я постараюсь всё ему объяснить, – отвечала Анна, едва ли веря в свой возможный успех. – Но, Маркус, ты даже не представляешь, насколько мой отец упрямый человек! Его решения почти всегда окончательные.
– «Почти», а, значит, вероятность есть! – уверенно подчеркнул Маркус. – Сэр Рочфорд твой отец, тебе можно использовать любые способы, чтобы разжалобить его. Анна, ты его единственная слабость!
– Я буду пытаться, но ему понадобится время, чтобы всё обдумать, смириться и принять другое решение, отступив от своих взглядов. Для моего папы очень важно руководствоваться собственными убеждениями и правилами, а мне придётся заставить его отступиться от этого.
– Я всё понимаю, любимая, но это ведь ради нас! – Маркус страстно поцеловал Анну, чтобы придать ей больше смелости. – Если понадобится, я буду вечность ждать того момента, когда мы сможем быть вместе!
Внушительные слова мистера Лоэра одарили девушку силой, надеждой и ещё большей уверенностью в его любви, которую она не поддавала сомнениям.
– Ради тебя, ради нас обоих я сделаю всё, что потребуется! И я буду уговаривать отца столько, сколько будет нужно, пока он не передумает!
Раньше Анна была уверена, что самое трудное – это найти человека, с которым ей захочется провести всю свою жизнь. Но вышло, что труднее всего – пожениться. Самое простое на деле оказалось самым сложным. Анна решила, что переход в новую жизнь так тяжко осуществляется не только у неё, а и у всех остальных людей тоже, что препятствия перед вступлением в брак, якобы, посылает Бог, желая испытать стойкость чувств их обоих – небольшая жертва ради дальнейшего счастья, если, конечно, они смогут преодолеть все трудности и остаться вдвоём, не смотря ни на что. Анна оправдывала ситуацию, как могла. А что ей ещё оставалось? Она ведь не знала и даже не пыталась понять, что мистер Лоэр попросту затягивает её в водоворот своих уловок. Не будь он лжецом, чётко играющим свою роль, об этих сложностях ей никогда не пришлось бы узнать.
Маркус уехал домой, переполненный радостью оттого, что надежда достигнуть вожделенную цель ещё осталась! Он представлял себя кукловодом, а Анна была всего лишь марионеткой, коей он мог управлять, как ему вздумается. Маркусу безумно нравилось и льстило, что она полностью в его власти: заглядывает в его глаза, словно он самый дорогой в её жизни человек, слушает всё, что он говорит, соглашается и теперь полностью зависит от него. Он «держал» её сердце в своей руке и мог сделать с ним всё, что пожелает.
Глава 26
Анна стояла у окна в прихожей и глазами провожала Маркуса. Он быстро удалялся вдаль и вскоре скрылся за белоснежной вуалью падающего снега. Пейзаж за окном был невероятно скучным и никаких иных чувств, кроме тоски и угнетения, не вызывал. Зима для Анны всегда оставалась загадкой. Она смотрела на всюду лежащий снег и, ей казалось, что время застыло среди этой бескрайней белой вечности.
Внезапно тишину, в которую погрузилась Анна, нарушил стук каблуков о мраморные ступеньки, и она тут же обернулась.
– Ой, как же я всегда боялась эту лестницу! – это была леди Рочфорд, медленно и осторожно спускавшаяся вниз, придерживаясь за перила. – Она безумно красивая, но всякий раз, когда приходится на неё ступать, мне кажется, что я могу упасть и свернуть себе шею! Когда-то давно, ещё до твоего рождения, я просила Роберта принести в жертву эту красоту ради безопасности, но он категорически не хочет ничего менять. Отказался даже покрыть её ковровой дорожкой! Каждая мелочь этого дома, каждый кирпичик и камень представляют для него величайшую ценность, поэтому моя просьба прозвучала впустую. Каков упрямец!
– Мой прадед, видимо, был бесстрашным человеком, раз он решился выложить лестницу мрамором, а папе очень дорог наш дом именно в том виде, в каком он был построен. Я бы тоже не хотела что-либо в нём менять, – ответила Анна.
– Я собираюсь поехать навестить Элеонору. Что-то давно я у неё не была. И я подумала: раз мистер Лоэр уже уехал, поезжай-ка и ты со мной, дорогая! Миссис Уотс будет рада тебя видеть!
Маргарет улыбнулась и подошла к зеркалу, чтобы надеть свою норковую серую шапочку.
– Анна, ну что же ты так долго думаешь? Поедешь со мной?
– По правде говоря, мне хотелось побыть дома и дождаться отца, – не совсем уверенно ответила Анна.
– О… тебе придётся долго ждать, думаю, до самого вечера, так что, поехали со мной! – ободрительно произнесла леди Рочфорд и приказала служанке принести для Анны верхнюю одежду. – Нечего тебе сидеть здесь одной и предаваться всяческим беспокойным мыслям!
Анна и сама не хотела оставаться в одиночестве так надолго. Она понимала, что некоторое разнообразие пойдёт ей только на пользу и поможет немного отвлечься, а в доме Уотсов всегда было весело, ведь своими нескучными и порой смешными рассказами Элеонора могла развеселить кого угодно, даже самого угрюмого человека.
По дороге к Уотсам Маргарет захотела провести с дочерью лёгкую и недолгую беседу, воспользовавшись удачно выпавшим для этого случаем.
– Я не предполагала, что мистер Лоэр приедет к тебе снова после того, что случилось, – начала она.
– Отчего же, по-твоему, он мог не приехать?
– Вчера ты была совсем не в духе и не расположена к тому, чтобы выслушать мои выводы. Отец всё мне рассказал о его разговоре с Маркусом и с тобой, и я совсем не ожидала, что буду так огорчена. Как это ни прискорбно, но я всё же встала на сторону твоего отца. Он с самого начала видел в мистере Лоэре то, чего не удалось увидеть мне.
– О, мама, я просто поверить не могу! – в недоумении воскликнула Анна. – Тебе, как мне помнится, ещё днём ранее мистер Лоэр очень нравился, и ты говорила, что он моя судьба! Как ты могла поверить в очередные глупые доводы отца?
– Это уже не доводы, а прямые факты и на сей раз весьма убедительные доказательства! Твой отец очень наблюдательный и умный человек, родная. Он сумел отыскать тёмную сторону Маркуса, где-то в самом потаённом уголке его души, куда мы с тобой просто не смогли заглянуть. Конечно, всегда легче верить в хорошее, чем признать, что плохое тоже существует и может таиться внутри человека до определённого момента, пока не настанет час проявиться.
– Я думала, мама, что ты уж точно не изменишь своего мнения о Маркусе, – огорчённо произнесла Анна. – Теперь я одна, и никто в доме меня не поддержит…
– Мне очень хорошо известно, что значит быть влюблённой, и я представляю, насколько трудно поверить в то, во что верить совсем не хочется, – объясняла Маргарет. – Мы с отцом желаем тебе только добра и не стали бы лишать счастья, будь это вправду оно.
– Я не могу отступиться от того, к чему меня тянет моё сердце!
– Нельзя верить только сердцу! Оно не способно думать и что-либо понимать. Нужно слушать голос разума – нет вернее союзника и помощника в жизни.
– Разум мешает жить свободно. Счастливым можно стать, следуя лишь судьбе и зову сердца! – спорила Анна, не желая отступать от своих убеждений. – Помощь разума мне сейчас не нужна. Я знаю, что поступаю правильно. Сегодня Маркус открылся мне и поведал о своей тяжёлой тайне, и это способно объяснить его растерянность и озадаченность во время разговора с папой.
– И что же это за тайна, которая может его оправдать? – заинтересовалась леди Рочфорд.
– Я расскажу сегодня за ужином, когда отец вернётся домой. Вы должны об этом знать, и я очень надеюсь, мама, что вы сможете правильно понять нашу трудную ситуацию, случившуюся из-за вашего упрямства! – серьёзным и непоколебимым голосом ответила Анна.
– Хм… интересно… Ты меня заинтриговала. Но почему Маркус сам не может рассказать нам об этом?
– Он смог открыться только мне, ведь я ему ближе, чем кто-либо в его жизни. Говорить кому-то другому, а тем более – Вам, ему стыдно и неудобно. Поэтому, я посчитала необходимым взять эту обязанность на себя.
Для Маргарет не составило труда догадаться, что Маркус попросту подговорил её дочь сделать всё за него, тем самым создав себе образ, якобы, скромного молодого человека. Подумав об этом, ей стало чуточку смешно, и по её лицу слегка проскользнула насмешливая улыбка.
«Хитрый ход, мистер Лоэр, но весьма неудачный», – подумала Маргарет и постаралась сдержать смех, желавший вырваться наружу.
– Что ж, хорошо! Придётся мне дождаться вечера, хотя я и не люблю томиться в ожидании, – сказала она, скрыв от дочери свои подлинные мысли.
Карета стала замедляться и, наконец, остановилась. Проведя это время за разговором, Анна и леди Рочфорд совсем не заметили, как подъехали к особняку Уотсов.
– Анна, где твоё кольцо? – спросила Маргарет, прежде чем покинуть карету.
– На моём пальце, – она сняла перчатку и показала матери руку.
– Сними и положи в сумочку, иначе его увидит Элеонора. Она никогда не упускает из вида даже такие мелкие детали.
– И что в этом страшного?
– Приятных вестей относительно этого кольца у нас для неё нет, а рассказывать подробности данных обстоятельств мне бы не хотелось. Не стоит посвящать Элеонору в эту деликатную ситуацию, касающуюся только нас! Если она увидит кольцо, то все разговоры сейчас и в дальнейшем сведутся к обсуждению Маркуса Лоэра, а мне и без того надоело говорить о нём, – серьёзно пояснила Маргарет.
Анна не стала перечить требованию матери и, не говоря ни слова, убрала кольцо в свою маленькую сумочку.
Элеонора очень обрадовалась приезду Маргарет и Анны. В этот день она особенно нуждалась в поддержке своих добрых друзей. Всю её переполняло желание поскорее поведать им о переменах, которые принесли огорчение.
– Ах, мои дорогие, как же замечательно, что вы ко мне решили наведаться! – сказала она, встретив их у дверей. – Мне сейчас так необходимо сочувствие!
Элеонора обняла обеих и проводила в гостиную.
– Мы всегда готовы помочь тебе, дорогая! – утешительно произнесла Маргарет, взяв подругу за руку. – Но что же произошло? Ты так встревожена и выглядишь совсем неважно.
– Как же мне нелегко сейчас приходится! Мой дорогой, мой милый сын Питер больше не будет жить в этом доме. Уже никогда! – Элеонора чмыхнула носом и достала свой платок, чтобы убрать с глаз выступившие слёзы. – Я так надеялась, что его поездка станет для нас лишь временной разлукой, и вскоре он вернётся домой. Но нет, – она потянулась к столу и подала Маргарет письмо. – Его доставили вчера вечером.
Леди Рочфорд развернула листок и бегло прочла написанное.
– Что там, мама? – Анна с нетерпеливым интересом попыталась всмотреться в строки.
– Питер женился на итальянке! – удивлённо произнесла Маргарет. – Как же это неожиданно, даже для меня!
– Женился – это ещё не так страшно. Он решил жить в Италии всю оставшуюся жизнь! Это катастрофа! Я не могу жить без моего мальчика и получать от него только открытки и письма! – всхлипывая, произнесла миссис Уотс, вытирая платком слёзы. – Вот, выходит, как я умру: в тоске и печали.
– А что же мистер Уотс? Что он об этом думает?
– Ему всё-равно. Он никогда не испытывал переживаний по поводу сына и не был с ним строг. Поэтому-то Питер и поступил так самовольно и опрометчиво, не пощадил мои бедные нервы!
Для Элеоноры эта история была печальней всех на свете, хотя Анне она не показалась грустной. «Как же это романтично! Спонтанная свадьба вдали от всех и даже без разрешения родителей! Это воистину, как в любовных романах…», – воодушевлённо вздохнув, подумала она. Однако для миссис Уотс это была трагедия. Анна впервые в жизни видела её такой потерянной. Девушка пересела поближе к ней и обняла свою крёстную, чтобы утешить.
– Не стоит так убиваться! Элеонора, ты напрасно льёшь слёзы. Поверь, и из таких ситуаций есть выход, – сказала Маргарет.
– Какой же? Питеру двадцать пять лет, он уже не слушает меня, что бы я ему ни говорила.
– Значит, если убеждать его вернуться вместе с супругой в Англию – дело тщетное, остаётся только одно: тебе и мистеру Уотсу самим переехать в Италию и жить рядом с сыном.
Элеонора резко прекратила рыдать, оживилась и выронила из рук платок.
– Переехать? О… я и не подумала об этом!
– Будет, конечно же, тяжело проститься со всем и всеми и уехать в чужую страну практически в неизвестность, но жить в таких страданиях, которые не дадут покоя, будет куда тяжелее.
– Да, Маргарет, ты права! – успокоившись, ответила Элеонора. – Я не видела сына больше года и всё это время тешила себя мыслью, что скоро он вернётся. Жить без него я просто не смогу, а так, по крайней мере, мы будем часто видеться. Итальянский язык я знаю, правда, практики не было уже больше ста лет, но ничего, с этим я справлюсь, – на лице миссис Уотс вновь засияла привычная всем оптимистичная улыбка, и она поблагодарила подругу за блестящую идею. – Сегодня же обсужу это с мистером Уотсом!
Маргарет было грустно осознавать, что её единственная подруга вскоре может покинуть город навсегда. Но она не стала выдавать это чувство, дабы не обременять Элеонору ещё одной моральной тяготой.
Озарённая новым планом жизни, миссис Уотс перестала ощущать отчаянье в своей душе. Придя в себя, она попросила служанку принести для всех чаю и принялась за своё излюбленное дело – рассказывать все последние лондонские сплетни.
Пробыв в гостях довольно долго, леди Маргарет и Анна вернулись обратно в поместье.
– А вот и мои красавицы! – радостно произнёс Роберт. – Надо же, мы вернулись почти одновременно! Я приехал всего пятью минутами ранее. Филип доложил мне, что вы решили навестить миссис Уотс. Я рад, что вы выбрались из дома вдвоём и, надеюсь, хорошо провели время!
– О да, выезжать куда-нибудь всегда приятнее, нежели каждый день оставаться дома, занимаясь одними и теми же наскучившими делами, – ответила Анна, снимая перчатки.
– И мы не только хорошо провели время, – подхватила Маргарет, – мы привезли для тебя просто ошеломительные новости! Питер Уотс женился на девушке из Италии и решил остаться там. Возможно, совсем скоро, мистер и миссис Уотс тоже отправятся жить в Италию. Это я предложила им поехать туда вслед за сыном, ведь бедняжку Элеонору ужасно огорчил его необдуманный поступок. Мне было больно смотреть на её слёзы!
– Вот так перемены! – ответил Роберт. – А впрочем, Питер всегда казался мне взбалмошным и непредсказуемым в своих решениях, сколько я его знал. Поэтому, как ни странно, я ничуть не удивлён его поступком. Это как раз в духе Питера. К тому же, Уотсы сами виноваты, что отпустили такого безответственного юношу за границу без сопровождения. Его отцу не следовало этого допускать.
– По всей вероятности, мистер Уотс не такой строгий и упёртый, как ты, Роберт.
– Пожалуй, но не быть строгим и не опекать своё дитя, значит, быть к нему равнодушным и тем самым давать право на беспечность и неправильные поступки. Поэтому я не считаю свои качества недостатками.
– Несомненно, это так! – Маргарет подошла к мужу ближе. – Знаешь, мне очень грустно думать, что я, возможно, больше не смогу заезжать к Элеоноре на чай и не услышу её задорный голос. А ведь я сама посоветовала ей уехать.
– И данным поступком, милая, ты доказала то, что и вправду являешься настоящей подругой. Ты не преследовала собственные интересы, ты действовала в интересах Элеоноры: так, как будет лучше ей, а не тебе. – Роберт обнял жену, чтобы рассеять её преждевременную тоску. – Такова жизнь. Не нам, к сожалению, дано что-либо решать и властвовать над переменами. Мы всего лишь шахматы на игровой доске.
– Всё верно! Я буду писать Элеоноре письма, как Анна – Генриетте, – утешилась Маргарет. – Думаю, что я уже почти смирилась с этим. Не будем продолжать эту драму. Идёмте лучше ужинать!
Вся семья расположилась за обеденным столом. И тут Маргарет вспомнила о том, что Анна обещала что-то рассказать ей и Роберту. Внезапные перемены напрочь отвлекли её от этой мысли.
– Дорогой, наша дочь хотела посвятить нас в нечто очень важное. Анна, – она посмотрела на неё, передав право говорить.
– Ах, да! – словно очнувшись произнесла дочь, и незамедлительно начала свой подробный рассказ.
Анна оправдывала Маркуса, описывая суть его проблемы почти теми же словами, которые произносил он сам. Она жалостливо объясняла ситуацию в надежде вызвать у родителей сочувствие и благосклонность к своему возлюбленному, всем сердцем веря, что то, о чём она рассказывает, есть чистая правда. И эта вера чётко отражалась в её голосе.
Закончив говорить и ожидая ответа родителей, Анна посмотрела на них, как смотрела бы ученица на наставника, надеясь получить снисходительную и приемлемую для себя оценку.
– Ну что я могу на это ответить? Я был более, чем уверен, что, если мистер Лоэр не сбежит в тот же день, то уж точно придумает какую-нибудь уловку или нелепую историю. И, должен сказать, он постарался! Всё было убедительно, впрочем, как и в прошлый раз. Сейчас говорила ты, Анна, но мне кажется, я слышал его голос, – ответил сэр Рочфорд, внимательно выслушав дочь. – Мне чертовски интересно: что же Маркус придумает в следующий раз, – Роберт усмехнулся. – Его упорству и целеустремлённости можно позавидовать! Маркус даже собственных родителей готов поставить под удар, лишь бы добиться своего. Но не в этот раз! Его отчаянная попытка вызвать к себе жалость и сострадание провалена!
– Отец, да как ты так можешь? – Анна с укором посмотрела на родителей. – Вас это забавляет, гляжу! А мне вот не смешно! – с обидой говорила она. – Я и мистер Лоэр, будто застряли между двух миров и не можем двинуться с места из-за того, что его родители – полные ненависти тираны, а мои – упрямцы с дюжиной низких предубеждений и тщеславия!
– Маркус убедил тебя говорить и думать так, как ему выгодно. И у него это получилось, – спокойно отвечал сэр Рочфорд. – Анна, что бы ты сейчас ни говорила, я всё-равно останусь при своём мнении! Я мог бы прекратить всё это и запретить тебе видеться с ним прямо сейчас, но я не чудовище: не хочу, чтобы в твоих страданиях был виноват я. Ты можешь видеться с мистером Лоэром так же, как и раньше, но делать то, чего он жаждет – идти на поводу у лгуна – я не стану. Просто посмотрю, как долго продлится его терпеливое ожидание. Маркус верно рассчитывает получить мою к нему благосклонность и снисходительность чуть ли не завтра. Вскоре он устанет от бессмысленного притворства и снимет свою маску.
– Мистер Лоэр сказал, что будет ждать возможности жениться на мне, хоть целую вечность, если потребуется! – гордо и уверенно сообщила Анна.
– Пусть ждёт. Возможно, спустя вечность я и передумаю.
Маргарет была солидарна со словами мужа, поэтому молчала и лишь иногда кивала головой в знак видимого согласия.
Тема о мистере Лоэре полностью исчерпала себя. Анне уже было нечего добавить. Она замолчала и принялась за свой ужин, не поднимая глаз на родителей. Весь оставшийся вечер она размышляла над последней фразой отца. «А может, действительно стоит терпеливо ждать?» – подумала она. «Спустя время мама и папа увидят, что мистер Лоэр не оставил меня, и передумают. Даже острые бугристые камни под силой волн и времени становятся круглыми и гладкими. Время способно ломать и менять даже закоренелых упрямцев. Нужно только подождать…»
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?