» » скачать книгу По направлению к Свану

Книга: По направлению к Свану -

  • Добавлена в библиотеку: 28 октября 2013, 20:00
обложка книги По направлению к Свану автора Марсель Пруст
Реклама:


Автор книги: Марсель Пруст


Жанр: Зарубежная классика, Зарубежная литература


Серия: В поисках утраченного времени
Язык: русский
Язык оригинала: французский
Переводчик(и): Николай Михайлович Любимов
Издательство: Эксмо
Город издания: М.:
Год издания: 2005
ISBN: 5-699-09495-4 Размер: 500 Кб

сообщить о неприемлемом содержимом

Правообладателям!

Это произведение, предположительно, находится в статусе 'public domain'. Если это не так и размещение материала нарушает чьи-либо права, то сообщите нам об этом.


Описание книги

Изысканный и причудливый мир прустовской прозы воссоздает бесконечно увлекательное и удивительно разнообразное движение человека в глубины своей внутренней вселенной. От строчки к строчке Марсель Пруст перебирает отзвуки бесед, дуновения ароматов, осыпающиеся лепестки воспоминаний и терпеливо выстраивает на этой основе величественное здание главного произведения своей жизни, известного под названием «В поисках утраченного времени». В основу этого воздушного храма красоты и переменчивой гармонии лег роман «По направлению к Свану» – первый шаг в мир, где прошлое и настоящее образуют сложный узор, следы которого с тех пор можно отыскать у самых разных «архитекторов» мировой литературы.

Последнее впечатление о книге
  • Hopeg:
  • 20-04-2018, 15:51

Пруст, вы ужасно сложны для меня, но как же вы оказались у меня в wish-листе? Первое, что приходит на ум, опросник Пруста, которым похож на детские анкеты из моего детства.

Ещё
Остальные комментарии


Комментарии
  • Комментариев: 0
  • НикитаВолокита:
  • 6 декабря 2018 21:18
Хм. А почему второго романа в этом переводе нет?
  • loginovDm:
  • 18-03-2018, 14:20

Дай мне Бог еще сил на следующие шесть томов. Кроме этого шикарно. Автор любит слова, купается в них, иногда бесцельно, иногда кажется, что их подхватил сюжет. Но в любом случае наблюдать это - сильное эстетическое удовольствие.

  • ms_lalique:
  • 29-12-2016, 13:59

Я честно пыталась ее дочитать до конца, и мне было очень стыдно ставить за классику тройку. Мучила себя почти месяц, каждая страница была прочитана по два раза, но я не могла никак сосредоточится на тексте, буквально минут через двадцать я просто засыпала.

Ещё
  • Divnaja_Tigra:
  • 17-11-2016, 14:54

Так утомила меня эта книга, что будто ни сил, ни мыслей на отзыв не собрать! Если бы не моё усердное стремление перечитать всю признанную классику (где в текстах часто упоминается Пруст), то не стала бы я столько времени нудить свою голову.

Ещё
  • otetc_yablok:
  • 27-08-2016, 18:55

Начав читать «По направлению к Свану», я залпом проглотил больше сотни страниц. Я чувствовал себя, как муха в меду: стоит прикоснуться, и вот я по уши в нём, вот я медленно иду ко дну авторской памяти, вот вся жизнь проносится у меня перед глазами, но как вкусно умирать, какая сладкая это смерть! От полустраничных предложений к двух-трёхстраничынм абзацам и сотням страниц неозаглавленного текста.

Ещё
  • YuliyaMaltsef:
  • 19-08-2015, 06:31

Это что-то невообразимое, в хорошем смысле этого слова) Начала читать, удивилась количеству оборотов и длине предложений, но затягивает, оторваться не могу, мистика какая-то) Безумно хочу купить все семь томов в бумажном варианте, но это очень сложно, нигде нет в наличии.

Ещё
  • Weeping_Willow:
  • 27-07-2015, 00:11
"Не стучите,если у меня не горит свет или если вам послышатся голоса может быть, я читаю Пруста" (с) Буковски

Часть 1. Комбре.

Ещё

"Конечно, в моем доме есть куча бесполезных вещей. В нем недостает только необходимого: большого куска неба"

О чем писать тому, кто с самого детства искал проблеск Истины во всем: в закатном небе, шуме дождя, поцелуе матери, сводах готических соборов и, в конце концов - на страницах книг? Какой предмет может быть достоин всестороннего исследования и тщательного изложения, как не сам процесс поисков? Разве жизнь, которая так коротка, не заключается в двух этих горьких словах - утраченное время? И может быть, только оглядываясь назад, перебирая словно зерна четок воспоминания одно за другим - можно подойти вплотную к Смыслу, к Сути, к тому, ради чего стоило жить... Подхваченные порывом ветра откуда-то с юга Франции, мы вместе с Прустом отправляемся в страну его детства. Вначале декорации сравнительно бедны - комната, где маленький Марсель (назовем так рассказчика для простоты) с замирающим сердцем ждет маминого поцелуя на ночь, воскресные службы в соборе с расписными витражами, сад, в котором так приятно ужинать в окружении светляков - то немногое, что вмещает в себя зарождающееся сознание ребенка. В этом мире всегда весело, когда на улице солнце и всегда тепло и уютно, когда снаружи льет как из ведра. Здесь простые, плоские люди - строгая и любимая до безумия мама, отстраненный папа, добрая бабушка, чудной дедушка, вечно больная тетушка и некоторые другие. Но однажды заведенный порядок нарушит неосторожное прикосновение - и детству конец. И вдруг становится совершенно понятно, что одна дорога ведет к Свану, а другая - к Германтам. Что жизнь в обществе является затейливым узором, вызывающим головокружение. Что нужно избегать встреч с м-ль Икс, и учтиво поклониться г-ну Игреку, а с месье Зедом можно завести задушевную беседу. И внезапно спадают пышные покровы, и действующие лица, казалось бы, давно знакомой пьесы - срывают неподвижные маски, и становятся людьми со страстями и страстишками. И г-н Легранден из чудака и поэта превращается в лицемера и сноба. А служанка Франсуаза, столь учтивая и льющая слезы над газетными заметками о бедствиях - измывается над судомойкой и насмехается над болью роженицы. Оттенки чувств, которые вдруг предстали изумленному взору героя - позволяют лучше понять мотивы окружающих, но и разрушают ощущение магии бытия, приземляя и вочеловечивая. Так строгость мамы - на самом деле ее нежелание перечить мужу и ее страх разочаровать его или стать причиной его сомнения в самом себе; а отстраненность папы объясняется его невниманием к внутреннему миру близких - уж лучше лишний раз взглянуть на барометр. О сложных отношениях с отцом самого Пруста говорит только будто ненароком сорвавшаяся характеристика отца книжного - "узкий шовинист". А потом открытия в отношении мира посыпались как из рога изобилия - оказывается, ощущения у людей от одних и тех же впечатлений могут разниться вплоть до противоположных (вывод - ты не центр мироздания); мечты и чаяния разбиваются вдребезги от соприкосновения с реальностью (вывод - иногда лучше оставаться в тени своих заблуждений, чем на ярком свету откровения). Взрослея, герой познает и освободительную радость творчества (мысль высказанная теряет власть над нами), и тиранию "состояний", и недолговечное очарование красоты, и сладостную боль влюбленности. И на самой грани, на лезвии мы будем вынуждены его покинуть, ибо далее Пруст приглашает нас во Вселенную Шарля Свана. И мы, покидая Комбре с его благоухающими садами, розовыми грезами закатного солнца, лунным светом, играющим на флейте тишины, цветами с именем, достойным сказочного принца и маленьким Марселем, утонувшим в страницах книг - отправляемся прямиком в равнодушный, блистающий, вечно занятый собой Париж.

Часть 2. Любовь Свана. В любовном треугольнике не без тупых углов.

"Идеал есть вещь недостижимая, а так называемое счастье всегда посредственно"

У Сёрена Кьеркегора есть прелестная вещица, столь же актуальная в наши дни как и в былые - называется "Дневник обольстителя". Этакая прагматичная и подробная инструкция по соблазнению "крепких орешков". Так вот, у Пруста получилось ничуть не хуже, только демоническую роль здесь исполняет женщина. Довольно быстро у читателя возникает вопрос - зачем и почему как снег на голову обрушивается эта совершенно неожиданная история, напрочь выпадающая из ритма и контекста, заданных началом эпопеи. Природа, искусство, маленькие радости и печали распускающегося как цветок сознания рассказчика, буколический этюд да и только - и вдруг разворот на 180 градусов. Как по мне, так история полна белых пятен. Шарль Сван. Блистательный бездельник, птица-говорун, искусствовед, эстет и интеллектуал, приятный собеседник и чаровник. В голове Свана, хоть и разложены по полочкам даты, имена, факты и комплименты - но какой-то кавардак в отношении женщин. Особенное удовольствие ему доставляет покорение сердец кухарок и белошвеек, причем ведет он себя с ними бережнее и трогательнее, чем с принцессами. И когда на его пути попадается пустая и развратная кокотка Одетта, его изощренное воображение наделяет ее всеми возможными добродетелями и Ботичеллиевой красотой впридачу. Вообще, Сван настолько привык казаться (или быть) деликатным, что в итоге все в его представлении перевернулось с ног на голову. А любовь, которую он себе внушил, вовсе довела его до состояния жгучего идиотизма (что лишний раз доказывает симпатия к зловонно вульгарным вердюреновцам). Самое смешное, что Одетте не пришлось даже себя утруждать - сначала польстила его самолюбию, навязавшись ему и поинтересовавшись его мыслями и занятиями; затем приучила к своему присутствию, затем внезапно пропала, так же внезапно нашлась - и понеслось; тут поманить, там оттолкнуть, здесь нежное письмо и хризантема, там равнодушие и скучающий вид. В общем, классический развод. И Сван, как последний Чацкий, покорно проходит весь путь от влюбленного осла до рогоносца. Блистательно разыгранное ослепление любовью.

Часть 3. И вот, когда мы, уже порядком раздосадованные тупостью и неудачами Шарля (жалея его, дуралея, мимоходом) и обозленные вероломством Одетты, в нетерпении перелистываем страницы (ведь мы же знаем еще из первой части, что он-таки женится на этой редиске) - Пруст снова впадает в пасторальный тон и так же медлительно продолжает прерванный рассказ о своем детстве. А когда в голову добропорядочному читателю закрадывается сомнение по поводу здравомыслия автора - как вдруг. Жильберта и Марсель. Они дети. Он влюблен и безутешен, она вертихвостка и очаровашка. Он копит и хранит в душе свидетельства ее бытия, как величайшие сокровища. Она способна пропасть на несколько дней без предупреждения и веселиться, забывая о его существовании. Ах, да, она - дочь Свана и Одетты. Сomprenez vous?

Часовой механизм, в котором недоставало шестерни, вдруг кряхтит и трогается.

Все, первый акт окончен. Можно двигаться дальше.

История в лицах

Виновник торжества с братом

Жанна Вейль, мать Пруста (1849-1905)

Адриан Пруст, отец (1834-1903)

Деревушка Илье (прототип Комбре)

Шарль Аас, прототип Свана

Шарль Эфрусси, искусствовед, меценат, прототип Свана

Лаура Эйман, прототип Одетты

Ботичелли. Тот самый образ Одетты, пленивший Свана

Анатоль Франс и Поль Бурже, прототипы Бергота

Свернуть
  • nata-gik:
  • 5-06-2015, 17:43

Эээх, какой же получился пшик! Как много шуму было, да как мало оказалось сути. Ну хорошо, не буду так уж строга. Все-таки "Сван" – это первая книга из семи. Как говорится в предисловии, это только начало, практически проба пера.

Ещё
  • majj-s:
  • 12-05-2015, 08:39

"Мы с вами вступаем в мир литературы, которая вся говорит о любви". Это Танечка, учитель русского и литературы в незабвенном "Вам и не снилось". Они девятиклассники там, помните? Как сейчас десятый класс.

Ещё
  • ElenaKapitokhina:
  • 14-07-2014, 01:50

Книга - поток сознания. Мысль рассказчика перетекает одна в другую, перескакивает и возвращается к предыдущим пунктам размышлений. Естественно, что такой поток читать несколько сложнее, чем роман, построенный на определённом сюжете, где главное не трансформация сознания и взросление героя, а развитие авантюрной/любовной/или ещё какой сюжетной линии, где действиям отведена первостепенная роль.

Ещё
Добавить комментарий
Полужирный Наклонный текст Подчеркнутый текст Зачеркнутый текст | Выравнивание по левому краю По центру Выравнивание по правому краю | Вставка смайликов Выбор цвета | Скрытый текст Вставка цитаты Преобразовать выбранный текст из транслитерации в кириллицу Вставка спойлера
Популярные книги за неделю

Рекомендации