![](/books_files/covers/thumbs_240/god-bez-zamorochek-kak-izbavitsya-ot-musora-v-golove-i-nachat-zhit-polnocennoy-zhiznyu-206821.jpg)
Автор книги: Мередит Этвуд
Жанр: Личностный рост, Книги по психологии
Возрастные ограничения: +16
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Что же я вижу своей основной задачей? А вот стараться быть менее «крикливой».
Часто мы не придаем должного значения травмам, полученным в детстве. Мы убеждены, что у нас вообще никаких травм нет. А что если принять вот какое определение этого слова: «травма – это все то, с чем наша нервная система не смогла справиться – если чего-то было слишком много, или это случилось слишком рано, слишком быстро, особенно если в итоге ситуация не нашла позитивного разрешения». [15] Зачастую травма – как жужжание комара, ни поймать ни даже увидеть его мы не можем – знаем лишь, что это назойливое «Бз-з-з» у уха выводит нас из себя. А в результате имеем реальные проблемы и не можем адекватно воспринимать происходящее.
Веселого в проработке детских травм, конечно, мало, и в этой книге мы этого процесса касаться не будем – заниматься им следует исключительно с помощью профессионала. Но важно понимать, что травма, являясь частью нашего прошлого, неизбежно становится частью нашего настоящего. И что усугубляет дело – зачастую мы о ней никакого понятия не имеем, потому что давно запихали детские переживания поглубже. Мы знаем лишь, что испытываем страх, стыд, страдаем зависимостью и вообще мы какие-то замороченные. Если эти эмоции знакомы вам непонаслышке, то не исключено, что нечто подобное кроется и в вашем прошлом, и придется принять этот факт, прежде чем мы сможем двигаться дальше.
Детство не проходит бесследно. Детство имеет значение.
Составлять список болезненных воспоминаний не требуется – но, возможно, придется признать, что в прошлом с вами что-то такое случилось, от чего остался след. Я в полном объеме перетащила в подростковый период свои чувства, травмы и проблемы из раннего детства, некоторые из которых впоследствии превратились в мои Глубинные убеждения. А убеждения на то и убеждения, что им необязательно соответствовать Правде. Мы верим в них независимо от их справедливости. Поэтому сейчас я смотрю на своих детей и все время спрашиваю себя: какие глубинные убеждения я закладываю и укрепляю в них? Помогут они им в жизни или навредят? Происходит с ними нечто такое, «чего для них слишком много, слишком рано или слишком быстро»? И если да, то как я могу помочь? (И да поможет мне Бог.)
Уже будучи взрослой женщиной, склонной к нарушениям питания и алкогольной зависимости, я поняла, что еще в детстве, сама того не зная, впитала в себя деструктивные убеждения. Они причиняли мне боль, и я подсознательно пыталась их подавить. Я не хотела чувствовать. Ничего. Как только я начала избавляться от зависимости и потихоньку разгребать свои Заморочки, я наконец лицом к лицу столкнулась со своими убеждениями и впервые осознала их колоссальное значение. Я не искала виноватых в прошлом, я искала способ преодолеть свою боль – в настоящем.
Я знала, что стоит мне отыскать и назвать эту травму (а заодно и произрастающие из нее Заморочки), как я встану на путь исцеления, смогу измениться, установить границы и двигаться вперед.
Перевод: чтобы исцелить себя, нам всем действительно нужно признать прошлую боль и избавиться от Заморочек. В первую очередь ради самих себя, а еще для того, чтобы не сваливать это бремя на наших детей, студентов и следующие поколения.
Преодоление стыда: не ставьте себе палки в колесаВинить других – верный способ снять с себя бремя ответственности, отличный отвлекающий маневр.
Но винить других – бесполезно и неэффективно. То есть, безусловно, обвинять можно очень даже эффективно, но по-хорошему нужно просто взять на себя ответственность за все, что скопилось в нашем в углу – даже если залежи там такие, что сам черт голову сломит.
Взять на себя ответственность за случившееся совсем не то же самое, что и осознать случившееся. Понять, что именно произошло, – это еще не принять. Не все в нашей жизни наша вина. Кое-что радикально не наша – и уж за это мы точно не должны брать на себя никакой ответственности.
Понимание того, что произошло с вами (или из-за вас), или даже простое осознание того, что что-то все-таки произошло, пусть вы и не знаете, что именно, легко может вызвать в вас чувство стыда. За то, кто вы такой, за ваше прошлое, за то, что вы сделали и чего не сделали; за то, в чем действительно виноваты и/или в чем вините себя; за то, что сделали (или не сделали) с вами или ради вас.
Список стыда может оказаться длиннее, чем список Заморочек.
Итак, стыд. Зачастую он прячется где-то глубоко, в непроглядной темноте. Прекрасные синонимы слова «стыд» – позор; отвращение к себе; угрызения совести. Да. Да. Да.
Стыд – болезненное чувство, возникающее от осознания бесчестного, неподобающего, смешного и т. д. действия, предпринятого вами или кем-то другим.
Самый большой источник стыда для меня – это тело. Все мое тело, каждый его миллиметр, – один сплошной повод для стыда.
Когда я была маленькой кто-то заметил, что у меня «странные», плоские соски. Мне было лет семь, и примерно в то же время я коротко подстриглась. (Хороший был год.) Я не знала, что значит «странные» соски, пока кто-то не дал им название: инвертированные. Я любила учиться, поэтому сразу полезла в словарь и нашла там слово «инвертированный».
«Перевернутый, преобразованный, вверх тормашками». Мои соски перевернуты вверх тормашками? Неудивительно, что все на меня пялятся. Дорожка мне прямиком в кунсткамеру.
Так началось мое постепенное отрицание своей груди.
Излишне говорить, что я была не из тех девочек-подростков, которые хвастаются своими сиськами. Инвертированными. Потом я услышала, как кто-то сказал, что большие соски – это «отвратно», и я сразу запаниковала: «О боже! А у меня какие? Большие? Маленькие? Откуда мне знать? Что там в словаре об этом?» (Об этом – ничего.)
Когда мне было шестнадцать, у меня был ярко-розовый раздельный купальник. Мой первый в жизни раздельный купальник, и чувствовала я себя в нем отлично. Пока в один прекрасный день какой-то старшеклассник не посчитал своим долгом заявить, что сквозь мой купальник видно соски – инвертированные! (О Боже!) И что лучше бы мне надевать поверх футболку, чтобы не наводить его на грязные мысли. Какой стыд! Прости меня, Господи.
Вскоре после этого случая меня застукали с моим парнем. Он был чудесный, милый мальчик. Мы целовались за домом. Реакция последовала мгновенно – как не стыдно? шлюха! – а я-то всего лишь поцеловалась с мальчиком. Милым мальчиком, который мне очень, очень нравился. Шлюха. Мать одной моей подруги заявила, что я оказываю на ее дочь дурное влияние, и буквально выставила меня из дома. Паскуда. Как-то на вечеринке в последнем классе школы один мой приятель начал меня целовать и, сунув руку мне под футболку, спросил, что не так с моими сосками, и вообще где они? Позор. Опять.
Может, и вам интересно знать, что же не так у меня с грудью? Да все с ней в полном порядке. Рада доложить, что мой прямо-таки фатальный дефект сам собой рассосался. Моя грудь и выглядит, и ведет себя точно так же, как ей, не бывавшей под ножом хирурга и выкормившей двоих детей, и положено. Мои сиськи в полном порядке. Да и чего греха таить, даже лучше, чем в порядке!
Но раньше я этого не знала.
Потому что к моим семнадцати годам на моей памяти как минимум десять человек высказались о моей груди. Они обсуждали ее, указывали на ее недостатки, стыд я испытывала неимоверный. Странные. Какой срам. Прикройся. Грязные мыслишки. Воспоминания имеют свойство тянуться вслед за событиями длиннющим хвостом.
Стыд. У меня ужасное тело. Я – позорище.
Стыд распространился на все мое тело – на бедра, задницу, вес. На сексуальность. На маленькую родинку на животе, узор веснушек на плече.
Мое тело стало для меня источником страха. И в этом не было ни капли моей вины. Виноват дерматолог (да, вы не ослышались), который, коснувшись моей промежности, сказал: «Скоро начнется половое созревание». (Не уверена, что так уж необходимо диагностировать у ребенка «половое созревание», особенно кожному доктору.) Виноват вожатый в лагере, который буквально облизывался всякий раз, завидев меня. Виноваты взрослые мужики, которые терлись о меня и нарезали на машине круги вокруг моего дома. Виноваты люди, которые не должны были вываливать на меня свои секреты. Виноваты те, кто не имел права прикасаться ко мне – ни при каких обстоятельствах, – но уж точно не за беседой «о важном» или «о Боге». Виноваты те, кто продолжал трогать, хватать и щипать меня, когда я отстранялась – снова и снова, – утверждая свою власть надо мной и моим собственным гребаным телом без моего согласия. Это не нормально! А ведь подобные истории есть почти у каждой и каждого из нас. Страх. Шлюха. Недостаточно хороша. Эй, ты куда? А ну, вернись обратно. Я просто хотел тебя обнять.
К тому времени, как я вступила в брак, я чувствовала, что мое тело это никакой не чудесный сад, а пустыня, выжженная земля.
Пустырь, который вот уже почти два десятилетия горит синим пламенем. Позор. Я не хотела, чтобы мое тело кто-то видел. Не хотела, чтобы ко мне прикасались – прикосновения вообще не могла выносить. Чтобы заняться сексом, мне нужно было нажраться до поросячьего визга. Небольшим исключением был мой муж, хотя и ему я не позволяла на себя смотреть – трогай (когда пьяна), но, пожалуйста, не смотри. Кромешная темнота! Поступив в университет, так и не подозревая, как много во мне живет стыда, я начала относиться к своему телу как к худшему, что есть во мне. И искренне так считала.
Я пила без остановки, ела много и всякое говно. Бывали периоды, когда я с трудом могла припомнить, когда в последний раз ела овощи. Две недели назад? Месяц?
Думаю, я просто надеялась, что в конце концов меня разорвет на части. Я раздулась до 113 кг – и это еще до рождения детей. Времени на то, чтобы работать над собой: тренироваться, хорошо питаться, греться в чертовых лучах солнца юности у меня было полно; но вместо этого пряталась в темной комнате. Писала. Выпивала. Скачивала музыку и погружалась в такие состояния, откуда не видела пути назад. Я и не хотела назад. Хотела просто забыть, что вообще существую.
Тьма преследовала меня еще долгое время после того, как я оправилась от падения в Яму (подробнее об этом позже).
После свадьбы – хотя замужество спасло меня, как и свобода, которую оно принесло – тьма снова стала сгущаться. Я уже окончила юридический и родила детей, но моменты радости и счастья всегда тонули в ее водах. Я продолжала стыдиться своего тела несмотря на то, что немного похудела, носила туфли на каблуках и костюмы и даже начала плавать, кататься на велосипеде и бегать. Я стыдилась материнства, потому что считала, что недостаточно люблю своих детей и мало забочусь о них.
Пусть я и свернула с пути очевидного саморазрушения, но все же продолжала отвергать жизнь. Полагаю, я просто выбрала более социально приемлемый способ самоубийства, отравляя себя каждый божий – грустный, позорный, бесконечный и неизменно пропитанный алкоголем – день.
Сейчас я уже могу проследить всю эту тьму непосредственно до чувства стыда, окружавшего мое тело, и до моей детской травмы. (Вот почему мы предпочитаем жить в своей голове – чтобы не чувствовать тела.) [18]
Вины моей здесь не было – я просто не знала, что мое тело в порядке, что оно в безопасности. Потому что я не чувствовала себя в безопасности. Никто мне не говорил, что я в безопасности, совсем наоборот – меня воспитывали в страхе. Страх использовался как орудие любви и контроля. Бога следовало бояться. Родителей следовало бояться. Неудач, похищений, ураганов, сожалений и собак – бояться. Я не чувствовала, что нахожусь в безопасности, потому что… не находилась.
О чувстве безопасности в собственном теле не шло даже речи. Ладно, допустим, дома такого не услышишь, но и по телеку мне бы точно не рассказали, что мое тело в порядке и что я в безопасности. А ведь у меня было не просто хорошее, у меня было прекрасное тело. Когда стала заниматься триатлоном, я вдруг поняла, что мое тело – это, блин, чудо из чудес. Я совершила истинный подвиг – выносила, родила и выкормила двоих детей (и это с моими-то инвертированными-не-инвертированными сосками!), а узнала, что все с моим телом в порядке лишь благодаря триатлону.
Да, сегодня я знаю, как далеко продвинулась, какую громадную работу проделала над собой, потому что сегодня я – «в порядке». Оглядываясь назад, я понимаю, что я даже лучше, чем просто в порядке. Я действительно преодолела немалую часть тернистого пути к принятию себя. Выжившая, пережившая – слово, которое я только недавно начала применять к себе. Да, путь не был коротким – не раз я больно ушибалась и падала без сил.
Теперь же – только на улице первые признаки тепла, я уже в купальнике! А все почему? А потому, что я потеряла двадцать лет жизни, убежденная, что у меня не тело – а выжженная земля. Ни одного дня своего тела я больше не потрачу зря – как бы оно ни выглядело. Я отчаянно пытаюсь жить в своем теле, а не за его пределами. В первую очередь, для себя самой, но еще и для своих детей – мальчика и девочки, – которые, глядя на меня, не только формируют отношения с собственным телом, но учатся безопасности и эмоциональной стабильности.
Я хочу показать им, что не стесняюсь жить в своем теле, что в нем безопасно (хотя бывают и такие дни, что ни в чем, кроме мусорного мешка, и носа на улицу совать не хочется). Но для меня важно гордиться тем, какая я есть – и телом, в котором я живу. И дело не только во мне. Я делаю это ради моих детей и для всех остальных в бассейне, кому, возможно, тоже необходимо увидеть, что сильные, спортивные и уверенные в себе люди бывают разных размеров. (Даже если внутри я не всегда так себя чувствую.) И даже если в я каком-то смысле для кого-то – живое воплощение фотографии «до», я – это просто я.
Не так давно во время семейного отдыха я взяла и надела бикини. Реально крошечное, одни веревочки. Не уверена, что пыталась этим доказать. Возможно, пыталась компенсировать бесконечную вереницу свитеров, которые не снимала летом все предыдущие годы.
Мой одиннадцатилетний сын, завидев меня, крикнул: «Господи, мама!» – и закрыл лицо руками.
Я сразу решила, что по мнению сына, у меня слишком много всего свисает и трясется, чтобы разгуливать в таком купальнике. Я ответила ему так: «Сынок, я просто упахиваюсь в зале, чтобы поддерживать эту форму! И я горжусь своим телом! Как бы оно ни выглядело!»
«Это, конечно, здорово, мам, – ответил мне сын. – Но твой купальник сделан из одних веревочек. А что, если они развяжутся? Что ты тогда будешь делать?» – он сделал большие глаза.
Как всегда, сама практичность. О моем теле он даже не подумал. Распереживался, что мой купальник держится на каких-то жалких веревочках.
Очень может быть, что сейчас вам кажется, будто нелюбовь к вашему телу (несмотря на все желание его полюбить) не пройдет никогда. (Одному Богу известно, как долго я пыталась его полюбить.)
Но если сумеете найти ту первопричину, тот источник вашего стыда к собственному телу, вы сумеете взглянуть вашему стыду прямо в глаза. А когда увидите его – сможете начать от него избавляться. Когда же стыда не останется, на его место придет та самая свобода – чувствовать себя достойной, достойной того, чтобы каждый сантиметр вашей кожи нежился на солнце – без единой задней мысли. (Но, разумеется, с толстым слоем солнцезащитного крема.)
Ах, да, привет! ОсознанностьНо. Чтобы понять, что вызывает у нас стыд, и посмотреть этому стыду в глаза, требуется некая доля осознанности.
Осознанность – это когда вы способны реально оценить себя; взглянуть на себя трезвым взглядом.
Конечно, не все рождаются с этим маленьким драгоценным умением; у каждого из нас есть друг, который совершенно не способен проанализировать свое поведение. И, к сожалению, иногда таким другом оказываемся мы сами. А осознанность, между тем, – важнейший инструмент в арсенале для избавления от Заморочек.
Осознанность – та еще стерва. Требует от нас, чтобы мы знали не только суровую правду о себе (а иногда даже и смирялись с ней), а также и всякую чушь, в которой пытаемся убедить себя и окружающих. Затем осознанность потребует, чтобы мы сперва представили себе (а после проложили) путь, который выведет нас из этих дебрей. Без ужаса, без лишних истерик – смотреть надо реалистично. Другими словами, да, у вас есть жир – но это не значит, что вы – жирная. Да, вы испытываете злость, но это не значит, что вы – злая (или злой). Ваши собственные представления о себе очень многое определяют. Ключ к истинной осознанности – это умение взглянуть на свои особенности и привычки с объективной, чуть не научной точки зрения.
Нам часто бывает сложно увидеть в себе хорошее, но и дурное мы нередко отказываемся замечать. Наши дурные привычки, проблемы, которые требуют решения – не в погоне за совершенством, а просто для того, чтобы начать жить полноценной жизнью.
Особенно счастливые из осознанных людей – это те, кто обладает эмоциональным интеллектом. И вот неоспоримый факт: с возрастом эмоциональный интеллект неизбежно возрастает. [20]
С эмоциональным интеллектом не рождаются. «Эмоциональный интеллект рождается в нейромедиаторах лимбической системы мозга, которая отвечает за чувства, импульсы и побуждения. Исследования показывают, что лимбическая система лучше всего учится при помощи мотивации, длительной практики и обратной связи». [21]
Другими словами, нам с вами придется много работать, чтобы наши чувства не разрывали нас на части, чтобы сами мы не губили отношения с людьми и наши жизненные перспективы. Нам придется приложить усилия, чтобы не убить ни себя, ни других. Мы не умеем испытывать счастье – мы заточены совсем наоборот (подробнее об этом позже). Редко бывает такое, что люди напрочь отказываются противодействовать такой катастрофе, коей для некоторых является Проживание Жизни. Как говорит Джордан Б. Петерсон: «Жизнь – это страдание. В этом нет никаких сомнений». И если принять, что жизнь а) тяжела и б) неумолимо несется на нас с безумной скоростью – то совершенно логично, что «построение эмоционального интеллекта не может (попросту не произойдет) без искреннего на то желания и согласованных усилий». [23]
Вот засада! Без труда не выловишь и рыбку из пруда. Но что важно: страдания – это часть нашего разума, наших ожиданий от мира (об этом тоже позже).
В сущности, осознанный человек понимает свои ценности, цели, желания, потребности – и свои Заморочки тоже. Те же, кто не утруждает себя самокопанием, легко принимает решения, «вызывающее внутреннее смятение, так как основываются на ложных ценностях». [24] Что это еще за «ложные ценности»?
«Основываться на ложных ценностях» – просто заумный способ сказать: «жить не своей жизнью». Звучит жестко, да? Попахивает «страданиями»? Во-во, это те самые страдания и есть.
Глубинные убежденияСпроси меня кто-нибудь пару лет назад, каковы мои глубинные убеждения или ценности, я бы не задумываясь ответила: «Я верю в Бога. Семья – это очень важно. Жизнь должна быть полна счастья. Бабочки и радуги прилагаются». Ну, знаете, всю вот эту билеберду, которую полагается говорить, если хочешь казаться «хорошей девочкой»[9]9
Кстати, давайте все на секундочку остановимся и пообещаем себе, миру и Вселенной никогда больше не использовать термин «хорошая девочка»? Спасибо.
[Закрыть].
Но что же такое «глубинные убеждения»?
Перейдем сразу к делу. У каждого из нас есть набор определенных «истин», которые состоят из повторяющихся поведенческих и логических схем, сформированных нашими представлениями о себе и о мире. Все они собираются в папочку под названием «Истины о себе и мире» в течение всей нашей жизни (в основном – в детстве). Все, что с нами происходит, мы воспринимаем сквозь призму этих предрассудков, ожиданий и идей.
Впоследствии из этих истин складывается наша система глубинных убеждений. Затем эти глубинные убеждения формируют наши активные убеждения – на которых мы основываем свое поведение. И так наши активные убеждения приводят к результатам, которые в свою очередь подкрепляют наши глубинные убеждения. «Вся эта система представляет собой гигантскую двойную петлю обратной связи, каждый элемент которой одновременно включает в себя и содержится в другом». [25] А надави на меня кто посильнее да попроницательнее в минуту слабости, когда я пьяна и менее бдительна, и вытащи из меня мои реальные глубинные убеждения, вот что я бы сказала:
«Я уверена, что всегда буду толстой, медлительной, грустной и немного несчастной». Или: «Я никогда не выберусь из долгов». Или: «Я недостойна любви, так что катись отсюда подальше и прекращай пытаться. Меня трудно любить». Вот такие пироги.
Глубинные убеждения – это подоплека нашего поведения, они и есть причина, по которой мы совершаем те или иные поступки, от самого хорошего до самого скверного. Если совсем упрощенно, то глубинные убеждения – это то, что мы считаем «правдой жизни». [26]
Иногда мы даже понятия не имеем, что придерживаемся определенных убеждений, пока что-нибудь их внезапно не выявит. А выявить их может любая мелочь – например, столкновение с представителем некой группы людей. Какая ваша реакция при виде бездомного человека на улице? Что испытаете в первую очередь? Сочувствие? Или ужас при мысли, что «боже, это могла бы быть я!», и попробуете помочь? Или же вы быстро рассудите дело: «Надо взять себя в руки! Нельзя так жить!»? Или (что, возможно, даже хуже) просто сделаете вид, что не заметили?
Оказывается, то, что мы думаем о других, говорит о нас самих гораздо больше, чем нам кажется – и чем мы готовы признать. В книге «Сила мгновенных решений»[10]10
Blink, Malcolm Gladwell, 2005 – прим. ред.
[Закрыть] Малкольм Гладауэлл исследует такое явление, как первое впечатление и как и откуда оно формируется. Безусловно, наше прошлое, наш личный опыт – совокупность полученного воспитания, положения в обществе, расовых предубеждений, играют роль в формировании наших первых впечатлений, но оказывается, что и наши глубинные убеждения влияют на них и во многом обуславливают наши инстинкты…
Некоторые из моих глубинных убеждений оказались довольно печальными – и я постоянно носила их в себе, не осознавая, насколько в черном свете вижу себя, свой брак и жизнь в целом, и насколько глубоко эти убеждения во мне укоренились. А ведь именно они служили мне «руководством пользователя» жизни.
1. Я никогда не буду стройной и здоровой.
2. Брак – это тюрьма.
3. Деньги всегда будут доставаться мне с трудом.
4. Карьера не должна приносить удовлетворения.
И самое главное:
5. Меня трудно любить.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?