Читать книгу "Стратег из ниоткуда. Книга третья"

Глава третья. Объявились «настоящие» орки

Запланированный на следующий день визит с лешим в пещеру к кобольдам, как и поиск клада, пришлось отложить. Причиной стал «гость с юга», о прибытии которого мне сообщил прибежавший поутру перевозбуждённый дозорный. Торговец солью, который посещал эти земли лишь раз в году, крайне редко дважды за летний сезон, и во время его визитов именно приобретение стратегически необходимого племени ресурса становилось для любого вождя первоочерёдной задачей. Я тоже исключением не был, поскольку соль моему племени Жёлтой Рыбы численностью в две с половиной тысячи орков требовалась постоянно, и её запасы уже заканчивались. К тому же я хотел познакомиться со столь редким гостем поближе и постараться вызнать у него новости из-за южных болот, да и вообще политическую ситуацию у южных орков, так что перепоручил проведение занятия в тренировочном лагере Хуго Проворному, сам же поспешил на встречу.

И нужно сказать, что торговец солью мне не понравился с первого взгляда. Нет, я ничего не имею против тучных орков, да и людей тоже, хотя этот поднимающийся на ноги только при помощи слуг и рабов купец представлял из себя полтонны колышущегося при каждом движении сала. Его злые мелкие глазки, так и стреляющие по сторонам во время беседы и выискивающие, чем бы поживиться. Кожа болезненно-серого цвета. Полное отсутствие каких-либо волос на непропорционально маленькой башке и голой груди. Связка черепов, среди которых имелся даже один человеческий, на роскошном вышитом золотом поясе. Четвёрка обслуживающих господина замордованных, боящихся даже глаза поднять и едва прикрытых одеждой девушек-рабынь – по одной от расы орков, гоблинов, людей и эльфов. А главное невыносимый гонор, с которым вёл беседу этот тучный купец, всё это вместе создавало откровенно отталкивающий эффект.

Звали купца Горрр. Именно так, с протяжным «р» в конце имени. И когда в самом начале беседы я неосторожно назвал его просто «Гором», на меня испуганно зашипели и мои орки, и его слуги. Горрра опасались, поскольку ссориться со склочным монополистом, от благосклонности и прихоти которого зависят поставки жизненно необходимой племени соли, боялись все.

– Именно так, – самодовольно засмеялся тогда толстяк. – Слуги верно тебе подсказывают, незнакомый человек-вождь. Только мне решать, сколько вам выдать соли, и что потребовать за неё взамен. Лишь от меня зависит, не испортятся ли ваши заготовленные запасы мяса и рыбы, и переживут ли холодную зиму ваши слабые племена. Так что ссориться со мной никак нельзя!

Прибыл Горрр с юга через начавшие подсыхать к началу летнего сезона обширные болота. Первые пешие собиратели грибов и трав переходили через топи и раньше, но купец явно знал надёжную тропу меж коварных засасывающих трясин и ориентировался по каким-то только ему понятным приметам, так что сумел провезти через болота два тяжеленных крытых воза, тащимых могучими дугарами. Но всё равно путь его выдался нелёгким, возы были перепачканы грязью до самых тентов, а крупные ездовые животные, похоже, местами пробирались по шеи в болотной жиже. Так что сейчас купец стремился окупить затраченные на дорогу усилия и, остановившись неподалёку от посёлка Умной Совы, завтракал и поджидал, пока местные орки сами принесут ему товары для обмена, а вожди в очередь выстроятся, упрашивая именно им отгрузить привезённую каменную соль.

Охраны с Горрром практически не было, лишь тройка вооружённых орков, которые помогали купцу управляться с повозками и выгружали тяжёлые мешки. Тем не менее, нападения разбойников или хищения своего товара торговец совершенно не опасался, и вскоре я понял причину. Ответственность за любую кражу ложилась на принимающую сторону, так что я сам, получается, отвечал за сохранность товара. Как и за безопасность купца на землях Жёлтой Рыбы и предоставление ему комфортного места для отдыха, вкусной еды и прочих удобств. Причём если придирчивому Горрру приём не понравится, в следующем году поставок соли не будет, что сулило племени огромные проблемы.

Но было кое что ещё, кроме огромного самомнения Горрра, что меня сразу насторожило. Купец самодовольно утверждал, что находится под защитой некого Тангыра Познавшего Тысячу Женщин, которого «все знают», и который предоставил ему исключительное право торговать солью с северными племенами орков. В доказательство своих слов толстяк даже показал мне бронзовый массивный кулон с выбитой на нём непонятной закорючкой. И мол, если с купцом что-то случится, Тангыр приведёт войско «до самого горизонта» и не оставит от обидчика и всего его племени даже костей. При этом торговец солью обмолвился, что сам Тангыр, хоть и строит из себя великого вождя и неутомимого жеребца, требующего от подчинённых племён новую непорочную деву на каждую ночь, является лишь одним из множества ставленников Могула Жестокого – истинного предводителя всех орков, проживающего далеко-далеко на юго-востоке за Хребтом Владык почти на границе территорий великанов и «проклятых, непригодных для жизни земель демонов».

Всё это заставляло серьёзно задуматься. Пока что я имел дело лишь с малочисленными приграничными племенами орков, которые уже пали и влились в Жёлтую Рыбу, либо стали моими вассалами. Но со слов торговца солью выходило, что «настоящих» орков я по сути и не видел ещё, имея дело лишь с крохотными осколками огромных племён, бежавшими на малозаселённый север. Это стало для меня холодным душем, резко понизившим собственную самооценку и вернувшим к исходному состоянию, где я по сути никто, и ничего серьёзного в мире Элаты пока что не добился.

– А где Адын Непревзойдённый? – поинтересовался Горрр в какой-то момент нашего с ним разговора, и я неосторожно признался, что разбил войско Белой Рыбы, а самого вождя убил ещё в начале весны.

– Даже так… – заплывшие жиром глазки купца опасно сощурились. – Но ведь именно Адын Непревзойдённый получил из рук Тангыра Познавшего Тысячу Женщин ярлык на управление этими землями до большого озера… Нехорошо получается, человек, убивший законного правителя этих мест!

И пусть опасная тема дальнейшего развития в разговоре не получила, да и торговать солью с Жёлтой Рыбой купец не отказался, но всё равно я серьёзно насторожился. И даже в целях предосторожности очень сильно преуменьшил силу своего племени и армии, когда Горрр вроде случайно и к слову поинтересовался этим. Я сказал про примерно шестьдесят бойцов под моим командованием, из которых половина юнцы или вообще гоблины, и собеседник принял эти слова за чистую монету, сразу же успокоившись.

В обмен на соль купец принимал всё, что угодно: звериные шкуры, связки целебных трав, мёд, сушёные грибы и рыбу, но всё это крайне мало ценилось в его глазах, так что потребовались бы целые горы товаров для обмена. Хорошо оценивалась редкая древесина чёрного дерева или белого янута, а также речной жемчуг, но таких товаров на обмен у меня было мало. По неплохому курсу можно было обменивать на соль железные бруски или даже необработанную руду, но гораздо более желанным для Горрра товаром были рабы, медь и серебро. Меди и серебра у моего племени самого не хватало. Но вот двух пойманных недавно в посёлке Оора молодых орков-насильников, напавших на замужнюю женщину-швею, которых по орочьим законам ждала позорная казнь путём утопления в выгребной яме, я купцу продал, чтобы хоть так они принесли своему племени какую-то пользу. Перед продажей в рабство у обоих преступников Гы Безжалостный Убийца отрезал языки под самый корень, чтобы не проболтались о реальном положении дел в Жёлтой Рыбе, да и немые рабы Горрром ценились вдвое выше.

А ещё для пробы я предложил купцу мыло. Да-да, то самое произведённое моими ремесленниками посёлка Горбуна мыло, причём уже весьма неплохого качества. Куски мыла изготавливались двух видов: обычное хозяйственное рыже-коричневого цвета и ярко-красные с ароматом земляники и лесных цветов, причём за вторые я просил втрое дороже. Я объяснил Горрру, что за товар предлагаю, и даже попросил одну из орчих племени Жёлтой Рыбы показать на примере, отстирав в кадке с водой засаленные одежды одного из охранников купца. Продавец солью покривился для вида и внешне неохотно согласился взять товар на пробу, хотя я заметил, как глазки у него забегали от предвкушения наживы на перепродаже.

Чтобы поддержать легенду о не таком уж и большом племени Жёлтой Рыбы, приобретал каменную соль я не сразу оптом, а совершал покупки через мэров посёлков Сильной Девы, Горбуна, Оора, Однозубого, да и трёх руководителей гоблинских посёлков, поскольку с гоблинами купец также не брезговал торговать. Каждый из моих представителей получил от меня товары для обмена и указание ни в коем случае не выдавать того, что на самом деле все они входят в состав Жёлтой Рыбы. При этом мудрая Ийя, когда я сообщил мэру посёлка Сильной Девы о возникшей проблеме с истинным вождём этих земель Адыном Непревзойдённым, запоздало сообщила мне, что и наш недавний противник Борз Пожиратель Змей также в прошлом отправлялся далеко на юг с богатыми дарами и пропадал там с начала лета почти до середины осени. Но затем вернулся с полученным от Тангыра ярлыком на право контроля земель за Бездонным озером до самых эльфийских лесов.

– Я думала, что ты это знаешь, Альвар, и даже восхищалась твоей смелостью из-за того, что ты пошёл против Борза Пожирателя Змей.

Мда… Прошлого было не изменить, да и эту угрозу я всё равно бы устранил, даже знай о ярлыке этого агрессивного соседа. Но один зарезанный вождь ещё куда ни шло, всяко бывает на неспокойных приграничных землях. А вот сразу двоих убитых законных правителей мне неуёмно-похотливый «ставленник истинного предводителя всех орков» точно не простит, даже если заявлюсь в его лагерь с извинениями и богатыми дарами, в этом я нисколько не сомневался. А потому попробовал немного смягчить эффект.

– Ийя, скажи этому купцу, что ты любимая жена Борза Пожирателя Змей, который ценит твою мудрость и умение торговаться, а потому именно тебя он послал закупиться солью. Сам же Борз лежит в своей горной крепости с сильным расстройством желудка – съел не ту змею или вообще сломал ногу, так что прийти не смог.

Эта предосторожность была необходима, чтобы успокоить насторожившегося неглупого на самом деле купца, видящего сегодня преимущественно незнакомые лица и наоборот не встречающего привычных покупателей, и скрыть истинные размеры моего племени. К тому же Горрр всё порывался поехать к Борзу Пожирателю Змей, с которым оказался хорошо знаком и для которого вёз какой-то специальный заказ, что вождь попросил ещё в прошлом году и за который отвалил немало железных болванок. Впрочем, могучей Ийе, с которой Горрр также был давно знаком, купец безоговорочно поверил и передал ей «для мужа» небольшой тряпичный свёрток.

Во второй половине дня несколько мешков соли у Горрра приобрели даже эльфы Рода Мудрого Филина, расплатившись кипами звериных шкурок и ценной древесиной. При этом тучный купец продемонстрировал неплохое знание эльфийского языка, да и рабыня-эльфийка помогала ему в трудные моменты переговоров. Эльфы поинтересовались и ценой самой эльфийки, желая освободить девушку из позорного рабства, вот только отдавать рабыню Горрр отказался наотрез, назвав «любимой игрушкой». Уехал от нас Горрр вечером того же дня, под конец даже серьёзно снизив расценки и спешно распродавав все остатки привезённой соли, категорически отказавшись оставаться на ночь, хоть я ему и предлагал тучному купцу комфортное размещение в речном лагере, вкусный ужин, грибное пиво, самогон и даже редкий у орков эльфийский хмельной мёд.

Такая торопливость однозначно настораживала, как и нежелание иметь со мной никаких дел кроме необходимой торговли. Так что у меня сложилось впечатление, что жирный торговец человека-вождя уже мысленно списал со счетов и боялся, что тот кто придёт сюда вскоре будет серьёзно недоволен, если заподозрит между нами даже минимальные дружеские отношения. Так или иначе, я послал лешего Хрына и кикимору Кирену вдвоём проследить за купцом, а заодно отметить безопасный путь через бескрайние южные болота.

***

Естественно, меня интересовало содержимое подарка, что купец Горрр привёз для своего знакомого Борза Пожирателя Змей, и за который свирепый вождь заплатил полтелеги железных слитков. Но когда Ийя, преисполненная любопытства не менее моего, развернула все слои ткани, мы оба лишь удивлённо переглянулись. Травы? Точнее, какие-то пилюли из перемолотых и спрессованных травок? Что это, и почему стоит настолько дорого?

– Может, Борз болел чем-то серьёзным? Или может имел проблемы по мужской части, но хотел сделать наследника? – предположил я, рассматривая странные пилюли.

– Насколько знаю, ничем вождь не болел. Да и как мужчина был в полном порядке. И даже наоборот, козлом был похотливым… – Ийя неожиданно смутилась и покраснела.

Орчиха сразу же потеряла интерес и отдала всю горсть пилюль мне. Я же без помощи целительницы Луаны или опытной травницы Фелны не мог понять, что получил, но оставил при себе показать при случае опытным фармацевтам.

– Вождь Альвар, нам следует вскоре ждать гостей с юга, – вечером у костра шепнул мне по секрету Костолом, в прошлом правая рука Адына Непревзойдённого.

– Сам понимаю. Вот только знать бы ещё, когда именно их ждать и в каком количестве?

– Я был в том дальнем походе вместе с Адыном и посещал огромный город Тангыра Познавшего Тысячу Женщин. Страшное место. Шумное. Каменные дома, неба не видно. Много грязи и больных на узких улочках. И путь туда весьма неблизкий, где-то четыре седьмицы в одну сторону через огромное множество племён. Но когда до Тангыра дойдёт слух, что назначенных им представителей убили, а такое однажды случится, то гнев великого вождя будет страшным. Но намного раньше оживятся наши ближайшие соседи из племён рода Водного Духа. Раньше они не нападали, поскольку никаких прав на наши земли не имели. Но сейчас всё изменилось. Наши земли по законам орков стали «ничейными», так что кто-то наверняка попробует как можно скорее прибрать их себе, пока не объявился вождь с ярлыком на территории от болот до Бездонного озера.

Я это и сам прекрасно понимал. Юг стал опасным. Особенно сейчас, когда жаркая сухая погода сделала путь через топкие южные болота вполне проходимым. Возможно, имело смысл направить делегацию к соседям, чтобы познакомиться или даже попробовать подружиться с какой-то частью многочисленных племён Водного Духа. Шанс на успех я считал совсем небольшим, но он всё же был. Или даже можно было самому напасть первым и выбить часть племён до того, как они объединятся против нас. Но в любом случае стоило как можно скорее изучить нейтральную болотную полосу шириною километров в сорок между нами, чтобы отыскать на ней возможные пути перехода через топи и сухие островки. Ну не верил я, что расчётливый Горрр собирается пересекать опасные болота ночью, так что наверняка где-то относительно недалеко имелось удобное место для лагеря, где купец намеревался переночевать.

Все такие места требовалось отыскать и следить за ними, поскольку именно на таких вот сухих возвышенностях вражеская армия будет отдыхать после изнурительного перехода через болота и копить силы перед внезапным броском на наши территории. А ещё нужно было заранее присмотреть удобные позиции для обороны в меньшинстве, поскольку пропускать на наши равнины и холмы огромную вражескую армию врага, где она сможет перестроиться в боевые порядки, стало бы фатальной ошибкой.

Нет, однозначно врага нужно было встречать в наиболее узком месте, где даже при многократном преимуществе в численности противник не сможет использовать все свои силы. Как в Фермопильском ущелье шириною всего в шестьдесят шагов царь Леонид и его триста спартанцев три дня сдерживали армию персов численностью в четверть миллиона бойцов. Мои орки, конечно, не легендарные спартанцы, но щитоносцы Хуго способны были перекрыть наглухо узкий проход и держаться очень долго. Тем более что на нашей стороне будут эльфы союзного Рода и стрелки Жёлтой Рыбы. Три сотни опытных лучников, выкашивающих медленно бредущих по узкой тропе и по колено в болотной жиже врагов ещё до того, как они приблизятся к моим бойцам, способны были остановить практически любое воинство!

***

В общем, после встречи с торговцем солью я нисколько не пал духом и даже наоборот был преисполнен оптимизма. Вот только моё приподнятое настроение обрушила прибежавшая уже в темноте к моему шатру молоденькая травница Зельда, ученица Фелны.

– Вождь Альвар, моей наставнице совсем плохо. Луана бегает вокруг неё, применяет свою магию, даёт какие-то лекарства, но ничего не помогает. Сама Фелна говорит, что не переживёт эту ночь. Лежит вся в поту в палатке карантинного лагеря, трясётся и просит привести к ней вождя, чтобы сказать тебе с глазу на глаз что-то очень важное. Поспеши, пока не стало слишком поздно!

Вообще-то в карантинный чумной лагерь мы никого не пускали, и даже для вождя неподкупные охранники исключений не делали, о чём старая травница прекрасно знала. Со своей юной ученицей Фелна общалась издалека через двойное кольцо колючего ограждения из веток. И через ограждение даже диктовала рецепт приготовления того надёжного ядовитого снадобья, которым позже кикимора Кирена отравила эльфийского князя. Но видимо всё было предельно серьёзно, и ситуация вынуждала, раз опытная старуха, прекрасно осознающая риск распространения заразы, решила пренебречь мерами безопасности и вызвала меня в чумной лагерь. Где уже умерла пара орков из числа разведчиков, что ходили вместе с Суэном Охотником в экспедицию на восток. А юная служанка Луаны по имени Хани четверо суток находилась в коме и мало чем отличалась от трупа, прежде чем кризис миновал, и девочке немного полегчало. Что удивительно, но «нулевой пациент» – гоблинская девочка, принёсшая чуму на территории Жёлтой Рыбы – самый тяжёлый период болезни перенесла, вышла из длительной комы и уже постепенно выздоравливала.

Я прекрасно осознавал риск посещения чумного лагеря, но не сомневался даже на секунду. Конечно же идти! Фелна для меня была совсем не чужая. Старуха первая из всего племени Жёлтой Рыбы в меня поверила, даже раньше шамана Дереша Угрюмого. И именно травница спасла мне жизнь, сообщив о планах предыдущего вождя меня отравить. И сделала свой выбор, дав яд именно ему.

– Зельда, срочно собери букет лесных цветов и тащи к умирающей! – приказал я, и младшая травница ослушаться не посмела, несмотря на ночь и опасный лес вокруг.

Я же поспешил со всех ног и вскоре уже находился у колючей ограды, возле которой стояли встревоженный Хуго Проворный и другие родственники умирающей. Охрана пропустила на территорию карантинного лагеря только меня, и я вошёл в большой шатёр, освещаемый подвесными масляными лампами и прокуренный благовониями. Старуха Фелна лежала на самой дальней койке вся красная от жара и в тонкой сорочке, насквозь пропитанной потом.

– Ты пришёл, вождь… – едва слышно прошептала старуха. – Я умираю, Альвар… Хани уже видит мою смерть, – кивком указала травница на сидящую на соседней койке девочку, округлившимися глазами уставившуюся куда-то в дальний тёмный угол. – Девочка всегда так реагировала, когда здесь в шатре кто-то должен был вскоре умереть. Ни разу не ошиблась.

Я посмотрел в том направлении, но кроме смутных шевелящихся теней ничего разглядеть не смог. Впрочем, старуха действительно выглядела плохо, даже дышала с большим трудом.

– Я хотела… открыть тебе тайну… человек. Помнишь остров с сухой сосной посреди Бездонного озера? Поищи в дупле на дереве… там рунный перстень… я спрятала его много лет назад… принадлежал старому вождю, который… давно… дед Дыха Белого Зуба… все следующие вожди были недостойны реликвии… а ты достоин, Альвар Завоеватель!

Старуха замолчала, тяжело дыша. И неожиданно попросила об одолжении.

– Маленькая Зельда… моя ученица… она слабая и глупая пока что… но не выгоняй её… способная девочка… нужно было раньше взяться за её обучение… поговори с эльфийкой Диассой… пусть позволит девочке учиться у её травников… эльфы мудрые, знают лес…

Я пообещал исполнить эту просьбу, и умирающая старуха счастливо улыбнулась. А потом задала крайне неожиданный вопрос.

– Вождь, ты ведь это знаешь по себе… расскажи… что происходит с теми, кто умер?

Странный вопрос, да и экспертом в этой области я себя вовсе не считал, но ответил то, что сам смог понять.

– Твоя душа будет какое-то время скитаться, а затем попадёт в дом Богини Смерти. Где её успокоят, отогреют от холода вечного космоса и отправят на новый круг жизни. И ты снова родишься маленькой девочкой… или на этот раз мальчиком, кто знает? И может даже встретишь тех, кто любил тебя в этой жизни, но уже в других их обличиях.

– А как долго душа может… ждать… и отказываться от новой жизни?

Очень необычный вопрос, ответа на который я знать конечно же не мог. Но тут неожиданно появилась та, кто ответил вместо меня. Из густой тени, как раз из того самого угла, в который так пристально смотрела Хани, появился тёмный силуэт, который вскоре обрёл облик высокой женщины в длинной накидке до пола и с золотой маской на лице.

– Я разрешаю дожидаться своих любимых не более пятидесяти лет по меркам того мира. Твоя погибшая при лесном пожаре красавица-дочка тебя дождалась, Фелна, и вы вместе уйдёте на новый круг жизни.

Я поспешно опустился на одно колено и склонил голову в низком поклоне, приветствуя великую Морану. Впрочем, Богиня Смерти даже не взглянула на меня, направившись сразу к хрипящей и задыхающейся старухе, которую била всё усиливающаяся дрожь. Взяла Фелну за руку, и пожилая орчиха сразу же успокоилась.

– Где цветы? – строгим голосом поинтересовалась Морана и повернула лицо в маске на меня.

– Цветы сейчас будут! – пообещал я, вскочил и даже сам порывался побежать за ними в лес, но смерть остановила меня.

– Да, точно, букет уже несут. Хорошо, я подожду.

Морана осмотрелась в шатре и обернулась к стоявшей молча с открытыми от удивления глазами целительнице Луане.

– Да не бойся ты так, дитя! Твоё время ещё не пришло, и я не за тобой. Просто хотела сказать, что ты молодец, девочка! Остановить чуму далеко не каждой целительнице под силу, но ты справилась. Заразы не осталось, большой эпидемии не случится. Далеко пойдёшь!

Морана сделала шаг к моментально сжавшейся от испуга и даже закрывшей глаза целительнице и аккуратно поправила девушке лезущую на лицо прядь волос. Луана действительно сильно обросла за время пребывания в племени Жёлтой Рыбы, и её каштановые волосы, некогда не настолько уж длинные, сейчас доросли до плеч и неряшливо топорщились во все стороны, поскольку в чумном лагере было не до наведения красоты. В этот момент в шатре появилась запыхавшаяся Зельда. Похоже, в упор не видя Богини Смерти, юная травница пробежала прямо сквозь неё и вложила букетик белых цветов в руку умирающей старухе.

– Простые ландыши? – удивилась Морана и перевела взгляд на меня. – В предыдущий раз ты был куда более изобретательным в выборе подарка, Альвар. Впрочем, сойдёт. Но на будущее постарайся всё же меня не разочаровывать и подбирать букет, более достойный моей дочери.

Богиня Смерти протянула руку, и старая Фелна, много дней уже прикованная к постели, тоже протянула ей руку в ответ и удивительно легко встала с койки. Вот так вдвоём, держась за руки, они и направились на выход из шатра, как вдруг Морана резко остановилась. И обернулась к Хани.

– Ты уверена, малышка? Да, знаю, ты потеряла всех родственников и никому во всём мире не нужна. Не умеешь говорить, а тело твоё обезображено рубцами от чумы. Но у тебя же вся жизнь ещё впереди, и столько хорошего с тобой случится!

Хани ничего вслух не произносила, но видимо как-то всё же донесла свою мысль до Богини Смерти.

– Хорошо, ты меня убедила. И получишь другую, более счастливую жизнь. Пойдём!

Морана протянула свободную левую руку и обхватила Хани за тоненькое запястье девочки. Вот так втроём они и ушли, растворившись прямо в воздухе уже шаге на третьем. Что интересно, тел умерших на койках не осталось. А в ночи дружно завыли варги, все эти дни верно охранявшие чумной лагерь, но внезапно переставшие ощущать присутствие любимой немой хозяйки.