Текст книги "Женские лица советской разведки. 1917—1941 гг."

Отделяем правду от вымысла

Можно точно утверждать, что к судьбе великого князя Александра Михайловича (внук императора Николая I) и его супруги Ксении Александровны (дочь императора Александра III и сестра императора Николая II) описанные в статье Гарри Любарского и в книге И.Л. Бунича события не имеют никакого отношения. Как известно, в марте 1917 года великий князь в адмиральском чине был уволен от службы по его прошению с правом ношения мундира. С разрешения А.Ф. Керенского он вместе с семьёй и близкими поселился в Крыму в имении «Ай-Тодор», затем они перебрались в другое крымское имение – «Дюльбер». Великий князь Александр Михайлович пребывал там безвыездно до 11 декабря 1918 года. В этот день он вместе со старшим сыном Андреем в Ялте поднялся на борт британского военного корабля под названием «Форсайт» и навсегда покинул Россию. Позже из Крыма за границу перебрались его жена с детьми. Для читателя, пожелавшего более подробно разобраться в тех далёких событиях 1918 года, рекомендуем обратить внимание на вышедшую в 1933 году в Париже в виде приложения к журналу «Иллюстрированная Россия» книгу воспоминаний великого князя Александра Михайловича. Глава XVIII этой книги называется «Бегство». В ней достаточно подробно описано пребывание великого князя в Крыму вплоть до отплытия его в сопровождении 21‐летнего старшего сына на британском крейсере «Форсайт». Заметим, что все оставшиеся в Крыму члены дома Романовых сохранили свои жизни и без особых проблем перебрались в Европу. Среди них были двое двоюродных братьев великого князя Александра Михайловича – великие князья Николай Николаевич и Пётр Николаевич[71]71
  См.: Александр Михайлович. Великий князь: Книга воспоминаний. Глава XIX. После бури // Иллюстрированная Россия (прил.) Париж, 1933; http://militera.lib.ru/memo/russian/a-m/19.html


[Закрыть]. Все они покинули Россию, не пребывая в числе заложников и не прибегая к помощи чекистов. Более того, великий князь приглашал приехать к нему в Крым и своих родственников из дома Романовых, остававшихся в Петрограде, но они отказались. Кто знает, согласись бы они на такой переезд, скорее всего, и остались бы живы. Не познали бы тяжелой доли заложников в тюремных казематах и осознанной участи неизбежного расстрела. Однако одному из заложников, принадлежавших к дому Романовых, – князю императорской крови – действительно удалось спастись осенью 1918 года с помощью Г.И. Бокия и при участии М. Горького и его жены актрисы М.Ф. Андреевой. Но об этом рассказ будет чуть позже.

Великие князья в тюремных застенках

С приходом к власти в России большевиков и их политических союзников был принят курс на физическое уничтожение представителей династии Романовых. В ночь на 17 июля 1918 года в Тобольске приняли смерть 50‐летний бывший император Николай II, отрёкшийся от российского престола, вместе со своим семейством. Кровавый молох революционной ненависти к дому Романовых продолжал набирать обороты. Летом того же года под Пермью был убит вместе со своим секретарём не принявший российской короны 39‐летний брат императора Николая II – великий князь Михаил Александрович. Кстати, споры о наследнике российского престола идут до сих пор. Одни историки считают его последним императором. Другие утверждают, что права на престол он утратил задолго до событий 1917 года, когда женился на женщине, не равной ему по крови.

В начале июля 1918 года в Алапаевске был вывезен на расстрел великий князь Сергей Михайлович. Стяжавший на войне славу храбреца, 48‐летний генерал от артиллерии был единственным из членов императорской фамилии, кто оказал сопротивление палачам и погиб в своей последней схватке.

В августе 1918 года в дом предварительного заключения в Петрограде были помещены сразу несколько великих князей. С места ссылки в Вологду тогда же доставили сразу троих великих князей – Дмитрия Константиновича, Николая Михайловича и Георгия Михайловича. Сюда же перевезли из Царского Села больного великого князя Павла Александровича, за которого на воле хлопотала его жена княгиня Ольга Валериановна Палей. Всех этих великих князей объединяло не только то, что в возрасте 55–59 лет они пребывали в генеральских чинах, но и то, что они были внуками императора Николая I.

Находился там же под арестом и ещё один представитель императорского дома Романовых – князь императорской крови Гавриил Константинович. Несмотря на свой 30‐летний возраст, он был болен туберкулёзом, и за его освобождение из тюрьмы отчаянно боролась жена – балерина Мариинского театра Антонина Рафаиловна Нестеровская (подруга знаменитой Матильды Кшесинской).

Чтобы понять отличия между великим князем и князем по крови, напомним читателю о существовавшей в российском императорском доме иерархии родства среди представителей императорской фамилии. В принятом в июле 1886 года документе под названием «Учреждение об Императорской Фамилии» указывалось: «Члены Императорского Дома составляют особый класс, преимущества которого обуславливаются или тем, что его члены, при известных условиях, могут быть призваны к наследованию престола, или же тем, что они связаны браком с лицами, имеющими или могущими иметь право на престол. Права члена императорского дома приобретаются посредством законного брака с членом императорской фамилии и происхождения от такого брака… Права и преимущества членов императорской фамилии переходят в нисходящей линии только в мужском поколении»[72]72
  Российский Императорский Дом // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона. СПб.: Издат. дело, 1899. С. 119; https://viewer.rsl.ru/ru/rsl01003924207?page=127&rotate=0&theme=white


[Закрыть]. При этом годом ранее Именным указом императора Александра III было установлено, что звания великих князей распространяются лишь на внуков императора. Здесь и далее мы будем рассматривать положение лиц внутри императорского дома лишь по мужской линии, оставляя за скобками нисходящую женскую линию Романовых.

Внутреннее устройство дома Романовых по степени родства и крови было необходимо для того, чтобы распределить преимущества, которые принадлежали членам императорской фамилии, а именно: «1) в праве на титулы, гербы и проч.[ие] внешние преимущества; 2) в праве на содержание»[73]73
  Там же.


[Закрыть]. Положение императрицы и наследника престола определялось особыми правилами.

Все остальные члены императорского дома относились к категории «прочих» и подразделялись на три категории: 1) сыновья, братья и внуки императоров пользовались титулом «Императорских Высочеств», великих князей; 2) правнуки императоров, в роде каждого правнука только старший сын и его старшие сыновья по праву первородства пользовались титулом «Высочеств», князей императорской крови; 3) младшие сыновья правнуков и их потомки по мужской линии получали титул «Светлости», князей императорской крови. Различием в этих титулах определялись разные права на герб, ордена и прочие внешние преимущества и устанавливалось для них содержание. Князей императорской крови именовали, так же как и великих князей, только по имени-отчеству.

При этом размер денежного содержания для каждого члена императорской фамилии определялся отдельным законом, причем, начиная с 1886 года, ежегодные выдачи от казначейства получали лишь великие князья и правнуки императоров.

Кроме того, «Учреждение об Императорской Фамилии» среди прочих положений содержало права членов дома Романовых на брачные отношения. Например, для признания брака члена императорской фамилии законным требовалось соблюсти два основных условия: 1) получить согласие на брак царствующего императора и 2) выбрать соответствующую по происхождению невесту. Как правило, она должна была принадлежать к какому-либо царствующему или владетельному дому. Как известно, в последние годы существования Российской империи носители царской фамилии и разных титулов императорской семьи брачные правила неоднократно нарушали.

Все члены императорской фамилии, независимо от их титулов, пользовались «усиленною уголовною охраною в одинаковой степени с самим царствующим Императором»[74]74
  Там же. С. 121; https://viewer.rsl.ru/ru/rsl01003924207?page=129&rotate=0&theme=white


[Закрыть]. Трудно представить, что испытали все эти люди, привыкшие к комфортной, обеспеченной и во всех отношениях благополучной жизни, оказавшиеся в бесправном положении в тюремных камерах. Их опасения усилились после того, как они узнали, что включены в списки заложников, подлежащих расстрелу в случае белогвардейских покушений на жизнь советских и партийных работников.

В поисках возможностей для спасения

Об условиях содержания арестованных членов императорской фамилии в доме предварительного заключения в Петрограде известно из воспоминаний князя императорской крови Гавриила Константиновича[75]75
  Гавриил Константинович (вел. кн.). В мраморном дворце. Из хроники нашей семьи. Гл. 39–41. Нью-Йорк. 1955 / Сайт «Румянцевский музей»; http://www.rummuseum.ru/portal/node/1603


[Закрыть]. Полистаем книгу его воспоминаний, обратив особое внимание на главу 42, где он вспоминает о пребывании в тюрьме с момента своего ареста 15 августа 1918 года. Все великие князья были помещены в отдельные камеры и имели возможность, при снисходительном отношении тюремщиков, видеться на прогулках и даже посещать друг друга в камерах, расположенных на разных этажах дома предварительного заключения. В это время жена Гавриила Константиновича стучалась в двери разных кабинетов в ПетроЧК, не раз встречалась с самим Урицким и его заместителем Бокием, которого в воспоминаниях князя и его жены обычно называют большевиком Б. Из приведённого там же описания внешности большевика Б. вполне очевидно, что речь идёт именно о Глебе Ивановиче Бокия. Кстати, в книге «В мраморном дворце» также упоминается в числе людей, старавшихся помочь в освобождении больного князя, сестра и жена Б.[окия]. Что касается сестры чекиста, то сведений о ней пока найти не удалось. О жене Бокия известно, что они расстались в 1919 году. В воспоминаниях князя и его супруги жена Бокия была маленького роста и внешне выглядела жгучей брюнеткой армянского типа. Она искренне старалась помочь просительнице. Затем через поручительство Горького и с участием его гражданской жены актрисы Андреевой удалось получить разрешение Зиновьева на выезд в Финляндию.

Современники факт спасения одного из семейства Романовых не оставили без внимания. Так, известная писательница Зинаида Гиппиус в своём дневнике в конце октября записала, что теперь взятки и поборы всюду. «Берут по декретам, берут при обысках, берут просто. «Берет» даже Андреева, жена Горького: согласилась содействовать отправлению в[еликого] кн[язя] Гавриила в Финляндию лишь тогда, когда жена Гавриила подарила ей дорогие серьги. … Характерно еще: при отправке своего «заложника» в Финляндию (после серег) Горький, на всякий случай, потребовал от него «охранную грамоту»: что вот, мол, я, Гавриил Романов, обязан только Горькому спасением жизни…»[76]76
  Гиппиус З.Н. Дневники и воспоминания. 4 ноября (22 октября [1918 г.] // Сайт «Прожито». Европейский ун-т в С.-Петербурге; https://prozhito.org/notes?diaries=%5B128 %5D&date=1918—01–01&offset=100


[Закрыть] Внимательный читатель наверняка обратил внимание на ошибку в этой дневниковой записи писательницы – Гавриил Константинович был князем императорской крови, что по фамильной иерархии Романовых было ниже положения великого князя.

Россию семья князя царской крови Гавриила Константиновича покинула 11 ноября 1918 года.

Жене князя удалось добиться разрешения у грозной чекистки Яковлевой два раза в неделю посещать больного мужа в тюрьме и приносить ему домашнюю еду. Затем при поддержке Бокия выпросила возможность перевода мужа на лечение в частную клинику Герзони. Этот вопрос получилось решить лишь после убийства Урицкого.

Со слов арестантов из семьи Романовых, режим их содержания под стражей был не столь строгим, как в отношении других сидельцев. Тюремная стража дозволяла великим князьям-заложникам выходить в коридор и даже встречаться с другими заключенными из дома Романовых. Чаще других этой привилегией пользовался великий князь и известный историк Николай Михайлович. За него хлопотали маститые и всемирно известные учёные из Академии наук. Среди просителей были Луначарский и Максим Горький. Дошли с просьбами об освобождении учёного-историка из императорской фамилии до Ленина, однако вождь мирового пролетариата, как вспоминал позже великий князь Александр Михайлович, якобы заявил просителям, что «революция не нуждается в историках», и отказался выпустить великого князя Николая Михайловича из тюрьмы[77]77
  См.: Александр Михайлович. Великий князь: Книга воспоминаний. Глава XIX. После бури // Иллюстрированная Россия (прил.) Париж: 1933; http://militera.lib.ru/memo/russian/a-m/19.html


[Закрыть]. Его участь была предрешена.

Активно боролась за освобождение из тюрьмы жена тяжело болевшего великого князя Павла Александровича княгиня О.В. Палей. Это был его второй брак, вынудивший его покинуть Россию и долгое время жить в Париже. После смерти жены он женился повторно, сразу нарушив два незыблемых правила для членов дома Романовых. Его выбор пал на жену своего подчинённого – гвардейского полковника. Мало того что она была особой, не принадлежавшей к царствующим и владетельным домам Европы, что не позволяло признать такой брак равным и законным, но и, будучи разведённой, она лишалась права бывать при императорском дворе Николая II.

Кстати, в своих воспоминаниях о русской революции О.В. Палей упоминает, что первые её хлопоты о разрешении выехать с семьёй за границу начались ещё при Временном правительстве. С этой просьбой она обратилась лично к А.Ф. Керенскому. И такая встреча состоялась. Разговор был, как позже она вспоминала, довольно коротким. Княгиня попросила о разрешении уехать во Францию, где у великого князя Павла Александровича был свой дом. Однако Керенский в этой просьбе отказал, сославшись на то, что скажут Советы, если он отпустит члена императорской фамилии. Взамен он предложил поехать на Кавказ, в Крым или в Финляндию. Поняв, что впереди их семейство ждут тяжёлые времена, она 29 мая 1917 года воспользовалась помощью генерал-губернатора Финляндии, чтобы в тайне переправить с его помощью на хранение драгоценности и ценные бумаги[78]78
  См.: Палей О.В. Мои воспоминания о русской революции. С. 49–51; https://arheve.org/read/paley-ov/moi-vospominaniya-o-russkoy-revolyucii-paley-o-v/63495


[Закрыть].

После ареста чекистами в августе 1918 года болевшего мужа – бывшего великого князя Павла Александровича она неоднократно добивалась приема у Урицкого, а затем и у Яковлевой с просьбой перевести его в больницу или разрешить лечение на дому. Получая каждый раз отказы на свои просьбы от высокопоставленных чекистов, она обратилась за помощью в освобождении мужа к Максиму Горькому. Тот пообещал замолвить словечко перед Урицким, предупредив, что это будет непросто. На квартире у пролетарского писателя княгиня Палей случайно встретила Шаляпина, который тоже предложил ей свою помощь и поддержку[79]79
  См.: Княгиня Ольга Палей. Воспоминания о России (с приложением писем, дневника стихов её сына Владимира). М.: Захаров, 2005.


[Закрыть]. Однако все её хлопоты результата не дали.

По решению Коллегии ВЧК эти четверо заложников из семейства Романовых были расстреляны в конце января 1919 года. Точная дата и место гибели великих князей до сих пор не установлены. Чаще всего упоминается дата их расстрела в ночь с 29 на 30 января, но также приводятся и другие даты, например с 23 на 24 января. Есть версии о том, что они не все были убиты одновременно. Место их захоронения тоже до сих пор не найдено, хотя во многих публикациях указывается территория Петропавловской крепости. Однако до наших дней среди найденных в крепости захоронений 160 человек останки великих князей не обнаружены[80]80
  Корбат И. Расстрелянных в Петропавловской крепости похоронили. Но исследования не закончены. 22.11.2022; https://www.fontanka.ru/2022/11/22/71837624/?


[Закрыть].

Можно предположить, что спешный расстрел великих князей был связан с несколькими причинами. Во-первых, после того, как в Москве стали известны случаи освобождения состоятельных заложников за значительные денежные выкупы в целях личной наживы, возникла ситуация, когда необходимо было быстро избавиться от важных свидетелей и участников громкого коррупционного скандала, включая великих князей. Во-вторых, всё больше расширялся круг просителей об их освобождении из числа сторонников советской власти. Среди них были: пролетарский писатель Максим Горький, певец Федор Шаляпин, актриса Мария Андреева и даже советский нарком просвещения Анатолий Луначарский, а также часть учёных из Академии наук. В-третьих, в обществе росло сочувствие к престарелым и больным великим князьям. Они получали послабления во время содержания под стражей даже со стороны тюремных служителей.

Проходимец княжеского рода среди чекистов

Потомок кахетинских правителей древнего государства в Восточной Грузии, князь Михаил Михайлович Андроников (в других случаях – Андронников) мог рассчитывать на многое. Выходцу из знатного рода прочили блестящую карьеру. Родители дали сыну хорошее домашнее образование и в 12 лет определили юного князя в элитный Пажеский корпус.

«Главным отличием от кадетских корпусов, – как позже вспоминал бывший паж граф, ставший советским генералом А.А. Игнатьев в книге «Пятьдесят лет в строю», – являлось то положение, что раз ты надел пажеский мундир, то уже наверняка выйдешь в офицеры, если только не совершишь уголовного преступления. Поэтому наряду с несколькими блестящими учениками в классе уживались подлинные неучи и тупицы и такие невоенные типы, как, например, прославившийся друг Распутина – князь Андронников, которого били даже в специальных классах за его бросавшуюся в глаза извращенную безнравственность. Подобные темные личности болтали прекрасно по-французски, имели отменные манеры и, к великому моему удивлению, появлялись впоследствии в высшем свете»[81]81
  Игнатьев А.А. Пятьдесят лет в строю. М.: Воениздат, 1986. С. 46; http://militera.lib.ru/memo/russian/ignatyev_aa/05.html


[Закрыть].

Спустя время 20‐летнего князя отчислили из учебного заведения. Официально – по слабости здоровья. На самом деле назывались и другие веские причины. Например, в некоторых публикациях указано, что из пажей князь М.М. Андроников был изгнан за гомосексуализм и мелкое воровство. Прямо скажем, такие проступки и запретные увлечения не могли бесконечно долго укрываться под мундиром пажа, хотя князь и дошёл до старшего специального класса Пажеского корпуса. Иными словами, князь был отчислен с последнего, фактически выпускного курса обучения.

Напомним современному читателю, что, как элитное военно-учебное заведение, Пажеский корпус был учреждён указом императора Александра I в октябре 1802 года. Он изначально предназначался для подготовки «сыновей заслуженных родителей» к службе в свите императора и в войсках гвардии. При этом пажи сразу же причислялись к царскому двору и несли определённую дворцовую службу. Как указывается в биографических сведениях о князе Андроникове, в Пажеском корпусе он обучался в период с 1887 по 1895 год[82]82
  Андроников Михаил Михайлович / Первая мировая война1914—1918. Инфо. портал; https://gwar.mil.ru/informations/encyclop/andronikov-mikhail-mikhaylovich/ (дата обращения: 05.02.2023)


[Закрыть].

Обучавшиеся в корпусе пажи совмещали учебные занятия с несением придворной службы. Ежегодно несколько из числа лучших пажей назначались камер-пажами к членам императорской семьи[83]83
  См.: Пажеский Его Императорского Величества кадетский корпус. 1802/Музей истории Российского кадетства; https://cadethistory.ru/pazheskiy-ego-imperatorskogo-velich (дата обращения 05.02.2023)


[Закрыть].

При выпуске все пажи, в зависимости от результатов выпускного экзамена, распределялись на четыре разряда. Окончившие Пажеский корпус по 1‐му разряду выпускались офицерами в гвардию. Все остальные выпускники распределялись в армейские части с учётом результатов обучения. При этом выпущенные по 4‐му разряду не производились даже в первый офицерский чин, который могли получить лишь через 6 месяцев службы в чине унтер-офицера.

Отдельно распределялись выпускники Пажеского корпуса, неспособные в силу уважительных причин к военной службе. Они вознаграждались гражданскими чинами, которые зависели от их разряда. Пажи 1‐го и 2‐го разрядов получали чин Х класса по Табели о рангах – коллежского секретаря, 3‐го разряда – чин XII класса – губернского секретаря, а 4‐го разряда удостаивались низшего классного чина XIV – коллежский регистратор[84]84
  См.: Пажеский корпус / Офицеры РИА; https://ria1914.info/index.php/Пажеский_корпус (дата обращения: 05.02.2023)


[Закрыть].

Почему требуется столь подробный рассказ о Пажеском корпусе? Дело в том, что на допросе в Чрезвычайной следственной комиссии Временного правительства 8 апреля 1917 года князь Андроников заявил: «Я окончил пажеский корпус. Из старшего специального курса был по болезни уволен»[85]85
  Допрос кн. Андроникова. 8 апреля [1917 г.] // Падение царского режима. Т. 2. Л.: Госиздат, 1925. С. 22; https://ru.wikisource.org/wiki/Падение_царского_режима._Том_2/Допрос_кн._Андроникова_8_апреля_1917


[Закрыть]. Однако этот факт, на наш взгляд, нуждается в документальном подтверждении либо опровержении. Дело в том, что среди выпускников Пажеского корпуса за 1895 год, а также за 2 предыдущих и 2 последующих года князь М.М. Андроников не числится. Не назван он и среди пажей специальных классов за период с 1894 по 1897 год. В этом легко убедиться, если полистать дореволюционную книгу О.Р. Фреймана «Пажи за 185 лет: Биографии и портреты бывших пажей с 1711 по 1896 г.». Нет фамилии князя и в алфавитном списке пажей. Не упоминается князь и в крупнейшей открытой базе данных на сайте «Офицеры русской императорской армии (РИА)» в разделе «Пажеский корпус», где перечислены выпускники за период с 1860 по 1917 год.

Однако если даже и, скорее всего, будет документально установлено, что князь Андроников не являлся выпускником Пажеского корпуса, то надо признать, что за почти 8 лет его пребывания в стенах этого привилегированного учебного заведения он приобрёл хороший по тем временам багаж знаний, включая свободное владение немецким и французским языками.

Придворный интриган и авантюрист

Образ князя-проходимца привлёк внимание Валентина Саввича Пикуля – известного советского писателя исторических романов. Свои произведения он создавал на фактах подлинной истории и с использованием достоверных материалов. В своей книге «Нечистая сила» (другое название – «У последней черты»), рассказывающей о роли и влиянии на царскую семью и сановников империи Григория Распутина, нашлось место и для приятеля «старца» – афериста князя Андроникова. «Кажется, что в пору грандиозных потрясений государства, – размышлял на страницах своего романа В.С. Пикуль, – …когда премьеры не знают сегодня, что будет завтра, – что в такую пору значит какой-нибудь плюгавый коллежский регистратор, занимающий на лестнице российских чинов самую последнюю ступеньку? Между тем, смею вас заверить, коллежский регистратор иногда способен вытворять чудеса… Кстати уж, познакомьтесь: князь Михаил Андроников, сын захудалого прапорщика и баронессы Унгерн-Штернберг; из Пажеского корпуса исключен за мелкое воровство и неестественные половые привычки; возраст – 30 лет; холост и никогда не будет женат, ибо женщин он люто ненавидит. А зовут князя в свете Побирушка»[86]86
  Пикуль В.С. Нечистая сила. В 2 кн. М.: Воениздат, 1990. С. 114.


[Закрыть]. Как и всегда, Валентин Саввич писал на реальной исторической канве событий и фактическом материале, однако книгу назвал романом, оставив за собой право на авторский вымысел. Отсюда и некоторые неточности и смысловые шероховатости. Например, отца князя Побирушки Пикуль назвал «захудалым прапорщиком». Иными словами, пребывавшим в первичном офицерском звании, хотя во всех биографических материалах он указан в чине ротмистра.

Или другой пример, когда автор книги «Нечистая сила» самого князя М.М. Андроникова называет чиновником, состоявшим в низшем XIV класса чине по Табели о рангах, указав, что тот был коллежским регистратором. Однако в биографиях князя говорится о том, что он с 1905 года пребывал в чине титулярного советника. Вместе с тем в остальном Пикуль мастерски рисует образ князя Побирушки на фоне деградации высшего общества в царской России. Общую картину дополняют материалы допросов князя Андроникова 6 и 8 апреля 1917 года в Чрезвычайной следственной комиссии Временного правительства. Только в атмосфере духовного разлада и морально-нравственной деформации самодержавного общества в России мог появиться и открыто манипулировать людьми из высшего света подобный авантюрист княжеского рода. Аристократы князя не уважали. Да и среди Романовых он успехом не пользовался. «Что касается взгляда государя на Андроникова, – писал позже в своих воспоминаниях дворцовый комендант Воейков, – то я лично могу засвидетельствовать, что, когда случайно зашла о нем речь, Его Величество высказал свое весьма отрицательное о нем мнение»[87]87
  Воейков В.Н. С царем и без царя: Воспоминания последнего дворцового коменданта государя императора Николая II. М.: Воениздат, 1995. С. 64.


[Закрыть].

И тем не менее князь Андроников ловко использовал разные ситуации с пользой для себя. Многие столичные аристократы предпочитали не иметь с ним каких-либо общих дел и опасались вступать с ним в конфликты или ссоры. «Княжеский титул, неимоверный апломб, беглый французский язык, красивая остроумная речь, то пересыпанная едкой бранью, то умелой лестью и комплиментами, – писал позже в своих воспоминаниях бывший начальник дворцовой охраны жандармский генерал А.И. Спиридович, – а также бесконечно великий запас сведений о том, что было и чего не было – все это делало князя весьма интересным и для многих нужным человеком. И его принимали, хотя за глаза и ругали, ибо все отлично знали, что нет той гадости, мерзости, сплетни и клеветы, которыми бы он не стал засыпать человека, пошедшего на него войной»[88]88
  Спиридович А.И. Великая Война и Февральская Революция 1914–1917 гг. В 3 кн. Кн. 1. Нью-Йорк, Всеславянское изд-во. 1960; http://militera.lib.ru/memo/russian/spiridovich_ai/01.html


[Закрыть].

Камер-юнкер князь Андроников, имея низшее придворное звание (видимо, сохранившееся за ним с пажеских времён), пользовался возможностью бывать при дворе и создавать впечатление всесильного вельможи, облечённого нужными связями и высоким покровительством в высших кругах Российской империи. При этом сам он с 1905 года состоял всего лишь в чине титулярного советника, соответствовавшем, согласно Табели о рангах, чину армейского капитана. Но это обстоятельство нисколько ему не мешало принимать участие в закулисных делах при назначениях министров, в присвоении высших чинов, плодить слухи о неблаговидных деяниях тех или иных высших сановниках империи.

Заметим, что далеко не всегда его авантюры завершались благополучно. Например, на некоторое время – с лета 1914 по начало 1916 года – князю удалось установить довольно близкие отношения с фаворитом царской семьи Григорием Распутиным. Однако его попытки использовать «старца» в своих афёрах провалились. Распутин раскусил замыслы мошенника и изгнал князя Андроникова из своего дома, а позже даже содействовал его высылке из столицы.

Князь при неудачах не унывал и каждый раз вновь пытался разбогатеть, участвуя в сомнительных коммерческих проектах. Коммерческие провалы, судебные тяжбы, обман с постройкой железной дороги. авантюры с ирригацией в Средней Азии – всего не перечесть. Кстати, в последнем случае князю удалось на основе личных связей привлечь к участию в своей авантюре военного министра В.А. Сухомлинова. Позже Андроников «отблагодарил» своего компаньона тем, что писал на него доносы, чем способствовал отставке военного министра и преданию его суду. В 1915 году генерал публично назвал своего прежнего близкого знакомца и его единомышленников из монархического столичного салона в числе сочинителей и распространителей порочащих его слухов.

Князь не страдал ложной скромностью и не испытывал никаких угрызений совести. «Себя, – как вспоминал жандармский генерал и сосед Андроникова по дому № 54 по Фонтанке А.И. Спиридович, – он называл «адъютантом Господа Бога»[89]89
  Спиридович А.И. Великая Война и Февральская Революция 1914–1917 гг. В 3 кн. Кн. 1. Нью-Йорк, Всеславянское изд-во. 1960; http://militera.lib.ru/memo/russian/spiridovich_ai/01.html


[Закрыть]. При этом «князь не скрывал своих гадостей, бравировал ими, как бы говоря всем – вот я каков, для меня нет ничего святого»[90]90
  Там же.


[Закрыть]. Однако это не спасло дворцового авантюриста от неизбежной кары за бесконечные афёры, провокации, доносы и распускаемые слухи.