Текст книги "История Древней Греции"
![](/books_files/covers/thumbs_240/istoriya-drevney-grecii-47798.jpg)
Автор книги: Николас Хаммонд
Жанр: Зарубежная образовательная литература, Наука и Образование
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 14 (всего у книги 65 страниц) [доступный отрывок для чтения: 16 страниц]
Глава 4
Военное дело в период 750–550 гг
1. Войны за территорию и за гегемониюФукидид описывает сухопутные войны архаического периода как местные столкновения между отдельными государствами, которые обычно не вели к образованию могущественных группировок – коалиций и империй. Это описание корректно, но неполно. Новые государства, как появлявшиеся в материковой Греции, так и возникавшие за морями, боролись за место под солнцем, используя свои возрастающие ресурсы для войн друг с другом. Эти войны иногда становились решающими, так как надежно закрепляли обладание спорными территориями, но редко имели катастрофические последствия для одной стороны и приводили к резкому возвышению другой стороны. Тем не менее в этих войнах устанавливались границы полисов и определялось их значение в будущем.
Величайшая и самая катастрофическая из этих сухопутных войн уже описана нами выше. Спарта, первый дорийский полис на материке, покорила народы Мессении и расширила основы своего могущества, после двадцатилетней войны (ок. 740–720 гг.), увеличив свою площадь и поработив население новых территорий. Коринф, стоявший во главе торговой экспансии и имевший от нее наибольшие выгоды, отобрал у Мегары ее южные земли в войне, закончившейся, вероятно, около 700 г. и известной благодаря героизму мегарийца Орсиппа, победителя Олимпийских игр 720 г.[14]14
Дата поражения мегарян является спорной.
[Закрыть] Тем самым было обеспечено будущее Коринфа как центрального обменного рынка в греческом мире, отныне он контролировал и сухопутные, и морские подступы к кратчайшему пути через Истмийский перешеек. Мегара, лишившись земель, богатых пастбищами и лесом, избавлялась от избыточного населения, сперва создавая заморские колонии, а позже покорив остров Саламин, который заселила около 600 г. колонистами, чтобы навсегда удержать его за собой. Их присутствие на острове угрожало морским подступам к Элевсину и Афинам. Вдохновленные воинственными поэмами Солона, афиняне напали на мегарян и заставили их покинуть остров. Война между двумя государствами тянулась долго, но к 560 г. Писистрат окончательно завладел островом, который имел такое же значение для будущего Афин, как и оккупация южной Мегариды – для Коринфа. С тех пор Мегара оставалась маленьким, но доблестным государством, чье существование зависело от ловкой дипломатии. Аналогичные войны между соседними государствами происходили в Ионии и Эолиде, иногда приводя к гибели полисов, например Смирны и Арисбы. На колонизируемых землях, где государства были расположены не так тесно и могли расширяться за счет более слабых народов, происходившие время от времени столкновения редко имели катастрофические последствия для одной из сторон, так как всегда можно было основать новые колонии, что сделали, например, милетяне, которых мегарские колонисты вытеснили из Гераклеи Понтийской около 560 г. Более важной в долговременном плане была борьба за морское господство и коммерческую эксплуатацию в западных морях, где Коринф столкнулся с Керкирой около 660 г., а Керкира с Амбракией около 620 г. В итоге Коринф укрепил контроль над своими колониями, но надолго испортил отношения с Керкирой.
При наличии широких взаимных интересов возникали коалиции. Так, Лелантинская война, которая велась до и после 700 г., началась как местный конфликт между Халкидой и Эретрией за обладание спорной Лелантинской равниной. Однако ее последствия имели большое значение для торговых и колониальных держав Эгейского моря, так как Эретрия владела Андросом, Кеосом, Теносом и другими островами, а Халкида контролировала путь через пролив Эврипос; совместно они вели колонизацию Халкидики и подступов к Этрурии. По словам Фукидида, в Лелантинской войне участвовало большинство греческих государств. Но наверняка мы знаем лишь то, что Самос был союзником Халкиды, а Милет – Эретрии, и можем предположить, что Коринф выступил на стороне первой, а Мегара – последней. Решающая битва произошла на суше, и победу одержала Халкида с помощью фессалийской конницы. Эретрия, полагавшаяся на армию в 3 тысячи пехотинцев, 600 конников и 60 колесниц, утратила положение ведущей державы. Получивший независимость Андрос основал колонии на Халкидике около 655 г. Первенство перешло к Халкиде, которая совместно с Коринфом упрочила торговые связи с Западом.
На Пелопоннесе борьба поначалу велась за военное превосходство, на которое претендовал Аргос еще со времен завоевания, ссылаясь на старшинство царского рода Теменидов. Аргос играл ведущую роль в основании Сикиона, Эгины и Мегары и помогал Мегаре в успешной войне с Коринфом. Спарта бросила Аргосу вызов, поселив беженцев из Асины (город в Арголиде, захваченный Аргосом) на побережье Мессении. Аргос воспротивился этому и победил Спарту в сражении при Гисиях в 669 г. Вероятно, падение престижа Спарты и успех Аргоса побудили Пису в 668 г. поднять восстание против Элиды и в 660 г. завладеть святилищем в Олимпии. В 659 г. спартанцев, выступивших против Фигалии – области Аркадии, пограничной с Мессенией, – разгромили фигаляне и аркадские орестасийцы. Затем около 640 г. мессенцы восстали при поддержке Писы, Аркадии, Аргоса и Сикиона, и Спарте пришлось девятнадцать лет бороться за свое существование, получая некоторую помощь от Коринфа, Самоса и Лепреатиды. Наконец, Спарта одержала решительную победу. Она упрочила свою власть над Мессенией, упрочила свои государственные институты и подтвердила свою воинскую доблесть. В 546 г. она разгромила аргосское войско в битве, последовавшей за состязанием «трехсот защитников», выступивших с обеих сторон. Благодаря этой победе к ее территории была присоединена Тиреатида, а сама она стала могущественнейшей военной державой Пелопоннеса.
2. Военные державы центральной ГрецииСевернее Пелопоннеса местный спор между фокийскими государствами Дельфы и Криса перерос в 1-ю Священную войну (595–586). Дельфы, на чьей территории находилось святилище Аполлона, к тому времени возглавляли так называемую Дельфийскую амфиктионию. Амфиктионами, или «окрестными обитателями», являлись двенадцать племен северо-восточной Греции – фессалы, перребы, магнеты, фтиоты, долопы, малеи, энены (или этеи), локры, дореи, фокеи, ионы, беоты, – а первоначально центр амфиктионии находился в Фермопилах, неподалеку от святилища Деметры в Анфеле. Каждое племя имело два голоса в Совете амфиктионии, который в первую очередь занимался вопросами религиозных ритуалов, но мог обращаться и к политическим проблемам. Криса контролировала подступы к Дельфам с севера и с побережья; она была сильнее Дельф и могла наживаться за счет паломников. Так или иначе, Дельфы внесли жалобу в Совет амфиктионии. Совет, получив благословение дельфийского оракула, объявил Священную войну Крисе, которая была формально исключена из амфиктионии и приговорена к разрушению. За этим решением стояла, вероятно, Фессалия, сплотившаяся ради войны и горящая желанием расширить свое влияние. Войска амфиктионии под общим командованием фессалийца Эврилоха и с помощью Сикиона и Афин в 591 г. одержали победу. Уцелевших обратили в рабство, территория Крисы была посвящена Аполлону, в честь победы в 582 г. были проведены первые Пифийские игры. На них председательствовал Эврилох, и фессалийцы в дальнейшем всегда возглавляли амфиктионию. Армия, вдохновляемая гневом божества, победила, Криса перестала существовать. Дельфийская община совершила благодарственное богослужение под руководством дельфийских жрецов. Совет амфиктионии взял в свои руки защиту святилища, управление его финансами и контроль за поведением своих членов в религиозных вопросах. Священная война укрепила престиж Аполлона и Дельф, продемонстрировала способность амфиктионии решать политические вопросы и подчеркнула военное превосходство Фессалии среди государств к северу от Истма.
Это превосходство проявилось после Священной войны. Фессалийские войска покорили Фокиду и Локриду и вторглись в Беотию, но около 575 г. потерпели там поражение. В том же столетии фокийцы восстали и упрочили свою независимость, разбив в ночной атаке фессалийскую пехоту и заманив фессалийскую конницу в замаскированную ловушку, устроенную из кувшинов с вином. Таким образом еще до персидских вторжений фессалийская мощь начала ослабевать.
3. Характер ранних войнВ архаический период заслуги граждан перед государством определялись прежде всего их воинской доблестью. Тиртей и Солон как поэты и государственные деятели призывали своих сограждан к подвигам звучным ритмом своих боевых песен: «Хвала храбрецу, который, сражаясь за свою родину, гибнет в первых рядах; но нет ничего постыднее, чем покинуть свой город, его богатые поля и жить как бродяга»; «Мы идем к Саламину сразиться за этот любезный остров и сбросить с плеч ношу своего позора». Большинство войн велось в основном ради выживания. В их результате перестали существовать как государства Мессения, Криса, Смирна и Арисба. Порабощение уцелевших было обычным делом. Таких рабов иногда продавали за моря, а иногда навсегда селили на землях победителя. Спартанцы и коринфяне заставляли мессенийцев и мегарян посылать мужчин и женщин на оплакивание своих умерших господ, а спартанцы требовали от мессенийцев торжественно клясться, что те будут покорными, чтобы в случае восстания они лишились права на убежище в храмах. Если включать завоеванные земли в состав государства было непрактично, применялись другие методы. Имперские, а не гуманные соображения побуждали фессалийцев навязывать фокийским городам тиранов и чиновников. Принимали они и предосторожности на случай восстаний: брали от городов заложников и угрожали восставшим неограниченной войной (aspondos polemos), которая могла закончиться не порабощением, а резней побежденных.
В темные века исход войн, вероятно, иногда решался единоборством вождей, а порой, как, например, в войне между жителями Мегариды, мог соблюдаться рыцарский кодекс чести. Возможно, именно члены Дельфийской амфиктионии ввели правило не уничтожать города противника и не пререкрывать друг другу водоснабжение в светской войне (в отличие от священной). Но в архаический период в войну втягивались более широкие слои насления, и правила часто нарушались. В битве раненых и безоружных добивали, а побежденных возвращали лишь мертвыми, причем без оружия. Однако некоторые правила, подкрепляемые религиозными санкциями и, вероятно, имеющие религиозное происхождение, все-таки соблюдались. Глашатаи и послы стали пользоваться неприкосновенностью, над погибшими больше не издевались и не отказывали им в погребении, перемирие для такого погребения объявлялось священным, договоры скреплялись нерушимыми клятвами, у алтарей богов можно было найти убежище. Видимо, в архаический период эти правила в целом соблюдались.
Элитным войском являлась конница. Колесницы героического века, вероятно, использовались в Лелантинской войне, но с тех пор они применялись в Греции лишь при процессиях и на скачках. Конница в Лелантинской войне была решающим фактором, и исход войны определяли в конной битве; в Ионии конница также сохранила свое значение и в греческих государствах, и в Лидии. Но на Пелопоннесе, хотя престиж конницы сохранялся, ударной силой была пехота, и для важнейших битв после 700 г. характерны ряды пехотинцев, которых не могла повернуть вспять кавалерийская атака. Гоплиту приходилось усиленно тренироваться. Он был вооружен копьем длиной 6 футов (1,8 м) и должен был постоянно находиться на своем месте в строю, чтобы прикрывать незащищенный бок своего соседа; за его спиной стояли следующие ряды бойцов, укрепляя строй своим весом и своим оружием (фото IVa). Бой такого типа требовал силы, умелого владения копьем и дисциплины, и этими качествами сперва отличались аргивяне, а затем спартанцы. Насколько высок был престиж Аргоса, возможно, уже в начале VII в., видно из ответа дельфийского оракула. Эгийцы, захватив этолийскую пентеконтеру, спросили у бога, найдется ли кто-либо лучше их, и получили ответ: «Лучше вас поля Пеласгийского Аргоса, фессалийские кобылицы, спартанские женщины и люди, пьющие воду светлой Аретузы[15]15
То есть халкидяне.
[Закрыть]. Но все же самые лучшие – те, кто обитает между Тиринфом и богатой овцами Аркадией, аргивяне в холщовых латах, орудия войны». Те, кто мог экипироваться шлемом, латами, наголенниками, копьем и мечом и упражняться в воинском искусстве, являлись элитой в любом государстве. Когда гоплитская тактика стала общепринятой, значение этой элиты увеличилось, так как исход войны нередко решался в упорной схватке между армиями гоплитов, и с ним смирялись до тех пор, пока разногласия касались лишь таких частных вопросов, как пограничные претензии. Но в архаический период решающие битвы, кроме войн между Аргосом и Спартой, происходили редко. Гоплитов хватало немногим государствам, а причины войн обычно были более фундаментальны. «Траншейная битва» в Мессенийской войне и захват Крисы не привели к окончанию войн; партизанская война продолжалась после этого еще одиннадцать лет в Мессении и пять лет на горе Парнас. Таким образом, войны бывали очень продолжительными, и порой более гибельными для жизни и собственности, когда все здоровые мужчины участвовали в них как легкие пехотинцы, вооруженные мечами, дротиками, пращами или луками. Эти виды оружия также имели большое значение, и некоторые государства преуспели в их использовании. Но какой бы урон эти войны ни наносили, они привили грекам доблесть, которая пригодилась при основании колоний за морями, а позже при отражении персидского вторжения.
![](i_032.png)
Пентеконтера в море. С аттической чернофигурной вазы работы Эксекия. Ок. 525–500 гг. (парус на росписи не изображен)
Глава 5
Политическое развитие (кроме Афин)
1. Кризис царской властиЦарская власть, преобладавшая во время героического века и в эпоху переселений, имела характерные особенности. Она напоминала конституционную монархию в том отношении, что привилегии царя были четко определены, царская власть освящалась религией и традициями, а право наследования имел царский сын. Как и при абсолютизме, царская власть была практически неограниченной в вопросах войны, религии, правосудия и политики. Монархия такого типа отвечала практическим потребностям воюющих и переселяющихся народов. Задачей царя (basileus) было удерживать под своей властью несколько племенных групп, причем каждая группа строилась на основе родственно-племенных связей, но отдельные группы не обязательно состояли в родстве друг с другом. Он должен был обеспечивать их единство своим авторитетом и в силу своего положения как главы государства. Обязанности царей были четко определены, но службы от своих подданных они требовали в соответствии с конкретной обстановкой. Царские роды, такие, как Гераклиды, Пенфилиды и Кодриды, заложили традиции монархии, повлиявшие на греческую мысль последующих эпох.
С изменением условий монархия стала редкостью. Новые государства восточной части Эгейского бассейна добились внутреннего единства и вскоре избавились от царей. Афины, защитив свои рубежи от дорийцев и отправив союзных им ионийцев за море, отменили монархию и стали республикой. На остальной территории материка за вторжением дорийцев последовал период распада. Крупные группы завоевателей, каждая во главе со своим царем, разделились на составные части – небольшие племенные ядра ничтожного размера, селившиеся сельскими общинами. Региональные царства сменились местными объединениями, а власть старинных царств едва ли распространялась за границы их бывших столиц. Если к концу темных веков деревни снова объединялись в бывшие региональные царства, те могли уцелеть. Но чаще деревни сливались в более мелкие группы, города-государства (poleis), и, например, на Крите царство Идоменея сменила сотня политических образований. Этот процесс прозвучал погребальным звоном по монархии, так как дорийский полис обладал не меньшим внутренним единством, чем ионийские и эолийские полисы за морями. Уже при основании Эгины и Мегары их основателем (oikistes) и вождем (archegetes) назывался бог Аполлон, а не царь. При основании колоний ойкист также обычно не являлся царем.
Монархия продержалась дольше в тех местах, где традиционно имела глубокие корни (в Аргосе, Спарте, на Фере и ее колониях, в Таренте и Кирене), или где сохранялись примитивные условия, благоприятные для царской власти (например в северо-западной Греции и Македонии). В Аргосе старшая ветвь Гераклидов – сыновья Темена – изначально правила Арголидой и основала Сикион, Флий и Эпидавр. Темные века были отмечены распадом державы и образованием новых государств – таких, так Тиринф, Навплия и Асина, которые до самого конца сопротивлялись попыткам Теменидов вернуть их в состав царства. Лишь Фидон выполнил эту задачу. Вероятно, в первой половине VII в. он восстановил древнее царство Теменидов, подняв свой престиж разгромом Спарты при Гисиях в 669 г. и председательством на Олимпийских играх с согласия Писы. Единственными его достижениями, имевшими долговременный эффект, были выпуск первой монеты в полуостровной Греции и стандартизация фидонийской системы мер и весов. После его смерти Темениды лишились власти, и примерно к концу столетия монархия в Аргосе отмерла. Но Аргос ни как монархия, ни как республика не смог объединить другие полисы Арголиды в сплоченную и долговечную державу – их политическая система была уже достаточно крепкой, чтобы сопротивляться этим попыткам.
В Спарте царская власть оказалась более прочной, потому что ей приходилось исполнять наиболее важную государственную функцию. Спарта, как мы видели, стала первым на материке полисом, созданным в результате объединения деревень, а кроме того, Спарта, как и Аргос, являлась старинной столицей царства Гераклидов. Таким образом, она имела и предлог, и возможности, чтобы постепенно покорить отдельные деревни и вернуть всю Лаконию под власть царей-Гераклидов. Спартанские цари представляли собой fons et origo[16]16
Исток и начало (лат.).
[Закрыть] нового государства лакедемонян, которое объединяло спартиатов, периэков, лаконийских илотов, а позже и мессенийцев. На торжественном погребении спартанских царей были обязаны присутствовать мужчины и женщины, представляющие все слои населения Лакедемона – спартиатов, периэков и илотов, и по всей стране соблюдался официальный десятидневный траур. Цари от имени Лакедемонского государства объявляли войну, командовали армией, в которые входили спартиаты, периэки и илоты, и приносили жертвы на границах Лаконии, прежде чем повести войско за границу. Они являлись верховными жрецами Зевса Лакедемонского и Зевса Урания, совершали все жертвы от имени общины и назначали посланников государства к оракулу Аполлона в Дельфах. Их имена первыми появлялись на документах Лакедемонского государства, они председательствовали на всех государственных торжествах и церемониях, их сопровождал конный отряд телохранителей. Таким образом, функции спартанских царей были сходны с обязанностями Британской короны. Царская власть объединяла не только Спартанское государство, но и его владения в Лаконии и Мессении. Сама Спарта была полисом, образованным как политический союз деревень-общин, и в рамках этого полиса власть царей была ограничена; например, они не имели никаких привилегий перед другими членами Герусии. Полис Спарта господствовал над всем Лакедемоном, монополизировав государственное управление. Но власть царей в Лакедемонском государстве была неограниченной, они являлись мостом между Спартанским и Лакедемонским государствами, будучи царями в них обоих.
В Фессалии царская власть возродилась в лице верховного военного командира (tagos), который, как и первые цари-Гераклиды времен завоевания, претендовал на власть над всей Фессалией. Первым тагом, вероятно, был Алевас, глава клана Гераклидов в Ларисе в конце VII в. Он требовал, чтобы каждое крупное поместье (kleros) выставляло по 40 всадников и 80 пехотинцев. В его войске было 6 тысяч всадников и более 10 тысяч пехотинцев – цифры отнюдь не невозможные, если вспомнить численность армии Эретрии в Лелантинской войне. Фессалийская кавалерия была первоклассной, но пехота, оснащенная легкими щитами из козьих или бараньих шкур (pelte), не могла сравняться с гоплитами. Возрождение военной власти царей примерно на столетие сделало Фессалию ведущим государством к северу от Истма. Впоследствии соперничество составных элементов армии ослабило ее боеспособность, а должность тага в результате интриг непрерывно переходила от одного крупного землевладельческого рода к другому.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?