Текст книги "Илья Ильф и Евгений Петров. Киса и все остальные. Маленькие рассказы о большом успехе"

56. Остап и… Остап

Это был совершенно другой роман, хотя в нем действовал все тот же Остап Бендер… Тот, да не тот! Образ Остапа в «Золотом теленке» выписан тщательней, глубже, объемней. И это уже не бездумный весельчак, занятый лишь добыванием чужого богатства. Это циник, философ, следователь, аферист и мечтатель.

Вместо никогда не ошибающегося Остапа из первого романа в «Золотом теленке» мы видим Бендера, который допускает ошибки, клянет себя за них и снова берется за дело, не обращая внимания на неудачи.

Особо стоит отметить линию Зоси и влюбленности в неё Остапа. Бендер стоит перед нелегким нравственным выбором – оставить поиски сбежавшего Корейко и остаться с Зосей, либо осуществить давнюю мечту заполучить миллион. Выбирает второе и, конечно, проигрывает. Страдающего Остапа Бендера читатель первого романа ещё не видел, как и Остапа, добившегося своей цели, разбогатевшего и… не знающего, что с этим богатством делать.

Тема безысходности, нравственного тупика, в который попадает Бендер, становится основной в заключительных главах романа. Миллион получен. Деньги у Остапа есть. Что дальше? Рио-де-Жанейро, где все ходят в белых штанах? Но как туда попасть? И можно ли воспользоваться деньгами здесь, на родине?

Веселым и трагическим финалом стало ограбление Бендера румынскими пограничниками. Он остается цел и невредим. Но что у него впереди? Какая цель? Деньги? Но они уже у него были…

57. Роман с переработанным идейным содержанием

В адрес авторов «12 стульев» раздавалась критика в безыдейности, в поэтизации мошенничества и даже в пропаганде ложных и чуждых советскому народу ценностей. И эти обвинения были вовсе небезобидны. Уже в те годы за гораздо менее тяжкие обвинения люди отправлялись в лагеря, а то и под расстрел.

В «Золотом теленке» с идейным наполнением все в порядке. Главные герои теперь не просто мещане, лелеющие мечту о безбедной старости, а люди деклассированные, опустившиеся – как Паниковский и Балаганов. Ильф и Петров сознательно выбрали этих героев, подчеркивая бесперспективность поисков Остапа. Убедительно получилось или нет – неважно. Под пером Ильфа и Петрова все персонажи, даже такие безусловно отрицательные, как Александр Иванович Корейко, выглядят живыми и убедительными. А Адам Козлевич, к примеру, энтузиаст автомобилизма, еще и необыкновенно обаятелен.

И все же несмотря на иной подход соавторов к созданию романа, «Золотой теленок» получился смешным, острым, увлекательным. Здесь, как и в «12 стульях», сюжет построен на приключенческой интриге – герои романа разыскивают подпольного миллионера Корейко, чтобы заставить его поделиться с ними богатством. Автопробег, путешествие в Среднюю Азию – все это позволило Ильфу и Петрову добиться динамики развития сюжета и держать читателя в напряжении до конца романа. При этом в романе есть очень смешные вставки, которые являются пародиями на злобу дня – сцены в агитационном поезде, следующем на открытие железной дороги, и пародия на «Смерть Вазир-Мухтара» Юрия Тынянова.

58. «Ильф-и-Петров» и советская интеллигенция

Не все читатели романа «Золотой теленок» восприняли новую работу Ильфа и Петрова с одобрением. И дело вовсе не во властях, распознавших в книге антисоветские мотивы (а они есть в обоих романах). Роман задел русскую интеллигенцию, которая оценила сцены с Васисуалием Лоханкиным, как издевательство. И в этом есть своя правда…

Уточним – критика романа раздалась в эмигрантском зарубежье, где «12 стульев» были восприняты с восторгом, а «Золотой теленок» вызвал глухое раздражение. В чем тут дело? Нужно вспомнить события начала 30-х годов. За границу была выброшена значительная часть русской интеллигенции, являющаяся совестью и гордостью нации. Ильф и Петров – преднамеренно или по неведению (что практически исключено) – подвергли уничижительной критике рефлексирующую интеллигенцию, возложившую на себя вину за разрушительную революцию и крах старой России.

Ильфу и Петрову припомнилось многое, в том числе и их шутливый псевдоним «Федор Толстоевский», затрагивающий святые фигуры русской литературы – Достоевского и Толстого. И некоторые фельетоны, опубликованные в «Гудке», а позже в «Правде», в которых соавторы высмеивали вечно сомневающуюся, неуверенную в своих убеждениях русскую интеллигенцию…

Да, они вовсе не были ангелами – веселые талантливые писатели Ильф и Петров. И не стоит предъявлять им обвинения в том, чего они не совершали… В их жизни были грехи и посерьезней. Но… кто безгрешен?

59. Сотрудники «Геркулеса»

Очень забавны образы сотрудников «Геркулеса» – Берлаги, Кукушкинда, Лапидуса и Пружанских. Удивительно, но Ильф ничего не придумал! Он описал сотрудников Опродкомгуба, бухгалтеров, с которыми Илье Арнольдовичу пришлось работать в 1923 году. Причем, описал с портретной точностью, сохранив не только их черты, особенности характеров, но и… фамилии.

Беспощаден юмор выдающихся писателей. Стоит лишь представить – какие могли быть последствия этой пародии для самих пародируемых. Времена-то стояли глухие. В стране поднималась волна террора, одно за другим открывались уголовные дела «вредителей» и «заговорщиков». И нелегко бы пришлось настоящим «геркулесовцам», сопоставь компетентные органы персонажей романа с их прототипами… Но вроде бы обошлось. Во всяком случае, каких-либо сведений о пострадавших от разящего пера Ильфа и Петрова нет. Но сам факт показателен. И претензии, раздававшиеся в адрес Ильфа и Петрова (больше Ильфа, петрова в те годы считали «мальчиком при мастере», что было несправедливо) со стороны представителей эмигрантской интеллигенции уже не кажутся напрасными…

Невозможно иметь дело с бритвой и не порезаться самому – случайно, совсем чуть-чуть, но все же. То же и с сатирой. Несущественная на первый взгляд ошибка чревата тяжелыми последствиями. Оправдан ли был риск, которому подвергали авторы романа реальных людей, описывая их в романе? Была ли необходимость оставлять настоящие фамилии прототипов отрицательных персонажей?

Что было, то… было.

60. «Антилопа-Гну» или внимание к деталям

Объяснение можно найти всему – в том числе и дотошности Ильфа и Петрова в описании деталей. Это и требовательность авторов романов к самим себе, и стремление написать правдивую книгу, и желание не ошибиться в мелочах.

Любопытная история произошла с «Антилопой Гну». Автомобильный конструктор и популяризатор автомобилизма, ведущий в 70-е годы специальную историческую страницу в журнале «Техника молодежи», исследовал описание автомобиля Адама Козлевича, приведенное Ильфом и Петровым в романе «Золотой теленок». Выводы оказались поразительными.

Первое – автомобиль описан в мельчайших подробностях, что свидетельствует о том, что авторы хорошо разбирались в этом виде техники и описывали реально существовавшую машину. Второе – странный кузов машины принадлежал к типу «тонно» или «тонно с верхом», поскольку у «Антилопы» был тряпочный балдахин.

Сопоставив описание машины – двигатель впереди, цепной привод на задние колеса и другие детали, Долматовский пришел к выводу, что в романе описан автомобиль «Фиат» 1904 года выпуска (или, как пишет Долматовский, 1902—1905 годов). Желая облагородить машину и скостить её возраст, Козлевич прилепил на радиатор эмблему «Лорен-Дитрих». Но это… не «Лорен-Дитрих».

Внимание к деталям уберегло Ильфа и Петрова от многих досадных ошибок. А создателей замечательного фильма «Золотой теленок» подвело невнимательное прочтение романа. Воссозданный бутафорами образ «Антилопы Гну» не соответствует описанию. У кузова «тонно» три двери – третья находится в центре задней части кузова и открывает доступ к расположенным вдоль бортов диванам. К тому же у экранного ремейка отсутствует матерчатый верх.

61. Правдисты

В 1932 году на волне успеха «Золотого теленка» Ильфа и Петрова, до этого сотрудников «Гудка», пригласили в главную газету страны – в «Правду». И с этого момента на пять последующих лет (до смерти Ильфа) соавторы стали штатными фельетонистами «Правды».

Что изменилось в их творчестве? Фельетоны стали острей и точней. Ильф и Петров выверяли каждый факт, понимая, что фельетон может развеселить читателей и уничтожить критикуемых. И цена ошибки слишком высока – пропесоченный в «Правде» чинуша моментально попадал в поле зрения «органов». А если уж попадал, то на его карьере (а зачастую и свободе) можно было ставить крест.

Их фельетоны позднего периода вошли в собрания сочинений (а их выпущено несколько и есть надежда, что будут выпущены еще и в будущем – интерес к творчеству писателей достаточно высок и в наши дни). И это позволяет оценить их литературный уровень. Это настоящие произведения искусства, юмор высшего порядка, когда через язвительную улыбку четко проступает человеческая трагедия. Незаслуженная обида, чиновный произвол, хамство – все это становилось объектом критики писателей. А также невежество, глупость, чванство и множество других недостатков, которые, как были убеждены Ильф и Петров, мешают советским гражданам жить и трудиться.

Понимали ли они, что советская система не реформируема в принципе? Что декларируемые и защищаемые права граждан действуют лишь на бумаге? Вряд ли… Они были детьми своего времени. Они в социализм – верили.

62. Беломор

2 августа 1933 года состоялось торжественное открытие Беломорского канала, получившего название «Беломорско-Балтийский канал имени тов. Сталина». Для прославления канала и достижения «советских строителей» правительство организовало агитационную экскурсию, в которой приняли участие 120 писателей, поэтов, художников из большинства республик Советского Союза под началом Максима Горького (уточним, писателей было 36 человек). В число экскурсантов вошли Катаев, Ильф и Петров.

Экскурсия длилась семь дней – начиная с 17 августа 1933 года. По окончанию поездки неудовольствие выразил Валентин Катаев. Он сказал, что семи дней мало, чтобы составить полное представление о канале. Катаева в тот же день вернули на Беломорский канал и провели дополнительную экскурсию.

По итогам поездки была издана богато оформленная книга об истории строительства канала. Ильф и Петров участия в её подготовке не принимали… Понимали, какой ценой был построен этот канал? Возможно. Но они просто не попали в стилистку пышной книги. И опубликовали свой отчет в «Правде». Вот выдержка из этой статьи.

«На этом великом строительстве даже обычно неторопливая и консервативная, как английский парламент, бухгалтерия и та была захвачена творческим порывом и действительно проявила героизм. Руководители Беломор-строя показали, что нет такого человека, из которого нельзя было бы сделать гражданина, нет такого гражданина, которого нельзя было бы сделать героем, и нет такого труда, который бы не мог стать делом чести».

На строительстве канала по разным оценкам работали от 100 до 280 тысяч заключенных. От 50 тысяч до 100 тысяч из них погибли…

63. Рассказы и фельетоны

Страшные факты. Непростительные? Да кто же их может судить – с безопасной дистанции прошедшего времени? Чтобы судить, нужно было жить в той эпохе. И не факт, что «судьи» не оказались бы в числе строителей Беломорского канала… Кстати, строителей и организаторов строительства – свободных, разумеется – наградили орденами и медалями. Часть заключенных помиловали, чтобы потом арестовать и отправить в другие лагери. Спустя некоторое время Генрих Ягода, руководивший строительством и получивший в 1933 году орден, был расстрелян. А канал оказался несудоходным. Жертвы оказались совершенно напрасными.

Но – оставим. За свои грехи каждый отвечает сам. В конце концов, заслуги Ильфа и Петрова перед отечественной литературой несомненны. И это, наверное, главное. А цена, которую приходилось платить за возможность работать… В той памятной писательской экспедиции были и Михаил Зощенко, и Борис Пильняк, и Леонид Леонов. Кстати, именно Леонов назвал вышедшую книгу «позорной». Именно он…

В середине 30-х годов талант фельетонистов Ильфа и Петрова достиг пика. Ильф был по-прежнему наблюдателен, внимателен к деталям, афористичен. А Петров под влиянием старшего друга окончательно сформировался как писатель. И когда Ильфа не стало, Евгений Петрович писал так, как недавно они писали вдвоем.

Их фельетоны и рассказы – очень хорошая проза. Чтобы убедиться в этом, надо лишь раскрыть любую книгу соавторов, благо они издаются и сегодня. Раскрыть и насладиться настоящей литературой.

64. Пьесы и киносценарии

Любопытно, что Ильф и Петров были не только фельетонистами и прозаиками, но и выдающимися драматургами. И писали не только вдвоем, но и втроем – с Валентином Катаевым. С годами дружба Ильфа и Катаева не угасла и переросла в творческое содружество. А что касается Петрова, то он на старшего брата всегда смотрел с обожанием – даже когда сам стал орденоносцем (в 1940 году он получил Орден Ленина) и признанным писателем.

При жизни Ильфа соавторами были написаны несколько пьес и киносценариев, в том числе и экранизированных. Подпись Ильфа и Петрова стоит под сценариями «Черный барак» (1933 год), «Однажды летом» (1936 год). А в содружестве с Катаевым Ильф и Петров написали киносценарий «Под куполом цирка»…

Со сценарием «Под куполом цирка» вышла очень некрасивая история. Его взял в работу известный кинорежиссер Григорий Александров, прославившийся постановкой музыкального фильма «Веселые ребята». И повторил то же, что сделал со сценарием той картины – полностью «перепахал» авторскую работу, не советуясь и даже не ставя в известность авторов сценария о своих переработках.

Фильм «Цирк» вышел на экраны страны в 1936 году. На последний перед сдачей картины просмотр были приглашены авторы сценария. История Марион Диксон так поразила Ильфа, Петрова и Катаева – точнее, масштабы александровских переделок – что авторы потребовали снять свои имена из титров фильма. Александров их требование выполнил. И в титрах осталось имя единственного сценариста – самого Григория Александрова.

65. Командировка в Америку

Первой зарубежной поездкой Ильфа и Петрова стала командировка в Италию в конце 1933 года. В начале следующего, 1934 года, объездив половину Европы (Ильфу удалось встретиться со старшим братом, с которым он не виделся со времени отъезда Александра за границу), соавторы вернулись в СССР. А в 1935 году они были отправлены в длительную командировку в США.

В начале осени соавторы морем прибыли в Нью-Йорк. Здесь они купили новый «Форд» – подсчитав, что расходы на аренду машины будут больше. К тому же после поездки они автомобиль продали, вернув часть командировочных денег.

Оба не умели управлять автомобилем (откуда у них мог появиться подобный опыт?). Поэтому в качестве водителей были приглашены супруги Адамс, с которыми писатели познакомились в Нью-Йорке.

В течение двух месяцев – с декабря 1935 года по январь 1936 года Ильф, Петров и супруги Адамс пересекли США с востока на запад и обратно, от Атлантического, до Тихого океанов и снова до Атлантики. Они побывали в крупнейших городах Америки – Нью-Йорке, Чикаго, Канзасе, Оклахоме, Лас-Вегасе (который только-только отстраивался), Сан-Франциско, Лос-Анджелесе, Сан-Диего, Эль-Пасо, Сан-Антонио, Новом Орлеане и Вашингтоне.

Им довелось встретиться с популярнейшими писателями и известными предпринимателями Америки. Но не менее интересными оказались и многочисленные встречи с простыми людьми.

Это была удивительная поездка…

66. По Америке на автомобиле

Впечатления от поездки в Америку легли в основу большой повести «Одноэтажная Америка», вышедшей в свет в 1937 году незадолго до смерти Ильфа. А по пути писатели высылали в Москву путевые очерки, публиковавшиеся в главной газете страны с продолжениями.

Сама поездка была увлекательно и насыщенной событиями. Об этом можно прочитать в «Одноэтажной Америке» – книге очень интересной и в наши дни, поскольку сегодня эта публицистическая повесть читается, как достоверный исторический документ.

В Америке бушевал экономический кризис – Великая депрессия. Страна с огромным трудом выходила из состояния рецессии. И соавторы были свидетелями титанических усилий правительства Рузвельта по оздоровлению экономики. В книге Ильфа и Петрова немало идеологически предвзятых моментов – они осуждают капитализм, поскольку восхищаться достижениями американского народа просто не имели права. Но – детали, они красноречивей любых откровений.

К примеру, Ильф и Петров рассказывают о бытовой технике – о невиданных в СССР бытовых холодильниках, обогревателях, вентиляторах, пылесосах. Обо всем этом у нас в Советском Союзе в ту пору можно было лишь мечтать. А личные автомобили, на которых разъезжала вся Америка? Ильф и Петров описывают бедняков, которые пересекают США в поисках лучшей доли на… автомобиле. Можно лишь представить, как воспринимали эти описания советские люди, для которых автомобиль был роскошью, а не средством передвижения (кстати, фразу про автомобиль как средство передвижения придумал Петров).

67. Возвращение

В марте 1936 года Ильф и Петров уже работали в редакционном кабинете «Правды» и писали свою новую книгу «Одноэтажная Америка». Это была их первая совместная работа за последние годы, которую они выполняли порознь, разделив темы по главам. И, несмотря на это, книга получилась стилистически цельной, словно её писал один человек. Соавторы достигли такого уровня мастерства, что один мог предугадать, что думал второй, оставаясь при этом писателями самобытными и сохраняющими свою индивидуальность.

В той поездке по Америке они впервые поссорились из-за какой-то ерунды. И это тоже нашло отражение в книге. Ильф и Петров, вообще, были очень искренними, честными писателями. В их книгах нет вранья… Есть заблуждения – тоже искренние. С юных лет они находились под влиянием революционных идей. И хоть не вступили в партию (Петров стал членом ВКП (б) в 1940 году), оставались убежденными «беспартийными коммунистами». Впрочем, Ильф, который на жизнь смотрел более скептически, в меньшей степени, а Петров – в большей.

Путешествие по Америке на многое открыла им глаза. И хотя в книге соавторы старались не давать воли эмоциям, восхищением трудолюбием и предприимчивостью американцев пропитана вся «Одноэтажная Америка». Почему бы ни поучиться тому, что американцы умеют делать хорошо? И учились же – их путешествие в Америку и посещение завода Форда совпало со временем, когда на предприятии Форда проходили стажировку специалисты строящегося нижегородского автозавода… Большинство из этих специалистов позже были репрессированы, а многие уничтожены физически.

68. «Одноэтажная Америка»

Книгу «Одноэтажная Америка» ждала ещё более трудная судьба, чем у дилогии о приключениях Остапа Бендера. Эта книга была выпущена ограниченным тиражом и долгое время не переиздавалась (но вошла в полное собрание сочинений, выпущенное в 1961 году). Между тем, интерес к книге был колоссальный. В советские годы повесть Ильфа и Петрова невозможно было достать даже в библиотеке. По Москве она ходила в виде перепечатки на пишущей машинке.

В 30-е годы железный занавес окончательно отсек Страну Советов от окружающего мира. И советское общество оказалось в самоизоляции. На этом фоне книга, правдиво рассказывающая о достижениях американской техники и о жизни простых американцев, воспринималась властями, как образчик антисоветской пропаганды. Согласно установкам кремлевских идеологов, на западе не было и не могло быть каких-либо достижений, тем более в социальной сфере. И с трибун партийных пропагандистов разносилась лживая информация о непосильных условиях работы американских рабочих, о низком уровне заработной платы, о буквально каторжных условиях.

На самом деле все было наоборот. Если СССР стала первой в мире страной, где законодательно был введен 8-часовой рабочий день, то США стали первой страной, в которой это ограничение ввели в общую практику, одновременно сделав рабочую неделю пятидневной и установив минимальный уровень оплаты труда. (В СССР эти нормы стали соблюдаться только после во время правления Хрущева).

Впрочем, об этом в «Одноэтажной Америке» не было ни слова.

69. Болезнь Ильфа

Ильф никогда не отличался богатырским здоровьем. Часто простужался и подолгу после этого болел. Но он даже не подозревал, что в его легких развивается страшная болезнь, которая вскоре станет причиной безвременной кончины.

Ильф страдал туберкулезом легких. Обострение болезни случилось во время путешествия по Америке. Ильф почувствовал себя скверно, стал раздражительным, нервным. Петров и предположить не мог, что стало причиной этого срыва. А Илья Арнольдович, человек умный, проницательный, все понял после первого же посещения врача.

В эти дни в его записной книжке появилась запись «и так мне грустно, как всегда, когда я думаю о случившейся беде».

Ильф Арнольдович боролся до последнего дня. И… понимал, что это бесполезно. Его подкосила извечная болезнь российских интеллигентов – чахотка. До изобретения антибиотиков оставались годы. Хотя, даже при современном развитии медицины туберкулез легких остается страшной и практически неизлечимой болезнью.

В начале 1937 года состояние Ильфа ухудшилось. В периоды приступов его лицо покрывалось нездоровым румянцем. Кожа стала иссиня-бледной, почти прозрачной. Сам Ильф Арнольдович очень ослаб. В последние недели жизни он уже не мог работать.

Но не сдавался. К нему приходил Петров. Они обсуждали планы новых книг. В их последнюю встречу, за день до кончины Ильфа, 12 апреля 1937 года, Илья Арнольдович был занят тем, что нарезал газетную бумагу на форматные листы. На них он собирался написать свой очередной фельетон. И… не написал.