![](/books_files/covers/thumbs_240/faina-ranevskaya-aktrisa-izaktris-malenkie-rasskazy-obolshom-uspehe-296047.jpg)
Автор книги: Николай Надеждин
Жанр: Биографии и Мемуары, Публицистика
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 1 (всего у книги 2 страниц)
Фаина Раневская. Актриса из актрис
Маленькие рассказы о большом успехе
Николай Яковлевич Надеждин
© Николай Яковлевич Надеждин, 2024
ISBN 978-5-0064-5052-3
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Николай Надеждин
«Маленькие рассказы о большом успехе»
Фаина Раневская
Актриса из актрис
2024
Введение
Этого момента невозможно было дождаться. Телевизионная программа на праздничную неделю Нового 2010 года обещала обновленную цветную версию «Золушки» – замечательного фильма с участием Фаины Георгиевны Раневской.
Ждать не было сил. Пришлось покопаться на полке со старыми дисками и отыскать старую черно-белую версию картины – ту, что была отреставрирована в 1967 году «Мосфильмом» (и записана на DVD в другую эпоху).
Есть фильмы, которые можно смотреть бесконечно. Их немного, десятка полтора. «Золушка» из их числа. Возможно, я что-то не разглядел в ней в детстве. А я, действительно, по каким-то причинам тогда эту картину не особенно жаловал. Сейчас «Золушка» кажется мне подлинным шедевром… Да, что там – кажется! Шедевр и есть.
В «Золушке» нет отъявленных негодяев. Мачеха, конечно, женщина вздорная, но небезнадежная. Если бы лесничий, её несчастный супруг, не был бы таким бессловесным, если бы взял в руки эту зарвавшуюся даму, то ещё неизвестно, кто бы в этой сказке оказался отрицательным персонажем…
Фаина Георгиевна – чудо. Удивительные у неё получались тетки – обаятельные, смешные и совершенно не отталкивающие. Смотрю и никак не насмотрюсь. И неважно, что в сотый раз. И неважно, что все известно наперёд. Все равно не оторваться…
В цветном варианте «Золушка» оказалась ничуть не хуже. Главное – Раневская осталась Раневской. Остальное – приятные украшения.
1. Великая Раневская
Найдется ли хоть один человек в нашей стране, который не знал бы Раневскую? При этом сыгранные ею роли – в кино и в театре – можно пересчитать по пальцам двух рук. Со спектаклями все понятно, большинство из них (за очень редким исключением) так и не было сняты на пленку и канули в лету. Но фильмы… Фильмов с Раневской было мало. Ещё меньше действительно хороших, достойных остаться в истории отечественного кинематографа на десятилетия. Только вот даже в ничтожных, глупеньких картинах Раневская играла великолепно. Играла так, что хочется вычленить её роли и оставить только их, а весь остальной «материал» без особого сожаления выбросить.
Фаина Георгиевна – ярчайший пример нереализованного таланта. И какого таланта! Вселенского, безусловного, по всем меркам выдающегося.
В 1992 году редакционный совет английской энциклопедии «Кто есть кто» включил Раневскую в число десяти выдающихся актрис ХХ века. На самом деле она не только выдающаяся, она – единственная. Мало сыгравшая, нереализованная, трагически невостребованная, Фаина Георгиевна осталась в истории мирового искусства невероятно блистательной звездой, женщиной безграничного дара, актрисой от Бога. Другие актрисы, даже самые талантливые, могут лишь стоять рядом. Рядом и чуть позади. И что примечательно, сами звезды против этого не возражают.
В мире театрального и киноискусства авторитет Фаины Георгиевны Раневской непререкаем. Она до сих пор, десятилетия спустя после своего ухода из жизни, остается популярной и, что крайне важно, любимой актрисой.
2. «На сцене нужно жить»
Раневскую часто называют «мастером эпизода». Сомнительный комплимент – Фаина Георгиевна была рождена для главных ролей. Эпизоды ей приходилось играть от невостребованности, безденежья, безысходности.
Актриса поистине великая, универсальная, Раневская умела блистательно играть и трагические, и комедийные роли. И не играть – проживать роль. Это её слова: «Я не признаю слова „играть“. На сцене нужно жить».
Биография Фаины Георгиевны широко разошлась актерскими байками, анекдотами, забавными историями. Остроумие Раневской (именно остроумие, не острословие!) вошло в легенды. Безжалостная, ироничная, едкая, она терпеть не могла напыщенности, бездарности и фальши. Реагировала мгновенно и остро. И это тоже грань её огромного таланта. Раневская была строгим судьей, но прежде всего, как любой интеллигент, самой себе.
«Я в своей жизни не сделала девяносто девять процентов из ста», – сказала Раневская в конце жизни. И это её личная трагедия и вина режиссеров, которые рядом с этой женщиной терялись – настолько значительней, ярче был её талант по сравнению с их талантом. А речь-то о настоящих, масштабных величинах – Эйзенштейне, Таирове, Завадском. Что уж говорить о режиссерах «помельче»?
А ещё она была бесконечно, трагически одинока. Всю жизнь. Никогда не была замужем, не имела детей и близких родственников (все родственники уехали за границу в годы революции).
Но… обо всем по порядку. Судьба Фаины Георгиевны стоит того, чтобы пристально её исследовать и постараться понять. Ибо Раневская – не просто выдающаяся актриса и мудрая женщина. Это Божий Дар, которым мы не сумели в полной мере воспользоваться…
3. Таганрог
Её жизнь началась в небольшом приазовском украинском городе Таганроге, что находится недалеко от Ростова-на-Дону. Город теплый, приветливый, уютный. Город Чехова, а сегодня уже и Раневской…
Родители Фаины Георгиевны были выходцами из еврейских местечек Белоруссии. Отец Гирш Хаимович Фельдман родился в местечке Смиловичи Игуменского уезда Минской губернии. Матушка Милька Рафаиловна Заговайлова была родом из Лепеля Витебской губернии. Оба в юные годы перебрались в Таганрог – Милька с родителями, Гирш самостоятельно, здесь познакомились и 26 декабря 1889 года стали супругами. Гиршу в ту пору исполнилось 26 лет, Мильке 17. При замужестве Милька Рафаиловна приняла фамилию мужа.
Следует заметить, что Гирш Фельдман был человеком непростым и явно небесталанным. Коммерческая жилка была в нем настолько сильна, что спустя всего несколько лет он выбился в уважаемые люди, заработал солидный капитал и стал хозяином фабрики сухих красок, нескольких доходных домов, в том числе личного двухэтажного особняка, в котором жила семья Фельдманов, магазина и даже парохода «Св. Николай».
Деньги к деньгам – в начале двадцатого века Фельдман был уже в числе наиболее богатых промышленников Таганрога, а к революции располагал весьма солидным капиталом. В 1917 году в отличие от многих соотечественников Фельдман не стал полагаться на прогрессивные перемены в России и вместе с семьей эмигрировал. Правда, капитал с годами был прожит. А наследники Гирша Хаимовича – сын и старшая дочь – не сумели правильно распорядиться семейными деньгами.
Но это уже другая история.
4. Год рождения
Известна точная дата рождения Фаины Георгиевны (Фаины Гиршевны, но мы помним Раневскую по её псевдониму и измененному отчеству, поэтому будем называть её именно так) – 27 августа по новому стилю. А вот с годом рождения существует некоторая путаница.
В биографических справочниках указан 1896 год. Сама Раневская рассказывала историю с выдачей паспортов в 1930 году, когда советские власти не требовали каких-то метрик, чем многие воспользовались, чтобы приписать себе несколько лет или, наоборот, скостить возраст. Фаина Георгиевна вспоминала, что решилась уменьшить свой возраст на два года и вместо 1895 года записала в паспортных данных 1897 год. Отсюда и невнятность датировки – день известен, год нет.
Впрочем, сама Раневская особого значения своему возрасту не придавала. Печалилась лишь в очень преклонные годы, называя старость «большим свинством». Но не старалась выглядеть моложе своих лет – в отличие от своих знаменитых подруг, например, Любови Орловой, которая в 70 лет сыграла… 30-летнюю женщину в довольно беспомощном «шпионском» фильме «Скворец и Лира». Кстати, Орлова во время обмена паспортов уменьшила свой реальный возраст на пять лет…
В чем тут дело? Фаина с детства страдала жесточайшим комплексом неполноценности. Она считала себя не просто некрасивой, а… настоящей уродкой. Это было её ничем незаслуженным наказанием и трагической ошибкой. В юности она была прелестна.
5. Фуфа
Маленькая Фаина, которую близкие на протяжении всей жизни называли Фуфой, была не единственным ребенком в семье. Она появилась на свет после брата и сестры. Потом у Фельдманов родился ещё один ребенок – снова мальчик. Но он умер в младенчестве, когда Фаине было пять лет.
Нельзя сказать, что Фуфу не любили. Наоборот, её всячески опекали и старались уберечь от жизненных невзгод. Но сама Фаня ощущала себя нелюбимым, даже нежеланным ребенком. Матушка, которую Фаня очень любила, с женским легкомыслием постоянно восхищалась красотой старшей дочери Изабеллы. И Белла, действительно, была прелестным ребенком, похожим на ангела. Фаня же относилась к тому распространенному типу девочек, которые выглядят неказисто в младшие годы и расцветают в девичестве.
Расцвела со временем и Фаина. Да к тому времени успела заполучить небольшое заикание, с которым боролась всю жизнь, комплекс гадкого утенка и старательно скрываемую зависть к старшей сестре. А ещё острое чувство одиночества, несправедливого к себе отношения, тайной обиды на близких.
С тем и взрослела. И когда пошла в школу, не смогла наладить контакта ни с учителями, ни, что самое страшное, со сверстниками. Девочки женской гимназии, в которую определили Фаню, смеялись над ней. И Фаина часто приходила домой со слезами на глазах. Возможно, именно по этой причине нормально учиться она не смогла. Отставала по всем предметам, вызывая ещё больше издевательских насмешек от одноклассниц.
6. Белла
Как в сказке Шарля Перро, которую Раневская очень любила – в «Золушке», одной дочери было дано почти все, другой почти ничего. Кто же мог предположить, что в маленькой «дурнушке» (какая ерунда, речь-то идет о ребенке, а дети не могут быть дурными, они все красивы!) таится невероятный, огромный актерский талант?
До совершеннолетия Фаина тянулась к сестре Изабелле, старалась ей подражать и с тоской думала, что сестра обязательно будет счастливой, а она, маленькая Фаня, так и останется одинокой, никем не понятой, никем не любимой.
Их судьбы, в самом деле, оказались очень разными. Фаина, в конце концов, ушла из дома и, по сути, порвала с родственниками, не принявшими её решения стать актрисой. Белла отправилась в 1917 году с отцом, матерью и братом за границу. Вышла замуж, жила во Франции. Овдовела, перебралась в Турцию. Ничем особенным «не отметилась», прожив обычную жизнь обычной женщины.
Фаина стала великой Раневской. Супружеского счастья ей познать так и не довелось, но на её долю пришлась невероятная народная любовь. Не сыграв ни одной роли классического репертуара, Раневская прочно заняла вершину актерского Олимпа, поражая и зрителей, и коллег своим даром.
В 1961 году Белла изъявила желание переехать в Москву к Фаине, чтобы жить вместе. Она полагала, что народная любимица богата и ни в чем не нуждается. Белла ошибалась. Фаина не была «советской миллионершей». Однако, последние годы жизни Изабелла провела рядом с Фаиной Георгиевной.
7. Гадкий утенок
Неосторожное слово матери может ранить на всю жизнь. Наверное, матушка Милька и не хотела обидеть дочь. Но слово вылетело, засело в сердце Фани и… посеяло в нем зернышко горечи.
В детстве Фаня была очень застенчивой нелюдимой девочкой. Её мучило заикание, девочке казалось, что она не может нормально общаться с людьми, что ее не понимают, и оттого еще больше заикалась и замыкалась. У неё совсем не было подруг, они появятся позже, в её театральной юности, и останутся с ней навсегда.
А ещё в ней совсем не было тяги к знаниям. Занятая своими мнимыми несовершенствами, Фаня совсем не интересовалась тем, чем интересуются дети её возраста – играми, лидерством в своей маленькой компании. Она редко и неохотно гуляла, чтением увлеклась поздно, когда ушла из гимназии и продолжила обучение в стенах родительского дома.
Будущая актриса ощущала себя гадким утенком и, что совсем уж удивительно, прожила с этим ощущением всю жизнь.
У кого из нас сегодняшних, преданно любящих Фаину Раневскую, повернется язык заявить, что она была некрасива? Да есть ли тому веские причины? Посмотрите на её портреты. В молодости, в зрелые годы, в старости это была удивительно красивая женщина. Благородная, гордая, величественная. Смешная, забавная, ироничная… Какая угодно, но только не отталкивающая, серая и тем более уродливая.
Переживания детства оставили в её характере глубокий след. Но без него, этого горького следа, может… не было бы и самой Раневской?
8. Семья Фельдманов
Фаина Георгиевна не написала мемуаров и не оставила каких-либо воспоминаний. Она вела дневник – бессистемно, с большими перерывами. Но как только записей накапливалось внушительное количество, она их уничтожала. Поэтому о некоторых периодах её жизни можно судить лишь по скупым свидетельствам её друзей, современников, по оброненным ею фразам и лаконичным рассказам – большей частью ироничным. Раневская не щадила себя. Но сквозь её улыбку всегда можно было увидеть слезы.
Об отце она почти ничего не рассказывала. Возможно, сказалась обида, когда отец, по сути, выгнал её из дома, категорически не согласившись с её выбором профессии. Скорее всего, они не были особо близки, как Фаина была близка с матушкой.
Совершенно определенно ее отец был сильным, волевым и талантливым человеком. Он прекрасно разбирался в людях, а потому провел семейное дело через все подводные камни частного предпринимательства, что называется «выбился в люди» и стал богат. Семья Фельдманов считалась очень зажиточной. И в детстве Фаня ни в чем не испытывала нужды.
Обратной стороной подобного воспитания стало то, что она так и не научилась за свою долгую жизнь считать деньги, копить и экономить. Щедрость Раневской была поистине легендарной. К ней мог подойти совершенно незнакомый человек и попросить денег. И она давала. И никогда не помнила, кому и сколько занимала. И не обижалась, когда её обманывали (а её обманывали постоянно). Настоящая бессребреница.
9. Женская гимназия
В семь лет Фаню отдали в Мариинскую женскую гимназию.
Проблемы начались с первого класса. Девочка мучительно краснела у доски, заикалась, что вызывало раздражение учителей и смех одноклассниц. В результате она просто запустила арифметику и родной язык. Писала безграмотно и некрасиво. Кстати, она до самой старости писала с ошибками и вышучивала собственную безграмотность. Считала с трудом, постоянно ошибаясь и путая числа.
Ну что тут поделаешь? Многие великие люди в детстве были двоечниками. Только причины у всех разные. У Раневской – педагогические ошибки родителей и учителей.
Она была ранимым человеком. Девочкой с очень тонкой душевной организацией. И очень жаль, что не нашлось мудрого педагога, который бы разглядел в этой постоянно краснеющей, заикающейся девочке природный дар.
Зато ей повезло в молодости, когда происходило становление Раневской как актрисы. Но детство было упущено…
Эта пытка школой длилась несколько лет. Фаня окончила первые четыре класса гимназии, а потом решила – она лучше умрет, чем пойдет в пятый класс. Однако… что может предпринять маленький двенадцатилетний человечек в свою защиту? Зависимый от взрослых, ими не понятый и оттого глубоко несчастный? Фаня решила поговорить с мамой.
И случилось чудо. Матушка прониклась бедами младшей дочери. «Подкатилась» к отцу, который поначалу и слышать ничего не хотел – дети Фельдманов должны иметь хорошее образование. Потом смягчился, оттаял. Он же любил свою дочь. Только чувств своих, подобно многим мужчинам, открыто не демонстрировал.
10. Фаина не хочет учиться
Но она не осталась неучем. Наоборот, Фельдман нанял отличных домашних преподавателей, которые стали учить дочерей на дому. Фаина брала уроки музыки, пения, иностранных языков. После 12 лет увлеклась чтением, проглатывая книгу за книгой.
Домашние уроки после гимназических унижений девочка восприняла, как великое благо, как спасение. И с увлечением занялась учебой, удивляя матушку и приходящих в дом Фельдманов преподавателей. Конечно, она был до мозга костей гуманитарием. И точные науки ей категорически не давались.
Обладая богатым воображением, Фаня переживала сюжеты прочитанных книг, постоянно играла – с сестрой, братом и даже сама с собой в те истории, которые вычитывала из книг. Любила приключения, любовные романы. Рано увлеклась классикой мировой литературы.
Гимназические преподаватели отнеслись к инициативе Фельдманов дать дочери домашнее образование скептически. В гимназии считали, что девочка просто ни к чему не способна, не хочет учиться и ничего путного из неё не выйдет. Преподаватели гимназии считали, что Гирш Хаимович губит дочь. Что девица не получит элементарных знаний и потому останется без профессии.
Какого же было удивление гимназического начальства, когда Фаня сдала экстерном экзамены за полный гимназический курс. Это произошло позже, когда пришло время выпуска того класса, в котором когда-то училась девочка.
11. Издержки домашнего воспитания
Андрей Дмитриевич Сахаров вспоминал, что домашнее воспитание, которое он получил, имело и обратную сторону. Будущий академик и Нобелевский лауреат всю жизнь испытывал проблемы в общении с окружающими. Ему трудно было влиться в коллектив, трудно было общаться с незнакомыми людьми. То же произошло и с Фаиной Георгиевной. Её острословие, ироничный взгляд на жизнь имеют ту же природу. Проучившись несколько лет дома, Фаина Георгиевна трудно сходилась с людьми и обладала неуживчивым характером. А театр – искусство коллективное. Один здесь «в поле не воин». И успех спектакля во многом зависит от сыгранности всего коллектива, от взаимопонимания и личных отношений актеров.
Её одиночество было «запрограммировано» с детства. Детская психологическая травма, чувство неполноценности, заикание. Потом глубокое отчуждение, неспособность сойтись со сверстницами в гимназии. И в завершение окончательный отход от коллективного воспитания в сторону воспитания индивидуального.
Но в результате появилась Раневская. Уникальная, очень талантливая, обладающая потрясающей индивидуальностью… Талант – всегда аномалия? В случае с Раневской – безусловно. «Неправильное» воспитание лишь усилило сияние её дара. Изменило взгляды на жизнь, заставило будущую актрису пусть и с трудом, но всматриваться, вживаться в окружающий её мир. И эта душевная работа стала для неё тем шлифовальным камнем, что придает алмазу таланта блеск обработанного бриллианта.
12. Кинематограф
В 12 лет Фаня Фельдман впервые в жизни попала в кинотеатр. Вот что Фаина Георгиевна рассказывала об этом сама. «Обомлела. Фильм был в красках, возможно, Ромео и Джульетта. Я в экстазе, хорошо помню мое волнение».
Здесь следует пояснить, что цветной кинематограф существовал и до изобретения многослойной цветной кинопленки. Были попытки создания цветных мультипликационных фильмов, причем, очень убедительные. Иногда ленты раскрашивались вручную – титаническая работа, если учесть, что обрабатывать приходилось каждый кадр и вручную, без каких бы то ни было приспособлений.
Как можно понять из слов самой Раневской, сюжета 12-летняя девочка не запомнила. Но дело было не в сюжете, а самом таинстве «движущихся фигур».
Кинематограф удивил, даже огорошил. Но… тем и закончилось. Понадобилось более двух десятилетий, чтобы Раневская пришла в кинематограф – уже в качестве актрисы. А на заре театральной деятельности кино её не привлекало. Оно казалось Фаине Георгиевне дешевым балаганным действом, далеким от театра и даже недостойным профессии актера.
И позже, в пору всесоюзной славы, Раневская ставила театр выше кинематографа. И была довольна лишь одной своей работой – ролью мачехи в фильме «Золушка». Зрители были с Фаиной Георгиевной не согласны. В кино она сыграла обидно мало. Но то, что сыграла, получилось превосходно.
13. Театр
Увлечение театром случилось несколько позже. Лет в четырнадцать Фаня впервые попала в городской театр. Сценическое действо поразило девочку своим правдоподобием и, вместе с тем, условностью, которые превращали игру в жизнь и жизнь в игру.
Фаня воспринимала происходящее на сцене, как реальность. И плакала навзрыд над судьбами героев. Переживала придуманные трагедии, смеялась повторяющимся шуткам, замирала при виде умирающего на сцене героя. Уже тогда она воспринимала театр не как зеркало действительности, а как саму действительность.
В этом секрет бесконечного обаяния Раневской. Театральная сцена для неё – живая улица, на которой происходит настоящая жизнь. Для Раневской нет границы между искусством и реальностью – одно естественно переходит в другое. Потому и игра Фаины Георгиевны поражает искренностью, естественностью, необыкновенным реализмом.
Она не получила систематического театрального образования. Да и домашнее образование вряд ли можно считать систематическим – ей не преподавали математику и физику, к которым у Фаины Георгиевны не было способностей, не было и других предметов, без которых образование трудно считать всеобъемлющим и полноценным. Но ей и не нужны были театральные школы и институты. Эта женщина обладала настолько мощным дарованием, что любой педагог мог бы поучиться у неё сам.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?