Читать книгу "Зона отчуждения, или Жуткие игры славянского бога"

– …Молодой человек!.. Нельзя ли, покороче?.. – тяжело вздохнул, главный врач. Похоже, он – как, собственно, и его коллеги – не был в особом восторге от затянувшегося монолога.

– Да-да!.. Как раз, я и подошёл к самому главному!.. Итак, в криминальном плане – данное дело, перспектив не имеет!.. Однако мне пришлось столкнуться с рядом спорных и сомнительных обстоятельств, которые представляют определённый интерес не только для меня, но и думается для вас!..

Ответьте мне, на самый простой вопрос!.. Почему Угрюмов, начал считать себя привокзальным бомжем?.. Заметьте, ни дворником, ни сварщиком, ни директором завода или начальником цеха!.. Я перечислил те профессии, с которыми пострадавший, постоянно сталкивался в своей повседневной жизни!.. Ему можно было выбрать и более романтичные специальности, о которых – по крайней мере – можно и помечтать!.. Ну, там: космонавт, испытатель или, к примеру, разведчик!.. Но почему, именно, бомж?.. Ведь он – не имел и не мог иметь ничего общего – с подобными, антисоциальными элементами!.. Откуда, такие подробные знания об их жизни?..

– Как вы, и сами заметили: «здесь всё просто и, опять же, до предела банально»!.. – первым, от комментария, не удержался психиатр. – …Перед получением травмы, пациент мог прочитать статью или книгу о жизни бездомных!.. В конце концов, он мог посмотреть фильм или, в том же пивном баре – куда заглянул после смены – услышать некий рассказ на данную тему, который глубоко врезался в его подсознание!..

– Признаться, я предвидел подобный ответ!.. – улыбнулся капитан. – …Предположим: что так, оно и было!.. В таком случае, объясните мне: каким образом Угрюмов – ещё утром, при нашей первой с ним встрече – спокойно мог назвать имена реально существующих привокзальных бродяг, которые они и сами, возможно, уже забыли?.. Как он мог описывать, якобы, вымышленные события, которые происходили в действительности?..

– То есть, как?.. – главврач поправил очки и с интересом приготовился выслушать пояснения.

– Сегодня, я был на железнодорожном вокзале!.. Общался с доброй дюжиной этих опустившихся типов!.. Благо, у дежурного наряда – нынче, плановая проверка и мне отловили с десяток наиболее колоритных представителей этой соц. группы!.. Я видел их, я с ними общался!.. Похоже, от меня до сих пор пахнет, помойкой!.. После тех бесед, я и пришёл к однозначному выводу: абсолютно всё, о чём говорил мне утром потерпевший – являются такой же реальностью, как вы или я!..

Правда, имеется и кое-какая загвоздка!.. Бродяги, опрошенные мной и подтвердившие показания Угрюмова, так и не смогли опознать последнего, по фотографии!..

Чертовщина какая-то, получается!.. Он знает, о них всё – а они, не имеют о его существовании ни малейшего представления!..

На сей раз, троица в белых халатах, предпочла отмолчаться. Они смотрели на Орлова в растерянности и недоумении.

– …Понять ваше желание: из ничего, сотворить сенсацию – конечно можно!.. – выдержав паузу, произнёс Сергей Михайлович, лечащий врач Угрюмова. По возрасту, он был чуть старше капитана. Потому и мог, запросто разобраться в возможных устремлениях, своего ровесника. —…Однако нам хотелось бы узнать о тех, якобы, схожих показаниях: поподробней и поконкретней!.. О чём, вообще, можно говорить с бомжами?.. Сколько денатурата они выпили вчера или какое количество пустых бутылок они подобрали, уже сегодня?..

– Понятно!.. – вновь, усмехнулся Орлов. – …Вы, мне не верите!.. В таком случае, попрошу вас поучаствовать, в простейшем следственном эксперименте!..

– И в чём же, будет его суть?.. – проявил заинтересованность, психиатр.

Дмитрий поставил на стол, целлофановый пакет.

– Здесь собраны кое-какие предметы и вещи, временно взятые у привокзального отребья!.. Эти «вещдоки» пронумерованы!.. Тогда как предыстория каждого из них, выписана на отдельном листе!..

– Как я понимаю, вы собираетесь предъявить их больному?.. – опережая события, предположил психиатр.

– Совершенно верно!.. – согласился Орлов – …Надеюсь, потерпевшему будет, что рассказать нам!.. Ну, а мы – лишь сверим полученные ответы с «правильными»!..

– Коллеги, а мне по душе, столь оригинальная задумка!.. – удовлетворённо кивнул головой главврач. – …Не будем откладывать её, в дальний ящик!.. Я уверен!.. Именно этими предметами мы и загоним нашего пациента – мнимого бродягу – в весьма затруднительное положение!.. И тогда, всё встанет, на свои места!.. Бомжи, будут жить своей жизнью!.. А слесарь-универсал Угрюмов – узнает свою супругу!.. В свою очередь, капитан милиции – забыв о мистике, спокойно вернётся к своим преступникам!..

…Когда в палату Угрюмова вошла представительная делегация из четырёх мужчин в белых халатах, дремавший Василий Иванович открыл глаза и, опёршись на руку, попытался привстать.

– …Не надо!.. Лежите спокойно, как и лежали!.. – строго предупредил больного, Сергей Михайлович.

Тем временем, капитан Орлов подошёл к тумбе, стоявшей у кровати потерпевшего и вывалил на неё содержимое того самого пакета. Тут же, по палате разнёсся омерзительный приторно-затхлый запах.

– …Василий Иванович, внимательно посмотрите на эти предметы!.. – начал свой эксперимент, Дмитрий. – …Скажите: знакомо ли вам, что-то из предметов?..

Угрюмов вытянул шею, обозревая поверхность тумбы.

– Что, не верите?.. Проверку решили, устроить?.. – в свою очередь, ухмыльнулся больной. – …Так и быть, смотрите!.. Вот эта зажигалка – Плешивого!.. Она не рабочая!.. Но он, никогда с ней не расстаётся!.. Говорит: что это память, о южном курорте!.. Якобы, её подарил ему, сам Маресьев – легендарный, безногий лётчик!..

Врачи, просмотрев рукописный лист Орлова – в изумлении, переглянулись. А Угрюмов, как ни в чем, ни бывало – продолжал рыться в хламе. Он с интересом перебирал предметы, к которым обычный человек – наверняка, даже не приблизился. В противном случае, его (имеется в виду, нормального человека), уж точно – стошнило.

– …Эта табличка, когда-то висела над ресторанной помойкой!.. Пока её не оторвали и не унесли на пустырь!.. Ха!.. Вязаная шапка Беспалого!.. Вот ведь, сука!.. Извиняюсь!.. В общем, не хороший он мужик – этот Беспалый!.. Перочинный нож Старика!.. Интересно, каким образом, вы его умыкнули!.. У Старика, он привязан к верёвке и спрятан, где-то под одеждой!..

Постепенно, Василий Иванович рассказал о каждой вещи, добытой капитаном на вокзале. И каждый раз, он попадал в точку. То есть, его пояснения – полностью соответствовали представленным Орловым, пояснениям…

– …Не может быть!.. – округлив глаза, воскликнул Сергей Михайлович – когда мужчины, вновь вернулись в кабинет главврача – …Это, что ж получается?.. Человек прожил две, параллельные жизни?.. Фантастика!..

– Не спешите, с громкими выводами!.. – остудил его пыл, психиатр. – …Ещё в палате, глядя на больного – в мою голову, вдруг пришла интересная мысль!.. А что, если мы имеем дело с людьми-двойниками?.. Граждане – схожие, как по фигуре, по лицу и даже по голосу – крайне редко, но всё же, иногда встречаются!.. Вот и подумалось мне: а почему, собственно, привокзальный бомж не может быть, как две капли воды, похожим на слесаря Угрюмова?.. Капитан!.. Ты, кажется, сам говорил о том, что прошлой ночью, жена Угрюмого подняла на уши, всю городскую милицию?.. Очевидно, дежурный наряд подобрал у железнодорожного полотна – более и менее, похожего бродягу!.. А мы ломаем, сейчас, головы!..

– Я могу привести с десяток аргументов, в противовес вашей версии!.. – ответил Орлов, посвятивший данному делу, весь текущий день.

– Попробуй!.. – с вызовом, усмехнулся специалист в области психиатрии.

– Во-первых!.. Наш с вами подопечный, знает не только подзаборную жизнь!.. Правда, до определённого момента – точнее, до аварии девятилетней давности!.. Вряд ли кто-то станет отрицать тот факт, что Василий Иванович прекрасно помнит свою прежнюю, семейную жизнь!.. Когда он, ещё был слесарем Угрюмовым!.. А эти знания – боюсь, не могут быть доступны, ни одному из возможных двойников!.. Во-вторых!.. У потерпевшего, были обнаружены при себе документы: пропуск и водительское удостоверение – на имя Угрюмова!.. Чего так же не могло быть у человека, даже очень похожего на Угрюмова—настоящего!..

– …Уважаемей!.. – вдруг обратился, к через чур дотошному и больно умному Дмитрию, главврач. – …Не кажется ли вам, что разбираться с документами и двойниками – это, уже ваша компетенция?.. Мы, конечно, благодарны вам – за очень нужную и полезную информацию!.. Однако сейчас, нам необходимо продолжить беседу, прерванную вашим визитом!.. Мы и без того, уделили вам более часа – вместо обещанных, пяти-семи минут!..

– И действительно!.. Что-то я, подзадержался!.. – правильно поняв ненавязчивый намёк, капитан отправился к выходу. А напоследок, с нескрываемой досадой, добавил. – …Беспокоить вас, я более не стану!.. Поскольку дело – фактически, закрыто!.. Однако мне, чертовски интересен этот, совеем неординарный случай!.. Потому, и хотелось бы мне, задать потерпевшему ещё парочку вопросов!..

– Мне кажется!.. Вы – уже достаточно пообщались с пациентом!.. – от части, с раздражением заметил главврач. – …Извините, но больному требуется полноценный отдых!..

Нет. Выходя из больничного корпуса – ни обиды, ни злости – капитан не испытывал. Орлов прекрасно понимал врачей – не каждому будет приятно, когда в его профессиональные «территории», влезает посторонний. Да ещё, и со своими советами.

В душе Дмитрия, осталась лишь небольшая досада за то, что он, так и не успел расспросить Угрюмова о некой Синюге, неоднократно упомянутой Василием Ивановичем в утренней беседе. О ней, привокзальные бичи – так же, как и о самом Угрюмове – слышали впервые.

«Эх, Синюга-Синюга!.. Ведь я, отчего-то уверен, что ты – обязательно, должна мне помочь!.. Мне, почему-то кажется, что именно ты – должна приоткрыть завесу, некой тайны!.. Но где тебя, теперь искать?.. И, вообще, кто ты такая, полумифическая Синюга?..»

* * *

…Она проснулась рано. За час до ненавистной (а потому, и раздражающей) трели будильника.

Не сказать, что работа кассира железнодорожных касс – ей, не нравилась. Просто, до долгожданного отпуска и, соответственно, до поездки к морю – оставалось, всего на всего, две рабочие смены. А кому скажите: в охотку вставать в шесть утра, когда всеми мыслями ты уже далеко, на солнечном и тёплом черноморском побережье.

Да. Каждое лето – она, всей семьёй – отправлялась в Сочи. Благо билеты, для работников железной дороги – как и для её мужа, инвалида – всё ещё, оставались льготными. Конечно, с каждым новым курортным сезоном – эти поездки на юг, становились всё более и более обременительны. Мало того, что стремительный рост цен, значительно опережал всевозможные добавки к зарплатам и пенсиям, так ещё и муж, сволочь – сразу после сокращения, ударился в тихое пьянство – периодически переходящее в длительные и беспробудные запои…

И вообще, обеспечение достатка семьи – в последнее время, полностью легло на женские плечи. Гроши, получаемые супругом в виде пособия – им же самим, и успешно пропивались. Никто не знал, как удавалось ей – хрупкой женщине – одевать и обувать, фактически троих иждивенцев. Каких трудов ей стоило пристроить старшего «оболтуса» в институт – тем самым, избежав его призыва на срочную службу. А сколько раз, она пыталась избавить мужа от пагубной привычки – наверное, было известно лишь одному Богу. И прекращать эти попытки – она не собиралась. «Какой ни какой – а всё же, муж!..» – в сердцах, твердила она, оправдывая перед подругами своё терпение.

…Спать почему-то, совсем не хотелось. Женщина лежала с открытыми глазами, прислушиваясь к сопенью «благоверного». Эх, и как же он был её сейчас ненавистен – после вчерашнего-то, очередного загула. Однако думала женщина, вовсе не о нём. Она вспоминала, только что приснившийся ей сон.

Причём, были те сновидения – весьма поучительны. По крайней мере, ей так показалось.

Привиделись нынче Раисе Максимовне, её мужики: сын и муж. И главное, оба предстали перед ней, почему-то, уже погибшими. Виктор, её супруг – был убит, якобы, уже давно – восемнадцать лет назад. Когда она, ещё молоденькая девушка – только-только, родила Андрюшку. Тогда как сына её – Чернышева-младшего – получалось, убили уже в эти дни. Причём, на той же самой заставе, что и его отца…

«Не иначе как, к долгой жизни!.. – оптимистично, предположила Чернышева. После чего, трижды сплюнула. – …И всё ж, какой умницей я была, когда заранее „отмазала“ сына от этой чёртовой службы!.. Из-за неё – из-за этой самой армии – я чуть было, не лишилась мужа!.. Не хватало, чтоб ещё и мой Андрюшка – пришёл оттуда, таком же перекалеченным, как Виктор!.. Или, того хуже!.. Тьфу, тьфу, тьфу!.. Не дай-то Бог, ещё при жизни, узнать о смерти сына!..»

А ещё, Рае приснилось… Стыдно вспоминать – не то, что б рассказать кому. Будто она, потеряв в молодости мужа, превратилась в привокзальную потаскуху.

«Да, уж!.. С такой-то жизнью – не мудрено и на вокзале оказаться – с обратной стороны, кассовых окон!..» – усмехнувшись про себя, подумалось женщине…

Уж чего-чего, а с чувством юмора у Раисы Максимовны – при любых условиях и самых тяжёлых обстоятельствах – было всегда в порядке.

Ещё раз потянувшись, она решилась-таки встать и отправиться в душ – уж больно ночь была нынче, жаркой и душной.

Чайник на плите, только-только закипел, а Рая уже успела навести полный, косметический «марафет». Суетясь на кухне, она старалась меньше шуметь и греметь посудой, дабы не разбудить домочадцев!.. Пусть дети, подольше поспят – ведь у них, каникулы!..

Отпивая мелкими глотками горячий чай, женщина вдруг вспомнила о том, что кроме сына и мужа – она видела во сне, и ещё одного человека.… Кто знает: быть может, именно поэтому и проснулась она, в приподнятом настроении.

Однако восстановить в памяти приятные мгновения сна, она так и не успела. В спальни, неожиданно скрипнула кровать и тотчас, из коридора послышался приближавшийся стук костыля. Это, проснулся Виктор.

– …Чего соскочил: ни свет, ни заря?.. – небрежно бросила Рая, увидев в кухонном дверном проёме, опухшее и небритое лицо мужа.

– Проводить хотел!.. – пробурчал тот.

– Да, не ужель?.. Интересно, с каких таких пор, мы вдруг стали столь заботливыми?.. – саркастично, усмехнулась женщина. Поставила чашку на стол и добавила. – …Помнится вчера – за десятку, кое-кто был готов, меня убить!..

– Ладно тебе, Райка!.. Нашла, что вспомнить!.. Товарища, вчера встретил!.. Вот и выпили!..

– Этих друзей, ты каждый день встречаешь!.. У тебя ж, кто наливает – тот, и товарищ!..

– Хорош скалиться!.. Я что ж, виноват в том, что на работу меня, инвалида – не берут!.. Ты, Райка, не забывай!.. Я, между прочим – свою ногу, за Родину отдал!..

– И где она теперь, твоя Родина?.. – вскипела Раиса Максимовна. – …Что ж не кормит, она тебя?.. Почему, не даёт тебе десятку – на «догонку»?.. Отчего ж, её герой – клянчит у кормящей матери, последние деньги?.. – выплеснув наболевшее, женщина взяла себя в руки. – …В общем, так Виктор!.. Вчера напарница моя, Лариска – вернулась из отпуска!.. Рассказывает, что в Адлер приехал известный нарколог!.. Между прочим, ученик Довженко!.. Приём, там ведёт!.. За своё лечение, берёт не много!.. Так что, готовься!.. Десять дней до сеанса – пить нельзя!.. Потому, смотри!.. Хоть каплю в рот, сегодня возьмёшь – пеняй на себя!..

И запомни: это будет твоим – уже самым, последним шансом!.. Сорвёшься – выгоню, на хрен, из дома!.. Будешь жить там, где наливают – у своих собутыльников!..

Витя!.. Ведь многого, я от тебя не требую!.. Вернёшься из Сочи, трезвенником – устроишься на работу: хоть сторожем, хоть вахтёром – и то, прибавка в семейный бюджет!..

– Раечка!.. Голубушка, ты моя!.. Гадом буду – на всё согласен!.. Вот только, родная моя!.. Давай-ка, всю эту подготовку – мы начнём не с этого, а с завтрашнего дня!.. Не видишь, что ли: как колотит меня, после вчерашнего?.. Христом Богом прошу!.. Дай мелочи, на опохмелку!.. Вот увидишь: вечером буду, как огурчик!..

– Нет!.. – рявкнула супруга. – …С меня хватит!.. Перед соседями и детьми – стыдно!.. Иду, и не знаю, куда глаза прятать!..

– Не дашь – никуда, тебя не пущу!.. – пригрозил Витька, заслонив собой выход.

– Да пошёл, ты!.. – грубо оттолкнув мужа, Рая вышла в коридор. – …Силу свою – ты, уж давно всю пропил!.. Витька, и как же ты опустился!.. А ведь когда-то, был видным парнем!.. И хрен с ним, что на одной ноге!.. Помниться, ты строил планы, у тебя были, какие-то цели и реальные перспективы!.. Тогда, ты был для меня, действительно, героем!.. – открыв дверь, женщина обернулась к помятому и погрустневшему мужу. – …В общем так!.. Сиди дома и никуда не рыпайся!.. Не хочу пугать, но если что-то узнаю – ты мне, более не муж!..

Когда-то, Виктор и в самом деле, был весёлым и лёгким на подъём парнем – душой, любой компании. Был он, и вполне симпатичен. И Рая влюбилась. Влюбилась по уши и доверила любимому, самое сокровенное…

Уже потом, когда Витьку забрали в армию – она поняла, что беременна. В одном из писем, спросила его: что делать. Вернее, она знала, что будет делать. Не сомневалась ни секунды. Рожать! С ним или без него. А у него спросила, потому что так – наверное, полагалось. Ведь имел же он право, знать об этом. Первым же письмом, Виктор ответил: вернусь – пойдём в ЗАГС.

Виктор вернулся. Вернулся без ноги. Они расписались и стали жить вместе. Он, по-прежнему, был хорошим, она ценила его чувство юмора, его умение быть ласковым и страстным. Однако она вдруг поняла, что все её чувства, к нему – это, не любовь. Однажды, она прочла у Камю: «Не быть любимым – это, всего лишь неудача. Не любить – вот несчастье».

Нет, Рая не пыталась развестись с Виктором и начать новую жизнь. Просто она, начала мечтать о мифическом принце на белом коне, – за которым, хоть на край света; которым, и рай – в шалаше. Вот его-то, этого самого принца – она б полюбила, самой настоящей неземной любовью.

И тут, появился ОН. В отличие от её мужа – ставшего нерешительным и каким-то неуверенным в себе, вечно глядящим ей в глаза, с немым вопросом: я опять, сделал, что-то не так – Юрка, ни в чём не сомневался…

Оказавшись на улице, Рая вновь позволила своим мыслям, вернуться к ночным сновидениям.

«…Итак, во сне, я видела Юрку!.. Моего дорогого, Юрочку!.. Как сейчас помню тот день, когда увидела его, впервые!.. Да, было время – он частенько заглядывал в наш дом!.. По началу, он просто навещал Витьку – своего бывшего сослуживца!.. Они проходили службу, на одной и той же заставе! Юрка подбадривал его, помогал с трудоустройством!.. Быть может, сослуживец испытывал нечто похожее, на комплекс вины – ведь в том бою, когда муж потерял ногу, они были вместе!.. Вот только один из них вышел из того боя целым и невредимым, а второй израненным калекой! Потом, Юрик приходил уже к нам двоим – вытаскивал нас в кино и на набережную!.. Ну, а позже – «визит к другу» – похоже, стал лишь предлогом, чтоб чаще видеть меня!..

Ох!.. И как же нравился мне, этот парнишка!.. Высок, симпатичен, остроумен!.. Умел скоро находить выход из любой ситуации!.. В общем: смел, хваток и предприимчив!.. И на что мне только не приходилось идти, как только не старалась я скрыть свои чувства и своё неровное к нему дыхание!.. Да разве, такое скроешь! Юра замечал, ловил любой намёк!.. И отвечал мне, тайной взаимностью!.. То конфетку принесёт, то цветочек!.. На какой-нибудь из вечеринок – бывало, возьмёт и пригласит меня на танец!.. Да так прижмёт к себе, что я, в буквальном смысле, млела!..

А однажды, под хмельком, Юрка и вовсе обнаглел: «…Ведь мы, любим друг друга, – шептал он, на ухо. – …Так зачем, насильно заглушать свои чувства!.. Витьку – конечно, жаль!.. Но тут, ничего не поделаешь – мужик он, не глупый – должен понять!.. Увезу тебя на край света, подальше от завистливых глаз и будь, что будет!..»

Но Рая, как порядочная супруга (хоть и скрипя сердцем), а всё же, ему отказала. Семья и здравый смысл, перевесили её страсть и сиюминутные желания.

«Нет, мой принц ещё не пришёл!.. Он всё ещё, ищет меня!.. Потому и не стоит спешить!..» – оправдывала свой отказ, Рая».

Однако после.… О том, своём ответе – она, весьма сожалела. Особенно тогда, когда Виктор «променял» её, на «зелёного змея». А может и променял-то он её – именно из-за того, что догадывался: кому, на самом деле, принадлежало сердце супруги.

С той самой поры, когда Юрка получил от ворот поворот – след его, в доме Чернышевых, простыл. Он исчез не попрощавшись. И, похоже, пропал навсегда. Мечты – так, и остались – мечтами. И только тот мифический принц – уже представлялся Рае – исключительно, в образе Юрия…

Все вернулось на круги своя. Правда, в последнее время, в голове Раи всё чаще и чаще начинали блуждать мысли с полукриминальным оттенком, по поводу своего, непутёвого мужа: «…Уж лучше б он погиб тогда, на границе!.. Юра-Юра, и зачем ты только спасал его, тащил на себе до заставы?..»

«Эх, и где ты сейчас, мой дорогой друг и тайный воздыхатель?.. Как живётся тебе, без меня?.. – спрашивала Рая, входя в утреннее и ещё совсем малолюдное здание вокзала. А после, обращаясь уже к себе с укором, добавила. – …Что за мысли?.. И до чего ж я, порочная баба!.. Ну, чем не привокзальная шлюха – из своего ночного видения?..»