Читать книгу "Зона отчуждения, или Жуткие игры славянского бога"

* * *

– …О!.. Андрюха!.. Ты чего, вернулся?.. – в прихожей квартиры, Чернышева-младшего встретила его младшая сестра, Светка. – …Никак, выезд на природу – отменяется?..

– Вещи-то, я должен был забрать!.. – Андрей тотчас пояснил причину, своего внезапного возвращения. – …Да, и палатку из гаража!.. Отец, кстати – дома?..

– Нет!.. Ещё с обеда, куда-то «упилил»!..

– Эх, сеструха!.. Выходит: не повезло тебе – «плакала» твоя поездка на юг!.. Слышал я, как утром мать предупреждала его!.. Коль «нажрётся» он сегодня – то никуда, вы не поедете!.. – злорадно, засмеялся Андрей.

– Серьёзно?.. – растерянно переспросила Света.

– Да, говорю тебе: сам слышал!..

– А может он, по делам ушёл?.. Почему сразу: и «нажрётся»?..

– Светка, тебе уже семнадцать!.. А ты, по-прежнему размышляешь, как пятилетняя наивная девочка!.. Ну, сама подумай, какие у отца, могут быть дела?.. После того, как «выперли» его с завода – тяжелее гранёного стакана, он ничего и не подымал!..

– Слушай, Андрюшка!.. А ты куда, сейчас?.. – придумала что-то Светка.

– Я же сказал: в гараж за палаткой!..

– А потом?..

– К цирку поеду!.. Оттуда на вокзал!..

– Андрюшка, будь другом – пройдись по посёлку!.. Если увидишь папку – загони его, домой!.. Мать придёт, сегодня поздно – глядишь, к её возвращению – он, уже и проспится!..

– Ладно!.. – усмехнулся Андрей. – …Эх, и чего только не сделаешь, для любимой сестры!.. Только б смогла она съездить в Сочи, да найти там, симпатичного мальчика!.. Ведь ты, кажется, именно для этого, «намыливаешься» на курорт?..

– Иди, ты!.. – смущённо отвела Светка.

– Нет!.. Ты точно, ещё совсем наивная девчонка!.. Если всерьёз считаешь, что принца на белом коне – можно найти где угодно, но только не в своём городе!..

…Как ни странно, но Андрей повстречался-таки со своим блудным родителем. Да и куда, собственно, он мог ещё «доковылять» на своём протезе – если не в гаражный блок, к друзьям-автомобилистам.

Невзирая на то, что старенькая «инвалидка» Чернышевых, уж лет пять, как ржавела в гараже, так ни разу и, не покинув его пределов – глава семейства, таскался сюда регулярно. Здесь, в гаражах и среди водителей – ему было, гораздо интересней – нежели дома, у телевизора. Здесь, он был востребован как механик, как специалист не плохо разбиравшийся в «движках» и прочих мудрёных узлах, различных механизмов. И только здесь, он ощущал себя, по-настоящему НУЖНЫМ.

«Гаражники» – это вам, не отдел кадров. Им не нужны медицинские справки и всевозможные дипломы. Они согласны и на инвалида – только бы тот, соображал в автомобильном «железе». Ну, а расчёт за выполненную работу – как правило, производился в натуральном, то есть литровом, либо пол-литровом эквиваленте. Потому и тянуло сюда Виктора, словно невидимым магнитом…

…Завидев, в кругу мужиков, уже поддатого отца, Чернышев-младший укоризненно покачал головой.

– …Отец, ты чего творишь?.. Мне кажется, по поводу пьянки – ты был строго настрого, сегодня предупреждён!..

– Сынок!.. А ну, не сметь хамить, батьке!.. Смотри, выпорю!.. – чуть заплетающимся голосом, ответил Чернышев-старший.

«Вроде бы, ещё не успел „наклюкаться“!.. Значит ситуация для Светки, не совсем уж безнадёжна!..» – предположил Андрей. Потому и собрался он, немедленно увести отца домой.

– …Пойдём, папа!.. Мать, будет ругаться!.. Света – плакать!.. – выбрав более мягкий тон, парень попытался приподнять отца с занимаемого им места.

– …Убери руки!.. – рявкнул на сына, Виктор. Более всего, Чернышеву-старшему было неловко перед мужиками. Ведь его, будто последнего алкаша (причём, в самый разгар праздника), собирались выгнать из-за стола. И кто? Его же собственный сын. Родная кровь! Наследник! На глазах у всей, честной компании!..

– …Паренёк!.. Оставь отца, в покое!.. – за Виктора вдруг вступился один из мужчин, сидевших вокруг импровизированного «дежурного» столика. Причём был он, явно не из местных. По крайней мере, Андрей видел его впервые. А, кроме того, этот дядька выделялся из общей гаражной братии, чем-то иным. Автолюбители, как правило, щеголяли здесь – в гаражном кооперативе, в замасленных, рабочих спецовках. На этом же незнакомце, был приличный и очевидно, очень дорогой «прикид». И костюм, и рубаха, и туфли, и часы – всё было «круто». Будто он, только что сбежал из иностранного посольства…

Тем временем, мужчина принятый Андреем за «дипломата», подошёл к Чернышеву-младшему.

– …Вымахал-то как, крестник!.. Давай, что ли знакомиться!.. Зовут меня: Юрием Александровичем!.. С твоим батяней, мы на границе, вместе служили!.. И последний раз виделись с ним, лет восемь назад – ты тогда, ещё совсем «мелким» был!.. А тут!.. Представь себе, случайно встретились!..

У меня нынче, вообще, удачный день на неожиданные встречи!.. Только, понимаешь, с ребятами из своей бывшей бригады, в баре распрощался – и вот, те на!.. Столкнулся нос к носу – со своим бывшим сослуживцем!.. Ты, Андрей, за мамку свою не переживай!.. Будь уверен – увидев меня, она простит отцу любую пьянку!.. Пойдём лучше, к нашему столу!.. Давай-ка, Андрюха, отметим нашу встречу или, если хочешь, то знакомство!..

– Спасибо!.. Не пью!.. – отказался Чернышев-младший. При этом, он вспомнил, как в детстве его родители, частенько говорили о некоем Юрии. И даже припомнил его фамилию: «Кажется, Громов!..»

– …Юрка!.. А ну, отстань от пацана?.. Какой, на хрен: «выпьем»?.. Андрюха – спортсмен!.. В другие города, на соревнования ездит!.. У него, режим!.. – с гордостью, произнёс Виктор. – …Не курит и не пьёт!.. Видал, какой здоровяк!.. Ни то, что я!..

– Чернышев, ты б не прибеднялся!.. – усмехнулся Громов. – …Крепче и выносливее тебя, на нашей заставе, никого не было!..

– …Вы знаете?.. А я, пожалуй, нарушу свой режим!.. – неожиданно для всех, произнёс Андрей. – …От чего ж не выпить, за приезд отцовского друга!..

– Ну вот!.. Совсем другое дело!.. – засуетился Юрий Александрович. – …Все мы, когда-то были спортсменами!.. И у всех был, режим!.. И, тем не менее, мы находили возможность для снятия, накопившегося напряжения!.. Алкоголь в малых дозах – всегда, на пользу!.. Давай-ка, я тебе «Мартини» налью!..

– Юрка!.. Да ты, с ума сошёл!.. – Виктор выхватил из рук Громова бутылку. – …Он ведь ещё, совсем пацан!..

– Какой ещё, «пацан»?.. – вновь усмехнулся, Юрий Александрович. – …Открой глаза!.. Андрей, уж давно мужиком стал!.. Ты, Виктор, не забывай, что мы в его годы – бой, с вооружёнными бандитами, приняли!.. Кстати, именно тогда, ты и ногу свою потерял!..

– …Отец, если мы немедленно не уйдём отсюда – я останусь здесь!.. И буду пить, наравне со всеми!.. – пригрозил Виктору, сын.

Ему показалось, что способ: как вернуть родителя домой – найден. Однако «друг семьи», оказался несколько проворней.

– Андрюха!.. Ты, конечно, можешь остаться!.. И быть здесь, сколь угодно долго!.. – в диалог отца с сыном, вмешался Громов. – …Да, только мы с твоим батей – сейчас, уезжаем!..

– Куда?.. – Чернышев-младший, и предположить не мог, подобного развития событий.

– Понимаешь, Андрей!.. Один очень хороший человек, попал прошлой ночью в больницу!.. Мне, просто необходимо его навестить!.. Ну, а отец твой – составит мне компанию!.. Уж поверь мне: нам есть, что вспомнить и о чём поговорить, по дороге!.. За Витьку, можешь не переживать!.. Доставлю его домой, в положенный срок и в полном порядке!.. Да, и мамку вашу – мне не терпится увидеть!.. Интересно, какой она теперь стала!..

Виктор, вне меньшей степени – нежели Чернышев-младший – был удивлён неожиданным известием о предстоящей поездке. Ни о чём подобном, они с Юркой не договаривались. Однако и отказываться от небольшого путешествия – пусть и до больницы – он не собирался. Быть может, армейский друг, хоть чем-то посодействовать в его трудоустройстве. Возьмёт, да пристроит инвалида к какому-либо, приличному делу.

«…Похоже, он вовсе не бедствует!.. – мелькнуло, в голове Виктора. – …А посему, товарищу в помощи – не откажет!.. Так почему бы мне, с ним и не прокатиться?..»

– …Делайте, как знаете!.. – махнув рукой, Андрей поспешил восвояси. Отцовский товарищ, почему-то вселял в него, определённое доверие. «Авось, так и будет, как он говорит!.. У меня ж, и свои планы, имеются!.. В конце концов, какое мне дело до родительских разногласий?..»

* * *

– …Сашка?.. – удивлённо воскликнула девушка, открывшая дверь и увидевшая на пороге квартиры, парня. – …Ну, проходи – коль пришёл!..

– Привет, Наталья!.. Извини, но я на пару минут!.. Даша, случаем, не у тебя?..

– Нет!.. Она, кажется, в институт собиралась поехать!.. Учебники в библиотеку сдать!.. – не решаясь открыть правду, соврала девушка.

– Какая к чёрту библиотека – в полседьмого, вечера?.. К тому же, в пятницу!.. – усмехнулся Александр, – …Наташка, не крути!.. Я, уже в курсе, что Дашка, за город собралась!..

– Саня, хоть она мне и подруга!.. И, тем не менее, скажи: зачем тебе, такая взбалмошная и непостоянная девчонка?.. Ведь ты – хороший парень!.. А я, знаю её с самого детства!.. Потому и поверь мне, что перевоспитывать её, уже поздно!.. Пока Дарья перебесится и угомониться – уйдут годы!.. Твои годы!.. А вместе с ними, и твои нервы!.. Не обижайся и не подумай чего дурного, но мне кажется: она тебя, не достойна!..

Дослушав откровения девушки, Угрюмов улыбнулся и повторил свой вопрос.

– И всё же, где Даша?..

– Учти, что я тебя предупредила!.. А дальше!.. В общем, поступай, как знаешь!.. Сегодня, она уезжает!.. На одной из вечерних электричек!.. В какое время, и в каком направление – мне неизвестно!.. Ну, доволен?..

– А ты, почему ж ни с ней?.. Вы ведь – вроде, подруги?..

– Были!.. – уточнила девушка. – …До сегодняшнего вечера!.. Да и нет у меня желания, любоваться природой с комарами и прочей кровососуще-насекомой тварью!.. Впрочем, и не только с кровососущей!.. А ещё и с тварью, имеющей привычку лапать тебя за ляжки, своими потными ручищами!.. И вообще, «не пойми-какие компании» – явно, не в моём вкусе!..

– И на том, спасибо!.. – откланявшись, Александр побрёл по ступенькам, вниз…

«…Вот, и она говорит: дескать, Дашка стервозна!.. – по дороге к железнодорожному вокзалу, беглому курсанту Угрюмову, вдруг припомнились Наташкины предупреждения. – …А чего, собственно, я хотел?.. Какой ещё может быть красивая, стройная и знающая себе цену девушка?.. Это с девчонками, наподобие той же Натальи – всё может быть, намного проще!.. Им известны, их недостатки!.. Потому и держатся они – по сути, за первого, обратившего на них своё внимание, парня!.. А за такими как Дарья – ещё со времён средневековья – во славу первой леди, рыцари уходили в походы, совершали подвиги и участвовали в кровопролитных турнирах!.. Чем серьёзней испытание, тем и победа обещает быть ценнее, более значимой!..»

Справедливости ради стоит отметить, что сам Александр, был весьма азартен. Причём участвуя во всевозможных спортивных или около спортивных состязаниях – практически всегда, он выходил из них победителем. Проигрывать и уж тем более отказываться раньше времени от борьбы – было, не в его характере. Вот и сейчас, отправляясь на вокзал в поисках любимой – его настойчивость подпитывалась азартом, спортивным духом и жаждой победы…

По вечерам на Омском железнодорожном вокзале, практически всегда многолюдно. А если этот вечер, ещё и предпраздничный или предвыходной – то вокзал и вовсе превращается в гигантский муравейник. Обежав перрон пригородных электропоездов, два этажа главного корпуса и примыкающих к нему подсобные помещения – Сашка так и не нашёл ту, ради которой сюда приехал и ради которой, он ушёл в «самоволку». Всё ещё утешая себя надеждой, что Даша до сих пор не уехала; что её электричка отбывает позже – он занял свой «наблюдательный пост» у центрального выхода. Именно отсюда, с этой выгодной в стратегическом плане точки – просматривались все подходы к вокзалу. Полагаясь на своё зрение и внимание, он принялся ждать…

* * *

Из врачей, в больничном отделении нейрохирургии, к позднему вечеру остался лишь дежурный: Сергей Михайлович Попов. Тот самый врач, что ещё утром «выпроводил» из палаты Угрюмова, супругу Василия Ивановича.

Совершив обычный вечерний обход, Сергей Михайлович поспешил заглянуть и к пациенту, потерявшему память. Оставил он его «на закуску», вовсе не случайно. Недуг пациента, был действительно уникален и весьма ему интересен.

Нечто подобное – когда память человека, уже прожившего большую часть отпущенного ему века, в какой-то момент давала сбой и «взбунтовавшись» по неизвестным причинам, вдруг опускала своего владельца на низший социальный уровень – уже случались. Кое-какие темы по данному вопросу, было уже подробно описаны в мировой медицинской литературе. Однако воочию, Сергей Михайлович столкнулся с подобным диагнозом, пожалуй, впервые.

«…Интересно, какие ж такие механизмы, какие внутренние связки должны быть нарушены, чтоб человеческий мозг, сумел выдать „на-гора“ этакую метаморфозу?.. – разум врача отказывался это понять и принять. – …А ведь, если верить научным работам, подобное могло произойти с любым человеком, в том числе и со мной!.. Да, нет!.. Это, просто бред!.. Какая-то дикая фантастика!.. – размышлял Сергей Михайлович, приближаясь к палате Угрюмова. – …Не представляю, как – будь я на его месте – сумел бы забыть всё, чем ныне живу?.. Забыть мединститут и студенческие годы; клинику; свою должность или профессию!.. В конце концов, любимую женщину!.. И, ни с того ни с сего – вдруг вспомнить совершенно неизвестную мне жизнь: с помоями, объедками и люками теплотрасс!..»

Искренне надеясь, что именно сейчас – уже без посторонних, в спокойной и располагающей беседе – он сможет подробно расспросить Василия Ивановича о его нынешних мироощущениях и, возможно, о каких-либо внутренних противоречиях или, скажем, о непонятных ему самому терзаниях. С этими мыслями, он и открыл дверь заветной палаты…

Насколько Сергей Михайлович был ныне переполнен оптимизмом и надеждой – ровно настолько же, через какое-то мгновение, он оказался и растерян. Дело в том, что больничная койка Угрюмова была пуста!..

Внимательно осмотрев безлюдное помещение, врач выскочил из палаты, заглянул в уборную и, преодолев быстрым шагом коридор, строго обратился к сидевшей за невысокой стойкой дежурной медсестре.

– …В ближайшие полчаса, то-то покидал больничное отделение?..

– Нет!.. – испугавшись сурового лица Сергея Михайловича, тихо ответила девушка. После чего, извиняющимся голосом, добавила. – …Вообще-то, я отлучалась в ординаторскую, минут на пять!.. Чай заварить!..

Случилось непредвиденное. «Необычный» больной, исчез…

Тем временем, Василий Иванович – благополучно миновав все медицинские и охранные посты – беспрепятственно вышел на открытый воздух. Ну, не лежала его душа к этому странному учреждению. В сознании Угрюмова стойко закрепилось ощущение, что он – словно подопытный кролик – вовлечён в некий дикий и изощренный эксперимент.

Поставьте себя, на место Василия Ивановича. Представьте, что на а протяжении всего дня, в вашу палату приходят какие-то подозрительные типы и задают вам, идиотские вопросы. Причём все они, настойчиво пытались убедить вас в несуществующих фактах; нарочито навязывая вам чужую жизнь. В палату, вдруг пропускают женщину, искусно загримированную под вашу покойную супругу. А после, ещё и пугали милицией. Ко всему прочему, вам колют какие-то подозрительные лекарства и в изобилии пичкали непонятными таблетками. Ну, и самое главное – вы лежите, в отдельной палате – словно министр или, на крайний случай, директор завода. Подобные факты, по разумению Угрюмова, могли говорить, лишь об одном – данный эксперимент, пытаются сохранить в строжайшей тайне…

Подозрения Василия Ивановича, постепенно переросли во всеохватный страх. Когда же он не поддался на всевозможные провокации, Василию Ивановичу начало казаться, что его – как отработанный материал – обязательно умертвят. Причём, именно в ближайшую ночь. Иначе почему, в течение нынешнего дня они были с ним, так нарочито вежливы и так слащаво-обходительны, а к вечеру, будто о нём и вовсе забыли. Наверняка готовят яд или еще, какую хрень.

«…Им со мной, конечно же, проще!.. Бомжа, никто не хватиться!.. Никто не начнёт, его искать!.. „Вкатят“ в вену быстродействующий препарат, а после, сожгут в крематории!.. Вот и нет Василия Ивановича!.. Нет, Угрюмова!.. И никогда не было!.. И, вообще, кто это?.. Мы впервые о нём слышим!..»

Добравшись до ближайшего мусорного бака, Василий Иваныч привычно в нём покопался. Он быстро откопал в груде дерьма, довольно сносную одежонку, да пару хлебных огрызков. Тут же, прямо у бака, Угрюмов скинул с себя полосатую, стиранную-перестиранную больничную пижаму, снял с головы бинты и переоделся в найденные «обновки».

Он отчётливо осознавал, что ему стоило бы и поторопиться. Не поспей он сейчас на последний пассажирский транспорт – его пешая прогулка до вокзала, обещала быть через чур долгой. Потому Угрюмов, чуть ли не бежал к троллейбусной остановке.

Это там, возле вокзала – у Василия Ивановича имелся небольшой тайник, куда он прятал зимнюю одежду и небольшой запас пропитания. Там же, его поджидала и заветная «четвертушка» самогона, припасённая им на чёрный день. И этот самый день – для Угрюмова, похоже, уже и наступил.

«…Подумаешь, башка разбита!.. Да мне её, и без того, регулярно пробивают!.. Если не „менты“ – то кто-то из своих, из бродяг!.. И ничего – пока ещё, жив!..»

* * *

Такси, в котором мчались по городу два друга, двое бывших сослуживцев: Чернышев и Громов – миновало мост через реку.

– …Эх, Витька!.. – Юрий Александрович, сидевший рядом с водителем, обернулся к своему товарищу. – …Говоришь: жизнь моя, удалась?.. А сам-то, наверняка, и не представляешь каким потом и каторжным трудом, далось мне это самое счастье!.. По молодости, только и мечтал вырваться из этого, Богом проклятого, Союза!.. Засыпая, кажется, только и мечтал о свободной, беспечной жизни на берегу лазурного моря, где круглый год лето!.. И лишь пожив «за бугром» понял, что настоящая жизнь, только здесь и была!.. Там, я чужак!.. И, вообще, никто!.. Ни друзей, ни близких!.. А чтоб вот так, как мы сейчас в гаражах – запросто посидеть с мужиками – и думать, не смей!.. Знал бы, как хотелось иногда, волком взвыть?.. А если быть до конца откровенным, то сволочная там, дружище, житуха!.. Какая-то не настоящая, искусственная, силиконовая!.. Уж точно, не для русского мужика!.. Уже после – сто раз пожалел, что уехал!..

– …Да, брось ты, Юрка!.. – махнул рукой Чернышев. – …Когда за пазухой бумажник, битком набитый долларами – все мы тогда, Родину любим!.. У нас ведь кто значатся, в списке первых патриотов?.. Правильно: политики, бандиты, бизнесмены и прочее ворьё!.. В общем, те – у кого куры, денег не клюют!.. «Люди добрые, пожалейте меня, несчастного – ведь я всё делал для вас, для России!..»

Подумаешь, пожил немного на чужбине?.. Зато теперь, как «белый человек»!.. Кабы не то ранение – возможно и я, рванул бы с тобой!.. Хочешь, не хочешь – а задумаешься: какого чёрта, полез тогда на рожон!.. Отсиделись бы в кустах, пока бандиты границу переходили!.. Пять минут позора – а взамен, нормальная жизнь!.. Дай Бог, повторить свою судьбу – ни за что б, не открыл огонь по тем нарушителям!.. И ты, ещё говоришь мне: дескать, житуха у тебя была, сволочная!.. Хотя бы на годик, залез в мою шкуру!.. Сразу понял бы, чья жизнь – полное дерьмо!.. Не то, чтоб семью обеспечить – себя б, хоть как-то прокормить!..

– …Вот именно!.. Семью!.. – Юрий Александрович, наконец-то нашёл зацепку в бесконечных обвинениях, посыпавшихся в его адрес. – …Вот, что самое главное!.. Витюша, жена красавица, здоровые дети – это и есть, твой капитал!.. Вот, ради чего стоит жить, а не ради зелёных бумажек!..

Эх, с каким бы удовольствием, я б обменял сейчас, наши судьбы!..

– Юрка!.. Так, в чём вопрос?.. «Гони» сюда своё портмоне с «баблом» и заселяйся в мою квартиру!.. – пошутил Чернышев, вовсе не подозревая, что его армейский друг, заикнувшись об обмене, был на самой грани серьёзности…

Подвыпившие мужчины, ещё долго продолжали жаловаться друг другу на свои судьбы. Меж тем автомобиль, в салоне которого они ехали, уже приближался к конечному пункту следования – к Областной больнице скорой помощи.

– …Командир!.. А ну, тормозни-ка!.. – обращаясь к таксисту, неожиданно выкрикнул Громов.

Машина, подняв за собой клубы пыли, с визгом замерла на месте.

– Ты, чего?.. – в непонимании и удивлении, спросил Виктор.

– Да так!.. Мужик, вроде бы знакомым, показался!.. – оглядываясь в заднее окно, растерянно пояснил Юрий Александрович. – …Не пойму: он, ни он!.. Браток, сдай-ка немного назад!..

Водитель, беспрекословно выполнил то, о чём его попросили. Он, вообще, был готов к любой прихоти, любому капризу своих пассажиров. Так как свой проезд, те оплатили заранее; причём, в валюте; да ещё и с тройной переплатой…

Машина медленно и почти беззвучно двигалась задним ходом, пока не поравнялась с каким-то спешащим бродягой, в рваной футболке, грязных брюках и ботинках, почему-то без шнурков.

Всматриваясь в пешехода, Юрий Александрович чуть ли не по пояс высунулся в открытое, боковое окно. В свою очередь тот, завидев боковым зрением автомобиль, отшатнулся от него, и было собрался, броситься наутёк. Однако кто-то, неуверенно окликнул его по имени.

– …Василий Иванович, ты ль?..

– Ну?!.. – пешеход в рваной футболке, обернулся и вопросительно уставился на уже выходящего из машины Громова.

– Это точно, он?.. – радостно выкрикнул Юрий Александрович. – …Ты почто, ученика своего не узнал?.. Забыл, как болванки, на пару с тобой, шлифовали?.. – после чего, Громов обернулся к Чернышеву. – …Смотри-ка, не помнит!.. Да он, и впрямь потерял память!.. Выходит, не соврали мне мужики!.. Василий Иванович, а почему не в больнице?.. – Юрий, вновь переключился на пешехода. – …Почему, в рванье?.. Ты, никак заблудился?.. Дорогу забыл?.. Давай-ка, мы вернём тебя в хоспис!.. Если б не моя внимательность и осмотрительность – как пить дать, быть тебе, гражданин Угрюмов – привокзальным бомжем!.. А куда ж ещё, в таком-то виде, без документов и собственной памяти – одна дорога, на самое дно?.. Получается, спас я тебя, товарищ бригадир!..

Громов засуетился, пытаясь усадить Угрюмова в салон такси.

– …Обожди!.. – остановил его Василий Иванович. – …Тебя ведь, Юркой зовут?.. Так?..

– О!.. – восторженно воскликнул, Юрий Александрович. – …Вы слышали?.. Он меня, вспомнил!.. Выходит, не зря мы приехали!.. И значит, всё у нас будет, в порядке!..

– Только не возвращайте меня, в больницу!.. – взмолился Угрюмов. – …Ведь я, только-только сбежал оттуда!..

– Сбежал?.. – удивился Громов. Но вскоре, будто опомнившись, похлопал Угрюмова по плечу. – …И то верно!.. В домашней обстановке, выздоровление всегда протекает быстрее!.. Теперь понятно, почему ты в таком непристойном виде!.. Как чувствуешь-то себя, дядь Вася?.. Голова, не болит?..

– Нормально!.. – отмахнулся Угрюмов.

– В таком случае, предлагаю посидеть за бутылочкой, в каком-нибудь тихом месте!.. Но для начала – тебя бригадира, следует переодеть во что-то сносное!.. Иначе, в твоих-то обносках – нас не то, что в ресторан – ни в одну, самую захолустную забегаловку, не впустят!..