Читать книгу "За дверью"

Свекровь забыли спросить

Маша и Егор, обнявшись, сидели на полу в гостиной у матери Егора, вокруг них горкой лежали конверты, а в руках у Егора – внушительная пачка купюр. Их глаза сияли от предвкушения.

Маша, молодая девушка с русыми волосами и озорными искорками в глазах, пересчитывала тысячные купюры, а Егор, её новоиспеченный муж, широкоплечий и улыбчивый парень, аккуратно складывал их стопками. Они были настолько увлечены процессом, что даже не заметили, как за их спинами, словно призрак, возникла мама Егора, Людмила Сергеевна. Её худощавая фигура и пронзительный взгляд уже предвещали недоброе.

– Неплохо! – комментировал Егор. – Очень даже неплохо! Нам точно хватит на поездку.

– Слушай, милый, да тут хватит не только на Черное море, – потирала руки довольная Машка, её лицо расплылось в счастливой улыбке. – Тут и на заграницу хватит! Давай решим, куда полетим: Турция? Египет? А может, в Европу?

– Какая вам Турция? – услышала девушка за спиной грозный, пронзительный голос свекрови. Маша вздрогнула и обернулась. Людмила Сергеевна, скрестив руки на груди, плотно сжала губы. – Деньги профукаете на всякую ерунду, на отдых, а потом снова по съемным квартирам мотаться? Квартиру лучше возьмите в ипотеку. А это – ваш первый взнос.

– Маш, а мама-то дело говорит! – Егор на секунду задумался. – Отдохнуть всегда успеем, а вот с жильем надо быстрее решать. Ипотека – это же своя квартира.

– Егор, мы же обсуждали с тобой, – зашипела на мужа Маша. – Мы не будем сейчас влезать в ипотеку под эти конские проценты. Подождём, когда они пониже станут, и возьмём. Ты сам говорил, что это невыгодно сейчас.

Свекровь усмехнулась:

– Где это ты видела, чтобы лучше становилось с недвижимостью? Проценты понизят – цены взлетят. Нельзя ждать. Брать надо.

Мария понимала, что жилищный вопрос у них в приоритете, но факт того, что свекровь так вероломно вмешивалась в их личную жизнь, её уже напрягал. Еще вчера она себе такого не позволяла, была сама любезность. Но стоило только Маше надеть фату и обручальное кольцо – получите, распишитесь – «умная» свекровь в придачу!

– Людмила Сергеевна, а можно мы сами решим, куда потратить подаренные нам деньги? – начинала терять терпение Маша, но всё ещё старалась быть вежливой.

– Ха, знаю я вас! – усмехнулась свекровь. – Деньги потратите, а потом пороги наши обивать будете, чтобы пожить у нас. Нет, ты не подумай, живите у нас, нам не жалко. Только на нашу квартиру не рассчитывайте. У нас детей много, по наследству на всех разделим.

– Какая квартира? Какое наследство? Я просто хочу отдохнуть после свадьбы! – Маша уже не могла сдерживать эмоции.

– Отдохнуть? А ты что, устала? – голос свекрови был полон сарказма. – Так говоришь, как будто сама на эти столы готовила, посуду мыла, гостей развлекала! Вот молодёжь пошла! Чуть что – сразу устали.

Неизвестно, к чему бы привел этот конфликт между невесткой и свекровью, если бы Егор не забрал разбушевавшуюся жену домой, где они могли бы спокойно поговорить и принять решение без постороннего вмешательства.

Уже дома, на своей съёмной квартире, молодожёны обсуждали разговор с матерью. Маша ходила из угла в угол, ее лицо было хмурым, а Егор сидел на краю дивана, опустив голову. Егор, хоть и был окрылён возможностью наконец-то обзавестись собственным углом, чувствовал себя между двух огней – между любимой женой и властной, но, как он считал, всегда мудрой матерью.

С большим трудом, используя все свои навыки убеждения, он уговорил Машу, что мама права, и все подаренные деньги они должны были пустить на решение жилищного вопроса, а не на заморские курорты.

Маша и сама это прекрасно понимала. Головой она осознавала всю логичность слов свекрови: собственное жильё – это фундамент, а отдых – лишь мимолетное удовольствие. Но осознание того, что они делали это по указке свекрови, а не по собственному желанию, не давало ей покоя. Она уже представляла, как годы спустя Людмила Сергеевна будет везде, где только можно, говорить: «Это я им тогда сказала квартиру взять! Да если бы не я, так и побирались бы по съемным углам!». Эта мысль раздражала её до глубины души.

– Хорошо, я согласна! – недовольно произнесла Маша, останавливаясь посреди комнаты и скрещивая руки на груди. – Только давай договоримся, Егор, если твоя мама ещё раз будет вот так бесцеремонно вмешиваться в наши дела, за нас решать, что нам делать, ты её остановишь. Ты с ней поговоришь.

Егор поднял на нее удивленный взгляд, его брови взмыли на лоб.

– Дорогая, ты что говоришь такое? – в его голосе прозвучало недовольство. – Она же дала дельный совет. Она просто переживает за нас, хочет, как лучше. Ты же знаешь, какая она у меня заботливая.

– Егор, ты же понимаешь, – Маша сделала шаг к нему,– если твоей маме сейчас не объяснить, что мы уже взрослые люди, которые сами способны решать за себя, всё так и будет. Всегда. Она будет вмешиваться в каждую мелочь, совать свой нос и советовать. И наша жизнь превратится в постоянный доклад ей о том, что мы делаем и почему.

Егор обиделся на Машины слова. Он не привык, чтобы кто-то говорил плохо о его матери, тем более его жена. Он встал, повернулся к Маше спиной и, ничего не сказав, лёг спать на кровати, отвернувшись к стене. Маша почувствовала, как её переполняет обида. Она приняла душ, пытаясь смыть с себя напряжение дня, и со словами, произнесёнными в пустоту: «Вот вам и брачная ночь!», легла спать на диване в другой комнате, чувствуя себя так, словно они и не женаты вовсе.

***

Поход в банк для молодой семьи оказался достаточно успешным. В кредитном отделе, после долгих часов ожидания и заполнения бесчисленных бумаг, Егору и Маше одобрили ипотеку на достаточно неплохую сумму, которая позволяла им рассчитывать на что-то большее, чем крохотная студия на окраине. Они сразу же, выйдя из банка, приступили к поиску квартиры, погрузившись в мир объявлений, планировок и цен.

Они пересмотрели все объявления на всех сайтах недвижимости, листали их по вечерам, сидя обнявшись на диване, обсуждая плюсы и минусы каждого варианта. Подготовили целый список, выделили несколько вариантов, которые казались наиболее привлекательными. После чего оставалось только увидеть все эти объекты наяву.

И Егор, и Маша всё ещё были в отпуске, поэтому уже на следующий день сели в машину и отправились смотреть все выбранные варианты.

– Егор, нам сейчас в центр, – напомнила Маша, видя, что Егор свернул не в ту сторону, которая вела к первому адресу в их списке.

– Я знаю, – сказал Егор, пряча взгляд, его руки крепко сжимали руль. – Только давай сейчас заедем за мамой. Она хотела с нами посмотреть… Ну, ты же знаешь, дать совет какой-нибудь.

– Нет! – заупрямилась Маша стальным голосом. – Не буду я с ней ничего смотреть. Это наша квартира, Егор. Наша! Почему мы должны брать с собой кого-то ещё? Тем более твою маму, которая и так уже нас поучает.

– Маш, а чего такого? – Егор попытался оправдаться. – Она человек пожилой, опытный, многое повидала. Даст совет какой-нибудь хороший, заметит то, что мы не видим.

– Не надо мне её советов, – отрезала Маша, поворачиваясь к нему всем телом. – Всё, Егор, тема закрыта. Едем сами.

Егор тяжело вздохнул, опустив плечи. Он понял, что спорить бесполезно. Недовольно, но всё же выполнил желание супруги, развернув машину в сторону центра города. В тот день они объездили все выбранные адреса, ходили из квартиры в квартиру, пытаясь представить там свою будущую жизнь. В итоге остановились на двух вариантах – квартиры в относительно новых домах, которые находились в хороших районах. Немного маловатые, конечно, но зато полностью готовые к переезду. Как говорят, «заходи и живи». Без лишних хлопот и ремонта.

Посовещавшись дома, Егор и Маша решили, что будут брать ту квартиру, которая ближе к детскому саду и школе.

Однако на следующий день Егор преподнёс Маше неприятный сюрприз, который развеял все её радужные планы.

– Маш, я так подумал, – начал он, избегая её взгляда. – А давай возьмем ту трёшку. Ну, помнишь, мы её ещё самой первой смотрели?

Маша напрягла память, пытаясь вспомнить. В их списке было много вариантов, но один из них, самый первый, был особенно «запоминающимся». Большая просторная трёшка в старом, дореволюционном доме с мусоропроводом, от которого воняло на весь подъезд так, что дурно становилось.

– Ага, я помню эту трёшку, – ответила Маша, и её лицо скривилось от воспоминаний. – Там ещё ванная разбита, и в коридоре ремонт надо делать.

– Угу, зато она большая и потолки высокие, – вставил Егор, стараясь придать своему голосу уверенности. – Там можно столько всего придумать, столько пространства!

– Так, а я не поняла, – Маша отложила вилку, уставившись на мужа. – Мы вроде всё решили с тобой? Мы же выбрали ту, что ближе к садику и школе. Это что сейчас происходит, Егор? Почему ты вдруг передумал?

– Просто мы сегодня проехались по адресам ещё раз, посмотрели, и я подумал… – Егор нервничал.

– Мы – это кто??? – голос Маши стал ледяным. В её голове уже сложилась неблагоприятная картина.

– Я и мама, – промямлил Егор.

– А, всё понятно! – воскликнула Маша, её лицо исказила гримаса разочарования. – И мама убедила тебя взять эту рухлядь вместо приличной квартиры в новом доме, с хорошим ремонтом и удобным расположением. Так и знала!

– Да почему сразу мама? – Егор попытался оправдаться. – Я сам решил. Она просто показала мне некоторые вещи, на которые я раньше не обращал внимания. Например, что в старом фонде квартиры крепче.

– Егорушка, – Маша прищурилась, – в той трёшке ремонт надо делать капитальный. Ты не умеешь гвоздь забить нормально, не то что проводку менять и пол перестилать. Тебе легче новую купить, чем эту старую восстанавливать.

– Да ерунда, наймём кого-нибудь, – махнул рукой Егор, пытаясь выглядеть уверенным.

– На какие шиши? – Маша усмехнулась. – Мы всё на первый взнос истратили, денег на ремонт у нас нет. Или ты думаешь, что ремонт сам собой сделается?

– Так, Маш, не всё сразу, – Егор сделал шаг к ней, пытаясь взять её за руку. – Постепенно. Всё сделаем. Это же наш дом, наше будущее гнездышко.

Маша громко выдохнула, чувствуя, как злость нарастает внутри. Ей совершенно не хотелось покупать эту старую, обшарпанную квартиру, тем более в ипотеку, на которую они будут работать десятилетиями. Но Егор был настойчив. Он убеждал её, что это выгодное вложение, что большая площадь всегда пригодится, что старые дома надежнее. И она, измученная спорами, измотанная его настойчивостью, в конце концов, согласилась. Её сердце сжималось от предчувствия предстоящих трудностей, но она надеялась, что Егор окажется прав.

***

Прожив несколько лет в «нелюбимой» квартире, той самой трёшке, которую так настойчиво «посоветовала» свекровь, Маша наконец-то уговорила мужа сменить жильё. Эти годы были настоящим испытанием для их молодой семьи. В «просторной» трёшке практически ничего не изменилось с момента покупки – всё та же разбитая ванная комната с облупившейся плиткой, всё тот же коридор без ремонта, с обоями, которые когда-то были светлыми, но теперь потемнели от времени. Более того, вскрылись и новые, куда более неприятные проблемы: жуткие засоры в канализации, которые приходилось прочищать чуть ли не каждую неделю, полчища тараканов, которые оккупировали кухню, несмотря на все попытки их вывести, и, что самое страшное, едкий грибок, расползшийся по углам ванной и одной из комнат. Зловонный запах сырости постоянно витал в воздухе, и никакие проветривания не помогали.

В итоге супруги продали квартиру за сумму, значительно меньшую той, что отдали при покупке. Это был горький урок, но они смирились. Часть денег ушла на погашение ипотеки, а другую часть они использовали в качестве первоначального взноса для новой квартиры. С чувством облегчения они закрыли эту главу своей жизни.

На этот раз молодые люди, наученные горьким опытом, подошли к выбору жилья со всей серьёзностью, игнорируя любые непрошеные советы. И они нашли себе то, что называют «квартирой мечты». Просторная двушка в новом доме, с чистым подъездом, уютным двором и видом на парк. Внутри был скромный, но качественный ремонт, всё аккуратно и со вкусом. Пара уже представляла себе, как заселится в неё, расставит свою мебель, и уже там у них родится их первенец, ведь молодые люди ждали ребёнка, и это событие придавало им сил и вдохновения. Они уже представляли детскую комнату, светлую и уютную.

На новоселье, когда в новой квартире собрались все родные и друзья, все хвалили Егора и Машу за их отличный выбор.

«Какая светлая!», «Как уютно!», «И ремонт делать не надо – заезжай и живи!», – слышалось со всех сторон. Квартира понравилась всем, за исключением одного человека – им была мама Егора, Людмила Сергеевна. Она по-прежнему дулась, что молодые не посоветовались с ней, когда выбирали квартиру. Её лицо было недовольным, и она предпочитала отмалчиваться, когда кто-то восторгался видом из окна.

Когда гости начали расходиться, Егор, собравшись с духом, подошёл к матери.

– Мам, тебе нравится наша квартира? – спросил он, глядя ей прямо в глаза.

Людмила Сергеевна пожала плечами. Её губы сложились в тонкую линию.

– А мне-то что? Вам же жить! – сказала она коротко, отворачиваясь. В её голосе не было ни теплоты, ни одобрения.

Егор и Маша переглянулись. В глазах Маши вспыхнула искорка победы, а Егор слабо улыбнулся жене, а та в ответ крепче сжала его руку. Маша была счастлива. Он наконец-то понял. Это их семья, их жизнь, и только им решать, каким будет их счастье.

Я своему мужику такого не позволяю, или Держи свою жену подальше от этой стервы

– Твоя сестра приезжает? Опять? – Антон был явно недоволен намечающимся приездом Людки, родной сестры его супруги Антонины. Он отложил планшет, его брови сошлись на переносице. В их небольшой, но уютной квартире, где каждый уголок хранил тепло семейной жизни, присутствие Людмилы обычно вызывало какой-то диссонанс.

– А тебе-то что? – нахмурилась Тоня, поправляя одеяло на детской кроватке. Маленький Андрюшка, их сын, мирно посапывал. – Ты же её не развлекаешь. Никуда не водишь, деньги на нее не тратишь. А мне хоть какое-то развлечение в декрете. С сестрой хотя бы поболтаю! Мне же скучно здесь одной целыми днями, только с малышом общаться.

– Да бесят меня эти ваши разговоры, Тонь, – Антон вздохнул. – После них ты сама на себя не похожа. Какие-то глупости говоришь, какие-то мысли в голову лезут…

– Это как? – не поняла Антонина. – Объясни, что ты имеешь в виду?

– Ладно, Тонь. Давай не будем. Поссоримся же опять.

– Странный какой-то! Хочешь что-то сказать? Говори до конца!

– Вот видишь, она ещё не приехала, а мы уже с тобой ссоримся из-за нее!

– Я с тобой не ссорилась! Ты сам начинаешь!

– Я лучше на работу пойду, – сказал Антон, вставая и направляясь к двери.

– Вот и иди! – крикнула ему вслед Тоня, чувствуя, как наворачиваются слезы.

– Вот и уйду! – бросил он напоследок, оставив жену в тишине.

Закрыв за мужем дверь, Тоня всё же постаралась взять себя в руки. Сестра, как и обещала, приехала к обеду. Антонина встретила её с улыбкой, накрыла стол. Вскоре, вновь уложив маленького Андрюшку спать, она вернулась к сестре за стол, предвкушая приятную беседу.

– А где Антон? Почему его дома нет? – поинтересовалась Людка, ловко ковыряясь зубочисткой в зубах после Тонькиного жаркого.

– На работе он, – отвечала сестра, стараясь не злиться на него.

– В субботу? – удивлённо посмотрела на неё Людка, её брови взлетели на лоб.

– Да, начальник вызывает его иногда по субботам, когда аврал, – с грустью вздохнула Антонина, вспоминая, как часто Антон работает в свой законный выходной.

– Начальник? Или «госпожа» в кожаной юбке? – И Людка загоготала на всю квартиру от своей же шутки, хлопая себя по колену.

Антонина покраснела. Ей не очень понравился юмор сестрёнки. В чём-чём, а в верности своего мужа Антона она никогда не сомневалась.

– Не знаю, – проговорила она, стараясь сохранить спокойствие, – Антон на работе, и я ему доверяю.

– Я бы на твоем месте его проверила, – продолжала Людка, не унимаясь. В её словах слышалось нечто ядовитое, сеющее недоверие в голове Антонины.

– Как я, по-твоему, должна его проверить? – недовольно, но уже с ноткой любопытства спросила Тоня.

– Очень просто, – хитро улыбнулась Людмила. – Звонишь на видеозвонок в любое время, сказать, что очень соскучилась, а сама фиксируешь, как быстро он отвечает. Заодно сканируешь, что там у него вокруг, кто. Если он быстро ответит – значит, всё в порядке. А если будет тянуть или что-то скрывать… ну, сама понимаешь.

– Ну не знаю. Как-то некрасиво это, – пробормотала Антонина, чувствуя себя неловко.

– Некрасиво с рогами ходить, сеструха, и терпеть, как он кого-то пялит, пока ты сопли ребёнку подтираешь, – выпалила Людмила, её глаза блестели от азарта.

– Ой, ты так говоришь, как будто у самой такое было, – попыталась возразить Тоня, но её голос звучал неуверенно.

– Не дай боже! – воскликнула Людка. – Да мой и по субботам на работу не ходит. Я своему мужику такого не позволяю.

– Ладно, не говори ерунду! – Антонина с вызовом посмотрела на сестру, её щёки пылали румянцем. Слова Людки, полные яда и недоверия, задели её за живое.

– А вот позвони сейчас своему Антоше по видео. Посмотрим, как лихо он возьмет трубку, – предложила Людка, её глаза хитро поблёскивали. – Давай-давай, звони, чего смотришь? Время идёт, а он всё ещё там, на своей «работе».

Антонина, поколебавшись, неохотно достала телефон. Дрожащими пальцами она набрала номер мужа по видеосвязи. Гудки тянулись бесконечно долго, сердце колотилось где-то в горле. Но Антон не поднимал трубку. Видеосвязь показывала лишь заставку с его фотографией.

Антонина подняла глаза и увидела ухмылку своей сестры. Эта ухмылка была полна злорадства.

– Ну, мало ли, – попыталась оправдать мужа Антонина. – Может, занят очень, сейчас перезвонит. Вдруг там совещание какое-нибудь важное.

– Ага, закончит свои грязные делишки, потом перезвонит! – пошутила Люда…

***

Вечером, когда Антон вернулся домой, Тоня не выдержала. Она устроила ему скандал, выплеснув на него все свои страхи и подозрения, которые так умело посеяла сестра.

– Да занят я был, поэтому не ответил! – оправдывался Антон, отвечая на нападки жены. – Я же туда не отдыхать по субботам хожу, а работать! Ты же сама знаешь, как я устаю.

– А я откуда знаю, зачем ты туда ходишь? – голос Антонины дрожал от сдерживаемых слёз. – И вообще, туда ли ты ходишь. Может, ты к какой-то бабе ходишь, а мне говоришь, на работу.

– Это что такое, Тоня? – Антон был потрясён. – Я тебя не узнаю!

В этот момент он случайно перевёл взгляд на сидящую за столом Людку. Она сидела с видом «я тут ни при чём», но по её горящим глазам и легкой, едва заметной усмешке, Антон понял, откуда ветер дует. Он понял, что именно сестра стала причиной этой ссоры, настроив Антонину против него.

Уже на следующий день, возвращаясь с работы, Антон решил выпустить пар и позвонил Ваське, мужу Людмилы, чтобы пожаловаться ему на поведение его супруги.

– Привет, Васька! Извини, что отвлекаю, – начал Антон, стараясь держать себя в руках. – Можешь говорить?

– Здоров, Антоха, – ответил Васька, его голос звучал бодро. – Что-то случилось?

– Случилось. Твоя жена к нам приехала и в первый же день чуть не поссорила нас с Тоней. Подстрекает её против меня.

– Это она может! – засмеялся в трубку Василий, и в его смехе слышалась какая-то горькая ирония. – А от меня ты чего хочешь?

– Забери её домой! Я тебя умоляю! Чем скорее, тем лучше.

– Ан, нет, братан, не получится, – ответил Васька серьезным тоном. – Я её сам… того… из дома выгнал…

– Выгнал?! Почему? – Антон был ошарашен.

– Блин, Антоха, тема личная. Но тебе скажу, раз такое дело. Прихожу значит домой с работы, – Васька понизил голос, – отпросился пораньше… А там, дома, короче с соседом она лежит. Чих-пых у них был. Ну, ты понимаешь.

– Жесть! – только и смог вымолвить Антон. – Прости, Васька, что спросил.

– Да ладно. Всё равно узнал бы позже. Всё на поверхности было.

– И что теперь?

– Развод, – ответил Васька твёрдо. – А как она хотела? Я же понимаю, что это уже не в первый раз. Сосед-то, оказывается, частенько к ней захаживал. Ещё на работе какой-то Слава есть. Там тоже что-то нечистое у них. А я что, терпеть буду?

– Ну, Васька, что я могу сказать? Держись, родной, – искренне посочувствовал Антон.

– Да я-то что? Переживу как-нибудь. Спасибо за поддержку. Главное, чтобы у тебя с Тоней всё было хорошо. И… держи свою жену подальше от этой стервы.

Поговорив с ним, Антон понял окончательно. Людку надо выгонять. Она – это настоящий яд, который медленно, но верно разрушает их семью. Придя домой, он застал супругу Тоню одну – сестра, как оказалось, вызвалась погулять с ребёнком, пока Антонина готовила ужин.

– А ты знаешь, что Людку муж из дома выгнал? – начал с порога Антон.

– Антоша, вот ты как баба, все сплетни собираешь! – отмахнулась Антонина, не оборачиваясь. Она помешивала что-то в кастрюле. – Ну да, поссорились они с Васькой. А как ещё, если он бесперспективный и бесхребетный слюнтяй?

– Ага! Наверное, именно это Людка с соседом на своей кровати обсуждала?

– Антош, с каким соседом? Ты чего городишь? – Антонина опешила.

– Не веришь, сама своему зятю позвони. Он тебе в красках всё расскажет. Как она ему изменяла и дома, и на работе. А ты уши развесила, советы от неё слушаешь. Свою семью развалила, теперь и нашу разнести в хлам хочет. Чтобы завтра её в нашем доме не было! Я всё сказал.

И Антон, не дожидаясь реакции жены, удалился в дальнюю комнату, оставив Антонину одну, в полной тишине, размышлять об услышанном. Она стояла посреди кухни, с лопаткой в руке, и пыталась переварить слова мужа.

«Странно! – думала она, медленно опускаясь на стул. – Почему она мне об этом не рассказала. У нас же никогда не было секретов друг от друга. Всегда всё делили, всё обсуждали…»

Но тут Антонина вспомнила. Вспомнила, как Людка всегда говорила ей гадости про её парней. Ещё в школе, стоило только какому-то мальчику понравиться Антонине, как Людка устраивала ему самую настоящую «прожарку». Она находила в нем недостатки, высмеивала его, распускала слухи. Такую «прожарку», после которой Тоне и подходить к нему не хотелось, словно он был прокажённым. При этом сама Людка регулярно гуляла со многими мальчиками, включая тех, кого сама же позорила перед сестрой.

С Антоном Тоня познакомилась, когда Людки не было рядом. Может, только поэтому у них дело дошло до свадьбы, и ее сестра не успела всё испортить.

И вот сейчас Людка приехала, чтобы исправить ситуацию, и сделать так, как всегда делала в их молодые годы.

Но Тоня твёрдо решила. Только не в этот раз. Хватит!

***

– И куда я поеду? – жалобными глазами Людка смотрела на сестру, когда та, без всякого смущения, выставила её за порог с уже собранными вещами.

– Не знаю. К своим мужикам. У тебя же их много, – холодно отвечала сестра, глядя ей прямо в глаза. – А у меня Антон один. И хрен ты меня с ним поссоришь!

Антонина захлопнула дверь перед самым носом сестры, не давая ей возможности что-либо сказать или оправдаться. Это был первый раз в её жизни, когда сестре не удалось разрушить её счастье.