Читать книгу "Ваш новый папа"

Глава 12

Света помогала бабушке полоть грядки. Саша с Ваней вывозили навоз из сарая. Анна Павловна, глядя, как мальчишки стараются, с грустью прошептала:

– Вот не станет деда, вы у меня помощниками так и останетесь, – и с ее глаз покатились слезы.

– Бабушка, – Света подняла голову, – что ты такое говоришь?

– А что тут говорить, плохой дед. Совсем плохой, – женщина вытерла запястьем глаза. – Вчера позвонила… ой, лучше б не было этой Любки. Из-за нее мой Андрюшенька слёг. Как черт из табакерки появился этот Костя, чтоб у него всё поотвалилось. Жили – не тужили, горя не знали. Любка у него бешеная, невоспитанная. Чтоб им всем пусто было.

***

Любка сидела на качелях, которые соорудил муж Нины, Сергей. Поначалу он категорично отнесся к поступку жены – взять в дом двух детей, а потом согласился. Видя, как Нина расцвела, похорошела за эти несколько дней, Сергей и сам обрадовался. Ну и пусть, что дети чужие, своих-то не заимели. Поговорив с Костей, Сергей понял, что ребятишки тому только помешают. Костя рассказал душещипательную историю, как ему досталась эта орава. Мол, жёнка всю жизнь налево ходила, а он в одиночку сына и дочь поднимал. Сейчас Костя вздохнул свободно. Молодой еще, хочется успеть наверстать упущенное. Такая новость удивила Сергея, все-таки отец, а дети – помеха. Но в душе Сергей обрадовался: будет его Нинке забота. Нинка ночами уже не плачет, не корит судьбу, сидит шьет девчонке платья, мальчонке – рубашонку. Песни напевает, порхает как бабочка, всегда улыбается, светится, как ясно солнышко. Документы оформили быстро, и теперь Нина и Сергей стали родителями для Любки и Вити.

– Любаша, пойдем со мной на речку, – предложила Нина, повесив полотенце на плечо, – искупнёмся. А Витя где?

– Он с дядей Сережей на покос пошел. – Люба спрыгнула с качелей.

– Беги, купальник надевай и на речку, – улыбалась ей Нина.

Люба забежала в дом, быстро переоделась, схватила со стола пряник и выскочила на улицу. Вместе с тетей Ниночкой, как называет её Люба, они отправились купаться. День стоит жаркий, небо чистое-чистое, дождя не предвидится. Люба держала за руку Нину и щурилась. Вдруг мимо них проскочила женская фигура, да так быстро, что Нина не успела поздороваться. Обернувшись, она узнала Веру, которая торопилась куда-то. Люба, увидев тётку, у которой она жила, нахмурилась.

– Противная, – сказала девочка, и Нина услышала ее.

– Не нужно так говорить, Любушка.

– Почему? – Люба подняла глаза на нее.

– Она взрослая, а о взрослых плохо говорить нельзя.

– Но ведь она и правда противная. Хитрая и злая.

– У каждого своя жизнь, Люба. И со временем каждый из нас может стать таким же. Как говорится, мы же не знаем, что у кого за пазухой. А может, и я для тебя противная?

– Нет, – Люба прильнула к ее руке щекой, – ты хорошая. Очень хорошая. Мама, мамочка моя.

– Что ты сказала? – Нина замерла. Она этих слов ждала всю жизнь.

– Мама, мамочка моя. Самая хорошая, самая любимая.

На глаза Нины навернулись слезы. Она обняла девочку и всхлипнула. Какое счастье, что у нее появились дочь и сын!

***

Верка неслась к дому матери, не замечая никого вокруг. Она была переполнена злостью, шептала под нос ругательства, представляла мать, грозя ей расправой. Споткнувшись, разбила коленки в кровь. Поднимаясь, женщина прихватила горсть дорожной пыли, отбросила её, оскалившись, как дикий зверь.

– Сволочь! – выкрикнула она и вновь побежала вперед.

Во дворе Анны Павловны было шумно. Мальчишки играли в догонялки, Света, наблюдая за братьями, сидела на крыльце и держала на коленях младшую сестренку. Настя смеялась, вторя братишкам. Она запрокидывала голову и звонко хохотала. Их действия казались ей очень веселыми. Калитка захлопнулась с визгом пружины. Дети остановились и уставились на запыхавшуюся мать. Верка, окинув их злобным взглядом, рванула к крыльцу. Там она толкнула дочь, которая чуть не уронила Настю.

– Падла старая!! – послышалось из глубины дома. – Где мои деньги? Совсем офонарела, зараза?! Отдавай деньги, я сказала! Что мычишь?? Гони сюда, пока я тебе башку не открутила!!

Глава 13

– Бабушка!! – Света быстро передала сестренку Саше и побежала спасать бабулю.

Открыв дверь нараспашку, девочка увидела мать, стоящую к ней спиной. Бабушка стояла у дальней стены, в ее руке была кочерга.

– Не бойся, деточка, – Анна Павловна выглядела смелой, без намека на испуг, – иди, погуляй с братишками и сестренкой. Я тут сама разберусь.

– Сейчас я тебе разберусь, – Вера, сделав шаг к старушке, замахнулась кулаком.

Света, испугавшись за бабулю, закрыла ладонями лицо. Всё произошло молниеносно. Практически без шума. Открыв глаза, Света заплакала…

***

Поздно вечером вернулся с покоса Сергей. Выпрыгнув из трактора, он вытащил из кабины спящего Витю и понес его в дом. Там никто еще не спал. В окнах горел свет, Нина мыла посуду, Люба сидела рядом и рассказывала о своем детстве. Её воспоминания были связаны с одиночеством, ведь папа часто оставлял детей одних и уходил куда-то. Часто возвращался утром. Кормил макаронами, яблоками, иногда жарил картошку.

– Досталось вам, – качала головой Нина, слушая Любу.

Дверь открылась.

– Не ждали? – послышалось с порога. Сергей говорил шепотом, чтобы не разбудить мальчика. – Умаялся. Такой прыткий оказался, за рычаги хватается, рулит. Прям, как взрослый. Настоящий мужик растет.

Нина, улыбнувшись, быстро вытерла руки и поспешила расстилать постель для Вити. Люба, как хозяйка, встала, открыла холодильник и принялась выставлять на стол ужин для дяди Сережи.

– Она меня сегодня весь день мамой называет, – шептала Нина, глядя, как муж накрывает Витю одеялом. – Представляешь?

– Представляю, – кивнул Сергей.

Выключив свет, они вышли из комнаты.

– Андрей Алексеевич умер, – шепнул Сергей, вздохнув. – Жалко его.

– Да ты что? – Нина округлила глаза. – А я и не знала.

– Мужики сейчас рассказали. Мать Ильи в медпункте была, там как раз позвонили и… Не знаю, как теперь Анна Павловна одна будет.

– Вот и я думаю, никому она не нужна. Верка спивается, старшие дочки к матери не приезжают. Светка только у нее, да и младшие.

– Верку в больницу увезли, – Сергей переминался с ноги на ногу.

– Как это? Утром ее видела, пьяненькую.

– Я не понял, как и что получилось, но у нее голова пробита. Может, я что-то не так расслышал, но говорили, вроде как она в пьяную драку ввязалась, что ли.

– Господи, вот неймётся бабе, – Нина приложила пальцы к губам. – А дети теперь как же?

– У бабки пусть живут. Если что, мы поможем.

– Хорошо, что мы Любу и Витю забрали из этого ада.

***

Очнулась Вера в больнице. Голова перебинтована, глаз заплыл, руки дрожат, всё тело ломит. Она хотела приподняться, но слабость одолела женщину. Соседка по палате не спала. Она читала журнал и, увидев, как Вера пыталась встать, сказала в грубой форме:

– Лежи уже, болезная. Ну ты тут и устроила. Тебе укол поставить хотели, успокоительный, а ты так извивалась, что с тобой втроем справиться не могли. Такой кипиш навела, что тебя чуть в дурку не отправили.

В голосе женщины были слышны нотки сарказма.

– Что? Какую дурку? – еле слышно спросила Вера, прикрыв глаза.

– Ты же на врача бросалась, когда тебе голову бинтовали. Орала на него таким матом, что в другом конце коридора было слышно. Драться лезла, про какую-то бабу лепетала. Что, небось, мужика с любовницей застала? Представляю, как ты ее отметелила. Может, расскажешь? Я страсть, как люблю об этом слушать?

– Кто ты? Где я? – Вера открыла глаза, комната поплыла, и она вновь их закрыла.

– Ну ты и правда дурная. – хмыкнула незнакомка. – То орешь, то шепчешь. Ты из этих… шизиков, что ли?

– Мама-а-а-а, – протянула Вера со стоном в голосе.

– Во те раз! Теперь маму зовет. И правда, дура.

– Да отстань ты от нее, – шикнула на нее соседка, кровать которой стояла рядом с ней. – Не видишь, все мозги вышибли. Зовут-то тебя как? – спросила она у Веры.

– Не знаю-у-у-у, – Вера положила ладонь на лоб.

– Ну вот, говорю же, вышибли. Ох бедная ты бедная. Надеюсь, родня у тебя есть. Вы́ходят. А то так и останешься с амнезией на всю жизнь.

Глава 14

Анна Павловна, дав объяснения милиционерам, проводила их, села на лавку у дома, выдохнула. Света появилась перед ней, обняла бабушку и тихо сказала:

– А если узнают, что ты соврала, что будет?

– Не узнают, если ты сохранишь это в секрете.

– Я никому не скажу, – Света еще сильнее прижалась к бабуле. – Честно-честно.

Но на следующий день вся деревня была в курсе, кто «отоварил» Верку по полной. Люди были в ужасе, узнав, как пожилая женщина опустила на голову собственной дочери железную кочергу.

– Это ж надо! Верка в больнице, а этой и дела нет. Ходит, как ни в чем не бывало, в магазин, за водой. У нее про Верку спрашивали, а она плечами пожимает и говорит, мол, ничего не знает.

– Да она смолоду была злой. Помню, как Верку прутом гоняла по улице. Девчонка орет, плачет, а этой хоть бы хны.

– Да не было такого. Верку на руках всю жизнь носили. Пылинки с нее сдували. Чуть что, Андрей Алексеевич с разборками подлетал к мальчишкам.

– Верка сама на них вешалась, а потом жаловалась. Хитрая была. Вот ее Анна и лупила, а Андрей, не разобравшись, заступался перед парнями.

Анна Павловна, придя домой из сельпо, поставила сумки на пол, села на табурет и заохала.

– Светка! Где ты есть? Иди-ка сюда.

Света в это время мыла пол в комнате. Повесив тряпку на край ведра, пришла к бабушке.

– Ну? Рассказывай, откуда соседи про меня и Верку прознали?

– Я ничего не говорила, – удивилась девочка.

– Как же, не говорила она. Небось подружкам своим растрепала, вот вся деревня и гудит.

– Бабушка, это не я! – всплеснула руками Света.

– А кто ж? Сашка куда подевался? Зови его сюда.

Света обошла дом. Саша вместе с Ваней мастерили скворечник. Ваня подавал гвозди, Саша вбивал их в доски.

– Саш, бабушка зовет, – Света выглядела грустной.

Саша, отложив молоток, подошел к бабуле.

– Ну? А ты, что мне скажешь?

– Про что? – спросил Саша, вытирая пот со лба.

– Кому рассказал, что я мамке вашей голову «поправила»?

– Никому.

– Ну как же, все вокруг ходят и говорят, что ты о бабушке небылицы складываешь.

– Не знаю, – помотал головой мальчик.

– Так, – Анна Павловна встала. – Ванька! Подь сюды.

Ваня вышел из-за угла дома и встал как вкопанный. Вытянувшись в струну, мальчик сжал губы.

– А ты, друг мой любезный, что бабушке скажешь? Ну? Я жду. – строго заговорила женщина.

– Про что? – Ваня повторил слова старшего брата.

– Про всё. Зачем друзьям сказал, что бабушка мамку твою обидела, а? Кому именно сказал? Алешке или Петьке?

– Петьке, – пробормотал Ваня, виновато опустив глаза.

– Молодец! – покачала головой бабушка. – А у Петьки этого мамка – первая сплетница на селе.

Ваня заплакал. Он понимал, что виноват, но уже поздно с этим делать что-то. Мальчик так расхвалила бабулю перед другом, что тот не выдержал и всё доложил своей матери.

***

Нина приехала из города и сразу направилась в дом Анны Павловны. Та ждала ее, чтобы обсудить вопрос похорон.

– Тёть Ань! – Нина встала у калитки.

Анна Павловна вышла на крыльцо и кивнула ей. Нина открыла калитку, подошла к дому.

– Проходи, – пригласила хозяйка.

Нина поднялась по ступенькам. Её шаг был тяжелым, будто Нина горевала больше, чем сама Анна Павловна. Анна выглядела бодро. Старалась держаться. Завтра привезут тело мужа, которое должно простоять в доме сутки. Нина провела подготовку к прощанию, купила в городе новую рубашку для Андрея Алексеевича по просьбе его жены, заказала венки, ленты, попросила местных мужиков выкопать могилу.

– Ну что ж, – Анна Павловна села за стол, положила руки на столешницу и вздохнула. – Значит, тому и быть.

– Тёть Ань, – тихим голосом заговорила Нина, усаживаясь напротив нее, – завтра утром я приду, Сергей поможет, пару девчонок я позвала, чтобы сегодня помогли начать готовить поминальный стол.

– Спасибо, спасибо тебе, Ниночка, – кивнула Анна, уставившись на двор за окном.

– Проводим, как полагается, – еще тише заговорила Нина, опустив глаза.

Анна почувствовала, будто Нина не договаривает что-то. Повернула на нее голову и спросила:

– Есть еще новости?

– Есть, – Нина начала теребить пальцами край клеенчатой скатерти.

– Так не молчи, говори уже.

– Я к Вере в больницу заезжала.

– И что она? Меня во всем винит?

– Анна Павловна, – Нина набрала воздуха в легкие, – тут дело такое…

– Ну, не тяни.

– Вера не помнит ничего.

Анна хмыкнула.

– Куда ж ей помнить, если все мозги водкой залиты.

– Нет, тут другое. – после секундной паузы Нина продолжила: – Она вообще ничего не помнит.

– Подлечат, вспомнит.

– Нет, вы меня не поняли. Мало того, что не помнит, она не узнает никого.

– Как это? – брови Анны взмыли на лоб.

– Память у нее отшибло. Она даже имени своего не знает. Сколько ей лет… где живет. Беда, тёть Ань, беспамятная она.

Глава 15

Анна Павловна, наслушавшись Нину, решила навестить Веру. Какая бы она ни была, но она – дочь! Через день, после прощания с мужем, Анна отправилась в больницу. Поговорив с врачом, вошла в палату. Вера сидела на кровати, уставившись в окно. Анна прямиком направилась к ней. Села на стул, стоящий рядом с тумбочкой, тихонько позвала Веру.

– Доченька, – голос Анны дрожал. – Верочка…

Вера обернулась. Увидев седовласую женщину, поздоровалась. Анна ответила ей приветствием и пересела на кровать.

– Как ты, родная моя? – глаза Анны заблестели от выступивших слез.

Вера молчала, глядя в окно.

– Болит? – Анна осторожно дотронулась до бинта на голове.

– Болит, – с хрипотцой в голосе ответила ей Вера.

– Ты прости меня, доченька. Я не хотела. – Анна вытерла соленые капли на щеках. – Так получилось.

– Что получилось? – спросила Вера.

– Ты ж не помнишь ничего, – кивнула Анна. – Горе мое луковое. И меня не узнаешь.

– А мы с вами знакомы? – Вера повернулась к Анне. В ее взгляде читалось недоумение.

– Ну конечно. Я – мама, – Анна показала на себя пальцем, потом на нее, – а ты – моя доченька. Младшая.

– Младшая?

– Вас у меня трое. Старшие уехали, а ты… ты со мной осталась, – Анна опустила глаза.

– Ничего не помню, – Вера отвернулась.

– Доченька, скоро тебя выпишут. Я сразу приеду за тобой, поедем домой. Будем жить, как раньше.

– А папа? – Вера вновь повернулась. – У меня есть папа?

Анна вздохнула.

– Был. Вчера схоронили.

– Жалко. Я бы хотела на него посмотреть.

– Приедешь, посмотришь его фотографии. Верочка, у тебя и детки есть – Света, Саша, Ваня и Настюшка.

– И муж?

– Мужа нет. Не сложилось у вас. Детки твои для тебя опора. Ты сейчас не работаешь, с малышкой дома. Живем на мою пенсию…

– И алименты? – перебила ее Вера.

– И алименты. Верочка, ты не переживай, мы хорошо живем. Дружно. А людей в деревне не слушай, они у нас всегда больше всех знают, – Анна решила заранее предупредить, чтобы потом, когда Вера вернется, ей ничего плохого не рассказывали. – Вот поправишься, а там начнем новую жизнь. Добрую, светлую.

***

Света помогала бабушке чистить овощи для обеда. Уже прошло несколько дней, как Вера в больнице. Сегодня ее выписывают. Нина обещала зайти за Анной Павловной, чтобы они вместе поехали забирать Веру. Швы ей сняли, врач убежден, что амнезия исчезнет, как только Вера переступит порог родного дома.

– Бывали случаи, когда пациенты, увидев всю семью разом, мгновенно прозревали. А однажды, один старичок, посетив могилу своей жены, сразу вспомнил ее. – говорил доктор Вере, передав ей эпикриз.

Вера кивнула, взяла свои вещи и покинула палату. Даже не попрощавшись с соседками.

– Вот увидите, – как только за Верой закрылась дверь, заговорила та, которая посмеивалась над ней, – пригубит горькую, сразу вспомнит и семью, и подружек закадычных. И всё пойдет по накатанной. До первой драки.

– Зачем ты так говоришь? – спросила ее другая женщина. – И вообще, с чего ты взяла, что она пьяница?

– А то по ней не видно. Да я таких за версту чую. Насмотрелась за свою жизнь. Хитрожопая она, зуб точит. Вот интересно, на кого?

Во дворе Веру ждали Нина, мама и старшая дочь Света. Дверь открылась, на крыльце появилась Вера.

– Ну? – подтолкнула Анна внучку. – Беги. Обними мать. Авось, с этого дня всё у вас наладится.

Света не побежала. Робко подошла, встала перед ней. Вера смотрела на нее невозмутимым взглядом.

– Привет, – сказала Света.

– Привет, – Вера приподняла уголки губ.

– А я Света.

Вера кивнула. Света чувствовала странный холод, исходящий от матери. Но еще утром бабушка предупредила, что у мамы отшибло память, поэтому не стоит удивляться, если она пока не вспомнит ничего. Света обняла мать за пояс и зажмурилась. Вера, положив ладони на ее плечи, подняла глаза на Анну Павловну, потом перевела взгляд на Нину. Вера кивнула ей. Нина тоже ответила кивком.

– Вот и славно, – улыбалась Анна, вытирая слезы. – По-новому теперь у нас станет. По-хорошему.

– Дай-то бог, – шепнула Нина и направилась к Вере.

***

Отходя от остановки, Вера крутила головой. Она рассматривала местные пейзажи, слушала непрерывное карканье ворон, улыбалась прохожим.

– Верка! – окликнула ее женщина, выходящая со двора. – Ты?

Вера остановилась.

– Глянь-ка, а тебя не узнать! Личико побелело, смотришь по-другому. Как дела-то у тебя?

– Нормально у нее дела, – Анна Павловна встала между ними, не давая поговорить. – Вера, пойдем домой. Нечего тут под солнцем стоять.

– Верка! За ум, чтоль, взялась? – захохотала женщина, запрокинув голову.

– Не слушай ее, – ворчала Анна дочери, – это Чекушкина, известная сплетница на всю округу.

Анна спешила увести дочь, чтобы мать Петьки, друга Вани, не успела растрепать чего лишнего.

– Верка! – не унималась Чекушка (как прозвали ее местные). – А Костик-то твой скоро опять отцом станет! Анька забрюхатила! Аха-ха-ха-ха!!!

Вера остановилась. Задышала тяжело. Она обернулась и прищурилась.

Глава 16

– Верочка, – Анна Павловна увидела, как ту повело в сторону.

Нина поймала Веру за руку.

– Что с тобой? – Анна схватила ее за другую руку.

– Голова закружилась, – прошептала Вера, прикрыв глаза.

Анна повернула голову на Чекушку, нахмурилась и закричала:

– Что тебе от нас надо? Не видишь, ей плохо?? Она только что из больницы! Отойди по-хорошему, зараза такая. Уйди с дороги!

– Да ладно-ладно, – вытаращилась на них Чекушкина, – я-то что, я ничего.

Она направилась к своей калитке. Оглядываясь, подумала о том, что Верка, видимо, стала приличной бабой. Хотя… такие, как она, не меняются.

Дома Анна уложила Веру в свою постель. Ваня был рад увидеть маму. Он подбежал к ней, обнял и заплакал.

– Погоди ты, – Анна отвела внука в сторону. – Дай ей передохнуть. Потом помилуетесь.

Вера уснула. Нина и хозяйка дома уселись в кухне.

– Слава богу, что все обошлось, – качала головой Анна, помешивая сахар в кружке с чаем. – Я так боялась, что эта Чекушка ей лишнего наговорит. Ох какая злобная баба, аж бесит. Ей лишь бы языком молоть.

– Теперь надо, чтобы Вера никуда пока не ходила, чтобы к ней не приставали местные любопытные кумушки, – задумчиво проговорила Нина.

– Никуда ее не отпущу, пусть дома сидит. Если что, в магазин Светка сбегает. Да, Светланка?

Девочка сидела напротив бабушки, пила горячий чай. Кивнув бабуле, потянулась за пряником.

– Ну вот, вместе мы справимся. Убережем нашу Верочку. – полушепотом заговорила Анна. – Девять дней семейством справим, а на сорок никого не позову. Нин, ты с мужем приходи. А вот насчет, – она заглянула в глаза Нины, – Любки… не приводи. Не нужно. А то вдруг ляпнет чего. Договорились?

– Поняла, – кивнула Нина.

***

До поминок Вера была ниже травы, тише воды. Сидела на лавке, любовалась солнечной погодой, щелкала семечки. С детьми разговаривала ласково, с младшим сыном держалась отстраненно. Вроде как не узнает никого, а с маленькими так вообще не знает, как обращаться. Ваня приносил ей свои игрушки: машинки, трактора, которые купила бабушка. Просил поиграть с ним, но Вера отмахивалась, мол, не знает игр, не умеет, устала или голова разболелась. Ваня обижался и уходил к старшему брату. Помощи у Веры Анна не просила. Повторяла одно и то же:

– Сиди, сиди, мы сами. Тебе сил набираться надо.

Вера смотрела, как Светлана развешивает белье, полет грядки, чистит картошку для обеда. Она всматривалась в лицо девочки и щурилась, как будто хотела что-то прочитать в ее глазах. Света не особо общалась с матерью. Так, перекинется парой слов и продолжает заниматься своими делами. Вера не задавала вопросов, например: «В каком классе учишься? Сколько тебе лет?»

Жили, будто чужие люди, а не дочь с матерью.

– Сегодня девять дней моему Андрюшеньке, – пришла из магазина Анна. – Надо бы помянуть.

Глаза Веры загорелись. Она наблюдала, как Анна выкладывает покупки на стол: колбаску копченую, консервы, сладости…

– Поминать будем киселем, – пояснила Анна, складывая пустую сумку. – Водки на столе не будет.

Она сказала это невзначай. Мысли вслух. Но Вера, переменившись в лице, ушла в комнату. Анна не заметила ее погрустневшей мимики и продолжила вести монолог.

– Помянем, сходим на кладбище. Надо бы цветочков отнести, да могилку прополоть. А то что ж, зарастает. Вон, какая ясная погода стоит. Дождик прошел недавно. Самая благодать для сорняков.

Вера лежала на кровати, уставившись в потолок. Скукота, спасу нет. Заняться нечем, вокруг дети снуют. Надоели. Сейчас бы уехать куда-нибудь, чтобы начать жизнь сначала.

– Мама-а-а, – Ваня опять пришел клянчить внимание матери. Он встал у постели, положил на покрывало домино. – Давай поиграе-е-ем. Мама-а-а-а, Саша ушел к друзьям, а меня бабушка не отпускает. Говорит, что я много чего рассказываю.

– Чего? – Вера повернула голову на мальчика.

– Меня ругали, что я на окно залез и увидел, как бабушка тебя побила. Я Петьке рассказал, а потом бабушка на меня ругалась.

– Что? – Вера села.

– Тебя потом врач забрал. А мне так грустно стало, что я плакал долго. Света говорит, что ты нас не любишь, а Сашка говорит, что ты очень злая. Мамочка-а-а-а, ну давай поиграем. А то я опять заплачу.

Вера, сжав челюсти, встала. Прошлась по комнате, выглянула в окно. Ваня подошел к ней, взял за руку.

– Ну ма-а-а-ам, давай поиграем в домино-о-о-о!

Его противный, тягучий голос врезался в уши Веры. Она тяжело задышала, приподнимая грудь. Ваня повис на ее руке и его ноги оторвались от пола. В плече Веры возникла резкая боль.

– Да отвали ты, бестолочь!!! – выкрикнула Вера, одернув руку.

Мальчик упал попой на пол и заревел на весь дом.