Текст книги "Гарантийные человечки. Все истории"

Глава 17
На люстре

Утром Татьяна внимательно исследовала все меловые дорожки.

– Мама, мама! Иди сюда. Есть человечки! Есть человечки! Вот, пожалуйста, они следы оставили!

– Как так следы? – спросил Холодилин радиомастера. – Ты что, слезал с лошади?

– Нет, не слезал. Просто мой мышонок пониже. И я, наверное, ногами задевал.

– Мышиные лапки я вижу, – с тревогой сказала мама. – А насчёт человечкиных следов сомневаюсь.

– А я не сомневаюсь! – кричала девочка.

– Глупость всё это! – сказала мама. – Я тридцать лет на свете живу, а ничего подобного не слышала. Вот котёнка я тебе, пожалуй, подарю.

– И котёнок хорошо! И человечки хорошо! – танцевала девочка. – Я их теперь обязательно найду. Они где-то около холодильника прячутся.

– Ты сначала позавтракай, – сказала мама. – И подумай ещё: стоит ли их ловить, раз они от тебя скрываются?

И девочка сразу погрустнела:

– Ты знаешь, мамочка, наверное, не стоит. Мне просто на них посмотреть хочется, как они там живут. Я даже сама не знаю, откуда во мне такое ловительство. Я посмотрю на них и отпущу.

Всё-таки вредная половинка Яна не всегда брала верх. Юшечка тоже могла говорить своё слово.

Гарантийные сидели на люстре и ломали головы: как же им теперь спуститься вниз, как выбраться из западни.

А в доме вовсю шли приготовления к дню рождения. Покупались продукты, мылся пол, и девочка Таня всё говорила маме:

– Мама, мама, обязательно отодвинь холодильник! Вон за ним как много пыли.

– Придумал, – вдруг сказал Холодилин, сидя на краю люстры. – Есть выход. Мы парашюты сделаем.

– Как же мы их сделаем? – возразил Новости Дня. – У нас и материи нет.

– Нам и не нужна материя. Мы их из нитрокраски сделаем. Вот эти лампочки большие видите?

– Видим.

– Мы верхушки нитрокраской покроем из пульверизатора. Краска высохнет, и получится плёнка. Пожалуйста, снимай её – вот тебе и купол парашютный!

– Но она же прилипнет к стеклу, – сказал Новости Дня. – Её никакой силой не отдерёшь.

– И неправда, – возразил Холодилин, – Смотрите, сколько пыли на лампочках. Краска до стекла даже и не достанет… А ну-ка за дело!

Он вытащил баллончик с пульверизатором и, как только хозяева куда-то ушли, осторожно стал покрывать верхушку лампочек краской. Слой за слоем. Нитрокраска очень быстро высыхала, и прямо на глазах у человечков получались белые парашютные купола. Оставалось только снимать их, как кожицу с гриба маслёнка.

– Ура! – закричал Пылесосин. – Спасены!

Потому что сделать стропы из запасного мотка с проволокой было проще пареной репы.

День рождения у Тани вышел на славу. Гости пели, танцевали и вообще всячески веселились. И чего только не подарили девочке! И куклу, и краски, и грузовой автомобиль, и новую немецкую игрушечную стиральную машину.

– Интересно, а в ней есть гарантийный? – спросил Пылесосин. – Вот бы поговорить.

– Конечно, должен быть, – сказал Буре.

– Не думаю, чтобы там кто-нибудь был, – сказал Новости Дня. – Дети очень часто игрушки до ниточки разбирают. Там находиться опасно.

– Мама, – спросила Таня, – а ты почему мне ничего не подарила?

– Будет тебе подарок, – сказала мама. – У моей сотрудницы по работе кошка котят родила. Только они пока маленькие. Вот когда приедем в город, они подрастут, и мы одного заберём. А сейчас твой подарок ещё ходить не умеет.

– Ой, мамочка, как хорошо! – запрыгала Таня. – Какая ты у меня замечательная мама! Самая подарочная! Умница!

Наконец-то пришёл вечер. С ним пришла тишина. А потом настала лунная ночь. И все в доме крепко заснули.

Гарантийные с пристёгнутыми парашютами ждали на краю люстры.

Вот послышался цокот коготков, и на середину комнаты выбрался белый Вася.

– Эй, гарантийные, спускайтесь, я знаю, где ваша Машка!

Человечки, как по команде, сиганули вниз.

На улице было тепло и непривычно. И во все глаза светила луна.

По обочине дороги человечки пробирались на край деревни. Там, в последнем доме, по сведениям мышонка Васи, проводила всё своё свободное время легкомысленная кукушка Машка. Потому что в том доме тоже были старинные часы. В часах тоже жила кукушка. Звали её, а вернее его – Петька.

Гарантийные пробирались сквозь густую траву, стараясь не показываться в открытых местах.

– Я первый раз так иду, – сказал Иван Иванович.

– А я сколько раз! – сказал Новости Дня. – Вертолёты ведь далеко летать не могут. Вот и добираешься пешком на попутках на свой завод.

Он шагал впереди, прокладывая дорогу и посматривая, нет ли какой опасности – кошки там или филина. Перед собой он держал две проволочки от конденсатора, а сам конденсатор был в рюкзаке. Шествие замыкал Холодилин с баллончиком в руках.

Ни кошки, ни коршуна не было.

И вообще не было особых приключений. Только один запоздалый ночной и бестолковый индюк попытался их поклевать. Но радиомастер протянул к нему проволочки, и шесть килограммов индюшатины в ужасе унеслись в неизвестном направлении.

Вот и крайний дом. Двери закрыты, а окна заколочены. Но мышонок знал здесь все ходы и выходы. Он приподнял половицу под дверью, и человечки пробрались внутрь.

– Мы здесь раньше жили, – сказал Вася. – Пока хозяева в город не переехали.

В доме было чисто и пусто. В большой комнате висели старинные часы. Человечки покричали и пошумели, и к ним сверху упала верёвочная лестница.

Хозяин был дома. Это был плечистый седобородый старик. Он встречал гостей на площадке внизу, придерживая огромного цепного паука. В руке он держал горящую свечу.

– Тихо, Бац-Бац! На место. Кому говорят!

Паук с недовольным ворчанием удалился в свою будку – тёмный угол часов, занавешенный паутиной.

– Сергей Сергеевич Мозер, – представился хозяин и поклонился в пояс.

Он быстро вскипятил самовар и стал угощать пришельцев. Но Машку отдать наотрез отказался.

– Это как голуби, – сказал он. – Я подманил. Была ваша Машка, стала наша Глашка. Не зевайте в следующий раз. А у меня теперь пара.

Старик оказался интересным. Он привык к одиночеству и не тяготился им, как не тяготятся пожилые лесники и пасечники. И вообще он вёл скорее крестьянский, чем мастеровой образ жизни. Даже пчёлы у него были. Вернее, осы.

Буре совсем было загрустил, но Пылесосин нашёл выход.

– А сменять можно? – спросил он у старика.

Старик недоверчиво покосился на него:

– А на что?

– Вот на это. – Он вытащил из рюкзака пружину.

Глаза у Мозера загорелись. Пчёлы пчёлами, природа природой, а всё-таки он был мастер. И неплохой, судя по тому, сколько лет служили его часы и как они выглядели.

– Вот черти хитрые! – сказал он. – Ладно, берите вашу бестолковушку!

Он вышел из комнаты и принёс пучеглазую Машку. Кукушка увидела Буре, захлопала крыльями и радостно уселась к нему на плечо.

– Всё, – сказал Холодилин. – Прощаемся.

Мозер проводил их до лестницы. Придержал Бац-Баца и пожелал счастливой дороги. Уже начинался рассвет.

– Ну, как дальше? – спросил Буре, когда они вышли из дома.

– Очень просто, – ответил Холодилин. – До ближайшего шоссе. Там у километрового столба делаем знак. Ставим наверх цветок и ждём.

– Чего ждём?

– Увидите.

И вот целый час стоят они возле километрового столба. На столбе цветок. А они ждут.

У-у-у-у! – послышался вой мотора издалека. Показался новенький, с иголочки, грузовик.

– Приготовиться! – приказал Холодилин. И точно, вдруг грузовик стал пыхтеть, чихать, дёргаться и резко сбавлять скорость. Около километрового столба машина остановилась.

Из кабины вылез молоденький недоумевающий шофёр, открыл капот и стал копаться в моторе.

– С чего бы это? – говорил он, почёсывая затылок. – Ехал, ехал – и вдруг! Совсем ведь новый мотор. Ещё гарантия не кончилась.

Тут из мотора грузовика рядом с передним колесом выпала верёвочная лестница. Человечки подхватили рюкзаки и ринулись внутрь. И вместе с ними, конечно, Вася.

– Быстрее, быстрее! – говорил маленький человечек в чёрном комбинезоне. Он стоял наверху.

Путники оказались в довольно уютной, хотя несколько замасленной комнате-мастерской. И как только они вошли, хозяин немедленно исчез. Через две минуты мотор снова запел песню, и они поехали.

Глава 18
Почему мы, гарантийные, хорошо на свете живём

– Ничего не понимаю, – сказал Буре хозяину комнаты, когда тот вернулся. – Вы что, специально за нами ехали?

– А чего понимать-то? – ответил автомастер. – Увидел я знак, и всё. И остановил машину.

– Но как?

– Да просто. Прекратил подачу бензина. А потом снова завёл. Всё путём. В первый раз, что ли?

– А что шофёр?

– Он подумал – песчинка попала. Да мало ли что!

– А я вас знаю, – сказал Пылесосин. – Вы – Карданыч. Вы нас на дачу перевозили.

– И совсем нет. Я – Рессорыч. А Карданыча я знаю. Мы в одном парке работаем. Вы лучше скажите, кому куда.

Человечки назвали адреса.

– Всё путём, – сказал Рессорыч. – Прокат холодильников на нашей улице. Радиозавод рядом. Карданыч туда ездит. Да и мастерская по ремонту пылесосов где-то по дороге будет. А вот вам куда? – обратился он к Буре.

– Поедете со мной? – спросил Буре у мышонка.

– Ещё как!

– Тогда нам на улицу Водопроводчика Петрова.

– Ладно, – согласился Рессорыч. – Только вам придётся со мной поездить. Может, неделю. Может, две. Мы в тех краях редко бываем. Там заводов нет.

– А как вы в дом проберётесь? – спросил Холодилин.

– Проберутся, – сказал Говорит Москва. – Через балкон. Или через чердак. Или через вентиляцию. Или по антенне. А лучше всего ты им присоски свои отдай.

– И верно, – согласился Холодилин. – Держи, Иван Иванович.

– Ну что же, – сказал Буре, – давайте на всякий случай прощаться. Очень я к вам привык. Сдружился за это время. Я теперь как осиротею.

– Ничего, – успокоил его Пылесосин. – Может, кто у вас новый появится. В стиральной, например, машине приедет.

– То ли появится, то ли нет, – возразил Буре. – А потом, пока я к ним привыкну, пока подружусь, как с вами, им уже и уезжать пора.

– Не прав ты, Иван Иванович, – сказал Холодилин. – Почему мы, гарантийные, хорошо на свете живём? Да потому, что мы не привыкаем друг к другу, а сразу ладим. Мы к каждому мастеру подходим так, будто всю жизнь его знали. И не просто знали, а как хорошего человека. Верно, Рессорыч?

– А что? Всё путём.

– А хочешь, Рессорыч, я тебе перочинный нож подарю? Или фонарик новенький?

– Нож-то мне ни к чему, – отвечал мастер. – А вот от фонарика я бы не отказался. Дари, коли не жаль.

А мотор всё гудел и гудел. А дорога всё бежала и бежала под колёсами.

Холодилин отвёл Буре в сторону и сказал:

– У тебя, Иван Иванович, хорошее дело может выйти. Ведь до сих пор мыши с людьми не ладили. А ведь можно их помирить. Чем мыши, например, собак хуже? Или пчёл?

– Понял, – сказал Иван Иванович. – Постараюсь.

А дорога всё бежала и бежала назад. И становилась всё короче и короче. Всё путём.

Эпилог

Девочка Таня всё излазила на даче. Но не нашла человечков. И грустно-прегрустно ей стало. И немножко совестно.

– Мама, – сказала она, – я больше не буду человечков искать. Ведь если они от меня прячутся, то знают почему. Пусть живут, как им хочется. Даже если их нет. Если они мне приснились.

И вдруг она увидела кончик белого листка, торчащего из-под холодильника. Девочка взяла его и прочитала:

Никаких человечков нет.

Это всё тебе приснилось.

Но котёнка у мамы не проси.

И. И. Буре

И опять Иван Иванович жил в часах. Он, да Машка, да мышонок Вася.

Замечательно они жили. Просто очень хорошо. Только Машка отличилась. Стала яйца нести. Нет чтобы своё гнездо свить, так, здрасте пожалуйста, начала из дома вылетать и по разным часам их раскладывать. Ничего не поделаешь – она же кукушка, а не курица. И в разных часах в разных квартирах стали птенцы выводиться.

Вот почему в современных домах среди современной мебели так много стало обыкновенных деревенских ходиков с кукушкой.

Вы это тоже заметили?

Гарантийные возвращаются

Глава 1
Начало данного сезона

В подмосковном округе Опалиха есть деревня Дорохово, а рядом дачный посёлок Лётчик. Каждый год в одно и то же время из Москвы на дачу переезжает одна семья – мама и дочка. Папа приезжает редко, ведь недаром посёлок называется «Лётчик».

Маму зовут Света, дочку Таня. Каждый раз, прежде чем переехать, они перевозят на дачу необходимые вещи.

И в этот год, как всегда, на ту же дачу, примерно в то же время, приехала та же грузовая машина. Она привезла холодильник, приёмник, пылесос и много всякой домашней техники. Ладные сине-форменные грузчики всё расставили по местам и уехали.

А самих дачников пока ещё не было.

Сначала в большой комнате была тишина, потом послышались тихие металлические звуки. Это были не просто ремонтные звуки, это были сигналы:

«Я здесь. Я приехал. А кто вы?»

Из бытовых приборов стали потихоньку выходить на пол гарантийные. Если кто не знает, я расскажу.

На каждое новое техническое изделие фирма, которая это изделие изготавливает, даёт определённый срок гарантии. Как правило – это год. И за этот год, как правило, с изделием ничего плохого не происходит. Телевизор показывает, пылесос пылесосит, часы тикают. И всё потому, что в каждом изделии на всё это время поселяется специальный гарантийный мастер.

Вот так приехала бытовая техника на дачу, и в бытовой технике приехали наши старые знакомые – часовой мастер Буре с кукушкой Машкой, мастер по холодильникам Холодилин и пылесосовый ученик Пылесосин.

Вместе с ними приехал белый мышонок Вася, который был подручным часового мастера Буре.

Этот мышонок когда-то жил в живом уголке в доме детского творчества. Однажды ночью он залез спать в модель планера, а утром ребята эту модель запустили в небо. Планер долго кружил и, наконец, опустился на землю в поселке Лётчик. А когда в посёлок прибыли наши гарантийные, Вася сразу подружился с ними. Особенно с Буре, с которым теперь не расставался.

За этот год на даче появилась новая швейная машинка «Зингер». Она была абсолютно свежая, очевидно, в ней тоже находился гарантийный мастер. И появился ещё новенький радиоприёмник «Москва». Ясно было, что без радиомастера в нём не обойтись.

Постепенно, перестукиваясь, человечки вышли на середину комнаты и стали осматривать своё новое старое жильё. Они давно были знакомы друг с другом и лишний раз обрадовались, что здесь собралась такая хорошая компания.

Только странно было, что из швейной машинки и из радиоприёмника никто не показывался.

Холодилин стал тихонько постукивать по ножке холодильника: «Тук-тук, тук-тук-тук. Тук-тук, тук-тук-тук». Это были сигналы, понятные гарантийным: «Выходите, мы здесь. Выходите, мы здесь».

Наконец приоткрылась дверца в задней крышке приёмника, и наружу выбрался маленький, очень аккуратно одетый человечек.

– Привет, – сказал он. – Говорит Москва.

– И что она говорит? – спросил Холодилин.

– Ничего не говорит, – ответил человечек сверху. – Это моё имя. Вы что, забыли?

Очень часто гарантийных называли в честь того изделия, к которому они были прикреплены. Холодилин, Пылесосин и Буре поклонились знакомому радиомастеру.

– А я – Шпулька, – вдруг послышался девчоночий голос из швейной машинки, и из люка для челнока высунулась ярко окрашенная девочка в платьице из лоскутков. – Всем привет.

– Ничего себе, – сказал Пылесосин, – девчонок стали выпускать.

Он имел в виду училища или техникумы, которые готовили гарантийных мастеров.

– Почему вы не спускаетесь? – спросил Холодилин.

– Это очень опасно, – ответил Говорит Москва. – Там мыши. Их много.

– Они вас могут схватить, – добавила со своего стола Шпулька. – Они нам уже угрожали.

– Ничего себе! – сказал Холодилин. – Я думал, что после того раза они стали умнее.

Он рассказал новенькой случай, который произошёл на этой даче в прошлый сезон. Тогда гарантийные как следует проучили мышиного короля и всё мышиное войско. Они сбросили к ним в погреб крепко сжатую часовую пружину в масле. Когда проволока, сдерживающая пружину, была перегрызена, пружина развернулась вовсю и хорошо наподдала настырным воякам.

– Вот что, – сказал Холодилин, – я приглашаю всех к себе в гости в холодильник. Устроим вечеринку.

Я думаю, если мы будем держаться группой, они не посмеют на нас напасть.

– А я пойду на разведку, – сказал мышонок Вася. – Я всё-таки немного их. Немного мышиный.

– Иди, сынок, – сказал мастер Буре. – Но будь осторожен.

Глава 2
Новости

Вечеринка получилась на славу. Холодилин соорудил чай в маленьком электрическом чайнике, принёс несколько изюмин из старых запасов, а из металлического сейфа для инструментов вынул печенье.

Он был такой хозяйственный, что даже чашек у него хватило на всех.

Гарантийные обменивались новостями. Собственно, новости главным образом были у радиомастера. Вот что он сообщил.

Вместо специальных училищ при фабриках, на которых готовились гарантийные мастера, создан единый центр подготовки мастеров. И там готовят гарантийных широкого профиля, чтобы один и тот же мастер мог работать везде.

– Я слышал об этом, – сердился Холодилин. – От этого качество подготовки мастеров упало. Ну, вы сами посудите – у автомобильного мастера спрашивают: «Сколько колёс у машины?» Нужно выбрать один из четырёх ответов: «Два. Три. Четыре. Шесть».

– А у меня спросили, – вмешалась Шпулька, – что используется при шитье на швейной машинке для соединения тканей: клей, степлеры, колючая проволока, нитки?

– Это же позор. Так только дурачков можно готовить, а не мастеров, – сказал Пылесосин.

Говорит Москва возражал:

– Если так решили, значит, так надо было решить. Руководство не ошибается. Оно всегда правильно руководит.

Дальше он рассказал, что на полях главных газет незаметным шрифтом стали печатать сообщения для гарантийных. Чтобы читать эти сообщения, всем гарантийным человечкам присылают специальные фонарики.

– А у меня уже есть такой фонарик, – сказала Шпулька. – Он у меня в машинке.

Холодилин закончил разливать чай гостям и принёс мороженое из морозильника.

– Я уже сто лет не видел мороженого, – сказал Говорит Москва. – Я даже забыл, какого оно цвета.

Вдруг послышался весёлый писк – из подпола вернулся Вася.

– Слушайте, гарантийные. Там большие перемены. Они опять готовятся к войне.

– Кто они?

– Генералы и король.

– С кем?

– С теми, у кого есть продукты.

– А что, у них нет продуктов?

– Есть, – ответил белый мышонок. – В подполе полно картошки. Но их интересуют сыр и колбаса.

– Кого их?

– Начальников, генералов.

Оказалось, что в мышиной армии есть три генерала и больше никого. Король собирается объявить мобилизацию. Все остальные мыши будут призваны в армию рядовыми.

– Все-все?

– Все-все.

– Зачем?

– Чтобы в боях отстаивать честь и гордость мышиного королевства.

– В каких боях, с кем? – спросил Холодилин.

– С теми, у кого есть продукты.

– А у кого они есть? – спросил Говорит Москва.

– У нас, в холодильнике. Они хорошо про это знают.

– А как они отнеслись к тебе? – спросил Буре. – У них нет дискриминации? Ты же белый.

– Они предложили мне стать их тайным шпионом и всё про вас рассказывать, – ответил белый мышонок.

– Значит, ты будешь двойной агент, – сказал Говорит Москва. – Будешь говорить правду в обе стороны. И тебе легче будет спастись.

– Я не хочу говорить правду в обе стороны, – сказал Вася. – Хочу говорить правду в одну сторону.

– Тогда тебе не сносить головы, – сказал радиочеловечек.

– А откуда ты знаешь про мобилизацию? – спросил Холодилин.

– Мне по секрету один генерал сказал, когда я уходил. Такой седой. Весь в колбасной кожуре. Он сказал: «Предупреди своих, чтобы их врасплох не застали».

– Всё ясно, – сказал Холодилин. – Наверное, это наш старый знакомый лейтенант Мышкин. Мы с ним в прошлом сезоне подружились.

– А сейчас у них внизу военный совет идёт.

– Пока война не началась, пойдёмте ко мне в приёмник, – сказал Говорит Москва. – Скоро «Гарантийная передача» начнётся.

Человечки вылезли из холодильника и направились в гости к Говорит Москве.

Глава 3
Мышиные перемены

И верно, в мышином обществе произошли большие перемены. Властью в мышином королевстве обладал король – Величайший Кусатель Светлейший Красивый. На его мундире было вышито золотом УОВ. То есть Убивающий Одним Взглядом.

Вторым человеком во власти был его сын Великий Откусыватель – тоже Красивый. Он был «КОРОДЕНТ». Что означало, что он был наполовину король, наполовину президент. То есть от президентов он ушёл, а королем ещё не стал. На его мундире было вышито серебром – УОУ. То есть Убивающий Одним Укусом. Оба они были генералиссимусы, оба при сверкающих шпагах и лентах, и их мышиная армия была явно мала для двух генералиссимусов и трёх генералов, её срочно следовало увеличить.

Сам великий Величайший Кусатель уже был достаточно стар. Он с трудом держался на задних лапах. И тяжёлые ордена из пивных крышек ему уже приходилось прикреплять к спине, чтобы он мог сохранять равновесие.

Но зато Великий Откусыватель был полон сил и перспектив. Поэтому он созвал военный совет.

– Какие будут мнения?

– Какие нужны, такие и будут, – сказал высокий длинноусый мыш по кличке Чапаев. – Все, как один.

– Значит, готовим армию к выступлению?

– Готовим, великий кормчий.

– Кормчий – это тот, кто на корме сидит, – недовольно сказал Кусатель.

– Кормчий – это тот, кто корм добывает, – смело возразил Чапаев.

– Задача у нас такая, – сказал Откусыватель, – сначала мы захватим гарантийных и заставим их на нас работать. Потом завоюем людей.

– Я всегда думал, что людям и мышам лучше дружить, – сказал упитанный седой мышегенерал.

– Я вижу, у нас появились противники, – сурово сказал Великий Откусыватель. – Если хотите с нами говорить, молчите.

– Я ему разрешаю. Пусть говорит, – настоял на своём Величайший Кусатель.

– А чего тут говорить, – упёрся генерал, – у них есть всё: и мышеловки, и мышеклей, и кошки. А у нас ничего, кроме шума и лозунгов.

– Взять! – приказал Великий.

– Отпустить! – сказал Величайший.

Видно, взаимопонимание между ними было ещё не очень хорошо налажено.