Читать книгу "Штурмуя цитадель науки. Женщины-ученые Российской империи"

Хотя впоследствии в одной из своих автобиографий (1900 года) О. А. Федченко писала без всякого пафоса и, похоже, не видя ничего особенно выдающегося и героического в своих достижениях: «В 1867 г. вышла замуж и участвовала с мужем во всех его путешествиях: в 1867 г. в Финляндию и Швецию, в 1867/8 на 1-й съезд Ест[ество]-и[спытателей] и врачей, в 1868 г. в Австрию и Италию (февраль–май) <…> в октябре 1868 же года предприняла с А. П. Федченко трехлетнее путешествие в Туркестан, где участвовала и в исследовании Заравшанской долины (1869 г.)705705
  Далее зачеркнуто: «верховья Зеравшана с оз[ером] Искандер-Куль и Ягноба, а также».


[Закрыть], Фарапа и Магиана (1870), Кизил-Кумов (1871 г.) и независимого еще тогда Коканского ханства (1871 г.) (нынешняя Ферганская область), а также окрестностей Ташкента (1870 и 1871 г.) и в той экспедиции генерала Абрамова в верховьях Заравшана (1870), участникам которой присвоена теперь особая медаль»706706
  Федченко О. А. Письмо М. А. Кожевниковой. 23 марта 1900 г. // С.‐Петербургский филиал Архива РАН. Ф. 808. Оп. 2. Д. 116. Л. 4 об.


[Закрыть]. Никакой особой гордости не чувствуется в этом сухом перечислении, вообще никаких чувств, кроме, может быть, некоторой обиды на то, что ни А. П. Федченко, ни ей никто, конечно, не подумал присудить медаль, положенную всем остальным участникам похода Абрамова: А. П. Федченко к этому времени был мертв, а о ней, разумеется, никто не вспомнил.

Но в 1872 году они были триумфаторами. Интерес в обществе к Туркестану – загадочному, неисследованному краю – в этот период был велик и еще больше подогревался англо-русским политическим соперничеством. А. П. и О. А. Федченко оказались в центре всеобщего внимания. Объем материалов, привезенных ими, поражал воображение, в их обработке уже были задействованы несколько крупных ученых, те отчеты и статьи, которые публиковал А. П. Федченко по ходу путешествий, позволяли надеяться, что полная публикация материалов экспедиции станет, без преувеличения, сенсацией в научном мире. Научное сообщество очень высоко оценило результаты путешествий супругов Федченко. «Превосходными» назвал работы А. П. Федченко по изучению Туркестанского края П. П. Семенов-Тян-Шанский707707
  Семенов П. П. История полувековой деятельности Императорского Русского географического общества 1845–1895. Ч. II. Отд. IV. СПб., 1896. С. 739.


[Закрыть]. И. В. Мушкетов писал: «Итак, сопоставляя все сказанное нами вкратце об экспедиции А. П. Федченко, нельзя не согласиться с справедливым мнением одного из лучших ориенталистов, Генри Юля, что путешествие Федченко, по богатству материала и плодотворности результатов <…> составляет эпоху в научных исследованиях Туркестана»708708
  Мушкетов И. В. Указ. соч. С. 337.


[Закрыть]. Н. И. Леонов в исследовании, посвященном научной биографии А. П. Федченко, пишет о том, что если 28 ноября 1871 года А. П. и О. А. Федченко присутствовали на 59-м заседании ОЛЕАЭ в Москве, где получили благодарность за свои труды, то уже 10 декабря А. П. Федченко выступал на заседании Русского географического общества в С.‐Петербурге, участники которого очень заинтересовались его рассказом. Н. И. Леонов пишет также: «С не меньшим интересом отнеслось собрание и к рисункам О. А. Федченко, иллюстрирующим пройденные маршруты»709709
  Леонов Н. И. Алексей Павлович Федченко (1844–1873). М., 1972. С. 62–63.


[Закрыть]. К сожалению, нам не удалось установить, сопровождала ли О. А. А. П. в этой поездке и присутствовала ли она лично на заседании.

Не только научная общественность, но и правительство высоко оценило результаты деятельности А. П. и О. А. Федченко: 22 февраля 1872 года А. П. Федченко «Во внимание к особым трудам и лишениям, понесенным при научном исследовании Туркестанского края и ввиду важности результатов, добытых этими исследованиями, всемилостивейше пожалован кавалером ордена св. Василия 4 степени»710710
  Послужной список состоявшего в распоряжении Туркестанского генерал-губернатора титулярного советника А. П. Федченко… С. 34–35.


[Закрыть]. В тот же день О. А. Федченко «За труды по исследованию Туркестанского края и сопредельного с ним Коканского ханства пожалована из Кабинета Его Величества <…> золотым браслетом, украшенным бриллиантами с рубином»711711
  Богданов А. П. Материалы… Л. 26.


[Закрыть] (стоимость этого браслета составляла 500 рублей)712712
  См.: РГИА. Ф. 468. Алфавит к делам по Камеральному отделу 1 столу Кабинета Его Императорского Величества 14. 1870–1880.


[Закрыть]. И, как мы говорили выше, успех и признание научных заслуг супругов Федченко стали успехом и признанием снарядившего их экспедицию общества. Естественно, руководители и члены ОЛЕАЭ не могли дождаться случая продемонстрировать свой триумф. Политехническая выставка была для этого самым подходящим местом.

Глава 4
Дамы среди организаторов научно-просветительских выставок в Москве в конце 60-х – 70-е годы XIX века

Первым масштабным научно-просветительским мероприятием ОЛЕАЭ была Всероссийская этнографическая выставка и проводившийся одновременно с ней Славянский съезд, организованные в 1867 году713713
  Об этом см.: Всероссийская этнографическая выставка и Славянский съезд в мае 1867 г. М.: Унив. тип., 1867.


[Закрыть]. Из женщин, состоявших в момент устройства Этнографической выставки членами ОЛЕАЭ, как минимум О. А. Армфельд (Федченко) и Е. В. Богданова принимали активное участие как в подготовке мероприятия, так и в его проведении. В автобиографии О. А. Федченко, опубликованной в книге А. П. Богданова «Материалы для истории научной и прикладной деятельности в России по зоологии и соприкасающимся с нею отраслям знания, преимущественно за последнее тридцатипятилетие (1850–1887 г.)», отмечено, что О. А. Федченко «… помогала в <…> составлении каталога и размещении коллекций антропологического отдела Этнографической выставки714714
  См.: Каталог антропологического и археологического отдела Русской этнографической выставки, устроенной Обществом любителей естествознания, состоящим при Московском университете. М., 1867.


[Закрыть]. Получила благодарность общества за рисунок крестьянки Рязанской губернии и бронзовую медаль Этнографической выставки за костюмы чувашей и мордвы, добытые Ю. Н. Стешиной»715715
  Богданов А. П. Материалы… Л. 26.


[Закрыть]. В цитировавшемся выше представлении Е. В. Богдановой к избранию в члены ОЛЕАЭ было упомянуто о ее участии в организации выставки. Однако масштаб планировавшейся в 1872 году Политехническoй выставки должен был значительно превзойти масштаб Этнографической. В ее организации было задействовано большинство членов ОЛЕАЭ, в том числе Е. В. Богданова, О. А. Федченко, Е. К. Фреймут. Но из них троих наибольший объем работы выпал на долю именно О. А. Федченко, поскольку в ее обязанности (наряду с А. П. Федченко) входили разбор и подготовка к выставке коллекций Туркестанской экспедиции.

О. А. Федченко так описывала свои занятия в этот период: «По возвращении из Туркестана зимою 1871–1872 г. разбирала гербарий и энтомологические коллекции, рисовала под микроскопом детальные рисунки пчел, вошедшие в 3-й выпуск “Путешествия в Туркестан”, а также принимала участие в устройстве Туркестанского отдела Политехнической выставки. Поместила статью о Туркестанском отделе в Вестнике Политехнической выставки и участвовала в составлении каталога отдела»716716
  Там же.


[Закрыть].

Туркестанский отдел Политехнической выставки, открывшейся в Москве 30 мая 1872 года (в день 200-летия Петра I), стал одним из самых посещаемых на выставке. О. А. Федченко принимала активное участие в подготовке экспозиции, участвовала в написании «Каталога Туркестанского отдела Политехнической выставки»717717
  Бродовский М. И., Иванов Д. Л., Краузе И. Л., Федченко А. П., Федченко О. А. Каталог Туркестанского отдела Политехнической выставки. М., 1872.


[Закрыть]. Помимо организационной, редакторской и чисто технической работы, Туркестанский отдел был обязан О. А. Федченко достаточно большим числом экспонатов. На выставке было выставлено 14 художественных работ Ольги Александровны – виды местностей, посещенных экспедицией, изображения построек как современных, так и исторических: «Выставленный ряд пейзажей может знакомить с характером различных местностей Туркестана, как горных, так и степных. Вид Алая <…> знакомит с так называемыми плоскогорьями, обширными плоскими долинами, лежащими на значительной высоте и играющими такую выдающуюся роль в орографии всех высоких хребтов Средней Азии. Вид этот интересен еще в том отношении, что дает понятие о горной массе, связующей Гималаи с Тянь-Шанем <…> Другой вид <…> знакомит с одним из грандиознейших явлений, характерным для высоких гор: ледником», – сообщает «Каталог», подробно описывая каждый из выставленных рисунков О. А. Федченко718718
  Там же. С. 3.


[Закрыть].

Рис. 16. Билет О. А. Федченко для входа на Политехническую выставку. 1872 г. (С.‐Петербургский филиал Архива РАН. Ф. 808)

Почти исключительно трудами О. А. Федченко была подготовлена ботаническая секция Туркестанского отдела выставки. Здесь было представлено несколько коллекций, собранных Ольгой Александровной, прежде всего гербарий из 300 видов, характерных для туркестанской флоры. Эти растения определял доктор Э. Л. Регель. Экспозиция составлялась таким образом, чтобы дать представление о разных типах растительности. Растения распределялись по разделам: представители флоры песков Кызыл-Кум (40 видов и других форм), глинистой степи (82 вида), речной полосы, растущие узкой полосой вдоль Сырдарьи (13 видов), альпийских лугов (30 видов), представители горной флоры, в том числе травянистые (100 видов), кустарники (60 видов), деревья (25 видов)719719
  Следует отметить, что В. И. Липский в своей известной работе «Флора Средней Азии» не только не включает О. А. Федченко в число авторов «Каталога Туркестанского отдела» (вопреки обложке этого издания), но и пишет, что гербарий местной флоры «составлен А. П. Федченко» (Липский В. И. Флора Средней Азии, т. е. Русского Туркестана и ханств Бухары и Хивы. Ч. 1: Литература по флоре Средней Азии. СПб., 1902. С. 234. № 312), опять-таки вопреки прямому заявлению «Каталога».


[Закрыть]. Редактор «Каталога» спешил предупредить будущих посетителей выставки: «Некоторые наиболее характерные растения выставлены за стеклом, для обзора других лиц, специально интересующихся ботаникой, обращаться к члену дежурному по отделу. Многие из перечисленных здесь растений – новые виды, еще не описанные»720720
  Бродовский М. И., Иванов Д. Л., Краузе И. Л., Федченко А. П., Федченко О. А. Каталог… С. 7.


[Закрыть]. Кроме того, О. А. Федченко составила снопы кормовых трав придарьинских лугов и Кызылкума (10 видов). В представленном дендрологическом собрании также был ее немалый вклад – обрубки из собраний Туркестанской экспедиции. Также О. А. Федченко принадлежали гербарий красивых растений, разводимых туземцами в садах (12 видов), и гербарий разводимых в Туркестанском крае растений, дающих какие-либо продукты (66 видов). Здесь же было несколько гербариев, собранных другими исследователями: «Гербарий красивых растений туркестанской флоры», собранный И. И. Краузе и определенный Э. Л. Регелем, гербарий и снопы дикорастущих злаковых растений туркестанской флоры И. И. Краузе и также определенный Э. Л. Регелем, гербарий лекарственных растений, собранный И. И. Краузе; в составление дендрологического собрания значительный вклад внес Н. И. Корольков. Помимо засушенных образцов целый раздел ботанической секции занимали живые растения туркестанской флоры, выращенные в Ботаническом саду Московского университета из семян и клубней, доставленных экспедицией А. П. и О. А. Федченко. Среди них – впервые привезенный в Европейскую Россию сумбул (Euryangium sumbul Kauffm.) и др.721721
  Бродовский М. И., Иванов Д. Л., Краузе И. Л., Федченко А. П., Федченко О. А. Каталог… С. 7–13.


[Закрыть]

Вклад О. А. Федченко в организацию экспозиции Политехнической выставки не остался незамеченным. За гербарий и альбом туркестанских видов она получила большую золотую медаль ОЛЕАЭ, а на Политехнической выставке – два свидетельства на золотые медали722722
  Богданов А. П. Материалы… Л. 26.


[Закрыть]. Более того, благодаря Политехнической выставке ее вклад в ботаническое изучение Средней Азии стал широко известен, что принесло О. А. Федченко признание в ученом мире. Когда по окончании Политехнической выставки супруги Федченко направились в уже запланированную командировку в Европу, О. А. Федченко принимали в научном сообществе не просто как «супругу путешественника»; ее имя было известно, и ее воспринимали как самостоятельного ученого. Б. А. Федченко впоследствии писал, например, о первом посещении Ольгой Александровной Англии: «В первый раз О. А. посетила Лондон вместе со своим мужем А. П. Федченко осенью 1872 г. В это время она была уже известна в ученом мире Западной Европы, так как незадолго перед тем возвратилась из трехлетнего путешествия по Средней Азии, сопровождавшегося крупными географическими открытиями, не говоря уже о сборе колоссального ботанического материала в местах, где не ступала нога европейца. Благодаря этому О. А. легко завязала нужные связи среди крупных ученых Англии – географов Генри Юля723723
  Имеется в виду Юль Генри (Henry Youle Hind) (1823–1908) – английский и канадский географ и геолог.


[Закрыть], известного путешественника <…>724724
  Слово неразборчиво. — О. В.


[Закрыть], выдающегося ботаника Дж. Д. Хукера, директора Ботанического сада в Кью725725
  Имеется в виду Хукер Джозеф (Hooker, Sir Joseph Dalton) (1817–1911) – знаменитый английский ботаник, биогеограф и путешественник; с 1865 по 1885 г. – директор Королевского ботанического сада Кью.


[Закрыть], <…>726726
  Слово неразборчиво. – О. В.


[Закрыть], а также вдовы известного полярного путешественника Франклина727727
  Имеется в виду Франклин (Franklin) Джейн (1797–1875), вторая супруга известного полярного исследователя Джона Франклина (1786–1847).


[Закрыть], которая десять лет организовывала ряд экспедиций с целью поисков следов своего мужа…»728728
  Федченко Б. А. О. А. Федченко и ее сношения с заграничными учеными. Б.д. // С.‐Петербургский филиал Архива РАН. Ф. 810. Оп. 1. Д. 209. Л. 30.


[Закрыть]

По окончании работы Политехнической выставки было принято решение об открытии в Москве Политехнического музея и передаче всех выставочных коллекций в его распоряжение. Таким образом, коллекции Туркестанского отдела выставки положили начало Туркестанскому отделу Политехнического музея Москвы.

Из числа других женщин награды ОЛЕАЭ за вклад в организацию Политехнической выставки удостоилась Е. К. Фреймут: 26 ноября 1872 года на 64-м заседании ОЛЕАЭ общество обсуждало «Присуждение почетных адресов членам Комитета, участвовавшим в устройстве отделов выставки…» и сочло нужным удостоить подобным адресом в том числе Е. К. Фреймут729729
  Шестьдесят четвертое заседание общества. 26 ноября 1872 г. // ЦГА Москвы. Ф. 455. Оп. 1. Д. 12. Л. 59, 59 об.


[Закрыть].

Глава 5
Впервые в истории: женщина – во главе крупнейшего научно-издательского проекта второй половины XIX века

Почти все результаты если не очень многолетней, зато слишком многотрудной деятельности он унес с собой в могилу. Теперь остается одно: сделать то что только можно из начатого им, издать «Путешествие в Туркестан» настолько полно, насколько только можно без него.

О. А. Федченко. Письмо А. П. Богданову. 27 сентября (9 октября) 1873 г.

Однако даже такого успеха, каким обернулась для ОЛЕАЭ Политехническая выставка и ее Туркестанский отдел, было недостаточно. Общество хотело признанных научным сообществом публикаций – традиционной формы признания академического успеха. А. П. Федченко, в свою очередь, хотел публикации материалов экспедиции, поскольку без этого проделанная работа казалась незавершенной. Собранные коллекции, частично разобранные самими супругами Федченко, частично были розданы для разбора и описания другим членам ОЛЕАЭ еще в 1869 году. Активное участие в этой работе приняла, например, Е. К. Фреймут. На заседании ОЛЕАЭ 12 июня 1870 года Е. К. Фреймут выступила с описанием Pompolyx dimorpha, а также некоторых видов пилильщиков (Tenthredinidae) Туркестанского края730730
  Отчет секретаря ОЛЕАЭ. [17 октября 1870 г.] // ЦГА Москвы. Ф. 455. Оп. 1. Д. 12. Л. 182 об.


[Закрыть]. Это выступление дамы на научном заседании попало в газеты. А. П. Федченко писал Елизавете Карловне 17 августа 1870 года: «Читал в газетах, что Вы читали о пилильщиках, в заседании 12 [июня]. Тот день мне очень памятен: это день самого трудного перехода по долине Фана, когда лошади и ослы валились в реку, когда Абрамов потерял в один день вещей рублей на 500. Все это уже миновало и теперь только с удовольствием вспоминаем про самые пикантные приключения»731731
  Федченко А. П. Письмо Е. К. Фреймут. 17 августа [1870 г.] // Архив РАН. Ф. 446. Оп. 2. Д. 849. Л. 1 об., 2.


[Закрыть]. Анализ Е. К. Фреймут перепончатокрылых, привезенных из Туркестана, был опубликован в Известиях ОЛЕАЭ732732
  Фреймут Е. К. Pompholyx dimorpha n. sp., новая безкрылая форма из семейства Пилильщиков (Tenthredinidae) и несколько других новых видов этого семейства // Известия ОЛЕАЭ. 1870. Т. VIII. Вып. 1. С. 214.


[Закрыть]. В отчете за 1870 год секретарь общества отмечал: «Всеми данными, которые внес А. П. Федченко в свой отчет о Туркестанской экспедиции по отношению к перепончатокрылым, он главным образом обязан специальному содействию Е. К. Фреймут в определении и обработке собранного обширного материала»733733
  Отчет секретаря ОЛЕАЭ. [17 октября 1870 г.] // ЦГА Москвы. Ф. 455. Оп. 1. Д. 12. Л. 182 об.


[Закрыть].

Как мы упоминали выше, А. П. Федченко начал вести переговоры о возможной публикации трудов экспедиции, еще находясь в Ташкенте, и к 1872 году вопрос о финансировании проекта был в целом решен, так же как и командировка супругов Федченко в Европу для подготовки публикации (формально, конечно, был командирован только А. П. Федченко). Его командировали в Европу на период с 1 сентября 1872 года по 1 сентября 1874 года734734
  Послужной список состоявшего в распоряжении Туркестанского генерал-губернатора титулярного советника А. П. Федченко // А. П. Федченко: Сб. док-в. Ташкент, 1956. С. 32.


[Закрыть], поэтому по завершении Политехнической выставки О. А. и А. П. Федченко засобирались в Европу, куда и выехали в сентябре 1872 года.

Они посетили Германию, Англию и Францию. В Германии были проездом и успели только осмотреть некоторые естественно-научные учреждения. В Англии задержались дольше. А. П. Федченко занимался организацией издания материалов экспедиции: искал людей, готовых взяться за обработку коллекций, выяснял условия печати таблиц и других иллюстративных материалов, сам обрабатывал преимущественно энтомологические коллекции, писал «В Коканском ханстве» и прочее. О. А. Федченко, как обычно, помогала мужу. В связи с подготовкой издания в несколько раз увеличился объем переписки с зарубежными коллегами, которую вела О. А. Федченко, знавшая иностранные языки намного лучше своего мужа. На ее плечи легло также немало других дел по организации издания и поддержанию связи между всеми участниками этого процесса. Как достаточно красочно выразился Д. Л. Иванов, назначенный помощником А. П. Федченко в этом деле, «О. А. занимала положение контролера <…>. Она отличалась особою аккуратностью и педантичностью в делах издания и эти же требования предъявляла ко мне»735735
  Иванов Д. Л. Из личных воспоминаний об Ольге Александровне Федченко // Известия Главного Ботанического сада РСФСР. 1924. Т. XXIII. Вып. 2. С. 103.


[Закрыть].

Тем не менее у О. А. Федченко были и свои планы на заграничное путешествие. Она не теряла времени даром, познакомившись со многими известными ботаниками и путешественниками. По договоренности с Генри Юлем она во время пребывания за границей перевела его работу «Очерк географии и истории верховьев Аму-Дарьи». Этот перевод с примечаниями самого Г. Юля, А. П. Федченко и Н. В. Ханыкова был опубликован в «Известиях Русского Географического общества»736736
  Юль Г. Очерк географии и истории верховьев Аму-Дарьи / Пер. с англ. О. А. Федченко с доп. и прим. А. П. Федченко, Н. В. Ханыкова, Г. Юля // Известия Русского Географического общества. 1873. Т. IX. № 6: Приложение. С. 1–82.


[Закрыть] и удостоился присуждения серебряной медали РГО737737
  См.: Богданов А. П. Материалы… Л. 26.


[Закрыть]. О. А. Федченко, кажется, предпочла бы задержаться в Англии подольше, но, как писал Б. А. Федченко, «О. А. сопровождала мужа в его заграничной командировке и потому должна была вместе с ним ехать далее, на юг, во Францию и Швейцарию»738738
  Федченко Б. А. О. А. Федченко и ее сношения с заграничными учеными… Л. 30–31.


[Закрыть]. В Париже супруги Федченко пробыли недолго, и обстоятельств этого первого для О. А. Федченко посещения не сохранилось739739
  Там же. Л. 55.


[Закрыть].

Уже в октябре 1872 года А. П. и О. А. Федченко поселились в Лейпциге740740
  См.: Богданов А. П. Материалы… Л. 26.


[Закрыть]. Подготовка к изданию шла полным ходом. 5 декабря 1872 года А. П. Федченко писал правителю канцелярии туркестанского генерал-губернатора А. И. Гомзину: «Что я поселился в Лейпциге, надеюсь вам уже известно; сижу над обработкой собранных материалов, подготовляю начало манускриптов к печати и по этой части все идет весьма утешительно в смысле конечного результата, т[о] е[сть], что издание будет такое, какого после русских путешествий еще не появлялось»741741
  1872 г. декабря 5. Письмо А. П. Федченко правителю канцелярии туркестанского генерал-губернатора А. И. Гомзину // А. П. Федченко: Сб. док-в… С. 159.


[Закрыть]. А. П. Федченко познакомился с кружком географов, живших в Лейпциге, и посещал их собрания. В том же письме он сообщал, что немецкие ученые сильно интересуются будущим изданием и сетуют на то, что оно предполагается по-русски.

Ольга Александровна потратила время своего пребывания в Лейпциге на занятия «микроскопической ботаникой» у профессора Luerssen’а в Лейпцигском университете. Кроме того, у нее было еще одно важное дело: 27 декабря 1872 года она родила сына, которого решили назвать Борисом.

Летом 1873 года О. А. и А. П. Федченко отправились в Швейцарию, где О. А. Федченко, по словам Б. А. Федченко, завязала «некоторые научные связи»742742
  Федченко Б. А. О. А. Федченко и ее сношения с заграничными учеными… // С.‐Петербургский филиал Архива РАН. Ф. 810. Оп. 1. Д. 209. Л. 43.


[Закрыть]. Но больше всего А. П. и О. А. Федченко интересовали горы: Алексей Павлович готовился к экспедиции на Памир и изучал ледники. В конце лета А. П. и О. А. Федченко вместе посетили ледник Гриндельвальда. Кроме того, О. А. Федченко совершила несколько экскурсий в высокогорные районы, где собрала небольшой гербарий. Но это путешествие закончилось быстро и неожиданно. В конце августа А. П. и О. А. Федченко приехали в местечко Монтре, откуда 31 августа, в пятницу, О. А. Федченко проводила А. П. Федченко «до крайнего пункта железной дороги»743743
  Богданов А. П. Материалы… Л. 26.


[Закрыть]. А. П. Федченко переночевал в Сальване и в субботу вечером прибыл в Шамуни. Здесь он осмотрел музей натуралиста господина Пайо, некоторые из коллекций которого он собирался приобрести, а потом договорился о проводниках для экскурсии на ледник Coldu Geant, которую он собирался предпринять на следующий день. О. А. Федченко впоследствии писала, что, по словам господина Пайо, тот отговаривал Алексея Павловича от этого восхождения, хотя делал это недостаточно твердо. Пайо же рекомендовал А. П. Федченко в качестве проводников двух своих племянников, не имевших достаточного опыта. На следующее утро, в 7.30, А. П. Федченко с проводниками был уже в маленькой гостинице Montanver у подножия ледника, где он запасся провизией. Погода была прекрасна, подъем проходил успешно, и путники уже приближались к перевалу, когда неожиданно погода резко испортилась. А. П. Федченко внезапно стало плохо: «Алексею Павловичу грудь захватывало, ноги отказывались идти. Повернули назад. Алексей Павлович до того ослабел, рассказывают проводники, что они его толкали, несли, всячески помогали ему идти; но, выбившись из сил, в 9 часов вечера остановились. Они говорят, что стерегли его до 2-х часов ночи, но потом, видя, что он умирает, решились его оставить, чтоб не подвергнуться самим той же участи», – пишет О. А. Федченко744744
  Федченко О. А. [Письмо О. А. Федченко] // Голос. 1873. № 262 (22 сентября / 4 октября). С. 1.


[Закрыть]. Так, в ночь со 2 на 3 сентября 1873 года во время восхождения на ледник трагически погиб Алексей Павлович Федченко. Ольга Александровна узнала о происшедшем в среду, 5 сентября, от путешественника, пришедшего к ней пешком из Шамуни. Она тотчас же бросилась туда и приехала в Шамуни в четверг в 10 утра. Ей показали тело умершего. Сопровождавший О. А. Федченко врач попытался пустить кровь, но, конечно, все уже было бесполезно.

В смерти А. П. Федченко было много непонятного: почему его бросили проводники, почему они сразу же не привели помощь, почему сразу не сообщили О. А. Федченко. Ольга Александровна винила господина Пайо, проводников и нерасторопность властей. Хуже того, из-за неясных обстоятельств смерти в прессе появилась информация, порочащая А. П. Федченко и обвиняющая его самого в произошедшем. Петербургская газета «Голос», например, сообщая о смерти А. П. Федченко, напечатала следующее: «В “Journal de Geneve” пишут из Шамуни: … Можно себе представить томительное положение трех несчастных, боровшихся против ужасов смерти среди темной ночи в опасных ущельях Coldu Geant, откуда и днем можно выбраться лишь с трудом, лишенных продовольствия, так как профессор, рассчитывая на свою геркулесовскую силу и на молодые годы, не дозволил брать излишней провизии!..» и прочее в том же духе745745
  Внутренние известия // Голос. 1873. № 254. С. 2.


[Закрыть]. Подобные инсинуации были нестерпимы для О. А. Федченко. Именно поэтому она послала в «Голос» письмо с подробным изложением обстоятельств смерти мужа (так, как удалось ей это выяснить на месте): «М[илостивые] г[осудари], в последнее время в газетах несколько раз появлялись сведения о смерти Алексея Павловича Федченко, – писала О. А. Федченко, – сведения эти сопровождаются подробностями, очень часто противоречащими одна другой и неверными. Так как я ближе всех заинтересована в этом деле и, конечно, старалась собрать о нем, по возможности, точные сведения, то считаю своим долгом изложить его так, как я его понимаю…»746746
  Федченко О. А. [Письмо О. А. Федченко] // Голос. 1873. № 262 (22 сентября / 4 октября). С. 1–2.


[Закрыть]

6 сентября 1873 года О. А. Федченко похоронила мужа там же, в Шамуни. 7 сентября она вернулась в Монтре, а уже 8 сентября вместе с грудным сыном выехала в Москву.

Трагическая, так до конца и не объясненная гибель Алексея Павловича Федченко потрясла всех. Она не только ввергла в глубокое горе близких, друзей и коллег путешественника, но и поставила под угрозу выполнение задуманных им планов. Ольга Александровна не могла этого допустить. Конечно, планировавшееся продолжение Туркестанской экспедиции стало без А. П. Федченко совершенно невозможным, но завершение обработки и издание уже собранных материалов в том виде, как предполагал это сделать А. П. Федченко, стало для нее жизненной необходимостью. Она понимала всю сложность подобного дела, но знала, что вряд ли кто-то, кроме нее, сумеет с ним справиться. Ольга Александровна единственная была в курсе всех планов, предположений и работ своего супруга, она участвовала в составлении большинства коллекций, нуждавшихся теперь в обработке, а ботаническая их часть была собрана непосредственно ею; в течение многих лет она вела всю переписку А. П. Федченко с заграничными учеными, а позднее – с издателями, типографами и пр.

Однако экспедиция А. П. Федченко не была его личным делом или даже предприятием такого общественного объединения, как ОЛЕАЭ. Как сама Туркестанская экспедиция, так и последующие работы по обработке и изданию ее материалов осуществлялись на средства, предоставленные туркестанским генерал-губернатором из бюджета Туркестанского края. Сам А. П. Федченко с 1 октября 1868 года состоял на государственной службе, находясь в распоряжении туркестанского генерал-губернатора «для научных и статистических исследований края»747747
  Послужной список состоявшего в распоряжении Туркестанского генерал-губернатора титулярного советника А. П. Федченко // А. П. Федченко: Сб. док-в. Ташкент, 1956. С. 30.


[Закрыть]. О. А. Федченко же по закону была исключительно частным лицом. С юридической точки зрения она как частное лицо и как женщина, для которой государственная служба была официально закрыта по законам империи, не имела права просто продолжить дело своего супруга. Теоретически место А. П. Федченко должен был бы занять другой чиновник, но человека, пожелавшего взяться за подобную работу и, что важнее, успешно справиться с ней, просто не существовало.

Существовала и другая проблема. Официальное служебное положение А. П. Федченко означало также, что он получал жалованье за свои труды, как и все остальные положенные выплаты. О. А. Федченко, не состоя на службе, была, конечно, этого лишена. А между тем ее финансовое положение оказалось весьма скромным. Помимо жалованья супруга, она после смерти в 1868 году отца имела в своем распоряжении небольшие личные средства, но они практически полностью были потрачены во время пребывания четы Федченко за границей в 1872–1873 годах, «так как оклад содержания ее мужа был недостаточен для покрытия всех расходов и по путешествию, и по редакции», – писал Г. Е. Щуровский К. П. фон Кауфману748748
  1874 г. марта 25. Письмо председателя Общества любителей естествознания Г. Е. Щуровского Туркестанскому генерал-губернатору К. П. Кауфману по вопросу издания трудов А. П. Федченко // А. П. Федченко: Сб. док-в. Ташкент, 1956. С. 185.


[Закрыть].

Но подобные соображения не могли остановить Ольгу Александровну. А. П. Федченко планировал оставаться за границей еще хотя бы некоторое время для улаживания дел по изданию, но О. А. Федченко вернулась в Москву сразу же после похорон мужа. Несмотря на неопределенность своего статуса, она ни на минуту не прерывала работ по обработке и изданию коллекций, так, как если бы А. П. Федченко был жив. Она не допускала мысли о том, что дело будет прервано и останется незавершенным: «Никто лучше меня не знает, какую страшную, ничем не заменимую потерю понесла наука в лице Алексея Павловича, – писала она 27 сентября (9 октября) 1873 года А. П. Богданову. – Почти все результаты если не очень многолетней, зато слишком многотрудной деятельности он унес с собой в могилу. Теперь остается одно: сделать то что только можно из начатого им, издать “Путешествие в Туркестан” настолько полно, насколько только можно без него. Тут-то и в общем, и в специальных частях, и в разных частностях нужно будет постоянное ваше участие и я сильно рассчитываю на него»749749
  Федченко О. А. Письмо А. П. Богданову. 27 сентября (9 октября) 1873 г. // Архив РАН. Ф. 446. Оп. 2. Д. 674. Л. 1.


[Закрыть].

Будучи достаточно практичной, О. А. Федченко прекрасно понимала, что без поддержки руководства ОЛЕАЭ и официального согласия туркестанского генерал-губернатора К. П. фон Кауфмана ей вряд ли удастся довести дело до конца. Туркестанская экспедиция была на тот момент одним из крупнейших научных мероприятий, организованных ОЛЕАЭ, и общество безусловно было заинтересовано в опубликовании ее материалов. Решение зависело преимущественно от президента ОЛЕАЭ Г. Е. Щуровского. И, судя по сохранившимся свидетельствам, он ни на секунду не усомнился доверить подобную задачу женщине. Возможно, потому, что он хорошо знал О. А. Федченко, ее способности, научный опыт, характер. О. А. Федченко получила безусловную и энергичную поддержку своих планов не только от самого Г. Е. Щуровского, но и, во многом с его подачи, от других членов общества. Еще только получив известие о гибели А. П. Федченко, Г. Е. Щуровский писал А. П. Богданову: «В настоящее время она (О. А. Федченко. — О. В.) в Москве. Трудно с нею встречаться, но на этих днях я непременно у нее буду. О средствах помочь ей и обо всех предположениях относительно издания Ник[олай] Карл[ович]750750
  Н. К. Зенгер – секретарь ОЛЕАЭ – О. В.


[Закрыть] будет писать, и Вы поможете нам своим советом»751751
  Щуровский Г. Е. Письмо А. П. Богданову. 19 сентября 1873 г. // Архив РАН. Ф. 446. Оп. 2. Д. 762. Л. 18.


[Закрыть].

Это письмо написано 19 сентября 1873 года, а уже 4 октября 1873 года ОЛЕАЭ в своем 69-м заседании обсуждало будущее издания «Путешествие в Туркестан». Президент общества Григорий Ефимович Щуровский, напомнив о научных трудах и заслугах А. П. Федченко перед обществом, предложил «обсудить меры к окончанию прерванного смертью А. П. Федченко издания трудов Туркестанской экспедиции»752752
  Протоколы заседаний ОЛЕАЭ. Год одиннадцатый. Шестьдесят девятое заседание Общества 4 октября 1873 г. // Известия ОЛЕАЭ. 1874. Т. XIV. С. 3.


[Закрыть]. Секретарь ОЛЕАЭ Николай Карлович Зенгер, в свою очередь изложив обстоятельства организации Туркестанской экспедиции и сообщив о текущем положении дел с обработкой и печатанием ее материалов, заметил: «Довершение издания потребует, без сомнения, громадных стараний и может встретить почти неодолимые препятствия, но утешительным условием, которое поможет решить трудности, является возможность воспользоваться для этой цели знанием и опытом вдовы покойного Федченко, Ольги Александровны Федченко, которая была свидетельницей всех исследований ее мужа, сопутствовала ему в путешествиях по Туркестану и Кокану, вела его переписку и была посвящена во весь ход занятий»753753
  Там же. С. 3–4.


[Закрыть]. Предполагалось, что теперь, после смерти А. П. Федченко, издание займет больше времени, чем планировалось изначально, во всяком случае не менее трех лет. Несмотря на то что часть материалов была уже обработана или находилась в обработке, а некоторые выпуски были отправлены в типографию, Н. К. Зенгер с уверенностью утверждал, что «все, что готово, не составляет еще четвертой доли предстоящего труда». Он связывал успех всего предприятия с двумя необходимыми факторами: 1) дальнейшим содействием туркестанского генерал-губернатора и 2) «непосредственным и главным участием вдовы члена-основателя Ольги Александровны Федченко»754754
  Там же. С. 4.


[Закрыть]. Выслушав вышеизложенное, члены общества, желая почтить память погибшего коллеги и сохранить для будущего его имя и ученые труды, постановили просить туркестанского губернатора К. П. фон Кауфмана о продолжении издания «Путешествия в Туркестан А. П. Федченко» на следующих условиях: во‐первых, «…чтобы редакция “Путешествия в Туркестан” была поручена вдове покойного путешественника Ольге Александровне Федченко, равно как и вся переписка по изданию, по сношению с авторами, коим поручена обработка материала, по заказу таблиц и рисунков и по делам редакции, и чтобы разбор и по возможности окончание тех рукописей, составление коих мог принять на себя лишь сам А. П. Федченко, были также предоставлены г[оспо]же Федченко»755755
  Там же.


[Закрыть]. Во-вторых, чтобы «…для сношений с типографиями и литографиями, для заведывания печатанием отдельных выпусков издания, корректуры и вообще для хозяйственных по изданию забот, преимущественно сосредоточенных в С.‐Петербурге, редакция могла пользоваться содействием опытного и знакомого с делом лица в качестве члена редакционной комиссии по изданию», поскольку О. А. Федченко в тот период постоянно жила в Москве и ей это было бы затруднительно. И, наконец, чтобы «…для разрешения специальных, научных вопросов по редакции в ней принимал участие специалист по избранию общества, могущий постоянно содействовать успешному ходу дела своими трудами»756756
  Протоколы заседаний ОЛЕАЭ. Год одиннадцатый. Шестьдесят девятое заседание Общества 4 октября 1873 г. // Известия ОЛЕАЭ. 1874. Т. XIV. С. 4.


[Закрыть].

Общество также постановило ходатайствовать о соответствующем материальном обеспечении членов редакционной комиссии, поскольку без этого их работа была бы затруднительна. В тот же день ОЛЕАЭ избрало в состав вновь учрежденной редакционной комиссии Ольгу Александровну Федченко, Дмитрия Львовича Иванова и Василия Николаевича Ульянина757757
  Там же.


[Закрыть]. Таким образом был сделан первый шаг к признанию официального статуса О. А. Федченко.

Следующим шагом стало обращение Г. Е. Щуровского с пространным письмом к туркестанскому генерал-губернатору К. П. фон Кауфману, в котором Г. Е. Щуровский пытался убедить его сразу в нескольких вещах. Прежде всего Г. Е. Щуровский хотел донести до губернатора мысль о том, что завершение издания «Путешествия в Туркестан» в его, губернатора, интересах, поскольку это был бы «плод тех трудов, на которые Вы не жалели средств и об успехе коих Вы постоянно заботились». Далее он замечал, что «довершение издания потребует еще громадных стараний и может встретить почти необходимые препятствия», однако существует одно «счастливое и утешительное условие, которое поможет разрешить многие трудности». Этим «счастливым условием» Г. Е. Щуровский называл возможность воспользоваться опытом и знаниями О. А. Федченко758758
  Письмо председателя Общества любителей естествознания Г. Е. Щуровского Туркестанскому генерал-губернатору К. П. Кауфману о гибели А. П. Федченко и о поручении О. А. Федченко закончить издание трудов А. П. Федченко // А. П. Федченко: Сб. док-в. Ташкент, 1956. С. 177.


[Закрыть]. Григорий Ефимович стремился получить одобрение кандидатуры Ольги Александровны в качестве лица, ответственного за все мероприятие, и, наконец, выхлопотать для нее материальное вознаграждение за труды. Напомнив об участии О. А. Федченко как в самой экспедиции, так и в последующих работах, Г. Е. Щуровский характеризовал ее следующим образом: «Степень образованности этой личности дает полную надежду, что ей удастся в значительной степени докончить прерванную обработку собранных материалов и с помощью общества спасти от забвения и гибели те результаты, кои добыты были экспедицией. Она будет в состоянии посвятить себя довершению издания, – прибавлял Г. Е. Щуровский, – если ваше высокопревосходительство доверите ей этот труд и поможете сосредоточить на нем ее силы»759759
  Там же.


[Закрыть]. Дата написания этого письма не установлена, однако резолюция К. П. фон Кауфмана подписана 10 декабря 1873 года, таким образом, можно предположить, что письмо было написано почти сразу же после заседания ОЛЕАЭ.