Читать книгу "Ярость Севера. Книга 1"

Глава 9. Сплетение судеб

– Мой вождь. Прости за вопрос, мужики интересуются, когда мы отправимся в набег? Весна скоро, лед сойдет, и мы хотим знать, к чему готовиться. Куда на этот раз? Поговаривают, что ты собрался отправиться во Франкию, так ли это? – обратился викинг к Нияллю. Сегодня конунг собрал в своем доме много людей, многие из них, когда то были лучшими друзьями бывшего вождя, ныне убитого Ёдура. Мужчины и женщины, знатные люди и сильные воины, все сидели за столом и, громко беседуя, друг с другом поглощают богатые яства. Рабыни не успевают подносить славный мед, который долго стоял в погребах, настаиваясь на летних травах. Он к слову отлично перебродил, все гости опьянели и весело смеются за столом. Здесь и мясо разного вида, и дичь, и стряпня! Маленькие ребятишки, голодные оборванцы, бегают возле стола вместе с собаками, ныряют под него и снова выныривают оттуда, держа в руках порцию угощений. Кто-то из мальчишек даже умудрился стащить у одного из викингов, большой стакан, наполненный медом. Ребятишкам интересно почему взрослые пьют его и они, отталкивая друг друга наперебой, выпили весь напиток. Кто-то плевался от горечи трав в меду, а кто-то напротив, умудрился выпить больше остальных. Конунг Ниялль сидит во главе стола, он сложил свои ноги на стол, как, конечно же, не подобает делать вождю и, попивая хмельной напиток, со злостью смотрит на гостей. Если вдруг его взгляд встречается с чьим то, Ниялль замирает и жадно ловя взгляд смотрящего, начинает омерзительно провоцировать того на конфликт. Но кто хочет проблем от такого человека как Ниялль? По началу, все в городе были рады, что избавились от Ёдура.. но когда прошло несколько дней, все поняли, что лучше бы остался старый конунг со своей жадностью, чем нынешний, со своей злостью ко всем людям вокруг. По обе стороны от Ниялля на высоких стульях, сидят здоровенные викинги, личная охрана. Он отобрал их специально для себя из толпы воинов и платит им достойные деньги, обеспечивая не только их семьи, но и их самих неограниченной властью. Не смотря на злость и глупые поступки, Ниялль далеко не глуп, как может показаться изначально. На самом деле он крайне расчетлив и продуман, каждый новый шаг он обдумывает тщательно и после хитро его реализует. Так, он первым делом под разными предлогами убрал всех из ближнего окружения Ёдура, кто-то сидит в темницах, а кому то повезло меньше, а может и больше, потому что он их тупо казнил.

– Желаешь знать, куда мы отправимся? – Ниялль с ухмылкой посмотрел на викинга.

– Все этого хотят, вождь.

– Но ты, наверное, больше всех? – упрекнул его конунг. Он плюнул на пол и нахмурил брови. – Выпить не дают спокойно! Все замолчите! Заткнулись! – Ниялль встал на свой стул ногами, чтобы смотреть на сидящих гостей сверху. От резкого движения хмельной мед пролился на стол и попал на одежду конунга, но тот даже не обратил на это никакого внимания. – Мне сказали, что вы все, хотите знать о моих планах, на счет будущих набегов! Так?

– Хотим!

– Давно пора! – отозвались голоса из разных концов стола.

Ниялль нервно задергал рукой, показывая всем, что пора заткнуться и не перебивать его.

– Я расскажу Вам! Всем! Совсем недавно мы вернулись из набега пустые, сотни воинов пали в бою, остальные утонули в заливе! Наши драккары потонули вместе с мужчинами. Но что осталось у нас? – он вопросительно посмотрел на сидящих и провел пальцем по кругу. – Правильно! Ничего у нас не осталось! Если завтра на нас нападут, кто будет биться и защищать город от врагов? Ты? – обратился Ниялль к сидящему за столом старику.

– Мой вождь! Если придется защищать свою землю, я готов биться! – старик встал из-за стола и, нахмурившись, посмотрел на конунга. Ниялль отвернулся от него и вскочил на стол, отпинывая ногами еду на пол. Он стал важно ходить по столу туда-сюда, при этом, достав свой топор, он угрожающе сложил его себе на плечо в боевое положение, придерживая топорище рукой.

– Он готов биться! А ты? Ты будешь биться за город? – ткнул он пальцем в дочь местного торговца. – Готова ли ты пасть в бою, разрубленная на части от того, что тебя порубили топорами? Возьмешь ли оружие в свои руки?

– Вождь, но ведь… – попытался заступить за девушку ее отец.

– А ты заткни свой рот! – одернул его Ниялль и снова уставился на девушку. Он сел возле нее на корточки и провел лезвием своего топора по ее шее. – Только представь, какие то ублюдки порубят эту нежную кожу и кинут подыхать.. Ты, истекая кровью, будешь умирать в страшных мучениях! Готова ты к этому?

Девушка, страшно испугалась, но усердно скрывая страх, посмотрела на конунга и кивнула головой.

– Да, я готова! Если придется, я буду биться за жителей нашего города.

Ниялль улыбнулся и наклонился к уху девушки. «Приходи сегодня ко мне, одна! И… тишь….» – он поднялся и, посмотрев на девушку, подмигнул ей. Та, покраснела и улыбнулась в ответ. Ниялль резко повернулся и пошел быстрым шагами в другой конец стола, он дошел до самого края, выпнул посуду с едой и напитками на пол и развел руки в стороны. – Друзья мои! Этой весной, я собираюсь объединить всех конунгов и ярлов для самого крупного набега за всю историю северян! Я, конунг Ниялль, стяну сотни драккаров к нашему заливу и все они встанут под наше знамя! Под знамя города Йорвика! И весной, когда льды растают от солнечных лучей, великая армия отправится на Англию! Именно Англичане виноваты в том, что мы потеряли наших отцов и сыновей в прошлом набеге! – Ниялль прошел на середину стола и сел на корточки возле пьяного викинга, он схватил его за бороду и сблизив лица прокричал, что есть сил. – этой весной, мы отправляемся мстить за наших воинов! Так кто со мной?!!!!!!

Все гости как один встали из-за стола и поддержали Ниялля громкими возгласами! Конунг под одоборительный шум, спрыгнул на пол и, убрав свой топор за пояс, не оборачиваясь, наглой походкой удалился в спальню.

– Он совсем обезумел… – шепнул кто-то из толпы и люди стали расходиться по своим домам. В центре зала остался пустой стол и разваленные вокруг угощения.

После полудня десятки лошадей с сильными мужчинами разбежались в разные стороны. Посыльные отправились от имени конунга Ниялля в другие города, чтобы сообщить всем о том, что новый вождь Йорвика призывает других викингов поддержать его в будущем набеге. Ниялль решил действовать наверняка, он подготовил речи другим конунгам и ярлам и призвал их собирать огромное войско северян! К назначенному времени все, кто поддержит его должны прибыть на своих драккарах в залив к городу Йорвик. Отсюда войско и отправится в величайших набег за всю историю северных земель. Многие стали шептаться о том, что Ниялль сошел с ума, ни кто не верит в его идею. Все считают, что другим конунгам нет дела до такого похода. Но Ниялль думал иначе. После этих страшных холодов, города обеднели, еды не хватает. И именно эти факторы должны повлиять на решение викингов пойти на объединение! А так как город Йорвик – крупнейший город среди иных, значит и роль предводителя войска викингов должна достаться Нияллю. Покрайней мере так думал сам Ниялль, отдавая приказы посыльным.

– Конунг Адальштейн! Я прибыл из города Йорвик. Наш новый вождь просит передать тебе свое послание! Разреши обратиться к тебе и к твоему народу! – Худощавый мужчина спрыгнул с коня и обратился к вождю города Герд. Это поселение в разы меньше Йорвика, но гораздо богаче. Адальштейн наладил торговлю с другими городами в то время, как в Йорвике произошла смена власти и почти все мужчины погибли в набеге на Англию. Местный вождь был гораздо старше Ниялля, но никогда не слышал о нем. Ёдура же он знал очень хорошо и крайне невзлюбил его с первого же знакомства. А так как город Герд лежит на пути к остальным городам, то местным жителям было строго настрого велено скрывать любую информацию относительно торговли и взаимного сотрудничества между другими городами. Таким образом, пока Ёдур, а после и Ниялль, предполагали, что и в других городах стоит полная разруха, все остальные поселения процветают, найдя пути для сотрудничества и решения общих проблем. По сути, они бы уже давно объединились и просто захватили Йорвик себе, поделив между собой, но жуткие холода все-таки доставляют им крайние неудобства, сжирают время и силы.

– Что за новый вождь? Проходи в дом, расскажешь сначала все мне подробно! Херлив, иди сюда! – крикнул Адальштейн и уставился на молодого мужчину, который что-то резал из дерева на улице.

– Вождь.

– Иди к девушкам, скажи, пусть сейчас же несут в мой дом выпивку и обед! Что-нибудь повкуснее… И да! Попроси Фриду прислать сюда двух девочек, да смотри, лучших отбирай! Ну все, ступай.

– Да вождь. – Мужчина развернулся и быстрым шагом отправился исполнять приказания своего конунга.

– Ну что встал! Проходи в дом, не стесняйся! Поговорим. – Адальштейн взял посыльного за локоть и провел в дом. – Давай, присаживайся и рассказывай, что там у тебя.

– Конунг Ниялль, он…

– Стой. Кто такой этот Ниялль?

– Ниялль.. наш новый конунг! – протяжно сказал посыльный и посмотрел на Адальштейна. – Мне велели не разговаривать с тобой, прости. Ниялль сказал, чтобы я только передал послание и сразу же ехал обратно. Если он узнает, что я говорил еще что-то, он убьет мою семью.

– А он узнает? – конунг посмотрел на мужчину, прищурив один глаз, и улыбнулся одной стороной лица. В принципе, этого и не было заметно, густая черная борода скрывает губы и сложно различить, улыбается он сейчас или нет.

– Нет, вождь. Не узнает.

– Значит так! Ты мне сейчас все расскажешь, как другу и останешься ночевать. Я дам тебе двух девочек, что утолят любые твои желания этой ночью.

– Но вождь….

– Даже не думай отказываться! Ты же не хочешь, чтобы я обиделся, верно?

– Нет, вождь. Хорошо, я останусь. Но если я не прибуду вовремя, он убьет мою семью.

– Не переживай. Мы сделаем так, ты сегодня отдохнешь, расслабишься в объятиях молодых девочек, а завтра я отправлюсь вместе с тобой в Йорвик, чтобы познакомиться с этим Нияллем. Тебя это устроит?

– Да вождь. Это очень хорошо вождь.

– Перестань называть меня вождем. Ты же мне не подчиняешься, ты здесь в гостях! Мы же друзья, верно?

– Верно.

– Тогда просто Адальштейн! – и конунг протянул свою руку посыльному!

– А я Энок. Рад знакомству с тобой, Адальштейн. – снова протяжно пробормотал мужчина и пожал руку конунгу.

– Энок… ладно Энок, так на чем мы остановились… ах да! Кто же такой Ниялль?

И посыльный рассказал конунгу Адальштейну обо всем, что произошло в Йорвике. Он поведал ему и о убийстве Ёдура, о жестоком Ниялле, которого все боятся и о гибели воинов, которые утонули в заливе. Тем временем сам Адальштейн, улыбаясь, все подливал в питьевой рог посыльному хмельной мед и тот, пьянея, рассказывал все больше и больше. В конце концов, мужчина просто уснул на лавке, устеленной мягкими шкурами, а конунг Адальштейн, получив нужную информацию, довольный, налил себе большую кружку меда. Он выпил все до последней капли и громко засмеялся на весь дом.

– Конунг Ниялль говоришь…. Ахахахаха!!!!!

Тем временем в Йорвике.

– Ниялль, есть один человек, он очень рвется с тобой поговорить.

– Я занят!

– Но это очень важно и касается информации о сыне Ёдура. Паль жив. – сказал викинг из личной охраны Ниялля и на всякий случай сделал шаг назад. Подальше от безумного конунга.

– Паль? Так чего же ты ждешь! Пусти ко мне этого человека; – Вскрикнул Ниялль и прошелся к открытой каменной печи. Он сел возле нее и налив себе теплой воды в большую чашу для умываний, стал усердно сморкаться, мыть руки и лицо.

– Мой вождь! – Раздался очень глухой, но громкий голос позади него. Ниялль не торопясь, окончательно высморкался в воду, вытер льняной тряпкой бородатое лицо и повернулся к говорившему. Это был отец Ингрид, подруги Астрид Пестрокрылой.

– Ты кто? – Ниялль медленно обошел этого громадного викинга кругом и, вернувшись на свое место, уставился пронзительным взглядом в его глаза. – Руки кузнеца. Верное дело, не ты ли тот кузнец, что делает топоры для наших набегов?

– Я вождь.

– Мне сказали, что у тебя есть информация относительно Паля, сына конунга Ёдура. Так ли это? И если так, он мертв и давно плавает подо льдами у залива. Что же ты можешь мне еще поведать о нем? – конунг усмехнулся и чуть подпрыгнув, схватил кузнеца за могучую бороду, он наклонил его голову так, что отцу Ингрид пришлось изогнуться как старая ива от ветра, чтобы Ниялль не вырвал бороду с корнем. – А еще мне сказали, что ты говоришь о том, что Паль жив! Это так?! – Ниялль со злостью, что есть сил, натянул бороду кузнеца и врезался своим лбом в лоб мужчины. – Если ты лжешь, или меня обманули, ответ за это держать будешь ты! ГОВОРИ!!!

Нет. Конечно, кузнец слышал о безумном характере нового конунга. Но такого он себе не мог даже представить. Этот мелкий викинг, излучающий вечную злобу ко всем вокруг, напугал даже кузнеца, который привык ковать сталь и знал, что его закалка будет покрепче многих. И все– таки сейчас, кузнец стал страшно переживать за свою жизнь и здоровье. Казалось, что вот еще секунда и Ниялль от злости, что сжирает его изнутри, выхватит нож и пронзит живот бедолаги по самую рукоять.

– Вождь. Прошу, отпусти меня. Моя дочь, Ингрид. Когда я был на охоте, к ней приходила ее подруга, беглая рабыня, Астрид! Она рассказала, что нашла Паля с пробитой головой у залива и сейчас скрывает его на пастбище. Там есть домик, где раньше жили пастухи. Я думаю, что они там и живут. Сразу же, как я узнал об этом, я пришел к тебе, чтобы рассказать. Но почему же ты меня так зло встретил? Отпусти мою бороду, вождь… – И кузнец попытался поднять голову, но Ниялль выхватил свой нож и перерезал длинную бородищу пополам. Кузнец качнулся и встал во весь рост. Странный вид, обрезанная борода стала квадратной и жутко кривой, глаза несчастного забегали от испуга, ему показалось, что Ниялль сейчас прыгнет на него и обязательно убьет.

– Пошел вон отсюда. И моли Богов, чтобы твой паршивый язык не растрепал эту информацию еще кому нибудь. Вон из моего дома ублюдок… – Ниялль махнул рукой и позвал стражника, викинг, стоявший за дверью, бегом вбежал к конунгу.

– Звал меня вождь!

– Слушай внимательно; – Спокойно ответил Ниялль. – Проследи за кузнецом и скажи нашим, пусть приведут сегодня его дочь, Ингрид. Посадите ее пока в темницу и охраняйте. Это залог его молчания. Но смотрите, чтобы ни кто ее не трогал!

– Все понял, вождь, выполняю! – выкрикнул викинг и, отвернувшись, ушел из зала. Ниялль уселся на лавку у печи и стал всматриваться в полыхающее пламя огня. Еще несколько минут он просидел практически без движений, после поспешно накинул на себя волчью шкуру, перетянул ее поясным ремнем, взял свой топор и вышел во двор. На улице никого нет, даже охрана опять куда-то подевалась, не оповестив об этом своего конунга. Ниялль со злостью сжал кулаки и быстрыми шагами пошел в конюшню. Он взял самую лучшую лошадь, цвета белого с черным и, вскочив на нее, помчался вон из города. На выезде из Йорвика главные ворота закрыты на тяжелый засов. Конунг спрыгнул и подошел к ним, чтобы самостоятельно открыть ворота, как позади него раздался мужской голос.

– Кто такой и куда собрался! Без спросу, ни кто не может просто взять и открыть ворота! Повернись и назови свое имя.

Ниялль закатил глаза и с силой ударил кулаком по воротам. Он медленно обернулся и дрожащим голосом, но отнють не от страха ответил говорившему:

– Ниялль. Конунг Йорвика. Еще вопросы есть, полудурок? – мужчина, по всему видимо охранявший сегодня выезд из города, побледнел, убрал руку со своего топора и низко опустил голову.

– Прости, вождь. Не признал. Может, нужна какая помощь? Ты надолго?

– Заткнись и закрой за мной ворота! Стоять здесь и никуда не уходить с места, когда я вернусь, назову свое имя и ты тут же откроешь ворота. Никого кроме меня не впускать и не выпускать. Все ясно?

– Я все понял вождь. Удачной дороги.

– Я же сказал тебе заткнуться!!! – вскрикнул Ниялль и со злостью откинул балку, что держит ворота закрытыми. Он быстро вскочил на лошадь и погнал ее к пастбищу.

– И все-таки удачной дороги вождь! – выкрикнул ему вслед мужчина и закрыл ворота.

Ветер снова завыл и закрутил снежную метель. Улицы Йорвика стали пустыми, все жители греются в своих домах, готовят обед. Иногда из отдаленных уголков поселения слышится лай собак, потом резкое одергивание, визг псин от прилетевшего полена и снова тишина. Судьбы людей начинают плотно переплетаться в крепкую косу. На старый сухой пень, в горах, падает Руна Соулу – время объединения, мудрости и возможностей. Соулу несет великие дары для познания себя, открытия нового. Но следом за ней, падает Руна Наутиз – бессилие, внутренняя пустота и потерянные вожди. Ветер бросил в лицо комья рыхлого снега и завертелся в танце, отплясывая движения жизни и смерти.

Глава 10. Неслучайная встреча

– Кто там? – вскрикнула Астрид и шагнула к двери…

Она еще раз посмотрела на храпящего Паля и прислушалась к шорохам на улице. «Тук-тук-тук», – кто-то еще громче застучал в дверь, девушка схватила нож и спрятала его одной рукой за спину. Легко, пытаясь совсем беззвучно, Астрид открыла засов, но он предательски зашумел и стучавший по ту сторону двери ногой отпнул ее от себя. Девушка вскрикнула, отскочила назад и, ударившись о горячую печь, упала на пол. К счастью ей повезло и она избежала ожога. Уже лежа на полу Астрид заметила свой нож, который упал у стены. Перед ее лицом остановился мужчина, девушка осторожно стала поднимать свой взгляд от его ног к голове. Это был Ниялль. Его противная улыбка напугала девушку и она попыталась встать.

– Позволь, я помогу тебе! – конунг схватил Астрид за волосы и что есть сил бросил на лежак к Палю. – Значит, правду говорят, вот он… Живой и здоровый! Ах да. Дозволь, я представлюсь! Ниялль, конунг Йорвика и старый добрый собрат твоего гостя.

– Гостя? – Астрид испугано посмотрела на Ниялля.

– Да, конечно же! Он же твой гость. Хотя… Дай-ка подумаю, может вы оба мои гости? Ведь это не твой дом, он стоит на моей земле и принадлежит жителями Йорвика. А ты… рабыня! Не так ли?

– Я не рабыня. У меня нет клейма, а значит – я свободный человек и имею те же равные права, что и остальные жители северной земли. – Астрид пристально посмотрела на конунга и встала с лежака. Она оглянулась на Паля, этот здоровяк все так же крепко спит, заливаясь громким храпом.

– Нет клейма? – Ниялль сделал шаг к девушке и жестко отодвинул край одежды, обнажив ее плечо. – И действительно, клейма то нет. Но может клеймо стоит где-то в другом месте? Я ведь запросто могу тебя сейчас раздеть.

Астрид посмотрела на конунга и от души плюнула ему в лицо, получив за это крепкую оплеуху. Щека тут же загорелась огнем, и девушка снова села на лежак.

– Где ты нашла этого ублюдка? – конунг подошел к Палю и посмотрел на его голову. – Мне сказали, что он был ранен. Но я не вижу никаких ранений, он выглядит вполне здоровым!

– Я нашла его у залива. Что тебе здесь нужно? Оставь нас в покое! – Девушка стала нервно теребить свою косу, не поднимая головы к Нияллю.

– Этот человек должен был умереть, таков был мой замысел. А теперь он лежит здесь, живой и здоровый. Ты понимаешь, я не могу оставить его в живых. Если кто-то из жителей города узнает о нем, это спутает все мои планы. – Ниялль по-хозяйски сел на пень у стола. – Да у вас тут целый пир! Меня ждали? И лепешки.. – он схватил грязной рукой одну горячую лепешку и откусил большой кусок! Ооо, вкусно! Ты молодец, сама готовила? А это что? Сладости? Обожаю! – и как ни в чем не бывало, Ниялль стал поедать запасы на столе, обильно запивая их вкусным травяным отваром! Когда еды почти не осталось, он громко отрыгнул, почесал свою задницу, и вплотную подошел к Астрид.

– Слушай меня внимательно. Я не стану убивать тебя, но и ты должна кое-что сделать для меня. Помнишь свою подругу Ингрид? Она сидит в подвале, в темнице, где содержатся враги и предатели. Там очень холодно, голодно и одиноко. Запросто можно подхватить смертельную заразу. Если ты не хочешь, чтобы она умерла, тебе придется привести ко мне Паля, когда он проснется. Дело в том, что я хочу совершить его публичную казнь на главной площади города. Но я не могу убить его просто так, поэтому, ты должна будешь обманом привести его ко мне и сказать, что видела, как он убивал выживших людей с драккаров по северную сторону от горы «Фарбаути» на льду несколько дней назад. Ты приведешь его ко мне, сказав ему, что все в порядке и его там ждут. Скажешь, что проблемы решены, и он может вернуться в город. Мои люди сразу его схватят, а когда начнется суд, ты расскажешь эту историю.

– Но что я получу взамен?

– Взамен ты получишь свою жизнь, жизнь Ингрид и ее отца. Я не советую тебе выбирать между этим ублюдком и своей подругой. В ином же случае, знай, что идти вам все равно некуда и если завтра до полудня ты не приведешь Паля в мой дом, я объявлю награду за твою голову. Морозы спали, люди голодны и им сейчас, очень нужны деньги, чтобы купить скотину и спасти себя от голода. Ты понимаешь о чем я говорю?

– Да. – Астрид кивнула головой, все так же, не поднимая глаз на конунга. – Я все понимаю.

– Хорошо, девочка. Ты умница. – Ниялль положил руку на ее голову, рука скользнула к сухим губам. Его отвратительные грязные руки смердят смертью. Запах крови и топора. Астрид с отвращением отдернула лицо от его руки и отвернула голову.

– Я все поняла. Завтра. Уходи!

Ниялль ухмыльнулся, взял последнюю лепешку со стола и, напевая песенку себе под нос, пошел к двери.

– Если ты не придешь, тебя ждет ужасная смерть…. Безумно ужасная! Не разочаруй меня, Астрид.

Уходя, он громко хлопнул дверью и ледяной северный ветер залетел в дом. У девушки побежали мурашки по коже, она съежилась сидя на лежаке и только хотела заплакать от нахлынувшего страха, как ее рот зажала крепкая мужская рука.

– Тихо, Астрид. Где топор?

Девушка вытянула вперед свою руку, показывая на место у печи. Там стоит тяжелый ржавый топорик, которым пастухи кололи дрова, живя на пастбище. Паль отпустил девушку и в одной рубахе аккуратно подошел к печи. Он взял топор в левую руку, слегка приоткрыл дверь на улицу и выглянул вперед. Лошадь без хозяина все так же стояла перед домом. Пока до викинга доходило, почему во дворе стоит лошадь, Ниялль с громким криком ударил ногой по двери, прищемив голову Паля. Тот отшатнулся и с мутью в голове грохнулся на ледяной снег. Ниялль, не теряя ни минуты, выхватил свой топор и бросился на сына бывшего конунга, но, просчитав, улетел в стену дома. Паль был на порядок здоровее своего врага, его рост был выше, а конечности куда длиннее. Он схватил свой ржавый топорик и отошел на своеобразный истоптанный круг возле дома.

– Ну что ублюдок? Здорово поплавали? Зря мы тебя достали из моря, нужно было утопить и избежали бы всех этих проблем.

Ниялль поднялся с земли и крепко сжал свой топор. Его руки и тело покрылись сильной дрожью от злости и ненависти. Глаза налились кровью. Смотря прямо в глаза своему врагу, он мерзко плюнул перед собой.

– Дерьма кусок! Наконец-то мне посчастливится убить тебя в честном поединке. Когда мой топор будет торчать из твоей груди, я с огромным удовольствием помочусь на тебя. А после, как мешок с дерьмом, ты полетишь вниз со скалы. Я убью тебя так же быстро, как и твоего отца! Как же он бежал от меня, перед тем как его голова повисла на перерубленной шее! – и Ниялль истерически засмеялся во весь голос. Паль решил, что он блефует, но все-таки переспросил.

– Мой отец мертв? Ты убил его?

– Сдох, как последняя падаль, от моей руки. А его псы, Торгисл и Торвар были забиты заживо палками и камнями. Хахахаха! Какой же ты ублюдок, Паль, ну просто невыносимый!

Паль на секунду замер. Посмотрел на Ниялля, потом на домик, на небо… пастбище и когда до него дошло, что его враг не врет, он с истошным криком бросился на Ниялля. Но тот был гораздо шустрее, за счет своего небольшого роста и веса, и мастерски ушел от атаки. Никто не может сравниться с Нияллем в мастерстве метания топоров и ножей, этим он и решил воспользоваться. Вскинув руку, топор исподтишка полетел в Паля, но к сожалению Ниялль промахнулся, впервые за свою жизнь, и его топор улетел куда-то вдаль, утонув в сугробах.

– Стареешь дружище! Неужели яростный Ниялль, страшный воин, промахнулся?

– Мне не нужен топор, чтобы убить тебя… – С еще большей злостью, Ниялль достал из своего ботинка тяжелый охотничий нож, который когда-то достался ему от отца и бросился вперед, при этом, не переставая размахивать перед собой клинком. Паль в свою очередь сделал резкий выпад и метнул топор в Ниялля. Но и он тоже промахнулся. К слову Паль никогда не отличался метким метанием топора, так в последний раз, на драккаре, когда он метнул свой личный топор в корму судна, тот просто улетел в море и отправился на дно.

– Косой ублюдок! – выкрикнул Ниялль и с ревом медведя набросился на Паля. Он свалил его с ног и, усевшись сверху, направил стальной нож к горлу врага. Паль, ухватился обеими руками за руки Ниялля и попытался отсрочить скольжение ножа по своей глотке, как вдруг по голове конунга прилетела тяжелое весло от драккара, которым Астрид заталкивала Паля в бессознательном состоянии через порог дома! Астрид, схватив его, стала, что есть силы дубасить Ниялля по лицу. На четвертый удар веслом, Ниялль уже потерял сознание, а его нос впечатался глубоко внутрь. Паль, вскочил на ноги, подобрал топор и с криком безумца пробил им грудь конунга. Тело Ниялля дернулось, послышался глухой звук сломанных ребер и кровь быстрыми ручьями побежала наружу, заливая красными потоками одежду и снег вокруг убитого. Астрид размахнулась веслом и так сильно треснула им по голове Паля, что тот практически потерял сознание и закружившись на месте, тупо сел в сугроб. Девушка без малейшего сомнения повторила удар и мужчина отключился. В его голове только пробежала странная мысль: «Какого черта эти викинги опять тычут в меня своими костлявыми пальцами и звонко смеются детскими голосами?»…

Астрид оттащила тело Ниялля до скал у залива и скинула с обрыва. Он как забитый под завязку мешок, тяжело слетел вниз, то и дело, ударяясь на лету об острые выпирающие камни. Девушке даже показалось, что голова Ниялля с треском хлопнула о серые выступы и разлетелась на куски. Но она отбросила эти страшные мысли и, повернувшись, быстро пошла в дом. Паль со связанными ногами и руками лежит на лежанке, смяв под собой все тряпки так, что сено просыпалось на пол. На голове виднеется след от весла, красный и местами синеватый. Астрид налила в чашу ледяной воды и вылила ее на лицо мужчины. Он резкого холода Паль открыл глаза и, не понимая, что происходит, вылупился на девушку.

– Что случилось, Астрид? – он попытался дернуть головой, но она болела, и ему перехотелось шевелиться. – Голова кружится. Ты меня ударила? Зачем?

– Я боюсь тебя. Почему я должна тебе доверять? И могу ли?

– Конечно, не нужно бояться. Я не враг тебе. Ты тащила меня с залива сюда, выхаживала столько времени, чтобы просто взять и прибить веслом? Если ты не веришь мне, тогда прошу, не нужно мучить… Просто скинь меня вместе с телом Ниялля со скалы и дай мне разбиться о камни; – Он посмотрел на нее ясными глазами и улыбнулся. – Я не враг тебе, Астрид. Развяжи меня.

– Я хочу знать, что ты намерен делать дальше. Вот ты сейчас здесь, здоров и полон сил. Я развяжу… И что, будет дальше? Может, ты решишь, изнасиловать меня и после убить. Для вас всех я всего лишь рабыня, вы собак цените больше, чем рабов. Дай мне хоть один повод быть уверенной, что это не так? – Астрид села на пень у стола и положила на него топор Ниялля. – Я нашла этот топор в снегу, если ты попытаешься хоть что-то сделать со мной, я без сомнения пробью твою голову этой железякой. Ты понимаешь?

– Ты спросила, что я намерен делать? Я собираюсь вернуться в Йорвик и вернуть правление городом себе, по праву и наследству от своего покойного отца, конунга Ёдура, я имею право стать вождем. И… Я хочу, чтобы ты пошла со мной.

– В качестве рабыни?

– Нет.. Я хочу, чтобы ты пошла со мной туда в качестве моей женщины. – Паль сделал идиотский вид, смесь наивности и недоразумения, и добавил. – Когда я спал, во сне, я видел женщину. Ее звали Стейнунн. Она сказала, что ты знаешь о том, что нам с тобой суждено быть вместе. Рано или поздно. Она так же сказала мне, что Вы с ней уже знакомы. Это веские доводы в мою пользу?

Астрид от неожиданности упала с пенька. Но тут же, быстро встав, схватила нож и метнулась к Палю. На секунду она остановилась и уставилась на него, заглянув в эти суровые мужские глаза, потом девушка ловко перерезала веревки на его руках и, кинув нож рядом с Палем, велела ему самостоятельно избавляться от веревок на ногах. Сама же Астрид взяла топор и встала в угол возле печи. Паль избавился от веревок и попытался подойти к ней, но девушка резко одернула его.

– Стой!

– Что случилось? – он остановился и задумчиво посмотрел на Астрид. – Я не могу подойти?

– Собирайся и уходи в свой город! Иди и верни себе власть. Если Руны лягут верно, то мы снова встретимся с тобой и возможно однажды, как ты и говоришь, мы будем вместе. До тех пор, я останусь здесь. И предупреждаю тебя…. – но Паль не дал девушке договорить, он схватил шкуру, накинул ее на свои могучие плечи и открыл дверь на улицу.

– Я вернусь за тобой, Астрид Пестрокрылая! – И мужчина, быстро вскочил на лошадь Ниялля, что все так же морозилась у дверей. Он ударил ее в бока и бело-черная лошадка, что есть сил, помчалась в сторону города.

Астрид только успела шепнуть про себя: «Пестрокрылая? Паль!!!Стой!!!». Она выбежала во двор, но здесь, кроме множества следов и алой крови на снегу, уже никого не было. Девушка быстро вошла в дом и накрепко закрыла старый ржавый засов.