Текст книги "Неукротимое томление"
![](/books_files/covers/thumbs_240/neukrotimoe-tomlenie-38927.jpg)
Автор книги: Пенелопа Уильямсон
Жанр: Зарубежные любовные романы, Любовные романы
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 4 (всего у книги 26 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
До Коммона они добирались недолго. Делии было приятно сидеть так близко к Тайлеру, ощущать его тепло и даже биение сердца. Свернув с Коммон-стрит, они остановились перед широким полем, где паслось стадо коров. На краю поля их ждала повозка, запряженная волами и нагруженная домашней утварью и мебелью. В ней сидела женщина, а какой-то мужчина нетерпеливо расхаживал взад и вперед, заложив руки за спину. Тайлер поднял руку в знак приветствия. Он спешился и помог Делии спрыгнуть с лошади.
– Простите за опоздание, преподобный Хукер, – улыбнулся Тайлер, протянув руку молодому человеку.
Калебу Хукеру было не больше двадцати лет. Он был в просторном темном костюме из тонкого сукна и широкополой шляпе с низкой тульей.
Молодой человек улыбнулся Тайлеру и посмотрел на Делию серьезными карими глазами. Когда он заметил ее убогую одежду, улыбка исчезла с его лица.
– Меня зовут Делия, – представилась девушка, не заметив его замешательства, – наверно, мы вместе с вами отправимся в Мерримитинг.
– Э… м… а меня Калеб, – растерянно проговорил он. Он повернулся к Тайлеру и заговорил низким и мелодичным голосом священника.
– Искренне рад видеть вас, доктор Сэвич, мы уж было начали волноваться. – Он взглянул на женщину, сидевшую в повозке. – Позвольте представить вам мою жену Элизабет.
Делия с нескрываемым любопытством уставилась на новую знакомую с длинной лебединой шеей и матовой нежной кожей. У нее были мелкие черты лица и маленький рот, с приподнятыми уголками. На ней тоже было все черное, кроме белоснежного передника, надетого поверх корсажа. Из-под ее шляпки выбивались светлые волосы. В руке она держала Библию, переплетенную тисненой кожей н украшенную позолоченной застежкой.
– Лизи, это тот самый доктор, о котором я тебе рассказывал, – сказал преподобный Калеб Хукер.
Судя по тону Калеба, он нежно любил жену.
– Доктор будет сопровождать нас в Мерримитинг. А это… Делия.
Элизабет подняла строгие серые глаза, но тут же снова опустила их.
– Приятно познакомиться, доктор Сэвич, – тихо сказала она.
Молчание Тайлера заставило Делию взглянуть на него. В ту же секунду она почувствовала, как земля плывет у нее под ногами, а сердце сжимается от тоски. Тайлер не отрываясь смотрел на Элизабет, и в его глазах сияло немое восхищение.
Глава 4
Путники погрузились на паром, переправлявшийся через реку Чарльз, зажатые с двух сторон бочками с ромом и блеющими от страха козами. Элизабет Хукер, напуганная переправой, вцепилась в повозку и закрыла глаза. Тайлер Сэвич не скрывал своего участия к ней.
Для Делии было пыткой видеть их вместе.
«Как же ненасытно сердце человека», – с горечью думала она.
Прошлой ночью ей было достаточно находиться рядом с ним. Но теперь, когда она видела, какие восхищенные взгляды он бросает на Элизабет, ей хотелось большего.
Делия поняла, что лучше уж ей не смотреть на них. Она пошла на корму и стала наблюдать, как исчезают в туманной дымке знакомые очертания города, высокие шпили бостонских церквей, мачты кораблей в гавани и маяк на острове Бекон. Девушка убеждала себя, что глаза у нее слезятся от яркого солнца…
– Отец…
Делия подумала, что он наверняка напился, не застав ее дома прошлой ночью. Она даже не попрощалась с ним, но это, конечно же, к лучшему. Пьяный, он набросился бы на нее с кулаками.
Безусловно, протрезвев, он будет скучать о ней и никогда не вспомнит о том, что она ударила его. Потом начнет искать ее и обшарит все побережье.
«Позже он поймет: все, что ни делается, – к лучшему. Ведь он вовсе не дурак. И тогда он горько пожалеет о своей потерянной жизни и безутешно заплачет».
Чувство вины терзало Делию. Она поклялась себе, что, добравшись до Мерримитинга, непременно найдет кого-нибудь, кто поможет ей написать письмо. Тогда она сообщит отцу, что с ней все в порядке, и он хотя бы перестанет волноваться. «Бедный папа… Кто теперь позаботится о тебе?»
Закрыв глаза, Делия попыталась представить себе отца, но совсем не таким, каким видела его в последний раз, со сверкающими от гнева глазами и извергающим проклятия. Она вспомнила, как в детстве отец казался ей богом, высоким и сильным. Однажды они стояли в самом конце Лонг Воф, и отец показывал ей корабли в гавани. Тогда ее впервые поразила мысль о том, как велик мир. Но при этом она ощущала, что надежно защищена от любых бед – ведь ее охранял заботливый отец. Тогда он улыбнулся и сказал: «Я люблю тебя, детка».
Но потом умерла мать, и бог стал исчадием ада.
– Ваша семья в Мерримитинге? – услышала девушка голос Калеба Хукера.
Делия обернулась к нему Он приветливо улыбался, и Делия заметила, что у него неровные передние зубы. Это понравилось девушке, так как, по ее мнению, от этого он меньше походил на святого.
– В Мерримитинге я собираюсь выйти замуж за вдовца и заменить мать его дочкам, – ответила она.
– Понятно, – неуверенно отозвался он.
Делии и самой казалось невероятным, что она говорит об этом так открыто. Но она напомнила себе, что отправляется строить новую счастливую жизнь.
«Чтобы быть рядом с Тайлером», – поправил ее внутренний голос, но девушка не слушала его.
Молча посмотрев друг на друга, Делия и священник повернулись к повозке, где сидела его Элизабет, а возле нее стоял Тайлер Сэвич. В этот момент он склонился над ней, видимо рассказывая что-то очень забавное. Элизабет засмеялась, но тут же опустила глаза в Библию.
– Моя жена… боится ехать в такую даль, – начал Калеб, – она любит сидеть в тепле, уютно поджав под себя ноги с прялкой в руках. Элизабет так мила за работой.
Он снял шляпу и пригладил мягкие темные волосы.
– Ей придется нелегко в пути, но когда мы поселимся в доме священника, она будет счастлива, – добавил он, словно оправдываясь перед собой. Делии захотелось подбодрить его.
– Конечно, так оно и будет, – мягко проговорила она.
Чуть погодя Калеб спросил:
– Вы будете посещать мой приход?
– Ну… – замялась Делия, покраснев и опустив глаза, – я никогда не отличалась набожностью.
Тихий смех заставил их повернуться. Перед ними стоял Тайлер Сэвич. Его глаза были точно такого же цвета, как темно-синие воды реки. Он засунул пальцы за пояс бриджей, шляпа была лихо сдвинута на затылок, а бахрома на охотничьей куртке шевелилась от легкого ветра. Он был так красив, что у Делии перехватило дыхание.
– Думаю, в Майне не так уж много примерных прихожан, – весело сказал он, и в его глазах вновь вспыхнули озорные огоньки.
«Должно быть, общение с Элизабет приободрило и развеселило его», – с досадой подумала Делия, втайне надеясь, что она сама вызвала его улыбку.
– Но мне сказали, что в Мерримитинге нужны мои услуги, – возразил молодой человек, не заметив тени, омрачившей лицо Делии.
Тайлер даже не посмотрел в ее сторону.
– Законы Массачусетса гласят: поселение может получить статус города, если в нем есть церковь и школа, а значит, священник и учитель. Но, честно говоря, в данный момент мы все несколько стеснены в деньгах, и нам трудно содержать обоих. Поэтому, проголосовав, мы предпочли вас с преимуществом в два голоса. Признаюсь вам, что выборы провели шутки ради.
К изумлению Делии, священник от души рассмеялся.
«Как здорово, что такой серьезный человек может от души смеяться», – подумала Делия.
Так или иначе девушке было приятно путешествовать в обществе священника и его жены. Калеб Хукер казался ей добрым, отзывчивым человеком, готовым поддержать любую женщину. А Делии Макквайд так не хватало доброго друга и советчика.
Переправившись через реку, они собирались уже отправиться по почтовому тракту на северо-восток, как вдруг Делия повздорила с Тайлером из-за лошади.
– Я не сяду на нее вместе с тобой, – сердито сказала она, когда Тайлер обнял ее за талию, помогая взобраться на лошадь.
Она сделала вид, что боится лошади, но опасалась чувства влюбленности, захватывавшего ее все больше и больше. Для нее было пыткой прижиматься к его сильному телу, ощущать его тепло, а вместе с тем знать, что темно-синие глаза Тайлера устремлены на миссис Хукер.
– Что же ты намерена делать? Идти пешком до Мерримитинга? – спросил Тайлер, не скрывая раздражения.
– Ну, не лететь же мне туда, – огрызнулась девушка.
– Черт возьми! – заорал Тайлер, словно забывая о том, что его слышат священник и Элизабет. – Почему ты такая бестолковая? Я куплю тебе лошадь при первой возможности, ну, а пока…
– Я уже говорила, что не нуждаюсь в твоих благодеяниях, Тайлер Сэвич!
– Неужели? A кто же, по-твоему, заплатит за еду и ночлег?
Делия вспыхнула, но все же гордо вскинула голову.
– Не считай меня дурой, я знаю, что не смогу обойтись без еды во время долгого путешествия, но верну тебе все сполна.
Тайлер удивленно приподнял брови. А Делия между тем раздраженно продолжала.
– Говорю тебе, я не сяду ни на какую лошадь, и не соглашусь ни на одно из твоих дурацких предложений.
На этот раз Тайлер рассмеялся.
– С чего это ты так разошлась?
Делия повернулась и чертыхаясь решительно пошла по дороге.
– Подождите, Делия! – окликнул ее Калеб Хукер. – В нашей повозке найдется место для вас. Думаю, что…
Девушка оглянулась. Заметив, что Элизабет укоризненно смотрит на мужа, она окинула взглядом повозку со стульями, кроватью, сундуками и даже двумя прялками – для шерсти и льна. Нет, при всем желании в этой повозке для нее не найдется места.
Делия покачала головой.
– Спасибо за приглашение.
– Ну, если вам кажется…
– А теперь, когда все определилось, может быть, мы все-таки двинемся в путь? – сухо спросил Тайлер. – Мне бы хотелось добраться в Мерримитинг до первых снегопадов.
Смущенно улыбаясь, Хукер поспешно спрыгнул с повозки, но едва он взялся за плеть, Элизабет тихо спросила:
– Разве ты не помолишься перед долгой дорогой?
– О… конечно, – кивнул он. – Господи, храни нас в путешествии, которое мы совершаем по милости Твоей, Да святится Имя Твое. Амен, – Торопливо произнеся это, он стегнул волов, колеса заскрипели, и все трое пустились в путь, к цели своего путешествия – поселению Мерримитинг, округ Сагадохок, Майне.
Они двигались очень медленно. Дорога заросла травой. То тут, то там торчали старые пни, валялись валуны, колеса повозки проваливались в выбоины. Им приходилось часто останавливаться и кормить животных. Делия шла рядом с волами. Ей нравилось, что они трудолюбивы, сильны и медлительны. Идти рядом с ними было гораздо спокойнее, чем подпрыгивать в седле.
Тайлер был раздражен, и это передавалось лошади, которая вскидывала голову и пряла ушами.
Глядя на Тайлера, Делия пыталась угадать причину его беспокойства. Должно быть, всему виной его странная судьба. Десять лет, проведенных им среди дикарей, конечно, оставили неизгладимый след. Даже получив образование в Англии, он не смог избавиться от прежних привычек, которые то и дело давали о себе знать, несмотря на его ученость.
Поглощенная своими размышлениями, Делия не заметила, как они миновали несколько ферм, состоящих из пяти-шести жалких лачуг, сады, раскинувшиеся на участках земли неправильной формы, и снопы свежесжатой пшеницы. Путники поравнялись с двумя девушками, которые просушивали на пригорке лен, и Делия помахала им рукой. Когда они ответили ей таким же приветствием, она очень обрадовалась и почувствовала себя такой беззаботной, что даже рассмеялась от счастья. Но, оглянувшись, поймала на себе мрачный взгляд Тайлера.
Значит, он опять недоволен ею, решила Делия.
«Наверняка настоящая леди никогда не стала бы так по-дурацки радоваться», – подумала она, пообещав себе впредь быть осмотрительнее.
Поздним вечером путники добрались до топких солончаковых лугов, где кружили тучи голубых, больно кусавшихся мух. Делия сломала кленовую ветку, подожгла ее и стала обмахивать ею волов, чтобы хоть немного оградить их от кровожадных и ненасытных насекомых. Вскоре спина лошади Тайлера распухла от укусов. Наконец болото закончилось, дорога немного расширилась, и путники подъехали к небольшой деревушке. Тайлер предложил им остановиться здесь на ночь.
– Судя по тому, как свирепствуют мухи, скоро пойдет дождь. Завтра будет сыро, но это избавит нас от этих летающих чудовищ, – сказал он.
Делия и без него знала, что погода переменится: ушибленные ребра ныли, как больные зубы.
Деревушка была крошечной. Казалось, можно одним махом перепрыгнуть ее. В местной церкви не было даже колокольни, а луг казался грязным загоном: там паслось лишь несколько тощих коров. Гостиница примостилась на самой окраине. Вывеской ей служил старый якорь, подвешенный на ржавой скрипящей цепи. Подъехав к парадному входу, путники почувствовали резкий запах скота и отхожего места, доносившийся с заднего двора. Хозяин поспешил им навстречу, почесывая живот и жуя табачную жвачку. Он был в шерстяных бриджах, оборванных снизу, и так называемых «деревенских ботинках» – обычных гамашах, сделанных из старого одеяла. Их завязывали в лодыжках и под коленями. За хозяином плелся тощий пес.
Хозяин кивнул лохматой головой.
– Как дела, господа?
– Честно говоря, неважно. Вы принимаете постояльцев?
– Конечно. Это гостиница «Голубой якорь».
Хозяин старательно подсчитал плату за постой.
– Четыре шиллинга за ночлег, включая ужин, и два шиллинга за животных, – сказал он.
Тайлер попросил у него немного соли и воды, чтобы протереть спину иноходцу. Хукеры вылезли из повозки. Элизабет, бледная и усталая, поспешно вошла в гостиницу. Делия хотела последовать за ней, но Тайлер преградил девушке дорогу и положил руку ей на плечо.
Посмотрев на ее ноги в синяках и ссадинах, он сказал:
– Позволь мне осмотреть тебя.
– Спасибо, я сама позабочусь о себе, – резко ответила она.
Тайлер стиснул губы, и Делия поняла, что он едва владеет собой. Она вовсе не хотела рассердить его, но боялась выдать себя, если уступит ему.
«Он сразу поймет, что я отправилась в это путешествие из-за него, станет жалеть меня и подшучивать над моими мечтами, а мне не вынести этого», – думала Делия.
– По крайней мере признайся, что поступила глупо. Завтра ты поедешь со мной на лошади… – начал он.
– Ни в коем случае, – отрезала она.
Тайлер крепко взял ее за подбородок, и она чуть не расплакалась от беспомощности.
– Что случилось, детка? – вдруг ласково спросил он. – Чего ты теперь злишься?
– Оставь меня в покое!
Делия вырвалась из его рук и бросилась к двери гостиницы, которая пронзительно заскрипела, когда она приоткрыла ее. Тайлер еще долго стоял на месте, после того как дверь с шумом захлопнулась перед его носом. Его раздирали сомнения, что делать – вернуть строптивую девчонку назад и как следует проучить ее или прильнуть губами к ее чувственному рту и сжимать ладонями ее груди, пока она не застонет от наслаждения? Так ничего и не решив, он пошел помочь Калебу распрягать волов, проклиная женщин, мух, а заодно и всех остальных.
Час спустя все четверо сидели за широким столом трактира. Неряшливо одетая женщина принесла им поднос, на котором стояли тарелки с кукурузной кашей и кружки с ромом.
– Господи, я чертовски проголодалась, – выпалила Делия, увидев тарелку с едой. Спутники молча уставились на нее: Элизабет – с нескрываемым ужасом, Тайлер – злобно, а преподобный Калеб Хукер – с улыбкой.
– Ручаюсь, что вы не более голодны, чем я, – дружелюбно произнес последний.
Поблагодарив его взглядом, Делия поднесла было ложку ко рту, как вдруг услышала:
– Господи, благодарю тебя за все, что ты ниспослал нам.
Девушка тотчас положила ложку, но, нечаянно стукнув ею о тарелку, посмотрела, не заметил ли этого кто-нибудь из них. Увы! Тайлер метнул на нее такой взгляд, что Делия, смутившись, задела свою кружку с ромом, залив стол и бриджи Тайлера.
С его губ едва не слетело проклятие. Вскочив, он начал вытирать бриджи салфеткой.
– Я проучу тебя, детка, – процедил он сквозь зубы, садясь на место.
– Это случайно, Тай. Честное слово, – виновато сказала Делия.
– Как бы не так! – не унимался он.
Делия очень огорчилась. Она так надеялась показать Тай-леру, что умеет вести себя за столом! Ведь она хорошо запомнила, что нельзя ни разговаривать, ни смеяться с полным ртом и что нужно тщательно пережевывать пищу.
«И вот что из этого получилось. Я облила Тайлера ромом», – сокрушалась она.
Между тем Элизабет аккуратно ела, вытирая рот салфеткой.
«Мне никогда этому не научиться, поэтому Тайлер и не замечает меня».
Делия отодвинула нетронутую тарелку с кашей.
– Доктор Сэвич предупредил меня, дорогая, что не все обрадуются нашему приезду в Мерримитинг, – сказал Калеб Хукер жене.
Делия заметила, что Тайлер тут же повернулся к Элизабет и очаровательно улыбнулся.
– Это не совсем так, миссис Хукер. Вам все будут очень рады. Я только хотел предупредить, чтобы преподобный отец не рассчитывал быстро привлечь поселенцев в церковь. Ему придется поработать с каждым, с нас хватит похотливых охотников.
При слове «похотливые» Элизабет густо покраснела, что очень разозлило Делию.
– Мы называем их «лесными дьяволами», – продолжал Тайлер, обезоруживающе улыбаясь. – Большинство из них дикари.
– А вы, доктор Сэвич, будете посещать церковь? – жеманно спросила Элизабет. О, как хотелось Делии, чтобы она заткнулась.
«Интересно, как он выкрутится», – подумала девушка, ведь он поддержал ее, когда она призналась Хукеру, что не слишком благочестива.
Тайлера выручил хозяин гостиницы, до сих пор молчавший.
– В Майне полно хищников, – ни с того ни с сего проговорил он.
– Каких хищников, – полюбопытствовала Делия, поворачиваясь к нему.
– Волков, пантер и огромных медведей. А еще есть двуногие хищники, такие, как пираты…
– Пираты! – с восторгом воскликнула Делия, глядя на Тайлера. – У вас и в самом деле есть пираты? Может, мы найдем зарытые сокровища?!
Тайлер рассмеялся.
– Они называют себя каперами и предпочитают тратить деньги, а не зарывать их.
– Но самые ужасные из хищников – индейцы, – не унимался хозяин.
Элизабет Хукер выпрямилась и побледнела. Панический страх исказил ее миловидное лицо.
– Индейцы? А я полагала, что они безобидны. Ведь был подписан мирный договор. Калеб, ты говорил…
– Еще не родился индеец, который соблюдал бы договор, – возразил хозяин.
– Говорят, индейцы сажают пленных на кол и поджаривают, как рождественского гуся, – вставила Делия, лукаво взглянув на Элизабет.
Заметив, что та побледнела еще больше, она удовлетворенно ухмыльнулась.
– Да, да, вы совершенно правы, – поддержал Делию хозяин, довольный таким поворотом беседы. – Но сначала они пытают пленников каленым железом и режут их на части…
– И едят мясо пленников у них на глазах, – с наслаждением закончила Делия.
Элизабет вскочила, опрокинув скамью. Прижав руки ко рту, она выбежала из комнаты и устремилась вверх по лестнице – туда, где были спальные комнаты. Тяжелая дверь с шумом захлопнулась, и все стихло. Вдруг Тайлер поднялся. Делия подумала, что он бросится успокаивать Элизабет, но Тайлер схватил ее за руку, и не успела она опомниться, как оказалась во дворе.
Он резко повернул ее к себе, и Делия обомлела, увидев бешенство в его глазах.
Тайлер грубо дернул ее за руку.
– Мне придется запереть тебя в дровяном сарае и как следует проучить.
– Я всего-навсего болтала с хозяином и не виновата в том, что твоя драгоценная Элизабет приходит в ужас от таких пустяков.
– Да, Элизабет Хукер – пуглива, но ты далеко не глупа и, уж не знаю зачем, нарочно запугивала ее. Ты вела себя, как злобная скверная девчонка!
«Неужели он не видит что со мной происходит? Что я погибаю от любви к нему? Он не выносит меня», – думала Делия.
Опустив голову, она тихо сказала:
– Прости меня, Тайлер.
Он выпустил ее руку.
– Ты должна просить прощения не у меня.
– Я так и сделаю, но чуть позже. Может, и тебе стоит извиниться перед священником за то, что ты, как мартовский кот, бессовестно ухлестывал за его женой?
– Что? – Тайлер вскинул голову, ноздри у него раздувались.
Будь все иначе, его вид рассмешил бы Делию, но сейчас она чуть не расплакалась.
– Думаешь, никто не заметил, что ты не отходил от нее весь день, словно тебя к ней магнитом тянуло? Это было так гадко…
Тайлер крепко схватил ее, оторвал от земли и зашипел ей в лицо:
– Попридержи язык, Делия! Мужчина может смотреть с восхищением на красивую женщину, вовсе не помышляя о том, чтобы затащить ее в постель.
– Ты же не станешь отрицать, что хотел ее.
– Стану. Я… – начал было Тайлер.
Но Делия вырвалась и бросилась по дороге прочь из города. Она слышала, как он окликнул ее, но не оглянулась. Слезы душили девушку, а ее тело сотрясалось от рыданий. Немного спустя, она свернула с дороги и побежала к хвойному лесу.
* * *
Ноги Делии бесшумно ступали по мягкому ковру из осыпавшихся иголок. В лесу было прохладно, тихо и очень красиво. Делия устало брела по оленьей тропе. Слезы высохли, и, с интересом оглядываясь по сторонам, она постепенно отвлеклась от тягостных переживаний. Лес жил своей жизнью. Дятел стучал по трухлявому стволу мертвого дерева, выискивая жучков и личинок. Прелестная шоколадная бабочка с желтыми разводами на крыльях опустилась на траву возле Делии, словно желая утешить ее. Поганки на тонких ножках, стоящие около папоротника, напомнили Делии солдат на параде.
Девушка шла по тропинке до тех пор, пока путь ей не преградило дерево, рухнувшее во время урагана. Побродив еще немного, Делия решила вернуться. Она боялась заблудиться и снова дать Тайлеру повод кричать на нее. К тому же Делия опасалась, что в лесу водятся дикие звери, и не хотела испытывать судьбу.
Едва Делия подумала об этом, как за ее спиной неожиданно хрустнула ветка. Девушка испуганно повернулась, напряженно вглядываясь в густые заросли. Ей показалось, что в лесу слишком быстро стемнело, будто чья-то невидимая рука заслонила солнце. Делия заспешила назад, чтобы не остаться здесь на ночь.
Она снова пошла по оленьей тропе, пока та не привела ее к развилке.
Делия выбрала тропинку, ведущую направо, но через несколько минут остановилась. Все казалось ей незнакомым, кроме деревьев и папоротника. Особенно насторожило ее обилие желтых цветов. Она была уверена, что не видела их раньше.
Решив, что пошла не по той тропинке, Делия повернула назад, но теперь вместо развилки с двумя тропинками увидела целых три. Тут она заметила, что тропинки бегут по всему лесу, переплетаясь друг с другом, сходясь и расходясь. И все они вели неведомо куда.
Позади снова хрустнула ветка.
Напуганная Делия пустилась бежать, не разбирая дороги, продираясь сквозь высокий папоротник, царапая руки и ноги о колючие ветки елей.
Внезапно она почувствовала, что земля уходит из-под ног. Делия втянула голову и полетела кувырком. Мимо нее пронеслось огромное бревно, которое наверняка размозжило бы ей голову, если бы она не успела отодвинуться.
Бревно упало ей на ногу, и Делия закричала от боли. Сверху посыпалась земля, иголки и сухие листья. Затем все стихло.
Девушка посмотрела вверх. Над головой было голубое небо и зеленые ветви деревьев. Яма, в которую она угодила, была не меньше восьми футов глубиной. Делия, конечно, попыталась бы выбраться, если бы не тяжелое бревно, пригвоздившее ее к земле.
– Помогите! – что есть мочи закричала она.
Ей ответило только эхо, и Делии показалось, что она осталась одна на всей земле. Делия напрягла слух, она снова услышав хруст ветки. Девушка сжала зубы, чтобы не закричать от боли, и уперлась руками в бревно. Оно не сдвинулось с места ни на дюйм. Но вдруг Делия вновь отчетливо услышала хруст веток совсем близко от себя.
Вслед за тем раздалось негромкое рычание.
«Боже, сохрани и помилуй…», – забормотала Делия.
Она не сомневалась, что это волк.
«Интересно, нападают ли волки на людей? Наверно, да, если голодны», – решила Делия, все же смутно надеясь, что этот последовал за ней из любопытства. Смеркалось. Ветви деревьев как черные пальцы тянулись к сумеречному небу.
Сверху посыпались листья и земля, и Делии почудилось, что она видит пару горящих глаз и оскаленную пасть.
Девушка закричала, глаза и клыки исчезли. Она снова попыталась освободиться от бревна и напряглась всем телом. Напрасно!
В изнеможении откинувшись назад, Делия подняла глаза к небу…
– Так-так, – послышался знакомый голос. – Похоже, мы поймали хищника.
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?