Текст книги "Торфъ"
![](/books_files/covers/thumbs_240/torf-245797.jpg)
Автор книги: Петр Гришин
Жанр: Современная русская литература, Современная проза
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 8 (всего у книги 31 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]
– Ну все.... мне теперь стыдно, пристыдили в край! Извините меня Артур Юрьевич… право не знаю, что на меня нашло вчера.
– Переутомилась ты вчера, а опосля расслабилась! А историю эту тебе выделил потому что ты у нас лучшая! Годик ещё поработаешь буду тебя и на другие свои проекты звать.... Захарова, ты убиваешь свой огромный потенциал на всякую ерунду! Поверь, если тебя сейчас озолотить, ты на этой точке и остановишься и будешь лишь деградировать! Возьмись за ум, мобилизуй себя! У тебя огромный потенциал и перспективы…
Захарова недоверчиво посмотрела в глаза Артуру Юрьевичи, но не найдя в них и тени подвоха, тут же отвела взгляд от греха подальше. Хитрый лис поймал таки её на крючок.... Пришла выяснять отношения, а сидит словно нашкодившая школьница, впитывая каждое слово сказанное столь ненавистным ей человеком… И ведь, верит ему, что самое обидное. Умеет стервец в доверие войти, да на жалость взять!
Резко развернув к себе ноутбук, Рост властно взмахнул рукой.
– Все, если вопросов нет, беги готовься к вылету! Ежели все срастётся, по прилёту доложись, и можешь передохнуть пару деньков, вид у тебя что-то неважнецкий. Не по красоте женской, не подумай плохого, просто видно, что усталость в тебе сидит.
В дверь постучали, Артур Юрьевич встрепенувшись, негромко крикнул – Входите! Захарова довольно резко вскочила, громыхнув стулом, и мельком глянув на вошедших, бочком выскользнула в ещё не закрывшуюся дверь.
Рябинин и Войсберг. Оба именитые телевизионные продюсеры… Аля прокрутила про себя последнюю фразу Роста – «Буду тебя и на другие проекты звать». Хм, врёт небось, но что уж, приятно, что лучшей назвал.
Не желая с кем либо ещё встречаться, Захарова проскользнула к малым лифтам и выйдя через операторский подъезд, вскоре благополучно достигла своей Мазды.
Что же – дела сделаны, самолёт в полночь, можно и по торговым немного погулять, давненько она себя не баловала маленькими женскими радостями. Заведя автомобиль, Аля тут же тронулась с места, и выехав на Королева резво помчалась в сторону МКАД с его многочисленными ТЦ и Гипермаркетами.
«Сергей Несторович и Анна»
– Ань!
– Ну что Серёж? С утра встать ещё не успел, а уже словно демон в тебя вселился! Ну вот, что ты из меня тянешь? Я как Полю родила с тех пор в этом долбучем Останкино ни разу не была! Каких ты из под меня людей хочешь? У тебя у самого вон – и министры, и генералы, и адмиралы, и академики, выбирай не хочу. Но нет, тебе меня тормошить надобно, без меня никак, сам ведь ты ну никак не можешь выйти на каких-то там вшивых телевизионщиков? Они ведь сами будут рады по уши, что к ним обратилась столь влиятельная фигура, как ты!
– Ань!
– Да?! Серёж?!
– Не истери! Ты ведь умная женщина! Ленивая, тяжёлая на подъем, но ум у тебя точно присутствует. Вот и пораскинь мозгами – мне не нужна огласка, никакая! Именно поэтому я не могу использовать в этом деле своих людей. Как только я к ним обращусь, тут же возникнут ненужные вопросы, а мне это совсем не с руки. Мне необходимо сконектиться с нужными мне людьми инкогнито, зайти к ним через заднюю дверь. Тихо, незаметно и без всякой огласки.
Поджав губу Анна Викторовна задумалась, переваривая услышанное. Про умную это факт бесспорно очевидный, а вот с ленью она категорически была не согласна. Три часа фитнеса каждый день, бассейн, многокилометровые пробежки каждый вечер, йога, пилатес, и это он смеет называть ленью? Интересно, что тогда в его понимании труд? Бесцельно вкалывать в офисе с девяти до семи, потом час трястись в метро, зажатой со всех сторон потными телами едущих с работы людей? Ну да.... несколько лет такого труда, и мужики всерьёз начинают задумываться о разводе, дескать что же ты в зал не ходишь дорогая, за собой совсем не следишь, ногти сама дома красишь, вечно уставшая, смурная.... А все потому, дорогой что я вкалывая как лошадь, дабы ты не уличил меня в лени, от этого и не успеваю ничего.
Пф – ленивая. Ладно это потом. Разборки Анну никогда не возбуждали, а вот запах денег она всегда ощущала издали, словно акула – чующая кровь за долго до появления на горизонте самой жертвы.
– Почему тебя именно эта передача интересует? Кого ты там искать собрался? Есть у меня в той редакции несколько знакомцев, но что мне им говорить?
Сергей Несторович внимательно глянул в наполненные полнейшей заботой и вниманием глаза жены. В театр её пристроить что ли, играет что сама Кэтрин Хепберн (Американская актриса, четырежды удостоившаяся премии Оскар) не подкопать ни с какого боку, любая эмоция, любая роль. Ох и хитра Лиса, но лиса преданная, битая, знающая цену жизни.... Такой можно было доверить свои самые заветные секреты, не выдаст, не предаст. Ибо знала наверняка, к чему такое предательство приведёт.
– Отца будем моего искать…
– О как… Отца? Но зачем? О нем уже двадцать лет ни слуху ни духу… что-то случилось? Серёж? Ты ведь сам говорил, что знать его не желаешь, сгинул и хорошо.
– Говорил… и говорю, но кое что и в прям случилось… наследство папаше перепало на днях… Понимаешь?
– А если он умер давно? Где искать его?
– А если он умер давно – то следующие наследники – мы с братом!
– Вы с братом… -Аня практически до крови закусила нижнюю губу и впилась наманикюренными ноготками в ладошку. – Много?
– Очень…
– Ладно! – Анна нервно вскинула руки и сделав круг по комнате, подошла к панорамному окну. Открывающийся из него вид на Москва-реку всегда успокаивал её, помогал собраться с мыслями и сконцентрироваться на проблеме. – Дай мне пол часа и я найду нужных тебе людей…
– Спасибо! Ты прекрасная, умная и чрезвычайно красивая женщина Анют! Люблю…
– И я тебя… мой милый льстец....
«Сергей Несторович и Артур Юрьевич»
– Алло!
– Добрый день! Это вас беспокоит помощник Сергея Несторовича Рубинштейна… Да… на Первой останкинской стою, напротив двухэтажного здания, что возле пруда.... ага.... там в курсе уже? Спасибо! Понял! Вход у ворот через которые заедим, встретит девушка в джинсовке и платье! Спасибо!
– Все хорошо, Федь?
– Так точно Сергей Несторович! Вроде все пока гладко выходит, нам сейчас вон в те ворота, полицейские в курсе, номер наш у них есть. Паркуемся и заходим вон в то КПП… шестнадцатое вроде, а там нас уже должна дожидаться с пропусками некая Софья в джинсовке и платье.
– Хорошо…
Роскошный Мерседес S – класса, породисто заурчав мощным мотором, включил поворотник и медленно подкатил к шлагбауму. Спустя несколько секунд из здания КПП неторопливо вышел полицейский с висящим поперёк груди автоматом.
– Сюрьезно у них тут! Прям ракетный завод, не иначе!
– Тут Федь, почище ракетного завода будет....
– В каком смысле Сергей Несторович? – Водитель с внешностью былинного богатыря Алёши Поповича, повернул своё добродушное лицо к боссу. – Настолько секретно тут?
– Не думаю, что прям секретно, а вот то, что новости отсюда могут вдарить по миру и по стране почище твоих ракет, это абсолютно точно! Кто владеет информацией, тот владеет ситуацией и управляет всем и вся!
– О как! – Неторопливый полицейский внимательно прочитал номера на автомобиле и щурясь от солнца подошёл к водительской двери. Фёдор, подражая медлительному полицейскому стал столь де неторопливо опускать стекло автомобиля, с видимым недовольством на лице впуская в прохладную свежесть салона, обжигающий воздух улицы.
– Капитан Лосев! Здравствуйте!
– Здравия желаю товарищ капитан, нам сказали, что на наш номер выписан пропуск.
– Вы один в машине?
– Я и пассажир!
– Хорошо, ставите машину вон там, под козырьком, выходите и возвращаетесь сюда же, проход в здание только отсюда....
– Спасибо… – Быстро закрыв стекло, Фёдор чуть прибавил мощность климат контроля, стремясь быстрее вернуть в салон комфорт и прохладу.
– Мне с вами идти Сергей Несторович? Если нет, давайте я вас прямо у КПП высажу что бы вам ноги не топтать?
– Потопчу, не убудет… поднимешься со мной. – Сергей Несторович проводил взглядом КПП и перевёл взгляд на показавшуюся слева громаду Останкинской телебашни. Вот же строили раньше, ничего не страшились! Сейчас навряд ли бы решились строить такой колос, а при СССР все было нипочём! И реки останавливали, и в космос летали и уважали нас все....
Машина замерла подле бетонного пандуса. Фёдор заглушил мотор и проворчал.
– Хорошо тенёк тут, иначе после совещания вашего, словно в парилку лезть прошлось бы.
– Ладно, не ворчи, все тебе не так вечно! Ты в Останкино бывал когда?
-Нет… – Фёдор виновато опустил глаза, поняв что его хитроумный план остаться в машине раскусили.
– Ну вот и посмотришь, как тут всякие «Поле чудес» снимают!
– Серьёзно? Прям вот посмотреть можно будет? А барабан крутануть?
Сергей Несторович вздохнул, мысленно поражаясь наивности своего водителя.
– Я не знаю когда его снимают Федь, может сегодня, а может и нет. Но, уверен, что-нибудь интересное ты точно сегодня увидишь, это ведь Останкино!
Выйдя из автомобиля, мужчины проследовали к КПП, где их уже встречала весьма миловидная Софья.
Улыбнувшись вошедшим, она представилась и вручила каждому по белой магнитной карте.
– Паспорта не нужны, пройдёте по гостевым… вот сюда прикладывайте, и проходите пожалуйста.
Со скучающими лицами полицейские следили за происходящим, раз господам вынесли гостевые пропуска, значит теперь они ВИП и знать кто они, и зачем тут, полицейским не полагалось.
– Пройдёмте, Артур Юрьевич уже ждёт вас. – Мельком глянув на Сергея Несторовича, Софья внезапно спросила. – Простите за моё любопытство, Сергей Несторович, как там поживает Анна Викторовна?
– Вы знаете Анну?
– Анна Викторовна была моим руководителем, когда работала тут.
– Понятно! Все хорошо у Анны Алексеевны, поживает великолепно…
– Не думает о возвращении? Ведь ей так нравилось работать на телевидении!
– Хм, ваш вопрос застал меня врасплох, но, вы подали весьма хорошую идею… обязательно спрошу у Анны сегодня!
– А вы…
– Муж!
Сергей Несторович успел заметить, как взгляд Софьи чуть изменился и уже с намного большим интересом пробежался по его фигуре. Ох уж это женское любопытство… Интересно, кем эта Софья представляла его до своего вопроса? Руководителем, любовником Анны?
Зайдя в довольно обшарпанный вестибюль, Сергей Несторович чуть отклонившись от маршрута, легонько постучал по потёртому дереву перил. . Когда-то наверное эти же самые плитки и аскетичные пролёты лестниц с деревянными перилами лицезрели приехавшие на сьёмки звезды былых времён., Сергей чуть отклонившись от маршрута Несторович легонько постучал по потёртому дереву перил.
– Ещё с тех времён?
– Наверное! Сюда ещё не добрались с ремонтом, в основном все переделывают у центральных подъездов, там уже все по современному, а тут да, думаю ничего не изменилось со времён СССР. Взгляните на вешалки в гардеробе, такие наверное уже и в поликлиниках не встретишь.
– Да уж… – Сергей Несторович скользнул взглядом по древнему гардеробу и сидящей на стуле гардеробщице, скучающей с журналам в руках. На улице властвовала жара и на крючках не было видно ни одной одёжки.
Пройдя за Софьей сквозь стеклянные двери, троица двинулась в глубь здания в сторону центральных лифтов. Проходя небольшое кафе, Фёдор вдруг занервничал и запустив пятерню в карман выудил мобильник.
– Сергей Несторович гляньте! Это же Ваня!!!
– Что? А… ну да, ты же на телевидении! Все тут где-то бродят-ходят!
– Эээ… простите, Софья а вы не могли бы меня с Ваней сфоткать? – Видя нерешительность в глазах девушки, Фёдор поспешно добавил. – Вы не волнуйтесь, я сам его попрошу! Вы только сфоткайте? Хорошо? Сергей Несторович можно?
Прекрасно понимая, что если Фёдору что-то пригорелось он будет канючить до последнего, Сергей Несторович молча кивнул, разрешая Фёдору увековечить себя со звездой, столь любимого всей страной комедийного шоу.
– Так, давайте я пароль сниму, ага… вот! Я сейчас договорюсь.... вы только несколько раз щёлкните, что бы наверняка, а то мало ли…
– Беги-беги уже! Время.... – Сергей Несторович демонстративно постучал ногтём по стеклу дорогущих часов.
– Ага… – Крадущейся походкой уссурийского тигра, Фёдор обошёл по дуге стоящего в небольшой очереди популярного ведущего, и изобразив на лице самое миловидное выражение которому позавидовали бы даже выпускники «Щуки», лучезарно улыбнулся и томным голосом произнёс. – Здравствуйте Иван! Вы мой кумир… с самого детства! Можно сделать с вами всего лишь одну фотографию?! Пожалуйста!
Иван с улыбкой смерил взглядом могучую фигуру Фёдора, который был старше его минимум лет на пятнадцать, и понизив голос до баритона, так же томно произнёс.
– Как же я могу лишить вас фотографии с вашим кумиром детства....эээ?
– Фёдор!
– Очень приятно, Фёдор, а я Иван!
Софья быстро нацелила мобильник на вставших рядом Фёдора и Ивана, и дождавшись, пока их лица озарятся лучезарными улыбками, со скоростью пулемёта произвела на свет целую фотосессию, которой мог бы позавидовать любой профессиональный фотограф. Крупный план, общий, молочный, поясной, в рост, только лица..... Не забыла снять рукопожатие и прощание Фёдора со звездой. Весьма достойный «Ля финаль», как говориться. Лучших фотографий чем эти у Фёдора точно не будет никогда!
– Ну что вышло? – Софья кивнула и молча передав мобильник хозяину, быстро двинулась дальше по коридору. – Ох тыж! Сергей Несторович видели? Вот это круть! Как в журнале – хоть на обложку! Софушка с мена шоколадка! Благодарствую от души, пятьдесят годков с лишним прожил, а вот только сейчас, благодаря вам, могу хоть чем-то внуков удивить! Распечатать их бы ещё, да в рамку… Нет у вас тут печати Софушка?
– Федь....
– Сергей Несторович, бога ради, простите – завёлся! – Фёдор, примирительно улыбнулся и погладил карман, в котором покоился мобильник с бесценными фотографиями.
Зайдя в один из лифтов, Софья легонько нажала наманикюренным пальчиком на цифру двенадцать. Скромно потупив очаровательные глазки, она уставилась куда-то в область роскошных туфель Сергея Несторовича. Тот про себя хмыкнул. Оценивает девица его, богатый, успешный, симпатичный… Самому Сергею Несторовичу в целом было все равно на таких простушек, как Софья, но, как и любому мужчине в самом расцвете сил, повышенное женское внимание всегда льстило. Хотя. Будь он обычным клерком, или того хуже разодетым словно петух неудачливым трейдером, все было бы диаметрально наоборот. Софья стояла бы горделиво подняв голову, и десять, нет – двадцать к одному, на то, что она не обратила на него даже крупицы своего драгоценного внимание.
Мягко остановившись, лифт выпустил их в приятную прохладу этажа, где располагались кабинеты самых влиятельных телевизионных боссов. Софья издали кивнула охране, словно предупреждая бравых молодцев о том, что не стоит останавливать её гостей. Влиятельных гостей. Ведь гости приехали сюда не спроста, а по весьма важному делу, и не к кому-нибудь а к Самому, поэтому лишние вопросы к ним – табу!
К слову сказать – Артур Юрьевич Рост
хоть и имел на своём кабинете весьма скромную табличку «Главный редактор» был по своей натуре человеком весьма нескромным, амбициозным, и с финансовой стороны весьма влиятельным телевизионным боссом. Помимо редакторской деятельности и продюсирования множества проектов, пытался активно лезть в политику и цепко хватался за каждого наделённого хоть толикой «Настоящей» власти человека. Так что внезапное появление на горизонте одного из лидеров недавно созданной и стремительно набирающей обороты партии «Луч» Сергея Несторовича Рубинштейна было как нельзя кстати. При удачном стечении обстоятельств, сие знакомство сулило весьма неплохие перспективы для столь жаждущего рассекать политические просторы Артура Юрьевича. Притом у него, в отличие от Сергея Несторовича были куда более весомые шансы выбиться в депутаты, и даже министры. Почему? Да потому, что его биография была чиста, словно слеза невинного младенца, а вот господин Рубинштейн, крайне запятнал свою репутацию, уличённый в крупных финансовых махинациях и связи с таким нехорошим человеком, как Николай Викторович Сукубов. А это уже был полный криминал, ведь Сукубов являлся ни кем иным, как не единожды судимым вором в законе по кличке Сукуб, что со стародавних времён числился в лидерах теневой иерархии негласных хозяев Москвы. С таким багажом Сергею Несторовичу будет весьма трудно взойти на борт авиалайнера летящего в сторону Государственной думы и Кремля. У Роста же никакого отягощающего его родословную багажа не имелось, поэтому оставалось лишь самое малое, найти трамплин, оттолкнувшись от которого, он сможет без всякого авиалайнера допрыгнуть до депутатского кресла. Осталось за малым, очаровать этот самый трамплин....
Коротко постучав в массивную дверь, Софья заглянула в кабинет и видимо получив благословение, повернулась к Сергею Несторовичу и мягко произнёсла.
– Прошу!
– Спасибо! Не затруднит вас Софья, пока мы будем беседовать напоить моего Фёдора кофеем? Имеется ли тут сия опция?
Софья улыбнулась, как бы невзначай козырнув перед Сергеем Несторовичем белизной своих идеальных зубов. То же мне невидаль. Сергей Несторович улыбнулся в ответ, показывая, что бывают стоматологи и получше тех, которых посещает Софья. Та оценила этот жест по достоинству, и подхватив Фёдора под ручку, упорхнула вместе с ним дальше по коридору, оставляя Сергея Несторовича в одиночестве.
Быстро прочитав вывеску на кабинете ещё раз, дабы не перепутать имя и отчество, Сергей Несторович решительно приоткрыл дверь и буквально натолкнулся на владельца кабинета.
– Ох простите Сергей Несторович, бросился встречать вас, да чуть не зашиб!
– Право Артур Юрьевич! Это моя вина! Привык все быстро, да резко делать....
Рост улыбнулся и подхватив гостя дорогого под локоток, решительно повёл того в глубь кабинета.
– И это абсолютно правильно Сергей Несторович, с нашими сегодняшними ритмами жизни только так и можно хоть что-то успеть! Прошу – присаживайтесь! Чай, кофе, вода, может что-то из спиртного или поесть?
– Благодарю! Я по сути из дома, а после еду в офис, там и подкреплюсь....
– Прекрасно.... – Подождав пока гость усядется в массивное кожаное кресло, Артур Юрьевич уселся сам, и элегантным движение надев очки в дорогущей оправе, пристально взглянул на гостя. – Чем я могу вам помочь Сергей Несторович?
Такого не проведёшь. Сергей Несторович мрачно ухмыльнулся про себя и оценивающе пробежался глазами по Росту. Чует коршун, что просьба не простая и явно надеется на достойное вознаграждение, а может и на что-то большее. Ну что же, посмотрим кто кого…
Естественно оппоненты заранее собрали всю возможную информацию друг о друге и теперь каждый был при оружии. Что ж, давай поиграем господин Рост, ты же так любишь это делать…
– Я был бы весьма признательным вам
Артур Юрьевич, если бы вы мне помогли своими ресурсами.
– О каких ресурсах идёт речь Сергей Несторович?
– Я имею ввиду могучий потенциал Вашей программы «Ищу тебя». – Выдержав небольшую паузу, оценивая реакцию Роста на сказанное, Сергей Несторович продолжил. -Мне крайне необходимо отыскать одного человечка.
– Именно через нашу программу?
– Да!
– Но с вашими связями куда проще и быстрее сделать это через силовые структуры которые напрямую занимаются поиском…
Раскусил…
– Да, проще, но.... мне весьма не хотелось бы задействовать эти самые структуры в поисках!
– Но позвольте. – Артур Юрьевич поправил очки и пристально глянул Сергею Несторовичу прямо в глаза. – Вы не хотите огласки, но в то же время готовы вынести эту… историю на экран?
– Именно, Артур Юрьевич!
– Но… в чем суть тогда сего действа?
– Суть в том, что мы все завуалируем! Сыграем маленький спектакль с печально– трогательным началом, и надеюсь, достаточно ярким финалом.
– А вы умеете заинтриговать Сергей Несторович! Крайне интересно, такого у нас ещё не было. Спектакль! Для кого?
– Да, для всех! Вы же знаете принцип вещи, что лежит на виду?
– Простите?
– То что лежит на самом виду всегда труднее всего найти!
– Логично! И чем я могу вам в этом помочь? Вижу сценарий и чёткий план действия у вас уже готов?
– Лишь набросок! Довести его до ума можете лишь вы… вы же метр в блестящих сценариях…
– Однако! Приятно слышать столь лестную оценку своих скромных заслуг от такого важного человека, как вы Сергей Несторович!
Ну все, как говорится – членами померялись, теперь можно уже и о конкретике задуматься.
– Обсудим?
– С преогромным удовольствием Сергей Несторович, слушаю вас....
«Нина Александровна и Совесть»
Утро выдалось крайне морозным, с заиндевевшими узорами на стёклах, истеричными завываниями Зимушки в дымоходе и недовольным потрескиванием угольев никак не желающих пробуждаться после морозной ночки.
– Эх, что б тебя, туды– растудыть! – Спалив вхолостую уже пятую спичку кряду, Фёдор Иннокентьевич по чем свет стоит костерил не желающие разгораться уголья. И щепы им нарезал – нате, извольте, и газеткою сухенькой проложил – советской ещё, качественной, что ещё вам? Самогона подавай для почину?! А фигу вам дырявую!!! Не много ли чести будет, ценное топливо на растопку изводить? Поправив газету, Фёдор Иннокентьевич любовно подложил на неё самых мелких щепочек и прошептав « С Богом» аккуратно зажёг очередную спичку. Пробуждённое пламя сонно зевнуло, заколыхалось с ленцой на самом кончике тонюсенькой спички, но, внезапно узрев любовно разложенные для него Фёдором Иннокентьевичем лакомства, тут же разгорелось, с жадностью накидываясь на столь любимую им щепу да стружку. Фух не сглазить бы, не спугнуть пламя, вроде пошло родимое, давай, давай, кушай, наедайся, расшевели этих лодырей своим жаром. Чуть подув, Фёдор Иннокентьевич добавил робкому пламени сил и оно с утроенной алчностью набросилось на приготовленное ему угощение. Вот и ладненько! Отпрянув от очага, дабы разыгравшееся пламя не решило из озорства да бравады ради опалить ему бороду, Старик поднялся с колен.
Старательно затоптав вылетевшие из очага искорки, матюгнулся и быстро захлопнул топочную – пожару нам только не хватало тут. Крякнув, вытащил из-за печи дырявое ведёрко с заготовленными и высушенными загодя поленьями. Выудив парочку самых тонких, приоткрыл уже успевшую разогреться дверцу и бережно возложил поленья поверх разгорающегося пламени. Ляпота! Пять минут и в избе будет тепло, что у Христа за пазухой.
Взгромоздив на чугунную решётку чайник с остатками воды, Фёдор Иннокентьевич, открыл заслон, давая жару возможность помочь ему с кипятком, сам же подошёл к окну и подышав на заиндевевшее стекло, попытался рассмотреть сквозь образовавшуюся прогалину, что там творится, на улице.
А на улице серо все, не видать ни зги, на солнце тучки снова понабежали, но хоть снег не валит и то хорошо, не заметёт избу, да тропинки, лопата ведь ещё в начале зимы сломалась, да так что и не починить. Эх, вновь оттеснила Зимушка робкую девоньку – Весну, не пускает пока её вперёд себя, хочет ещё повластвовать, зверье таёжное морозами попугать, да на людей тоски – печали ледяной навести. А люди ведь по солнышку и теплу соскучились, первоцветов ждут, зелени таёжной – душистой, грибов да ягод, но это опосля уже – летом, а сейчас надобно что бы ледокол скорее по Ангаре пошёл, поскрипел, поухал, а потом рванул, да так что б аж до звона в ушах! Бабаххх! Вот тогда и Весна в полновластие войдёт, погонит Зимушку восвояси.
Отлепившись от окна, Фёдор Иннокентьевич вздохнул, скорее бы уж! Раньше бывало как, всем посёлком ледокола ждали, прислушивались, кто первый заслышит гулкий отзвук среди деревьев, тому сразу рюмочку почтительно наливали, да хлебушек с кусочком сала прямо в рот укладывали! Уважил ведь всех, первым услыхал, что пошёл ледоход по реке! А ледоход, он ведь, что праздник, жизнь в округе опосля него сразу закипала, без реки ведь в Тайге никуда – ни в гости тебе, ни рыбалки, ни работы никакой нет! Заводик то на зиму закрывался, торфу по снегу не добудешь, а коли извернёшься, так куда потом брикеты готовые вести? Река ведь тю-тю, закована в ледяной панцирь! На санях конечно можно, по старинке – с собаками али лошадь запрячь, но кому сие удовольствие надобно? А вот с ледоколом Ангара преображалась – начинался сплав, катера с сухогрузами медленно барражировали подле крутых берегов, мастерски обходя мели и наносы прибитых к берегу древесных стволов.
– Ох тыж.... – Ухватив прихват, Фёдор Иннокентьевич снял перекипевший чайник с решётки и задвинув заслон, перекрыл ревущему пламени дорогу наружу. Нечего ему баловать! Чайник согрел и будет! Пламя оно жадное, меры не знает, с дуру может выползти да избу пожрать, не подавится. Так что глаз да глаз за ним.
Поставив пышущий жаром чайник на собственноручно сделанную подставку из можжевельника, дабы изба наполнялась восхитительным ароматом, Фёдор Иннокентьевич полез на полку, где у него хранились чаи да отвары. Коли изба ночью постыла, спеши организм прогреть по утру – иначе хворь быстро тебя заприметит да оседлает – кашлем, насморком наградит. Достав с полки запылившуюся банку из-под «тех самых» советских лимонных долек, Фёдор Иннокентьевич подцепив щербатым ногтём заржавленную временем крышку, снял её. К витавшему в избе аромату можжевельника тут же добавился смолянистый запах сагаан-дайля (Рододендрон Адамса –произрастающее в Бурятии растение) щедро разбавленный горьковатыми нотками Чабреца и сладковатым – ромашки. Ядрёная смесь, но после вчерашних возливаний и уличных перекуров на морозе – чаек из такого сбора самое то! Согреет, очистит организм от шлаков ненужных, Ромашка микробов всех выкурит, сагаан-дайля давление в норму приведёт. Самогон хоть и знатный был – фирменный – « от Порфирия Александровича» , да голова один шут – чугуном, неужто старость в гости пожаловала?
– А не возливал бы тогда так, коли старость тебе мерещится! В следующий раз, как бухать удумаешь, ты уж попридержи конницу лихую свою, инаково ( Иначе)снесёт она тебя точнехонько к чертякам треклятым на празднество! Клюквы, да брусники мороженной навари лучше, сахаром сдобри, охлади – всяко лучше да полезнее выйдет– и голова ясна – и давление не шалит…
– Что? Советчик мне тут нашёлся, где ж я тебя сахара сыщу?! – В поисках оппонента Фёдор Иннокентьевич интенсивно закрутил головой едва не просыпав зажатую в руках баночку со сбором на пол. – Кто? Что....
Сфокусировав взгляд на двери, Фёдор Иннокентьевич убедился, что засов на ней крепко задвинут. Шатающейся походкой дойдя до стула, тяжело плюхнулся на него.... Провёл холодной ладошкой по лицу, моргнул три раза, нервно разгладил пропахшую самосадом бороду....
– Вот ведь шельмецы, и как только умудрились бороду ему прокурить…, – Ещё раз бросив подозрительный взгляд на входную дверь, Фёдор Иннокентьевич выдохнул и аккуратно поставил зажатую в руке банку на стол. А странно однако, что лишь борода табачищем несёт – поначалу все в избе ведь смолили, это потом уж Марфа Ильинична выперла курильщиков во двор. Понюхав одежду, Фёдор Иннокентьевич нахмурился, от той тоже несло табачищем, но заметно менее ядрёно чем от бороды – ту словно специально долго окуривали самосадом. Мистика какая-то....
Помассировав виски, Фёдор Иннокентьевич, щедро сыпанул в пузатую кружку целебного отвара, залил кипятком и прикрыв дощечкой «для настою», в задумчивости уставился в запотевшее от печного жара окно.
Кто ж тогда ему мораль пытался читать.... Неужто старческий маразм в гости пожаловал?
Федёр Иннокентьевич живо перекрестился внезапно осознав, что если это и маразм, то он почему-то разговаривал с ним голосом и интонацией Жана Яковлевича…
« А не возливай тогда, коли старость в себе учуял! Попридержи коней лихих! Порадуй чертей самогонкой!! Клюквы им.... Клюквы!!! Да сахеру побольше и смотри не жалей!!!»
Точно маразм… Ведь не было у него никакой клюквы… и брусники не было, и вообще он до ягод не охотник, разве дело это – спину ходить, гнуть, комарье лесное кровушкой своей кормить. Толи дело Жан Яковлевич, вот у него дома мешочки да баночки ягодой до верху забиты, а подполом намороженной ещё с полкороба наберётся, комары его не шибко пугают, видать кровушка у него не вкусная.
Убрав дощечку, Фёдор Иннокентьевич снял деревянной ложечкой всплывшую шелуху, несколько раз дунул, сбивая обжигающий пар с кипятка, и ласково пригубил душистого навару. Почему ласково? Так с наваром иначе и нельзя, кипяток ведь, хлебнёшь такого с наскоку, не проверивши – точнехонько весь язык себе пожгёшь, неделю потом шепелявить будешь.
Довольно причмокнув губами, Фёдор Иннокентьевич обхватил горячую кружку ладонями для сугрева. Неужто сам с собой разговаривать начал? Ведь не померещилось же? Вроде и выпили вчера не много. Сам ведь до избы дошёл, память в порядке, не качался из стороны в сторону – в сугробы да буераки не падал – с чего вдруг голоса? Неужто Чертяка какой из Тайги приблудился, но как в избу тогда проник? Ведь издалече они не особо мастаки пакостничать, им контакт визуальный нужен – близость. Засов на месте, окно плотно прикрыто, щели все газетой проклеены. Ещё раз пригубив отвару, Фёдор Иннокентьевич поднял голову к стропилам. И тут вроде все пучком, хоть и из горбыля да рубероида старого крыша собрана – но ладно – по-хозяйски, не придерёшься. Колька Столяр собирал. Хороший мужик был, пьющий, но добрый, отзывчивый, на все руки мастер – кто ни позовёт по делу какому, всегда шёл, никогда не отказывал. Кому оконце поправит, кому дверь топориком поплотнее притрёт – пригладит, что бы сквозняков не было, да морозец по зиме не лез. Проводку и пробки чинить тоже умел – но это когда электричество тут ещё имелось. Как в девяностые Торф завод встал – так по решению какого-то важного дяди сверху провода и пообрубали, а может и не решал никто – ворья что ли мало в округе – по темноте срезали по тихорю, да на цветмет все повывезли…
Переведя взор на стреляющую разгоревшимися поленьями печурку, Фёдор Иннокентьевич похолодел. Дымоход! Заслон то не закрыл на ночь старый болван! Вот от чего угли к утру постыли! Через дымоход нечистый пролез, просочился, поди Зимушка надоумила, окаянная! Получается не выжил ещё из ума – не сам с собой заговаривает, а нечистый свои шутки шуткует грязные… Узнать бы кто пожаловал… Боохолдой? Да тот вроде по ночам орудует и с людьми не мастак заговаривать. Сабдак? Точно нет… тот ленивый, не потревожишь не вылезет. Получается Ада пролез – он же и угли застудил, бороду табаком прокоптил.... Отхлебнув ещё отвару Фёдор Иннокентьевич глянул на часы и заторопился. Уже десять а он ещё в исподнем! Натянув поверх кальсон шаровары, Фёдор Иннокентьевич влез в рукава поношенной меховой куртки непонимающую своим видом бекешу, правда без приукрас и блестящих алюминиевых пуговиц. Снял с гвоздика ушанку, опоясал шею шарфом, подхватил прогретый у печки ватник и валенки. О! Философски вздёрнув указательный палец к потолку, Фёдор Иннокентьевич завертел головой. Галоши бы не забыть! Хоть солнца и нет нынче, но всяко в галошах лучше. Валенки то один хрен мокнут, да коркой ледяной покрываются. Ступишь не верно, поскользнёшься, а там не ровен час и ногу сломать можно, потом в Тайге кого звать, куда бежать с оказией этой? Хотя уж и не добежишь с переломом....
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?