Читать книгу "Богатство наций. Электричество и потребности мира"

Другой примечательный факт о первых лифтах в здании «Постал телеграф» таков: они двигались со скоростью, сопоставимой со скоростью современных лифтов. Четыре обычных лифта, которые установил Спрейг, двигались со скоростью 325 футов в минуту (5,9 километра в час). Это скорость быстрой ходьбы[105]105
  Carol Parise, Barbara Sternfeld, Steven Samuels, and Ira B. Tager, “Brisk Walking Speed in Older Adults Who Walk for Exercise,” Journal of the American Geriatrics Society 52, no. 3 (March 2004), www.ncbi.nlm.nih.gov/pubmed/14962157.


[Закрыть]. Два скоростных лифта забрасывали пассажиров к небесам еще быстрее – со скоростью 400 футов в минуту (7,3 километра в час[106]106
  Evelyn Jutte, “Frank J. Sprague,” Elevator Museum, https://theelevatormuseum.org/sprague.php.


[Закрыть]).

Скорость была ключом к успеху. Лифты должны быть быстрыми. В городах мы хотим передвигаться по вертикали так же быстро или еще быстрее, чем по горизонтали. Люди в городах всегда спешат. Минута в Нью-Йорке тянется не очень долго, потому что у обитателей Манхэттена, Бруклина и трех других районов есть много мест, которые надо посетить, и людей, с которыми надо встретиться.

Наши привычки к перемещению определяются не столько расстоянием, сколько временем. Нас не очень волнует, как далеко нам надо добраться, но мы озабочены тем, сколько на это потребуется времени. Этот временной бюджет стал известен как константа Маркетти – по имени итальянского физика Чезаре Маркетти. Согласно ей, люди в среднем тратят один час в день на перемещения – в школу, на работу, по магазинам. Маркетти выяснил, что правило одного часа было применимо и к древним городам, таким как Рим и Марракеш: протяженность этих городов составляла примерно пять километров, а это расстояние, которое обычный человек преодолевает пешком за час. Чтобы доказать свою гипотезу, Маркетти проанализировал территориальный рост Берлина и обнаружил, что с годами город расширялся концентрическими кругами по мере того, как развитие транспортной системы увеличивало дистанцию, которую люди могли преодолеть в течение одного часа[107]107
  Emily Badger, “Why Even the Hyperloop Probably Wouldn’t Change Your Commute Time,” New York Times, August 10, 2017, www.nytimes.com/2017/08/10/upshot/why-even-the-hyperloop-probably-wouldnt-change-your-commute-time.html.


[Закрыть].

Наши ограничения по времени перемещения применимы и к вертикальному транспорту.

Электрические лифты Спрейга на Бродвее доказали, что вертикальное перемещение может быть таким же быстрым, как и перемещение пешком по ровной поверхности, но гораздо более безопасным[108]108
  NYC Buildings, “DOB Launches ‘Stay Safe. Stay Put.’ Campaign for Elevator Safety,” news release, July 5, 2016, www1.nyc.gov/site/buildings/about/pr-elevator-safety-campaign.page.


[Закрыть].

Это стало важнейшим моментом для нью-йоркского рынка недвижимости. Лифты Спрейга помогли сделать вертикальные пространства над улицей даже более ценными, чем те, что располагались вдоль многолюдных бульваров. Сегодня в наиболее процветающих городах жилые и офисные здания высотой в 50 этажей и больше – обычное дело, потому что обитатели и посетители могут попасть с улицы в пентхаус в течение одной-двух минут.

Влияние электрификации на Нью-Йорк и его население хорошо видно в цифрах. В 1880 году, за два года до того, как Эдисон начал строительство электростанции на Перл-стрит, население города составляло 1,2 миллиона человек. Через 20 лет его численность почти утроилась и составила 3,4 миллиона. К 1930 году население увеличилось еще вдвое – до 6,9 миллиона человек[109]109
  “Population History of New York from 1790–1990,” Boston University Physics, http://physics.bu.edu/~redner/projects/population/cities/newyork.html.


[Закрыть]. Электричество разбудило зверя, каким является современный Нью-Йорк. Сейчас 8,6 миллиона человек прекрасно себя чувствуют в одном из самых высоких, густонаселенных и наиболее энергичных городов мира.

Электрификация, которая началась в Нью-Йорке, формирует не только города, но и окружающую нас природу. Высокие здания, потребляющие электричество, позволяют увеличить плотность городского населения, что, в свою очередь, сокращает человеческий след в мире природы. «Города – спасение природы, – говорил мне Осубел. – Только благодаря концентрации значительной части человечества в пригодных для жизни, привлекательных городах мы имеем возможность оставить часть природы львам, тиграм и орлам».

Сегодня в городах проживает более половины населения планеты, а занимают они менее 3 % суши[110]110
  Matt Ridley, “17 Reasons to Be Cheerful,” Matt Ridley Online (blog), March 1, 2012, www.rationaloptimist.com/blog/17‐reasons-to-be-cheerful‐1/.


[Закрыть]. Этот малый след очевиден в Нью-Йорке. Люди, живущие в «Большом яблоке», потребляют меньше энергии и меньше материалов, чем живущие в пригородах, потому что занимают гораздо меньше пространства, громоздятся друг на друга. Требуется меньше цемента, древесины и меди, чтобы организовать жилое пространство владельца апартаментов в среднем Манхэттене, чем такое же пространство владельца загородного дома где-нибудь в Дриппинг-спрингс, штат Техас.

Изобретая электрические лифты и электрический транспорт, Спрейг не только способствовал спасению природы; он также инициировал бум на рынке городской недвижимости. Самая дорогая городская недвижимость в мире находится на вершине самых высотных зданий. В 2014 году пентхаус в башне Одеон в Монако (небоскреб высотой 170 метров) был выставлен на продажу по цене 400 миллионов долларов. «Суперпентхаус» в Сингапуре, в самом высоком жилом здании города «Клермон», был доступен всего за 47 миллионов[111]111
  Carly Ledbetter, “10 of the Most Expensive (and Beautiful) Apartments Around the World,” HuffPost Life, December 9, 2014, www.huffingtonpost.com/2014/12/09/most-expensive-apartments-in-the-world_n_6295480.html.


[Закрыть]. Примерно в то же время жилой пентхаус в нью-йоркском Пьер-отеле продавался за 125 миллионов, а три других высотных апартамента на Манхэттене продавались примерно по 100 миллионов.

Эти роскошные апартаменты – лишь часть истории недвижимости. В 2017 году группа экономистов подсчитала, что земля в Нью-Йорке (только земля, без зданий) стоит около 2,5 триллиона долларов[112]112
  Richard Florida, “The Staggering Value of Urban Land,” Citylab, November 2, 2017, www.citylab.com/equity/2017/11/the-staggering-value-of-urban-land/544706/.


[Закрыть]. Земля стоит так дорого не сама по себе, а из-за того, что можно на ней или, точнее, над ней построить. Электрификация дала Нью-Йорку возможность стать одним из самых вертикальных городов мира. Только в Гонконге больше небоскребов – этот термин обычно применяется к зданиям высотой более 150 метров (примерно 40 этажей или 492 фута)[113]113
  Celine Ge, “Living the High Life: Hong Kong Tops World Charts for Skyscrapers– and Most of Them Are Residential,” South China Morning Post, December 31, 2015, www.scmp.com/news/hong-kong/economy/article/1896807/living-high-life-hong-kong-tops-world-charts-skyscrapers-and.


[Закрыть]. Нынешние ньюйоркцы перемещаются по вертикальному городу благодаря 71 тысяче лифтов, многие из которых – прямые потомки тех, что установил Спрейг в здании «Постал телеграф»[114]114
  NYC Buildings, “DOB Launches ‘Stay Safe. Stay Put.’ Campaign.”


[Закрыть].

Инновации Эдисона, Спрейга, Теслы, Вестингауза и других стали основой практически всех электрических сетей, которые появились позже. Постоянный ток, который использовал Эдисон и который требовал расположения электростанций поблизости от потребителей, оказался вытеснен системами переменного тока, которые могли экономично обеспечивать энергией потребителей на значительно большие расстояния. Трансформаторы Вестингауза позволили энергетическим компаниям существенно повысить напряжение в линиях электропередач, а это дало возможность размещать генераторные станции в десятках и даже сотнях миль от потребителей. Изобретения породили волну электрификации, которая покатилась по всей планете и не спадает по сей день. Но электрификация, начавшаяся в Нижнем Манхэттене в 1880‐е годы, дошла не до всех. В начале 1930‐х годов, через полвека после первой электростанции Эдисона на Перл-стрит, миллионы жителей американской провинции по-прежнему жили во мраке.

4
Новый (электрический) курс

Коммунизм – это есть советская власть плюс электрификация всей страны, иначе страна остается мелкокрестьянской… Только тогда, когда страна будет электрифицирована, когда под промышленность, сельское хозяйство и транспорт будет подведена техническая база современной крупной промышленности, – только тогда мы победим окончательно.

Владимир Ленин[115]115
  Vladimir Lenin, “Communism Is Soviet Power and Electrification of the Whole Country,” December 22, 1920, in Seventeen Moments in Soviet History, http://soviethistory.msu.edu/1921-2/electrification-campaign/communism-is-soviet-power-electrification-of-the-whole-country/.


[Закрыть]

Успех электростанции на Перл-стрит в Нижнем Манхэттене стал искрой, что разожгла пламя бешеной электрификации. К 1890 году, через восемь лет после первой, в Соединенных Штатах уже было около тысячи центральных электростанций[116]116
  Vaclav Smil, Creating the Twentieth Century: Technical Innovations of 1867–1914 and Their Lasting Impact (New York: Oxford University Press, 2005).


[Закрыть]. Темпы роста не снижались и в последующие десятилетия. Производство электричества в США за период между 1900 и 1930 годами выросло почти в 20 раз[117]117
  В 1902 году в США было выработано примерно шесть гигаватт-часов электричества. К 1930 производство превысило 114 гигаватт-часов. См. US Census Bureau, Historical Statistics of the United States, Colonial Times to 1970 (1975) s. v. “Chapter S: Energy,” 821, www2.census.gov/library/publications/1975/compendia/hist_stats_colonial‐1970/hist_stats_colonial‐1970p2‐chS.pdf.


[Закрыть]. Это позволило десяткам миллионов людей впервые в жизни подключиться к электричеству. Но такая экспансия вела также к концентрации политической и экономической власти, которая игнорировала потребности миллионов сельских жителей. В этой главе пойдет речь о трех представителях Нового курса, которые совместными усилиями стремились сделать все возможное, чтобы американские фермеры не остались во мраке.

Среди титанов индустрии, которые доминировали в американском бизнесе конца 1800‐х – начала 1900‐х годов, самые известные личности – Джон Д. Рокфеллер, Эндрю Карнеги и Д. П. Морган. Это нефть, сталь и финансы.

Сэмюэль Инсулл был титаном в области электроэнергетики. Он внедрил новые методы организации промышленности, но одновременно стал символом всех зол большого бизнеса.

Инсулл родился в Лондоне в 1859 году, эмигрировал в Соединенные Штаты в 1881 году, чтобы устроиться на работу у Эдисона. И хотя он предварительно прочитал все, что можно было, о великом изобретателе, первая встреча с Эдисоном его разочаровала. «С моим строгим английским представлением о том, как должен одеваться выдающийся человек, в одежде мистера Эдисона не оказалось ничего, что произвело бы на меня впечатление», – позже вспоминал Инсулл[118]118
  Klein, The Power Makers, 397.


[Закрыть]. Неизвестно, что подумал Эдисон о внешности Инсулла, но знаменитый инвестор довольно скоро сделал своего нового сотрудника, ранее работавшего на американского банкира в Лондоне, ответственным почти за все финансовые вопросы. Инсулл, обладавший талантом к математике и финансам, позже стал ответственным за все производственные операции Эдисона. Но ему надоела требовательность Эдисона, и в 1892 году он покинул Нью-Йорк, чтобы стать президентом небольшой энергетической компании в Чикаго.

За последующие 30 лет Инсуллу удалось совершить один из крупнейших в ХХ веке прорывов в бизнесе. Он начал с единственной электростанции, у которой было примерно 5000 потребителей. К 1920 году у него было более 500 тысяч клиентов.

С самого начала своей деятельности в Чикаго Инсулл понял: если он хочет расширяться, нужно сделать электричество дешевым. «Если мы хотим предлагать нашим клиентам энергию по низким ценам, – говорил Инсулл, – мы должны производить энергию по максимально низкой цене»[119]119
  Там же, 402.


[Закрыть]. Ради этого Инсулл вкладывался в более крупные и более эффективные генераторы. Он также искал и регулярно получал монопольные лицензии на энергоснабжение конкретных территорий. Это удавалось ему благодаря знакомствам с местными регуляторами и заявлениям о том, что электроэнергетические компании являются естественными монополиями, и это наиболее эффективный способ предоставления электроснабжения[120]120
  Там же, 403.


[Закрыть].

Инсулл контролировал свою расширяющуюся империю через сети, которые позже стали известны как холдинговые компании коммунального хозяйства. Такие холдинги позволяли небольшой группе инвесторов контролировать большую группу компаний. Вот как это работало: инвесторы, контролирующие холдинговую компанию, наращивали капитал, продавая акции и облигации другим инвесторам. Капитал использовался для приобретения энергетических компаний общего пользования, которые находились в управлении субхолдинговых компаний, тоже контролируемых верхушкой инвесторов. Затем с помощью финансового инжиниринга, в том числе через продажу ценных бумаг неторгуемых активов между различными компаниями, основные инвесторы могли искусственно завышать стоимость своих холдингов и сохранять контроль над всем процессом, оставаясь вне зоны действия государственного регулирования. Удерживая мертвой хваткой рынок электричества, холдинговые компании получали доход, повышая оплату услуг от компаний, которые они контролировали. Например, если небольшой компании требовались инженерные или бухгалтерские услуги, холдинговая компания могла взвинчивать их стоимость. В докладе Федеральной торговой комиссии начала 1930‐х годов говорилось, что в некоторых случаях холдинговые компании «извлекали прибыль, на 50–300 % превышающую реальную стоимость определенных услуг»[121]121
  Division of Investment Management, Securities and Exchange Commission, The Regulation of the Public-Utility Holding Companies (Washington, DC: June 1995), www.sec.gov/news/studies/puhc.txt.


[Закрыть].

По мере роста холдинговых компаний расширялись и подвластные им территории. В начале 1930‐х годов в Америке на долю 16 электрических холдинговых компаний приходилось около 77 % всего электричества, вырабатываемого частными электростанциями. Кроме того, более 80 % газовых трубопроводов страны контролировалось всего 15 холдинговыми компаниями[122]122
  Division of Investment Management, The Regulation of the Public-Utility Holding Companies, 13.


[Закрыть].

В период расцвета первоначальная холдинговая компания Инсулла, Middle West Utility Company, имела дочерние компании в 30 штатах и поставляла электричество примерно в 5300 территориальных образований[123]123
  Public Utility Holding Company Act of 1935: 1935–1992 (Washington, DC: EIA, 1993), www.eia.gov/electricity/archive/0563.pdf.


[Закрыть]. Империя Инсулла была огромной, но самой крупной из холдинговых компаний была Electric Bond & Share. Она была создана в 1905 году компанией General Electric для продвижения на рынок своего оборудования и инженерных услуг[124]124
  “Electric Bond and Share Company,” http://snaccooperative.org/ark:/99166/w6713g3m.


[Закрыть]. К 1930‐м годам Electric Bond & Share контролировала около 10 % всего электричества, производимого в стране[125]125
  “Electric Bond and Share Company,” SNAC, no. 41264488, http://socialarchive.iath.virginia.edu/ark:/99166/w6713g3m.


[Закрыть]. В ее корпоративную структуру входили пять субхолдинговых компаний, которые, в свою очередь, управляли 121 дочерней компанией. Electric Bond & Share имела особую власть в Техасе, где поставляла электричество более чем в 500 территориальных образований 63 округов[126]126
  John Williams, The Untold Story of the Lower Colorado River Authority (College Station: Texas A&M University Press, 2016), 81.


[Закрыть].

Electric Bond & Share стремилась не допустить конкуренции, чтобы иметь возможность выставлять заоблачные цены на свое электричество. Например, в 1925 году компания Texas Power & Light, которая была частью Electric Bond & Share, поставляла в техасские города Кервилл и Сан-Маркос электричество по цене 15 центов за киловатт-час[127]127
  “Deal Books: Texas Power & Light Company,” Lehman Brothers archives, Baker Library and Bloomberg Center, Harvard Business School, Boston, www.library.hbs.edu/hc/lehman/Data-Resources/Companies-Deals/Texas-Power-Light-Company. См. также Williams, Lower Colorado River Authority, 81.


[Закрыть]. Это примерно 2,18 доллара по ценам 2018 года[128]128
  Калькулятор инфляции в США: www.usinflationcalculator.com.


[Закрыть]. Это невероятно дорого, ведь средняя цена электричества в жилых домах Соединенных Штатов в 2018 году составляла примерно 12,9 цента за киловатт-час[129]129
  Data, “Average Retail Price of Electricity, United States, Annual,” EIA, www.eia.gov/electricity/data/browser/#/topic/7?agg=0,1&geo=g&endsec=vg&linechart=ELEC.PRICE.US-ALL.A~ELEC.PRICE.US-RES.A~ELEC.PRICE.US-COM.A~ELEC.PRICE.US-IND.A&columnchart=ELEC.PRICE.US-ALL.A~ELEC.PRICE.US-RES.A~ELEC.PRICE.US-COM.A~ELEC.PRICE.US-IND.A&map=ELEC.PRICE.US-LL.A&freq=A&ctype=linechart&ltype=pin&rtype=s&maptype=0&rse=0&pin=.


[Закрыть]. Можно сказать, что в середине 1920‐х годов жители некоторых провинциальных техасских городов платили за электричество примерно в 17 раз больше, чем жители этих же городов платят сегодня.

Холдинговые компании не только получали огромную прибыль за счет потребителей в небольших городах, но и отказывались электрифицировать поселки, фермы и ранчо. Холдингам нужна была высокая прибыль. Они с удовольствием прокладывали электросети в города с высокой плотностью населения. Много потребителей на небольшой территории означает, что компании могут обслуживать десятки и даже сотни клиентов с помощью одной распределительной линии. Больше потребителей на меньшем количестве линий – меньше затрат на каждого и, соответственно, больше прибыли. В сельских районах компаниям приходилось бы прокладывать несколько миль сети, чтобы обеспечить электричеством горстку потребителей. Результат отказа предоставлять услуги в сельские районы был очевиден: в начале 1930‐х годов девять из десяти фермерских хозяйств США оставались без электричества[130]130
  John A. Garraty and Peter Gay, eds., The Columbia History of the World (New York: Harper & Row: 1972), 1015.


[Закрыть].

Неравенство в электрификации городских и сельских районов наряду с гигантской концентрацией богатства и власти холдинговых компаний вызывало возмущение как у потребителей, так и у политиков. В начале 1930‐х годов, по мере углубления Великой депрессии, господство обслуживающих холдинговых компаний в электрическом бизнесе стало серьезной политической проблемой. Ликвидация этой мертвой хватки станет знаковым достижением политики Нового курса.

21 сентября в Портленде, штат Орегон, прозвучала пламенная речь кандидата в президенты на тему электрификации. На самом деле это было одно из очень немногих президентских выступлений на такую тему. «Электричество больше не роскошь. Это определенная необходимость», – заявил Франклин Рузвельт перед собравшимися в муниципальном зале Портленда. Он объяснял, что мы «почти наверняка отстаем в электрификации наших американских домов и ферм. В Канаде среднее домохозяйство потребляет в два раза больше электроэнергии на семью, чем мы в Соединенных Штатах». Причина этому, громыхал Рузвельт, в том, что «многие корыстные группы лиц в области электроэнергетики недостаточно дальновидны, чтобы устанавливать цены, приемлемые для широких слоев населения»[131]131
  Franklin D. Roosevelt, “Campaign Address in Portland, Oregon on Public Utilities and Development of Hydro-Electric Power,” September 21, 1932, American Presidency Project, www.presidency.ucsb.edu/ws/index.php?pid=88390.


[Закрыть].

В 1932 году более 12 миллионов трудоспособного населения США были безработными. Это 23 % всей рабочей силы Америки[132]132
  “Labor Force, Employment, and Unemployment, 1929–39: Estimating Methods,” Bureau of Labor Statistics, technical note, www.bls.gov/opub/mlr/1948/article/pdf/labor-force-employment-and-unemployment‐1929-39‐estimating-methods.pdf.


[Закрыть]. Уровень безработицы в 1932 году оказался выше, чем в любой другой период Великой депрессии[133]133
  “United States Unemployment Rate,” Infoplease, www.infoplease.com/business-finance/labor-and-employment/united-states-unemployment-rate.


[Закрыть]. Рузвельт критиковал действующего президента Герберта Гувера не только за неверное руководство экономикой в целом, но и конкретно по вопросам электрификации. Гувер отказывался использовать федеральную власть для сдерживания холдинговых компаний коммунального хозяйства. Рузвельт, напротив, активно выступал с обещаниями придавить холдинговые компании и дать власть народу. Он говорил жителям Портленда, что, будучи губернатором штата Нью-Йорк, подвергался критике со стороны некоторых коммунальных холдинговых компаний. «Меня называли опасным человеком. На меня нападали за то, что я указывал на те же самые очевидные экономические факты, о которых говорю сегодня». Он также признавался, что давал указание комиссии по коммунальным услугам штата Нью-Йорк следить за тем, чтобы энергетические компании назначали разумные цены. Выступая перед портлендцами, Рузвельт не преминул наехать на Сэмюэля Инсулла, заявив, что, нападая на холдинговые компании, он «посеял страх и хаос среди Инсуллов и прочих подобных ему магнатов».

Рузвельт пообещал слушателям: если он войдет в Белый дом, то обеспечит гражданам «честную сделку, иными словами – гарантирует адекватные услуги и разумные цены». Он сказал, что сообщества, которых не удовлетворяет обслуживание, предоставляемое частными компаниями, имеют «неотъемлемое базовое право, как одну из функций системы правления», иметь свою собственную компанию с государственным управлением»[134]134
  Franklin D. Roosevelt, “Campaign Address in Portland, Oregon on Public Utilities.”


[Закрыть]. Затем, обращаясь непосредственно к жителям Орегона, Рузвельт прямо высказался за строительство плотин на реке Колумбия – гидроэлектростанций, которые будут способствовать развитию экономики тихоокеанского северо-запада. Он сказал, что проекты электрификации получат федеральное финансирование и «навсегда станут государственным критерием для предотвращения вымогательств у общества и стимулирования более широкого использования слуги народа – электрической энергии».

Жесткое отношение Рузвельта к холдинговым компаниям стало одной из причин его победы на президентских выборах. И победил он весьма убедительно.

Менее чем через два месяца после выступления в Портленде Рузвельт сокрушил Гувера на избирательных участках.

После подсчета голосов избирателей выяснилось, что он опередил Гувера почти на 18 %[135]135
  World Atlas, s. v. “Largest Landslide Victories in US Presidential Election History,” last updated April 25, 2017, www.worldatlas.com/articles/largest-landslide-victories-in-us-presidential-election-history.html.


[Закрыть]. Гувер смог победить лишь в шести штатах и получить 59 голосов коллегии выборщиков. Он не смог победить даже в родной Айове и в своем домашнем штате – Калифорнии[136]136
  270 to Win, s. v. “1932 Presidential Election,” www.270towin.com/1932_Election/.


[Закрыть]. Рузвельт победил в 42 штатах и получил 472 голоса коллегии выборщиков. Это стало одним из самых сокрушительных поражений действующего президента в истории США. В ХХ только Вудро Вильсон в 1912 году с еще большим перевесом разгромил действующего президента Уильяма Говарда Тафта, который тогда сумел заручиться поддержкой всего двух штатов[137]137
  Wikipedia, s. v. “1912 United States Presidential Election,” last updated April 29, 2019, 01:10, https://en.wikipedia.org/wiki/United_States_presidential_election,_1912.


[Закрыть].

К тому времени когда Рузвельт вступил в должность, федеральное правительство уже играло значительную роль в электроэнергетическом секторе. В 1918 году правительство приступило к строительству плотины Вильсона у города Масл-шоулс, штат Алабама. Проект перекрытия реки Теннесси был задуман, в частности, для снабжения электроэнергией завода по производству нитратов, чтобы обеспечить армию США взрывчатыми веществами[138]138
  Thomas P. Hughes, Networks of Power: Electrification in Western Society, 1880–1930 (Baltimore: Johns Hopkins University Press, 1983), 286–287.


[Закрыть]. В 1931 году началось федеральное строительство плотины Гувера на границе Невады и Аризоны. Проект должен был стать важнейшей частью управления водными ресурсами и электрификации западных штатов. Плотина также должна была сыграть главную роль в развитии экономики. Как отметил историк Дэвид Кеннеди, «в успехе западной экспансии Соединенных Штатов единственным и важнейшим фактором стало федеральное инвестирование в управление водными ресурсами» западных штатов[139]139
  David Kennedy, “Speech to Oregon Electric Cooperatives” (speech, Salem, OR, November 30, 2017).


[Закрыть]. В 1933 году федеральное правительство создало Администрацию долины реки Теннесси, которая имела широкие полномочия по обеспечению навигации, производству электроэнергии и экономическому развитию обширного региона юго-восточной части Соединенных Штатов, погрязшего в то время в нищете.

В течение первых двух лет президентского срока Рузвельт реализовал несколько ключевых положений своего Нового курса, в том числе ограничив деятельность банков по закону Гласса – Стиголла. Он также создал Администрацию общественных работ, которая потратила миллиарды долларов на строительство новых школ, дорог и административных зданий. Но к 1935 году Рузвельт уже был готов к более агрессивным действиям для стимулирования пока слабой экономики, включая полномасштабное вмешательство государства в энергетический сектор. В послании 1935 года «О положении страны» Рузвельт дал понять, что планирует реализовать свои предвыборные обещания – дать укорот холдинговым компаниям, и сказал, что пришло время «для восстановления прозрачных условий в области коммунальных услуг через освобождение от негативных особенностей холдинговых компаний»[140]140
  Franklin D. Roosevelt, “Annual Message to Congress,” January 4, 1935, American Presidency Project, www.presidency.ucsb.edu/documents/annual-message-congress‐3.


[Закрыть]. Чтобы одолеть компании по предоставлению услуг, Рузвельту были нужны могущественные союзники на Капитолийском холме, которые могли принять соответствующие законы. Он нашел троих, настроенных так же, как он сам. Двое – Сэм Рэйберн от Техаса и Бертон Уилер от Монтаны – были демократами. Третий, Джордж Норрис, – республиканцем от штата Небраска. Их именами названы два закона: закон Рэйберна – Уилера от 1935 года и закон Норриса – Рэйберна от 1936 года. Законы решительным образом ударили по монополистам и способствовали обеспечению провинциальной Америки светом и энергией.

Рэйберн и Уилер были ровесниками, оба родились в 1882 году, том самом, когда Эдисон начал производство электроэнергии на своей станции Перл-стрит. Рэйберн на личном опыте познал все тяготы жизни во мраке. Он вырос и начал работать на семейной хлопковой ферме площадью 40 акров (чуть более 16 гектаров) неподалеку от города Бонем, штат Техас, в нескольких милях от Ред-Ривер. Рэйберн появился в палате представителей США в 1913 году в возрасте 30 лет. Он никогда не забывал, откуда он родом и насколько тяжела жизнь фермеров[141]141
  Wikipedia, s. v. “Sam Rayburn,” last updated May 17, 2019, 06:33, https://en.wikipedia.org/wiki/Sam_Rayburn.


[Закрыть]. Он говорил, что без электричества жители ферм и ранчо – не более чем «подневольные слуги корыта и водяной помпы»[142]142
  Paul E. Anderson, “Sam Rayburn and Rural Electrification,” East Texas History, http://easttexashistory.org/items/show/73.


[Закрыть]. Известно его высказывание: «Я хочу вывести мой народ из грязи и хочу вывести его из мрака». Рэйберн понимал, что означает электричество для сельских жителей. «Оно снимет часть тяжкой ноши с плеч трудового народа. Можете себе представить, что будет означать для жены фермера насос в колодце и свет в доме?»[143]143
  Anthony Champagne, Congressman Sam Rayburn (New Brunswick: Rutgers University Press, 1984), 48.


[Закрыть].

Уилер, как он сам назвал себя в автобиографии, был «янки с Запада». Несмотря на то что в сенате США он представлял штат Монтана, родом он был из Массачусетса и закончил юридический колледж в университете Мичигана. В 1905 году, отправившись в путешествие и проиграв все деньги в покер, он остановился в городке Бьютт, штат Монтана. Монтана оказалась для него весьма кстати. В 1922 году он был избран в Сенат[144]144
  Biographical Directory of the United States Congress, s. v. “Wheeler, Burton Kendall, 1882–1975,” http://bioguide.congress.gov/scripts/biodisplay.pl?index=w000330.


[Закрыть]. К середине 1930‐х годов Уилер принял участие во многих суровых баталиях на Капитолийском холме. Но схватка с холдинговыми компаниями, как он писал позже, стала «самой крупной, жестокой и экстравагантной» за всю его карьеру[145]145
  Burton K. Wheeler, Yankee from the West: The Candid Story of the Freewheeling U. S. Senator from Montana (New York: Doubleday, 1962), 306.


[Закрыть].

Уилер был среди первых и наиболее горячих сторонников Рузвельта. В 1930 году он стал первым из известных в стране членов Демократической партии, поддержавшим выдвижение Рузвельта кандидатом на президентские выборы 1932 года. Выступая в Нью-Йорке, Уилер заявил, что Рузвельт – единственный «полководец», который может возглавить демократов, когда дело дойдет до «контроля над энергией и коммунальными услугами»[146]146
  Wheeler, Yankee from the West, 295.


[Закрыть]. В автобиографии «Янки с Запада» (Yankee from the West) Уилер выразил свое отвращение или даже неприкрытую ненависть по отношению к холдинговым компаниям, назвав их «непристойными спекулянтами», и добавил, что эти «кровопийцы не только опустошают инвесторов, но и через мошенническую сверхкапитализацию коммунальных услуг задирают возмутительные цены для потребителей света, газа, воды и энергии»[147]147
  Там же, 307.


[Закрыть].

Рэйберн и Уилер сыграли важнейшую роль в борьбе за электрификацию американской провинции, но без Норриса они бы не смогли добиться успеха. Джордж Норрис родился в 1861 году. Он внес основной вклад в создание структуры системы власти штата Небраска, которая представляла собой единственное в стране однопалатное законодательное собрание[148]148
  Encyclopedia of the Great Plains, s. v. “Norris, George W. (1861–1944),” http://plainshumanities.unl.edu/encyclopedia/doc/egp.pg.058. См. также “History of the Unicameral,” Nebraska Legislature, https://nebraskalegislature.gov/about/history_unicameral.php.


[Закрыть]. В 1903 году он впервые стал членом палаты представителей в Конгрессе от Пятого округа штата Небраска и проработал пять сроков, после чего перебрался в Сенат. Кресло сенатора он занимал в течение 30 лет, с того самого дня, когда Рэйберн впервые стал конгрессменом (4 марта 1913 года)[149]149
  Wikipedia, s. v. “George W. Norris,” last updated April 13, 2019, 21:22, https://en.wikipedia.org/wiki/George_W._Norris. Wikipedia, s. v. “Sam Rayburn.” “George Norris,” United States Senate, www.senate.gov/artandhistory/history/minute/George_Norris.htm.


[Закрыть]. Суровый юрист, всю жизнь воздерживавшийся от алкоголя, Норрис был глубоко убежден, что власть должна помогать народу.

Сенатор США от штата Монтана Бертон Уилер. Фото не датировано

Источник: Library of Congress

Он чрезвычайно подозрительно относился к большому бизнесу, был врагом Генри Форда и был убежден, что федеральные власти должны использовать гидроэнергетику на благо городских и сельских жителей. Есть свидетельство, что Норрис рассматривал финансирование строительства плотин из государственного бюджета как «пример правительствам всего мира для контроля за паводками, производства дешевой электроэнергии и борьбы с бедностью и нехваткой продовольствия»[150]150
  Walt Sehnert, “Sen. George W. Norris vs. Henry Ford,” McCook Gazette, June 9, 2008, www.mccookgazette.com/story/1435485.html.


[Закрыть]. В 1933 году Норрис возглавил борьбу за принятие закона о создании Администрации долины реки Теннесси[151]151
  Encyclopedia Britannica Online, s. v. “George W. Norris,” www.britannica.com/biography/George-W-Norris.


[Закрыть].

В 1935 году Рэйберн, Уилер и Норрис были весьма крупными фигурами на Капитолийском холме. Они представили законопроект Рэйберна – Уилера, больше известный как Закон о холдинговых компаниях коммунального хозяйства, ключевое положение которого получило определение «смертный приговор». Закон гласил, что все холдинговые компании, которые «не являются частью географически или экономически интегрированных систем, должны самораспуститься или провести реорганизацию» до 1938 года. Это означало, к примеру, что компания Electric Bond & Share должна отказаться от своих мелких компаний, которыми владела в таких городках, как Кервилл и Сан-Маркос.

Сенатор США от штата Небраска Джордж Норрис. Фото не датировано

Источник: Library of Congress

Кроме того, проект Рэйберна-Уилера ставил вне закона пирамидальную структуру междуштатных коммунальных холдинговых компаний и требовал, чтобы компании, владеющие 10 % и более коммунальных служб, регистрировались в Комиссии по ценным бумагам и биржам и представляли детальные отчеты о своих холдингах. Целью законопроекта, как пояснял Уилер, было «дать сниженные цены потребителям за счет ликвидации дутых расценок, различных схем извлечения выгоды холдинговыми компаниями из своих дочерних предприятий и несовершенства корпораций по ценным бумагам»[152]152
  Wheeler, Yankee from the West, 308.


[Закрыть].

Холдинговые компании пришли в ярость от законопроекта Рэйберна – Уилера. Они потратили 1,5 миллиона долларов (около 27,5 миллиона в ценах 2018 года), пытаясь провалить законопроект, наняли 600 лоббистов, чтобы решить это дело в Конгрессе в свою пользу, и убедили сторонников отправить 250 тысяч телеграмм и пять миллионов писем членам палаты представителей и сенаторам[153]153
  Там же, 313.


[Закрыть]. В разгар дискуссии в дело вмешался Уилл Роджерс[154]154
  Уилл Роджерс – мой пятиюродный брат. Моя прабабушка по отцовской линии была троюродной сестрой Уилла Роджерса.


[Закрыть]. В середине 1930‐х годов Роджерс, родившийся в маленьком городке Оолога, штат Оклахома, считал себя индейцем чероки и был одним из самых известных людей Америки. Он был киноактером, комиком, виртуозно обращался с лассо, а кроме того, был одним из наиболее ловких политических журналистов своего времени. Он вел еженедельную колонку в New York Times, и эти синдицированные колонки перепечатывались в газетах, которые читали около 40 миллионов американцев[155]155
  Wikipedia, s. v. “Will Rogers,” last updated May 6, 2019, 15:20, https://en.wikipedia.org/wiki/Will_Rogers#Newspapers_and_magazines.


[Закрыть]. Роджерс сострил, что холдинговая компания – «нечто вроде сообщника, которому вы передаете добро, пока вас обыскивает полиция»[156]156
  Wheeler, Yankee from the West, 310.


[Закрыть].

Несмотря на все попытки холдинговых компаний не допустить принятия законопроекта Рэйберна – Уилера, в 1935 году Закон о холдинговых компаниях коммунального хозяйства был принят и вступил в силу. В этом же году Конгресс принял еще один закон – Федеральный закон об энергетике, который давал федеральным властям полномочия контролировать междуштатные рынки электричества. Новообразованная Федеральная энергетическая комиссия получила статус официального наблюдателя за ценами на электричество, чтобы они были «разумными, справедливыми и учитывали интересы потребителей»[157]157
  “Public vs. Private Power: From FDR to Today,” Frontline, PBS, www.pbs.org/wgbh/pages/frontline/shows/blackout/regulation/timeline.html.


[Закрыть]. (Сейчас эта комиссия называется Федеральной комиссией по регулированию энергетики.) В 1936 году Конгресс сделал другой важнейший шаг в законодательстве, приняв закон Норриса – Рэйберна, известный также как Закон об электрификации сельских районов. В соответствии с этим законом была учреждена Администрация электрификации сельских районов (REA) как независимое федеральное агентство. Она получила полномочия выделять займы для строительства и обслуживания электростанций, а также линий электропередач, чтобы довести электричество «до людей в сельской местности».

Джордж Норрис в мемуарах «Борющийся либерал» (Fighting Liberal, 1945) писал, что федеральная поддержка электрификации американской глубинки «является одним из крупнейших событий государственного характера, когда-либо происходивших в Соединенных Штатах. Польза ее для сельского населения огромна и будет лишь увеличиваться по мере того, как электричество начнет поступать в тысячи новых хозяйств по всей стране»[158]158
  George W. Norris, Fighting Liberal: The Autobiography of George W. Norris, 2nd ed. (Lincoln, NE: Bison Books, 2009), 325.


[Закрыть].

Норрису, Уилеру и Рэйберну принадлежит львиная доля заслуг в обеспечении электрификации американской провинции. Но следует упомянуть и заслуги другого проводника Нового курса – Линдона Джонсона.

В ходе своей длительной политической карьеры Джонсон станет одним из активнейших сторонников сельской электрификации. Для него мучительная бедность жизни на ферме без электричества не была абстрактным понятием. Он своими глазами видел, как мать стирает белье в корыте. «Он знал жизнь на улице изнутри», – писал Ронни Даггер в биографии Джонсона «Политик» (The Politician). В 1937 году, когда Джонсон появился на Капитолийском холме в качестве нового конгрессмена, избранного от Десятого округа Техаса, сельская электрификация все еще обходила стороной Страну техасских холмов.