Текст книги "Гелиос. Жизнь после нас"

– Мамачи! – крикнула Масу. Выпущенная ею стрела навечно припечатала волосатого монстра с черепашьим рылом и перепонками между пальцев к заросшему грибами массивному пню. Она попала ему точно в глаз, не позволив сделать последний шаг, отделяющий его от Кирки.

Авион медленно парил над полем брани в сторону истребителя. Свет фонаря Споука отражался в воде, создавая несвойственную этому зловещему месту красивую желто-синюю окраску.

Десятки пар горящих дьявольских глаз со всех сторон окружали девочек. Кровь стыла в жилах от невыносимой необратимости приближающейся катастрофы.

– Прыгай ко мне! – ударив несколько раз разъяренно дергающегося зажатого пилота, Элли смогла засадить ему металлический цилиндр поперек пасти, сломав при этом несколько зубов и блокировав способность к укусу.

Кирки ухватилась за протянутую спасительную руку Элли, и та одним махом затащила ее на корпус корабля. Стонущие и шипящие страшилища скучились вокруг кабины и, наступая друг на друга, полезли наверх.

Авион медленно «подплывал» к атакованному кораблю, в какой-то момент Кирки и Элли показалось, что спасение близко.

Неожиданно сверху кустарника нарисовался скрюченный топтун и подобно лягушке бросился на борт гондолы, зацепившись за него длинными цепкими когтями. Тут же по нему, как по натянутой перекладине, на борт поползли другие крупные чудовища.

Авион накренился вбок и ударился о воду, сбив кормой увесистую кучу ревущих диких тварей.

Казалось, время замерло. Будто в дурном замедленном фильме девочки наблюдали, как Споук и Масу пытаются дать отпор обезумевшему стаду, хлынувшему в гондолу, подобно течи в отсек во время пробоины судна. Жестокая, полная ненависти и боли, схватка.

Споук сражался врукопашную, размахивая и ударяя топтунов по головам тяжелым балластным мешком с камнями. Масу использовала судовой мачете для экстренного обрубания парусных тросов.

В какой-то момент Споук высвободился из толпы и ударил сразу по двум спусковым ручкам кормовых гарпунов. Тяжелые толстые копья разом продырявили и отбросили значительное количество скопившихся у заднего борта тварей, так что обороняться стало легче.

Но, оказалось, эта атакующая волна была только началом.

Первые ловкие ревуны к этому времени успели уже забраться со стороны расплющенной кабины на корпус истребителя, на котором спасались девочки.

– Это конец? – пробормотала Элли.

– Не дождешься! – бесстрашная и переполненная боевым духом Кирки ринулась в атаку.

Каким-то чудом Споук сумел растолкать топтунов и отвязать сразу несколько балластных мешков. Вес гондолы мгновенно упал, уступив приоритет подъемной силе. Авион резко взмыл ввысь.

– Нав-Пара![16]16
  Хватайтесь! – (перевод с языка Намгуми).


[Закрыть] – Масу сбросила комок легкой и компактной веревочной лестницы. Благодаря запасу разматывания она какое-то время оставалась в зоне возможного прыжка с крыши штурмовика. Даже с учетом того, то Авион продолжил подъем.

– Ты первая! – Кирки защищала подругу со стороны кабины.

Максимально ускорившись, с разбегу Элли прыгнула и ухватилась за «едущие вверх» деревянные ступени. Вместе с движением Авиона и самой лестницы она сразу же начала тоже подниматься вверх. Вокруг нее, прямо с неба, проносились и шлепались о воду вытолкнутые с гондолы остатки ревунов.

– Нав-Пара! – закричала Масу.

Копье Кирки застряло в брюшной пасти очередного топтуна, пытающегося забраться на корпус истребителя, и никак не хотело выходить наружу. Храбрая зеленая девочка уперлась ногой в нетронутую пастью область ближе к грудине и что есть мочи толкнула страшилу в ревущую толпу. Копье последовало вниз вместе с телом.

Кирки развернулась и начала ускоряться, чтобы с разбега достигнуть наибольшую горизонтальную длину прыжка. В самый последний момент она оттолкнулась ногой от края фюзеляжа и пулей полетела навстречу лестнице. Но не достигла ее.

Рваный отвратный ревун прицепился к веревке, и Кирки, врезавшись прямо в него, кубарем отскочила вниз, в лоно шипящего стада.

– Кирки! – Масу перекинула ногу через борт и собралась было спрыгнуть вниз в это месиво. Споук остановил ее. Авион уже был слишком высоко и продолжал стремительно подниматься вверх. Масу скорее всего бы разбилась об острые коряги или торчащие железные углы листов потрепанной обшивки корабля.

Медленно поднимаясь по веревочной лестнице, Элли с трудом могла различить, что происходит в удаляющейся темноте внизу. Ей показалось, что Кирки бросилась на топтунов с кулаками. Количество обступивших ее ревущих и шипящих тварей все увеличивалось. Несмотря на проигрышный расклад сил в этой битве, зеленая девочка отчаянно сопротивлялась и давала мощный отпор.

На мгновение все затихло. А потом Элли услышала жуткий, пронзительный вопль. Это кричала Кирки. От нестерпимой боли и ужаса.

Топтуны разрывали ее на куски и ели заживо.

* * *

Масу сидела, отвернувшись от всех, на дальнем конце гондолы и ревела. Элли трясло от страха. Споук сверялся со звездами, чтобы проложить оптимальный курс назад.

В голове все путалось и никак не могло сойтись в одну точку.

Кирки.

Веселая и жизнерадостная.

Одна из тех немногих в племени, кто принял Элли с теплотой и заботой. Кирки, которая смогла выучить чужой язык, и которая так ловко разбиралась в азах воздухоплавания.

Ее больше не было.

И такой, как она, никогда уже не будет.

Была ли оправдана ее смерть?

Так ли уж был нужен этот ненавистный антигравитационный модуль, чтобы из-за него погиб человек? То есть абориген. На этом слове Элли запнулась в размышлениях и бессмысленно уставилась в пол.

Ржавые доспехи

В это время в племени Ма-Лай-Кун обычно готовили обед. Женщины суетились у костра, ожидая ночные смены «голодных» патрулей. Мужчин в деревне практически не наблюдалось – все были заняты охраной периметра, втрое усиленного с восточной части. Все шло своим обычным размеренным чередом и не предвещало ничего дурного.

Первый тихий, едва различимый, хлопок, который донесся из глубины леса, остался в деревне без внимания. Второй, куда более громкий и четкий, раздавшийся следом уже ближе, заставил женскую часть племени испуганно вздрогнуть. Через мгновение весь Ма-Лай-Кун в прямом смысле замер. Дети закончили играть, взрослые перестали разговаривать. Переглядываясь, жители молча вставали и подходили к перилам пешеходных площадок и краям подвесных мостов, всматриваясь вниз.

– Йанна! Йанна! – вдоль болотной глади пронеслась одна, потом вторая снаряженная экипажем Квадо-Туна. Еще несколько групп аборигенов-лучников пересекли по мосту опушку в сторону, откуда только что пришел звук.

Где-то вдали между деревьями вспыхнуло облако огня, и за ним последовала новая, теперь уже громкая отчетливая и объемная звуковая волна.

– Камена Инья![17]17
  Проклятые варвары! – (перевод с языка Намгуми).


[Закрыть] – прокричал выскочивший на мост Джаггора, и в тот же миг десятки воинов, мужчин и женщин бросились за ним в сторону боевых действий.

Среди оставшейся части племени началась паника. Кто-то пытался спрятаться, кто-то хватал подручные средства и рвался вслед за вождем. Суматошно спотыкаясь, сверху по деревьям спускались высотные стражи с причальных мачт, спешащие на помощь к основным силам.

Рубеж сражения приближался все ближе и ближе. Воздух наполнялся запахом гари, скомканными криками и все увеличивающимся грохотом.

На опушку выпрыгнула обугленная, вся в огне, ошалевшая Квадо-Туна. Вслед за ней врассыпную выбежали остатки отступающего отряда раненых аборигенов.

В центр поляны, прямо к главному дереву Ду, на шести согнутых железных ногах выползла ржавая шагающая бронемашина пехоты. Прикрываясь в тени ее корпуса от непрекращающейся лавины стрел и копий, по мосту семенили солдаты в потрепанной и облезлой форме с нашивками «Эспайер».

* * *

– Ма-Лай-Кун! – Споук заметил издали поднимающийся дым в районе причальной мачты. Масу подбежала к нему вплотную на нос гондолы и стала всматриваться вдаль, пытаясь рассмотреть хоть что-то.

Близорукий вечер плавно перетекал в слепую ночь. Ничего конкретного с такого расстояния увидеть было невозможно. Но все было ясно и без бинокля.

Беда…

Вероятнее всего, они опоздали и уже ничего не изменят.

– Лану Нгалава! – Споук решительно шагнул к Элли и показал на лес в стороне.

– Что?

– Твой корабль, – с трудом выговорив английские гласные, тяжело выдохнул Споук.

Масу извлекла из трюма уже знакомую веревочную лестницу и закрепила ее на борту. Споук самостоятельно развернул треугольный парус, стравил достаточное для начала спуска количество газа и изменил курс судна на юг.

Элли обмотала антигравитационный модуль найденной на палубе тряпкой и аккуратно спрятала вглубь инженерной набедренной сумки. Взявшись за моток лестницы, она напряженно наблюдала, как Авион продолжал снижение.

На фоне набухающих тяжелых сумерек где-то на кроне одного из деревьев отчетливо вспыхнула искра и начала быстро приближаться к Авиону. Очень быстро. Все ближе и ближе.

– Ракета, – онемев, пробормотала Элли и, тут же придя в себя, заголосила во всю глотку. – Ракета!!!

Маневр уклонения все равно бы не удался. Самонаводящаяся ракета земля-воздух врезалась точно в оболочку. Взрывная волна выбросила Масу Аминчи далеко за пределы гондолы. Элли лишь услышала, как ее тело поглотила плотная листва верхушек деревьев.

Споук успел схватиться за свисающий с основного паруса трос, а девочка соскользнула с накренившегося борта наружу и повисла на вывалившейся веревочной лестнице.

Авион неуправляемо понесся вниз, все сильней и сильней закручиваясь по спирали. В момент удара гондолы о дерево Элли не удержалась на сломавшейся ступеньке, сорвалась и с размаху плюхнулась в вязкую теплую воду.

Оглушительный шум ломающихся веток и разлетающихся фрагментов аэростата в одночасье переросли в еще более жуткую и пугающую звонкую тишину.

Глубина топи в этих местах была чуть выше колена. Илистое чавкающее дно то и дело намеревалось засосать не только ботинок, но и ногу целиком.

Страшнее было не утонуть, а стать полуночной добычей для голодного аллигатора Матара-Торона, который мог уже притаиться в первой ближайшей канаве или овраге.

Что же делать? Куда идти? Выжила ли Масу? Куда делся Споук?

Девочка нацепила защитную маску. В полутьме между кустами и деревьями замелькали пучки от фонарей и послышался людской гомон.

Приближались солдаты.

– Уку Бверра![18]18
  Дитя, следуй ко мне! – (перевод с языка Намгуми).


[Закрыть] – словно из другого мира, слева из-за крючковатой коряги вынырнул Споук. Он сильно прихрамывал, опираясь на свое верное длинное копье, и прикрывал глубокую рану на животе.

Элли подбежала и крепко обняла старика.

– Твой корабль, – Споук указал в сторону. – Иди.

– А как же вы? Пойдемте вместе!

– Иди, – Споук оттолкнул Элли.

Старик был прав, надо было уходить, встреча с человекоподобными чужеземцами могла закончиться трагично, даже несмотря на то, что Элли была того же биологического вида, что и они.

Лес погрузился во мрак. Темно, хоть глаз выколи. Звезды были скрыты дождевыми облаками, так что свету в этих местах просто неоткуда было взяться. Одежда была липкая, мокрая и пахучая.

В одиночку Элли ни за что не выбралась бы из этих мест. Либо ее догнали бы и убили агрессивно настроенные люди, либо ее выследил и съел бы Матара-Торон. Но аллигатор хотя бы хищник, и это его работа. Поужинав девочкой, он стал бы сытым и довольным.

Элли поморщилась. Дурные мысли могли прийти в голову только в дурном месте. Жаль, больше не осталось зеленых палочек.

Шаг за шагом, Элли потрусила на ощупь в сторону, указанную Споуком.

Сзади послышалась потасовка со сдавленными криками. Видимо, это солдаты наткнулись на старика, точнее – наткнулись на его грозное копье. Краткая очередь из автоматической штурмовой винтовки оборвала возню и сразу все стихло.

Девочка испуганно попятилась и, запутавшись в колючем подводном вьюне, покрытым смолой и слизью, камнем свалилась на спину в болото.

Хуже ситуации не придумаешь.

– Скорее поднимайтесь, – Джазз появился очень кстати. Он включил светодиодный прожектор и помог перерезать крепкий стебель.

– Джазз, как я рада тебя видеть!

– Клипер полностью готов к взлету. Не хватает только исправного модуля антигравитационной стабилизации. Я засек ваше падение и очень сильно разволновался.

– Ты молодец, Джазз. Показывай скорее, куда идти.

– За мной!

– Стоять! Замерли оба! – злобным басом рявкнул солдат, появившийся из-за высокого кустарника. – Долбаный Меркурий! Ты еще что за кикимора? – боец направил подствольный фонарь прямо в лицо Элли, явно собираясь нажать на курок.

– Я…

Огромный аллигатор молниеносно атаковал солдата резким прыжком сбоку. Хруст сломанного позвоночника исчез в захлопнувшейся пасти уже под водой. Боец не успел даже вскрикнуть.

Элли оцепенела.

Бежать?

Или не бежать?

Замереть?

Карабкаться на ближайшее дерево?

– Рекомендую вам срочно покинуть это место! – Джазз вернул парализованную девочку в чувства.

Она бежала изо всех сил, стараясь не запнуться о подводную рухлядь. Дройд летел впереди, подсвечивая путь. За спиной послышались хлопки. Это подоспевшие солдаты закидали болотного владыку, грозного и гордого Матара-Торона, гранатами.

Вот тебе и страж Топи. Самое опасное живое существо во Вселенной – все-таки человек.

– Хватайтесь за меня!

Элли крепко сжала в руках рычаги-манипуляторы Джазза, и он поднял ее к Клиперу.

Спустя пару минут, один за другим на опушку высыпал небольшой отряд солдат. В темноте никому даже в голову не пришло посмотреть вверх, туда, где висел запутавшийся в лианах Клипер А29.

Посадочные яркие прожекторы заслепили их прямо в лицо. Рев турбинного двигателя разогнал ночную тишину и умчался на десятки километров вглубь леса. Солдаты на какое-то время впали в ступор, как если бы они увидели проход в иное измерение.

Между тем корабль неспешно выровнялся относительно поверхности, и, задрав нос, развернулся к ним реактивными соплами.

Вырвавшаяся из двигателей мощная ударная волна сбила солдат с ног, опалив им кожу и волосы, и отбросив в жесткий колючий кустарник.

Набирая скорость, Клипер стремительно устремился прочь от этого безнадежного мрачного места.

Элли не хотела разделить судьбу Масу Аминчи, Споука и всего племени Ма-Лай-Кун. Но если бы не вовремя пришедший на помощь Джазз, Иав-Фадам стал бы для нее последним пристанищем.

Навеки и посмертно.

* * *

Элли сидела молча напротив Джазза на небольшой ровной полянке на самом краю высокого скалистого холма. Рядом стоял Клипер с включенными в ночи габаритными огнями. Спокойно и задумчиво в тишине потрескивал небольшой костер. Рядом сушились вещи.

По бокам и сзади их окружали отвесные неприступные каменные стены. Забраться в стихийно развернутый «лагерь» не смог бы ни человек, ни Кута-Мамачи, ни уж тем более Матара-Торон.

Впервые за несколько дней Элли почувствовала себя в полной безопасности. На горизонте намечался ранний рассвет в алых желтовато-розовых тонах. Каждую минуту в его нарастающем отблеске листья на кронах гигантских деревьев Элигер-Сильварума меняли оттенки цвета от патинового до люминесцентно-зеленого.

Красиво!

Можно было бы сделать фотографию и повесить в кабине, рядом с основным приборным дисплеем. Или просто полюбоваться моментом.

Но не получалось.

Панораму то и дело заслоняли застрявшие в мозгу воспоминания о последних событиях. Как-то глупо все вышло. Элли винила себя во всем, что произошло. Надо было остаться в деревне. Кирки была бы жива. Может, даже Джаггора успел бы позвать одичалые племена.

Хотя, чего лукавить – это было невозможно.

На Гелиосе только один летающий аппарат был способен преодолеть такое длинное расстояние за полдня. Это Клипер. А его починка была однозначно и всецело заслугой Кирки.

На глаза навернулись слезы. Элли снова почувствовала себя совершенно одинокой и брошенной во всей Вселенной.

– Я могу предложить способ поднять вам настроение? – нарушил тишину Джазз.

– Ну…

Дройд включил громкий динамик, и на всю округу разнеслись мотивы старой грустной гитарной песни, еще со времен Земли.

– Спасибо, Джазз. Ты настоящий друг. А теперь выключи, пожалуйста, эту хрень.

На краю Вселенной – пустыня Забытых Надежд

Голографический индикатор воздушной скорости застыл на отметке 440 км/ч. Элли выжимала из Клипера почти максимум, на который он был способен в условиях атмосферы.

Довольно длительное время за стеклом кабины проносилась бесконечная скалистая гряда. Клипер протаранил бешеную стаю летучей рыбы, наглотавшейся гелия, и продолжил полет как ни в чем не бывало. Элли почему-то вспомнилась охота и обожженная спина одноглазого капитана с Авиона.

– Предупреждаю о входе в турбулентную зону и опасность попадания в течение гейзера, – Джазз снова начал канючить. – Рекомендую сбавить скорость и набрать высоту, чтобы избежать внезапного сваливания.

– Джазз, отстань, – Элли мягко положила правую руку на сдвоенный рычаг управления двигателем, и, уверенно вытянув руку вперед, переместила его в положение «форсаж», увеличив силу тяги на максимум.

– 460…480…510! Пилотирование в этой местности на такой скорости опасно для жизни! Клипер сообщает…

– Не бухти, Джазз, сколько нам еще лететь?

– Плановый навигационный прибор показывает отклонение от курса на семнадцать градусов. Расчетное время прибытия в случае поправки – не более девяти минут.

Огромный фонтан гелия вырвался наружу прямо перед носом корабля. Элли молниеносно отреагировала креном влево, используя ручку управления, расположенную между ног. Клипер изящно, по касательной, обогнул гейзер. Джазз ударился о боковую стенку:

– Автомат сигнализации только что сообщил мне о перегрузках!

– У тебя в транзисторах перегрузка, – без энтузиазма парировала Элли. У нее было скверное настроение. Желание пререкаться с роботом отсутствовало.

Используя пилотную технику рыскания, поворачивая корпус корабля в горизонтальной плоскости то влево, то вправо, используя незначительные крены и тангаж, Элли легко и пластично огибала фонтаны гелиевых гейзеров.

Траектория была похожа на нитку, которой собираются в один стежок зашить весь покрой. Указатель пространственного положения будто взбесился, но дройд предусмотрительно молчал и не вклинивался со своими наставлениями.

– Не может быть. Смотри, Джазз!

Короткая равнина открывала вид на тысячелетний супервулкан Свардау. И вдруг, прямо по курсу неожиданно появился Эспайер. Точнее, не сама станция, а то, что от нее осталось. Крупные обломки, каждый из которых был размером с многоэтажный дом, были разбросаны по всей пустынной долине. Ржавые, занесенные песком и пеплом, мертвые остатки былого величия, канувшие в небытие.

– Это наш Дом. Что с ним стало, Джазз? Ответь мне? – Элли скатывалась в истерику.

Из глубокого кратера вдали на горизонте возвышалась заваленная часть главного купола Эспайера, более-менее сохранившаяся из всех упавших фрагментов. Остальные обломки покоились в хаотичных воронках поменьше. А их между тем, здесь было изрыто бесчисленное множество.

Не нужно было быть ученым, чтобы понять, что Эспайер по какой-то причине сошел с орбиты и упал на поверхность Гелиоса.

Но как? Когда? По чьей вине?

Мертвая, выжженная земля цвета серого бетона когда-то была живым и красивым лесом. Теперь это лишь бледные умершие поля, покрытые песком, гарью и пеплом.

Взрыв в атмосфере падающей станции разбросал огромное количество людей, живых и мертвых, по всей долине. Не удивительно, что многие упали в болото, мутировали и превратились в Кута-Мамачи.

«Бродят по лесам, маются», – Элли вспомнила слова Кирки. – «Дышат болотными газами, дуреют и нападают на местных жителей».

Племен в этой части Гелиоса не осталось. Так что бродить им суждено было вечно. Жаль, аллигаторы их не ели.

Неприятный высокочастотный треск радиометрического прибора на верхней панели вернул Элли в реальность, сообщив об остатках активного фона.

– Радиация, опасно, я знаю, – оборвала Элли собирающегося сказать что-то Джазза. – Мы улетаем.

Клипер выполнил крен вправо, и, глядя на отдаляющиеся обломки Эспайра, Элли грустно заметила:

– Все бы отдала, чтобы ничего этого не было. Какой-то дурной сон. Хочу поскорей проснуться.

– Сообщаю, что моя программа не способна на такую помощь.

– Лучше спроси у Клипера, сколько осталось горючего и подготовь корабль к посадке.

– Датчик контроля уровня топлива сообщил, что мы не сможем вернуться назад в деревню. Поплавковый механизм…

– Мы знали, что это билет в один конец, когда стартовали, главное, чтобы хватило до базы.

– Хочу заметить, что лично я этого не знал и на такое не соглашался!

– Я тебя умоляю, Джазз. Не сейчас.

* * *

Клипер плавно приземлился возле импровизированного жилища выживших после крушения людей. Оно находилось на стыке низкого леса и пустыни, на невысоком холме. Собранная из уцелевших обломков Эспайера, контейнеров и поваленных деревьев, она вызывала смешанные чувства. По периметру базы была разбросана ржавая, уже нефункционирующая техника: несколько танков и машин пехоты, турельные гнезда.

Поваленный забор, насаженные на пики отрубленные головы аборигенов, широкая воронка, до краев наполненная бытовым мусором, и целая сеть костровищ с высохшими горами обугленных тел, – все это говорило Элли о том, что они прибыли по адресу.

Чуть позади «жилого» комплекса, на возвышении холма, в три шеренги выстроились ряды солнечных батарей, с битыми фотоэлементами и сломанными опорными стойками. Кто-то пытался сохранить цивилизацию. Кто-то продолжал верить и на что-то надеяться.

Жуткое место. Но однозначно – та самая база, про которую говорил казненный солдат Аарон Виллер. Было время, когда это построенное человеком сложное сооружение хорошо охранялось и здесь кто-то действительно жил.

Грузовой люк опустился на землю. Элли и дройд вышли на поверхность. Несмотря на сгустившиеся облака, стояла невыносимая жара. Сразу захотелось пить.

– Что показывает сканирование, Джазз?

– Внутри, в десяти метрах от входа, есть источник биологической активности. Очень слабый, но…

– Достаточно, за мной!

Осмотревшись по сторонам и убедившись, что ни людей, ни живых топтунов нет в зоне видимости, Элли подошла ко входу и смело открыла дверь. В лицо ей сразу ударил неприятный запах. Так пахнут разлагающиеся органические тела и старые лежачие больные люди, которые гниют и испражняются прямо под себя.

– Фууу, – Элли зажала нос большим и указательным пальцами. По сравнению с этим, запах с Топи был приятным ароматом цветов.

– Согласно анализу веществ, опасные газы и соединения отсутствуют. Атмосфера в норме.

– С такой нормой можно ласты склеить в два счета.

– Согласно предполетной инвентаризации, на Клипере отсутствуют ласты и прочая подводная амуниция. Только клей.

– В генераторе ионов у тебя клей, Джазз. Согласно всей этой занудной болтовне, которую ты постоянно разводишь. Тихо!

Вдали раздался глухой металлический звук. Где-то там, в темноте, за развалинами шкафов, разбросанными канистрами и бесчисленными ветхими тряпками, в окошке двери просматривалось четкое пятно света.

– Сканируй еще раз!

– Источник биологической активности прямо перед нами.

Девочка осторожно, шаг за шагом, приблизилась к проему и отодвинула дверь. Перед собой она увидела ярко освещенную просторную комнату, похожую на лабораторию учебного класса – оборудование для электрохимических анализов, причудливых видов колбы, разноцветные реактивы и образцы, разбитую посуду, медицинские инструменты, пару книг и прочую утварь.

В углу, негромко, сам с собой тарахтел электрогенератор, напоминающий дизельный, но переделанный под работу от плодов дерева Ду. Над верхней крышкой располагалась полость для закладки плода, к которому подводились кабели с контактами из электроигл. Так аппарат питался, то есть высасывал энергию плода.

Рядом располагался огромного размера контейнер, в котором должны были храниться запасные заряженные плоды. Но сейчас он был практически пуст. Провода от генератора неуклюже тянулись к потрепанной промышленной установке с крупной надписью Oxygon 3000. На Эспайере это чудо технического прогресса участвовало в производстве кислорода и питьевой воды.

Канистра с нацарапанной аббревиатурой H₂O, в которую спускался направляющий шланг, подтверждала этот факт.

Кто-то закашлял. Нет, это была не Элли. И конечно же, не Джазз. Старый хриплый кашель взрослого человека донесся откуда-то сбоку.

Девочка обернулась.

– Кто ты и что здесь делаешь? – женщина, вооруженная боевым пистолетом, еле-еле стояла на трясущихся ногах и с трудом удерживала свой вес, облокотившись на дверной проем. Второй ладонью она прижимала кислородный ингалятор ко рту. Убрав на секунду маску, она снова тяжело закашляла.

Элли внимательно вгляделась в лицо женщины, ее черты показались ей до боли знакомыми. Светлые волосы, болезненные, но умные глаза, мелкие рубчики на коже. Одетая в военную униформу, она выглядела серьезно настроенной, недружелюбной и даже опасной.

– Согласно физиогномическому анализу лица, с вероятностью 69,9 % этот человек… – Джазз не закончил.

С громким, отразившимся звонким эхом от стен, выстрелом, разрывная десятимиллиметровая пуля расколола его на несколько частей. Ударопрочный корпус дройда рассыпался на несвязные куски. Устройство блок-схемы памяти было разворочено до неузнаваемости. Конденсаторы вытекли наружу, а большинство токопроводящих цепей навсегда перегорели.

– Это ты. То есть это я, – женщина поднесла маску и сделала глубокий вдох. – Не надо никаких гребаных вычислительных анализов, чтобы разобраться, кто есть кто, бестолковая железка. Другой вопрос, – она сделала шаг вперед, чтобы лучше рассмотреть Элли. – Как такое возможно? И возможно ли вообще?

– Зачем вы так с Джаззом? – Элли опустилась на одно колено и подняла фрагмент дымящегося корпуса.

– Да брось ты эту дрянь! – Женщина шагнула вплотную и больно ударила Элли по руке. Кусок операционной платы Джазза выпал на грязный пол. – Либо это какой-то новый фокус зеленых клоунов, либо у меня начались галлюцинации.

– Я не галлюцинация. Меня зовут Элли… Элизабет Уорд. Я инженер третьей боевой эскадрильи межзвездной космической станции Эспайер. Я выполняла задание, а потом все это случилось. Сама до конца не понимаю, что произошло.

– Уорд, – женщина сухо хмыкнула и оскалилась. – Давно я не слышала это имя. Пристально осмотрев униформу девочки, она задержала взгляд на именном бэйдже и добавила. – Выходит, все так и есть. Все, как твоя железяка сказала.

– Как есть?

– Я тоже Элизабет Уорд. Я тоже с Эспайера. Только я намного старше тебя.

– Но вы не похожи на меня. И это глупо. Может, в лаборатории клонирования у нас Дома…

– Нет больше никакого Дома! Сбили его! Упал он с орбиты на эту поганую планету. Зеленые выродки сбили много лет назад, девочка. Неужели ты не понимаешь? Месть – это все, что осталось у людей. Кровавая беспощадная месть.

– Ма-Лай-Кунцы не сбивали Эспайер. У них нет такого вооружения. Как вы, такая взрослая, этого не понимаете?

– Это ты не понимаешь. Зеленые гады никогда не хотели видеть в нас соседей. Не хотели вместе ходить на рыбалку, сидеть по выходным у костра.

– Я слышала, что самую первую деревню люди разграбили, а всех аборигенов сделали рабами.

– Чушь! – резко оборвала ее женщина.

– Все, что я помню – фиолетовое свечение в кабине Клипера. Потом я уже очнулась здесь.

– Свечение. Фиолетовое. Ах, да! Я тоже его помню! Сразу после него и произошла атака на станцию. Вспыхнул флагманский крейсер. Взрывная волна расколола Эспайер надвое, обесточила и сбила с орбиты. Пфф! – женщина помотала головой. – Жуткое было зрелище, похлеще первобытного Титаника из Земной истории. Уцелели самые везучие и сильные. А потом было много трудных и пасмурных лет, очень много.

– Я точно уверена, что это не жители Гелиоса. Они нам не враги.

– Дура, тебе мозги промыли? – женщина замахнулась, чтобы дать Элли подзатыльник. – Кто же еще? Гигантские жабы или, может быть, думающие грибы?

– Не могу поверить, что я вырасту такой злой и поверхностной.

Девочке было сложно «сложить в уме» этот паззл.

Встреча с женщиной, утверждавшей, что она из будущего, обломки космической станции, бывшие ей домом и последней надеждой на спасение, гибель деревни Ма-Лай-Кун, видение Споука про шесть дней – все это начинало так или иначе сходиться в одну точку. С другой стороны, самым главным вопросом оставалось – а что же дальше? Как теперь жить?

Остаться с этой сумасшедшей на базе? А может, лучше вернуться в деревню? Вдруг Масу Аминчи выжила и сейчас уже там? Сколько солдат до сих пор остается в лесу? Хватит ли горючего хоть на половину обратного пути?

Элли стало дурно и ее стошнило на пол.

– Не помню, чтобы я была такой слабой! – оскалилась женщина.

– Вы – это не я. Я никогда не стану такой злой.

– Я бы посмотрела, как ты организовала сопротивление, как наладила производство воды, как научила бы людей добывать еду в этом адском пекле. Какой бы ты стала после Конца Света? После того, как на твоих глазах погибло человечество?

– Я не видела ничего такого.

– Еще бы. Поэтому ты такая бойкая. Ты не видела, как люди голодают, как едят друг друга. Как сходят с ума на болоте и превращаются в диких тварей. Как без воды и кислорода твои товарищи теряют остатки рассудка. Все, что мы смогли вытащить из обломков, этих полезных запасов на всех не хватило. В первые пять лет от радиации умерло больше людей, чем от стрел твоих сосновых любителей ягод за все нынешнее время. Сейчас нас осталось мало, но до последнего вздоха мы будем делать то, ради чего живем, – мы будем мстить.

Здание сильно затрясло, стеклянные колбы полетели на пол звонкой россыпью.

– Болотные черти! – выругалась хозяйка базы, оглядываясь по сторонам.

Воспользовавшись заминкой, Элли изо всех сил толкнула опешившую незнакомку так, что та ударилась о стену. Несущая поперечная балка соскочила с потолка и рухнула на постаревшее тело, оторвав размякшую кисть, сжимающую пистолет.

Девочка еще раз с сожалением глянула на остатки Джазза, переступила через оглушенное тело стонущей особы и выбежала наружу.