Текст книги "Купить нельзя родить"

Глава 14

Елена Петелина вышла из клиники репродукции «Заветный шанс» и позвонила Феликсу Дорецкому.

– Что выяснила? Докладывай! – с ходу потребовал начальник.

– Я рожала в условиях попроще. Палаты, оборудование, персонал – можно позавидовать, – честно призналась женщина.

– Петелина, давай без лирики. Что выяснила по уголовному делу?

– Опросила врачей, изъяла медицинскую карту на умершего мальчика и договор о суррогатном материнстве.

– Что там?

– Мальчика родила суррогатная мама для пары из Филиппин. Роженица сразу написала отказ в пользу биологических родителей и уехала домой. Судя по медкарте, мальчик родился с серьезной патологией. Три недели ребенок провел в клинике, а последнюю неделю у няни на квартире. Если диагноз подтвердит наш судмедэксперт, обвинение с няни можно будет снять.

– Ты изъяла документы только на одного ребенка?! – возмутился Дорецкий.

– В рамках расследования убийства по неосторожности.

– Ну, Петелина! Узко мыслишь! Роженица гражданка России?

– Да, из Кировской области.

– А ребенка отдали иностранцам.

– Мальчик умер, – напомнила Петелина.

– Это не важно! – отмахнулся начальник. – Роженица получила деньги, а иностранцы заплатили. Разве не так?

– В договоре есть сумма компенсации, – вынуждена была признать следователь.

– Ну вот! Факт купли-продажи налицо! Торговля детьми поставлена на поток. Это не только уголовное преступление, а вызов обществу. Петелина, ты теряешь хватку.

– Я расследую факт смерти… – начала оправдываться Елена.

Но начальник ее перебил:

– Диктуй адрес клиники. Я сам займусь!

Вечером дома Елена постаралась отбросить служебные заботы, приготовила ужин и позвала:

– Марат, веди Сашу кушать!

Трехлетний сын первым вбежал на кухню и залез на высокий стульчик, не выпуская из руки игрушечную собачку. Мама уже знала, что это Гонщик из популярного мультфильма. Ее радовало, что простуда отступила, сын живой и подвижный, как прежде.

– Мультики, мультики! «Щенячий патруль»! – запросил мальчик, устраиваясь на стуле.

– Сначала поешь, – настояла мама, придвинув малышу тарелку.

– Лен, я обещал. – Марат сделал виноватое лицо и взялся за пульт.

Две пары мужских глаз с надеждой смотрели на женские. Любимые детские глазенки готовы были брызнуть слезами, большие мужские просили войти в положение. Елена сдалась:

– Спать сам будешь укладывать.

Две теплые улыбки синхронно отблагодарили маму и жену. Марат включил телевизор, попал на новости. На экране появилась знакомая квартира, из которой выносят младенцев, и лицо Маши Луганцевой.

– Не переключай! – Елена остановила Марата.

Журналистка источала праведный гнев:

– Здесь в ужасных условиях содержались новорожденные дети. Сразу пять малышей от невыясненных родителей. За ними присматривала семейная пара без специального образования. Передерживали как щенков для продажи. И вот результат – один ребенок умер. Следствию еще предстоит разобраться…

– Лена! – Марат переключил на детский канал, показывая взглядом на испуганного Сашу.

– Следи, чтобы он покушал, – сказала Елена и вышла в гостиную.

Там она включила телевизор. Новостной канал уже показывал Феликса Дорецкого. Подполковник юстиции в безупречном форменном кителе стоял на фоне стены с логотипом Следственного комитета и давал интервью всё той же Маше Луганцевой. Железный Феликс говорил еще более эмоционально, чем корреспондентка:

– Потерять младенца, которому от роду всего месяц! Что может быть страшнее? Малыш скончался, потому что не имел должного ухода. Умер маленький человек нашей страны, у которого даже нет имени. Такому же риску подвергаются и другие наши дети. Сегодня мы спасли четверых малышей.

– По чьей вине это произошло? Кто понесет наказание? – спрашивала журналистка.

– Непосредственные виновники, семейная пара проживавшая с детьми, уже задержаны. Им будет предъявлено обвинение. Но у следствия есть понимание, что это рядовые исполнители, а организаторы мутной схемы купли-продажи детей – агентство по суррогатному материнству «Заветный шанс». Сегодня мы провели обыски в агентстве. Результаты обнародуем позже.

– Феликс Эдуардович, что можно сказать уже сейчас?

Железный Феликс свел брови, его лицо укрупнили.

– Следственный комитет вскрыл серьезный криминальный нарост над якобы благородной системой помощи бездетным парам. Мы в начале расследования. Сворованные половые клетки, рискованные медицинские услуги, поддельные документы – и всё ради продажи российских младенцев иностранцам! Под носом у общества идет огромная теневая деятельность, которая обходит законы.

– Возмутительно! Что же делать?

Дорецкий приосанился:

– Я обещаю, что возьму данное расследование под свой личный контроль. Виновные будут изобличены и понесут самое суровое наказание.

– Спасибо, Феликс Эдуардович. Мы продолжим информировать общество о результатах расследования.

В момент окончания репортажа в комнату вошел Марат.

– Железный Феликс жжет! Что он еще наговорил?

– У Маши есть телеграмм-канал. – Елена взяла смартфон, провела пальцем. – Уже выложила. Лови ссылку.

Марат посмотрел репортаж:

– О, да тут уже масса комментариев.

Елена покивала:

– Еще ничего не ясно, но все осуждают.

– Ребенок умер. Как иначе?

– Как, кто и почему? Вечные вопросы следователя, – задумчиво произнесла Елена и отложила телефон. – Марат, как тебе участковый? Толковый парень?

– Шевчук? Бьет копытом, чтобы выполнить поручение самой Петли.

– Этих поручений теперь прибавится. Второе ЧП на его участке.

– А первое – исчезновение педиатра?

– Мне показалось, что его сестра Екатерина что-то недоговаривает о Лидии Мурзиной.

– Врачи – это клан, сор из избы не выносят. Шевчук обещал расспросить сестру про педиатра.

– Хорошо, продолжай с ним работать.

Из кухни послышался детский возглас:

– Мультик еще будет?

– Реклама, – догадалась Елена. Спохватилась и ткнула Марата в бок: – Тебе еще Сашу укладывать.

Марат обнял женщину за плечи, ласково заглянул в глаза:

– Одному?

– У меня еще дочь есть. Я Насте позвоню.

– А потом?

Елена расслабилась и прильнула к Марату.

– Ладно. Моем Сашу вместе, я укладываю, а ты читаешь сказку. Хватит мультиков.

Глава 15

Дни рождения после тридцати женщин не радуют, а после шестидесяти уже не придаешь им значения. Еще один день, когда семья собирается вместе. Светлана Алексеевна Шевчук свой шестьдесят четвертый день рождения отмечала по-семейному в домашней обстановке. Среди желанных гостей только сын Андрей с женой Мариной и дочь Катя с внучкой Дашей.

Невестка Марина пришла первой. Принесла свой фирменный сладкий пирог с яблоками, помогала приготовить салаты и накрыть стол. Старается заработать очки в глазах свекрови, хотя понимает, что та ждет от нее не кулинарных изысков, а румяного карапуза – внука или внучку. Двенадцатый год Марина замужем за Андрюшей – и никак!

У Кати наоборот – есть трехлетняя дочь, но нет мужа. Бабушка старается воспитывать внучку в строгости, как ее когда-то. Но Дашуля еще та шалопайка – не накричишься. А порой и не хочется. Озорное лицо девочки лучше всяких лекарств снижает давление. Катя – акушерка, с ней Марина делится женскими проблемами. Светлане Алексеевне приходится «клещами» вытягивать из дочери информацию, когда та приходит за дочкой.

Поначалу пара испробовала народные методы и советы самоуверенных мамочек из интернета. Не помогло. Обратились к врачам, а там деньги да деньги. Не напасешься! Велика ли зарплата у участкового, который в старших лейтенантах застрял. Одно выяснили, проблема в Марине. И проблема настолько серьезная, что выхода не видно. Женщина впала в депрессию, каждая менструация – крах надежды, маленькая смерть!

И однажды Марина сорвалась. В прошлый день рождения Светлана Алексеевна посадила внучку себе на колени, помурлыкала с ней и невзначай по-родственному вздохнула, глядя на Марину:

– Ох! Даже не знаю, сколько мне еще осталось. Видно так и не дождусь от сына внука.

Марина выскочила из-за стола и хлопнула дверью. Уже потом узнали, как она шла по улице, пила из бутылки и в голос выла. А в голове безразличие – пусть нападет маньяк, изнасилует, убьет, разрежет на части – кому я нужна такая! Слава богу, знакомые патрульные ее задержали, сообщили Андрею.

После того случая Катя решила помочь невестке, устроилась в клинику репродукции, специализирующуюся на самых сложных случаях бесплодия. Там тоже требуются деньги и не малые, клиника ориентируется на состоятельных иностранных клиентов. Но Катя обещала договориться с руководством о скидке. Этой надеждой Марина сейчас и живет.

Андрей пришел на день рождения последним, когда Дашу уже накормили и разрешили смотреть мультфильмы. Взрослые снова сели за стол. Светлана Алексеевна упрекнула замотанного сына:

– Андрюша, да ты осунулся. Ешь, как следует. Раньше ты вовремя приходил.

– День сегодня такой. Мотаюсь по участку, как проклятый, – признался участковый, накладывая салат оливье.

– Что может случиться на твоем тихом участке?

– Женщина педиатр пропала. По квартирам ходила и сгинула. За тебя мама! – Шевчук выпил рюмку водки, набил рот салатом и выдавил: – И ребенок умер. Грудничок.

Марина охнула:

– Так это о нем в интернете пишут?

– Что пишут?

– Мальчик без имени, без родителей на странной квартире. Там еще малыши.

– Корреспондентка приезжала, – подтвердил Андрей.

Катя и Марина уткнулись в телефоны. Светлана Алексеевна заботилась о сыне, накладывая ему мясо:

– Горячее ешь. Уже остыло, но я могу подогреть.

Шевчук мотнул головой, выпил рюмку и вооружился ножом и вилкой. Прожевал кусок мяса и посмотрел на сестру:

– Катя, ты же в клинике «Заветный шанс» работаешь?

– На полставки. И что?

– Слышал, что они причастны.

– Я работаю не на квартире, а в нормальной больнице! – оправдывалась сестра.

– Обвинение в торговле детьми – это серьезно. Будут проблемы, – категорично сказал брат.

Екатерина отложила телефон, выпила вина. Да, на злополучной квартире мог быть младенец, которому она помогла появиться на свет. И что? Она тоже виновата? Это ее работа! В частной клинике «Заветный шанс» ей платят больше, чем в районной поликлинике. Эти деньги от торговли детьми? Не может быть!