Текст книги "Инженерная эвристика"
![](/books_files/covers/thumbs_240/inzhenernaya-evristika-59431.jpg)
Автор книги: Сергей Ёлкин
Жанр: Личностный рост, Книги по психологии
Возрастные ограничения: +18
сообщить о неприемлемом содержимом
Текущая страница: 6 (всего у книги 24 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]
Только в 1875 году русский электротехник разработал свою свечу – первую модель дуговой лампы (без регулятора расстояния между концами углей в месте образования электрической дуги). Год спустя, уже в Париже, он сконструировал промышленный образец электролампы и внедрил систему освещения на однофазном переменном токе. Система «Русский свет» была продемонстрирована в Париже на всемирной выставке в 1878 году.
Любопытно, что подводная лодка механика Роберта Фултона времён Наполеона Бонапарта, именуемая тоже «Наутилусом», приводилась в движение работой рук и ног (по типу лебёдки) и погружалась до 7,5 метров. Но первый практический шаг в направлении подводных путешествий был сделан голландцем Корнелиусом Дреббелем ещё в 1620 году. Он служил при дворе короля Англии и Шотландии Иакова I Стюарта. Подводная галера Ван Дреббеля погружалась на глубину 3,5–4 м и приводилась в движение двенадцатью гребцами. Судно совершала «регулярные рейсы» между Гринвичем и Вестминстером, перевозя высокопоставленных лиц. Всего же этот голландец построил три подводных корабля разных размеров. В этой связи уже не таким прозорливым оказывается Фрэнсис Бэкон, который в 1624 году в утопическом произведении «Новая Атлантида» писал о гипотетическом обществе: «Мы имеем корабли, лодки, которые могут плавать под водой и лучше обыкновенных переносить ураганы…», поскольку мог воочию наблюдать современный ему прототип. На счету Корнелиуса Дреббеля изобретение первого инкубатора для выведения цыплят и примитивной системы кондиционирования, а также микроскопа с двумя выпуклыми линзами.
В США в 1863 году по проекту инженера Олстита северянами была сконструирована первая подводная лодка. В надводном положении она ходила с паровым двигателем, а в подводном – передвигалась при помощи электричества. Вооружение её состояло из плавучих мин, выпускаемых под днищем вражеского корабля и взрываемых по проводам из лодки[42]42
Подробнее см. журнал «Моделист-конструктор»,1973, – № 10.
[Закрыть].
Трудно сказать, знал ли о том Жюль Верн, но в 1867 году он заработал немало седых волос. Тогда вдруг выяснилось, что его рукопись «Двадцать тысяч лье под водой» ещё не сдана в печать, а в газете «Пти журналь» начата публикация чужого романа тоже о кругосветном подводном путешествии: «Необыкновенные приключения ученого Тринитуса» – на корабле «Молния», движимом электроэнергией. Автором оказался известный учёный, профессор Жюль Рангад, только выступал он под псевдонимом.
Ещё сильнее переживал Жюль Верн после выхода своей первой книги о «Наутилусе», когда узнал, что русский механик Иван Федорович Александровский, и, независимо от него, английский инженер Роберт Уайтхед разработали торпеду. Не мудрено, что уже в «Таинственном острове» капитан Немо уничтожает пиратский корабль самодвижущейся миной.
Литературный «Наутилус» всё же превзошёл все мыслимые прототипы, классик жанра дерзновенно расширил возможности своего подводного аппарата, предсказав водолазный шлюз или специальный отсек для выхода из корабля, необходимость судовой вентиляции, электроподогрев воды, газосветные лампы и электрообогреватели.
Не исключено, что и в произведениях современных фантастов инженеры настоящего могут почерпнуть немало полезного и развивающего.
Вовсе не обязательно, чтобы изобретательские идеи были высказаны непременно в произведении. Дело в том, что создание произведений снимает комплексы, наличествующие у обычного человека, и тем более, специалиста. Например, великий английский фантаст Артур Чарльз Кларк (1917–2008) ещё в 1945 году в статье «Внеземные ретрансляторы» в одном из научно-популярных журналов буквально нарисовал схему системы связи спутников на геостационарных орбитах, нынешнюю глобальную систему связи. В годы Второй Мировой ему довелось принять участие в разработке радаров для оптимизации навигации в условиях сложной видимости, а десять лет спустя – в 1954 году – он предложил использовать будущие орбитальные спутники для предсказания погоды. В 1968 году, правда, уже в художественном романе «2001: Космическая Одиссея» писателем предложены «планшет с возможностью чтения электронных газет» и Personal Digital Assistant и многое другое.
Таблица 1. Фрагмент нового РФИ. Из наследия Жюля Верна
![](i_003.png)
![](i_004.png)
![](i_005.png)
![](i_006.png)
![](i_007.png)
Известны и три примечательных закона Артура Кларка из книги «Черты будущего»:
«1. Если заслуженный, но престарелый учёный говорит, что нечто возможно, он почти наверняка прав. Если же он говорит, что нечто невозможно, он почти определённо ошибается.
2. Единственный путь обнаружить пределы возможного – выйти за эти пределы, в невозможное.
3. Любая достаточно развитая технология неотличима от магии».
Так что любой современный, грамотный и неортодоксальный инженер-технолог ещё века три-четыре назад выглядел бы своего рода магом и подлежал если и не утоплению с удушением или сожжением, то был бы под пристальным надзором властей.
Аналогия символическая
Несмотря на то, что она весьма напоминает нам прямую аналогию (как то, например: рыцарский доспех – кираса – бронежилет), отличие состоит в том, что здесь предельно абстрактные, но в то же время главные, свойства одного объекта (символического образа) переносятся на объект совершенно иной области знания.
Помните: «Сим-сим, открой дверь! Сезам, откройся!?»
ВОПРОС№ 15
Небольшие осьминоги придумали себе прекрасное жилище – они поселяются внутри раковин устриц и живут в них, открывая или закрывая «домик» щупальцами, присосавшимися к створкам. Но для новоселья нужно сперва разделаться с хозяином раковины – скушать моллюска. Устрицы очень осторожны – тут же захлопывают створки при малейшей опасности, а раскрыть створки захлопнувшейся раковины у осьминога не хватает силы. Минимальное усилие сокращения запирательного мускула устрицы 12 кг/см2. Как же осьминоги открывают закрытые раковины устриц?
Символ – это образ объекта, раскрывающий его свойства. Символ может быть представлен в образной, метафорической форме.
Так, «И. Кеплер, открывший законы движения планет, уподоблял притяжение небесных тел взаимной любви. Солнце, планеты и звезды он сравнивал с разными обликами бога. Эти сопоставления кажутся сейчас странными. Но именно они привели Кеплера к идее ввести понятие силы в астрономию» (Ивин, 1986, С. 61).
Или, например, древний доспех. Как полагают учёные, он был подсмотрен в живой природе у панцирных черепах. Боевое построение древних римлян, неуязвимое для атак противника, также именовалось черепахой. А если бы исполинская черепаха плевалась бы огнём как дракон, можно было бы сопоставить её с танком.
Джеймс Клерк Максвелл разработал основы электродинамики по аналогии с процессами гидродинамики. Параметры невидимых потоков гипотетических заряженных частиц он вывел, воображая электрический проводник в виде гидропровода.
ВОПРОС№ 16
Профиль генералиссимуса Сталина есть на двух военных медалях: «За Победу над Германией» и «За Победу над Японией». На первой Сталин изображен со Звездой Героя, а на другой – нет. Почему?
В поисках решения по методу символической аналогии «выбранному представлению задачи (идее) подбирают смысловую формулировку в виде определения, обычно состоящего из двух слов – прилагательного и существительного, которые по смыслу противоположны. Например, шлифовальный круг – точная шероховатость; раствор – взвешенная неразбериха; облако – воздушная вода; книга – молчаливый рассказчик» (Учимся изобретать, 1997, С. 38–39).
Поэтические метафоры, броские, запоминающиеся названия книг и рекламные слоганы и некоторые афоризмы (вспомним хотя бы «Знание – сила» Фрэнсиса Бэкона) – яркие примеры символической аналогии. В основе их лежит парадоксальное сочетание, синтез казалось бы несовместимого, разного, противоположного друг другу, противоречивого, конфликтного: «Каменный гость» А.С. Пушкина, «Отцы и дети» И.С. Тургенева, «Горе от ума» А.С. Грибоедова, «Человек в футляре» А.П. Чехова, «Принц и нищий» М. Твена, «Живой труп» Л.Н. Толстого и т. д.
Великий Роберт Гук зашифровал закон упругих деформаций в виде анаграммы «Ut tensio sic vis» (каково удлинение, такова и сила), дабы вездесущий Исаак Ньютон не сумел присвоить и эту разработку.
Полна символизма средневековая скальдическая поэзия. Изучение оной, по нашему мнению, способствует воспитанию образного мышления (Поэзия скальдов, 1979). Вот некоторые образы из произведений древнего скальда Эйвинда Финнссона, воспевавшего походы викингов: скалы сокольи – руки, море ран – кровь, мыс булатный – щит, кряж сраженья – воин, стрелы стремнины – рыбы, олень моря – корабль. А у другого знаменитого скальда Эгиля Скаллагримссона находим навскидку: клеть раздумья – голова, огни запястий – браслеты, красный плач – кровотечение, луны лба – глаза, влага чаек – море.
«Чем похож ворон на письменный стол (конторку)?» (Whyis a raven like a writing-desk?) – спрашивает Болванщик (в других переводах Шляпник) Алису, попавшую в Страну Чудес. Хотя в книге и сказано, что сам Шляпник о том понятия не имеет, но читатель, живший в XIX веке, мог легко найти ответ. Например, такой: ворон похож на письменный стол перьями. Конечно, перья ворона не использовались как гусиные – для письма, но все перья похожи. И даже птичьи – на железные! К тому же и конторка, и ворон – чёрные.
ВОПРОС№ 17
Три стадии взросления мужчины. Он верит в Деда Мороза. Он не верит в Деда Мороза. Назовите третью стадию взросления.
ВОПРОС № 18
Даны два множества. Найдите связь между членами множества А и множества В. Запишите соответствия в столбик по образцу (Граф – Монте Кристо):
А) Азбука, Бочка, Винт, Вал, Гиперболоид, Тормоз, Бином, Конь, Лампа, Меч, Нить, Осёл, Пята, Очи, Счётчик, Пир, Узел, Победа, Эффект, Башня, Свеча, Бритва, Решето, Пустота, Туманность, Соль, Белена, Бездна, Кашель, Граф.
Б) Гейгер, Эдисон, Ньютон, Калибурнус, Пирр, Лукулл, Гордий, Морзе, Троя, Христиан VII, Матросов, Архимед, Анюта, Ариадна, Буридан, Диоген, Монте-Кристо, Ахилл, Кардано, Шухов, Эратосфен, Гарин, Оккама, Доплер, Андромеда, Глаубер, Яблочков, Торричелли, Марракот, Гамлет.
И, под конец раздела, задача в высшей степени символическая, хотя решается вполне эмпатически. Притча для инженера.
ВОПРОС№ 19
В ходе одной из Мессенских войн в VII веке до н. э. великая ратным умением Спарта оказалась лицом к лицу с превосходящими силами противника. Силы спартанского войска таяли с каждым днём, и гордые лакедемоняне пошли даже на то, чтобы попросить помощи у вечного своего врага – Афин. Как были раздосадованы спартанцы, когда вместо множества сильных и здоровых воинов к ним явился хромой тщедушный старик! Но вскоре досада сменилась ликованием, и Спарта опрокинула неприятеля. Что же произошло?
2. О творческой интуиции, озарении и «бессознательном»
В рукописи «Современное состояние Теории Решения Изобретательских задач» 1975 года Г.С. Альтшуллер и его соавтор ГЛ. Фильковский критически подходили к обозначенной в заголовке теме:
«Люди плохо, неумело мыслят – это неоспоримый факт. Редкие случаи хорошего мышления проявляются сейчас как мгновения неуправляемого “озарения”. Из миллиона человек “озарения” возникают у одного человека, да и у того они составляют суммарно лишь несколько минут в течение жизни. Мы против этого. Мы считаем, что человек должен научиться мыслить соответственно решаемым им задачам. Когда человек встречает любую трудную задачу, ситуация ничем не отличается от того, что есть в изобретательстве: та же страшная нехватка информации, то же убийственное действие психологической инерции, то же потрясающее отсутствие системы мыслительных операций – и как следствие – примитивный перебор вариантов. И если в изобретательстве нам удалось создать систему хорошего мышления, то почему нельзя этого сделать в других областях?.. Человек должен хорошо мыслить – сильнее всяких “озарений” и “осенений”. Сегодня это может показаться невероятным, как показалась бы невероятной пещерному человеку идея о том, что редкие костры, затерянные в первобытной ночи, неизбежно должны смениться сплошным морем электрического света над современными городами. Человек сможет хорошо мыслить, если будет создана Общая Теория Хорошего Мышления. В этом – конечная цель нашей работы».
Такая оценка на тот момент неудивительна, поскольку лишь относительно недавно были сделаны фундаментальные открытия, проясняющие механизм «творческого бессознательного».
Физиология вопроса. Тёмная энергия мозга
Маркус Райхл – профессор радиологии и неврологии в медицинском колледже при Университете имени Вашингтона в Сент-Луисе уже много лет возглавляет группу исследователей процессов человеческого мозга с помощью томографии. В сравнительно новой статье «Тёмная энергия мозга»[43]43
В мире науки. – 2010. – № 5. – С. 22–27.
[Закрыть] автор утверждает: «Активность мозга в те моменты, когда человек бездействует или грезит наяву, может стать ключом к пониманию природы неврологических заболеваний и даже самого феномена сознания…» Далее он формулирует важный вывод: «Долгое время нейрофизиологи считали, что когда человек находится в покое, его мозг неактивен. Однако эксперименты с применением методов томографии показали, что в мозге поддерживается постоянный уровень фоновой активности. Этот пассивный режим, возможно, необходим для планирования будущих действий…»
Мозг, скорее всего, восстанавливает недостаток информации об окружающем мире с помощью своеобразных вычислений, поскольку из внешней среды на центральный «сервер» поступает в конечном счёте мизерное количество сведений. Например, из 6 млн бит, проходящих через зрительный нерв, только десяток тысяч битов достигает участков коры, ответственных за визуальную информацию. Дальше – меньше. Всего несколько сотен бит участвуют в зрительном осознании. Поэтому от 60 до 80 % энергии, используемой мозгом, уходит на «разработку» внутренней информации, восполняющей дефицит внешней. «Мы стали называть эту внутреннюю активность «тёмной энергией» мозга, – пишет Райхл. – В астрономии тёмная энергия – невидимая, гипотетическая энергия, которая составляет значительную часть так называемой скрытой массы Вселенной». Вполне возможно, именно эта «тёмная энергия» и есть фундамент пресловутой интуиции, это и есть то самое подсознание.
Авторитетные мнения о значимости творческой интуиции
Альберт Эйнштейн говорил о роли интуиции так: «Я верю в интуицию и вдохновение… Иногда я чувствую, что стою на правильном пути, но не могу объяснить свою уверенность. Когда в 1919 г. солнечное затмение подтвердило мою догадку[44]44
Осенью 1919 года английская экспедиция Артура Стэнли Эддингтона в Западной Африке провела наблюдения предсказанного Эйнштейном в рамках его Общей Теории Относительности (ОТО) отклонения лучей Солнца в поле тяготения Земли.
[Закрыть], я не был ничуть удивлен. Я был бы изумлен, если бы этого не случилось. Воображение важнее знания, ибо знание ограниченно, воображение же охватывает всё на свете, стимулирует прогресс и является источником эволюции. Строго говоря, воображение – это реальный фактор в научном исследовании».
Другой гений – Анри Пуанкаре – писал так: «В математике логика называется анализом, анализ же значит разделение, рассечение. Поэтому она не может иметь никакого другого орудия, кроме скальпеля и микроскопа. логика и интуиция играют каждая свою необходимую роль. Обе они неизбежны. Логика, которая одна может дать достоверность, есть орудие доказательства; интуиция же есть орудие изобретательства» (Пуанкаре, 1989). «Творчество, – утверждал учёный, – состоит как раз в том, чтобы не создавать бесполезных комбинаций, а строить такие, которые оказываются полезными; а их ничтожное меньшинство. Творить – это отличать, выбирать».
Интуицию чаще определяют как «способность постижения истины путем прямого её усмотрения, без обоснования с помощью доказательства». В познании мира интуитивное и логическое не исключают, а диалектически дополняют друг друга, помогая выбрать главное, существенное, особенное. Их синтез – это двигатель творческого мышления, в том числе и инженерно-технического.
«Извилины безусловно надо напрягать, но не случайно озарения наступают в моменты, когда казалось бы ты о проблеме не думаешь, расслабляешься. И само сознание расслабляется, а где-то там, внутри, дозревает и кристаллизуется мысль, и вот в такой-то момент и начинает действовать вулкан информации из подсознания. Известные натурфилософы современности, например, Ганс Селье, полагали, что озарение наступает в пограничном состоянии, “где-то” между сознательным и бессознательным. Именно Селье в книге “От мечты к открытию” заметил, что переходы от сна к бодрствованию и обратно, недомогание и выздоровление меняют работу мозга, переключают его. Извилины, безусловно, надо напрягать, но чтобы мысль закрутилась, чтобы она выкристаллизовалась, а это происходит в подсознании, необходимо дать расслабиться сознанию!» (Латыпов, 2009).
Инвентолог И.С. Иванов предлагает «Метод прерывистых решений», согласно которому к неподдающейся лобовой атаке задаче следует приступать вновь только через некий временной промежуток, от нескольких часов до нескольких дней, а то и месяцев: «За время перерыва ‘психика’ человека отдохнёт, его знания пополнятся, исчезнет и сгладится стереотип мышления и подходов к решению именно этой задачи и пр. Возможно, что к поиску решения может привести особенность мозга, связанная с подсознанием. Часто решения приходили само по себе без предварительного обдумывания проблемы. Складывалось впечатление, что мозг автономно решает задачу, о которой забывал человек…» (Иванов, 2010, С. 105) Медиативный метод предложен тем же автором по аналогии со спортом. Порядок и характер тренировок таков, чтобы привести атлета в оптимальную физическую форму. «У человека умственного труда существуют пики и провалы в интеллектуальной форме, как и у спортсмена. Жизнь человека подчиняется трём основным биоритмам: интеллектуальному, с циклом в 32 дня; эмоциональному – в 27 дней, “физическому” – в 23 дня. иногда пики всех биоритмов совпадают и человек испытывает высокий подъём, решая ранее недоступные задачи и выполняя ранее недоступные операции и действия…» (Там же, С. 107) Сущность метода состоит в том, чтобы обеспечить максимальный интеллектуальный выброс, чередуя этапы идейного голода и «мозговой активности», достигая за несколько циклов творческого экстремума.
Собственно главная мысль, которую бы мы хотели подчеркнуть и проиллюстрировать, состоит в том, что творческий прорыв, «озарение» это пограничный переход между одним сознательным и другим, через состояние бессознательное. Скачок! Результат предварительной «накачки», усиленной и осмысленной работы по решению задачи, с неожиданной, но предсказуемой по историческому опыту рождения открытий и изобретений, разрядкой, и осмыслением «озарённого» на новом уровне в новом качестве.
Лев Толстой считал, что «чем ярче вдохновение, тем больше должно быть кропотливой работы для его исполнения».
Возникает некий внешний фактор, который особым образом переворачивает сознание изобретателя, или ставит саму проблему другой стороной. Так, рабочие Альфреда Нобеля случайно заметили, что пролитый на землю или песок нитроглицерин безопасен. Выдающийся химик-органик Николай Николаевич Зинин был первым, кто познакомил юношу Нобеля с нитроглицерином на правах индивидуального преподавателя, и ученик обошёл учителя[45]45
Справедливости ради надо сказать, что русский динамит Николая Зимина и Алексея Петрушевского появился на год ранее патента Нобеля. «Адсорбентом» в нём выступал оксид магния. Но взрыв на опытном производстве помешал нашим соотечественникам довести идею и технологию до ума. Первая, как видно, носилась в воздухе – удар детонационной волны в жидкости передаётся свободно, и надо его гасить твёрдыми примесями к ней.
[Закрыть], придумав сперва детонатор, после – капсюль, а затем догадавшись смешивать эту легко детонирующую взрывчатую жидкость с кизельгуром – рыхлой кремнистой осадочной горной породой из панцирей диатомовых водорослей. Альфред-Бернхард Нобель запатентовал динамит, когда ему было тридцать четыре года. Но понял бы он, каков подарок преподносит судьба, если бы не прошёл весь предыдущий путь? И стал бы он учредителем известной премии, не возьмись за возникшую идею, засучив рукава?
Равно и Фридрих Август Кекуле вряд ли бы увидел во сне змею, кусающую себя за хвост, и открыл бы циклическую формулу бензола, если бы не вся предыдущая мыслительная работа учёного, приведшая к этому озарению.
Луи Пастер считал, что «случай благоприятствует изобретению лишь тогда, когда ум уже подготовил почву для открытия терпеливым изучением и упорными попытками». Кстати, когда он сообщил коллегам, что болезни могут переноситься микробами, его жестоко высмеяли! Окружающим было весьма забавно видеть взрослого, удручённого тем, «что он подвержен нападению крошечных существ, которых и увидеть-то нельзя!»
Отец автомобиля Чарльз Эдгар Дюрейя давно и прекрасно понимал необходимость получения смеси воздуха с бензином. Его осенило, когда он увидел в руках жены пульверизатор, распыляющий духи. Только тогда при двигателе внутреннего сгорания появился карбюратор с инжектором.
Тот же Чарльз Макинтош «случайно» опрокинул бутылку с растворителем на стол, где лежал высохший, как камень, каучук. Нанеся клейкую массу на матерчатую основу, он получил первый в мире непромокаемый плащ.
Выдающийся отечественный инженер Владимир Григорьевич Шухов долгое время не мог найти техническое решение знаменитой башни, сочетающей в себе простоту, лёгкость и надёжность, пока не сел в раздумьях на перевёрнутую вверх дном плетёную корзину для бумаг.
Обратим внимание нашего читателя на противоречивое мнение гениального сербского инженера Николы Теслы (1856–1943) о методах работы его прежнего работодателя и ближайшего идейного конкурента, американца Томаса Эдисона (1847–1831):
«Если бы Эдисону понадобилось найти иголку в стоге сена, он не стал бы терять времени на то, чтобы определить наиболее вероятное место её нахождения. Он немедленно, с лихорадочным прилежанием пчелы, начал бы осматривать соломинку за соломинкой, пока не нашёл бы предмета своих поисков. Его методы крайне неэффективны: он может затратить огромное количество энергии и времени и не достигнуть ничего, если только ему не поможет счастливая случайность. Вначале я с печалью наблюдал за его деятельностью, понимая, что небольшие теоретические знания и вычисления сэкономили бы ему тридцать процентов труда. Но он питал неподдельное презрение к книжному образованию и математическим знаниям, доверяясь всецело своему чутью изобретателя и здравому смыслу американца» (Ивич, 1966, С. 234–238).
Эдисон не стыдился метода перебора вариантов, метода проб и ошибок: «Когда я желал что-нибудь изобрести, я начинал с изучения всего, что сделано за прошлое время. Собираю данные многих тысяч экспериментов, а затем делаю несколько тысяч новых», – писал он.
«Шесть тысяч опытов с нитью для электрических лампочек ещё далеки от рекорда терпения и упорства, поставленного Эдисоном. Изобретая щелочной аккумулятор, он произвёл пятьдесят тысяч экспериментов! Тесла шёл по другому пути: его изобретения были плодом большой научной, теоретической работы, к которой вовсе не обращался Эдисон» (Там же).
В защиту Эдисона вспомним, что перед тем как принять нового сотрудника в свою изобретательскую фирму, он сперва приглашал потенциального работника к себе домой – отобедать. Пригоден данный специалист или нет, Эдисон определял с помощью солонки. Как вы полагаете, в каких случаях Томас Альва Эдисон никогда не нанимал приглашённого и почему? Так вот, если человек брался за солонку раньше, чем пробовал на вкус предлагаемое блюдо, Эдисон никогда не предлагал ему работу. Великому изобретателю не нужны были работники, чей образ мыслей и действий зависел от повседневных привычек. Его интересовали люди, способные подвергать сомнению то, что другим казалось очевидным, – испытатели (Самсонова, Ефимов, 2003, С.12). Однако, как видим, и сам Тесла, признавал за соперником чутьё, то есть творческую интуицию, которая могла развиться с опытом, а могла и быть, как говорится «от бога».
Дж. Лерер (Jonah Lehrer) в статье «Как быть креативным», опубликованной в одном из номеров The Wall Street Journal за март 2012 года, приводит такой пример: «В 1974 году инженер Артур Фрай ознакомился с новым изобретением Шелдона Силвера – клеем чрезвычайно слабого действия. Можно ли придумать этому клею полезное применение? Все недоумевали. Фрай пел в церковном хоре и обычно вкладывал в молитвенник бумажки вместо закладок. Но бумажки часто вываливались, и Фраю приходилось спешно листать книгу в поисках нужного гимна. И вот однажды его осенило: бумажка, намазанная слабым клеем, станет многоразовой закладкой! “В итоге это откровение под куполом церкви породило один из самых популярных офисных канцтоваров – липкую бумагу для заметок», – уточняет журналист.
Нурали Латыпов, один из авторов этой книги, вспоминает: «Лет тридцать назад, когда я учился на нейрофизиолога, в одном английском медицинском журнале сообщили: английские хирурги разработали новый способ борьбы с патологической полнотой – просто вырезали два-три метра тонкого кишечника с тем, чтобы уменьшить всасывание углеводов и липидов. Я уже имел определённую операционную практику – и ужаснулся: операции на брюшной полости вообще всегда очень тяжёлые. У меня возникла мысль: неужели нельзя достигнуть того же не таким варварским способом?
Однажды ночью меня осенило: те же вещества всасывают в себя обыкновенные глисты – что если именно их использовать для ликвидации этого излишка? Отсюда и родилась работа “Лечение патологической полноты дозированным заражением ленточными гельминтами”.
Традиционные медики восприняли мою идею в штыки. В их мозгах глубоко засел штамп враждебности к любым паразитам. Когда-то кощунственной была и мысль о том, чтобы приблизить волка к человеку. Но это произошло – и собака служит человеку уже многие тысячелетия. Главное – преодолеть стереотипы.
Многие рецензенты не обратили внимания на ту часть моей работы, где говорилось: придётся повозиться с определённой генной модификацией этих гельминтов, чтобы они всасывали именно то, что нужно, и выделяли при этом минимум токсических веществ. Это вполне подъёмная задача, учитывая примитивность генома этих сравнительно простых животных.
К сожалению, в Европе за это не взялись. А идея была опорочена тем, что через пару десятков лет в ту же Европу – включая нашу страну – стали поступать из Юго-Восточной Азии капсулы с яйцами гельминтов, но не подготовленных специально, а взятых из природы (понятно, из какой природы). Соответственно осложнения, неизбежные при взаимодействии с дикими животными (даже такими мелкими), бросили тень на этот метод в целом.
Я же остаюсь при мнении, что надо вернуться к моей идее с выведением специальной породы гельминтов для выполнения тех или иных задач, нужных организму» (Вассерман, Латыпов, 2012, С. 311–313).
Человек уже окружил себя высокопородными домашними животными для защиты внешнего пространства. Теперь он может сделать шаг дальше – к использованию внутриполостных домашних животных, если проводить такую аналогию, для защиты пространства внутреннего.
Вот вам пример изобретения в необычной сфере. И пример перипетий изобретательской мысли при любом выходе за пределы привычного. Что до злобных критиков, есть такая шутка, не слишком далёкая от истины: «Если боги решают наказать человека, они дают ему светлый разум и больше не тревожатся на его счёт».
Правообладателям!
Данное произведение размещено по согласованию с ООО "ЛитРес" (20% исходного текста). Если размещение книги нарушает чьи-либо права, то сообщите об этом.Читателям!
Оплатили, но не знаете что делать дальше?